Игорь Корганов
7 шагов к вершине

Предисловие от Анны Кирин, президента CBSD

Для чего вообще пишутся бизнес-книги? Когда-то давно, в юности, я была уверена, что исключительно для того, чтобы – очевидно (!) – потом преподаваться в бизнес-школах. И, как любой современный человек, я перво-наперво пошла сверяться с искусственным другом. Вот что он мне выдал: «Бизнес-книги пишутся, чтобы передать опыт, знания и стратегии, которые могут быть полезны для других предпринимателей, менеджеров и специалистов, желающих улучшить свои навыки, расширить кругозор и достичь успеха в бизнесе. Они служат источником вдохновения, мотивации и практических советов для тех, кто стремится к профессиональному росту и развитию». Но это мнение ИИ. Что же думает по этому поводу сам автор?

Как утверждает Игорь Корганов, в своей книге он обращается «в первую очередь к тем, чей талант выходит за рамки привычного и требует особого подхода к раскрытию», призывая мечтать, и хочет доказать, что быть добрым и порядочным человеком не только хорошо, но и выгодно.

Он смеет надеяться, что некоторые читатели смогут применить приведенные инструменты и подход для качественного прыжка в новый уровень своей жизни, «распаковаться, как весенние почки», раскрывая свои истинные таланты и исключительные способности.

Так что же перед нами? Очередная бизнес-книжка – обязательное упражнение очередного бизнес-коуча и тренера в попытке создать или усилить личный бренд, или очередная селфхелп-брошюрка о том, как стать успешным и осознать свой талант? Или нет? Судить вам. И немного мне.

Начнем с того, что перед нами – настоящая антология самых разнообразных бизнес-моделей, инструментов, упражнений, тестов и подходов. Я насчитала ровно тридцать и, возможно, ошиблась в меньшую сторону. И при этом труд – не просто справочник, каких пруд пруди, а именно инструкция по применению каждого инструмента в рамках предложенной трансформации.

Игорь Корганов – удивительно эрудированный человек, обладающий и энциклопедическими знаниями в области управления, и ходячая библиотека в других областях. Он опирается не только на мнения признанных бизнес-авторов и психологов, не только на учения гуру в мире бизнеса и образования, но и на деятелей искусства, спорта, классиков литературы и философии – от Макиавелли до Гоголя и Поллока. Автор делает здоровски честную попытку подойти к предлагаемому им пути не просто как опытный тренер и коуч, которому необходимо довериться, исходя из чистой веры в него, а как исследователь, пытающийся создать стройную структуру и найти внятный прикладной подход к неосязаемой задаче осознанности смысла и полезности собственной жизни.

Я знаю Игоря больше десяти лет, он является директором по стратегии в CBSD, компании, где мы вместе пережили не один кризис управления и множество трясок, вызванных самыми разнообразными внешними и внутренними обстоятельствами. В команде его ценят за трезвость ума, жесткость, прагматичность, честность, приверженность организации, умение искать решения, не отвлекаясь на всякие эмоциональные глупости. И с удивлением и улыбкой я читала, как Игорь в книге выступает «оппонентом Макиавелли в пользу любви», побуждая читателя вспомнить идеалы юности, искать свой уникальный путь, убеждая предаваться мечтам.

Замечательные рассуждения насчет цинизма и идеализма как противоположных сторон одной и той же монеты не могут не вызывать узнавания у тех, кто хоть когда-нибудь переживал сомнения в своих представлениях о том, что мир прекрасен и все люди добрые. Именно в третьей главе любой, кто хоть когда-нибудь в чем-нибудь или ком-нибудь разочаровывался (а разве есть другие?) почувствует здесь и поддержку, и надежду.

В этой же главе автор, как бы невзначай, добросовестно и доказательно пытается показать, насколько токсично предаваться цинизму. «Не отдавая себе отчета в том, как ваше поведение влияет на ваши убеждения, вы провоцируете необратимые изменения в своей душе».

Однако Игорь Корганов не был бы Игорем Коргановым если бы писал книгу, только исходя из надежды, что всем станет теплее. Он призывает к действию, подробно рассказывает, как составить план дальнейших шагов, и делает это с присущей ему структурированностью и несвойственной – как кажется на первый взгляд тем, кто его знает, – эмпатией. Игорь подробно разбирает несколько кейсов успешных клиентов для того, чтобы проиллюстрировать свои утверждения и дать подробные практические советы вкупе с прикладными инструментами. Каждый исследуемый находится на разных стадиях предлагаемой автором схемы, но отличается осознанностью, умением создавать пространство для успеха своего и окружающих. И каждому автор предлагает направление, в котором можно двигаться дальше. Кажется, что вместе со своими героями автор и сам пробирается в осознании себя, при этом не докучая собственным «самокопанием», а предлагая практические шаги к действию. Просто делаем шаги: раз, два … семь.

Как говорит автор: «Переход к изменениям более возможен и менее трудозатратен, чем кажется».

Думаем, разворачиваемся, готовимся, готовим и… прыгаем. И не забываем правило номер шесть.

От автора

В наше время, когда успех часто измеряется внешними достижениями и материальным благополучием, существует глубоко укоренившаяся привычка забывать о внутреннем мире человека, о том, что на самом деле заставляет нас чувствовать себя счастливыми и целостными. Моя книга направлена не столько на исследование внешних аспектов успеха, сколько на понимание пути к достижению внутреннего равновесия и принятия себя. Она о том, как перестать сомневаться в себе и начать жить полной жизнью, раскрывая свое истинное «я». А также о том, как в итоге это самораскрытие становится источником успеха в общепринятом смысле.

Раньше я скептически относился к идее, что у каждого человека есть свое предназначение, своя миссия, а потом вдруг обнаружил, что у меня есть призвание – бизнес-тренерство и коучинг. Я помогаю другим обрести их собственный путь, осознать свой уникальный талант и перестать терзаться сомнениями о своей значимости.

Основная идея книги довольно проста – каждый человек уникален. И именно использование и развитие своей уникальности может подарить радость жизни, привести к успеху. Чтобы достичь процветания, люди должны овладеть инструментами для снижения напряженности и научиться использовать свою уникальность, которую пока условно будем называть талантом.

Перестаньте изображать из себя того, кем вас хотят видеть другие. Осознайте, что такое подыгрывание вызвано лишь страхом быть непризнанным. Вместо этого наберитесь уверенности в том, что вы нужны миру именно таким, какой вы есть. Предлагаю вам повернуться к себе и смело пройти по жизни собственным путем.

В этой книге под талантом я понимаю нечто большее, чем способность или навык. Талант – это глубокая врожденная уникальная особенность (Божий дар, если хотите), дающая каждому потенциал для свершения великих дел, будь то создание произведений искусства, генерирование новаторских идей или просто способность делать то, что приносит людям радость. Я верю, что каждый человек может принять себя истинного, найти свою уникальность и жить в гармонии с собственной сущностью.

