Любовь и дружба
Секреты сердец и дружеских уз
Эля Сфон

© Эля Сфон, 2026

ISBN 978-5-0068-3145-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Любовь и дружба

– Наш плейлист —

Free – KPop Demon Hunters Cast
Егор крид – Malo
L.A – Stop The Clocks
Не оставляй меня – Kamazz
Целовать другого – Иван Дорн
Swim-Chase Atlantic
Никогда -Руслан Утюг
LOVV66 – Я знаю
Кухни – Бонд с кнопкой
Каждый раз – Пика
Егор Крид – Зажигалки
Еле дыша – Три дня дождя
Omoinotake-Shiawase
Shane On Me-Catch You Breath
Вайб ты поймала-Konfuz
Госпожа Эвелин— Купидон
Три дня дождя—Негативное мышление
Renegade- (sped up tiktok version)
Artik & Asti-Миллениум
KarnaVal – ты первый кто

Пролог

Прошло много времени, как Эля создала группу общение в телеграмме, и с тех пор все изменилось, начали появляться новое общение, дружба, отношения, ну как без конфликтов, и ссор, ну также без воспоминаний, и прочее. Также без прогулок, было все хорошо. Но по крайней мере, все прекрасно.

– Сегодня в нашем городе проводится вечеринка, кто хочет пойти? —сказала Ландыш в хорошем настроении

– Нет, я пас, я, итак, был на стриптиз баре, и там было все прекрасно… —отвечает в ответ Федор игнорируя даже предложение Ландыш

– Ну, как всегда, Федя будет на позитиве! – сказала Ландыш, в ответ Федору.

– Ландыш, цыц, я тут папочка который одни девушки безумна от меня…

Федя не так был в хорошем настроении, так как ему было все равно, потом прошло некоторое, затем зазвонил его телефон, это был Эмиль.

– Да?

– Федь, пошли в апекс по видео чате играть?

– Нет братишка, не сегодня, у меня планы кое-какие, поэтому, давай начнём завтра, кстати, а что нам задавали?

– Ты ведь завтра хоть на пары идешь? —А с каких пор, ты заботишься о моей учёбе?

– Может потому что я типа староста, и слежу у каждого студента, у кого есть домашние задание или даже проекты.

– Эмиль, я не пойду в универ, я плохо себя чувствую…

– Ты уже неделю прогуливаешь пары, что с тобой?

– Скажу потом, ладно я ушёл, давай удачи.

После так завершился звонок, пошёл он играть на гитаре, разные песни, сначала играл на гитаре, песни из группы кино, был его любимой его группой, напевал, и тут, появилось на его телефон сообщения в телеграмме, как раз таки из группы… Но он был не восторге, от таких сообщений от Дианы…

– Федя, ты мне обещал вернуть 2000 рублей, сказал вернёшь! —агрессивно написала Диана сообщение в группе Эли

– Диана, без агрессий хорошо? – в ответ сказав Диане.

– Ты сейчас тупо обещание своё не выполняешь на данный момент, деньги жду сегодня понял?!

– Не ори как истеричка, я понял, сегодня переведу.—ответил Федя.

– Кстати, в универ завтра в 10:00 приходить, прикиньте, расписание на этой неделе поменяли. Кстати завтра у мальчиков медосмотр.– пишет в группе у Эли.

– В смысле? Диана ты шутишь?

– Диана не шутит, завтра у вас медосмотр— говорит Эля, задумчиво в ответ Феде.

– А если заболел? – отвечает Федя.

– Федя, если болеешь, значит лечись, такой блин большой мальчик уже не лечиться не умеешь – отвечает Эмиль на сообщение Феде которое написал.

– Умею, а что?

– Кстати, где Миля?

– Она? Гуляет вроде, я сейчас тоже на гору потом гулять пойду.

– Ты болеешь! И теперь сейчас идёшь гулять? —агрессивно ответила Настя.

– Да, и что? Настя, отвали от меня.

Убрав его телефон начал собираться в парк, где гуляет Миля на горах.

И тут он собой взял гитару, чтобы хоть как то отвлечься от друзей и т.д

Федя играл на гитаре, а на перед нем фоне его был самый красивый закат, который он видел, когда время года весна. И тут во вдалеке увидел Милю, она была в чёрных джинсах, и в серой толстовке с надписью «я буду тебя бесить, а ты терпи»

– Миля?

– Федя? Ты чего тут делаешь?

– Уже поздороваться с тобой нельзя?

Глава 1
Запах кофе и ванили

Федя и Миля смотря друг друга в глаза, и понимают, в ответ просто они обнялись, и немного Федя приподнял её, в мыслях он подумал «Словно цветок под солнцем чахла без тебя» но она его видит словно её спаситель с небес, который мог от всего попытаться утешить, или поддержать. Федя присел рядом с Милей, и он взял в руки гитару. И он посмотрел на глаза Мили, словно как алый цветок, который распустился, и вкусно пахнет будто свежим нектаром, который из них пчелы всегда за поиском нектара, и делают вкусный мёд.

– Миля?

– Да?

– Позволишь сыграть на гитаре для тебя?

– Ты ведь говорил, что не играешь девушкам на гитаре, так ведь?

– Говорил, но к сожалению, моя душа будет сиять до тех пор, пока твои пальцы перебирают струны… – на его лице появилась беззаботная улыбка, но вспомнить как он сильно любил её, в подростковом возрасте.

Именно в этот самый момент пришло осознание, что назад пути больше нет. Они оба утонули. Утонули друг в друге. Окончательно и бесповоротно…

– Ты почему в универ не идешь Федь? Ты ведь понимаешь что отчислят потом тебя?

На тот момент Федя собрался уходить, но прервался разговор между Милей

– Миля, я может вообще ходить универ не буду, вообще, вот выздоровею и пойду. —в ответ лишь слегка накричал на Милю.

– Федь, что случилось, мы не первый раз с тобой познакомились, я же поддержу тебя…

– Миля!

– Что? Ладно пусть уж лучше ты кричишь на меня, чем молча делаешь вид, будто все в норме.

Федя просто промолчал, и он понял что он походу немного накричал на неё, в качестве извинений, он просто обнял её и немного её успокоил, в ответ Миля тоже его обняла.

– Ладно Миля, мне нужно ехать, если хочешь могу до дома тебя довести.

– Федь, не стоит, меня Женя отвезёт, так что за меня не беспокойся хорошо? —не в настроении она ушла, и видеть своего парня, и улыбка изменилась, на её лице.

Женя приехал на чёрной машине, Миля пошла к машине, но Женя начал её собой брать, и посадил её на переднее сидение машины, и поехали домой.

Федя собирался идти уже к машине, начал заводить машину, и уехал домой, как он приехал домой, заметил что его струна порвалась на его на гитаре.

– Блин, струна, не надо было в багажник класть эту гитару Вдруг услышал будто кто-то прозвучала его имя во вдалеке, и это были Эля и Эмиль.

– Какие люди Федь— радостно ответил Эмиль.

– Федь, я тебя удивлю конечно, но я тебя тоже рада тебя видеть, радуйся.—хитро она улыбнулась.

– Ой, да ну, Эля не ври, пожалуйста, я по твоему лицу вижу, что не рада меня видеть— хитро он ему в ответ Эле.

– Ладно, забыли, а вы ко мне что ли пришли?

– Вообще нет, но мы в ресторан идём, думал, тебя взять, ты же мне как брат Федь.– в ответ сказал Эмиль.

– Эмиль, я бы с радостью, но не могу сегодня, да и вообще я болею, кстати, ты же староста, скажи то что я не приду.

– Федь, я сто раз говорил, ты ректору должен говорить, не мне, я староста по домашним заданием, проектам, рефератами, а не только прогулов студентов.

– Ладно, напишу что завтра не приду.

– Ага, ладно, мы пошли наверное, а то время уже потратим, давай брат, удачи.

– Пока Федь.

– Давайте, приятно вам привести обоим прекрасный вечер

– Спасибо Брат! – Ответил Эмиль

Время было ночь, тем временем Ландыш поехала на гонки на мотоциклах, внешний вид её был полностью в чёрном, чёрные штаны, чёрный топик, чёрные ботинки, а также чёрный шлем, а также были кошачьи ушки, который она хотела такой шлем, также на гонках, были и другие люди, а также Соня она жила раньше в Республике Коми, сейчас, как и все находиться в Санкт-петербурге.

– О, Ландыш, ну что готова побороть свой рекорд, на своём мотоцикле? —хитро она в ответ улыбнулась.

– Я? Нет, я решила лишний сюда приехать за победой, а не за каким-то жалким рекордом!

Взгляд довольно изменился на лице у Сони, будто у Ландыш, что то случилось, но заметила на её мотоцикле надпись «Я люблю мотоциклы, но не больше, чем женщин. Женщина самое прекрасное создание человечество»

Соня конечно обратила внимание на надпись, но больше на неё, видимо у неё что-то случилось…

Подумала Соня, и спросила у Ландыша:

– Ландыш, у тебя все в порядке у тебя?

На глазах у Сони, увидела, что она улыбается, смеётся, одновременно текут слезы, но она смеётся, в мыслях она подумала «Что могло случиться такого плохого, что даже одновременно улыбается и смеётся, это было очень для меня страшно она подумала насчёт своего же Феди»

– Ландыш, что случилось? Или…

– Сонь, все хорошо правда… —через слезы отвечает Сони.

– Ты опять об этом придурке Ландыш, не забудь, он даже не достоин твоих слез, ну ты чего маленькая…

– Сколько я не пыталась, он не обращал на моё внимание, я сколько не старалась, а он…

Соня видела что ей плохо от этого придурка, и понимает, что даже она его любила, или даже до сих пор любит?

– Соня, я хочу прокатиться, на мотоцикле, пожалуйста…

– Ландыш, не надо…

Ландыш одела шлема, защиту, но тут, как начали говорить на старт, внимание, марш, но я первая она выехала на дороге, она просто уехала из трассы, на другую дорогу вся слезах, и нашла большой мост красный, красивый, затем поставила свой мотоцикл, и легла, и кричала из-за всех, и плакала, и говорила про себя:

– За что? Почему я никого не могу полюбить…

– Почему он так со мной, зачем, зачем? За что, я полюбила за то что ты такое есть.

По щеке потекла слеза, и капнула в бетон, после она успокоилась, подошла к мотоциклу, одела шлем, и завела мотоцикла, и поехала домой, свою же квартиру собственную квартиру, оставила мотоцикл на улице, потом в дверь кто то постучал…

– Кто там? – немного испугалась, кто пришёл в такую ночь —Откройте, это доставка

– Странно, я же ничего не заказывала—шёпотом она сказала. Открыла дверь, и увидела красные розы, курьер сначала попросил подписать внизу, он дал ручку, и Ландыш дал ручку, и спокойной поставила подпись, затем отдала бумажку с ручкой, курьер передал красные розы, затем нашёл записку какую-то, она была такая розовая, пахнет какими-то мужскими духами, конечно очень сильно пахнет мужскими духами эта розовая записка, она открыла записку, и прочитала что там написано.

– Хочешь ли ты пойти в 18:00 завтра в новый ресторан, который открылся несколько недель назад… —интересно кто это? Подумала она, пока не заметила чей то номер.

– Хм? Надо узнать кто это…

Ландыш набирает по телефону, уже поднесла телефон к уху, шли гудки, и все таки ответил, голос довольно знакомый…

– Ало? —Отвечает по телефону Ландыш

– Не узнала меня?

– Федя? А это ты? Нахер ты мне звонишь?

– Уже пригласить тебя на свидание нельзя?

– Что? Что прости? На свидание? После того что ты мне отказал, что на вечеринку, да у тебя всегда какие-то планы, а вот как когда я без настроения так да.

– Прости, просто Соня увидела твоё состояние, я подумал что-то случилось…

– Надо было раньше думать, за цветы спасибо. Теперь пока. Ландыш отключила звонок с ним, и перестала, стала разговаривать. Но ей было обидно того что он раньше не обращал, на неё внимание, но была рада что он позвонил. Тем времени Федя играл на гитаре под песни от группы «короля и шута» любил играть под эту гитару, но вдруг пришла Арина к нему в комнату.

– ТЫ с кем только что разговаривал по телефону?

– Тебе зачем это знать? Ты вроде как моей жизнью не интересовалась вроде нет?

– Опять с этой разговаривал?

– Да, тебе какое дело?

– Если ты не перестанешь с эта девчонка общаться, я сделаю так, чтобы она с тобой не разговаривала!

Глава 2 Твоя чашка чая

Сейчас она сидит на парах и рисует сердечки, цветочки, пока этого не заметил ректор.

– Юная леди, что вы делаете на моей паре?

– Извините, пожалуйста, я немного отвлеклась…

– Чтобы я такого больше не видел, юная леди. Я и так из-за вас время потратил.

У Ландыш закончились пары, и когда она собиралась спускаться по лестнице, ей пришло сообщение в телеграмме. Это был Федя, который прислал доставку цветов.

– Так, ты не против пойти со мной на свидание?

– Зачем мне идти с тобой на свидание? – Ландыш не знала, как ему ответить, но она была рада, что он ей написал.

– Я просто хотел провести время с тобой. Ты чего так обиделась?

Ландыш понимает, что есть какая-то симпатия, чувства. Она сильно обижена на то, что он долгое время на неё не обращал внимания.

Вдруг возле университета она встретила Диану и Настю. Они помахали и позвали её к ним. Ландыш не хотела с ними разговаривать, у неё не было настроения сегодня.

– Ландыш, с тобой всё хорошо? – напряжённо спросила Диана.

Диана видела, что Ландыш какая-то грустная, будто чем-то её обидели.

– Ландыш, мы за тебя беспокоимся. А, кстати, Диана предложила всей компанией купить частный дом. Он находится на Набережной Макарова. Там мы купим дом, ты с нами?

– Хорошая идея, я согласна. А сколько этот частный дом стоит? – внезапно на её лице появилась улыбка, и пропала обида на Федю. Подумала: «Ну и пошёл он, пускай сам подумает над своим поведением».

– Так, тогда, Ландыш, мы встречаемся все в 18:00 в парке. Мы получается, договариваемся с хозяином, покупаем дом, мы все вещи собрали, поэтому все несколько человек переезжают.

– А сколько комнат всего в частном доме, в который мы будем переезжать? – ответила спокойным голосом.

– Эля сказала, что комнат 7—8, но некоторым людям придётся спать вдвоём. Я надеюсь, что спать из пацанов не буду, – нетерпеливо ответила Диана, но Настя в ответ лишь посмеялась.

– Ладно, мне нужно идти, а то я опаздываю по своим делам, поэтому удачи, – улыбнулась и ушла по своим делам.

Ландыш спокойно шла домой, пока её телефон не зазвонил. Это был Федя. Она сбросила звонок и убрала телефон в передний карман. Он звонил несколько раз, но она не отвечала. Она не могла простить его после того, как он поступил, но она решила немного отвлечься и взять себе кофе и пирожные с её любимой начинкой – клубникой и малиной. Она присела на лавочку и спокойно пила свой кофе, пока снова не зазвонил телефон. И это был снова он. Ландыш так и не взяла трубку. Ей до сих пор было обидно, но она не понимала, зачем он её тревожит, когда у неё тоже дела, и подумала в мыслях: «Зачем он меня тревожит? Будто у него своих дел нет, как будто до меня есть дело».

И вдруг услышала, будто её позвали, пока Ландыш шла и нечаянно столкнулась с парнем.

– Ой, извините, девушка, я не хотел вас задеть…

Они посмотрели друг на друга, и это был Федя, хотя он не специально задел Ландыш.

– Ты? Что ты здесь делаешь?

– Как и все люди, прогуливаюсь. А что мне ещё, по-твоему, делать? – презрительно ответил Федя.

– Хм! Да что ты, меня твои слова никак не задели, хоть как-то ты пытаешься заговорить со мной.

– Мне это никак не влияет. Я просто хотел поговорить с тобой, просто Соня увидела твоё состояние, и это было для тебя больнее.

– Федя, а это тебя не касается. Мне пора…

Федя не хотел оставить это дело, и он взял её за плечо, чтобы поговорить с ней.

– Я не уйду, пока не поговорю с тобой. Ты же хотела увидеть меня? Так давай просто поговорим, а не избегать друг друга.

– Серьёзно? – отвращённо она ответила. – Федь, это же смешно, вот реально смешно, и не надо мне говорить, что «мне жаль» или по-другому «Я не хотел тебя обидеть». Ты так со всеми девушками, Федь?

– Мне правда жаль, Ландыш, но давай сейчас мы разберёмся и разойдёмся спокойно, и без каких намерений.

– Нет! Я даже не подумаю с тобой разговаривать!

Федя остановил её, взял её за руку и сжимал так сильно, что он хотел просто поговорить с ней спокойно. Как вдруг, когда Федя сжимал её руку так сильно, Ландыш почувствовала боль.

– Федь, отпусти, мне больно!

