Ника Валевская
Практическая магия для тех, кто не верит

Пролог

(из книги Ники Валевской «Практическая магия для тех, кто не верит»)

Мира Элден опоздала на собственную жизнь ровно на сорок две минуты.

Она сидела в трамвае №11, который упрямо не ехал, хотя водитель уже трижды обещал “вот-вот тронемся, как только город отпустит тормоза”.

Город, похоже, не собирался. Он стоял, застыв в вязкой дымке, словно кто-то нажал на паузу.

Мира лениво листала отчёты на планшете. Всё как обычно: клиент забыл зонтик, вслед за ним опоздал на встречу, из-за этого не встретил нужного человека, судьба отклонилась на полтора процента.

Она поставила галочку – “незначительное вмешательство” – и отхлебнула холодный кофе.

И вот тогда экран моргнул.

Файл исчез. Вместо него появилась надпись:

“Вы вмешались туда, куда нельзя. Готовьтесь к откату.”

Она моргнула в ответ, уверенная, что это чей-то глупый розыгрыш. Но на стекле трамвая проступило то же самое сообщение – будто город дублировал экран.

Буквы дрожали, как отражение в воде, и через секунду рассыпались, оставив на стекле отпечаток ладони. Её собственной.

Мира вгляделась – ладонь совпадала идеально.

Вот только пальцев было шесть.

– Отлично, – пробормотала она. – Опять система глючит.

Она попыталась закрыть планшет – тот не реагировал. Попробовала выйти из приложения – всё зависло.

Сверху выползла строка:

“Ошибка в узле причинности. Попробуйте перезапустить себя.”

Мира выругалась. Перезапустить себя… что ж, звучит как инструкция для понедельника.

Она встала, посмотрела в окно. На перекрёстке люди замерли, будто кто-то нажал «стоп-кадр».

Кофе капал из её стакана в невесомости, застывая в воздухе прозрачными бусинами.

Всё вокруг стало подозрительно… тихим. Даже воздух перестал звучать.

И в этой тишине кто-то шепнул ей за спиной:

– У тебя сломалась судьба.

Мира обернулась – в пустом трамвае никого. Только кондуктор спал, положив голову на валидатор.

А рядом с её сумкой лежала папка, которой не было минуту назад.

На обложке – штамп:

“Бюро Баланса Событий. Личное дело Элден, М.”

Она подняла папку, и изнутри выскользнул лист бумаги, исписанный аккуратным шрифтом:

“Каждое вмешательство создаёт отклик.

Каждая случайность – это чей-то отчёт.

Мир не терпит несанкционированных чудес.”

Мира усмехнулась.

– Тогда у нас большие проблемы, – сказала она и, не зная зачем, сунула лист в карман.

В тот же миг трамвай дёрнулся вперёд, и город снова зашевелился.

Люди пошли, собаки залаяли, воздух вернулся к своим обязанностям.

Только в отражении стекла Мира заметила: теперь у неё снова пять пальцев, но одна из линий на ладони исчезла.

Она посмотрела на небо, где между домами медленно растворялась фраза, как облако, растянутое ветром:

“Откат начат.”

Мира вздохнула.

– Понедельник, – сказала она, – и даже кофе против.

И пошла спасать то, чего, возможно, никогда не существовало.

Глава первая. Закон трёх совпадений

Мира Элден проснулась от ощущения, что реальность кашляет.

Не громко, а сдержанно, как человек, который не хочет привлекать внимания.

Будильник показывал 07:07 – число, которое она терпеть не могла. Слишком правильное, слишком симметричное.

Она ненавидела совпадения, потому что они всегда к чему-то вели.

А жизнь научила: если совпадений больше трёх – вмешательство подтверждено.

Она потянулась, сбросила с себя одеяло и увидела на подоконнике конверт.

Белый, плотный, со штампом: Бюро Баланса Событий.

Тот самый, который она вчера сунула в карман.

Но – она же не приносила его домой.

Мира вздохнула.

– Отлично. Реальность доставляет корреспонденцию на дом. Осталось только курьера по совпадениям нанять.

Внутри лежал лист бумаги, исписанный чужим почерком:

“Ты нарушила последовательность.

Проверь три события – одно из них ложное.”

Под текстом стояла дата. Завтрашняя.

Она посмотрела на часы – стрелки дрожали. Кофеварка сама собой включилась. Радио заговорило без сигнала:

– …погода сегодня нестабильная, вероятны аномалии случайности. Не принимайте важных решений до обеда…

Мира выключила радио. Оно включилось снова.

– …особенно если вы Элден, Мира.

Она застыла.

– Так, – сказала она, – я ещё сплю. Или кофе слишком крепкий.

Она налила себе чашку, отхлебнула – и почувствовала вкус соли.

