Анна Пожарская
Охота на бронзовую кисть

Глава первая. Странный магазин

Нарисованный на обложке блондин скрестил руки на груди и осуждающе покачал головой. Лада зажмурилась и потерла лицо ладонями. Снова бросила взгляд на учебник. Мужчина, как и изображенные рядом спутники, улыбаясь, смотрел вперед. Лада тихонько выругалась. Привидится же такая ерунда… Вроде выспалась на выходных, а неделя только началась.

Достала из сумки толстую, видавшую виды тетрадь и ручку и посмотрела на дверь в аудиторию. Перевела взгляд на часы над кафедрой. Похоже, Серега опять опаздывает. Вот что за привычка у человека? Знает же, что препод по макроэкономике терпеть не может непунктуальность, но постоянно приходит на пару минут позже. Зачем? Весь факультет в курсе, какой экономист Швабрин злопамятный, а Лопахину Сергею хоть бы хны.

На парту рядом бухнулась знакомая, увешанная значками с глупыми фразами и несметным количеством страз сумка. Ольга Птичкина из параллельной группы решила составить компанию. И главное: мест вокруг завались, но ей надо сесть именно здесь. Впрочем, это было на нее похоже: Ольге понравилось это место, и пусть весь мир подвинется.

– Рядом со мной занято! – не оборачиваясь заявила Лада. Уловила носом густо-розовый аромат духов и поморщилась.

Терпеть не могла Птичкину: та вечно то придиралась без повода, так и норовила обидеть. А еще постоянно задирала нос: она, видите ли, красавица, каких мало, а все вокруг существуют, чтобы оттенять этот чистый бриллиант. Все три года учебы от нее житья не было!

– Сережа не придет, – выдала Ольга и пригладила идеально лежащие темные локоны. – Ему врач по утрам жирное запретил. Сказал, даже рядом стоять нельзя.

– А при чем тут макроэкономика? – сощурилась Лада.

С соседней парты послышался сдавленный смешок.

– Экономика как раз ни при чем, – губы Ольги расплылись в нехорошей усмешке.

Лада сжала кулаки, до нее начал доходить смысл шутки.

– Она еще и тупая, – едва слышно прошептали за спиной.

Лада прикусила уголок губы и смерила Ольгу взглядом. Птичкина, конечно, высокая худощавая брюнетка с модельной внешностью, но это не значит, что она может обзывать жирными всех, кто отличается от ее параметров. Да и не ее собачье дело, как кто выглядит и кто сколько весит.

– Не помню, чтобы у Сережи были проблемы со здоровьем, – пожала плечами Лада. Страшно хотелось казаться равнодушной. – Он вполне дееспособен, обойдется без советов недалеких медсестричек.

Взяла свои вещи и пересела на скамью через проход. Места достаточно, ну захотелось Ольге посидеть именно в том углу, не вопрос, можно и уступить.

– Останется с тобой, будут, – громко сообщила Ольга. – Не утонуть в таком необъятном потоке еще надо постараться.

– Подтверждаю, Оль, как мужчина, – откликнулись с соседней парты. – Пока на подвиг с такой себя поднимешь, можно инсульт заработать.

В аудитории повисла тишина. Ладе показалось, все присутствующие впились в нее взглядом и прикидывают, хороша она или нет. Скрупулезно отыскивают недостатки и лишние складочки. Нет, она неидеальна, метр шестьдесят пять, шестьдесят восемь килограмм, русая и совсем обыкновенная, но не настолько, чтобы…

– Заткнись, Коршунов! – выдала Лада в сторону подлаивающего. Этот белобрысый крепыш всегда казался тихоней, а тут прямо откуда что взялось… – Тебе все равно не светит, даже в качестве гуманитарной помощи обездоленным и убогим.

Ольга рассмеялась. Звонко, холодно и немного зло.

– Правда глаза колет? Ну не переживай, Ладушка. Побегаешь, на диете посидишь и настанет на твоей улице праздник.

– Ладушка-оладушка.

Кто-то рассмеялся. Ладе захотелось разреветься. А еще взять в руки сумку и вмазать хорошенько по башке сначала Птичкиной, потом Коршунову.

– Вы чего такие борзые-то? – поинтересовалась строго. Как-никак она отличница, и ссориться с ней хотят не все. – Будто у дошколят детский озверин отобрали. Мы с Сергеем разберемся без посторонних.

– Уже разобрались, оладушка, – Ольга подмигнула. – Сережа этой ночью делился впечатлениями о вашем общении, и, поверь, сравнение было не в твою пользу.

Вернувшиеся было к своим делам обитатели аудитории снова замолчали, и Ладе захотелось провалиться сквозь землю. Не понимала, что происходит и как реагировать. Сердце взяло разбег, и кровь застучала по вискам. Они с Сергеем не виделись на этих выходных, он сказал, что должен помочь родителям, а оказывается, помощь требовалась вовсе не им.

– Да он вообще спал с ней только потому, что проспорил мне, – мерзко хихикнул Коршунов. – А потом закрутилось просто.

Лада прикрыла глаза. Гармония вернулась в мир… Ну с чего бы первому красавцу курса интересоваться мышкой-отличницей? Сначала думала об этом, волновалась, а после трех месяцев успокоилась, решила, не торчал бы рядом, если бы не нравилось. А отгадка жила куда ближе, чем казалось. Теперь, видимо, подвернулся вариант получше. Как же стыдно, черт возьми!

Поморгала, прогоняя набежавшие на глаза слезы, и снова посмотрела на вход в аудиторию. В дверях стоял Сергей. Высокий, ладный, компанейский брюнет, любимец и девушек-студенток, и преподавателей. Судя по сосредоточенному лицу, стоял давно, но вмешиваться в разговор отчего-то не спешил. Лада поймала его взгляд и одними губами прошептала: «Самому слабо?». Не то чтобы ожидала ответа, но промолчать было выше ее сил. Он не услышал. Просто отвернулся.

Тишина в аудитории приобрела объем и начала давить на плечи. Лада шмыгнула носом, бросила в сумку учебник, тетрадь и ручку, поднялась на ноги и стала пробираться по лестнице к выходу. Не хотелось, чтобы полкурса увидели ее слезы. Не бралась гадать, почему кавалер не дал ей отставку лично, а вместо этого затеял мерзкий спектакль. Возможно, бедный мальчик хотел получить хотя бы моральную компенсацию за мучения в ее постели, что ж, тогда Сергей может считать себя удовлетворенным.

Приблизилась к теперь уже бывшему и поинтересовалась едва слышно:

– Это правда? То, что они говорили?

Возможно, самым правильным было бы сдержаться, но ей хотелось знать все наверняка.

– Правда-правда! – подбодрил Коршунов вместо Сергея.

– Трус! – зло выпалила Лада и вылетела в коридор.

И тут же налетела на чью-то крупную фигуру. Почти что сшибла с ног.

– Извините…

– Вы куда, Пчелкина? – поинтересовались приятным баритоном, и Лада вздрогнула. Вот только этого аспиранта сейчас не хватало! Собеседник отступил на полшага и продолжил: – Я сегодня заменяю Вениамина Давыдовича на вашем потоке, и лекция начнется через минуту.

– Простите, Лев Всеволодович, мне что-то нехорошо, – пробормотала она и, не дожидаясь ответа, помчалась дальше по коридору.

Спрятаться от всех требовалось больше, чем сделать следующий вдох.

Лада свернула в первый попавшийся на пути поворот и поспешила по узкому темному коридору в сторону ведущей во внутренний двор лестницы. Перемахнула через красную ленточку и продолжила путь. В этой части здания с началом сессии собирались делать ремонт, и с прошлого четверга тут почти не было обитателей, только в дальней лаборатории время от времени копошился кто-то из аспирантов, собирал остатки нехитрого оборудования. Сейчас вокруг не было ни души, только запертые двери с табличками, дежурное освещение и смотрящие в унылый двор окна.

Около тупика между аудиториями притаилась ниша со скамейками, и Лада решила спрятаться там. Слезы не давали вздохнуть, из носа текло ручьем, и идти дальше просто не было сил. В груди ныло, а в голове вертелся только один вопрос: Сергей что, не мог сказать ей о расставании сам? Чем она провинилась? Вела себя как обычная влюбленная дурочка: писала глупые сообщения, придумывала ласковые прозвища, радовалась встречам… Если все это было не нужно, что мешало сказать открыто? Взрослый же мальчик…

Лада в очередной раз вытерла слезы и замерла, осознав наконец правду. Скорее всего, Сергей сам подговорил приятелей устроить представление. Ему, вероятно, хотелось не просто расстаться, а еще поиздеваться над наивной мышкой, самоутвердиться за ее счет. Вот ведь козел! Лада сжала кулаки и попыталась взять себя в руки: если предположения верны, то он не стоит ее слез. Вспомнила старый фильм, где обиженная скромница ставит на место короля школы, и усмехнулась. Жаль, она не умеет так же.

Пахнуло сиренью, шею пригладил прохладный сквозняк, и на миг показалось, слева кто-то стоит и внимательно смотрит через плечо. Лада встрепенулась и повернула голову. Ничего. Разве что по обшарпанной стене пробежала тонкая серая тень, будто спряталась от кого-то. Девушка снова всхлипнула и вытерла нос. Залезла в сумку, достала барбариску и, развернув, засунула в рот. На миг прикрыла глаза, наслаждаясь кисло-сладким вкусом: все-таки с карамелькой за щекой становилось немножко легче. Снова посмотрела в сторону скрывшейся тени и прищурилась. Наверное, если приложить усилия и немного подумать, можно поставить одного козла на место. В конце концов, когда-то надо становиться умеющей постоять за себя прожженной стервой, так почему не сейчас?

Звякнул смартфон, и Лада торопливо нырнула рукой в сумку. Вымученно улыбнулась сообщению: бабушка просила зайти в магазин после учебы. Высморкалась в платок, поднялась на ноги и поплелась к выходу. Прогуляет сегодняшние занятия, долгов у нее нет, а в теме разберется самостоятельно. Главное – не прийти домой слишком рано, чтобы бабушка не начала волноваться из-за ее учебы.

На улице пахло влажным асфальтом и свежескошенной травой. Света не хватало, Ладе показалось даже, что вот-вот наступит вечер. Она озадаченно посмотрела на небо. Не помнила, чтобы шел дождь. Над головой висели тяжелые серо-фиолетовые облака. Девушка ускорила ход. До любимого парка ехать пятнадцать минут на трамвае, пока доберется, тучки отплачут свое. Снова шмыгнула носом и смахнула набежавшие слезы. Ей бы тоже пора остановиться.