– Тогда давай поговорим, и я спокойно уйду от тебя.

– Хорошо, тогда давай ко мне, я замёрзла, и ещё я без толстовки.

– Хорошо, давай тогда поедем, – Феде немного было обидно, что он сжал её руку, и попросил у неё прощения, но всю дорогу Ландыш молчала, хотя была в настроении. Они приехали к её дому, зашли в квартиру. Ландыш поставила чайник, Федя умылся, помыл руки. Как вдруг Ландыш переодевалась, а комната её была открыта, и Федя любовался на неё, всё осматривал. Как вдруг Ландыш увидела, что позади неё Федя.

– Ты вообще нормальный? Выйди из моей комнаты, – испуганно ответила она. – Ты знал, что подглядывать нехорошо, так ещё врываться и пугать других девушек!

Федя начал слегка приближаться к ней и своими пальцами трогает её подбородок.

– Почему ты такая настолько сексуальна, котёнок? – сказал он шёпотом в её ухо.

– А что? Так, я могу удовлетворить тебя, когда ты слишком жалок для меня? – хитро она посмотрела ему в глаза, а Федя лишь укусил её за ухо.

– Так, ты пришёл сюда, чтобы меня в мою постель закинуть?

– Хм, я не имею на это права?

– Нет, я даже для тебя безразлична. Идём на кухню, и ты…

– И что потом? – хитро он улыбнулся и взял её за подбородок.

Ландыш убрала его руку и пошла на кухню. Сделала себе кофе и взяла пирожные, которые купила в кафе, и пригласила Федю на чашку чая.

– Ты чай не против? Я пирожных взяла в кафе, и по пути взяла себе кофе, который я выпила, даже неожиданно всё выпила, – в ответ улыбнулась. – Даже не знаю, зачем ты мне цветы прислал?

– Хотел тебе хоть немного поднять настроение, но цветы, вижу, стоят в вазе. Я правильно понял?

– Да… Мне жалко было их выкидывать. Даже на меня потратился, для чего? – отвернувшись от него, стояла и делала себе бутерброды. Она никогда не заказывала еду после 16:00 и решила просто готовить своими руками.

– Всегда одна готовишь?

– Федь, всё наглеешь и наглеешь, хватит, уже перебарщиваешь…

– Когда ты стала холодна ко мне?

– С тех самых пор, когда ко мне зачем-то пристают и берут своими руками моё плечо, и меня как-то возбуждают…

Федя начал наглеть перед ней, но это никак не мешало ему это делать, но Ландыш сопротивлялась от таких прикосновений. Федя со всей силой держал её, но она дала ему удар, но он не чувствовал никакой боли.

– Федь, отпусти, ты же хотел поговорить, нет?

– Ладно, отпускаю.

Федя отпустил её, они сели за стол и начали разговаривать по поводу их отношений.

– Федь, зачем всё это? Зачем? Думаешь мне приятно было с тобой разговаривать, когда мне прислали цветы? – проявила к Феде неприязнь, так как он её сильно обидел. – Федь, сколько я себя помню, я столько раз пыталась, чтобы ты хоть обратил на меня внимание, так нет, не обращал на меня внимания, даже никакого. Просто зачем ты всё сделал?

– Я просто не знал, что у тебя есть какая-то симпатия, но я этого не замечал, – он выдохнул, немного перебрал все свои мысли и дал ей ответ. – Я, Ландыш, видел, что проявляла ты ко мне внимание, но я этого не замечал, правда, я не хотел задеть твои чувства.

– Федь, ты вокруг себя даже ты обманываешь. Даже ты хоть сострадание что ли, проявить не можешь.

– Я просто…

– Федь, не оправдывайся, а да, кстати, ты знал, что вся компания переезжает в частный дом? Ты собрал вещи?

– Можно и так сказать, но это потом обсудим с тобой. Теперь вопрос, почему ты отказалась пойти со мной на свидание? В чём причина твоя, отказаться провести время со мной?

– Ты слишком берёшь всё на себя. Я не буду говорить причину, почему я сегодня отказалась от свидания, и ещё даже я тебя видеть не хочу, дверь знаешь, где она находится.

Федя знал, что он сильно обидел, но конкретной причины он не знал, но ей нужно было угодить, чтобы он узнал причину, или…

– Можно мне твою причину? Вот, чем я обидел, и какова была причина поехать надо было на гонки, но заявила Соня, что это были эмоции, это так? – Федя сразу немного запереживал за неё, но для Ландыш было абсолютно всё равно, что он там сказал, но всё же сказала причину, почему:

– Я не могла больше на это смотреть… – голос Ландыш дрожал, будто каждое слово давалось ей с боем. – Ты казался таким… настоящим, добрым, открытым. А внутри ты… – она осеклась, слёзы потекли по щекам, но она не вытерла их. – Ты просто проходил мимо. Как будто меня не было. Как будто я – пустое место!

Федя молчал. Он смотрел на неё – растерянный, будто удар пришёлся прямо в грудь. Он хотел что-то сказать, но язык будто внутри что-то застревает.

– А теперь ты вдруг решил поговорить? – она вскинула голову, глаза полыхнули болью. – О чём, Федя? Скажи мне, О ЧЁМ МЫ МОЖЕМ ГОВОРИТЬ?

Он сделал шаг вперёд, но она отступила, будто его приближение жгло.

– Я столько раз пыталась быть рядом… Хоть как-то, хоть чем-то, чтобы ты заметил… – её голос сломался. – Уйди. Просто уйди. Я больше не могу.

– Ландыш… – голос Феди был глухим, срывающимся. – Я не могу уйти. Потому что ты… ты не безразлична мне. Ни разу не было. Я просто… я был идиотом. Не видел, не понимал… А теперь стою перед тобой и не знаю, как всё исправить.

Он подошёл ближе, осторожно, будто боялся разрушить её ещё сильнее. И обнял – крепко, молча, всем телом, всей болью, что скопилась в нём за годы.

– Всё внутри… спутано, – прошептал он. – Но когда я рядом с тобой, как будто всё выравнивается. Словно твоё сердце пробуждает моё.

Она не сопротивлялась. Только дышала – тяжело, прерывисто. А потом подняла глаза. Их взгляды встретились – в этой тишине было больше, чем во всех словах, что они когда-либо могли сказать друг другу.

И в следующее мгновение их губы встретились – сначала осторожно, будто боясь обжечься. Но поцелуй стал крепче, глубже, потому что ни один из них не хотел отпускать. Потому что в этом поцелуе было всё: и вина, и прощение, и боль, и надежда.

Он длился долго. Достаточно, чтобы они оба поняли – между ними всё ещё есть что-то настоящее. Что-то, за что стоит бороться.

Глава 3 Ты рядом—и этого достаточно

Федя и Ландыш не могли оторваться от поцелуя, но все же Федя отстранился. У Ландыш пропали слёзы, и она была немного в шоке от его поцелуя.

– Ха, я думал, ты целоваться не умеешь, – улыбнулся он в ответ.

– Я не думала, что окажемся здесь, на кухне. Ладно, пойдём посмотрим какой-нибудь фильм, если ты против.

– Тогда я что-нибудь закажу для фильма? – в ответ он улыбнулся.

– Тогда мне роллы, и себе что-нибудь закажи. Я себе сделала бутерброды, я что, по-твоему, зря их сделала? – ответила она и улыбнулась ему.

– А ты такая хитрая котёнок, что даже твои плечи меня так возбуждают, хоть я даже могу трогать и гладить твои плечи.

– Немного ты на себя берешь, Федя!

– Может, и немного. Но ты же не оттолкнула меня, – хитро улыбнулся он в ответ. Ландыш слегка растерялась.

– Может, ты меня отпустишь? И я все подготовлю для фильма, ты понял?

– Ну хорошо, котёнок, – в ответ он улыбнулся

– Не называй меня котёнком! Даже если это был просто комплимент, или это был твой повод!

– Ладно, давай я закажу твои роллы, и себе выберу что поесть, а ты выбирай, какой фильм будем смотреть, котёнок, – он улыбнулся ей.

– Не называй меня котёнком!

– Буду, котёнок, – Ландыш слегка подумала в своих мыслях: «Почему он меня именно называет котёнком? Почему именно меня? Ладно, пойду фильм выбирать». Ландыш пошла выбирать фильм. У неё был большой телевизор, вся комната в светодиодной ленте красного цвета. Федя уже заказал еду, зашёл в комнату и увидел её комнату, и она ему с первого раза понравилась.

– Ты любишь красный цвет? – спросил Федя.

– Как бы нет, мой любимый цвет – белый или голубой, вообще сама не знаю, какой мой любимый цвет, а что? Это тебя как-то интересует?

– А что, задавать вопросы уже нельзя? – хитро он улыбнулся.

Федя начал слегка немного приближаться к ней, но она отстранилась.

– Не убегай. Я ж просто смотрю, – почти прошептал он. – Ну хорошо… почти хорошо.

Он провёл пальцем по её руке – лёгкое прикосновение, как ток.

– Остынь, романтик. Ты слишком быстро входишь в роль.

– А ты слишком красиво отталкиваешь, – усмехнулся он, наклоняясь назад. – Это даже чертовски возбуждает.

Её глаза слегка расширились, но она отвернулась. Он потянул к её плечу – пальцы аккуратно дотронулись до лямки футболки.

– Можно? – спросил он, почти невесомо касаясь её футболки.

Она смотрела в его глаза, не отвечая. Молча.

– Федя… – прошептала она, и голос её прозвучал не как упрёк, а как признание того, что дальше – уже не просто игра.

– Ещё чуть-чуть, и я перестану себя сдерживать, – его голос стал хриплым.

– Федь… – И она ответила губами, руками, телом. Её пальцы нашли край его рубашки и скользнули под ткань, а его руки легли на её талию. Ландыш снова тихо выдохнула – звук, похожий на вздох, но с оттенком чего-то более глубокого.

– Это у нас секс? – возбужденно спросил Федя.

– Можно и так сказать, – сказала она через тихий стон.

Федя начал расстёгивать свой ремень, и звук металлической пряжки отозвался.

– Ты моя, – рычит он, вбиваясь в меня. – Кому ты принадлежишь?

– Тебе.

– Скажи, – толчок. – Моё, – толчок – Имя, – толчок.

– Федя… – через стоны говорит Ландыш.

Её губы коснулись его шеи, легко, как лепесток, а он обнял её крепче, вдохнув запах её волос – чуть солоноватый от воды и по-домашнему родной. Всё происходящее между ними – будто на грани сна и реальности. Он убрал с её плеча прядь волос, позволив пальцам задержаться на коже чуть дольше, чем следовало. Она не отстранилась. Наоборот – прижалась ближе, позволив себе расслабиться в его объятиях.

– Знаешь, ты говорила, что не любишь красный… – усмехнулся он. – Ну… – протянула она, пряча улыбку, – возможно, он не такой уж плохой, если он – на тебе.

Их губы снова встретились – мягко, глубже, искренне. И хотя между ними витала тихая, почти болезненная страсть, больше всего в этом моменте было не желания, а тепла. Федя сделал шаг к ней, но в этот момент в квартире раздался звонок в дверь. Ландыш вздрогнула, резко отступая назад, будто реальность снова накрыла их, как волна. – Кто это может быть?.. – она бросила быстрый взгляд на часы. – Я вроде никого не ждала. Федя чуть склонил голову, явно раздражённый этим внезапным вмешательством. – Надеюсь, это не доставщик раньше времени. Я только собирался сделать заказ… И это был доставщик, принёс роллы, а также еду, которую себе Федя заказал, и все проверил, все было в ценности и сохранности. Когда он вернулся на кухню с пакетом, Ландыш уже расставляла две кружки, всё ещё в его рубашке – при этом рубашка едва прикрывала её бёдра. Он невольно задержал взгляд.

– Ты выглядишь опасно аппетитнее, чем эти роллы, – заметил он с полууголком, ставя еду на стол.

– Остынь, гурман, – сказала она, закатывая глаза, но не сдерживая лёгкую улыбку. – Лучше сядь рядом и подай мне васаби, пока я не передумала делиться.

Они сели близко – слишком близко для обычного ужина, но как раз идеально для вечера, когда между поцелуями вполне уместны шутки про суши. Федя открыл коробку, вытащил одну из ролл-палочек и осторожно поднёс ей к губам.

– Давай, открой рот… – прошептал он, пристально глядя ей в глаза.

Ландыш, подавив смешок, чуть приоткрыла губы, принимая ролл. Но прежде чем прожевать, она ответила не словами – а быстрым, нежным поцелуем в угол его рта. Почти невесомым, но достаточно выразительным, чтобы Федя застыл на секунду. Ландыш, подавив смешок, чуть приоткрыла губы, принимая ролл. Но прежде чем прожевать, она ответила не словами – а быстрым, нежным поцелуем в угол его рта. Почти невесомым, но достаточно выразительным, чтобы Федя застыл на секунду.

– Тебе стоит почаще кормить меня. Я так ем вкуснее, – шепнула она, и между ними снова повисло это тепло – не от еды, а от них самих. Федя и Ландыш после страсти, начали смотреть фильм «Малефисенту». Ландыш и Федя лежали, Ландыш укуталась пледом и легла на плечо Феди, и он не отстранился. Подумала она в мыслях: «Он такой серьёзный, когда я лежу на его плече, предыдущие мои партнёры всегда отстранялись, когда я ложилась на плечо, а он не такой, как все». В ответ Федя поцеловал её губы. Словно как будто он стал для неё спасителем, который мог дать ей тепла, также немного смелости. Также Ландыш видела в его глазах словно океан, который пытается что-то сказать…

– Ты такая тёплая, как будто создана для пледа, дивана и моих объятий, – усмехнулся он, не отрывая взгляда.

– Только не говори, что я убаюкала тебя, – с игривой ноткой в голосе ответила она.

– Убаюкала? Нет. Скорее, разбудила что-то… очень нужное, – ответил он, прикасаясь к её щеке тыльной стороной пальцев. – Кстати, ты под пледом такая загадочная. Не знаю, как удержаться, чтобы не заглянуть, что там прячется…

Федя дальше смотрел фильм, а Ландыш уснула в его объятиях. Заметив это, Федя выключил телевизор, так как Ландыш очень крепко уснула, взял её на руки и понёс в комнату, и уснул рядом с ней. Немного приобнял, и дальше они уснули в обнимку. В это время уже было 17:00. Тем временем Эля и Эмиль собирали все вещи, которые были в их квартире, все собрали. Как вдруг неожиданность. Кто-то постучал в дверь, и это была Диана.

– Привет, прости, Эль, что побеспокоила. Я хотела спросить, а Ландыш не у вас? Она не отвечает на смс и звонки, – Диане было слегка не удобно, что вошла в квартиру без предупреждений, но все обошлось.

– Диана, все хорошо, я как раз собиралась узнать, все ли готово, и все ли там будут?

– Ну те, кто согласился, значит, все. Вот поэтому и спросила, Ландыш ещё не выходит на связь, даже Федя, ладно с ним, а Ландыш…

– Диана, может, она спит, может, на работе, все что угодно, не беспокойся.

– ЭЛЯЯ! Где мои вещи!?

– На нижней полке все вещи!

– Эля!! Да где мои вещи? На нижней полке нету!

– Значит, на верхней полке, Эмиль, повнимательнее можешь смотреть!

– Кстати, Федя тоже на связь не выходил, как и Ландыш, это вообще капец.

– Как-то странно, если честно, Диана, нет?

– Странно это, когда Федя не выходит на связь, также как и Ландыш, оба не заходили 2 часа.

– Может, он занят? Ну, в смысле, он знает, типа, что мы переезжаем, но немного занят, может, у Ландыш, я не знаю, Эмиль несколько раз звонил, и тут пропал.

– У кого? У Ландыш? Уф, нет он никогда не оставался у девушек, – Диана действительно знает то, что он никогда не остаётся у девушек. А может, он оставался когда-нибудь?

– Эля! Где вся моя одежда! Куда вся делась?!

– Эмиль! Если я сейчас найду все твои вещи, пеняй на себя, понял! – ответила она злобно в ответ.

– Вот сама найди!

Эля пошла искать в его шкафу одежду, и тут Эля нашла его одежды и кинула ему в лицо.

– Повнимательнее следующий раз, любимый, ладно? – в ответ поцеловала Эмиля.

– Прости, любимая, – в ответ тоже её поцеловал.

– Ладно, вы все собирайте все, что необходимо для переезда в новый дом, а я пока к Ландыш поеду! Так что все собирайтесь! Диана поехала домой к Ландыш без предупреждений, пока Ландыш и Федя спали в обнимку. Диана была недалеко от дома Ландыш. Диана уже приехала к дому Ландыш, подъезд был, к счастью, открытым. Диана вспомнила, какая квартира была у Ландыш. Она постучала в дверь, была тишина, постучала снова, тишина. Как вдруг Федя услышал звуки, Ландыш крепко спала, поэтому было все хорошо. Федя надел мужской шёлковый чёрный халат с надписью «I’ll be there for you whenever you need me». Федя пошёл открывать и встретил Диану.