Соли, не сахара.

Первое совпадение.

Из-за окна прошёл кот, чёрный как выключенный экран. Она видела его впервые, но он посмотрел на неё слишком осознанно.

В зубах кот держал клочок бумаги.

Она подошла, открыла окно. Кот запрыгнул на подоконник, бросил записку и ушёл, даже не оставив следов.

На бумажке было написано:

“Не доверяй отражениям.”

В отражении окна Мира стояла спиной к себе и улыбалась.

Второе совпадение.

Она опустила голову, зажмурилась, досчитала до трёх и подняла взгляд.

Отражение исчезло. Зато в зеркале за спиной – мелькнуло её собственное лицо, но чуть другое: взгляд спокойнее, губы с приподнятым уголком, как у человека, который уже знает развязку.

Мира, не глядя, взяла в руки конверт, перевернула его – и увидела третье совпадение: в графе “отправитель” значилось её имя.

Она усмехнулась.

– Принято. Считаем вмешательство доказанным.

На стене мигнул экран. Рабочая панель включилась сама собой.

Файл “Баланс событий – сектор 47” открылся без команды.

В нём было всего одно предложение:

“Найди ложное событие до полуночи, иначе система перепишет твою линию судьбы.”

И ниже – пометка:

Помощник назначен. Имя: Дж. Тень.

– Прекрасно, – сказала Мира. – Даже ассистента выдали. Надеюсь, хоть этот не из тех, кто считает знаки зодиака доказательной базой мироздания.

В дверь позвонили.

Мира открыла – и на пороге стоял высокий мужчина в длинном сером пальто.

Лицо – будто слегка размазано, как фото в движении.

– Доброе утро, госпожа Элден, – сказал он ровно. – Я Тень. Вы искали ложное событие.

– Я искала кофе без соли, – ответила Мира. – Но ложное событие тоже подойдёт. Проходите, если не планируете испариться через стену.

– Я бы с удовольствием, – сказал он, глядя на стену. – Но именно там дверь, где вы её забудете.

Она обернулась – и действительно: входная дверь теперь была не за ним, а за её спиной, но другой стороной.

Мира вздохнула.

– Понедельник продолжается.

Глава вторая. Карта невозможного города

Мира Элден никогда не пользовалась бумажными картами – она считала их пережитком эпохи, когда люди ещё верили, что знают, где находятся.

Но сегодня цифровая навигация сдалась.

Экран телефона показывал пустоту.

Не “ошибка сети”. Не “нет соединения”.

Просто – белое пятно, как будто её район стёрли ластиком.

Она увеличила масштаб – и пустота увеличилась вместе с ним.

На месте города зияла надпись мелким шрифтом:

“Область неопределённости. Данные временно недоступны.”

– Ну, хоть честно, – сказала Мира и сунула телефон в карман. – Хоть кто-то признал, что понятия не имеет, что происходит.

Тень шёл рядом, не издавая ни звука. В сером пальто он выглядел как ошибка визуального восприятия – вроде тех, что появляются на краю глаза и исчезают, когда пытаешься рассмотреть.

– Вы уверены, что готовы видеть город, каким он стал? – спросил он тихо.

– Я готова видеть всё, кроме счетов за коммуналку.

Он не улыбнулся, но угол его силуэта как будто дрогнул.

– Тогда держитесь ближе к реальности. Она тонкая сегодня.

Они шли по улице, которая с каждой секундой становилась всё менее знакомой.

Дома теряли этажи. Вывески бледнели, превращаясь в полустёртые надписи вроде “МАГ…иН”, “КАФЕ (возможно)” и “АПТЕ…”

Люди проходили мимо, но лица их были размыты, как будто город экономил текстуры.

– Это что, сон? – спросила Мира.

– Сон – это когда правила известны. Здесь правил нет.

– Прекрасно. Значит, я официально за границей здравого смысла.

Тень остановился у старого почтового ящика, ржавого и перекошенного.

На боку кто-то ножом выцарапал слова:

“Здесь оставляют утраченное.”

Он открыл ящик – внутри не было писем, только маленькие бумажные кораблики.

Мира взяла один, развернула. На листке – карта.

Но не улиц, а возможностей.

На ней не было домов и дорог. Только фразы:

“Ты могла бы туда не пойти.”

“Если бы сказала ‘да’.”

“Поворот, которого не случилось.”

Она почувствовала лёгкое головокружение.

– Это что, моя жизнь?

– Это – черновик, – сказал Тень. – Город хранит черновики всех, кто забыл, что может выбрать иначе.

Мира усмехнулась:

– Значит, у каждого свой вариант багов в судьбе?

– У каждого – свой автосейв.

Он протянул ей ключ, крошечный и холодный, как ледяная мысль.

