Людмила Лазебная
Цыганский конь земли не пашет

глава 1

Лето в деревне – горячая пора. С первыми лучами солнца оживает все вокруг. Идут на пастбища стада, подгоняемые хлесткими ударами пастушьих кнутов. Косари разъезжаются по дальним лугам. Женщины хлопочут по хозяйству, а старики, усаживаясь на завалинки, вспоминают свою прожитую жизнь. Ребятишки с удочками спешат к реке. В ранние утренние часы самый хороший клев! Через несколько часов наступит жара. Все живое поспешит в тенистые места, где дышится легче. Стада придут к реке, старики – в сады, а косари начнут растрясать скошенную траву, чтобы солнце ее просушило, да ветерок провеял.

А пока…

Кони, исхудавшие за зиму, собравшись в табун, мирно пасутся на лугах. Самые ретивые и норовистые передвигаются прыжками или мелким шагом из-за спутанных веревками передних ног. Сильные жеребцы, временами поднимаясь на дыбы, громко ржут и фыркают, а познавшие непосильный труд кобылы, обмахиваясь хвостами от надоедливых насекомых и, вздрагивая всем телом, жадно щиплют сочную траву. Тонконогие жеребята резвятся неподалеку от заботливых матерей, время от времени подбегая и тычась им под брюхо.

Лето осыпало землю-кормилицу теплом, любовью и благоденствием! Как только небесное светило достигнет зенита, работы остановятся и наступит обеденный отдых. Хозяйки, расстелив скатерти в тени деревьев, разложат нехитрый провиант. Нет в такое время у крестьян горячих блюд, костров не разводят – опасно! А вот вечером можно и ушицы сварить из мелких карасей, пойманных ребятишками в речке, а то и холодной окрошкой на квасу поужинать.

Только с наступлением темноты замолкают стальные косы. И слышно отовсюду, как сверчки сверчат да лесные птицы поют. Бывает, вдруг ухнет сова, будто вспомнила что-то, и на миг затихнет все, а затем снова наполнится лесными звуками.

В одну из таких июньских ночей и решил заночевать хуторской кузнец Федор с молодой женой Евдокией возле леса. Слишком коротки ночи, чтобы тратить время на дорогу. В такую горячую пору летний день год кормит. Несколько семей остались с ночевкой и на другом берегу оврага. На бескрайние пойменные луга опустились умиротворение и покой…

В предрассветный час, когда все живое на земле, завороженное густой и молчаливой темнотой, проваливается в глубокий сон, оглядываясь и крадучись ступая, выходит на промысел всякий вороватый люд.

– Держи его крепче, ромалэ, – прошептал своему напарнику цыган Петша, спешно доставая из-за пазухи тряпку.

– Давай я сам завяжу. Ишь ты, брыкается, – стараясь обмотать старой цыганской шалью морду коня, процедил сквозь зубы молодой и сильный цыган Шандор.

– Не буянь, какарачи (ворон). Слушай меня и молчи, слушай и молчи, – шептал в ухо коню Петша.

Давно он высматривал этого черного, как ворон, молодого жеребца. Давно зудели его вороватые руки. Да уж больно хозяин коня был силен да горяч! Все в округе говорили про неуемную силу и ловкость молодого кузнеца. Нужны были хитрость лисицы и ловкость паука, чтобы провернуть это дельце. А тут такой случай подвернулся! Как не испытать счастья? Вот и уговорил Петша своего друга Шандора наведаться в пойменные луга за добычей.

Шандор был молод и горяч, как и многие мужчины руска рома. Густая кудрявая шевелюра, словно грива гордого скакуна, прикрывала пронзительный взгляд его черных глаз. Золотая серьга в его правом ухе – знак последнего мужчины в роду халадытка рома (цыган-солдат) – игриво поблескивала при свете луны. Атласная рубаха алого цвета, подпоясанная широким кожаным ремнем, облегала его мускулистые плечи. Из голенища правого сапога выглядывал чури (нож), который Шандор сделал сам много лет назад.