– Диана?

– Доброе утро… или ещё ночь? – усмехнулась она, оглядывая его с ног до головы. – Прости, что без предупреждения, мы же договаривались в 18:00, хозяин ждёт, вы все собрали? Федя зевнул, облокотившись на дверной косяк, и лениво провёл рукой по волосам.

– Мы? Ну… не совсем. Скорее «мы – спим», чем «собираем», – усмехнулся он. – Я так и поняла, – Диана кивнула в сторону халата. – Выглядит так, будто ночь у вас выдалась… насыщенной.

Федя подмигнул, не теряя самообладания: – А ты мастер делать выводы без улик.

Диана закатила глаза. – Ну ты точно не изменился. Ладно, где Ландыш?

– Спит. Как ангел. Я не стал будить. Ей снилось что-то хорошее —

она улыбалась. Ты правда не могла подождать хотя бы до восьми? – Обычно ты встаёшь раньше. Или, скажем так… не ложишься.

Диана слегка приподняла бровь, на него посмотрела, потом посмотрела на Ландыш, увидела её голой, и подумала она в мыслях: «Походу, у Феди было все очень жарко сегодня вечером».

– У тебя был вечер самым жарким, да?

Федя не стал юлить:

– Скажем так – жара была на уровне стихийного бедствия. Удивительно, что стены остались на месте.

– Боже, ты всё такой же, – засмеялась Диана, качнув головой. – Если бы я не знала тебя с юности, подумала бы, что ты сбежал с обложки любовного романа. Но в таких романах герои хотя бы успевают собрать коробки до хэппи-энда.

– У нас ещё будет время и на коробки, и на «хэппи», – с ленивой уверенностью отозвался он, глянув на часы. – А пока что – пауза на роман.

Диана вдруг заметила вышивку на его халате:

«I’ll be there for you whenever you need me».

Она кивнула на неё:

– Символично. Про Ландыш?

Федя чуть серьёзнее, чем прежде, кивнул:

– Да. Теперь – только про неё.

Из спальни послышался тихий, заспанный голос:

– Фе-е-дь?.. – Ландыш приподнялась на локте, запутавшись в пледе. – Ты куда ушёл…

– Твоя любимая проснулась, стоп, погоди, вы типа вместе? – Диана была в шоке, ведь Ландыш рассказывала, что он даже внимания не обращал, и ему было не до отношений, а вдруг вот, трахается с девушкой, которая была ему безразлична.

– Федь, давай выйдем из квартиры пока что, не хочу, чтобы Ландыш ещё слышала.

– Ок, давай.

– Федь, а ты не дурак, скажи пожалуйста? – Диана не знала, как ему ещё ответить, но…

– Диана, что кричишь-то сразу?

– А ты, прости, не дурак часом? – прошипела Диана, едва прикрыв за собой дверь. – Ты хоть понимаешь, что делаешь?

Федя, прислонившись плечом к стене, посмотрел на неё спокойно, но с лёгкой досадой:

– Диана, ты чего вообще заводишься? Что случилось?

– Что случилось? – она фыркнула, уставившись на него, будто впервые видит. – Я, между прочим, помню, как ты два месяца назад говорил, что тебе плевать на эти чувства, и вообще, «все эти отношения – для тех, кому нечем заняться». А теперь – ты с Ландыш? С той самой, которую даже не замечал?

– Диана, – он вздохнул и прикрыл глаза, словно собираясь с терпением. – Я не слепой. Просто раньше… я не хотел этого видеть. А потом – просто понял. И, видимо, поздно.

– Поздно?! – она всплеснула руками. – Ты её морочил, Федь! Она думала, ты её не воспринимаешь всерьёз! И теперь ты просто… влюбился? Взял и переспал с ней, как с кем-то случайным?

– Нет, – его голос стал твёрже, но без злости. – Я не переспал с ней, как с кем-то. Я был с ней. Потому что хочу быть с ней. И всё. Я не собираюсь оправдываться, Ди.

Она на секунду замерла, увидев, как у него мягко дрогнули глаза. Без привычной бравады. Без флирта.

– Чёрт, – выдохнула она, прикрывая лицо рукой. – Это правда. Ты реально влип.

– По уши, – признался он с едва заметной улыбкой. – Даже если она ещё не до конца это поняла.

Диана махнула рукой и развернулась к машине:

– Ладно, пошли уже. Коробки ждут. И грузчики, и переезд, и тысяча дел. Хотя я была уверена, что больше всего напрягать меня будет не ты, а эти проклятые ящики

Глава 4
В коробке с надписью «отношения»

Ландыш все ещё спала, Федя пошёл её будить, но когда пошел будить, Ландыш смотрел на неё и понял:

– Словно ангел так она спит. Ладно, нужно её будить, а то опоздаем.

Федя, конечно, её не хотел будить, но потом Диана даст ему по башке, потому что из-за красоты Ландыш не мог оторваться Федя.

– Котёнок, просыпайся, давай встаём, – в ответ она улыбнулась.

– Не называй меня котёнком, Федя, а то ударю сильнее, чем ты думаешь, – Ландыш очень хотела спать, но ей мешали.

– Надо вставать, котёнок, просыпаемся, мы же переезжаем в новый частный дом.

– Так, голубки, просыпаемся, я собрала только одежду в чемодан, посуду я положу в коробки.

– Диана, не воруй мою посуду, тебе кто разрешал мою посуду ложить в коробки?

– Так вставай тогда, время уже идёт.

Ландыш поднялась с кровати, пока Федя и Диана собирали вещи и посуду, некоторые написали в чате, что уже выезжают и едут к новому дому. Ландыш уже подготовила ключи от квартиры и написала хозяйке, что съезжает из квартиры, и написала хозяйке, что все хорошо, в доме было все убрано, и осталось выкинуть мусор.

– Диана, тебя подбросить с собой?

– Нет, я своим ходом, у меня есть машина, ты забыл? Нам не по 15 лет, – в ответ улыбнулась и немного приподняла свои брови.

Федя и Ландыш складывали коробки с вещами Ландыш, но всю дорогу Ландыш молчала, Федя хотел понять, почему она молчит всю дорогу, может, что-то не то сказал, когда он пришёл к ней домой. Поэтому и решил спросить, что не так:

– Ландыш, все в порядке?

– Федь, скажи мне, пожалуйста, как так ты не замечал, что у меня есть чувства к тебе? Почему ты все время не видел? Скажи, это для тебя было трудно не обращать на меня внимание? А сейчас ты вдруг меня полюбил?

– Ландыш, я… – начал он, но она продолжила, всё так же спокойно, но в каждом слове – боль:

– А теперь ты вдруг меня полюбил. Вдруг. Как по щелчку. А я не знаю, как реагировать, потому что… я мечтала об этом столько раз, а теперь я боюсь, что ты любишь не меня настоящую, а ту, которую ты себе вообразил, когда понял, что теряешь.

Федя притормозил на обочине. Помолчал, выключил двигатель. Машина замерла, и в этой тишине его голос прозвучал особенно искренне:

– Я правда не видел. Не потому, что ты была незаметна, а потому что я сам был слеп. Я всё время думал, что не заслуживаю чего-то чистого и настоящего. Я боялся, что, если замечу твои чувства, потеряю тебя вообще. Что разрушу то, что есть, а на большее не имею права…

Он посмотрел на неё. Теперь – прямо.

– Я не внезапно тебя полюбил, Ландыш. Я внезапно понял, что всё это время ты была в моём сердце. Просто я всё отрицал. Я был дурак. И, может быть, до сих пор не знаю, как быть правильным. Но я очень хочу стать лучше – для тебя. Не для идеи, не для мечты… А для живой, настоящей тебя. Со всеми твоими чувствами, сомнениями, страхами.

Ландыш медленно повернулась к нему. Её глаза блестели, но она не плакала. Её губы чуть дрогнули, но она промолчала.

– Просто… не торопись с ответом, – тихо добавил Федя. – Но если когда-нибудь ты снова захочешь быть рядом – я буду. Я никуда не исчезну.

– В группе пишут, что они на месте.

Федя и Ландыш уже приехали к новому дому, даже все друзья приехали в новый дом, о котором они мечтали, чтобы быть как семья. Приехали в новый дом практически все люди: Эмиль, Эля, Диана, Настя, Ксюша, Вероника, Федя, Ландыш, Ильяс, Евгений, а также Артем, который переехал из Москвы в Питер, так как он находил себе работу. Некоторые ходят в университет, ну, или будут дома делать домашние дела. Также в этом доме был ещё бассейн. Хозяин дома сначала познакомился со всеми людьми, которые поселяются, хозяин все обсудил и потом дал ключи от этого нового дома. Показал все, что было внутри.

– Блин, я бы в этом всегда бы хотела жить, – отвечает радостная Настя.

– Настя, мечтать не вредно, сначала нужно идти за мечтой, а потом уже делать хоть какие-то выводы, – в ответ он немного про себя рассмеялся. – Кстати, а тут много комнат, походу, слегка переборщил.

– Федь, ты же ведь около одного миллиона скидывал, ты, так что не жалуйся, а располагайся, – Диана была в шоке сначала от других комнат, а также от большой кухни, а потом же – ванная, но ванная для неё это был рай, – Вы видели, какая ванна и кухня?

– Ты уже все этажи присмотрела? – отвечает в ответ Федя.

– Прикинь, ещё комнату себе заняла, намного лучшей, – при улыбнулась в ответ Феде.

Федя занял комнату вместе с Ландыш, подумали оба, что спать буду вместе, а также начали разбирать все вещи. Эля и Эмиль тоже заняли комнату на 3 этаже, они начали все разбирать, вешать одежду, а остальные расставляли посуду, тарелки, чашки, блюдца и т. д. Потом Миля и Женя тоже заняли комнату на 2 втором этаже, Ландыш и Федя на третьим этаже, а Эля и Эмиль на третьим этаже, потом все остальные заняли другие комнаты.

– А я не понял, а я че, один буду спать? – Ильяс слегка не при офигел, что никто не с ним комнату.

– Ильяс, мой хороший, давай я с тобой спать буду, – в ответ Артем тоже хотел спать.

– Настя, и Ксюша, вы спите со мной, кровать большая, на всех хватит.

– Диана, люблю тебя, блин, я то я думала, что я одна буду спать, или будет только Ксюша!

Прошло около 4 часов, был уже 22:23, все люди лежали по кроватям. Федя и Ландыш разговаривали обо всем, что долго не могли рассказать, и потом случилось.

– Ты почему Ландыш не спишь? – Федя смотрел на её алые глаза, и он все таки принял правильное решение.

– А ты почему не спишь?

– Не могу. Когда ты рядом, сон – последнее, чего хочется. – Он коснулся губами её ключицы, оставив там едва ощутимый поцелуй.

– Слишком красиво всё это. Слишком ты…

Ландыш тихо выдохнула, её пальцы нащупали его руку под одеялом и переплелись с ней.

– Ты только сейчас понял, как сильно я тебе нужна? – спросила она чуть тише, не пряча уязвимости в голосе.

– Понял давно. Просто боялся признаться… и тебе, и себе. Но теперь уже не могу не говорить. Не могу не касаться тебя.

Он провёл ладонью по изгибу её спины, прижимая её ближе к себе, так что она ощутила, как сильно бьётся его сердце. Ландыш дрогнула от этого ощущения – такого живого, настоящего, горячего.

– Федь… – прошептала она, и их губы нашли друг друга в поцелуе – не страстном, но медленном, тянущемся, наполненном лаской, доверием и чем-то почти невыносимо нежным. Он целовал её так, как будто боялся потерять.

Она коснулась его лица ладонью, задержала пальцы на линии его скул, провела по шее, а потом прильнула к нему всем телом, словно растворяясь в нём.

– Я люблю, когда ты вот так… – тихо призналась она, шепча прямо в его губы.

– Как?

– Тихий. Нежный. Мой.

Федя улыбнулся, проводя пальцами по её волосам:

– Таким я и буду. Для тебя – всегда.

– Хватит, Федь, меня смущать, – в ответ она улыбнулась и немного отошла от него в другую сторону кровати.

– Ээээ, куда ты уходишь? Я тебе разрешал от меня уходить, когда я рядом с тобой хочу уснуть. Вот блин, хитрый ты котёнок, даже не котёнок, а хитрый зайчик.

– Ты сам заяц, сам ты че? Ты вообще бегемот ты, меня не отпускаешь ни на шагу, без меня даже спать не мог в моей квартире.

– Да, а кто мне в ухо будет говорить, к примеру, такие слова…

– Какие?

Глава 5 Под одним зонтом

Сегодня был выходной, дождливая погода время было 7:40, все остальные проснулись кроме Ландыша, Феде, Эмиль, Эли они крепко спали все остальные готовили завтрак кто-то был занят домашними делами, а вот парочки просто спят. Через некоторое время проснулись Федя и Эмиль, девочки ещё спали.

– Котёнок просыпайся, уже утро – Федя пытается немного её разбудил, но Ландыш никак не реагировала. На этот раз Ландыш чуть заметно шевельнулась, слабо приподняла бровь, но даже не открыв глаз, протянула руку и вслепую потянулась к его щеке.

– Ммм… рано ещё… – пробормотала она хрипловато и устало. – Обними меня и молчи…

Федя усмехнулся, прижал её к себе крепче и, накрыв одеялом, шепнул:

– Как скажешь, госпожа Сонная Голова…

– М-м… я слышала… – еле выговорила Ландыш и, наконец, приоткрыла один глаз.

– У тебя просто нет выбора.

– И я даже не против, – ответил он и, приподняв её лицо, легко поцеловал в нос.

Она прижалась к нему, зарываясь в его шею, а потом вдруг приподняла голову и посмотрела ему прямо в глаза – ещё немного сонными, туманными, но в них уже пряталось что-то мягкое и очень тёплое.

– Ты так рано проснулся… Почему?

– Потому что ты красивая даже во сне. Обидно не смотреть. Ландыш закатила глаза, но улыбнулась – устало, лениво, и в то же время по-настоящему счастливо.

– Ты неисправим, Фёдор.

– Я стараюсь. Только для тебя.

Они ещё долго лежали так, в этой тишине, не спеша вставать. Вся суета дома будто происходила в другой реальности, где не было этой постели, этого дождя и их утреннего тепла. Лишь он, она и лёгкое дыхание между словами.

В тем временем Эмиль и Эля, Эля спала крепко, Эмиль пытался разбудить, но она очень крепко спала.

– Любимая просыпайся, уже утро!

– А вот погода дождливая, значит немного посплю, дай поспать

– Если не встанешь, а я тебя укушу за попу! – Эмиль в ответ улыбнулся, и начал щекотать её.

– Не встанешь, буду ещё тебя долго щекотать

– Все встаю! Но больше так не делай – Эля поцеловала в щёчку, а затем она встала заправила постель

– Вы уже встали нет? – Пришёл Ильяс узнать проснулись остальные или нет?

– Ладно Федя и Ландыш ещё дрыхнут, ну ладно вы хотя бы встали, а они опять крепко дрыхнут в обнимку.

Эля была в шоке она про себя сказала «Что? В обнимку? Странно, они встречаются походу?»

– В смысле Ильяс в обнимку? Они типа встречаются, Ильяс если это шутка, то это было очень смешно.

– Братан, в этом и дела что нет, сам проверь!

Ильяс привёл в комнату Феди и Ландыш, и тут Эмиль при офигел, что там случилось, они оба спять очень крепко.

– Я как бы пытался, они говорят что «сейчас мы встанем» «ещё 5 минут» короче говоря мила, но бесит надо будить.

– Что вы оба орите, дайте поспать! – при усталом голосом сказал Федя

– Может вы уже встанете? Завтрак давно готов. Все уже ждут вас. Ну… почти все, – хмыкнул Эмиль. Федя с усилием приоткрыл глаза. Он даже не отпустил Ландыш, а только подтянул её ближе, закрывая от света рукой.

– Если вы сейчас не уйдёте… я встану и прибью, – пробурчал он.

– Ты свою Ландыш уже прибил по ходу, раз она так сладко спит, – подколол Ильяс, а потом быстро отступил, видя, как Федя зарывается лицом в подушку с убийственным видом.

Ландыш только тихо простонала:

– Если кто-то не уйдёт из комнаты в течение трёх секунд

– я кому-то в лицо кину сильно подушку. Серьёзно…

– Окей-окей, уходим. Спите дальше, господа романтики,

– засмеялся Эмиль, вытаскивая за собой Ильяса и Элю.

Когда дверь захлопнулась, Ландыш приоткрыла один глаз и тихо сказала:

– Ну вот… теперь точно все знают.

– И что? – пробормотал Федя, целуя её в висок.

– Ты ж всё равно никуда от меня не денешься.

– И не собираюсь, – ответила она, прячась от утреннего света в его объятиях. Диана готовила салат цезарь, а также вкусные блинчики, в добавок принесла для блинов варенья, джем, и т.д

Диана заметила, и как обычно кого то не хватает.