В трамвае Лада привычно прикрыла глаза и погрузилась в полудрему. Отчего-то снился Лев Всеволодович: он обстоятельно и подробно, как первоклашке, рассказывал ей, почему нарисованный блондин может поворачивать голову. Чертил блок-схемы, показывал цветные иллюстрации и писал на доске длиннющие формулы. Лада слушала внимательнее некуда, но ничего не понимала. Будто по ошибке забрела на лекцию по магнитогазодинамике для инженерной специальности.

Проснулась оттого, что сидящая рядом старушка тронула ее за плечо и поинтересовалась по-отечески:

– Остановку-то не проспала, милая?

Лада подскочила и уставилась в окно. Точно! За стеклом уже тонула в зелени деревьев знакомая карусель.

– Спасибо! Как раз моя! – кинула она соседке и поспешила к дверям.

Лада вышла и, перебежав дорогу по зебре, прошла через знакомые ворота. Вдохнула запах свежей листвы и на миг прикрыла глаза, а следом снова расстроилась. Последний раз они гуляли здесь с Сергеем в пятницу, он держал за руку и болтал милые глупости. Ей казалось, он не лжет и действительно в восторге от своей сладкой. Лада шмыгнула носом и сжала кулаки: тогда его жирное не смущало… Вот ведь! И она тоже хороша… Уши развесила. Наивная дурочка с переулочка.

Повернула на заасфальтированную тропинку и поспешила знакомой дорогой.

У киоска с билетами собралась очередь, Лада вздохнула и пристроилась сразу за сухим стариком с пышной седой шевелюрой и бородой. Не то чтобы она любила карусель, но та хорошо отвлекала от грустных мыслей. К тому же Лада не каталась с прошлого года. Зимой аттракцион не работал, а весной она уже встречалась с Сергеем. Кавалер считал карусель детской забавой и подтрунивал над ней каждый раз, когда слышал предложение прокатиться.

Карусель здесь была самая обыкновенная: парные сиденья, подвешенные на цепочках, и вращающееся в двух плоскостях основание. Сергей говорил, что нечего тратить время на такой примитив.

На глаза снова навернулись слезы. Лада опять мысленно обругала себя дурочкой, полезла в сумку, вытащила платок и кошелек. Высморкалась, достала карточку и вздохнула. Стоящий впереди старик оглянулся и подмигнул:

– Не нужно плакать в такой замечательный день!

Лада выдавила глупую улыбку и развела руками. Отвечать на бодрый призыв было нечего, а делать вид, что разговаривают не с ней, – неудобно. Старик, видимо, приняв ее попытки быть вежливой за согласие поговорить, продолжил:

– Когда мы что-то теряем, вселенная подкидывает нам компенсацию. Надо просто посмотреть вокруг.

Он открыл было рот сказать что-то еще, но, к счастью, подошла его очередь и великие истины канули в необходимости купить билет.

Продолжения не случилось. Их с Ладой рассадили по разным креслам. Смотритель застегнул цепочку, карусель зажужжала, поднимаясь, и закружила хоровод. Девушка откинула голову и подставила лицо хмурому небу. Хотелось думать, что где-то там солнце одаривает своим теплом даже через облака. Хорошо бы после еще ухватить мороженого, желательно эскимо, и тогда никакой Сергей не испортит настроение. Жаль, денег кот наплакал и нельзя кататься по три раза на дню.

Первая прохладная капля упала точно на щеку, когда карусель уже замедлила ход. Лада поморщилась, пытаясь понять, это слезы или обещанный дождь. Вторая капля приземлилась на нос, и девушка стала прикидывать, где можно укрыться. Как ни старалась, ничего, кроме кафе около трамвайной остановки, в голову не приходило.

Карусель остановилась. Лада убрала цепочку и поспешила прочь. Кинула прощальный взгляд на плакат у ограждения и тряхнула головой: показалось, нарисованный паренек, которому измеряли рост, помахал ей рукой. Прошлась по тропинке и вышла из ворот.

Лада посмотрела вокруг и застыла в недоумении, глядя через дорогу. Кафе и след простыл, а вместо него красовалась витрина с вывеской «Веселье с огоньком». Никогда прежде она не видела этого странного магазина.

На небольшой, с газетный киоск, витрине красовалось так много всего, и не поймешь сразу, чем торгуют внутри. Чучело большой, раза в два крупнее утки птицы. Если бы та была поменьше, Лада решила бы, что это ворон: черные перья, бусинки глаз и лапы были похожи, но размер заставлял сомневаться в предположении. Рядом с пернатым, будто остатки трапезы, валялись с десяток отрубленных пальцев и два окровавленных уха. Лада поежилась. Понимала, что перед ней силиконовая имитация, но легче от этого не становилось.

В правом углу стоял большой, не меньше ворона, будильник. Совершенно обыкновенный: на ножках, со звонком и колечком. Часть циферблата прятала серая паутина. Над вороном и будильником висели две деревянные потертые полки. На одной лежала подушка для дурацких шуток и похожий на конский белый хвост, на другой – острая черная шляпа с полями и яркие трубочки фейерверков.

Лада пожала плечами и потянулась к ручке двери. Ей-то выбирать не приходится, но если владелец выставляет что-то непонятное на витрину и лепит ни о чем не говорящее название, кто будет заходить в магазин? Тем не менее зайти хотелось. Было любопытно выяснить, что же продают в такой лавке. Все лучше, чем страдать по Сергею.

Внутри оказалось еще непонятнее, чем снаружи. В маленьком торговом зале царила полутьма, приторно пахло смесью горьковатых цветов и жженого сахара. Лада поздоровалась со стоящей у кассы продавщицей – холеной худой брюнеткой за сорок в кроваво-красном платье-лапше до пят – и принялась рассматривать товар. На полках вокруг был такой же беспорядок, как на витрине. Книги соседствовали с бутылями с разноцветной жидкостью, часами, деревянными статуэтками, банками с насекомыми, свечами и товарами из магазина дурацких приколов.

– Вы ищете что-то конкретное? – почти пропела брюнетка после десятиминутной паузы. У нее был приятный, с легкой хрипотцой голос. Ладе она напомнила маму, та тоже говорила чуть нараспев.

– Нет, – она неловко улыбнулась.

Продавщица поймала ее взгляд и застыла, побуждая продолжить. У нее были удивительно теплые, зеленые с карими золотинками глаза.

– Признаться, – Лада слегка прикусила нижнюю губу от волнения, но быстро взяла себя в руки, – я забрела просто посмотреть.

– Сюда не забредают просто так, – возразила брюнетка, и в ее глазах промелькнул лукавый задорный огонек. – К нам приходят за ответами на насущные вопросы.

Лада кивнула, не зная, что ответить. Продавщица приблизилась и проговорила вполголоса, будто доверяла подруге страшную тайну:

– Больше того, наши товары сами могут выбирать себе владельца.

– Прямо как в фильме! – Лада почувствовала легкий укол скепсиса, но решила дойти до конца. Хотелось узнать, что именно ей предложат после такой интриги.

– Минуту, – продавщица одарила ее теплым взглядом, и сомнения Лады отступили. Ну не может эта приятная женщина обманывать покупателей. Скорее всего, ее ждет сюрприз.

Женщина подошла к стойке с кассой, открыла ящик и достала оттуда небольшую синюю коробочку. Откинула крышку и вытащила часы. Массивные, но элегантные, с серебряными вставками и разноцветными огоньками. Если бы Лада была каким-нибудь супергероем, у нее непременно были бы похожие. На прошлой неделе они с Сергеем как раз обсуждали такую возможность. Так хорошо было смотреть вместе сериал про спасение мира…

Зачесались глаза, и Лада заморгала, чтобы прогнать слезы. Она не станет реветь при посторонних.

– Вот посмотрите! Мне кажется, это то, что нужно.

– А что нужно? – Лада почти шмыгнула носом. Появилось стойкое желание снова сбежать подальше от всех.

– Как что? – продавщица сверкнула на нее золотыми крапинками. – Успокоиться, отдышаться и разобраться в себе. А еще найти настоящую любовь.

– И как мне поможет это? – поинтересовалась Лада, еще не до конца понимая, спрашивает с иронией или надеждой.

– Это, – женщина задержала на ней пристальный взгляд, – с помощью магнитных импульсов и встроенного искусственного интеллекта сгладит колебания настроения и подскажет, как правильно общаться с окружающими.

– Вот как… – Лада нахмурилась, раздумывая, насколько реально то, что ей предлагают. Искусственный интеллект, конечно, может многое, но и стоит это обычно недешево. А у нее денег не просто нет, а нет совсем. – И во сколько обойдется это чудо?

Продавщица на миг опустила глаза, а потом проговорила явно заученный текст:

– Модель экспериментальная. Если вы разрешите в течение трех месяцев снимать ваши параметры: давление, пульс, скорость и направление перемещения, то вам они обойдутся в тысячу рублей.

Будто стараясь придать значение своим словам, она повертела часы, и те засверкали задорными огоньками.

– А если не разрешу?

– В таком случае, увы, они не продаются, – строго заметила продавщица: – Запрет производителя.

– Мне нужно подумать, – Ладе нравились и часы, и цена, но что-то в происходящим настораживало.

Она на миг прикрыла глаза, прислушиваясь к стуку дождя за окном. Ну какой подвох может быть в часах с искусственным интеллектом? Таких штук везде полно от разных производителей. А тут шанс приобщиться к прогрессу и, может быть, залечить душевные раны.

– Примерьте! – женщина улыбнулась и сверкнула на собеседницу удивительными глазами.

Ладе показалось, нос уловил запах сирени. Тонкий, едва ощутимый, но такой приятный…

– Хорошо, – согласилась она и протянула продавщице руку.

Та поспешила защелкнуть на запястье покупательницы браслет. Лада вздрогнула, в первый момент тот оказался почти ледяным и каким-то чужим. Будто вовсе не из этого мира. Захотелось снять их, содрать вместе с кожей, а после вымыться и никогда больше и не смотреть в их сторону, но женщина удержала руку Лады, и через три удара сердца часы перестали ощущаться чем-то чужеродным. Напротив, от них стало исходить напоминающее о детстве тепло.

Продавщица скользнула пальцами по корпусу и включила дисплей.

– Вверху экрана отражаются ваши показатели: давление, пульс, скорость перемещения. В середине экрана в обычном состоянии – циферблат, в режиме совета – сообщения и изображения, в режиме ожидания – секундомер. На нижней строчке обозначение режима. Их больше чем три, все они есть в инструкции.