На груди молодого цыгана висел байеро (полотняный мешочек) с ладаном и золотой серьгой его покойной матери. А за поясом, в кошельке, был припрятан от посторонних глаз лилияко (трупик мертвой летучей мыши, закатанный в восковой шарик) – заветный талисман на удачу и богатство, подаренный ему старой цыганкой.

– Те авес бахтало (счастлив и здоров будь), Шандоро, носи, не снимай! Нужду и беду духи рода отведут, верных помощников тебе завсегда призовут. Не в кандалах тебе по земле ходить, а гордой птицей в небе парить! Имя твое значит «гордый»! Будь горд родом своим, Шандоро! Помни, духи рода мать в счет твоей жизни забрали. Достойным сыном рода будь! Те дел одел бут бахт, зор ай састимос (дай Бог много счастья, сил и здоровья)!

Уж нет давно той старухи-цыганки, ушла она из табора умирать, и никто не видел ее с тех пор. Шандор часто вспоминал эту старую цыганку, не выпускавшую изо рта курительной трубки. Он никогда не снимал байеро и верил в волшебную силу талисмана лилияко. До сих пор удача была на стороне молодого и смелого цыгана. Много добрых коней привел он из разных мест в свой табор, много золота и серебра добыл.

Соплеменники признавали и уважали Шандора. Кто знает, может, после смерти его мудрого отца станет бароном он, а не дядя, прозванный Старым Лисом за хитрый и изворотливый характер. Как знать? Какого барона выберут цыгане? Да и будут ли они выбирать? Само собой, решится все, когда придет время. В одном нет сомнений: всем в таборе управляет великий и могучий цыганский закон, который чтут и оберегают пожилые и знающие житейскую мудрость цыгане.

– Надевай ему валенки, и уходим, – прохрипел Петша, оглядываясь по сторонам.

Конь, как завороженный, пошел за Петшей, не оставляя за собой следов. Через некоторое время тьма поглотила и коня, и цыган.

глава 2

Вскоре на землю опустился густой туман, осыпав серебряной росой нескошенные луга и овраги. Из-за горизонта медленно поднималось светило, озаряя землю первыми лучами. Загомонившие птицы разбудили косарей и их семьи. Начинался новый день.

– Что-то нашего Булата не видать, – приложив руку ко лбу и вглядываясь вдаль, сказала Евдокия. – Федя, сходил бы ты к речке, можа, водицы испить пошел?

– Добро! А ты собери мне с собой чего там. Я на дальние низины нынче пойду.

Федор, подвернув штаны до колен, легко и уверенно побежал к речке. Только коня там и не бывало. Трава вся в росе, следом не тронута. Кинулся Федор к лесу, и там следов не видать.

– Бу-лат-ка! Бу-у-ула-а-ат! – кричал Федор. – Фью-ю-ють, фью-ю-ють! – свистел он пронзительно сквозь пальцы.

Вспорхнули над лесной просекой напуганные птицы. Затаив на миг дыхание, прислушался Федор к звукам леса, не хрустнет ли какая ветка под копытами загулявшего жеребца. Никого! Не обращая внимания на крапиву и мелкий кустарник, Федор побежал вниз по оврагу.

– Да куда ж ты, Булатка мой, ушел? Никогда не было такого! – сказал он вслух, запыхавшись, выкарабкиваясь по песчаному отвесному склону. Оглядевшись вокруг, решил добежать до соседей, узнать, не видал ли кто его коня. – Вот и сходил в низины пораньше, покосил! – с досадой на бегу проговорил Федор. – Куда ж ты подевался-то? Далеко уйти не мог, спутан был. Что-то тут неладно! Надо народ поднимать, – решил кузнец.

Дойдя размашистым шагом до соседского шалаша, Федор увидел там ребятишек да глухого старика, который за ними приглядывал. Какой спрос с полуслепого и глухого? Решил Федор, не мешкая, пока роса, добежать до того места, где он два дня назад заночевал. Вдруг конь туда ушел?