– Так, опять Ландыш и Феди нет? Из-за них весь завтрак остынет!

– Диана была злая, стояла у плиты и готовила столько часов – Я столько стояла у плиты все остынет, Ильяс, позови их срочно! А то сама к ним подойдут!

Ильяс пошёл к ним в комнату, и увидел что встали, Федя одел шёлковый чёрный халат, а Ландыш одела шорты и белую футболку, после того как они проснулись, начали завтракать все люди которые появились, а также проснулись.

– А вот наши голубки проснулись вы чего так долго лежали в вашей кровати?

– Диана, не любезничай меньше крепче спишь, так что лучше тебе не знать что делали в нашей комнате.

– Будто мне интересно что там у вас происходит в вашей комнате!

Все позавтракали, начали заниматься домашними делами, кто играл в танки, убирался, кто-то хотел собираться в зал. В тем временем погода была дождливая, а тем временем Ландыш сидела на подвесное кресло и укуталась чёрным пледом и пила кофе, и сидела в смартфоне, и затем присоединился Федя.

– Котёнок, ну чего грустишь? – Федя заметил что она не в настроении нет, будто кто-то обидел её

– Да, дождливый день, из-за этого грустно, и затем мне совсем ничего не хочется…

Федя не ответил сразу. Он осторожно снял с неё часть пледа и забрался в кресло рядом, чтобы укрыться вместе. Его тепло сразу обволокло её – настоящее, живое, не как кофе.

– Можно я тоже помолчу с тобой? – прошептал он. Она кивнула и уткнулась лбом в его плечо. Несколько секунд – тишина. Только дождь. Только дыхание.

– Ты знаешь, – наконец сказал он, – в такие дни я люблю тебя даже сильнее. Потому что ты становишься тише. А я могу быть рядом и просто… быть.

Она подняла взгляд. В её глазах уже не было печали – только что-то тёплое, расплывающееся между грустью и благодарностью.

– Ты знаешь, как говорить нужные слова, – сказала она. – Даже когда мне не хочется слышать ничего.

– А я не говорю для ушей. Я для сердца, – ответил он и коснулся губами её лба.

– Люблю тебя дурачок – в ответ Ландыш поцеловала его в губы.

Глава 6 Ты – мой покой, мой хаос и мой выбор

Наступил понедельник новый день в универе, Эмиль и Федя у них была сессия и тут присоединилась в разговор Соня, прервав разговор Эмиля и Феди.

– Федь, давай поговорим в сторонке, без третьих лиц, пожалуйста.

– А что, без меня никак? Давай говори тут, Эмиль мне и так как брат. Давай, что хотела мне сказать.

– Федь, это очень личное! Пожалуйста, всего 3 минуты, – в ответ Соня закручивала волосы, как будто она к нему подкатывает.

– Хм, ладно, давай отойдем. Эмиль, я сейчас приду.

Федя и Соня отошли в другую сторону, чтобы никто не слышал их разговора, остановились, и начался разговор.

– Зачем позвала, Соня? Что-то с Ландышем случилось?

– Федь, а скажи, пожалуйста, а чем я хуже Ландыш? Чем я тебе не угодила? Я же в чувствах признавалась, и ты получается отшил, да?

– Соня, я просто хотел узнать, чем я ей не угодил, а ты написал, что она на мотоцикле в слезах поехала куда-то! – Федя очень был зол на Соню, что она такое спрашивает, когда у него уже появилась девушка.

Федя посмотрел на неё, в голосе дрогнуло раздражение:

– Потому что она не играла. Не строила глазки. Не ходила за мной, чтобы доказать, что лучше. Она просто была собой. Искренней. Честной. И да, именно она заставила меня почувствовать, что рядом – дом.

Соня смотрела, как будто не верила. Но он не остановился. – И не тебе судить, кто «хуже» или «лучше». Это не конкурс. А про признание – я же ясно дал понять, что не чувствую к тебе того, чего ты ждала. Я не играл с тобой, Соня. Но и обманывать себя не собираюсь. Она отвернулась, будто прятала слёзы, но в голосе всё равно оставалась колкость:

– А знаешь, Ландыш всё равно не твоя. Такие, как она – ускользают.

Федя холодно усмехнулся:

– Может быть. Но если даже ускользнёт – не потому что ты её вытолкала. А потому что я сам не удержал. Только в этом разница. А сейчас извини – у меня есть с кем провести этот день.

Он развернулся, оставив Соню на месте, и ушёл обратно к Эмилю – с тем спокойствием, что бывает у человека, который наконец сделал свой выбор.

– Федь, всё в порядке? Ты сам не свой, что случилось?

Федя хотел прийти и рассказать всё, что Соня наговорила, какой бред, и тут он просто сказал:

– Давай на пару, звонок, я всё тебе там скажу, в кабинете! – наступило время занятий. Федя и Эмиль сидели на последней парте, и потом Федя рассказал, что Соня высказала, и Эмиль был в шоке от рассказов Феди.

– И что будешь делать с этой информацией? Федя, тебе уже прилетит скоро от Ландыш, да и что происходит, и тем более ты встречаешься с Ландыш, в чем проблема просто Соню забыть?

– Я сам, Эмиль, будто знаю, что ей надо было. Зачем она вообще всё это подняла? У меня всё с Ландыш хорошо, спокойно. А тут – на тебе. Бред какой-то.

Эмиль усмехнулся:

– Знаешь, когда у человека остаётся только попытка всё испортить – это уже не про любовь, а про уязвлённую гордость. Соня просто не смирилась. Ты сделал, как надо, брат. Только теперь – главное, не молчи с Ландыш. Она поймёт. Она ведь не глупая.

Федя кивнул. Впереди был ещё разговор – важный, честный. Он уже знал, что будет говорить. Главное – сказать это первым, до того как кто-то другой попытается сломать то, что между ними только начало прорастать.

Время было 18:00, пары закончились, и вернулись домой раньше, но Федя и Ландыш пошли гулять по парку, купил ей букет её любимых цветов.

– Ты сегодня меня удивил, кстати, ты с Соней разговаривал в универе, она обо мне говорила?

Федя не знал, как ей сказать то, что она про неё говорила, столько было для него больно слышать.

– Да, – наконец сказал он. – Мы разговаривали. Она начала спрашивать… ну, в том духе: «чем я хуже Ландыш», «почему не выбрал её»… Говорила так, будто ты – помеха. Словно ты появилась «вместо неё». А это неправда.

Он глубоко вдохнул, сжал её руку чуть крепче.

– Я хотел сразу тебе рассказать, но… сам злился. Не на неё даже – а на то, что кто-то может говорить про тебя так. Глупо и обидно. Потому что ты – это ты. И я тебя выбрал не «вопреки кому-то», а потому что… мне просто хорошо с тобой. По-настоящему. Понимаешь?

Она долго смотрела на него, как будто разбирала каждое его слово, вчитывалась в его глаза. Затем медленно кивнула и прошептала:

– Спасибо, что сказал. А ещё больше – что защитил. Мне этого иногда не хватало раньше…

Федя улыбнулся, притянул её ближе и обнял – крепко, будто хотел спрятать от всего мира. Ветер немного усилился, но им обоим было тепло. В тот момент – только они, этот парк и запах цветов между ними.

Они возвращались домой после прогулки – не спеша, под мелким моросящим дождём, который почему-то совсем не мешал. Федя держал зонт, а Ландыш прижималась к нему под рукой, словно ей нужно было не столько укрытие от дождя, сколько просто быть ближе.

На душе было странное спокойствие. Улицы блестели от влаги, фонари отражались в лужах, а вечер будто замедлился, чтобы не мешать их тишине. Когда они вошли в подъезд и поднялись на этаж, Федя остановился у двери. Хотел уже было достать ключи, но почувствовал – Ландыш не идёт за ним. Он обернулся.

Она стояла на пару шагов позади, мокрые пряди липли к её лицу, а в глазах светилось что-то новое. Глубокое.

– Федя, – тихо сказала она, почти шёпотом.

Он замер. Ландыш медленно подошла ближе, так, что между ними остался всего шаг. Она посмотрела ему в глаза – уверенно, но внутри что-то дрожало. Он чувствовал.

– Я… – она сделала вдох, словно набиралась смелости, – я раньше боялась говорить это. Потому что думала, что вдруг рано. Вдруг я ошибаюсь. Но сейчас – нет. Сейчас я точно знаю.

Она прижала ладонь к его груди, ощущая, как ровно и сильно бьётся его сердце. И прошептала:

– Я тебя люблю. Не просто так… не «по настроению». А по-настоящему.

Федя растерянно моргнул, будто не поверил сразу, что услышал.

– Что? – голос его стал глубже, тише.

– Я тебя люблю, – повторила она. – И, кажется, давно.

Он ничего не сказал. Только шагнул к ней, обнял резко, но аккуратно, как будто боялся спугнуть. Его руки крепко обвили её, а подбородок уткнулся в её плечо.

– Скажи ещё раз, – выдохнул он в её ухо.

Ландыш улыбнулась, обвивая его в ответ.

– Люблю тебя, Федя. Слышишь? Ты – мой.

Он отстранился, посмотрел ей в глаза и ответил так, как только он умел:

– Я тебя тоже, Ландыш. Безумно.

И потом он поцеловал её – не спеша, с теплотой, которую можно почувствовать только один раз в жизни, но запомнить навсегда.

Ильяс вместе с Эмилем, Женей играли в танки на компьютере.

Диана готовится к сессии, для неё это было очень серьёзно. Настя помогает Диане, что нужно делать, а что не нужно делать.

– Кстати, ты знала, какой слух ходит в нашем универе?

– Нет, ну рассказывай, какой слух ходит по нашей шараге?

– Короче, я видела своего бывшего Федю, и как вдруг стоит с ним рядом Соня, типа я слышала то, что типа «Почему он выбрал не её, а Ландыш типа».

– Ну, Федя сам по себе по жизни человек, ну типа он же решает, типа какова его же судьба и т. д.

– А вот как это было, блин, вот уже интересно, что будет, ладно, давай дальше, что там у тебя.

Время было 21:55 вечера, Ландыш накрылась пледом и сидела на кресле вместе с Федей, Ландыш было очень скучно.

– Федь…

– М? Что такое, котёнок?

– Мне что-то скучно.

– А что хочешь?

– Тебя… – Ландыш прикоснулась к его губам, и поцелуй стал очень глубоким, и было полно страсти.

Федя начал целовать её шею, уже было много пошлостей.

– Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

– Очень… – после чего затянулся поцелуем, и после этого Федя начал прикасаться к телу Ландыш.

– Ты такая сексуальная, когда краснеешь, – ухмыляется Федя. – Я хочу тебя так, чтобы я тебя трахнул настолько, насколько смогу, мой ты котёнок.

– Тогда не будем нежными, пожалуйста, – прошептала она ему в ухо. Федя взял на руки Ландыш, повалил на кровать, и скрестил её руки, и держал.

– Тебе удобно, когда ты лежишь, а я сверху?

– Очень удобно, теперь возьми и трахай меня как последнюю сучку, главное, чтобы никто не услышал нас с тобой, – Федя не успел ответить, как Ландыш поцеловала его.

После чего она расстегнула его ремень, Федя обхватывает её шею, в то время как его рука проводит по внутренней стороне бедра.

После этого его цельный член туго входит, Ландыш ощущала, как крепко её киска стягивала его со всех сторон.

– Ах! Федя, пожалуйста, – стонала Ландыш, наплевав на всё. – Я не могу… Пожалуйста…

– Как же в тебе потрясающе, – прорычал он. – Тебе нравится, как мой член наполняет твою маленькую тугую киску?

– Да, – простонала Ландыш, – Мх… да, пожалуйста, не останавливайся.

После третьего и четвёртого оргазма кончил в неё.

Ландыш и Федя после секса лежали голые и разговаривали.

– Ты красив даже без одежды, Федь, ты знал? – спросила Ландыш и лежала на его груди, и слышала, как его сердце стучится.

– А ты без одежды и так красива, для меня, – в ответ поцеловал её в губы, – Мне вообще кажется, ты становишься ещё красивее, когда стесняешься.

– Я не стесняюсь, – пробормотала она, уткнувшись в его шею, но он уловил улыбку в её голосе.

– Ага… конечно. Тогда это ты сейчас меня дразнишь, лежа вот так вся тёплая и притворяешься невинной?

– Может быть, – она чуть приподнялась, её волосы коснулись его лица, – а может быть… я просто хочу поцелуй.

Он не заставил её ждать. Его рука скользнула по её спине, притягивая ближе, и он коснулся её губ сначала осторожно, почти играючи, а затем – с нарастающей жадностью. Между ними уже не было ничего лишнего, только кожа, дыхание и напряжение, наэлектризованное, будто воздух перед грозой.

– Знаешь, – прошептал он, целуя уголок её губ, – если ты будешь продолжать так шептать мне комплименты, я снова забуду, что мы вообще собирались спать. Ландыш тихо засмеялась и вновь уткнулась носом в его шею.

– А кто сказал, что я хотела спать?

Федя прижал Ландыш ближе, обняв так, будто не хотел отпускать даже на секунду. Она свернулась калачком у него на груди, её пальцы лениво рисовали узоры на его животе.

– Всё, котёнок, – прошептал он, нежно касаясь губами её лба. – Больше никаких шалостей. Спать пора.

– Ммм… ну ладно, но только если ты не отпустишь меня. – Ландыш зевнула и уютно устроилась, укрывшись пледом, под которым уже давно стало тепло от их тел.

– Я даже думать об этом не собирался. – Он чуть сильнее прижал её, одной рукой ласково гладя её волосы, пока она медленно засыпала у него на груди.

Ландыш закрыла глаза, всё ещё чувствуя его тепло, его дыхание и стук сердца. Это было как-то слишком спокойно, слишком правильно – так, как будто всё в мире встало на свои места.

Федя поцеловал её в макушку и прикрыл глаза. Он улыбался во сне, едва заметно, как будто даже в сновидениях чувствовал, что рядом – именно та.

Минуты тянулись медленно, дождь за окном убаюкивал, и вскоре они оба спали, крепко обнявшись, укрытые пледом, в комнате, полной тишины, тепла и взаимной нежности.

Все спали, а Ильяс и Эмиль играли на компьютере в игру танки, и выигрывал Ильяс.

– Не, ты опять меня выигрываешь? Как ты это делаешь? – рассмеялся в ответ Ильяс.

– Просто играю, а что? – улыбнулся, потом разошлись и уснули, и ушли по своим комнатам, вот Ландыш не могла почему-то уснуть, и вместе с Федей не могли уснуть.

– Тоже после секса не можешь уснуть?

– Могу, но не хочу, когда рядом со мной есть сексуальный парень, когда его первая буква начинается «Ф», а на последнюю на «Я».

Глава 7 Это боль для меня

Новый день и новые темы, ректор объяснял новую тему которое связана с физикой, Федя и Эмиль разговаривали насчёт идеи поехать на природу. Сначала они обсуждали насчёт место, и будем ли они брать шашлыки.

– Эмиль, давай как пары кончиться все решим, и место шашлыки конечно.

– Слушай, а все мы будем?

– Не знаю, ну это лучше мы обсудим когда мы дома будем хорошо?

Пары закончились Эмиль вместе с Федей, вышли из универе, и затем присоединилась Ландыш, Федя обнял свою девушку и поцеловал её в щёчку, рядом с Эмилем, Федей, Ландыш рядом была Эля держав за руку Эмиля, ведь они тоже являются крепкой парой, да и Федя и Ландыш тоже самая прекрасная пара.

Они вернулись вместе вчетвером пришли домой, стоял вкусное блюдо на кухне, Диана, Ксюша и Настя, готовили еду.

– Вот вы где! – Диана оторвалась от готовки, глянув на них.

– Мы тут почти всё закончили, а вы как раз к самому вкусному.

– Диана, а ты почему не на парах была? А то ректор завёлся почему ты не была на парах! – спросил задумчиво Федя.

– Я заболела, температура высокая 39.2, хотя писала что не смогу в универ пойти, потому что я заболела.

– Ого, – Федя нахмурился. – Ну ты чего, могла бы сказать, мы бы хоть что-то тебе принесли: супчик, лекарства, обнимашки в крайнем случае.

– Да у меня тут обнимашки в виде Ксюши и Насти, – Диана усмехнулась, – Они с утра бегают: одна мерить температуру, вторая чай заваривает. Уж точно как в госпитале. Даже поспать не дают.

– Ну всё, теперь ты официально наш самый хрупкий солдат, – подмигнул Федя. – Выздоравливай быстро, а то без тебя на парах скучно, и ректор кого-нибудь из нас выгонит вместо тебя.

– Не пугай, – тихо рассмеялась Диана. – Я уже скучаю по универе… немножко.

– Вот выздоравливай, и сходим всей толпой на пары или в кафешке. А ректор пусть сам себе пары ведёт, – добавил Эмиль, проходя мимо с подносом.