Лада посмотрела на часы, с каждым мгновением те нравились ей все больше и больше. Она потрогала браслет, повертела, удобнее устраивая его на запястье, и довольно охнула. Гаджет выглядел стильно и привлекательно.

– Поносите до завтра без оплаты. Если не понравятся – вернете.

– Но…

– А если понравятся, переведете деньги по реквизитам. Часы подскажут, – и опережая любые вопросы, добавила: – модель экспериментальная. Создатель готов проявить гибкость.

– Хорошо, – согласилась Лада. Предложение выглядело странным, но вряд ли такая женщина стала бы обманывать ее. С Пчелкиной нечего взять, кроме анализов, так чего бояться?

– Отлично, – продавщица вручила ей коробку. – Инструкция внутри, правда, шрифт мелкий, но есть ссылка на сайт, можно прочитать там. Не снимайте! Заодно поймете, как вам браслет.

Лада кивнула. В общем-то, снимать часы особого желания и не было. Спрятала коробку в сумке и застыла в неловком молчании.

– Как раз прошел дождь, – усмехнулась женщина, и Лада почувствовала стойкое желание уйти. – Носите с удовольствием!

Посетительница снова кивнула и направилась к выходу.

– До свидания! – попрощалась перед самой дверью, но продавщица, видимо, уже успела убежать в подсобку, и у кассы никого не было.

Лада попыталась разглядеть, где может располагаться помещение, но услышала трамвай и поспешила на остановку. Если верить часам, она слишком долго проторчала в магазине. Неудивительно, что продавщица сразу отправилась заниматься делами, как только спровадила недопокупательницу.

В трамвае пахло остатками дождя. Сквозь открытые окна в салон пробирался аромат свежих листьев, но дождь пока побеждал, и Лада тяжело бухнулась на сиденье и с жадным наслаждением втянула носом этот почти летний аромат. Ей показалось, она пьяна. Сознанием владела дурманящая бесконечная радость, и отчего-то в голове поселилась уверенность, что она навсегда.

Сомнения появились ближе к дому. Они потеснили радость и добавили мыслей, что она, Лада, слишком легко согласилась носить гаджет. Кто знает, что производитель подразумевает под искусственным интеллектом. И стоит ли связываться? С одной стороны, волшебная таблетка, конечно, дело хорошее. Напялил часы, раз, и все проблемы решились. С другой —ерунда какая-то выходит. Нет, производителя понять можно, ему данные нужны и, скорее всего, обучение системы, а человеку какая польза? Увидеть идеальную, правильную модель коммуникации? С точки зрения программы, конечно. Только если. Еще неясно, насколько это все безопасно, что там за магнитные импульсы…

В магазине Лада почувствовала себя загнанным в ловушку зверем, ощущение, что она влипла в историю, не оставляло ни на миг. Даже умудрилась поцапаться с каким-то парнем в очереди. Вот уж никогда не предполагала, что дойдет до такого, но настроение было хуже не придумаешь.

Почти влетела в подъезд и в нетерпении нажала кнопку лифта. Хотелось спрятаться от всех и стащить с руки часы, если надо, то вместе с кожей. Они никак себя не проявляли, но Ладе казалось, в них происходит что-то страшное. Искусственный интеллект задумывает мерзкую пакость.

Лада не выдержала. Дернула застежку браслета, пока лифт тащился на тринадцатый этаж. Выругалась и спешно запихнула палец в рот, останавливая кровь. Порезалась о серебряную вставку. Лада покачала головой и попыталась еще раз. Безуспешно. Похоже, новомодные часы оказались так себе устройством, застежка сломалась почти сразу.

Двери лифта разъехались, Лада вышла на лестничную клетку, сделала два глубоких вдоха, чтобы успокоиться. Еще не хватало расстроить бабушку. Завтра после занятий вернется в магазин и попросит снять гаджет, продавщица, скорее всего, расстегнет браслет без труда. Все лучше, чем сломать его сейчас из-за невесть откуда взявшихся страхов. В конце концов, она за часы еще даже не заплатила!

Глава вторая. Бабушка, Трактор, Желток и Лев

Отпустило еще до того, как Лада достала ключи. Часы потеряли зловещий флер и снова стали походить на не очень удавшийся гаджет. «Видимо, калибровка», – пошутила Лада про свои перепады восприятия и принялась возиться с замком. Переступила порог, втянула носом царивший в коридоре яблочный аромат и прикрыла глаза. Бабушка готовила шарлотку. Нежную, воздушную, сладкую вкуснятину.

– Это я! – крикнула, предупреждая родственницу. Сняла кроссовки и куртку, заглянула в ванную помыть руки и направилась на кухню выложить покупки.

– Здравствуй, Ладушка, – бабушка отвлеклась от духовки и поспешила поцеловать внучку в щеку.

– Здравствуй! – девушка на всякий случай осмотрела родственницу с головы до ног. Не видела ее с утра, но сейчас бабушка выглядела как обычно: ясные голубые глаза, крашенные в каштановый длинные, собранные в гульку волосы, домашний костюм, лишний раз подчеркивающий отлично сохранившуюся женственную фигуру и великолепную осанку. Теплая улыбка.

– Ты без Сережи?

– Без, – Лада развела руками. – Мы расстались.

Опустила взгляд и принялась выкладывать на стол покупки: батон, пачку молока и творог. Не понимала, стоит ли рассказывать бабушке такие подробности, но и молчать не видела смысла. Родственница отлично знала, что они с Сергеем встречались, и все равно будет спрашивать о нем.

Бабушка на миг удивленно приподняла левую бровь, потом закрыла духовку и подошла к чайнику.

– Жаль, – щелкнула рычажком, и агрегат зашипел. – Мне казалось, он славный парень, и ты ему нравишься. Ну да невелика потеря, в твоем-то возрасте.

Лада вздохнула с облегчением. Отчего-то боялась, что бабушка станет переживать из-за неудач внучки на любовном фронте.

– Он другую нашел, – продолжила, сама не зная зачем, и почувствовала, как слезы набегают на глаза. Шмыгнула носом и обозвала себя болтушкой. Бабушке эта информация зачем?

– Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло, – как-то чересчур задорно заметила родственница. – Не вешай нос. Займись учебой. Кавалеры от тебя никуда не денутся.

Подошла, потрепала внучкину шевелюру и похлопала по спине.

– Там на бирже заказы пришли, часть я взяла, сделаю. Посмотри остальные и приходи чай пить. Как раз шарлотка подоспеет.

Лада кивнула и направилась в свою комнату, и впрямь стоило заняться делом. Поплакать сможет и ночью.

Прогнала со стула дремавшего там Трактора, пушистого черно-белого кота неизвестной породы, уселась за стол, откинула крышку ноутбука и поводила мышкой. Вздохнула, вглядываясь в список возможных заказов на бирже фрилансеров. Они с бабушкой уже пару лет подрабатывали написанием рефератов и курсовых. Пенсий – бабушкиной учительской и Ладиной по потере кормильца – не хватало, вот и приходилось крутиться. Временами попадались очень интересные темы.

В этот раз все было банально. Лада поставила галочки напротив курсовой про поэтов серебряного века для студента-технаря, по истории экономики для какого-то маркетолога и повертела мышкой вокруг темы о художниках первой половины девятнадцатого века. Во-первых, не увидела информации о назначении курсовой и оттого не смогла судить о глубине проработки, а во-вторых, Лада ничего о них толком не знала. Решила не соглашаться. Еще не хватало, чтобы потом недовольный заказчик испортил репутацию.

Посмотрела на время и поспешила обратно на кухню. Через полчаса у бабушки начинался урок, она помогала подтягивать русский и литературу отстающим школьникам, и стоило составить ей компанию сейчас, а не позже.

– Серьезный разговор есть, – сообщила бабушка, когда они устроились за столом с шарлоткой и ароматным, пахнущим мятой чаем.

– Вечер перестает быть томным, – Лада выбрала кусок поменьше, положила его на блюдце и подвинула к себе. Догадывалась, в чем дело, и потому не волновалась. Почти.

– Завтра у Марии день рождения. Позвони ей, пожалуйста. Пара слов, больше от тебя не требуется.

– Не хочу, – Лада почувствовала, как сердце берет разбег. – Да и мама вряд ли ждет моего поздравления.

– Ей будет приятно. Она, между прочим, звонит тебе каждый год!

Лада ухмыльнулась: действительно звонит. Каждый год. С этим не поспоришь. Не только в день рождения, но и по другим праздникам. Вот только как уехала к новому мужу семь лет назад, так ни разу больше чем на три дня и не появилась. Еще бы! Там супруг и двое других детей, не до Лады.

– Ладушка, так нельзя, – продолжила наступление бабушка. – Не чужие же люди.

– Я подумаю… – откусила шарлотку, давая понять, что не готова дальше обсуждать тему. Прикрыла глаза, наслаждаясь сладким, с яблочной кислинкой вкусом.

Бабушка вздохнула и тоже потянулась к пирогу. Из коридора почти бесшумно пришел Трактор и, не дожидаясь приглашения, устроился у Лады на коленках. Она погладила кота свободной рукой. Тот довольно заурчал бойким моторчиком.

Идиллию нарушил звонок смартфона. Лада ссадила пушистого и пошла в коридор поднять трубку, прекрасно помнила, что оставила гаджет в куртке. Достала его из кармана и уставилась, не понимая, нужно отвечать или нет. На экране красовалось еще не исправленное «Сереженька».

Сжала аппарат и мысленно досчитала до пяти. Звонок не прекратился. Продолжила счет до десяти. Не помогло. На руке завибрировали часы, и Лада поспешила посмотреть на экран. «Все ваши показатели свидетельствуют о высоком уровне стресса, постарайтесь сейчас уменьшить воздействие негативных факторов», – гласила надпись.

Лада только усмехнулась. Кто б спорил… Осталось понять, что делать с этими самыми факторами. Как уменьшить воздействие?

Звонок прекратился, и почти сразу пришло сообщение от бывшего: «Принесу твою канарейку завтра». Лада цокнула языком. Вот скотина! Какая канарейка, у нее кот… Договаривались же, когда покупали, что птичка будет жить у него. Вздохнула и махнула рукой. Заберет, а потом подумает, куда пристроить. С Сергея станется просто выпустить птицу, а Трактор, к счастью, ленив, и она получит фору, пока кот будет присматриваться к добыче.

Остаток дня провела за ноутбуком. Близилась сессия, и хватало учебных дел, хотелось расквитаться со всем в срок и поискать себе стажировку по специальности. Пусть даже бесплатную, но полезную.