Все утро Федор искал своего красавца Булатку, да не нашел. Роса спала, солнце поднялось, косить уж и толку нет. Все соседи-косари собрались к Федору на совет. Кто предлагал в соседние хутора и деревни сходить, людей поспрашивать, кто – к приставу ехать в уезд.

– А можа, в воскресенье на базар дойтить, там походить да поспрошать? Можа, цыгане орудуют опять, как надысь бывало, – сказал тихонько старик, слушавший разговор, приложив ладонь к уху.

– И вправду, давай, Федор, на базар с утра в воскресенье. Глядишь, ослыхнется чего. А потом уж и к приставу можно. Вишь, цыгане, говорят, намедни табором за лесом стояли. А где они щас, один Бог ведает. Коль надо будет, я с тобой пойду, – уверенно сказал старший брат Федора – Илья. – А не найдется Булатка – бери мою кобылу своей в помощь. Потом по-братски рассчитаемся. Все равно молодой жеребец твой в упряжи не был, сноровки в работе не имел.

– Ну, айдате, мужики, покос ждать не будет!

На том и разошлись.

глава 3

Тем временем норовистый конь Булат был уже под сильной рукой нового хозяина – Шандора. Недолго он противился. Шепоток Петши сработал. Что он нашептывал коню на ухо, одни бесы знают, только стал Булат послушным да ласковым. Долго они шли по лесу, слышал Булатка, как ветки под его ногами хрустят на лесной тропе. Чувствовал нутром, что и зверь недалёко. Но был он спокоен и покладист, вручив свою жизнь этим, пахнущим табаком и сыромятной кожей, людям.

– Эй, ромалэ, те авес бахтале (здоровья вам)! Какого красавца ведете! – прозвучало из-за кустарника. – Вот радости будет баро! Такого доброго коня давно я не встречал! – с трудом пробираясь сквозь кусты ежевики, сказал Йоно, прозванный в таборе Старым Лисом. Даже прищур его хитрых глаз не смог скрыть завистливого взгляда.

– Те авес бахтало, катар авес (здравствуй, откуда идешь), Йоно? – поздоровался Шандор. – Давно в таборе был? Нет ли кого чужих?

– Все как надо в таборе, ромалэ, все как надо. Вчера к баро старый джут (еврей) приехал. Барвало джут (богатый еврей)! Хочет пару коней прикупить. – Йоно подошел к коню и хотел его потрепать по холке. – Ох, красавец! Молодой конь – хорошая добыча!

Булат, почуяв опасность, дернул головой и вмиг встал на дыбы. Петша, с трудом удержав коня, опять начал ворковать с ним и гладить его по морде.

– Норовистый, лихой конь! Не ходил бы ты пока, Шандор, в табор с таким конем. Увидит старый джут – выпросит у баро, придется тебе отдать жеребца, – выжидающе, хитро глядя на молодого цыгана, процедил сквозь зубы Старый Лис.

– А-ха-ха! Не пугай меня, ром, не учи обманывать от ца, – сказал Шандор, рассмеявшись в лицо старому интригану. – Идем, Петша.

– На йав дылыно (не глупи), Шандор! Вот увидишь, что твой старый дядя Йоно был прав! Если сам не отдашь, хитростью заберет джут твоего коня. Там, где джут прошел, цыган голодным сидит, – скороговоркой прохрипел старый цыган и снова исчез в густом кустарнике.

Табор в лучах утреннего света пестрел кибитками, яркими шатрами и дымящимися кострами. Женщины собирались на базар, ребятишки весело бегали друг за другом. Издали доносился громкий крик младенца. Старая цыганка-знахарка Зара, принявшая тяжелые роды, сидела возле шатра роженицы, протирая свои руки остывшей за ночь золой, и что-то бормотала. Затем она встала, вознесла руки к небу и трижды наотмашь бросила золу по ветру.

Шандор и Петша, недолго понаблюдав за происходящим, уверенными шагами направились к самому большо- му шатру.

– Здоровья и силы тебе, отец! – сказал Шандор вышедшему навстречу из шатра крепкого телосложения пожилому цыгану. – Смотри, какого я коня привел.