В своей тренерской, коучинговой и консалтинговой практике я часто встречаю людей, которыми восхищаюсь, но одновременно поражаюсь тому, насколько они сами собой недовольны. И я чувствую, что хочу и могу помочь им научиться ценить свою уникальность. Показать то важное, что они упускают в погоне за ложными целями в попытках соответствовать чьим-то требованиям.

Книга имеет для меня двойной смысл: с одной стороны, это способ помочь другим, с другой – глубокое личное исследование. На ее страницах вы найдете много рассуждений, которыми я продолжаю свой внутренний диалог, а также некоторые проверенные на собственном опыте стратегии взаимодействия с миром, которые помогли мне достичь внутреннего спокойствия и привнесли гармонию в мою жизнь.

Моя модель исследования самого себя схожа с моделью эмоционального интеллекта Дэниела Гоулмана¹ и включает четыре ключевых этапа, которые проходит человек, идущий путем самопознания: осознанность, саморегуляция, социальное познание и управление отношениями. Эти же принципы стали основой для понимания людей с точки зрения их уникальных способностей.

Вот что происходит на каждом этапе.

• Первый этап – это осознание себя, своих источников вдохновения и уникальности.

• Второй этап – саморегуляция, когда, познав себя, человек обучается управлять своими проявлениями и использовать свою уникальность.

• Третий этап – способность через понимание и управление собой глубже осознать уникальность других людей.

• Четвертый этап – вытекающая из понимания людей возможность оказывать позитивное влияние на их способность к самоактуализации и в конечном счете повышать качество их жизни.

Такой путь раскрывает истинный потенциал таланта и является ключом к пониманию себя и оказанию помощи другим. Но проблема многих, может быть даже большинства людей, заключается в том, что они не осознают своего потенциала или не умеют его использовать. В книге предлагается путь к самопознанию и самоосуществлению через раскрытие своего таланта и создание условий для его взращивания. На ее страницах я не просто призываю быть собой, я даю практические советы по поиску своего пути.

Я предлагаю читателям задать себе три ключевых вопроса, которые помогут в этом процессе.

• В чем моя уникальность, как ее можно определить и развить в себе? Рассмотрите талант как что-то, что приносит радость не только вам, но и окружающим.

• Как создать среду, которая способствует раскрытию и развитию моей уникальности? Речь идет о создании благоприятных условий для самореализации и масштабирования полезных результатов.

• Какие шаги мне нужно предпринять, чтобы начать действовать в соответствии с первыми двумя пунктами? В книге я предлагаю конкретные стратегии для достижения ваших целей.

Существует два подхода к управлению талантами в организациях – эксклюзивный и инклюзивный. Эксклюзивный подход подразумевает, что на земле есть ограниченное число талантов, и задача организации – их найти, нанять и раскрыть. Инклюзивный подход подразумевает, что талант есть у всех, и задача организации – научиться его разглядеть, найти ему правильное место и развивать.

На протяжении всей жизни я придерживаюсь первой концепции. Я до сих пор искренне считаю, что мозги розданы по миру очень неравномерно, и процент по-настоящему талантливых людей невелик. Но постепенно какая-то часть меня начинает верить в то, что талант есть у каждого. И есть ощущение, что я сопротивляюсь такому изменению в мировоззрении отчасти из-за моей защитной нарциссической позиции, которая диктует мне, что я «обязан» быть уникальным. Похоже, я хочу верить в то, что люди неодинаковы только потому, что сам хочу быть единственным в своем роде, хочу, чтобы меня ценили за мою исключительность. А если каждый человек уникален, то как же я могу выделиться?

Со временем, осознавая свои эмоциональные проблемы, я прихожу к такому выводу: то, что у каждого есть талант, вовсе не означает, что все равны, это означает, что каждый уникален по-своему. Морально я еще не готов принять эту концепцию на 100 %, но уже отдаю себе отчет в том, что талант, похоже, действительно щедро роздан всем на свете. Я могу и хочу научиться ценить талант каждого, как бы необычен и непривычен он ни был.

Осознание того, что каждый обладает особым даром, стало для меня важным открытием и послужило причиной написания этой книги. Через книгу я приглашаю читателя задуматься о собственной уникальности, о возможности жить в гармонии с ней, находя радость в каждом прожитом моменте. Это возможность открыть для себя путь к истинному «я», позволить себе быть сильным и свободным человеком, который умеет ценить и наслаждаться уникальными суперсилами – как своими, так и окружающих.

В рамках работы над книгой я провел несколько интервью, целью которых было выявление талантов. Иногда я понимал, что человек в целом осознает свою ценность, но от него ускользают его явно уникальные способности. Мне захотелось показать, как звучат такие «истории о себе», и я включил в первую часть рассказы моих клиентов. Может быть, некоторые из них будут перекликаться с историями моих читателей. Во второй части я прокомментировал эти истории в соответствии с предложенной техникой «Семи этапов трансформации». Имена изменены, текст интервью адаптирован, но почти везде я оставил его в авторском исполнении. Возможно, некоторые части повествования не относятся напрямую к описанию талантов, но крайне важны для понимания контекста героя.

Здесь важно сделать две оговорки. Первая: в основу книги заложена мысль, что у каждого есть талант. Создавая книгу, я внушаю эту идею себе самому. Но пока я не стал верить в нее полностью, я бы не хотел ее объявлять аксиомой. Книга не об этом.

И вторая оговорка: вне зависимости от того, есть талант у всех или нет, я хочу, чтобы читатель смог осознать и почувствовать собственный талант. Книга не про взаимоотношения с социумом, а про самораскрытие, про то, как найти и научиться ценить талант в себе.

Все мы устроены немного сложнее, чем нам может казаться. Иногда мысли о собственной значимости, о выборе своего пути вызывают беспокойство, приводят к внутренней борьбе. И тогда читатель может обратиться к страницам моей книги – не в поисках легких ответов, а в стремлении к самопознанию.

С помощью этой книги я хочу помочь вам узнать себя настоящего и использовать свой уникальный талант для создания жизни, наполненной смыслом и радостью. Эта книга – не просто руководство к действию, это приглашение к путешествию в глубины своей души. Через истории и уроки, изложенные на ее страницах, я предлагаю вам принять вызов и начать изучение себя.

I часть. Этот прекрасный чуждый нам мир

Зафиксируйте в дневнике вашей жизни тот момент, когда вы впервые задали себе вопрос: «А что, если мой путь не в бесконечном наращивании благосостояния и статуса, а в чем-то другом?» С этой точки может начаться ваш переход к глубокому самопознанию, исследованию своих сильных сторон, поиску того, в чем вы действительно можете преуспеть и что может стать вашим уникальным вкладом в этот мир.

Процесс самопознания помогает преодолеть стремление соответствовать чужим ожиданиям, найти истинное призвание и следовать своему пути. Если вы решили понять, в чем ваш талант, искренне хотите его исследовать, вы тем самым уже признаете его уникальность и значимость. Одновременно вы вступаете в борьбу со своими «демонами», которые не пускают вас к вершинам ваших возможностей, но заставляют вас либо стремиться быть хорошим для всех, либо стать циником, который отрицает саму возможность верить в какие бы то ни было идеалы. Снизить остроту этого противоречия нам помогает осознанность – инструмент для понимания истинного положения вещей.