Лада умудрилась забыть про часы и вспомнила о них только утром, вылезая из душа. С тревогой посмотрела на дисплей. Горела надпись: «Отличного дня» и время. Усмехнулась мысли, что, сама того не желая, проверила их на водонепроницаемость, пообещала себе зайти в магазин после учебы и продолжила сборы. Первой парой был семинар у Швабрина, а он терпеть не мог опозданий.

Если верить часам, Лада пришла минут за десять до начала, но ее явно ждали. Ребята торчали у стоящей на первой парте круглой клетки с испугано чирикающей серо-желтой птахой и тихонько посмеивались, обсуждая возможную реакцию Швабрина. Активно предполагали, какие именно ехидные наставления придумает для нее преподаватель. Громче всех радовался здоровяк Коршунов, но и другие не отставали. Лада прищурилась, стараясь запомнить особо шумных. На всякий случай.

Остановилась в дверях послушать неспешную беседу и дальше. Не удалось! Ее заметила стоящая боком ко входу Птичкина.

– А вот и хозяйка зверинца пожаловала, – выдала она так, будто это Лада, а не Сергей притащил птицу на пары.

Сообразив, что она пришла, часть однокурсников поспешила рассесться по местам. Видимо, ссориться все-таки было не с руки. Лада мысленно порадовалась, что сейчас по расписанию семинар и в аудитории только ее группа. Втянула розовый аромат духов соперницы и смерила ее взглядом. Сегодня Ольга казалась немного уставшей, но вполне довольной. Немудрено, Сергей – любитель постельных упражнений. Это ее дома ждала бабушка, а Птичкина небось развлекала его до утра. Что ж пусть так. Даже завидовать не будет, какой смысл тратить время на мужчину, который не влюблен. «В тебя не влюблен», – ехидно заметил внутренний голос, и Лада прикусила губу. Как и вчера, захотелось разреветься.

– Строго говоря, – попыталась сохранить хладнокровие, – на птицу у нас с Сергеем совместная собственность. Покупали в складчину.

– Вот и возьми на себя долю обязательств, – подал голос бывший. Встал рядом с Ольгой и обнял ее за талию. – Мне ничего совместного с тобой не нужно.

Лада поежилась и внимательно осмотрела его с головы до ног. Выглядел так же цветуще, как и вчера, похоже, и не переживал вовсе.

– Это я поняла, – пожала плечами и мысленно попросила у провидения сил. Видеть его с другой было тяжело. На руке завибрировали часы, но она даже не дернулась, о своем желании разрыдаться знала и без них. – Мог бы и после занятий принести. Здесь шумно и Желтку страшно, к чему издеваться над птицей?

– Еще не хватало лишний раз встречаться с тобой после занятий, – прошипел бывший.

Лада открыла рот пообещать, что она не тронет мальчика, он может не переживать, но строгий голос заставил ее прикусить язык.

– Это еще что такое? – поинтересовались из-за спины знакомым баритоном, и Лада мысленно сжалась в комок. Лев Всеволодович Медведев собственной персоной! Часы снова предательски завибрировали на запястье, но она только фыркнула. Конечно, она волнуется! Этот аспирант последний, кого хотелось бы видеть сейчас.

Они познакомились три с лишним года назад, когда вчерашняя школьница приносила в университет оригиналы документов. Умудрилась запутаться в трех стенах и не нашла ничего лучшего, чем спросить дорогу у проходящего мимо приятного молодого человека. Высокого, шикарно сложенного шатена с правильными чертами лица и голубыми глазами. Он очень любезно проводил ее до места, подождал, пока она закончит свои дела, и после устроил настоящую экскурсию по университету. Они даже телефонами обменялись и один раз ходили гулять в парк. А потом выяснилось, что он аспирант на ее кафедре, и общение само собой сошло на нет.

– Я… – начала Лада несмело, но поймала его взгляд и осеклась. Показалось, Лев Всеволодович пришел вовсе не выслушивать объяснения.

– Пчелкина живность притащила! – солгал стоящий рядом Коршунов и нехорошо хмыкнул. – Неясно зачем…

– Это так? – аспирант метнул на нее строгий взгляд.

– Не совсем, – Лада выдавила улыбку и мысленно обругала себя дурындой. – Но птаха моя. Его Желток зовут. Обещаю, он никому не помешает.

– Вот что, Пчелкина, – решительно подытожил Лев Всеволодович, – я птицу унесу к себе, а вы зайдете после занятий и заберете. Знаете, где мой закуток?

– Да, – Лада опустила глаза, отчего-то показалось, что это приглашение хуже, чем вызов к директору в школе. Ее отругают, несмотря на давнее знакомство.

– Сколько у вас пар? Шесть или семь?

– Семь.

– Прекрасно. Жду вас после учебы, – мужчина подхватил клетку и отправился к выходу.

Лада вздохнула и поспешила занять любимое место в третьем ряду. Очень вовремя! Через пару минут в аудиторию вошел запыхавшийся Швабрин, точным появлением лишний раз доказывая, что привык требовать пунктуальности не только от студентов, но и от себя.

Весь семинар Лада боролась с желанием учудить какую-нибудь мелкую пакость. Дать списать неправильно сделанное задание, подложить жвачку кому-нибудь на стул или пролить сладкий чай на чужую сумку. Прекрасно понимала, это обыкновенное ребячество, но ничего не могла с собой поделать. Стоило отвлечься от занятия, и в голову лезла настойчивая мысль: над ней посмеялся не только Сергей, над ней хихикали абсолютно все в группе. Кто-то явно, кто-то – нет, но общей картины это не меняло. Все три года предыдущего спокойного общения оказались мелочью по сравнению с возможностью почесать о нее свое самолюбие. Что ж, будет знать. Не самое приятное, но полезное знание.

К счастью, к перерыву злость отпустила и Лада, напомнив себе, что, в общем-то, никто из окружающих не обязан ее любить, спокойно занялась своими делами. Забот хватало. Раздражающий вид сладкой парочки и приближающаяся сессия заставляли активнее бегать, сдавая задания и уточняя детали по курсовому проекту.

Отправилась ко Льву позже, чем рассчитывала, разбирала с семинаристом свою ошибку в домашке по эконометрике и задержалась почти на пятнадцать минут. Спешила за Желтком и мысленно готовилась к тяжелому разговору. Иногда Лев казался ей своим парнем, но то как он быстро свел их вполне невинное общение на нет, возвращало в реальность и заставляло относиться к нему настороженно. Что бы она себе ни думала, сейчас он штатный преподаватель и даже дружеской болтовни у них не получится.

Самый короткий путь на родную кафедру шел через внутренний двор. Лада выбралась на улицу через неприметную дверь, жадно втянула носом пахнущий свежей зеленью воздух и на миг прикрыла глаза от удовольствия. Прохладный ветерок и не по-весеннему теплое солнце наводили на мысли о летнем отдыхе. Лада посмотрела на растущие здесь липы и представила, что путешествует в незнакомом городе и сейчас как раз собирается посетить уникальную достопримечательность.

Она миновала полукруглую скамью, потом засаженную недавно распустившимися желтыми тюльпанами продолговатую клумбу, обшарпанный стенд с университетскими объявлениями и подошла к другой неприметной двери. Взялась за прохладную ручку и толкнула полотно. Снова оказалась в полутемном университетском коридоре.

В этой части всегда было безлюдно, а после седьмой пары особенно. Лада ускорила ход, не хотелось, чтобы Лев Всеволодович ждал ее и сердился. Повернула и пошла вдоль галереи с портретами выдающихся преподавателей. Кафедра располагалась в самом конце, от остального коридора ее отделяла тяжелая двустворчатая дверь. Лада помедлила перед входом, показалось, кто-то спешит следом. Оглянулась, но никого не увидела. Вздохнула и вошла. Боится она, стесняется или переживает, неважно. Пора выручать Желтка из плена!

Услышала птичье пение раньше, чем добралась до нужной двери. Похоже, в гостях у аспиранта Желтку было лучше, чем в аудитории, и он вовсю радовался новому месту. Лада постучала в приоткрытую дверь и, дождавшись разрешения, вошла.

Лев Всеволодович вышел из-за стола и направился ей навстречу.

– Я покормил Желтка, – бодро отрапортовал он, не дожидаясь приветствия, – пшеном. И воду в поилке сменил.

– Спасибо, – пробормотала Лада и почувствовала, что краснеет. Ожидала ворчания и выговора, но, судя по спокойному выражению лица хозяина кабинета, не предполагалось ни того ни другого.

Мужчина остановился в шаге от нее. Смущаясь, Лада огляделась по сторонам. Из-за клетки комната казалась еще меньше, чем обычно. Правду сказать, кабинет у Льва Всеволодовича по размеру напоминал ванную комнату в их с бабушкой квартире, но зато был загроможден почти как кладовка. У дальней стены стоял стол, стеллаж с книгами красовался напротив, высокий пенал прятался прямо у окна, и свободного места почти не оставалось.

Лев вздохнул и поинтересовался вкрадчиво:

– Пчелкина… Лада… У вас все в порядке? Вчера вы казались растерянной. И сегодня…

Она поймала внимательный взгляд его голубых глаз и тяжело проглотила застрявший в горле ком.

– Все хорошо, – соврала без зазрения совести. Не жаловаться же ему на Сергея, в самом деле! Да и с бывшим она сама виновата, уши развесила и не заметила очевидного. – Желтка однокурснику на день рождения дарила, но он с птичкой не сладил, вот и принес сегодня обратно. Неожиданно, конечно, но ничего страшного.

– Понял, – выдавил улыбку аспирант. – Обращайтесь, если понадобится помощь или возникнут сложности.

– У меня? – Лада усмехнулась. На руке настойчиво завибрировали часы. – С учебой сложностей нет.

– Славно.

– Я пойду, Лев Всеволодович, – она взяла клетку и попятилась к двери.

– Конечно. До свидания!

– До свидания!

Лада вышла в коридор и поспешила за пределы кафедры. Щеки жгло так, будто они стали пунцовыми, и страшно не хотелось, чтобы собеседник заметил ее состояние.

Остановилась перевести дух около окна с широким подоконником. Поставила клетку и покачала головой. Чего, спрашивается, засмущалась? Мужчина проявил обычную вежливость, не больше. С надеждой найти ответ посмотрела на часы, но на экране снова отражалось только время. Махнула рукой. Сейчас не до Льва. Надо отвести Желтка домой.

Лада вздохнула, прихватила клетку и пошла к выходу. Уже по дороге вспомнила про свои планы заехать в магазин, но решила отложить на завтра. Хватало дел и без бесполезной езды туда-сюда.