– Этот откроет то место, где вы потеряли событие.

– И где это, по-вашему?

– Там, где вы перестали верить, что ошибка – это тоже выбор.

Они шли дальше, пока не дошли до площади, где не работали часы.

Стрелки остановились на 11:11.

– Симметрия, – вздохнула Мира. – Ещё одно совпадение, и я начну вести личный список сумасшествия.

Посреди площади стоял киоск, на крыше которого висела вывеска:

“Пункт обмена воспоминаний. Работаем с невозможным.”

Изнутри пахло пылью, жасмином и чем-то электрическим.

За прилавком сидела женщина лет сорока, с глазами цвета старого зеркала.

– Опять ты, – сказала она Мире. – Только в этот раз чуть собраннее.

Мира моргнула.

– Простите, вы меня знаете?

– Знала. В другой версии. Когда ты ещё не пыталась быть рациональной.

Женщина достала из-под прилавка флакон.

Внутри плавала крошечная светящаяся спираль.

– Это твоё забытое чувство. “Любопытство без страха”. Хочешь вернуть?

Мира посмотрела на флакон, потом на Тень.

– С побочками?

– Только лёгкое привыкание к истине, – ответила женщина.

Мира взяла флакон. Свет внутри вспыхнул и растворился в воздухе.

На миг она почувствовала вкус озона, как перед грозой, и всё вокруг стало яснее.

Слова на стенах, шум ветра, даже дыхание города – всё приобрело смысл.

И этот смысл шептал одно:

“Ты ищешь ложное событие. Оно ближе, чем кажется.”

На полу под ногами Миры лежала карта – та же, только теперь на ней появилась новая надпись, тонкая, как трещина:

“Станция ‘Промежуток’. Туда возвращаются те, кто не вписался.”

Она подняла взгляд – и поняла, что город исчезает.

Контуры домов плавятся, мостовая уходит вниз, воздух дрожит, как над раскалённым металлом.

Тень коснулся её плеча.

– Мы теряем координаты. Вам нужно решить: вернуться или пройти дальше.

– А можно просто остаться и сделать вид, что всё в порядке?

– Можно. Но тогда останешься здесь навсегда.

– В этом мире или в следующем?

– В несделанном.

Мира глубоко вдохнула, посмотрела в белеющую пустоту и сказала:

– Тогда идём. Всё равно кофе там, где приключения.

И шагнула в пространство, где кончались улицы и начинались черновики судеб.

Глава третья. Инструкция по отмене вчерашнего дня

Мира проснулась от звука – тихого, как падение снежинки, но с металлическим оттенком.

Звук повторился.

Кто-то стучал изнутри её зеркала.

Она села на постели. Мир вокруг был слегка… не тот.

Обои сдвинулись на полсантиметра вправо, окно стало чуть шире, а чайник – блестел подозрительно ново, как будто его заменили ночью на версию получше.

– Так, – сказала она, – или я сплю, или кто-то решил, что реальность нуждается в апдейте.

Из зеркала снова донёсся звук, потом тихий голос:

– Не пугайся. Ты просто не обновила восприятие.

Мира подошла ближе.

В отражении стояла она – но чуть иная. Волосы короче, взгляд холоднее, на губах что-то вроде профессиональной скуки.

– Отлично. Ещё одна я. Сколько вас там, по акции?

– Две, официально, – сказала отражённая Мира. – Остальные тестируются.

Они смотрели друг на друга с равным раздражением.

– И зачем ты пришла?

– Чтобы вернуть тебе вчера.

– Не уверена, что хочу. Там был налоговый отчёт и разговор с бывшим.

– Ты не понимаешь, – вздохнула отражённая. – Вчера не случилось.

Мира замерла.

– В смысле – не случилось?

– Его вырезали. Случайная ошибка в хронике. Ты проснулась в промежутке между вариантами.

Она подошла к зеркалу ближе. Отражение выглядело усталым.

– Кто “они”?

– Архивисты.

– Архивисты чего?

– Вероятностей. Следят, чтобы никто не мешал статистике.

Мира усмехнулась.

– Бюрократия даже во вселенной. Ну прекрасно.

– У тебя есть шанс вернуть вчера, – сказала отражённая. – Но нужно сделать это правильно.

– И как же “правильно”?

– Сначала – вспомнить, что ты там сделала не так.

Мира села на край кровати.

– А если всё было не так?

Отражение на секунду помедлило.

– Тогда придётся выбрать, какую ошибку оставить.

Она замолчала. Воздух стал вязким, время словно слегка провисло.

На полу под зеркалом появилась тонкая полоска света. Мира осторожно провела пальцем – и обнаружила крошечный свиток, аккуратно свёрнутый в серебряную нитку.