Чтобы разжечь из своей «Божьей искры» бушующее пламя, запустить внутренний ядерный реактор, который наполнит вашу жизнь мощным потоком энергии и смыслом, преобразит мир вокруг вас, вам нужно научиться отбрасывать все лишнее и фокусироваться на том, что вас по-настоящему драйвит.

Включение осознанности – это первый и самый важный шаг на пути к себе настоящему.

Но легко сказать «включите осознанность», гораздо сложнее это сделать, а точнее, сложно не столько включить осознанность, сколько превратить ее в устойчивый навык. О том, как добиться этого, мы подробно поговорим во второй части книги. А для начала предлагаю погрузиться в «область тьмы» и узнать о том, что происходит, если осознанность «выключена».

Давайте посмотрим на те препятствия, которые могут мешать вам понимать себя в мире и мир вокруг себя. Попробуем вывести понятные причинно-следственные связи, которые станут для вас «лучом света».

Глава 1. Все не то и все не там

ПОЧЕМУ МЫ НЕ ВЕРИМ В СЕБЯ: СИНДРОМ САМОЗВАНЦА

Как коуч я много работаю с руководителями высокого уровня. Иногда это уже опытные руководители, которые давно занимают высокие должности, но чаще это либо те, кто находится на пороге повышения, либо те, кто недавно был назначен на вышестоящую должность. Основной их вопрос: «Как мне соответствовать тому уровню компетентности и мышления, который от меня ожидают?»

Вопрос «Как мне соответствовать?», на первый взгляд, совершенно рационален. Проблема в том, что очень часто за ним скрывается совершенно иррациональная убежденность в своем «несоответствии». Талантливые личности, высокопотенциальные лидеры сомневаются в себе и испытывают разъедающее изнутри чувство, что их вот-вот «разоблачат», ждут, что те, кто их назначил на новую должность, осознают свою ошибку и, наконец, объективно оценят их истинный уровень способностей.

Человек думает: «Вокруг-то все сплошь профессионалы, а вот меня случайно сюда занесло. Ведь на самом деле я не такой крутой, как они, а просто внешне на них похож». За более чем 25 лет профессиональной практики я поработал с тысячами руководителей разных форматов и могу уверенно заявить: все такие же, как и вы.

«Такие же» – это какие?

Конечно, руководители чаще всего хорошо или даже отлично владеют техническими компетенциями в своей функциональной области. Финансист разбирается в составлении бюджетов и экономическом анализе, маркетолог – в продвижении бренда компании и продуктов, HR-менеджер – в планировании численности и развитии персонала, специалист по информационным технологиям – в «железе» и «софте». Уровень квалификации может быть разным, но, скорее всего, он достаточен, чтобы человек считался профессионалом, достойным занимать соответствующую должность. Говоря о том, что руководители «такие же», я, скорее, имею в виду средний уровень универсальных управленческих и так называемых мета-компетенций.

Руководителям любого уровня, которых я встречал на своем профессиональном пути, зачастую недостает лидерских качеств, они боятся принимать решения, могут не владеть в достаточной мере не только продвинутыми лидерскими навыками, но даже базовым управленческим инструментарием. Под базовым управленческим инструментарием я понимаю такие навыки, как организация работы подразделения, выбор исполнителей, постановка задач и контроль исполнения, обратная связь и мотивация, анализ проблем и принятие решений. Продвинутые навыки – это эмоциональное лидерство, системное и стратегическое бизнес-мышление, влияние без полномочий и корпоративная дипломатия.

Конечно, есть люди, которые обладают врожденной харизмой, развитым эмоциональным интеллектом, мощным лидерским потенциалом, предпринимательским даром. Среди руководителей встречаются такие самородки, на которых хочется равняться, но в основной своей массе руководители – это «нормальные» люди. То есть такие, у которых есть и свои недостатки, и внутренние сомнения. Но вы (почему-то) считаете эти «особенности» свойством исключительно своей неповторимой индивидуальности.

Предлагаю вам прогуляться по штаб-квартире иностранной компании, которая наняла мою клиентку на должность заместителя генерального директора для осуществления функции контроллинга. По замыслу иностранных партнеров, она должна была контролировать деятельность предприятия и его генерального директора, к которому накопились претензии, а в будущем могла бы занять его место. Моей клиентке было совершенно непонятно, почему ее наняли, ведь она почти не владеет компетенциями, необходимыми для управления бизнесом. Она так описывала того генерального директора: «Он-то зубр в бизнесе, он уже много лет работает в этой организации, заключил все важные контракты, организовал работу, нанял команду, которая, по его словам, его обожает». Она же до этого бизнесом почти не занималась и имела очень скромный опыт руководящей работы.

Я задал ей простой вопрос: «Как вам кажется, почему наняли именно вас?» Точно такой вопрос я задаю всем моим клиентам-руководителям, которые сомневаются в том, что достойны предстоящего или уже состоявшегося повышения: «Почему именно вас?» Как правило, после раздумий они могут довольно точно назвать причины или те свои качества, благодаря которым их продвинули, но сами не верят в их ценность или в то, что они действительно могут служить основанием для принятия такого «необоснованного» решения. В моем примере клиентка ответила: «Потому что я порядочная. Но этого явно недостаточно, я же в первую очередь должна разбираться в бизнесе».

Я задал следующие вопросы:

– А ваш генеральный директор разбирается в бизнесе?

– Да.

– А что тогда не устраивает его руководство?

– Они считают, что этого недостаточно.

– Тогда что на самом деле они ищут в руководителе?

– Порядочность.

Есть такая избитая фраза: «Хороший человек – это не профессия». Но я абсолютно убежден: чем выше уровень принятия решений, тем большую ценность приобретают те качества личности, которые очень трудно измерить.

Как понять, присуще человеку стратегическое мышление или нет? Я не встречал валидного теста, который бы достоверно это показывал. Как понять, человек порядочный или нет? Только по результатам длительного взаимодействия с ним или на основании собственного чутья. Качества, которые трудно описать и можно оценить только на уровне ощущений, ценятся на верхних этажах иерархии гораздо больше, чем те, которые можно объективно определить и точно измерить. Да, да, понимаю, что это спорный тезис. Разумеется, здесь я имею в виду те организации, успех которых зависит от принимаемых управленцами решений, а не от административного ресурса его владельцев. Хотя и в этих организациях лояльность зачастую ценится выше, чем профессионализм. Звучит немного двусмысленно, но вы поняли, что я имею в виду.