Глава третья. Если ничего не выходит, читай инструкцию

Всю дорогу до дома Лада никак не могла унять одолевающие грустные мысли. Сначала размышляла о своем весе: в голове прочно засела версия, что будь она похудее, и Сергей не стал бы смотреть на сторону, и Лев не слился бы так быстро. Потом об однокурсниках – отчего-то их желание позубоскалить задевало ничуть не меньше измены кавалера. После – о матери. Никогда не понимала, что сделала не так. Что такого могла сотворить тринадцатилетняя девчонка, чтобы ее резко расхотелось видеть рядом?

Ближе к дому злиться сил не осталось. Лада напомнила себе заученную еще со школьной скамьи истину, что никто не обязан оправдывать чужие ожидания, и решила не расстраиваться из-за других людей. Получалось плохо, но пытаться ей никто не запрещал.

Вошла в квартиру по-мышиному тихо, стараясь ничем не выдать свое присутствие. На часах было без пяти шесть, а до шести у бабушки шел урок. Закрытая в ее комнату дверь, конечно, решала большую часть проблем, но Лада отлично знала, что громкие звуки в коридоре мешают.

Бабушка вышла еще до того, как Лада помыла руки.

– Сегодня вы закончили вовремя, – отметила девушка, намекая на стандартные десятиминутные задержки.

– Наталье надо было бежать куда-то, – отмахнулась бабушка и подошла к клетке с Желтком. – Какой красавец! Жаль, его нельзя оставить…

– А поет как… – мечтательно добавила Лада.

– Я спросила у Ульяны, она готова забрать его послезавтра, – сообщила бабушка. – А пока пусть побудет у меня. От греха подальше.

Лада кивнула. Тоже не надеялась на благородство Трактора, а в комнату старшей хозяйки кот почти не заглядывал, предпочитал валяться на кресле около Ладиного ноутбука.

– Ужин через полчаса, – бабушка подхватила клетку и направилась к себе. – Пока отдыхай.

Лада кивнула и продолжила будничный ритуал. Заглянула в ванную, переоделась в домашнее и уселась почитать. Полезным займется после ужина, а сейчас самое время насладиться маленькими радостями.

Изображенный на обложке авантюрного романа яркий брюнет с огромным доберманом справа смерил Ладу строгим взглядом, пожал плечами и подтянул поводок, не давая псу выпрыгнуть из обложки. Девушка тряхнула головой и снова посмотрела на картинку. Брюнет, лукаво улыбаясь, разглядывал пространство перед собой, собака стояла рядом. Лада вздохнула. Хотелось бы понимать, что происходит? У нее стресс или она просто сходит с ума? Усмехнулась мысли, что во всем виноват Сергей, до того как они стали встречаться, у нее подобных видений не водилось. Покачала головой и вздохнула: надо сходить к доктору, вдруг это заболевание, передающееся половым путем, и она подхватила его по неопытности?

Завибрировали часы, и Лада кинула на них недовольный взгляд. За день гаджет успел надоесть. Прочла очередное сообщение о стрессе и снова попыталась расстегнуть ремешок. Тщетно! Конечно, можно было просто применить силу, но Лада еще надеялась избавиться от них мирным путем. В конце концов, никаких согласий она не подписывала, денег тоже не платила, обязательствам с любой из сторон просто неоткуда было взяться.

Подергала часы, перемещая их по руке, и потерла примятое браслетом место. Сжала губы. Угораздило же ввязаться в авантюру… Снова подергала застежку, но та не поддалась. Лада выругалась и с силой рванула ремешок.

– Не надо так… – прошептали над ухом, и она испуганно оглянулась.

За спиной никого не было. Разве что нос уловил до боли знакомый аромат сирени. На кресле завозился Трактор, поднялся на лапы и пристально посмотрел на хозяйку.

– Ты чего? – прищурилась Лада и подошла погладить питомца. Он послушно пошел на руки, но успокаиваться не желал, вместо того чтобы довольно мурчать, то и дело оглядывался по сторонам.

К ночи она обнаружила, что на часах запустился обратный отсчет. До невесть какого события оставалось шестнадцать часов сорок три минуты. Покопалась в инструкции, но не смогла не только остановить его, но и просто убрать с экрана. Теперь все рекомендации выдавались мелким шрифтом сверху и даже после увеличения через полминуты возвращались в предыдущий режим.

Лада засыпала с мыслью, что часы сломались и теперь их можно вернуть в магазин с чистой совестью.

К обеду следующего дня отсчет начал нервировать. Лада перестала обращать внимание на подколки Коршунова, на сладкую парочку и даже на показушную любезность насмехающихся еще вчера однокурсников, только посматривала на часы и гадала, какое событие ее ждет. Понимала, все бред, скорее всего, гаджет просто вышел из строя, но отделаться от нехорошего предчувствия не могла. Прикинула, что отсчет обнулится к пяти, и с тревогой ожидала этого времени.

Занятия закончились около четырех, и Лада поспешила в «Веселье с огоньком» избавиться, наконец, от часов. По дороге раздражало все: и медленно ползущий трамвай, и соседка по креслу – чересчур юркая девчушка лет десяти, и химический запах в салоне, и темнеющее в ожидании дождя небо. Лада сидела как на иголках. Кажется, даже перед экзаменами не дергалась больше.

Выбралась из трамвая на остановке, прошла десять шагов и застыла, пристально вглядываясь в витрину. Ничего не изменилось! Там красовался знакомый ворон и силиконовые пальцы. Подошла к двери и увидела подвешенную на ручке табличку: «Закрыто на учет». Лара дернула ее для порядка, но дверь не поддалась.

Подавила желание разреветься, мысль о еще одном дне в компании гаджета раздражала до покалывания в руках. Завибрировали часы. Не задумываясь, Лада посмотрела на экран. Отсчет обнулился.

Дернула головой, проверяя, не померещилось ли. Экран сверкнул лиловым и вернулся к начальным настройкам с отображением времени и показателей. Лада тихонько выругалась. Что, черт возьми, происходит? И где взять инструкцию на этот счет?

Не поехала на трамвае, решила добраться до метро пешком. До ближайшей станции, кажется, было километра полтора. Погода стояла отличная, дорога шла вдоль парка, машин и людей на пути почти не попадалось. Красота, да и только! Ничего страшного, приедет сюда завтра. Заодно, после того как отдаст часы, заглянет в парк и снова покатается на карусели.

От мыслей отвлек звонок смартфона. Несколько мгновений Лада таращилась на экран, размышляя, зачем понадобилась этому человеку, а после потянула пальцем зеленую трубку.

– Лада, здравствуйте, – приветствовали с другой стороны смартфона. – Лев беспокоит.

– Слушаю вас, Лев Всеволодович, – она усмехнулась и прикрыла динамик рукой, чтобы ветер не заглушал звуки. Не хотелось называть мужчину по имени, он сам создал дистанцию, и она не станет сокращать ее без веского повода.

– Я бы хотел завтра встретиться с вами. Вне университета. Часов в семь-восемь. Это важно, было бы очень хорошо, если бы вы нашли время.

– А что случилось? – прищурилась девушка, на ходу гадая, для чего неудавшемуся кавалеру встречи с ней.

– Это сложно объяснить по телефону. Я займу у вас минут сорок от силы.

– Хорошо, – вздохнула Лада. Лев, похоже, знал толк в интригах, теперь она пойдет на встречу просто из любопытства. – В семь около памятника Маяковского.

– Договорились. Увидимся! И будьте осторожнее.

– Постараюсь, – усмехнулась Лада и нажала отбой.

Все-таки этот Лев Всеволодович странный малый. Теперь она весь вечер будет гадать, что ему нужно. Вряд ли он решил возобновить ухаживания, скорее, хочет предложить что-то по учебе, но зачем для этого встречаться где-то, кроме университета? Секрет секретов.

Нырнула в полупустой вагон метро и уселась на одиночное сиденье. Часы на руке раздражали неимоверно, хотелось сдернуть их и выкинуть куда-нибудь подальше. Лада осторожно потеребила браслет и снова попыталась расстегнуть застежку. Ничего не вышло. Вздохнула, успокаиваясь, и прикрыла глаза. На следующей станции зайдет много народу, а ей совсем не хочется никого видеть.

Кажется, впала в полудрему. Все происходящее вокруг лишилось четкости и стало походить на сон. Лада слышала мужской голос, объявляющий станции, стук дверей, гул зашедших в вагон пассажиров, чей-то смех, недовольное ворчание и стук колес. А потом по шее пробежался холодок, будто кто-то невидимый тронул ее ледяной рукой. Лада испуганно оглянулась, но увидела только окно без форточки и темноту туннеля.

Подняла воротник джинсовки и снова прикрыла глаза. К привычным звукам примешался шершавый, пробирающий до костей шепот. Как ни старалась, Лада не разбирала слов, но отчего-то с каждым новым мгновением речи холод вокруг становился все ощутимее. Открыла глаза и посмотрела на стоящего рядом с сидением молодого человека в огромных наушниках. На миг спрятала лицо в ладонях и вздохнула: наверное, у соседа слишком громкий звук, вот и мерещится всякое. Сейчас придет домой, выпьет чаю и прогонит все лишние мысли и детские страхи. На этой ветке всегда было холодно и шумно, а у нее, Лады, и без того стресс…

На улице, к счастью, хоть и веяло вечерней прохладой, было еще тепло. На деревьях чирикали птахи, рядом шумели машины, и Лада окончательно успокоилась. Похоже, расставание с Сергеем просто играло злую шутку с ее нервной системой. Он говорил, что не любит метро, а ее мозг подсознательно отыскал причину. Если так дальше пойдет, в следующий раз в поезде у нее начнет темнеть в глазах и будут дрожать конечности.

Открыла дверь ключом и, стараясь не шуметь, проскользнула в коридор. Не помнила, есть ли у бабушки сейчас урок. Сняла куртку и кроссовки, подняла голову и вздрогнула. Родственница стояла в двух шагах и выглядела чернее тучи.

– Что случилось, ба? – поинтересовалась Лада осторожно. – На тебе лица нет.

Последний раз она была так расстроена, когда ее лучшая подруга попала в больницу с подозрением на инфаркт.

– Я на минуту только отошла, – сообщила она вполголоса и как-то беспомощно развела руками. – И дверь закрыла. Кто ж знал-то…

Лада нахмурилась. Ничего не понимала.

– Бабуль… – она приблизилась, обняла родственницу и поцеловала в щеку, – давай по порядку. Главная мысль какая? Все живы?

– Нет. Не все.

Лада почувствовала, как внутри сжался в комок и тут же подрос липкий неприятный страх.

– А подробнее, – попросила хрипло, мысленно прикидывая, какая потребуется помощь, если ушел из жизни кто-то из бабушкиных подруг.