– Ой спасибо, но не забывай Эля наша будет ревновать – Диана усмехнулась – Эля не обижайся, я пошутила все в порядке

Ребята пошли умываться, и садиться за стол, и начали кушать. – Ммм, девочки молодцы это вообще вкусно

– Ой спасибо, а где Ландыш? Она не придет?

– Она немного не в настроении, и поела она в ещё в кафе, поэтому сейчас не голодная. – сказал в ответ Федя.

– Может она заболела? Федь, проверь лучше, она сейчас что делаешь?

– Вроде спит сейчас проверю

Федя зашёл в их комнату, она в это время, подошёл, присел к ней, начал гладить её, и немного она открыла глаза.

– Котёнок все хорошо? Вся ты в теплом одеяле, что такое?

– Не знаю что то плохо как, то заболела походу

Федя чмокнул в лоб, чтобы проверить нет ли температуры, и она действительно горячая. – Ты прямо горишь, – прошептал он обеспокоенно.

– Почему ты молчала? Надо было сразу сказать. Я бы всё бросил и побежал к тебе…

– Не хотела тебя отвлекать, – выдохнула она, прижавшись щекой к его ладони. – Просто думала, что пройдёт…

Федя с нежностью поправил плед, плотнее укутывая её, затем быстро встал:

– Я сейчас. Принесу тебе чай, сироп, и градусник. Ты у меня не будешь болеть одна, ясно?

– Только… не уходи надолго, пожалуйста, – тихо прошептала она, уже почти сквозь сон. Он улыбнулся, провёл рукой по её щеке:

– Я рядом. Ни на шаг.

Он выскочил из комнаты, схватил термос с заваркой, чай с лимоном, бросил в кружку ложку мёда и вернулся с градусником и шерстяными носками в руках. Присев снова рядом, он надел ей носки, накрыл пледом и помог сделать пару глотков тёплого чая.

– Вот так. Молодец, – шептал он, будто укладывал ребёнка.

– Теперь мерим температуру… и если что, я весь вечер твой. Я даже с тобой лягу, если захочешь.

– А если я сильно больна? – слабо улыбнулась Ландыш.

– Тогда я тебя всё равно буду обнимать. Просто потихоньку. Очень нежно, – прошептал Федя и поцеловал её в висок. Она прижалась к нему, уже не протестуя, укутанная, теплая, с кружкой в руках. Он остался рядом – не уходил, не отрывался от неё, гладил по волосам и слушал, как её дыхание становилось всё тише.

А потом, когда она уснула, он остался рядом – сидел, положив руку на её плечо, чувствуя, как сильно он её любит. Федя пока вышел из комнаты, и вернулся на кухню к остальным.

– Ну? Как она? – Диана переживала за Ландыш

– Заболела, высокая температура у неё, видимо простуда, но лучше вызову скорую чтобы ничего никакую серьёзную болезнь не получила – Федя начал вызывать – Ало, скорая, девушке плохо приедет, пожалуйста, по её симптомам высокая температура, болит горло.

Врач приехал в дом и начал осматривать Ландыш все ли с ней порядке, врач все осмотрел, сказал что это обычная простуда, затем врач прописал лекарство, Федя проводил врача, и потом он уехал, потом вернулся к Ландыш и лёг рядом, и обнял её.

– Федя, ты тоже сейчас же заболеешь, тебя это никак не смущает? – Ландыш переживает за Федю потому что она заболела, итак, состояние не самое лучшее – Федя, отпусти меня, я тебя заражу и потом будешь лежать как я сейчас!

– Мне плевать, – тихо и твёрдо сказал Федя, ещё крепче обняв её. – Я лучше с тобой заболею, чем оставлю тебя одну мёрзнуть под пледом.

– Но это глупо, – пробормотала она, утыкаясь носом в его грудь. – Ты же сильный и всегда такой заботливый… А я сейчас просто тёплая микробная грелка…

Он рассмеялся, но мягко:

– Микробная, но моя. Самая любимая. Я, между прочим, подписывал душой контракт – «в болезни и в здоровье». И от такого контракта не отказываются. Ландыш невольно улыбнулась, хотя глаза были всё ещё уставшими.

– Вот почему я тебя и люблю. Даже когда ты ведёшь себя как безрассудный идиот. – Она натянула плед повыше, прижалась ближе.

– А я тебя люблю даже с заложенным носом и температурой, – пошутил он и поцеловал её в висок. Тепло от его тела, ритмичное дыхание и его заботливое присутствие действовали лучше любого лекарства. Ландыш тихо выдохнула:

– Только не уходи, ладно? Даже если я храплю…

– С радостью буду слушать, – прошептал он. – Главное, что ты рядом.

Так они и лежали: два влюблённых сердца, связанные теплом и нежностью, под одним пледом, несмотря на жар и слабость. Он гладил её по волосам, считал её вдохи, и не переставал любить даже в самые простые, бытовые, но настоящие моменты. Ландыш и Федя смотрели фильм, лежали в обнимку. Федя слегка поигрывал пальцами с прядью её волос, нежно обвивая их вокруг пальца, а Ландыш положила голову ему на плечо, чувствуя себя в полной безопасности. Её дыхание было ровным и спокойным, и он чувствовал, как её щёчка немного подрагивает от его пульса.

– Ты знаешь, – тихо прошептала она, – я бы могла так каждый вечер, фильм, плед, и ты рядом.

– А я бы каждый вечер засыпал с тобой в обнимку. Даже если фильм скучный, – усмехнулся он. – Главное – ты у меня есть.

Он слегка поцеловал её в висок. Ландыш улыбнулась, повернулась к нему, и их взгляды встретились. Глаза в глаза – так близко, что дыхание смешивалось. Она провела пальцем по его щеке, словно запоминая каждую линию.

– Почему ты такой тёплый? – прошептала она с мягким флиртом. – Как будто изнутри светишься.

– Может, потому что обнимаю своё солнышко, – подмигнул он.

Она тихо засмеялась и потянулась к нему, чтобы поцеловать в губы. Поцелуй был не спешный, ленивый, как будто они никуда не торопились и у них было всё время мира. Он прижал её ближе, скользя ладонью по спине, ощущая, как она расслабляется в его объятиях.

– Ммм, – протянула Ландыш, спрятав лицо у него на груди. – Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался.

– Тогда пусть он не заканчивается, – прошептал он, – хочешь, после фильма – горячий шоколад? Или какао? Мы можем устроить себе настоящий уютный вечер.

– А можно и то и другое, – сказала она, поднимая голову.

– А потом снова под плед… и снова поцелуи. Много поцелуев.

– С удовольствием, – шепнул он ей прямо в губы и снова поцеловал. На этот раз дольше, глубже, с мягкой страстью.

Фильм шёл фоном. А потом закончился. Но они даже не заметили – слишком были увлечены друг другом. Мир за окном будто замер. В комнате было только тепло их тел, свет от ночника и чувство, будто любовь у них одна на двоих.

Немного позже они перешли на кухню. Он сварил какао, подал ей кружку с зефирами, она надела его рубашку поверх пижамы, и снова села к нему на колени. Они болтали о будущем, строили фантазии, смеялись, делились мечтами – простыми, домашними, настоящими. А когда вернулись, он уложил её на кровать, укрыл одеялом и тихо прошептал:

– Засыпай, моя любимая. Я здесь. Всегда. Ландыш закрыла глаза, обняла его за шею и, прежде чем уснуть, прошептала:

– Я тебя люблю, Федя. Слишком сильно, чтобы это было просто. Наверное, навсегда. Он улыбнулся, поцеловал её в лоб, обнял крепче и прошептал:

– А я тебя. Больше, чем ты думаешь.

И в тишине, под мелодичный звук дождя за окном, они уснули в обнимку, прижавшись друг к другу – как две половинки одного сердца.

В тем временем Эля и Эмиль лежали и немного целовались. Комната дышала теплом и чем-то очень личным. Они лежали лицом друг к другу, едва касаясь носами, и тихо смеялись – не от шутки, а просто от того, как хорошо быть рядом.

Эмиль убрал с её лица прядь волос, погладив по щеке, и задержал ладонь у подбородка.

– Ты такая смешная, когда щуришься, – прошептал он с лёгкой улыбкой, прижимаясь к ней лбом.

– А ты, когда такой серьёзный, – флиртовала Эля, дразня его.

– Я всё жду, когда ты уже наконец перестанешь быть таким милым и начнёшь вести себя как плохой парень.

– Плохой? – Эмиль усмехнулся и потянул её чуть ближе.

– Ну хорошо… если плохой парень вот так делает… – он медленно поцеловал её в шею, заставив её вздрогнуть от нежности, – …то, может, я и не такой уж хороший. Эля тихо захихикала, прижалась к нему всем телом и спрятала лицо у него в груди.

– Знаешь, мне с тобой… вот так просто хорошо. Даже когда ты молчишь, даже когда просто обнимаешь. Не нужно говорить ничего. Я будто дома.

– Потому что ты – мой дом, Эля, – сказал он серьёзно, прижимая ладонь к её сердцу. – И мне важно, чтобы ты чувствовала себя любимой, в каждый момент, даже в молчании.

Она приподнялась, чтобы заглянуть ему в глаза. Их лица были так близко, что дыхание касалось губ. Эля провела пальцем по его брови, потом по линии скулы.

– Ты умеешь говорить такие вещи, от которых внутри всё… – она не договорила, просто поцеловала его – сначала мягко, потом чуть глубже, обвив руками его шею. Он ответил на её поцелуй, притянув ближе, так, что между ними не осталось ни капли воздуха. В этом поцелуе было всё – нежность, флирт, страсть, и глубокая привязанность, та, которую не спрячешь. После поцелуя она прижалась лбом к его лбу.

– Ты заметил, как мы уже стали как будто частью друг друга? – спросила она тихо. – Я даже засыпать не могу, если ты не рядом.

– А я каждое утро ищу твою руку, – сказал он. – Без неё – будто не проснулся.

Они снова замолчали, просто обнимались, иногда целуясь, смеясь в подушку, вспоминая истории из универе, мечтая, куда поедут летом – может, к морю, может, в горы, главное – вместе. И каждый раз, когда один из них отводил взгляд, второй ловил его обратно – будто не мог насмотреться.

И когда Эля начала засыпать у него на груди, он шепнул ей:

– Обещаю, что буду рядом. Всегда. Неважно, что будет.

Просто помни: ты – моё лучшее «случайно».

Она не ответила – только крепче обняла его во сне, и Эмиль поцеловал её в макушку, закрывая глаза. Ночь продолжалась, мир замирал, а в их комнате царила тишина

– тишина, в которой не было одиночества, только любовь.

– Люблю тебя любимая, очень сильно любимая – обнимая её в ответ – я рад что мне повезло с такой девушкой как ты любимая, я люблю тебя больше всего на свете – в ответ её поцеловал её

– А я рада что у меня есть настоящий человек который меня может меня понять, я люблю тебя больше всего на свете любимый – поцеловав его, он её обнял и он потом заснули вместе в обнимку.

В тем временем в комнате Жене и Мили лежали в комнате, смотрели кино и вместе сладкий попкорн.

Миля уже начала засыпать и тут закрыла она глаза и заснула, а Женя обнял её и дальше смотрел фильм. Наступил выходные время было 9:40, Настя, Диана, и Ксюша играли в карты на желаний вместе с Ильясом и Женей, а остальные были заняты, Эля и Эмиль проводили время на улице вместе устроили романтический день, но приготовил для Эли кое-что интересное.

А Ландыш лежит в постеле, болеет а Федя заботиться о её здоровье.

Глава 8 Спасибо за заботу любимый

Ландыш лежит в постели лечиться, а также заботился Федя о её здоровье, температура последний раз было 39.4 сейчас стала 38.7 температура никак не опускалась, принимает лекарства и таблетки который прописал врач, но переживание стало не очень.

– Давай в больницу поедем узнаем хотя бы, проверимся что ни так

– Федя! Врач приезжал что это просто обычная простуда, не надо так переживать.

– Потому что ты – не просто «кто-то». Ты – моё всё. И когда ты болеешь – у меня внутри будто всё сжимается, понимаешь? – он провёл рукой по её волосам, мягко убирая со лба влажную прядь. – Я не могу просто сидеть и ждать, пока тебе станет хуже.

– Ладно, давай поедем в поликлинику тогда, и проверимся достань, пожалуйста, в моей тумбочке документы хорошо и медицинская карта.

Федя достал нужные документы, чтобы поехать в больницу, Ландыш встала с кровати заправила постель, прошло около 30 минут Федя и Ландыш поехали в больницу.

Путь до больницы выдался тихим. Федя то и дело бросал взгляд на Ландыш, сидевшую на пассажирском сиденье, укутанную в его худи с капюшоном, который она натянула почти до глаз. Щёки её были розовыми от жара, а в глазах читалась усталость. Он держал руль крепче, чем обычно – как будто мог так защитить её от всего, даже от вирусов и температуры.

– Тебе точно удобно? – спросил он, не отрывая взгляда от дороги.

– Удобно. Ты рядом – и этого достаточно, – она тихо улыбнулась, взяв его руку и переплетя пальцы.

Когда они зашли в приёмный покой, в воздухе ощущался типичный запах антисептика и лекарства. Свет был яркий, люди – уставшие. Ландыш прижалась ближе к Феде, словно ища защиты.

– Ты не волнуйся, – прошептал он, обняв её за плечи. – Я с тобой до самого конца. Даже если придётся сидеть тут весь день, я никуда не уйду.

Они прошли в кабинет врача. Молодая женщина в белом халате, с добрыми глазами и лёгкой улыбкой, пригласила их внутрь.

– Садитесь. Что у нас случилось?

– Температура держится почти сутки – сначала 39,4, сейчас 38,7. Таблетки принимали, врач на дом вызывался, сказал простуда. Но температура не спадает, и я очень волнуюсь, – начал говорить Федя, а Ландыш села рядом, опустив глаза.

– Молодой человек, это видно. Вы прямо светитесь тревогой, – врач улыбнулась. – Давайте посмотрим. Врач аккуратно осмотрела Ландыш, выслушала, померила давление и прослушала дыхание.

– Горло действительно воспалено, немного красное. Но лёгкие чистые, сердце бьётся ровно. Скорее всего, это вирусная инфекция. Температура – реакция организма, она может держаться до трёх дней. Но я понимаю, что вам страшно. Я выпишу ещё одно жаропонижающее, чуть сильнее предыдущего, и сироп от боли в горле. Обильное питьё, покой и, самое главное, – забота. Хотя, как я вижу, с этим у вас всё в порядке, – она кивнула на Федю, который весь осматривал Ландыш, словно боялся упустить малейшее изменение в её лице.

– Спасибо вам большое, – прошептала Ландыш, утирая пот со лба.

– Поправляйтесь. И, молодой человек, вы тоже берегите себя. Болеть вдвоём – это уже не романтика, а логистика.

Когда они вышли из кабинета, Федя сжал руку Ландыш крепче.

– Видишь? Всё под контролем. Теперь – домой. И я сделаю тебе чай, укрою двумя одеялами

– Федя я зажарюсь с двумя одеялами, максимум мой любимый плед чёрный и все – злобно посмотрела на Федю.

– Ну ладно, твой плед, твои правила. Но я всё равно рядом посижу. И если что – добавлю ещё одну подушку, когда ты уснёшь. Тайно. Ночью.

– Я всё слышала, – хмыкнула она, но не удержалась от улыбки, уткнувшись в его плечо. – Ты неисправим. Но, знаешь… приятно, что ты так обо мне заботишься.

– Потому что ты – мой приоритет. Даже если ты злишься на пледы.

Они вышли из больницы, и вечерний воздух оказался на удивление свежим. Машина Феди стояла неподалёку. Он быстро открыл дверь, помог Ландыш сесть и аккуратно пристегнул её ремнём безопасности, словно боялся потревожить её лишним движением.

– Ты такой внимательный, – сказала она, глядя на него снизу вверх. – Может, ты и мне чай будешь по утрам в постель приносить, даже когда я выздоровею?

– А ты разве ещё не догадалась, что я подписался на бессрочное обслуживание? – Федя усмехнулся и поцеловал её в лоб. – Я твой личный заботник. С температурой и без. Когда они вернулись домой, было уже почти темно. Остальные ребята сидели в гостиной, кто-то смотрел фильм, кто-то листал телефоны. Услышав звук открывающейся двери, Диана сразу выглянула из-за угла:

– Ну как она?

– Всё нормально, вирусная простуда, но теперь уже всё под контролем, – ответил Федя, обнимая Ландыш за плечи.

– Всё хорошо, просто устала очень, – слабо улыбнулась Ландыш. – Пойду полежу. – Конечно, отдохни, – сказала Настя. – Мы потом занесём тебе тёплый суп.

Федя проводил Ландыш до их комнаты, помог ей переодеться в домашнюю пижаму, подал плед, который она выбрала, и поставил на тумбочку стакан воды, лекарства и мёд.