Билл Хьюлетт, один из основателей компании Hewlett-Packard, говорил: «Нельзя управлять тем, что невозможно измерить… но всего, что измеримо, можно достичь». Но мне больше по душе высказывание американского профессора социологии Уильяма Брюса Кэмерона, который в своей статье от 1963 года «Неформальная социология: случайное введение в социологическое мышление» писал (приведу цитату в оригинале, чтобы вы уловили игру слов): «Not everything that can be counted counts, and not everything that counts can be counted». Наиболее близкий перевод звучит так: «Не все, что можно посчитать, считается, и не все, что считается, можно посчитать» (кстати, эту цитату нередко приписывают Альберту Эйнштейну). То есть самые важные в жизни вещи, такие как любовь, преданность, вдохновение, нельзя измерить. И когда я спрашиваю клиентов: «За что вас повысили?», они вроде как отдают себе отчет в том, за какие именно качества, но при этом либо считают их малозначимыми, либо полагают, что те, кто принимал решение об их повышении, просто ошиблись. Они согласны, что могут производить впечатление людей с потенциалом, но на самом-то деле этим потенциалом не обладают.

Кстати, Питер Друкер, которому также ошибочно приписывают слова о невозможности управлять тем, что нельзя измерить, на самом деле, размышляя о роли руководителя, говорил: «Ваша главная роль – личная. Это отношения с людьми, развитие взаимного доверия, идентификация людей, создание сообщества. Эта задача под силу только вам. Ее нельзя измерить или просто определить. Но это не просто ключевая функция. Это то, что можете сделать только вы»².

Отсюда мое первое утверждение: наверху корпоративной лестницы лояльность, порядочность и другие качества, свидетельствующие о высоком моральном уровне человека, ценятся гораздо выше, чем внизу.

Когда вы выбираете автомобиль стоимостью 15–20 тысяч долларов, вы исходите из его технических характеристик. Но если вы задумаете купить автомобиль дороже 100 тысяч долларов, то ваш выбор, скорее всего, будет основан далеко не на том, какие у автомобиля уровень расхода топлива, дорожный просвет и объем багажника. Машины такого класса люди выбирают за нечто другое. И часто более надежному автомобилю за 20 тысяч они предпочтут весьма капризный «Феррари» или даже ретроавтомобиль дороже 100 тысяч именно потому, что в них есть то «другое», что для потенциального владельца представляет особую ценность. Вот это «другое» и стоит дополнительных десятков и сотен тысяч. То есть то, что меньше всего можно пощупать, стоит дороже всего.

Я верю в то, что доброта, порядочность и стремление к идеалам, говоря айтишным языком, больше «прошиты» в базовой операционной системе каждого человека, нежели «программируются» как дополнительная настройка в процессе воспитания. Это то, с чем дети рождаются: они хотят доверять людям, они различают добро и зло, они хотят быть хорошими и делать все правильно. К сожалению, часто жизнь вносит свои коррективы в эти базовые программы личности, и суровая действительность уничтожает этот врожденный идеализм.

Когда люди достигают карьерных высот, им нужно вспомнить о том, во что они верили в юности, и заново в это поверить, но основываться при этом не на наивном идеализме, а на здравом смысле. Лично я давно пришел к тому, что хочу быть идеалистом, потому что это приятно и полезно, но только идеалистом, сохраняющим трезвость мышления и адекватно оценивающим свое окружение. Идеализм вдохновляет людей, он дает жизненную силу, позволяет сфокусироваться на чем-то действительно важном и долгое время сохранять энергию. Об этом написано много книг, великие лидеры говорят об этом, но циник им не верит, потому что когда-то, возможно, еще в детстве, его одернули, больно ударили по рукам или по лицу, и ему было слишком больно и обидно.

Одна из моих задач – вернуть эти утраченные или законопаченные цинизмом смыслы в головы руководителей, идущих на повышение. Руководителям, которые погрязли в операционке, надо немного «расправить плечи», увидеть, что в работе ценится не только умение выполнять конкретные задачи и добиваться результатов, но и нечто большее. Я помогаю осознать ценность этого «большего», чтобы увидеть траекторию вашего развития, но суть идеи в том, что, если тебя повысили, значит, люди увидели что-то ценное именно в тебе. И они не обманываются. Задача человека просто понять и начать ценить это так же, как ценят те, кто сделал ставку именно на него.

Принцип Питера³, или принцип некомпетентности, гласит, что в иерархии каждый индивидуум имеет тенденцию подниматься до уровня своей некомпетентности. Иначе говоря, сотрудник, работающий в любой системе, повышается в должности до тех пор, пока окажется не в состоянии справиться со своими обязанностями.

Что происходит в иерархической структуре? Представим, что специалист хорошо выполняет свою работу и за это его переводят на уровень начальника отдела, но как только его повысили, все то, что он умел как специалист, перестает быть важным, потому что теперь всю эту работу должны выполнять его подчиненные. От него же требуется умение ставить задачи, контролировать исполнение и поддерживать обратную связь, а этого он как раз делать не умеет. То есть за способность выполнять задачи его перевели на должность, для успеха на которой умение выполнять задачи не является ключевым фактором. И вчерашний специалист осваивает новую профессию, в которой управленческие навыки более важны, чем технические.

Когда (и если) этот человек добивается успеха уже как линейный руководитель, его повышают до следующего уровня. Теперь он руководитель среднего звена, а здесь постановка задач и контроль исполнения уступают место другому набору функций: планированию деятельности подразделения, формированию команды, созданию благоприятного морально-психологического климата в коллективе, выстраиванию междепартаментных связей и так далее. Как руководитель среднего звена он уже взаимодействует не со специалистами, а с линейными руководителями, которые выполняют за него большинство управленческих задач. Кроме того, он уже может сам подбирать себе команду. Для успеха на этом уровне критически важными становятся лидерские навыки, эмоциональный интеллект, навыки кросс-функционального взаимодействия, управления заинтересованными сторонами, перспективное планирование и так далее.

Когда этот сотрудник осваивается и достигает успеха в новой роли, его ставят на позицию топ-менеджера. И – снова-здорово – все умения, развитые на более низком уровне иерархии, теряют актуальность. Теперь ему нужно принимать системные решения, учитывая все аспекты бизнеса, а не только тот, за который он привык отвечать, проявлять предпринимательские способности и стратегическое мышление. Становится важным умение правильно формировать свой публичный образ, поддерживать отношения с внешними стейкхолдерами и чувствовать себя уверенно в корпоративной дипломатии.

Парадокс ситуации в том, что заслуги, за которые нас повышают, на новом уровне, как правило, не имеют такого же значения. Суть саркастического, но не лишенного здравого смысла принципа Питера заключается в том, что рано или поздно вы достигаете того уровня, компетенциями которого овладеть не можете, и, соответственно, не даете повода для своего повышения. Вуаля! Вы застряли на уровне своей некомпетентности.