– Прости, пожалуйста, не уследила, – женщина тяжело вздохнула. – Трактор потрепал Желтка. Съесть не успел, я не дала, но это уже не помогло. Не знаю, как клетку открыл. У меня как раз урок закончился и я в туалет убежала. Вернулась, а в комнате… Так жалко… Хорошая птичка была, звонкая.

– Господи, ба! – с облегчением выдохнула Лада и поспешила обнять собеседницу. Нет, ей тоже было жалко Желтка, но его смерть была не самым страшным из нарисованного изображением. – Пойдем отругаем Трактора, потом нальем чаю и подумаем, что делать с трупиком пташки.

– Ты говоришь как заправский мафиози, – подытожила бабушка спокойнее, и Лада решила, что она просто чувствовала себя виноватой и боялась, что они с внучкой разругаются из-за пташки. – Будто прячешь трупы каждый день.

– Надеюсь, до этого не дойдет, – девушка выдавила улыбку. – Признаться, в последние дни убить кого-нибудь мне хочется с завидной периодичностью. Но отвечать-то как за людей… Приходиться сдерживаться.

Бабушка закатила глаза и покачала головой. Лада мысленно отпраздновала победу, не хотелось, чтобы родственница корила себя долго.

Вечер прошел в суете. Сначала женщины занимались похоронами пташки, потом ужинали и успокаивали ластящегося и постоянно мяукающего Трактора. Пушистый, похоже, сам испугался собственной прыти. До учебных дел Лада добралась к только к ночи. Копалась в таблицах и графиках, пытаясь разобраться в зависимости доходности инвестиционных проектов от учетной ставки и величины первоначальных инвестиций, время от времени гладила лежащего на коленях кота и тихонько вздыхала. Почти не скучала по Сергею, не успела привыкнуть к нему за время, пока были вместе, но обида на некрасивое расставание надоедливой крысой грызла душу. Если она и впрямь так ужасна, как сказала Ольга, то почему не расстался с ней, когда выиграл спор? Вот ведь… Любитель жевать кактус. Права бабушка, вокруг хватает разных тварюшек.

Вспомнила про часы, когда те завибрировали в очередной раз, сигналя о стрессе. Тихонько выругалась и начала ощупывать гаджет в поисках кнопки отключения. Пусть она не может снять надоедливую вещицу, избавится от ее присутствия хотя бы так.

Едва заметный выступ прятался около края ремешка. Лада нажала на него большим пальцем и удержала, пока экран не погас. Довольно ухмыльнулась, погладила Трактора и потопала в душ. С заданием разобралась, а все остальное можно смело оставить на завтра.

Проснулась утром за десять минут до будильника от вибрации в часах. Тряхнула головой, вглядываясь в светящийся экран. Точно помнила, что выключила их вчера. Недовольно фыркнула и снова потянулась к заветной кнопке. С силой вдавила ее внутрь и удерживала, пока не заболел палец.

Экран гаснуть не пожелал. Зато стандартное изображение снова сменилось обратным отсчетом. На этот раз гаджет отмерял семьдесят восемь часов. Лада выругалась и подскочила с кровати, хотелось избавиться от вещицы как можно быстрее. Ждать и разбираться, что ждет в назначенное время, она не собиралась.

Была у дверей «Веселья с огоньком» за две минуты до открытия. Плюнула на формальности, миновала жутковатую витрину и рванула ручку двери. Звякнул предупреждающий о посетителях колокольчик, и Лада вошла внутрь.

С прошлого раза внутри ничего не изменилось, разве что сейчас здесь хватало света, веяло прохладой и в воздухе меньше чувствовался аромат жженного сахара. Продавщица тоже оказалась прежней. Но сегодня она выглядела чуть страннее, чем три дня назад. На ее красивом лице читался не то чтобы возраст, скорее, какая-то ехидная насмешка над миром, а платье напоминало наряд с картинок о странствующих девах-сказительницах: слегка приталенное шнуровкой закрытое платье из темной плотной ткани.

– Я хочу вернуть часы! – выпалила Лада, не дожидаясь, когда женщина поздоровается и расплывется в дежурной улыбке. Полезла в сумку за коробкой. Все-таки отдавать надо полный комплект.

Продавщица смерила ее внимательным взглядом и расплылась в улыбке.

– Могу я поинтересоваться почему?

– Они очень странно ведут себя, – пустилась Лада в объяснения. – Не дают советов, только констатируют свершившийся очевидный факт, время от времени запускают непонятного назначения отчет и вообще живут своей жизнью. Это пугает.

– Хорошо, – женщина кивнула. – Снимайте и отдавайте мне.

Протянула руку. Лада без промедления вручила ей коробку и потянулась к браслету. Повозилась с застежкой, но та снова не поддалась.

– Не могу сама, – поделилась с продавщицей, – Боюсь сломать. Помогите, пожалуйста.

Та прикусила губу и на миг опустила взгляд, а после неуверенно пустилась в объяснения.

– На этот счет у производителя есть определенная инструкция. Здесь есть, – она указала на бумажку в коробке. – Если вы не можете снять часы, значит, они считают, что вы им задолжали.

– Что? – Лада удивленно приподняла бровь. На миг засомневалась во вменяемости собеседницы. Нет, и невооруженным взглядом видно, что продавщица – женщина своеобразная, но чтобы настолько.

– Сами посмотрите! – она извлекла из коробки сложенный во много раз лист и принялась разворачивать его.

Лада застыла в ожидании. Внимательно просматривала лист вчера, но не видела ничего подобного.

– Вот! – продавщица ткнула пальцем в приписку в самом краю листа.

Лада прищурилась, вглядываясь в мелкий шрифт, и прочла:

– «Пользователь обязан носить браслет до исполнения оговоренных с гаджетом обязательств. В случае попыток порчи устройства производитель не несет ответственности за последствия…» – поймала взгляд собеседницы и прошептала едва слышно: – Они в своем уме? Во-первых, этого пункта вчера не было, а, во-вторых, я с часами ни о чем не договаривалась. О каких долгах перед гаджетом может идти речь?

– Гаджет же с интеллектом, – продавщица пожала плечами. – Раз не расстегивается, значит, договаривались. Эту застежку не клинит просто так. Скорее всего, вы просто не заметили. Что до инструкции, подозреваю, вы, как и большинство людей, скорее всего, просто не дочитали ее до конца.

Лада вздохнула. Происходящее напоминало ей какое-то изощренное вымогательство. Вот только брать с Пчелкиной и впрямь нечего, кроме анализов.

– Вот что, – подытожила, стараясь сохранять спокойствие, – сейчас я верну их вам. А если производитель вдруг решит, что я что-то должна, пусть пришлет официальное письмо. Я оставлю адрес.

– Если производитель решит, что вы что-то должны, он найдет вас без посторонней помощи, – ухмыльнулась продавщица.

Лада решила, что с нее хватит. Со всей силы рванула застежку. Та не поддалась. Зато не выдержало место, где часы крепятся к браслету. Лада довольно охнула, размяла освобожденное запястье и вручила часы продавщицы.

– Это не поможет, – прошептала та еле слышно.

– Была рада с вами познакомиться, – отчеканила Лада. – Удачи и всяческих благ!

Вдохнула полной грудью невесть откуда взявшийся аромат сирени и поспешила на выход. На душе было удивительно спокойно и радостно.

Глава четвертая. Небылицы?

На занятиях Лада будто на крыльях летала. Все нравилось, все спорилось, и даже постоянно воркующий с Ольгой Сергей почти не раздражал. Нет, ее по-прежнему расстраивало, что молодой человек предпочел другую и устроил целое шоу из расставания, но злости не осталось. В конце концов, никто не обещал великой любви до гроба, а придуманное ею во время встреч – только ее трудности. Следовало благодарить судьбу: Сергей проявил себя, пока она еще не привязалась окончательно и не увязла в отношениях.

Последняя лекция закончилась около пяти. Лада перекусила в университетской столовой и направилась на встречу со Львом. Не спешила. Пешком до Маяковской было час от силы, а в прошлые их встречи кавалер постоянно опаздывал. В забегаловке по пути купила латте и, глазея по сторонам, медленно шла вдоль узких улочек, время от времени прикладываясь к бумажному стакану. У горячего напитка был нежно-молочный вкус, и каждый глоток Лада на миг закрывала глаза, чтобы лучше почувствовать его на языке. Не знала, о чем хочет поговорить Лев, но готова была поставить деньги: он не сможет испортить ей настроение.

Подошла к памятнику без четверти семь. Лев стоял под деревом неподалеку и с задумчивым видом копался в смартфоне. Высокий стройный шатен, почти что герой какой-нибудь истории о поиске сокровищ. Лада залпом выпила остатки латте и окликнула кавалера. Тот оторвался от смартфона и помахал рукой.

– Пройдемся? – поинтересовался вместо приветствия.

Лада кивнула. Почему нет? Вечер чудо как хорош. Разве что немного раздражает легкий запах шин и выхлопов проезжающих мимо авто, а в остальном все просто великолепно.

– Только не по Тверской. Там шумно, – огляделась в поисках урны, чтобы выкинуть стакан. Нашла в двух шагах и поспешила избавиться от ненужной бумажки.

– Хорошо, не по Тверской, – согласился Лев. – Пойдем к пруду.

Они перешли дорогу, миновали театр сатиры с большой красной вывеской и потопали вдоль Садово-Кудринской. Автомобили шумели и здесь, но все-таки меньше, чем на соседней улице.

– О чем вы хотели рассказать? – поинтересовалась Лада. Шли по давно известному маршруту, и любопытство легко победило любые мысли.

– Ты хотел рассказать… – поправил ее Лев. – Мы же не в университете.

– Я подумала, вы решили соблюдать дистанцию. Ты решил… Из-за твоей аспирантуры.

– Дело не в ней, – отмахнулся собеседник, – но это неважно.

– А что важно? – усмехнулась Лада. – Ты сегодня прямо ходячая загадка.

– Стараюсь держать интригу…

– И все-таки?

– Лада, – почти пропел Лев и остановился. Развернулся так, чтобы смотреть на нее сверху вниз, и на миг задержал дыхание. – Я скажу сейчас странную вещь, но постарайся не относиться ко мне как к ненормальному.

– Интрига нарастает… – Лада тяжело проглотила слюну. Он смотрел внимательно и строго, скорее как обеспокоенный преподаватель, чем как заинтересованный мужчина, и это настораживало куда больше его слов. – Говори!

– Скажем так, – начал он осторожно, – в нашу первую встречу я заметил у тебя определенные способности. Собственно, в обычной жизни они ни к чему, и лучшее, что ты можешь сделать, – это проигнорировать сейчас их проявление. Через некоторое время они просто исчезнут за ненадобностью.