– Мир вам, ромалэ! Хорош! Хорош! – проверяя зубы, копыта и по-хозяйски осматривая добычу сына, одобрил барон.

– Вороной, удалой! Козырной конь! В седле не ходил, повозки не возил! Земли не пахал, хвостом, гривой махал! – скороговоркой, нараспев расхваливал жеребца довольный собой и другом Петша.

– Обучай, Шандор, под себя удальца! С ним кроме тебя никто не справится, – сказал отец, похлопав сына по плечу. – А ты, Петша, приходи ко мне вечером, дело есть для тебя, – тихо проговорил барон, слегка повернув голову в сторону гостевого шатра. Ветерок играючи тронул седые его кудри, будто намекая на важное дело.

Петша, погладив ласково коня и поцеловав его в морду, довольно подмигнул Шандору.

– Джан, ромалэ! Джан! – Барон торопливо махнул руками в противоположную сторону давая понять, что нужно поскорее уйти с конем подальше от этого места.

– Эх, был бы я годков на двадцать помоложе, я бы и сам его обучил, – сказал Петша. – Надо его к реке отвести, страх с него смыть. Пусть забудет прошлую жизнь. Теперь он твой друг, твои глаза и твои ноги! Давно я хотел отблагодарить тебя, брат. Если бы не ты, сидеть бы мне в кутузке! Ну а теперь моя душа поет! Рад, что тебе пригодился.

– Пусть поет твоя душа, Петша! Пусть она никогда не заплачет от горя. Вот давно хочу спросить тебя, что ты шепчешь коню? Научи меня.

– Скажу тебе, брат! Я говорю коню, что он сильнее ветра, ласковее солнца, нежнее шелка его грива, крепче гранита его копыта! Говорю, что ему на воле стрелой летать, воздух рассекать! На дыбы вставать – до луны доставать… Много чего говорю я коню, говорю, что водой родниковой напою, чистым овсом накормлю, с яхонтами сбрую подарю, в гриву шелковые ленты вплету… Краше его никому не бывать! Друга вернее хозяина вовек не сыскать! Так говорю.

– А когда лошадь жеребилась, мучилась, ты ей эти же слова говорил?

– Э, нет, тогда надо по-другому.

– Расскажи, научи меня!

– Расскажу как-нибудь.

– Почему не сейчас?

– Ну ладно! Настырный ты, – улыбнувшись, сказал Петша.

Долго рассказывал Петша свои шепотки, мягко ступая по сочной луговой траве. Так, в разговоре, они дошли до речки. Петша, смыв усталость чистой речной водой, задремал, лежа на теплой земле в тени старого дуба. Искупавшись и помыв коня, Шандор привязал его к дереву. Приближался полдень. Красавец цыган, играя мышцами, надев рубашку и свой пояс, тоже прилег рядом с Петшей. Бессонная ночь напоминала о себе легкой дремотой.

– Ты поспи, Шандор, а я посижу, подежурю, – предложил Петша, усаживаясь поближе к дереву. – Я обманул сон, пока ты коня купал. Скажи только, как назовешь его?

– Какарачи, – сквозь сон пробормотал Шандор.

глава 4

Ранним воскресным утром кузнец Федор и двое его братьев запрягли гнедую кобылу и отправились на базар. Путь был неблизким. Красное утреннее солнце поднималось по небосклону все выше и выше. Дорога до уездного городка пролегала через березовую рощу. Разноголосый птичий гомон бодрил и радовал одновременно все вокруг. Но не было радости на душе Федора. Вот уже несколько дней, как пропал молодой конь Булат. Никто его не видел и ничего не слышал о нем с тех пор. Совсем маленьким стригунком получил Федор Булатку в подарок от старшего брата на свою свадьбу. Самый дорогой подарок для души и для хозяйства. В это лето кузнец собирался сам объезжать своего любимца. Не хотел он, чтобы его коня приучала к седлу чужая рука. Не думал Федор, что вот такая беда может случиться в его хозяйстве.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.