Так вот, люди с синдромом самозванца думают, что другие заслуживают этого места больше, чем они, но на самом деле путают внешне проявляемые навыки с внутренним потенциалом. Никто не рождается профессионалом в новом деле, все начинают путь с позиции новичка, обладающего потенциалом, но еще не раскрывшего его. Например, если вам повезло поступить в Гарвард, то вы окажетесь в окружении таких же умников, как и вы, но, скорее всего, так же, как и вы, сомневающихся в том, что они соответствуют этому месту. И так же, как и вы, они не знают, что делать на новом месте, и сомневаются, справятся ли с вызовом.

Поработав с огромным количеством руководителей на разных уровнях, могу уверенно сказать, что далеко не всегда руководители высшего звена обладают полным набором компетенций, дающих основание считать их идеальными кандидатами на занимаемую должность. Но это не значит, что кто-то ошибся с их назначением. Ведь повысили их не за недостатки, которые есть у всех, а за заслуги и потенциал, который они продемонстрировали.

Рядом с неуверенностью самозванца стоит неуверенность гадкого утенка, но она уже другого рода. Человек с комплексом гадкого утенка, как и птенец лебедя в одноименной сказке, думает, что он «уродлив», потому что не вписывается в окружение.

КАК ЦЕНИТЬ СЕБЯ, А НЕ МНЕНИЕ О СЕБЕ: КОМПЛЕКС ГАДКОГО УТЕНКА

Когда глубоко порядочный человек попадает в общество не совсем порядочных людей, на него обычно смотрят как на идиота. О чем, по сути, и пишет великий писатель-философ Федор Достоевский в романе «Идиот».

Хорошие и талантливые люди часто боятся, что, выбрав свой, уникальный путь, могут сильно отклониться от общепринятых норм, стать белыми воронами, отвергнутыми обществом. И ведь действительно, с точки зрения уток, маленький лебедь – это гадкий утенок. Окружение не способно оценить уникальность птенца и разглядеть в нем прекрасного лебедя. Самое правильное решение для маленького лебедя в этой ситуации – сменить окружение. Но он неопытен и не знает, что «так можно». Да и сказка, скорее, о терпении и вере в себя.

Не отходя от метафоры гадкого утенка, приведу пример из современных реалий. Одна из моих клиенток всю жизнь страдает от того, что в корпоративной среде чувствует себя некомфортно. Она может быть очень успешным менеджером, прекрасно выполняющим задачи, но достигнуть этого ей мешает постоянное давление со стороны руководства. Руководство ожидает от нее четкого соблюдения сроков исполнения проектов и качества результатов, внимания к деталям и стремления строго следовать принятым стандартам отчетности. И она это делает, но, как говорил принц Флоризель, «совершенно без аппетита». Мозг моей клиентки устроен так, что она чувствует себя гением в придумывании чего-то нового и необычного, в том, чтобы заряжать людей идеями и вдохновлять на создание невероятных вещей. А вот по части упорядочения этих идей, создания системы претворения их в жизнь (функционала, чрезвычайно ценного для корпоративной среды) она чувствует себя абсолютным лузером.

В результате моя клиентка страдает комплексом гадкого утенка, чувствует себя «не такой», конечно же, в плохом смысле этого слова. Ее уникальные способности: гибкость мышления, умение находить неординарные подходы к решению трудновыполнимых задач, вдохновляться и вдохновлять людей на творческий поиск – кажутся ей не такими ценными, потому что не ценятся ее окружением. Понятно, что в отсутствие должного обрамления такой талант подобен сорванному брандспойту. Человек постоянно фонтанирует идеями или витает в облаках, что вызывает раздражение у руководства, заставляет его задуматься об «уместности» такого сотрудника в корпоративной среде.

И у сотрудника в итоге рождается пренебрежение к собственному таланту, редкому и уникальному, потому что мало кто способен вырваться за рамки обыденного. Но из-за того, что талант не огранен, подобно бриллианту, и не вложен в соответствующую оправу, он будто бы все время пребывает в состоянии «эфира». Человек его не осознает, не может им управлять и, соответственно, достигать результатов, в полной мере проявлять свою уникальность. Но первое, что моей клиентке и похожим на нее людям надо сделать, – осознать несоответствие своего таланта тому окружению, в котором он проявляется.

Корпоративный мир с его требованиями к порядку и обезличенности может показаться в каком-то смысле довольно примитивным, хотя и он, конечно, развивается. Вспомним о таком факте, что в обществе одни проявления таланта общеприняты, а другие – непонятны. Например, талантливый художник-реалист гениально изображает окружающий мир, очень точно передает форму, цвет, светотень, выдерживает композицию и все такое – это всем понятный талант, высоко ценящийся в обществе. Но тут появляются импрессионисты, которые совершенно игнорируют академическую школу, для них главное – с помощью цвета передать сиюминутное впечатление, чувство. Импрессионистов принимают не сразу, но постепенно мир осознает, что в изобразительном искусстве, оказывается, важна не только и не столько точность передачи формы и цвета, сколько эмоция.

Если взять, например, картины знаменитого Джексона Поллока, созданные методом разбрызгивания краски по холсту, то понимаешь, что искусство вообще может не быть связано с отображением реальности. В своих работах Поллок выплескивает чистую энергию на холст, выходя за рамки формального искусства, за что его и ценят. Люди чувствуют переживания художника, его внутренний бунт.

В середине 60-х годов прошлого века американский социолог Эверетт Роджерс популяризировал теорию диффузии инноваций, согласно которой любое новшество большей частью общества воспринимается настороженно. Лишь малая часть социума (менее 3 %) – по своей природе новаторы, готовые экспериментировать с новой идеей или продуктом. Далее, если идея прижилась у новаторов, ее подхватывают «ранние последователи», которые тестируют ее и формируют «доказательства» для «раннего большинства», за которым идет «позднее большинство». И всегда остается значительная часть людей «отстающих», которые никогда не примут новшество просто потому, что не готовы менять свои привычки. Или, как кто-то метко сказал про «отстающих» в эпоху смартфонов: они откажутся от дисковых телефонов только тогда, когда их перестанут выпускать.

Сейчас мы уже привыкли к тому, что современное искусство – это способ что-то предъявить миру, передать чувства и «свой» взгляд на вещи. Любая инсталляция может быть искусством. Это пример диффузии инноваций, которую именно сейчас проходит человечество. Ведь, несмотря на весь прогресс общества в части понимания современного искусства, до сих пор еще остаются люди, не принимающие даже импрессионистов.

Еще одна теория – спиральная динамика Дона Бека и Криса Кована – показывает восемь этапов (уровней спирали) развития образа мышления человека, организаций и общества в целом. Каждому из которых присвоен свой цвет, от бежевого до бирюзового:

1. первый, «бежевый» уровень – в основе всего лежит мотив выживания, мышление инстинктивно, характеризуется низкой осознанностью;

2. второй, «фиолетовый» уровень – на передний план выходит «клановость» (родственные связи, верность традициям и поиск гармонии с внешним миром);

3. третий, «красный» уровень – власть силы, зарождение индивидуального сознания, эгоцентризм, борьба для преодоления возможных преград;

4. четвертый, «синий» уровень – целенаправленность и упорядоченность, поиск смысла и контроль импульсивности;

5. пятый, «оранжевый» уровень – проявление лидерских качеств, соперничество и многомерность, стремление к автономии и эффективности, поиск лучших решений;

6. шестой, «зеленый» уровень – формирование межличностных связей, исследование себя и других, развитие чувства единства, гармонии;

7. седьмой, «желтый» уровень – гибкий поток, стремление создать целостную картину мира, фокус на спонтанности и системном сочетании противоположностей, обретение личной свободы;

8. восьмой, «бирюзовый» уровень – глобальное видение, холистичность, гармонизация сильного коллектива людей, духовное единение со всеми и всем, действие по принципу «меньше – значит лучше».