– Что за проявления? И почему именно сейчас? – Лада нахмурилась и на всякий случай отступила на полшага. Кто знает, что творится у собеседника в голове. И придумал ведь! Загнул про какие-то способности! Вроде выглядит трезвым. Может, шутит? В его голубых глазах, кажется, мелькает озорной огонек.

– К проявлениям я бы отнес излишнее воображение: непонятные голоса, запахи, ощущения, чересчур яркие краски. А почему сейчас… – он шумно вздохнул и неловко улыбнулся: – Не понимаю, готова ли ты это услышать от меня.

– Да я, кажется, готова услышать что угодно от любого, – Лада отступила еще на полшага и смерила собеседника недоверчивым взглядом. – Теперь.

– Я так понимаю, ты встречалась с Лопахиным.

– Да…

– И вздохами при луне ваше общение не ограничивалось.

– Что ты имеешь в виду? – Лада почувствовала, как внутри закипает возмущение. Какое его собачье дело, что и как у нее было с Сергеем.

– Кекс, что ж еще, – Лев развел руками и развернул к ней ладони, будто показывая, что у него ничего нет. – Если бы я встречался с такой девушкой, я бы точно не строил из себя монаха.

Лада тряхнула головой. Ничего не понимала. К чему сомнительные комплименты? А потом вспомнила о давней неудаче со Львом и усмехнулась: он-то как раз показал себя безобидной зверюшкой. Тогда она ему просто не понравилась, а сейчас он может говорить любую чушь. Впрочем, Сергею, если верить его дружкам, она тоже особо не зашла, но программу тот отработал четко. С другой стороны, Лада давно хотела попробовать. Как-никак двадцатник на носу. Пора! Хотя бы для галочки. Так что от Сергея не понадобилось изощренных способностей героя-соблазнителя. Поухаживал месяцок для порядка, и все.

– Допустим, – подытожила она вслух свои мысли.

– Вот в промежутке от шестьдесят шестого дня после первого раза до двухсот двадцать второго самый пик проявления способностей. Если провести этот период без потрясений и обращения к дару, он постепенно исчезнет из твоей жизни.

– Бред! – отрезала Лада и уставилась ему в глаза, пытаясь понять, что происходит с собеседником. Не пьян, не обкурен, не ненормальный, тогда что? Еще и цифры какие-то приплел! Ухмыльнулась и выдала строчки из бородатого анекдота: – Срочно требуются новые теории заговора, потому что старые сбылись?

– Да нет же… Все серьезнее, чем тебе кажется.

– Куда уж серьезнее, – разозлилась Лада. – Один товарищ втирает мне про способности, пробудившиеся оттого, что другой товарищ побывал в моей постели. Ты сам-то себя слышишь? Я подозревала, конечно, что у мужчин чересчур много пиетета к определенным частям своего тела, но чтобы так… Прости, но иначе, чем бред сумасшедшего, я сказанное воспринимать не могу.

Лев вздохнул и потупил взгляд. Лада скрестила руки под грудью в ожидании продолжения объяснений.

– Пойдем к пруду, найдем там скамеечку и поболтаем предметно, – заметил мужчина и увлек ее за собой вдоль по улице.

Лада закатила глаза, но сопротивляться не стала. Лев, конечно, вел себя как псих, но псих безопасный.

Удивительно, но у Патриаршего пруда легко нашлась пустая скамейка. Обычно даже в самый хмурый день здесь хватало народу, а сегодня она будто ждала именно их со Львом. Лада уселась на еще не остывшее от солнечного тепла дерево и уставилась на водную гладь. Спутник пристроился рядом. Чуть ближе, чем следовало. Она втянула носом исходящий от него терпкий кофейно-древесный аромат, приправленный прохладной водяной нотой, и поспешила отсесть так, чтобы без труда смотреть на собеседника во время разговора. Лев едва заметно усмехнулся и покачал головой. Потом вздохнул и, не дожидаясь дополнительных просьб, принялся за рассказ:

– В начале девятнадцатого века в Санкт-Петербурге жил некто Ложкин Дмитрий Иванович.

– Начало прямо как у Гоголя, – съехидничала Лада, но Лев пропустил ее замечание мимо ушей и невозмутимо продолжил:

– Трудился мелким чиновником в Императорской академии художеств, особым умом и прытью не отличался. Город давил на него: то мерещились стоны, чувствовались то боль и удушье, а то и вовсе сомкнувшиеся над головой темные воды. Не жизнь, а сплошные страдания. В общем, помучился он, даже переехать собирался, но подружился с одной ведьмой и решение изменил.

– Послала за черевичками?

– Хуже. Объяснила, что он может собирать эмоции жителей, как аккумулятор, и использовать их для всяческого колдовства.

Лада нахмурилась. Сказанное мало походило на правду, но Лев выглядел адекватным и продолжать ехидничать не хотелось.

– Ведьма, впрочем, забыла поведать, что использование дара не бесплатно. Каждый раз, обращаясь к чужим эмоциям, он ускоряет собственную смерть. Они провернули пару ограблений, а после Дмитрий Иванович решил обмануть подельницу, сбежать с деньгами за границу.

– И что?

– Умер в Голландии через полгода после бегства. Есть подозрение, что прожил бы еще, но ведьме уж больно не понравился его обман.

Лада прошила собеседника внимательным взглядом. Ей отчего-то показалось, что Лев недоговаривает важное. Слишком сосредоточенно он смотрел вперед: вроде на нее, а вроде и мимо.

– А я кто? Ложкин или ведьма? – попыталась сострить она. Душа просила хоть немного разбавить его серьезный тон. Не хотелось верить, что все по-настоящему.

– Ложкин, – вздохнул Лев, и взгляд его снова сосредоточился на собеседнице. – Ведьма – это, скорее, я.

– Что?

– Я думаю, что у меня такой же дар, как у нее… Но не уверен. Ее-то давно и след простыл, не сравнишь. Думаю, она мертва уже пару столетий. А может, и больше.

– Ясно, – Лада закивала. – А есть доказательства? Ну хоть что-то, кроме твоих слов?

– Да, – нервно фыркнул Лев. – С десяток писем от Ложкина приятелю. Но показать смогу в день солнцестояния, не раньше. К сожалению.

– Зачем тогда поспешил с разговором? До солнцестояния почти месяц, а шанс, что поверю тебе на слово, минимален.

– Понимаю. Но там, в аудитории, я почувствовал, как ты пьешь их, и решил, что должен предупредить. На всякий случай. Вдруг я не единственная ведьма в округе.

– Кого пью?

– Негативные эмоции. Накапливать можно и радостные, но они плохо удерживаются и не дают хороший выхлоп.

Лада тряхнула головой, отгоняя дурацкие мысли о собственном сумасшествии. Рассказы Льва настораживали, хотя не должны были вызывать ничего, кроме скепсиса.

– Поняла тебя, – подытожила разговор. – Буду осторожна.

– Я рад, – мужчина тепло улыбнулся, – но, если что, приходи, всегда готов тебе помочь.

– Спасибо.

Лев потянулся и тронул ее ладонь. Скорее пытаясь привлечь внимание, чем действительно желая коснуться.

– Погуляем или проводить тебя до метро?

– Пройдемся до Тверской. Погода отличная, спешить домой нет поводов.

Лев встал на ноги и протянул ей руку, Лада позволила помочь себе подняться со скамьи и пошла рядом с кавалером. Серьезных дел этим вечером не намечалось, и погулять было самое то.

Больше не говорили про магию и ведьм. Лев занимал ее ничего не значащей болтовней, а Ладе было боязно расспрашивать его лишний раз. Кавалер, развлекающий байками без неясной составляющей, нравился больше. Выглядел он отлично, вел себя галантно, и Ладе без труда удалось на время забыть о его чудинке. В конце концов, детей с ним не крестить, а людей вокруг хватает, и можно, не опасаясь, просто насладиться моментом.

Разошлись в метро. Она осталась на Тверской, а Лев отправился на Пушкинскую. Людей в поезде было немного, и Лада привычно уселась на одиночное место в конце вагона. Нырнула рукой в сумку за смартфоном и, нащупав узкий ремешок, поспешила заглянуть внутрь. Кровь застучала по вискам, отдаваясь гулким эхом где-то внутри. Этого просто не могло быть! Лада прищурилась, всматриваясь в находку в недрах сумки, а после, не веря своим глазам, извлекла ее на свет.

Тяжело проглотила застрявший в горле ком и еще раз внимательно посмотрела на знакомые часы с отсчетом. Тихонько выругалась. Провела по ним большим пальцем, проверяя, не кажется ли. Еще раз выругалась и почувствовала, как по жилам растекается злость на происходящее. Похоже, продавщица как-то умудрилась незаметно подкинуть ей гаджет!

Бросила часы обратно в сумку. Завтра отправит в магазин курьерской службой. На сегодня хлопот достаточно!

Добралась до дома поздно, бабушка уже спала. Стараясь не шуметь, Лада наскоро перекусила, приняла душ и отправилась в свою комнату. Согнала Трактора с кровати и нырнула под одеяло. Хотелось поскорее утопить прошедший день в теплой черноте забытья.

Чуть не проспала университет с утра. Не услышала будильник и собиралась второпях, опаздывать не хотелось. По дороге выгадывала каждое мгновение, переходила из вагона в вагон и бежала по эскалатору. Не помогло. Все равно опоздала на лекцию на десять минут. Шла по пустому гулкому коридору без окон и мысленно готовилась к смешкам однокурсников и строгому взгляду преподавателя. Агния Антоновна, главный статистик универа, тоже не жаловала непунктуальных студентов.

– Ей, Пчелкина, стой! – окрикнули знакомым голосом, и Лада оглянулась. Терпеть не могла Коршунова, но заходить в аудиторию вдвоем было не так страшно.

– Опаздывать нехорошо, – сообщила вместо приветствия.

– Особенно к этой мегере, – вздохнул крепыш и неловко пригладил свою коротко стриженную белобрысую шевелюру. – Сожрет же…

– Меня-то нет, – возразила Лада и продолжила путь. – А тебе придется просто все выучить. Не самое страшное. В конце концов, именно для этого ты и пришел в университет.

– Пчелкина… – Коршунов поплелся рядом. – Ты это… Прости меня за оладушку. Не прав был. Не знаю, что на меня нашло.

Лада остановилась и с недоверием посмотрела на спутника. Вроде для весеннего обострения уже поздновато, а жара для перегрева еще не наступила.

– Ты не пьян там часом, Коршунов? – поинтересовалась, возобновляя путь.