– А теперь – чай. С лимоном, мёдом и щепоткой моей любви, – он подмигнул.

– Щепоткой? Я бы предпочла целую ложку, – слабо хихикнула она, укрываясь с ног до головы.

Федя вернулся с кружкой, сел рядом на кровать и подул на чай, чтобы остыл. Потом подал ей и внимательно следил, как она делает глотки.

– Угу… всё равно крепкий, – пробормотала она, морща нос. – Но раз ты старался, придётся пить.

– Вот и правильно. А за это тебе полагается бонус – серия объятий от лечащего Феди.

Он лёг рядом, укрыв их обоих любимым пледом. Ландыш положила голову ему на грудь, слушая размеренное биение его сердца.

– С тобой как-то сразу легче, – прошептала она. – Даже болеть уже не так страшно.

– Я буду с тобой и в здоровье, и в болезни, и с пледом, и без, – сказал он, целуя её в макушку. – А теперь отдыхай. Я рядом.

И они лежали так, в тишине и тепле, спрятанные от всего мира под чёрным пледом, где не было ни температуры, ни тревог – только их двое. Потом спустя время Ландыш вместе с Федей уснули, Эля и Эмиль были в прекрасном японском в ресторане заказывали много блюд, Эмиль вместе Эли могу конечно себе позволить так как они вместе одновременно учиться и работают оба они счастливы. Также они вместе выбрали этот дом который в нем и живут всей компании, также Федя нашёл свою возлюбленную которую он долго искал он теперь по-настоящему счастлив. В тем времени у остальных все хорошо время было 18:21 был прекрасный закат, Ильяс, Женя, Настя, Миля, Ксюша, были в бассейне баловались, а Диане было немного лучше, но температура есть.

– Вот вам везёт вы плаваете, а я сижу на шезлонге, пью чай с малиной и сижу в теньке!

– Диана ну не грусти, сейчас я выйду с бассейна и к тебе присоединюсь – Ксюша вылезла из бассейна и вместе сидели, кайфовали

– Смотри, – сказала она, указывая на небо. – Видишь? Закат как в кино. Только там все целуются на фоне неба, а мы тут… малины лопаем.

– А что? Тоже романтика, – рассмеялась Диана. – Мы вообще – особенный жанр.

– Комедия с лёгким драматизмом, – подмигнула Ксюша. – И бонусной сценой с бассейном.

– И чайной философией, – дополнила Диана, подняв чашку. – За здоровье, за лето… и за нас!

Они чокнулись своими кружками – у одной чай, у другой – лимонад – и в этот момент всё будто замерло в

идеальном балансе: лёгкий ветер, закатное солнце, капли на коже, запах хлорки и малины, беззаботный смех друзей, доносившийся с бассейна. И именно в такие мгновения хочется, чтобы лето никогда не заканчивалось. Ильяс и Женя оставались в бассейне, пока остальные вышли отдохнуть или греться в шезлонгах. Оба плескались, будто сорвавшиеся с цепи дети – хотя уже совсем не дети. Волны, брызги, нырки, случайные сражения – будто каждый стремился показать, кто из них круче плывёт или кто дольше задерживает дыхание под водой.

– Эй, Ильяс, смотри! – Женя резко ушёл под воду, а через секунду вынырнул прямо за спиной друга и облил его фонтаном.

– А ты офигел! – фыркнул Ильяс и тут же погнался за ним. – Держись у меня, торпеда ты несмываемая!

Они начали настоящую водную погоню – один нырял, второй пытался догнать, затем менялись ролями, и смех их громко разносился по всему двору. Настя и Миля, которые до этого мирно болтали на лежаках и сушили волосы на солнце, переглянулись и хитро улыбнулись.

– Ну что, пойдём разбавим их мужской заплыв? – лукаво прищурилась Настя.

– Однозначно. Вон какие они там крутые! Сейчас покажем, кто тут настоящий ураган! – Миля стянула с себя лёгкий сарафан, под которым уже был купальник, и первой бросилась в воду. Настя не отставала. Через секунду обе девушки с плеском влетели в бассейн, вызвав волну, которая накрыла мальчиков с головой.

– Это что сейчас было?! – с усмешкой протёр глаза Ильяс.

– Это был привет от русалочек, – подмигнула Настя, подплывая к нему и обрызгав с рук. – Принимай, капитан!

Миля в это время уже подкралась к Жене сзади и, неожиданно, запрыгнула на него, обхватив его за плечи. Тот с испуганным смехом воскликнул:

– Эй, не топи! Я только дышать начал!

– А кто тебе велел задираться, м? – Флиртующим прошептала Миля ему на ухо, заливаясь смехом. Бассейн быстро превратился в поле сражений – добрых, весёлых и почти романтичных. Настя брызгалась с Ильясом, иногда ныряя рядом и «пугая» его внезапными появлением прямо перед лицом. Он смотрел на неё с теплом, но в то же время пытался «отомстить» лёгкими брызгами, которые она, смеясь, закрывала руками.

– Осторожно, не захлебнись! – смеясь, сказала она.

– От твоей красоты вообще захлебнуться можно, – ответил он в шутливом тоне, и Настя едва заметно покраснела, но тут же брызнула на него ещё больше. Пока солнечные лучи ложились на воду золотистыми узорами, компания в бассейне наслаждалась лёгкостью момента, беспечностью лета и дружеским счастьем. Все заботы отступили – остался только смех, вода и лёгкое чувство влюблённости, которое витало между ними, даже если ещё не все это осознавали.

Вдруг проснулась Ландыш из-за шума с улицы. Федя ещё крепко спал, Ландыш одела шелковый чёрный халат и отправилась на кухню, сделала себя чай с лимон и добавила малины в чай и ела фрукты, ягоды, которые купил Федя. Федя проснулся, заметил что Ландыш нет, поэтому вышел с комнаты и заметил Ландыш.

– Приятного аппетита, ты чего мне не сказала что ты на кухне – в ответ он поцеловал в щёчку – Ляля ты моя!

Ландыш тихо усмехнулась, поставила чашку на стол и погладила его по руке.

– Я не хотела тебя будить. Ты так сладко спал…

– А я сладко спал, потому что ты рядом, – прошептал он, целуя её шею. – Хотя теперь я бы не отказался от глотка чая с тобой. У тебя, как всегда, пахнет летом.

– Это малина, глупый, – с улыбкой сказала она и передала ему свою чашку.

Он взял чашку, сделал глоток, затем снова обнял её и тихо прошептал:

– А всё равно – это ты.

Он аккуратно забрал её чашку и поставил на стол. Потом поднёс руки к её щёкам – они были тёплые, но не обожгли, значит, хуже не стало. Он облегчённо выдохнул и, наклонившись, прошептал:

– Я тебя скоро снова сделаю здоровой. И снова буду ворчать, что ты с утра съела только малину и одну дольку груши. Потому что ты снова будешь здорова и упрямая.

– Я и сейчас упрямая, – слабо усмехнулась Ландыш. – Только чуть более ленивая.

– Ленивая ты моя, – Федя поцеловал её в висок. – Давай, я тебе сейчас сделаю бульончик или кашу. Что-нибудь лёгкое.

– А можно просто вернуться в постель и лечь со мной рядом? – тихо попросила она, прижавшись к нему.

– Конечно. Только пообещай мне – если температура снова поднимется, едем в больницу. Без споров.

– Хорошо… – кивнула Ландыш и зевнула, кутая лицо в плед. – Но только после того, как ты снова обнимешь меня, как утром.

– Сделаю и обниму, и чай принесу. А потом расскажу сказку. Или включим что-нибудь уютное. Главное – ты поправляйся.

Они вместе вернулись в спальню. Федя накрыл её одеялом, поставил термос на тумбочку и лёг рядом, не отпуская её руки. Тишина, лёгкий аромат малины и дыхание любимого человека рядом – всё, что им сейчас было нужно.

Глава 9 Пижамная вечеринка

Эмиль и Эля очень хорошо провели время вдвоём. Время было 19:20, вся компания ещё была в бассейне, купались, плескались, и у них было хорошее настроение.

– Всем привет, как водичка, не холодно? – спросила Эля в хорошем настроении.

– О! Эля, вот я болею, а они купаются. Давай ко мне присоединяйся, всех зови, спящую красавицу и спящего принца тоже зови, что все время им вдвоём скучно.

– Только если с тёплым пледом и пирожками, – хихикнула Эля, присаживаясь рядом. Эмиль, не отставая, устроился у её ног, облокотившись на шезлонг.

– А где наша королева и её рыцарь? – с интересом спросила Ксюша. – Всё ещё в уединении? Или решили построить себе отдельное государство? – добавила Настя с улыбкой.

– Ландыш, может, уже и проснулась… но вряд ли отпустит Федю. Он теперь у неё: «супер-няня», «медицинский бог» и «чайный мастер». Всё в одном флаконе, – хмыкнула Эля.

– Тогда иди, зови! – весело предложила Миля. – Нам нужен полный состав, чтобы вечер удался. Без влюблённых – как без специй в плове.

– Только аккуратно, не нарвись на Федю. Если он спит, охраняет или готовит отвар из душицы – не мешай, – пошутил Эмиль.

Эля засмеялась, потянулась и кивнула: – Ладно, сейчас пойду разведаю обстановку. Если увижу их обнявшимися – просто тихо уйду и сделаю вид, что не видела.

Все снова рассмеялись. Вечер обещал быть тёплым и добрым – с дружбой, подколками и лёгкой влюблённой атмосферой, как будто у каждого тут был свой маленький летний роман.

Потом в это время вышли Федя и Ландыш на улицу и увидели, что им весело.

– Что происходит и без нас? – Федя улыбнулся.

– О, какие люди! – воскликнул Ильяс. – Мы уже начали думать, что вы решили совсем отселиться.

– А мы, между прочим, за вами скучали, – добавила Миля, хитро щурясь. – Правда, с температурой туда не полезешь… но выглядишь ты уже лучше, Ландыш!

Ландыш тепло улыбнулась, чуть смущённо поправляя плед на плечах: – Спасибо. Уже намного лучше. Хоть и слабость есть, но сидеть в комнате – такое себе удовольствие. Захотелось хоть немного почувствовать лето…

– И звёзды посмотреть, – добавил Федя, взглянув на небо, где вечер уже начинал рисовать первые огоньки. – Мы как раз подумали, что хорошая компания и смех – это лучшее лекарство.

– Да ты просто философ, Федя, – рассмеялась Настя.

– Кстати, – Диана поднялась со шезлонга, – вас ждали. Тут был вопрос: кто принесёт самые вкусные истории и кто спрячет от комаров? Потому что это точно ваша специализация.

– Мы можем попробовать! – усмехнулась Ландыш. – Но только если вы обещаете делиться одеялами и не устраивать водяную битву на нас.

– Договорились! – хором крикнули все.

Федя с улыбкой обнял Ландыш за плечи, усаживая её на свободное кресло. Он заботливо укутал её пледом, а потом, как будто это было ритуалом, подал кружку горячего травяного чая. Эля подмигнула ей из шезлонга, а Эмиль уже начал настраивать колонку, чтобы включить что-то уютное.

– Всё, теперь вечер считается официально начавшимся, – сказал Женя, плеская в воду ногами. – Согласен, – добавил Ильяс. – Когда все вместе – вечер особенный.

И правда – воздух вдруг наполнился ощущением тепла. Не только из-за летнего зноя, но и от этих простых, искренних моментов рядом друг с другом.

– Хм! Кстати, может, пижамную вечеринку устроим? – Диана была в хорошем настроении. – Давайте устроим пижамную вечеринку в нашем доме, 5 этажей, а мы только 4 этажа узнали, давайте устроим пижамную вечеринку на 5 этаже?

Все одновременно повернули головы в её сторону, будто услышали слово, которое ждали всё лето.

– О, вот это идея! – тут же оживилась Миля, хлопнув в ладоши. – И давно пора! У нас же огромный дом, и пятый этаж, кстати, до сих пор без дела.

– Я вообще думала, что там склад какой-то, – усмехнулась Настя. – А вы видели, какие там мягкие кресла и огромные окна? Прям как зал для фильмов и подушечных битв.

– Точно! – подхватила Ксюша. – Там ведь можно повесить гирлянды, раскидать матрасы и устроить настоящую уютную зону… со свечками, пледами, какао и болтовнёй до рассвета.

– Не забудьте про музыку, – вставил Эмиль, – я как раз собрал плейлист из мягких лоу-фай треков и старых добрых песен. И, кстати, я в последний раз проиграл в «Правду или действие» – так что с меня мороженое на всех!

– А я отвечаю за подушки! – поднял руку Ильяс. – Устроим настоящую битву, как в фильмах. Только, пожалуйста, без травм, как в прошлый раз…

– Это ты про случай с лампой? – рассмеялся Женя. – Ну да, теперь у нас есть целый этаж – лампам будет где прятаться!

Ландыш тихонько смеялась, обнимая свой плед, сидя рядом с Федей.

– Ребята, вы сумасшедшие. Я ещё с температурой, а уже хочу в пижамной вечеринке участвовать. Что вы со мной делаете?

– Сама виновата! – подмигнула Эля. – Ты всё равно не удержишься и пойдёшь. Мы тебя укутываем в три слоя, даём какао и держим подальше от вентилятора. Согласна?

– Пожалуй… да, – кивнула Ландыш, а Федя тихо усмехнулся:

– Только с моим разрешением. Я лично устрою тебе «режим тёплого облака».

– О, вот теперь я точно иду, – пошутила она.

– Ну что? – Диана поднялась с кресла и хлопнула в ладоши. – Через час все в пижамах, берём подушки, лампочки, настольные игры и вкусняшки. Пятый этаж ждёт! Сегодня будет вечер только для нас – без суеты, только смех, разговоры и уют.

Все ребята вылезли из бассейна, но Ландыш и Федя пока остались на улице.

– Ты почему в дом не зайдёшь, Федь? – Ландыш заметила, что Федя что-то не так. – Федь…

– Ландыш, спасибо, что ты появилась в моей жизни… – у него немного покатились слезы, и он её обнял. Он сделал шаг ближе и обнял её крепко, не спеша, с такой нежностью, будто боялся, что этот момент растворится. Его подбородок чуть дрожал, и несколько тёплых слёз бесшумно скатились по щеке.

– Ты для меня не просто кто-то… – прошептал он ей в волосы. – Ты как дыхание. Ты как утро после долгой, холодной ночи. С тобой – всё по-другому. Даже когда мне страшно, когда я не знаю, что будет завтра – ты просто рядом, и мне уже легче. Я иногда смотрю на тебя и не верю, что ты – настоящая.

Ландыш прижалась к нему крепче. Её глаза тоже слегка заблестели от эмоций. Внутри у неё всё сжалось – от трепета, нежности и какой-то тихой, глубокой любви.

– Я тоже не верю… – тихо сказала она. – Не верю, как будто всё это – сон, где ты держишь меня за руку, приносишь чай, волнуешься, смеёшься. Мне раньше казалось, что так не бывает. А теперь я просто боюсь тебя потерять.

Федя посмотрел на неё с лёгкой, доброй улыбкой, взял ладонь Ландыш в свою и прижал к сердцу.

– Тогда давай просто… не теряться, – прошептал он. – Ни завтра, ни через год, даже когда нам будет за шестьдесят.

Ландыш рассмеялась сквозь слёзы и кивнула.

– Договорились.

В этот момент солнце окончательно спряталось за линией деревьев, оставляя на их лицах последние отблески заката. Они ещё долго стояли молча, обнявшись, будто всё вокруг замерло, и был только этот вечер, этот разговор и они вдвоём.

– Ну чего вы застряли? – спросила злобно Диана. – Федь, все в порядке? Ты плачешь?

– Сейчас, Диана, мы придём, через 3 минуты будем, – сказала Ландыш, потом Диана ушла.

Диана посмотрела на них ещё мгновение, чуть нахмурилась, но промолчала. Она поняла, что вмешиваться дальше не стоит. Развернувшись на пятках, она тихо вернулась в дом, оставив их наедине с вечерней тишиной.

Федя опустил голову, делая глубокий вдох, словно пытаясь привести дыхание в порядок.

– Прости… – хрипло прошептал он. – Просто иногда всё накрывает. Вроде бы всё хорошо, а внутри – как ком.

Ландыш аккуратно обвила руками его шею и поцеловала его в висок.

– Не извиняйся. Мы же не каменные. Чувства – это нормально. Это даже красиво, Федь. Я люблю тебя именно таким. С сильным сердцем, которое не боится быть уязвимым.

Он чуть улыбнулся и прикоснулся лбом к её лбу. Несколько секунд они просто стояли молча, слушая дыхание друг друга и как где-то вдали переливается смех друзей.

– Пойдём? – тихо спросила Ландыш.

– Да. Только можно… – он посмотрел ей в глаза, – идти медленно. Чтобы вот этот момент ещё чуть-чуть длился?