В любом эволюционном процессе каждый следующий уровень развития не отменяет предыдущий, а наслаивается на него. Переходя в следующую фазу, человек и организация несут в себе все атрибуты фазы предыдущей, но в переработанном и дополненном виде. То есть на «зеленом» уровне спиральной динамики организации и коллективы «умеют» и бороться, и действовать упорядоченно, и достигать успеха, но делают это осознанно, выбирая путь освобождения от догм для достижения чего-то большего.

На каком уровне развития сейчас находитесь вы, а на каком – ваше окружение? Это еще один важный вопрос, без ответа на который невозможно создать благоприятные условия для развития и реализации вашего таланта. Помните, что ответственность за выбор окружения лежит на вас. Но и ваше окружение, и общество в целом способны развиваться и «прозревать» в отношении прогрессивных теорий, изобретений или проявлений таланта после того, как им «объяснили», как это понимать и любить. Так что – не отчаивайтесь.

Если вы уже оказались не в том окружении, постарайтесь критически его оценить и как можно быстрее его сменить.

И это отдельные вопросы: кто должен быть у вас в окружении, как вы должны сформировать его, как вы подберете свою команду, чтобы она вам помогала. Но не только это важно. Результат получится там, где есть соединение талантов в правильной комбинации. Поэтому окружение должно быть синергетичным, а не просто поддерживающим. К этому вопросу мы еще вернемся во второй части книги, а сейчас продолжим исследовать темные закоулки нереализованного таланта, и я готов познакомить вас с первой участницей моих интервью. Обратите внимание на то, сколь обширным может быть представление о своих талантах, если дать человеку поразмышлять об этом.

НАДЕЖДА, 32 года

Я точно знаю, что один из моих ключевых профессиональных талантов – это умение структурировать информацию. Это проявляется буквально во всем: как я строю коммуникацию, как организую процессы, как взаимодействую с клиентами. Даже в личной жизни – финансах, бытовых вопросах, делах с ребенком – все это я четко структурирую. Ну вот прям все. И я это знаю, потому что мне часто говорят: «С тобой понятно, ты все круто структурируешь». Такое слышу после встреч или даже просто в общении. Это как-то подтверждает: да, у меня получается.

Я считаю, что у меня есть еще один важный талант – это умение выстраивать контакты. Работать с командами, с людьми в целом. Знаешь, я всегда чувствовала, что у меня к этому есть склонность, но я много работала, чтобы развить этот навык. Особенно когда дело касается работы с группами. Я хорошо чувствую, что происходит в команде, понимаю, как скорректировать коммуникацию, чтобы добиться результата. Это может быть тренинг, встреча – неважно. Это то, что помогает мне двигаться вперед.

А еще я научилась прямо говорить о сложностях. Это, пожалуй, не то, что у меня было всегда, а то, что я в себе развила. Например, клиентам часто хочется слышать: «Все идет круто, вы молодцы». Но я знаю, что иногда нужно говорить и о рисках, даже если это неудобно. И я научилась это делать. Думаю, это требует определенной профессиональной смелости. Говорить о том, что не все идеально, – это важно. Мне кажется, что я реально выросла в этом.

Есть еще одна вещь, которую я считаю своей фишкой, – это стиль жизни. Я постоянно учусь по принципу life-long learning. Я ищу новые программы, форматы, вкладываю в это свое время и энергию. Даже серьезные дяденьки и опытные тетеньки, вроде Игоря Корганова, спрашивают: «Ну, чему ты там училась?» Это, знаешь, классный индикатор: то, что я изучаю, вызывает интерес. Это мой стиль жизни – постоянно находить что-то новое, чтобы двигаться дальше.

И еще одна важная штука про меня – я всегда знала, что добьюсь успеха. С самого детства. Я не знаю, откуда это взялось, но это был неопровержимый факт. Я просто знала, что буду успешной, буду обеспеченной и что у меня будет интересная карьера. Неважно, как именно. Главное, что я умею добиваться целей. А какие для этого понадобятся способности – разберусь по ходу.

Конечно, на этом пути были страхи. Страх не достичь цели, страх разрушить отношения, страх сказать что-то неудобное. Но я поняла, что нужно просто двигаться вперед. Например, недавно был сложный случай с коллегами: у нас сменился контакт в корпоративном университете. Мы наладили классные отношения с одной девушкой, а вместо нее пришла новая, совершенно другая по стилю работы. И я понимала, что есть серьезные риски для проекта. Это было непросто, но я открыто озвучила свои опасения и предложила подумать над альтернативами. Это был вызов, но я справилась.

Мне всегда было важно создавать результат. Это мой драйвер. Через результат я вижу свой вклад, и он дает мне ощущение безопасности. Безопасности как профессионала, который востребован, как человека, который обеспечен финансово. Но это еще и про то, чтобы менять людей, процессы, компании. Это то, что вдохновляет.

Да, я люблю держать все под контролем, но при этом я доверяю только проверенным людям. Это позволяет мне делегировать задачи, но все равно держать руку на пульсе. И вот эта моя системность, умение структурировать процессы и добиваться результатов – это то, что отличает меня от других. Это то, что я считаю своим настоящим талантом.

Глава 2. Быть добрым без вреда для себя

ЗАЧЕМ БЫТЬ ДОБРЫМ

Мыслители во все времена ломали голову над категориями добра и зла. Это сложный философский предмет, и я не хочу в нем закопаться, слишком углубляясь в теорию. В своей книге я намеренно упрощаю понятия, чтобы в потоке витиеватых умозаключений не забыть о самом важном: люди интуитивно чувствуют, что такое хорошо и что такое плохо. Обманывать – плохо, говорить правду – хорошо, красть – плохо, возвращать найденное – хорошо, бездельничать – плохо, трудиться – хорошо и так далее. Есть универсальные категории, которые объяснять не надо. Человек чаще всего сам знает, когда он поступает хорошо, а когда плохо.

Проблема возникает, когда вы начинаете думать, что быть хорошим невыгодно, неправильно и даже как-то неловко. Проявлять человеческие добродетели, которые описаны в тоннах литературы, по какой-то причине считается глупым или нерациональным.