– Что ты. Просто подумал, что ты, конечно, не модель, но задница у тебя что надо и сиськи зачетные.

– О боже…

– В общем, извини. Не хочешь, кстати, в кино сегодня вечером?

Ладе показалось, она ослышалась. Он что, сбрендил? Впрочем, нет. Дело, видимо, в другом.

– Опять с кем-то поспорили на мою сговорчивость? – снова остановилась и окатила здоровяка строгим взглядом. – Зря надеетесь. Сергей оказался так плох, что пока на мужчин и смотреть не хочется. Уж извини. Ближе к диплому подтягивайся со своим предложением.

– Да не спорил никто, Лад… – попытался оправдаться Коршунов, но она уже успела пойти вперед. Последнее, чего хотелось, – быть у этой компашки переходящим красным знаменем.

Вошли в аудиторию как соучастники ограбления. Лада тихо открыла дверь, Коршунов – почти неслышно затворил ее за собой. Миновали стоящую спиной лекторшу и плюхнулись на первые попавшиеся свободные места. Преподавательница обернулась перевести дух, пробежалась взглядом по аудитории, но, видимо, не сообразив, кто пришел, решила продолжить. Лада вздохнула с облегчением и полезла за пеналом и тетрадкой. Взглянула на соседа и захотела провалиться сквозь землю: Сергей сидел почти вплотную. Она уловила сандаловый запах его одеколона и поморщилась. Еще не хватало потом выслушивать шутки о том, что села рядом специально.

Вздохнула и решила сделать вид, что ничего не происходит. В конце концов, если ему не хочется сидеть рядом, пусть валит на другое место. Сам. Она будет наслаждаться лекцией. Агния Антоновна хоть и редкостная грымза, материал объясняет отменно.

Отрешиться не получилось, все занятие Лада сидела как на иголках. Старалась слушать преподавательницу, но не могла сладить с накатившей обидой, досадой и злостью. Хотелось то пихнуть бывшего в бок с такой силой, чтобы он не смог толком вдохнуть, то разреветься и, утопая в жалости к себе, спрятаться от всех подальше. Хорошо, что приходилось делать записи, это хоть немного отвлекало от грустных мыслей.

Еле дождалась перерыва! Поспешила пересесть на свободное место в центре аудитории. Устроившаяся там девушка приторно пахла сладкими духами, но это не смущало. Потерпит. Все лучше, чем Сергей рядом. После все пошло как по маслу. Удавалось и держаться подальше от бывшего, и не отвлекаться от занятий.

Ближе к концу четвертой пары пришло сообщение от бабушки: «Купи бумагу для принтера». Лада нахмурилась: ей казалось, у них еще оставалась треть пачки. Дождалась перемены и позвонила, узнать в чем дело.

– Трактор убежал! – ошарашила бабушка в ответ на вопрос. – Приходила Александра, мы немного поболтали, а он, похоже, удрал на улицу. Я хватилась, только когда провожала гостью. Мы побегали везде, поискали, но нигде его не нашли. Извела остатки бумаги на объявления, хочу развесить по округе. Ты не переживай, мне Александра и Людмила помогают. Найдем нашего пушистого балбеса.

– Подожди, ба, – Лада тряхнула головой, пытаясь как-то свыкнуться с новостью. – Трактор же боится улицы и не выходит. Как так случилось, что он выбежал наружу?

– Не знаю… Может, соседи его напугали, шумели сильно. Но дома кота нет. Все обыскала. И к миске никто не подходил. Сама понимаешь, это еще невероятнее, чем бегство. В общем, поговорим, как придешь.

– Хорошо, – Лада кивнула, будто бабушка могла ее видеть. – Пока.

– Пока, – родственница отключилась.

Лада кинула смартфон в сумку, шумно вздохнула и потерла лицо. Кто бы объяснил, что вокруг нее происходит и когда все это закончится. Будто повернулась вдоль на черной полосе. А потом сердце сжали ледяной рукой… Трактор – домашний кот, для него на улице опасен каждый: и собрат, и бродячий пес, и автомобиль с нерасторопным водителем, и залетный хулиган. Ох…

Лада выругалась и прикрыла глаза, умоляя провидение защитить ее хвостатого от неприятностей.

Глава пятая. Предложение, от которого нельзя отказаться?

К концу занятий беспокойство окончательно захватило каждую частичку разума. К волнению за кота добавилась тревога за бабушку, и последние пятнадцать минут лекции Лада сидела как на иголках. Наконец преподаватель поставил точку, поинтересовался, есть ли вопросы, и отпустил студентов на все четыре стороны. Она спрятала в сумку тетрадь и пенал и поспешила проверить смартфон. Хотелось увидеть хоть какую-нибудь весточку от бабушки.

Сообщений не было.

Лада собралась позвонить, но не успела, из сумки раздалось противное пиканье. Вздрогнула от резкого звука. Застыла, раздумывая, что вообще могло так верещать. Ее сумка, конечно, – дыра во времени и пространстве, но не настолько же! Спрятала смартфон в карман джинсов и начала поиски источника звука.

На самом дне нашла злополучные часы. Выругалась и поднесла их к глазам, понятия не имела, что происходит и как отключить сигнал. Экран светился, но никаких надписей не было. Лада нащупала кнопку отключения и попыталась унять гаджет самым простым способом. Экран погас на миг, а после на нем снова появился обратный отсчет. На этот раз до обнуления осталось чуть меньше сорока восьми часов. Лада тяжело проглотила застрявший в горле ком. Счетчик жутко нервировал.

– У тебя здесь что? – хихикнула проходящая мимо однокурсница Динка, высокая худосочная брюнетка с тонкой длинной косичкой. – Время до апокалипсиса?

– Похоже на то, – согласилась Лада вполголоса.

– Так не молчи. Расскажи всем! По-моему, миру уже пора пуститься во все тяжкие.

– Это завтра, – попыталась отшутиться Лада. – Пока надо поучиться.

– Как знаешь, – подытожила Динка. – До завтра.

– До завтра, – ответила Лада почти шепотом. В голове прочно засела мысль, что именно часы виноваты во всех ее неприятностях и надо вернуть их в магазин, пока не случилась какая-нибудь непоправимая пакость.

Она коснулась экрана, а после надавила на прохладную сенсорную панель, с силой сжала гаджет между пальцами: страшно хотелось проверить часы на прочность. Кто-то тронул ледяной рукой за шею. Лада спешно обернулась, но рядом никого не было. Показалось! Тряхнула головой, отгоняя иллюзию, бросила часы в сумку и пошла к выходу из аудитории. Из окна приятно пахнуло сиренью, и чутье подсказало, что на улице тревога отступит.

Уже на выходе пришло сообщение от бабушки: кот так и не нашелся, но с родственницей все было в порядке. Лада вздохнула с облегчением и решила еще раз отправиться в магазин и вернуть часы по-хорошему. Если их не возьмут и в этот раз, она просто выкинет их в первую попавшуюся урну.

Дорогой не спалось. Стоило только выглянуть в окно трамвая и вглядеться в плывущий рядом поток автомобилей, начинало казаться, что кто-то недовольно шепчет за спиной и так и норовит схватить за шею ледяными пальцами. Несколько раз Лада испуганно оглядывалась, но не находила никого рядом. Списала все на волнение и злость. При одной мысли о встрече с продавщицей сердце начинало ускорять ход, так что шепот и попытки потрогать вполне могли быть досадным дополнением.

Лада вышла из трамвая на знакомой остановке. Огляделась и поежилась. Здесь дул холодный, пахнущий дождем ветер, а над головой висели тяжелые сине-серые облака. Будто за пятнадцать минут она не в другой район приехала, а попала в чужой город!

К счастью, магазин был открыт. Лада извлекла гаджет из сумки, набрала воздуха в грудь и с решительностью подающего апелляцию невиновного взялась за ручку двери. Открыла и вошла внутрь. Продавщица стояла спиной, пристраивала разноцветные толстые свечи на полке около кассы. Сегодня на ней было длинное платье кипенно-белого цвета. Лада не стала здороваться. Возвещающий о посетителях звонок остался беззвучным, и она решила воспользоваться ситуацией. Втянула носом приторный аромат жженого сахара, положила часы на ближайшую полку и направилась к выходу.

– Так у вас ничего не выйдет, – не оборачиваясь, сообщила продавщица. – Они в любом случае возьмут свое.

Лада выругалась вполголоса. На всякий случай отошла от часов еще на шаг и пристально посмотрела на затылок продавщицы. Не глаза же у нее там, в самом деле.

– А что поможет? – поинтересовалась с вызовом. Хотелось узнать подробности. В конце концов, удрать из магазина без часов она сможет в любой момент, вряд ли ее задержат за то, что она ничего не украла.

Продавщица обернулась и смерила ее строгим взглядом. У Лады язык прилип к небу, сегодня глаза женщины казались изумрудными. Она не смотрела, она обжигала холодом темных бездонных вод.

– Надо отдать им, что обещали…

– А что я обещала?

– Это, полагаю, знаете только вы, – женщина пожала плечами.

– Да не знаю я! – разозлилась Лада. – Я вообще, знаете ли, не имею привычки договариваться с предметами!

– Они не совсем предмет. А вы, полагаю, просто забыли.

– Пусть так, – Лада не стала спорить. Прищурилась, подходя к главному. – Мне хотелось бы решить вопрос. Есть альтернативные варианты?

Поймала взгляд продавщицы и усмехнулась. Та явно задумалась над ответом. Лада нетерпеливо сложила руки в замок: если все происходящее – обычная манипуляция, сейчас она выяснит условия выхода из игры.

– Помочь вам очень непросто, – поделилась продавщица лениво, – но я знаю способ. Правда, я не бескорыстна.

– Отлично, – ухмыльнулась Лада. – Что вы хотите за помощь?

Продавщица почти застенчиво потупила взгляд.

– Хочу, чтобы вы добыли для меня одну вещицу.

– Вы просите, чтобы я что-то для вас украла? – возмутилась Лада, а потом, сообразив, что зря думает о худшем, исправилась. – Или купила?

– Ни то, ни другое, – продавщица подняла взгляд и уставилась посетительнице в глаза. – Эта вещица принадлежит мне. Но в то хранилище вход для таких, как я, заказан. От вас требуется просто заглянуть в одно местечко, сказать, что от меня, и взять, что вам дадут.

– И куда же я должна буду сходить?

– В Третьяковскую галерею.

– Значит, все-таки украсть, – Лада покачала головой и сжала кулаки. – Вы ненормальная. И я не собираюсь в этом участвовать! А будете настаивать, сообщу в полицию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.