– Можно, – шепнула она, сжав его руку.

Они неспешно направились к дому, всё ещё держась за руки. Федя бросил последний взгляд на небо – в нём уже загорелись звёзды, такие же тихие, как их любовь.

– Ну, чего вы так долго? Мы уже вас только ждали, – сказал Ильяс. – Давайте мы пока все подготовим, а потом уже идём на 5 этаж?

– Я пока в комнате буду, а то болею, забыли? – в ответ сказала Ландыш.

– Котёнок, иди, я скоро подойду, хорошо? – в ответ Федя её обнял и поцеловал в лоб. – Не забудь сироп выпить два раза!

– Хорошо, доктор, блин! – в ответ Ландыш улыбнулась, поднимая глаза к нему с лёгкой улыбкой. – Только не забудь потом прийти ко мне, ладно? И без «ой, я засиделся»!

– Я приду. С пледом, чаем и, может быть… конфеткой. Но только если ты будешь послушной пациенткой, – Федя подмигнул, а Ландыш, закатив глаза, пошла к себе в комнату.

– Боже, какие они милашки, – прошептала Настя, наблюдая за ними из-за двери, – хоть бы и мне кто-то чай с пледом приносил!

– Ага, сначала найди такого Федю, а потом уже жалуйся, – засмеялась Миля, хлопая подушкой по плечу Насти.

– Всё, команда, за работу! – поднял голос Ильяс. – Пижамы – надеть. Одеяла – притащить. Гирлянды – зажечь. Музыку включаем фоном, но не громко – у нас же тут одна принцесса выздоравливает!

И вся компания начала хлопотливо бегать по дому, собираясь на пятый этаж, пока Ландыш устроилась в комнате, укутавшись в любимый чёрный плед. Ей было тепло не столько от чая, сколько от ощущения, что её любят, берегут… и что совсем скоро кто-то родной тихо постучит в дверь с конфеткой в руке.

Федя пришёл в её комнату и увидел, что Ландыш спит, и он просто присоединился к ней, и вместе уснули в обнимку. Ландыш немного открыла глаза.

– Ты почему, Федь, не на пижамной вечеринке, там же все нет? – Ландыш не знала, почему он не пошёл, она же вполне могла сама справиться.

– Да не хочу, если честно, там шумно, да и если честно, замучился сегодня, поэтому время проведу с тобой, – в ответ поцеловал в лоб.

– Федя… – шепнула она и потянулась к нему ближе, положив ладонь ему на грудь, чувствуя его сердцебиение. – Ты глупый, но самый любимый глупый. Спасибо, что не оставляешь меня одну, даже когда не обязан.

– Я всегда буду с тобой, Ландыш, – мягко ответил он. – Потому что ты – это мой дом, даже если мы лежим просто в комнате под пледом и молчим.

Она тихо улыбнулась и закрыла глаза снова, чувствуя, как его пальцы медленно перебирают пряди её волос. Так они и уснули – в обнимку, в уютной тишине, за пределами которой осталась вся суета, смех и веселье.

Их маленький мир сейчас был именно здесь.

Тем временем у остальных была пижамная вечеринка, но не было только Ландыш и Феди, так как без Ландыш никак.

Через несколько минут подошёл Ильяс, чтобы позвать на пижамную вечеринку.

– Федь, пошли уже, ну, пижамная вечеринка там!

– Ильяс, я не пойду! Обижайся сколько хочешь, но я не пойду, прости уж, – Федя был не в настроении, чтобы праздновать, когда его же девушка болеет. – Давайте спать уже, а то Ландыш разбудите ещё, не дай бог!

Потом присоединился Женя, парень Мили, который тоже без ума от Мили.

– Федь, давай к нам уже, а то веселья как-то не очень, что ты сразу ломаешься? – сказал Женя, когда он был уже пьяным, и перепил коктейлей.

– Жень, ушёл отсюда! Ты итак тут пьяный почти, а сейчас тут маскарад устроил! – Федя слегка увидел, что Ландыш пошевелилась, но она крепко спала.

– Федь, ну пошли реально… – в ответ говорит Ильяс в трезвом виде.

– Ребят, правда… Я сейчас только здесь нужен. И всё. Я не злюсь, не обижаюсь, просто поймите. Она для меня важнее вечеринки. Уважайте это.

Ильяс кивнул, положив руку Жене на плечо, чтобы увести его.

– Мы поняли, братишка. Прости. Всё нормально. Если что – мы рядом.

– Спасибо.

Дверь снова закрылась, а в комнате снова воцарилась тишина. Федя сел на край кровати, провёл рукой по волосам Ландыш и шепнул:

– Пусть хоть тебе ночью будет спокойно, даже если весь дом вверх дном. Я здесь.

И в этот момент пижамная вечеринка внизу уже звучала совсем иначе – как далёкий шум, не имеющий значения. Музыка стихла, все остальные играли в «правда или действие».

Потом проснулась Ландыш и увидела время 1:45, видимо, очень долго спала, но заметила, что Федя уснул, и в этот момент она тоже вместе с ним заснула, потом Ландыш поцеловала его в щёчку. Ландыш заснула и крепко в обнимку уснули. Тем временем ребята играли в правду или действие, но делали с помощью бутылочку. Ильяс начал крутить бутылку, потом остановилась на Ксюше.

Ильяс придумал ей задание.

– Ксюх, короче, поцелуй в щёчку Диану! – Ильяс показал ей улыбку. – Не слабо тебе, Ксюх?

– Да нет, Диана, давай я тебя расцелую, – Ксюша поцеловала в щёку по дружбе, она схватила Диану за плечи и с дружеским хихиканьем поцеловала её в щёку.

– Вот так! – победоносно заявила она. – А вы думали я застесняюсь?

Диана рассмеялась и обняла Ксюшу в ответ: – Лучшая! Но в следующий раз будь осторожна, вдруг я тебя тоже расцелую, да так, что не отвертишься!

– Девчонки, вы только не увлекайтесь, а то мы тут все краснеть начнём! – пошутил Женя, у которого уже румянец появился не только от коктейлей, но и от атмосферы.

Смех снова наполнил комнату. Настя принесла пледы, Миля предложила продолжать игру, но уже на «правду», и все снова начали крутить бутылку, ожидая, на кого выпадет следующий поворот.

А за стенами этой весёлой комнаты, в спальне, Федя и Ландыш всё ещё спали, укрывшись одним одеялом, как в собственном уютном мирке, где единственное, что им было нужно – это быть рядом.

Все ребята закончили университет, наступили каникулы, и все было очень радостно.

– Юхууу, ребята, наконец-то лето! Да оторвёмся! – радостно отвечает Федя. – Никаких сессий, а также семестров, круто же!

Тут же Ландыш проснулась и заметила, что Федя очень радостный.

– Котёнок, ты себя чувствуешь? Все хорошо?

– Утречко, любимый, да, состояние более менее, но спасибо, что ты был рядом, – в ответ она ему улыбнулась и поцеловала в щёку. – Кстати, что у нас на завтрак?

– Я приготовил оладьи с ванилью и ягодами, мёдом и чай с лимоном! А ещё я тебе в стакан воды мяту и лёд положил, чтобы освежиться.

– Ты серьёзно? Ты это всё сам? – Ландыш приподняла бровь, всё ещё не до конца веря в происходящее.

– Ну да, я что – не могу, что ли? – фыркнул Федя и гордо вскинул подбородок. – Даже немного подгорел один, но я его себе оставил, чтоб ты получила только идеальные.

Она засмеялась так звонко и нежно, что сердце Феди буквально согрелось.

– Всё, котёнок, оставайся в постели, я сейчас тебе всё принесу сюда. Устроим маленький отпуск прямо в комнате!

Через пару минут он вернулся с подносом: две порции оладий, чашки чая, маленькая ваза с ромашками – всё выглядело как в уютном кафе. Он сел рядом, разложил всё, и они устроились завтракать прямо в кровати, болтая и смеясь, слушая пение птиц за окном и наслаждаясь первым по-настоящему свободным утром этого лета.

Лето начиналось идеально – с любви, заботы и запаха ванильных оладий.

– Мадам, ваш завтрак, – сказал он, преувеличенно важно. – Шеф рекомендует начать с самых пушистых оладушек в этом городе. Не благодарите, я влюблён – мне можно.

Ландыш хихикнула, поправляя лямку лёгкой майки и сев поудобнее под пледом.

– Ну надо же, какой у меня заботливый официант. А чаевые можно оставить в виде поцелуя?

– Только если это будут чаевые не на один завтрак, а на все следующие сто лет, – усмехнулся Федя, подавая ей ложку мёда. – И, кстати, у тебя крошка на щеке. Дай, уберу…

Он аккуратно наклонился, легко провёл пальцем по щеке Ландыш, а потом, вместо того чтобы просто убрать крошку, игриво поцеловал её в уголок губ.

– Вот теперь идеально, – прошептал он, задержавшись на долю секунды.

– Ты сейчас специально или у тебя такая программа по флирту по утрам? – спросила Ландыш, покраснев, но не отводя взгляда.

– Программа «Доброе утро, любовь всей моей жизни» – доступна только тебе, – ответил он, подмигнув.

Они ели медленно, наслаждаясь каждой секундой. Ландыш то и дело кормила Федю кусочками оладий, а он – её ягодами, делая вид, что случайно «мазывает» мёдом её нос или кончик пальца. Потом специально облизывал его, глядя прямо ей в глаза.

– Ты вообще понимаешь, что с таким завтраком можно не выходить из дома весь день? – сказала она, лёжа уже на плече Феди, лениво потягиваясь.

– Именно это и было в плане. Я и тебе, и себе выписал официальное освобождение от дел. Сегодня день ленивого счастья.

– И как мы будем его проводить, доктор романтики?

Федя повернул голову к ней, провёл пальцем по её ключице и усмехнулся:

– Лежим, обнимаемся, смотрим что-нибудь глупое и забавное, дразним друг друга, потом снова обнимаемся, потом снова дразним… ну и где-то между всем этим, ты точно снова заснёшь у меня на груди.

Ландыш рассмеялась, уткнулась носом в его шею и прошептала:

– А если ты тоже заснёшь? Кто будет готовить обед?

– Тогда придётся звать на помощь Диану, и она нас точно вытащит на улицу. Так что лучше держись за меня крепко, котёнок. Это утро – только наше.

Глава 10 я тебя котёнок

Федя и Ландыш спокойно доедали воздушные оладьи вместе кушали смеялись тут присоединились Эмиль и Эля.

– Приятного аппетита голубки – в ответ рассмеялся Эмиль – а я уж думал что вы до сих пор спите

– Доброе утро, – зевнула Эля. – Или уже обед… кстати, пахнет вкусно, Федь, ты готовил?

– Ага, шеф-повар на утро и личный медбрат по вечерам, – с гордостью кивнул Федя. – Успешно лечу от простуды объятиями и сладким тестом.

– Ландыш, ты не заболела – ты просто нашла идеальный способ выманить заботу, – подмигнула Эля, подходя ближе. – Может, тоже прикинуться больной…

– Только не ко мне, я тебя кормить не буду, – хохотнул Эмиль. – А Федя у нас, как видно, всё умеет: и завтрак, и романтику, и от оладий никто не пострадал.

– Ребят, может, вы всё-таки перекусите? Тут ещё остались пару порций, – предложила Ландыш, приподнимаясь.

– Нет-нет, это ваш момент. Мы просто пришли убедиться, что вы не растворились в своей сладости, – фыркнул Эмиль, – и напомнить, что через час пикник во дворе. Диана уже всех строит.

– Тогда идите и стройтесь тоже, – фыркнул Федя, потянув Ландыш к себе ближе, – а у нас тут ещё не закончился завтрак в постель и ленивое утро. Верно, котёнок?

– Верно, – шепнула Ландыш, положив голову ему на плечо, – а потом, может, поспим ещё чуть-чуть… минут сорок… или до вечера.

– Как скажет моя королева, – усмехнулся Федя, поцеловав её в висок.

– Ладно, ладно, мы ушли, – махнула рукой Эля, и они с Эмилем, хихикая, вышли, оставив влюблённых наедине.

Тем временем Настя встретила своего одногруппник который он ходил за ней постоянно дарил ей цветы его звали Лёша он давно в неё влюблён дарил ей подарки, цветы, вкусняшки. Но она не хотела его видеть и вдруг она ему сказала.

– Лёша что ты сделаешь возле моего дома? Я же сказала не приходи сюда никогда почему ты сюда приходишь? – Настя не хотела его видеть потому что она считает что она ранила её сердце – Лёша уходи пожалуйста, я тебя не хочу видеть пойми.

– Настя я не уйду пока ты не объяснишь почему ты меня постоянно убегаешь? Я что ли настолько для тебя плох?

– Лёш, уйди я прошу лишь об одном, просто уйди!

Он сделал шаг ближе, неуверенно:

– Пусть будет боль. Пусть даже молчание. Только не исчезай совсем. Мне не важно, Настя, я просто хочу быть рядом, заботиться, приносить тебе кофе, видеть, как ты улыбаешься, хоть иногда.

– А мне важно, – перебила она резко, срываясь. – Ты не понимаешь, да? Когда ты рядом, я… чувствую вину. За то, что не могу ответить. За то, что ты стоишь передо мной с этим дурацким букетом, с глазами полными надежды, а я – пустая. У меня ничего не осталось.

Она отвернулась, чтобы он не видел, как в уголках глаз выступили слёзы.

– Настя, – мягко произнёс он. – Дай мне просто остаться. Я не прошу большего. Я не тороплю. Просто хочу быть рядом. Без давления. Я знаю, ты пережила что-то тяжёлое. Но я не собираюсь сдаваться. Мне важно, что ты чувствуешь. Даже если это боль.

– Хватит быть идеальным, Лёша, – почти прошептала она. – Ты думаешь, если будешь добрее всех, я внезапно полюблю тебя? Это не так работает.

Он молчал. Руки с букетом опустились.

– Знаешь, иногда быть рядом – не спасает. А душит. Ты не виноват, но и я не должна тебя спасать. Ты хочешь настоящих чувств, а не жалости, правда?

Он медленно кивнул, и впервые за долгое время его взгляд потускнел.

– Тогда… пожалуйста, уйди. – Настя сделала шаг назад. – Если я тебе хоть немного дорога… дай мне исчезнуть. Прими это. Я не твоя, Лёша.

Молчание. Только ветер шелестел листьями и откуда-то доносился детский смех. Потом он медленно положил букет на лавочку.

– Хорошо. Но знай… я не держу зла. И не жду, что забуду. Просто… если когда-нибудь тебе станет тяжело – я всё ещё буду там, где ты меня оставила. – Он повернулся и ушёл, не оборачиваясь.

Настя стояла одна. Букет дрожал от ветра. Она не подошла. Только вытерла слёзы, глядя в небо. Было ясно и странно тихо.

Настя пришла домой Диана и Вероника заметили что то с ней ни так Диана поняла почему у неё состояние.

– Опять Лёша? Настя если он как то тебя обидел просто позови меня пожалуйста следующий раз!

– Он не обидел… Он просто… снова пришёл. С букетом, с этим взглядом… как будто весь мир сжался в точку – и это я. А я… ничего не чувствую, понимаешь? Ни тепла, ни желания обнять его, ничего. Только вину. Будто я его подвожу каждый раз, когда говорю «нет». Я устала.

– Подожди подожди, ты хочешь что отказываешься почему?

– Диана ты забыла что происходило? Вспомни как я слёзы проливала… – Настя не хотела смотреть на какие то отношения заводить так как она считает что отношения не к чему – Диана я не хочу отношения даже если меня влюбляются как то, это уже не моя проблема!

Диана понимает что ей не нужны отношении даже но состояние для неё не самое лучшее, но Диана просто обняла свою подругу чтобы хоть как её утешить и помочь в эту ситуацию.

– Все будет нормально не переживай, я понимаю, Настя… – тихо сказала Диана, делая шаг ближе. – И никто не имеет права требовать от тебя чувств, которых нет. Это твоё сердце, твоё пространство, и ты имеешь полное право беречь себя.

Она опустилась рядом на пол, не говоря больше ни слова, просто мягко обняла подругу. Настя сначала хотела отстраниться, но потом вдруг вся сжалась и прижалась к Диане, будто нуждалась в этом объятии сильнее, чем могла признать.

– Мне просто страшно, – прошептала Настя, – страшно, что я уже никогда никому не смогу поверить. Что если снова впустить кого-то… опять всё разрушится.

– Всё будет нормально, – тихо ответила Диана, поглаживая её по спине. – Просто не спеши. Не бойся быть собой. А пока ты не готова – мы с тобой. Я рядом. И Вероника рядом. И тебе не обязательно быть сильной всё время, ладно?

Настя кивнула, не поднимая головы. Слёзы снова начали капать на футболку, но теперь они не были такими тяжёлыми. Эти слёзы не о боли – скорее о том, что кто-то наконец услышал. Кто-то остался.