О том, что люди не верят в добро и его окупаемость, писал еще Никколо Макиавелли примерно в 1513 году в своем трактате «Государь»: «Говорят, что лучше всего, когда боятся и любят одновременно; однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх»⁴. Он предлагает действовать через страх, потому что так безопаснее и эффективнее. И ведь действительно, люди часто обнаруживают, что через маленькие или большие «отклонения» от добродетельности добиваться результата получается быстрее и проще. Да, придется испытать немного моральных угрызений, но зато как эффективно!

Допускаю, что у Макиавелли были достаточные основания между любовью и страхом выбрать страх. Но в своей книге я выступаю оппонентом флорентийского мыслителя и предлагаю читателю сделать выбор в пользу любви. В жизни и работе, буквально натыкаясь на доказательства экономической эффективности любви, я раз за разом прихожу к выводу, что добропорядочность полезна.

Из бесед с разными людьми у меня сложилось впечатление, что очень многим присуще такое убеждение: «Ценность, заложенная во мне, ну уж точно никак не может принести выгоду в реальном мире». Такой вывод легко объяснить устоявшимися бизнес-стереотипами:

• чтобы получить продвижение, вы должны «идти по головам»;

• чтобы добиться результатов, вы должны быть черствым и жестким по отношению к людям;

• чтобы работать в корпорации, вы должны научиться игнорировать эмоции и соответствовать требованиям руководства;

• чтобы добиться успеха, вы должны забыть о себе и думать только о деле.

И так далее и тому подобное.

Давайте вместе попробуем разобраться, так ли они аксиоматичны. И начнем с того, насколько можно «быть собой» не только в организации, но и вообще в жизни.

Все мы так или иначе защищаем себя эмоционально от внешних угроз, явных и мнимых. Но, по моему мнению, внутренние механизмы, которые человек осознанно или неосознанно использует для самозащиты, не должны давать побочных эффектов. Как и с любым лекарством – хотелось бы, чтобы оно лечило болезни, не порождая новые. Однако некоторые (а может, все?) защитные механизмы могут быть очень токсичны для того, кто их использует. Уверяю вас, если вы столкнетесь со мной в повседневной жизни, я вполне могу показаться вам, мягко говоря, не самым милым человеком, особенно в стрессовой ситуации.

На протяжении нескольких лет я наблюдал за собой и вел внутренний диалог о своих поступках. Каждый раз, сталкиваясь при общении с людьми с проявлением не лучших своих качеств, я уговаривал себя: надо быть добрее и человечнее, чтобы «люди ко мне потянулись». Я пытался исправить себя, стать более терпимым, но мой внутренний голос твердил, что в этой стратегии есть изъян.

Поймите меня правильно, я считаю себя вполне осознанным человеком. Например, в свое время смог почти без усилий отказаться от вредных привычек, просто изменив отношение к ним. Я бросил курить практически без мучений, а пристрастие к алкоголю «выключил» в один день, переосмыслив плюсы и минусы (и прочитав книгу Аллена Карра «Легкий способ бросить пить»).

Получается, что я способен слышать голос разума и договариваться с собой, когда нужно сделать правильный выбор и освободиться от неэффективных паттернов поведения. И, прислушиваясь к своему внутреннему голосу, я понял: в стратегии «а давай ты просто будешь добрее к людям» меня не устраивает то, что я как бы «снимаю защиту», тем самым повышая риск быть глубоко раненным. В душе я всегда это понимал, именно поэтому мне так трудно было отказаться от этой «вредной» привычки.

С другой стороны, выбор более сдержанной позиции в общении с людьми меня тоже не совсем устраивал. Ведь вместо того чтобы говорить с людьми искренне и прямо, хоть иногда и достаточно резко, мне приходилось сглаживать углы, идти на компромиссы, быть «политкорректным», не проявлять свои истинные чувства, чтобы не ранить чувства других. Мне это совсем не свойственно. Если мне кто-то или что-то не нравится, я склонен немедленно об этом заявлять. Мои знакомые, коллеги и друзья, те, с кем у меня сложились доверительные отношения, понимают меня и ценят мою прямоту, но для более широкого круга людей эта граничащая с бестактностью непосредственность немного непривычна. Особенно если эти люди – из стран с высококонтекстной культурой, где за словами принято видеть скрытые смыслы и символы.

Так вот, когда я пытался быть добрее, вести себя мягче и «политически корректнее», то чувствовал внутри какое-то рассогласование, неконгруэнтность. Я будто пытался переломить свою натуру, не до конца понимая, а зачем, собственно. В конце концов я осознал, что не хочу быть «добрым» для всех. Для меня ценно мнение не «всех», а только «моих» людей, то есть моей референтной группы. Я не хочу тратить силы на то, чтобы быть приятным со всех сторон. Для меня все, что принято универсально, означает нечто обезличенное. Моя референтная группа понимает и принимает меня таким, какой я есть, и позволяет мне быть собой.

Итак, я решил, что не хочу быть «добреньким» для людей, мнение которых мне безразлично. Почему же я все равно чувствую напряженность, которую создаю своим поведением и своим отношением, со стороны незнакомых людей? Найти ответ на этот вопрос мне было крайне необходимо для устранения «побочных эффектов».

Начал я с того, что попытался разобраться со своим защитным механизмом, который совершенствовал с раннего детства, не отдавая себе в этом отчета. Я осознал, что, ведя себя некорректно, грубо и импульсивно, я на самом деле отравляю себя самого, то есть моя защита меня же и ранит. В этот момент мне стало ясно, как это ни странно, что я хочу быть добрым не ради людей, а ради самого себя.

А чтобы подтвердить свою догадку о том, что мое поведение может и не быть связано с реальностью, я в какой-то момент даже начал вести самонаблюдение. Например, стал замечать, что за рулем могу находиться в двух состояниях.

• Когда дорога – это путь из точки А в точку Б. Я спокойно добираюсь, куда мне надо, не замечая никаких «злонамерений» со стороны других участников движения.

• Когда дорога – это поле боевых действий, а каждый водитель – мой личный враг. «Враг» хочет меня подрезать, обогнать, обидеть, и, соответственно, мне надо отстоять свою территорию, всех проучить и отбить охоту меня обижать в будущем.

Это два совершенно разных состояния. Причем я обнаружил, что могу находиться в этих противоположных состояниях при совершенно одинаковых обстоятельствах: на одних и тех же дорогах, в одни и те же часы, в одних и тех же ситуациях.

Когда я нахожусь «в состоянии войны» с другими участниками дорожного движения, то считываю поведение людей как враждебное, приписывая им злые намерения, которых у них, возможно, и нет. И когда я включаю осознанность и пытаюсь ретроспективно проанализировать подобные ситуации, то понимаю, что, вероятнее всего, я неправильно интерпретировал поведение человека и, соответственно, некорректно на него реагировал. Когда мне удавалось проверить свою гипотезу относительно злонамеренности другого водителя в ситуации конфликта на дороге, в пяти случаях из пяти я ошибался.