На нём было написано:

“Инструкция по отмене вчерашнего дня. Для использования: перестань врать себе хотя бы три минуты.”

– Прекрасно, – сказала Мира. – То есть, без чудес, просто честность. Самый сложный вид магии.

Она развернула свиток.

Текст менялся прямо у неё на глазах, словно реагировал на её мысли.

“Выберите момент, где вам было больно, и произнесите: ‘Это было необходимо’.

Выберите момент, где вам было стыдно, и произнесите: ‘Я учусь’.

Выберите момент, где вам было страшно, и произнесите: ‘Я жива’.”

Свиток заискрился и превратился в пепел.

Из зеркала вышел лёгкий запах дождя.

Мира вдруг почувствовала, как внутри что-то сдвигается, будто время медленно делает вдох.

– Всё? – спросила она.

– Нет, – ответила отражённая. – Теперь последствия.

Она щёлкнула пальцами – и комната изменилась.

Вместо спальни Мира стояла в кофейне, где пахло корицей и недосыпом.

Бариста улыбалась ей слишком знакомо.

На столике лежал старый блокнот, и на первой странице – запись её рукой:

“Не отправлять сообщение. Никогда.”

Мира почувствовала, как в груди сжимается воздух.

Вчера. Тот самый вчера, который она хотела забыть.

Она помнила: написала сообщение. Длинное, бессмысленно честное, бывшему.

И теперь – снова здесь. До нажатия “Отправить”.

– Это проверка? – спросила она у отражённой, стоящей рядом.

– Это шанс. Только один.

– А если я снова нажму?

– Тогда ты получишь другой вариант боли.

Мира долго смотрела на экран телефона.

Слова там были простые: “Я устала притворяться, что мне всё равно.”

Она нажала “Отправить”.

Всё вокруг дрогнуло. Бариста исчезла. Воздух стал холоднее, и тишина – плотной.

Мира осталась одна, посреди пустой кофейни, где время остановилось на вдохе.

На стене появилось зеркало.

В нём – снова она, только теперь взгляд спокойнее.

– Ты не изменила исход, – сказала отражённая.

– Зато перестала бояться, что его нужно менять.

Отражение улыбнулось впервые.

– Поздравляю. Ты прошла первую коррекцию.

– А теперь что?

– Теперь ты можешь двигаться вперёд. В “Промежуток” не пускают тех, кто жалеет.

Мира глубоко выдохнула.

– Ладно, допустим. А где, к чёрту, кофе?

– На следующем уровне, – ответило зеркало. – Там, где начинается невозможное.

Комната растворилась.

Мира шагнула вперёд – и оказалась на лестнице, уходящей в бесконечность.

На стене висела табличка:

“Отдел отменённых событий. Проход только с самоиронией.”

Она усмехнулась:

– Ну что ж, у меня этого добра хватает.

И пошла вверх.

Глава четвёртая. Отдел отменённых событий

Лестница не заканчивалась.

Каждый пролёт был одинаков: серые стены, тусклые лампы, и где-то далеко вверху – звук лифта, который упорно не спускался.

На третьем пролёте Мира устала делать вид, что это нормально. На пятом – устала устать. На седьмом – начала подозревать, что лестница питается её энтузиазмом.

На восьмом появилось объявление:

“Уважаемые субъекты! Ваши события обрабатываются в порядке поступления. Благодарим за ожидание. Терпение – форма самосовершенствования.”

– Отлично, – сказала Мира, – я в аду для интровертов.

Она толкнула дверь.

За ней оказался коридор, слишком длинный, чтобы быть настоящим.

На стенах висели таблички:

“Окно отменённых решений.”

“Архив несказанных фраз.”

“Бухгалтерия случайностей.”

“Отдел случайных встреч – закрыт на пересчёт.”

Воздух пах пылью, кофе и отчаянием с привкусом ванили.

На ресепшене сидела женщина в очках без линз, печатала в никуда.

– Добрый день, – сказала Мира.

– Неподтверждённый, – ответила та, не поднимая головы. – Для официального дня нужно заявление в двух экземплярах.

Мира моргнула.

– Я ищу свой вчера.

– Все ищут.

– Но я реально хочу его вернуть.

– Конечно. И все говорят, что “всё будет иначе”. У вас квитанция о потере?

– Нет.

– Тогда подайте запрос в “Отдел спонтанных сожалений”. Дальше по коридору, третья дверь после “Бюро вероятностей”.

Мира пошла дальше.

В “Бюро вероятностей” за столом сидел мужчина с глазами, как у кошки, и сортировал кубики.

– Можно вопрос? – спросила она.

– Уже можно. Ответы всё равно случайные.

Она прошла дальше. На двери висела табличка:

“Отдел спонтанных сожалений. Приём с 11:11 до 11:12.”

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.