# Три точки…

Петлявин

Что страшнее – одиночество во Вселенной или то, что мы в ней не одни?

Макс был уверен, что знает ответ. Годы он пытался доказать, что человечеству есть с кем поговорить в безмолвной пустоте космоса.

И Вселенная ответила. Теперь ему приходится иметь дело с последствиями. Первый контакт – это не про рукопожатия и обмен технологиями. Это про столкновение двух реальностей, одна из которых может не выдержать этого столкновения.

Тишину комнаты разрезало ровное гудение системного блока. За окном давно стемнело, и только холодный синий свет монитора выхватывал из мрака беспорядок на столе: груды бумаг, паутину проводов, пустую кружку с засохшими на дне остатками чая. Макс уже собирался закрыть сеанс, механически потянувшись к мышке, но рука застыла в воздухе.


На экране, в чёрной бездне терминала, где ровно год появлялись лишь строки его команд, мерцали три символа – три точки. Просто…


Сначала мысли не успевали за взглядом. «Глюк. Сбой. Перегрев», – мелькнуло в голове, измотанной постоянной работой. Но пальцы похолодели. Второй стакан с чаем, который он только собирался поднять, задрожал, заставляя коричневую жидкость колыхаться у самого края. Холод прошёл по телу, от висков до самого низа.


Это была не ошибка. Ошибки системы выглядели иначе – кривыми красными строчками, заполненными техническим мусором. А это был ответ. Вежливый, почти нерешительный цифровой вздох, пришедший из ниоткуда.


«Ловлю сигнал», – успел подумать он.


Но тело среагировало быстрее ума. Макс вскочил, словно ударённый током. Кресло грохнулось о книжную полку. Пальцы автоматически выдернули вилку блока питания из розетки. Гудение оборвалось, свет монитора погас, и комната погрузилась в кромешную тьму.


Внезапная, оглушающая тишина. Он прижался спиной к холодной стене, а в ушах бился бешеный ритм сердца, громче любого сигнала.


Он верил в это всю жизнь – с тех пор, как в восемь лет впервые увидел звездную карту на потолке своей комнаты. Макс был убеждён, что люди не одни во Вселенной и именно он, а не NASA или SETI, осуществит первый контакт. Ровно год каждую ночь он направлял антенну в глубь космоса, за пределы Солнечной системы, шепча в пустоту свои коды.


И вот ответ.


И самое парадоксальное – когда доказательство было перед ним, его мозг, который всю жизнь верил, отчаянно сопротивлялся. Он кричал внутри: «Не может быть!»


Глухой, навязчивый звонок ворвался в слух, вырывая Макса из оцепенения. Тело среагировало само – на онемевших, ватных ногах он побрёл к двери, словно во сне. Повернул ручку.


В проёме, оскалившись во всю ширину лица, стоял Димка. Увидев Макса, его ухмылка мгновенно сползла.


– Блин, Макс, ты что? Ты как будто только что призрака видел. Что с тобой? – его голос, обычно громкий и нахальный, стал тише и серьёзнее.


Макс попытался сглотнуть, но во рту пересохло. Он отвёл взгляд, уставившись в стену за спиной друга.


– У меня… был контакт, – прошептал он, и собственные слова прозвучали как безумие.


Димка фыркнул, и его лицо снова озарила привычная ухмылка.


– Поздравляю! – он шлёпнул Макса по плечу. – Наконец-то стал мужчиной. Колись, кто она? Танька из соседнего подъезда? Я всегда говорил, у неё на тебя взгляд странный…


– Нет, ты не понял, – Макс покачал головой, всё ещё не в силах поднять глаза. Слова путались, вырывались наружу против его воли. – У меня произошёл контакт… с инопланетянами.


Наступила секундная пауза, после чего Димка разразился коротким, громким смехом.


– Фу, Макс! Ну ты и извращуга! – он сделал вид, что затыкает уши. – Ничего не хочу знать про твои сны с бурными фантазиями. Слушай, ты бы лучше девчонку себе нашёл, а не дурью маялся. Восемнадцать уже, а ты как старый хрыщ, вечерами дома сидишь, от компа не отлипнешь. Это болезнь, зависимость! Никаких инопланетян не существует. Пошли лучше погуляем, проветрим тебя.


Но Макс уже не слушал. Внутри всё закипело от возмущения, смешанного с обидой. Он схватил Димку за рукав и почти втащил в комнату, в его святилище беспорядка.


– Сиди, – бросил он, тыкая друга в кресло, и лихорадочно принялся подключать компьютер. Пальцы дрожали, и он с трудом вставил вилку в розетку.


– Смотри! – голос сорвался на визг, когда на мониторе загорелся свет. Он ткнул пальцем в чёрный экран терминала, где по-прежнему высвечивались три роковые точки. – Смотри, мне ответили!


Дмитрий скептически вытянул губы трубочкой, наклонился поближе, изучая экран с видом эксперта, разглядывающего подделку.


– Три точки, – констатировал он ровным тоном. – Макс, тебе лечиться надо. Кстати, где тётя Лена? Может, ей позвонить?


– Мама… сегодня в ночь на смене, – автоматически ответил Макс, а потом вновь вспыхнул, глаза его горели фанатичным огнём.