Вот яркий пример, который я иногда привожу на тренингах по коммуникациям и конфликтам. Я стою в очереди на заправке. К каждой колонке стоит хвост из нескольких машин. Подходит моя очередь, и так как у меня большой автомобиль, чтобы подъехать к «своей» колонке, я делаю заворот по довольно большой дуге. В этот момент какая-то маленькая козявочка-малолитражка заезжает на «мою» колонку. В моей голове начинает звенеть возмущение: «Ах ты, вражина! Без очереди лезешь!» Я открываю окно и начинаю орать на водителя. Из машины выходит интеллигентнейшего вида молодой человек, но, в отличие от меня, он не орет в ответ, а подходит ко мне и спокойно говорит: «А, так вы на эту колонку нацелились? А я думал, на следующую». И в этот момент я замечаю, что освободились обе колонки у одного столба: и слева, и справа. Я просто изначально был нацелен на ту, которая слева, поэтому на правую и не обратил внимания. А когда я начал делать этот маневр по дуге, водитель сзади подумал, что заезжаю я на правую колонку. У него и в мыслях не было меня обижать, но я интерпретировал его поведение как враждебное.

Каждый раз, когда я ловлю себя на желании непотребно вести себя на дороге, напоминаю себе, что мое отношение к ситуации определяется не столько поведением других людей, сколько тем, как я интерпретирую это поведение. Получается, что моя токсичная защита делает мою жизнь более стрессовой, лишая меня возможности не только наслаждаться каждым ее мгновением, но и выстраивать конструктивные и доверительные отношения с людьми.

Нет, я не хочу быть добрым ради людей. Я не хочу относиться к людям по-хорошему, потому что они этого заслуживают. Я не хочу быть добрым, чтобы в ответ получить добро (quid pro quo). Я не хочу проявлять хорошие манеры, потому что так принято в обществе или потому что я рассчитываю на такое же поведение по отношению к себе. Мне это не нужно. Но я хочу проявлять уравновешенность и доброту для того, чтобы самому чувствовать себя хорошо.

Когда я меняю свой фокус с «я выехал на войну» на «я просто добираюсь из точки А в точку Б», то начинаю чувствовать себя спокойнее. Я не трачу ресурс на внутреннюю борьбу и подавление негативных эмоций, у меня не вырабатывается кортизол, не возникает ощущение подавленности.

Конечно, проблема защиты личных границ и своего уязвимого самолюбия сохраняется, но она вполне решаема. С возрастом приходит мудрость (хотя, как шутят некоторые, иногда возраст приходит один), плюс мы постепенно окружаем себя людьми, которые нас поддерживают, поэтому защитные барьеры можно и нужно постепенно снижать. По крайней мере, я понимаю, что большинство ситуаций, которые в детстве казались крайне разрушительными для моей личности, сейчас я вполне способен принять. И в этом смысле я могу себе позволить изменить способ защиты.

Пришло время представить вам историю следующей героини моих интервью, которая столкнулась с трудностями в соединении своих истинных талантов с корпоративной средой, в которой она оказалась. После этого мы пойдем дальше исследовать «чуждый нам мир».

ВЕРА, 46 лет

Меня часто называют человеком, рядом с которым становится легче. Честно говоря, я сама не до конца понимаю, как это работает. Может быть, это психология, эзотерика или даже волшебство, но люди говорят, что после общения со мной они начинают иначе смотреть на свои проблемы, находят силы двигаться дальше. Для меня это всегда было естественным – находить нужные слова, помогать людям менять фокус, возвращать им энергию. Эта способность помогает мне и в работе: коллеги и подчиненные нередко говорят мне спасибо за общение, потому что чувствуют перемены в своем восприятии.

Настоящее удовольствие я получаю, когда у людей загораются глаза, особенно если они были в сложном эмоциональном состоянии. Можно ли назвать это талантом? Возможно. Но как это монетизировать, я пока не знаю. Для меня добро всегда ассоциировалось с чем-то безвозмездным, и, признаюсь, внутри меня есть убеждение, что деньги и добро не очень совместимы. Как будто, если начинаешь зарабатывать на нем, оно перестает быть добром.

Я чувствую, что мой подход не всегда вписывается в жесткие рамки корпоративной культуры банка, в котором я сейчас работаю. Я не люблю давление, жесткость, которые часто нужны для управления в банке. Моя сила – в мягкости, в умении поддержать, а не требовать. И, кажется, это просто не мое. Возможно, мой подход будет гораздо полезнее в другой сфере или в другой компании, где ценности совпадают с моими.

КАК КОНТРОЛИРОВАТЬ СВОЕГО МИСТЕРА ХАЙДА

Принято считать, что жизнь реальная и жизнь вымышленная, та, что описываются в книжках, сильно отличаются друг от друга. То, что в классических произведениях считается, как сейчас принято говорить, «лучшими практиками», в действительности таковым не является. Многие женщины мечтают увидеть на горизонте бригантину с алыми парусами или дождаться принца на белом коне, но отдают себе отчет в том, что алых парусов, принцев и даже коней на всех не хватит. Смирившись с этой мыслью, они выходят замуж за какого-нибудь абьюзера. А где взять другого?!

Почему так? Я уверен, что все, или, по крайней мере, большинство людей, рождаются добродетельными. Однако многочисленные разочарования в реальной жизни приводят их к ожесточению. Под влиянием обстоятельств они мимикрируют и начинают действовать не в соответствии со своей добродетельной натурой, а в соответствии с теми неписаными правилами жизни, которые им внушает окружение. Причем само это окружение было так же, как и они, отравлено разочарованиями и разрушенными идеалами.

Может возникнуть ощущение, что хорошие люди считают свой правильный путь неправильным или, по крайней мере, недостаточно эффективным. Мне хочется пошатнуть это убеждение. Как в том анекдоте: «Любите ли вы кошек? Все зависит от того, умеете ли вы их готовить».

Одна часть меня согласна с Макиавелли и считает, что люди – неисправимые злодеи, другая – что все, за исключением людей с психическими отклонениями, по природе своей все-таки добрые. Например, природой в нас заложено стремление быть вместе. Но тут вспоминаются слова героини советского фильма «Влюблен по собственному желанию»: «Ты знаешь, один писатель сказал: “Люди напоминают собой стадо дикобразов, бредущих по холодной ледяной равнине. Им холодно, они жмутся друг к другу и колют друг друга своими иглами”»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Американский писатель, психолог, научный журналист.

Вернуться

2

Эта цитата упоминается в нескольких источниках, включая блог The Corporate Existentialist, где говорится, что Друкер сказал это Бобу Бьюфорду, своему клиенту и партнеру по созданию Drucker Institute. Https://corpexistentialist.com/2022/02/17/more-than-feeling.

Вернуться

3

Положение, выдвинутое канадскими педагогом Лоуренсом Питером и драматургом Реймондом Халлом в книге «Принцип Питера, или Почему дела всегда идут вкривь и вкось».

Вернуться

4

Макиавелли Н. Государь. Трактаты, проза, письма / Н. Макиавелли. – М.: Иностранка, 2022 г. – 768 с.

Вернуться