– Спасибо, – одними губами сказала Настя. – Ты не представляешь, как это важно.

Диана крепче обняла её.

– Представляю. Я тоже когда-то думала, что одна. Но потом появилась ты.

Тут же пришла Ландыш и увидела состояние Насти тут же подошла к Диане и спросила что случилось с ней

– Диана, что случилось? А то переживаю за Настю просто – Ландыш очень переживала за неё.

– Знаешь одногруппника Лёшу? Он короче бегает он за ней, цветы, шоколадки, игрушек, письма писал и в почтовый ящик всегда складывал, но она не принимала и не читала не разу.

– Леша..? – тихо переспросила Ландыш, опуская взгляд. – Слушай, я помню… Он вроде такой добрый. Но… она не читала?

– Ни одного, – покачала головой Диана. – Ни разу не открыла, даже не брала в руки. Всё это время – игнор. Она его просто не может видеть. Говорит, что после того, как её предали, сердце будто закрылось. Больше никому не верит.

Ландыш тихо вздохнула и сжала пальцы. Ей стало не по себе – Настя была такой сильной, дерзкой, уверенной. А сейчас она выглядела хрупкой, как лепесток в ветреную ночь.

– Может… может, ей просто нужно время. – осторожно произнесла Ландыш. – Или просто быть рядом… Не словами, не советами. Просто быть.

Диана кивнула.

– Вот поэтому я и обняла её. Ничего не говорила больше. Знаешь, иногда просто тепло другого человека – это самое важное.

В этот момент Настя чуть пошевелилась, будто прислушивалась, но не вмешалась в разговор.

– Я так боюсь, что она внутри всё прячет, – прошептала Ландыш. – Улыбается иногда, но в глазах пусто…

Диана мягко тронула плечо подруги.

– Ты не одна это замечаешь. Но хорошо, что она не одна. Мы рядом. И ты – молодец, что подошла.

Ландыш посмотрела на Настю, которая, хоть и молчала, но, казалось, чувствовала заботу. Она аккуратно подоткнула плед потеплее и тихо сказала:

– Если что, я тоже рядом. И, если хочешь просто помолчать – я могу рядом сесть. Или принести горячее какао. Ты только скажи.

Настя не ответила, но едва заметно кивнула, не поднимая головы. Ландыш улыбнулась – этого было достаточно.

Тут же кто то подошёл к Ландыш и закрыл глаза и тут сказал

– А кто тут у меня не послушная и не лежит в постель не лечиться даже! – Ландыш немного рассмеялась и это был Федя также у него были в руках букет красных роз и белый медведь Ландыш широко раскрыла глаза и на секунду растерялась.

– Это… мне? – тихо спросила она, хотя и так знала ответ.

– Нет, это медведю – ты то, наверное, не заслужила, раз по дому скачешь, а не лежишь, – с озорством в голосе ответил он, а потом добавил нежно: – Конечно тебе, котёнок. Просто хотел немного порадовать мою больную королеву.

Она взяла цветы, уткнулась носом в лепестки, вдохнула аромат и чуть дрожащим голосом сказала:

– Они такие красивые… Спасибо, Федя. Ты как всегда… слишком добрый.

– Нет, я просто влюблённый и беспокойный. А ты – моё самое ценное солнышко, которое надо беречь, – он аккуратно обнял её за талию, – даже если оно упрямое и не хочет лежать под одеялом.

– Ну прости, я просто увидела Настю… Не могла пройти мимо, у неё тяжёлый день, – сказала она, прижавшись к его груди.

– Я всё понимаю. Но ты тоже моя ответственность, поняла? Я уже приготовил тебе тёплый чай с малиной, и ты никуда больше не пойдёшь. Только одеяло, плед, я и наш медвежонок. Договорились?

Ландыш чуть приподнялась на носочках и чмокнула его в щёку.

– Договорились. Только с одним условием – ты тоже будешь рядом. А то как я выздоровлю без тебя?

– Без меня ты вообще жить не можешь, признайся, – усмехнулся он, взъерошив ей волосы.

– Может быть… – лукаво прищурилась она. – Но это и не секрет.

Тем временем Диана, Настя и Вероника наблюдали эту сцену с кухни, переглядываясь между собой.

– Вот бы и нам такого Федю… – прошептала Вероника, сдерживая улыбку.

– Да ладно тебе. У нас всё впереди, – ответила Диана, – главное – не закрываться. И верить, что кто-то однажды тоже подойдёт, закроет тебе глаза и скажет: «А кто тут у меня не послушная?»

А пока в комнате Ландыш, наконец-то почувствовавшая себя в безопасности, села рядом с Федей на диван. Он накинул на неё плед, поставил чай на столик и осторожно взял её ладонь в свою.

– И давай договоримся, – тихо сказал он, – ты лечишься, а я – забочусь. Вот такое у нас теперь распределение обязанностей.

Ландыш только улыбнулась и положила голову ему на плечо, крепко прижав к себе белого медвежонка.

В доме стало спокойно. Было ощущение, что всё – на своих местах. И впереди, несмотря ни на что, обязательно будет хорошо.

Время был 21:23 Камин тихо потрескивал, будто шептал свои сказки. Тёплое оранжево-золотое пламя мягко освещало комнату, отбрасывая на стены живые тени. Всё пространство дышало спокойствием, будто само время решило замедлиться, чтобы не мешать этим двоим.

На большом мягком пуфе мешке у камина, словно в уютном гнезде, сидели Ландыш и Федя. Она полулежала, опираясь на него спиной, укутавшись в уютный плед. В руках у неё – большая кружка горячего чая с лимоном. Пар поднимался вверх, согревая лицо, а аромат мёда и цитруса будто бы ещё сильнее наполнял это пространство теплом.

Федя сидел сзади, чуть наклонившись вперёд, чтобы щекой коснуться её волос. Он лениво перебирал её локоны пальцами и наслаждался каждой минутой рядом с ней.

– Горячий чай спасает? – прошептал он ей на ухо, и лёгкая щекотка от его дыхания вызвала у Ландыш мурашки.

– Очень, – она сделала глоток, улыбаясь. – Но, знаешь, твои руки греют даже сильнее, чем чай.

– Тогда, может, мне стоит запатентовать себя как средство от холода? – усмехнулся Федя, обнимая её чуть крепче.

– Только для домашнего использования и исключительно мной, – подмигнула она, отставив кружку на невысокий столик рядом. – Остальным не доверяю.

– Ммм, собственничество? Мне это нравится, – он наклонился и нежно поцеловал её в висок, а потом прошептал: – Ты знаешь, что у тебя аромат лимона на губах?

– Опять хочешь поцеловать и сказать, что «убираешь следы»? – засмеялась она, откинувшись к нему спиной ещё сильнее.

– Конечно, – шепнул он, слегка касаясь губами её щеки. – Это моя работа. Заботиться, согревать, целовать… всё включено в наш уютный «вечерний пакет».

Ландыш тихо засмеялась и взяла его руку в свою, переплетая пальцы.

– Мне кажется, это самый тёплый вечер за последние недели. Даже несмотря на то, что я ещё немного болею.

– Это потому что ты рядом. И потому что ты – моё тепло. Звучит банально, но по-другому не сказать, – он откинул голову на спинку пуфа и закрыл глаза на секунду. – Иногда мне кажется, что мы с тобой – как этот чай. Горячие, с лёгкой кислинкой, но сладкие в итоге.

– Ты сейчас только что назвал нас напитком? – смеясь, спросила она.

– Нет, я назвал нас идеальной смесью, – ответил он, снова прижавшись к ней. – Знаешь, в такие вечера даже говорить ничего не хочется. Просто быть.

И они действительно молчали – не потому что не было тем для разговоров, а потому что рядом с любимым человеком слова порой становятся лишними. Ландыш положила голову ему на грудь, а он медленно гладил её по плечу, следя за тем, как огонь в камине медленно догорал, оставляя за собой только уют и покой.

– Знаешь, – тихо начал Федя, немного наклонившись, чтобы её ухо уловило его слова, – эти моменты для меня важнее всего. Когда я вижу, как ты улыбаешься от теплоты чая, я понимаю, что даже в самых простых вещах – жизни нет ничего лучше.

Ландыш улыбнулась, слегка покраснев, и отвела взгляд на мерцающие огоньки камина, затем снова вернулась к нему.

– Ты умеешь делать обычный чай особенным, Федь, – сказала она, играючи прищурив глаз. – Может, ты и вправду волшебник. А может, я просто счастлива быть здесь с тобой? Как ты считаешь?

– Ты для меня самая счастливая девушка котёнок, пойми ты самая прекрасная девушка, я люблю тебя очень очень.

– И я тебя – в ответ сделала нежный поцелуй который хранила долгое время.

Потом подошёл Ильяс и смотрел на Ландыш и Федю, он был на втором этаже и видел как они действительно счастливые.

– Голубки, вы спать идёте нет? Поздно же или особое приглашение вам надо?

Федя повернулся, не меняя положения, и лениво вытянул руку в сторону Ильяса, словно отмахиваясь:

– Ильяс, ты как будто из хроники родительских вмешательств. Дай нам немного понаслаждаться вечером, а?

Ландыш хихикнула и, спрятавшись с кружкой в плед, прижалась щекой к плечу Феди.

– Нам тут и так уютно, Ильяс.. Не мешай влюблённым, – она нарочно сказала это чуть тягуче, с флиртом, а потом повернулась к Феде и тихо добавила: – Хотя ты правда похож сейчас на папу. Только тапок в руках не хватает.

– О, я сейчас и тапок найду! – Ильяс шутливо начал спускаться по лестнице, будто бы собирался выгонять их силой. – Да вы тут совсем разнежились! Я понимаю – любовь, романтика и всё такое, но время уже за полночь.

Федя вскинул брови и сцепил пальцы за головой:

– А ты, значит, по расписанию любовь измеряешь, да? Типа: 22:30 – обнимашки, 23:00 – в кровать шагом марш?

– Мгм. А потом 23:30 – «погнали Ильясу по ушам, чтобы он отстал», – пробурчал Ильяс, подходя ближе, но с явной улыбкой на лице. – Ладно, шучу. Просто завидно, вот и бурчу. А вы – грейтесь, мурлыкайте, я пойду чай себе налью. Если до утра не придёте, запишу вас в списки пропавших.

– Только ты в список сначала себя впиши – мы тут первые, кто остался в тепле, – усмехнулся Федя, снова обнимая Ландыш.

– Кстати, – добавила она, приподнимаясь, – если ты тоже кого-то найдёшь, может и сам забудешь, где тут время и кто куда должен идти…

Ильяс на секунду приостановился, притворно задумался:

– Эх, может и правда пора. А то чай с печеньем – это, конечно, уют, но не такая романтика, как у вас. Ладно, голубки. Пейте свой чай, пока не остыл. Но если завтра проспите завтрак – я всё съем.

– Мы тебе даже блин оставим! – крикнул Федя ему вслед.

Ильяс махнул рукой и ушёл на кухню, оставляя их снова наедине. А Ландыш и Федя только переглянулись, и Ландыш, улыбнувшись, прошептала:

– Всё-таки я рада, что у нас такая странная, но чудесная компания…

– А я рад, что ты у меня есть, – ответил Федя, легко поцеловав её в висок. – И пусть весь мир подождёт… даже Ильяс.

В тем временем Настя сидела одна в своей комнате. На улице шёл тёплый летний дождь, и капли тихо барабанили по стеклу. Вокруг было спокойно, но внутри неё – совсем наоборот. На столе, среди разбросанных тетрадей и записок, лежал белый конверт с аккуратным почерком. Его она нашла в почтовом ящике утром, как и всегда. Обычно сразу выбрасывала, даже не вскрывая. Но в этот раз – что-то дрогнуло.

С замиранием сердца Настя аккуратно разорвала край конверта и вытащила сложенный вдвое лист бумаги. Он пах чем-то знакомым – может быть, его парфюмом, а может, старыми школьными днями, когда всё казалось проще.

– Опять его же письма? Сколько уже можно я же сегодня говорила не присылай больше письма блин… – Настя уже открыла его же письмо и она его читает:

– Мда уж, дурачок ты блин… но почему очень сильно в тебя влюбляюсь… Так мне отношения не нужны забудь о нём!

Настя убрала письмо в полку затем она ушла ванну чтобы облегчить эту ситуацию.

Глава 11 Не взаимные чувства

Была глубокая ночь время было 23:45 ребята ещё не спали, все смотрели кино. Были только Федя и Ландыш, затем потом присоединились Эля и Эмиль, они тоже смотрели кино. На первом этаже был большой телевизор, смотрели тут же. Настя начала спускаться и пошла к мусорке на улицу. Тут Ландыш заметила, что что-то случилось.

– Настя какая-то потерянная… Вы знаете, что случилось? – встревоженно она спросила.

– Из-за одногруппника, вроде Лёши, – сказал Эмиль, – Он тоже, как я, староста был в универе, он занимался насчёт прогулов.

– Напомни, сколько ему лет? – Федя знал этого одногруппника, но был на 2—3 курсе, – Ему вроде 21 или 20 лет, вроде нет?

– Федь, ему 22 года, а Насте всего 20, в нашей компании от 18 до 21 года, – Эмиль знал, сколько лет в их же компании, – Вот, Федь, перечисли ты, пожалуйста, сколько лет нашей компании!

– Ну смотри: Ксюша – 18 лет. Диана – тоже 18. Ильясу недавно исполнилось 20. Жене – 19. Мне – 20. Тебе, Эмиль, тоже 20. Ландыш – 19, Эля – 19, Настя – 20. Мы словно большая, разноцветная, но всё же сбалансированная компания. А Лёша – уже другой круг. Он постарше, взрослее вроде бы, но ведёт себя, как будто ему 16.

– Или наоборот, как будто он считает себя выше других, – тихо сказала Эля, обняв подушку. – И думает, что всего можно добиться настойчивостью. Только Настя – не та, кто сдаётся. Она молчит, но когда ей больно, это видно. Взгляд становится… пустым.

Все замолчали. Фильм на фоне продолжал идти, но никто не смотрел. Ландыш смотрела в сторону двери, за которой скрылась Настя, и вдруг поднялась.

– Я пойду за ней. Просто… она не должна сейчас быть одна. Не в такую ночь.

– Только не дави, – вновь напомнил Федя, погладив её руку. – Просто будь с ней.

Ландыш кивнула, перекинула плед через плечи и тихо вышла в ночь. Ландыш вышла на крыльцо, плотно запахнув на себе плед. Ночной воздух был прохладным, но свежим. Свет от фонаря у калитки отбрасывал длинные тени на гравийную дорожку. За забором слышались звуки ночных сверчков, ветер слабо колыхал листву.

Она медленно сошла по ступенькам и огляделась. В нескольких шагах от дома, у мусорного бака, стояла Настя. Спиной к ней. Стояла молча, не шевелясь, с тем самым маленьким пакетом, который, казалось, давно уже нужно было выбросить – но она всё держала его в руках.

– Настя, – мягко позвала Ландыш.

Та вздрогнула, но не обернулась.

– Ты чего тут замёрзла? Уже почти полночь…

– Нормально, – тихо ответила Настя. – Я просто… подумать вышла.

Ландыш подошла ближе, остановилась рядом, не вторгаясь в личное пространство. Помолчала немного – только ветер гулял между их словами.

– Ты хочешь поговорить? Или помолчать вместе?

Настя медленно обернулась. Глаза её были блестящие, как будто она долго сдерживала слёзы. Она всмотрелась в лицо Ландыш, потом кивнула:

– Просто посиди со мной немного… Ладно?

– Конечно, – кивнула Ландыш и опустилась на невысокий бордюр рядом. Настя сделала то же самое. Между ними было молчание, но оно было не тяжёлым. Оно было как одеяло – тёплое, человеческое.

Через пару минут Настя всё же нарушила тишину.

– Он написал письмо… Лёша. Я его прочитала. Первый раз.

– И?.. – осторожно спросила Ландыш.

Настя вздохнула, уставившись в землю.

– Он написал, что любит меня. Не как друг, не как знакомый. Просто… по-настоящему. В деталях. В воспоминаниях. Словно всё это время жил со мной в параллельной реальности, где мы были «почти вместе».

– Это тебя испугало?

– Нет. – Настя покачала головой. – Это… тяжело. Потому что я не чувствую того же. И не хочу лгать. Он не плохой. Он правда заботился. Просто… я никогда не просила его. Он сам решил, что будет рядом. А теперь как будто ждёт чего-то в ответ. А у меня… пусто. Или всё занято другим.

– Сердце не выбирает по логике, – тихо сказала Ландыш. – Даже если человек вроде бы хороший. Даже если он очень старается. Оно либо открывается – либо нет.

Настя кивнула. Потом резко подняла глаза:

– А у тебя… Федя. Вы с ним правда такие… настоящие. Вы не играете. Не изображаете. У вас не «как в кино». Вы просто есть. И это видно.

Ландыш смутилась, улыбнулась и потёрла ладонью колени.

– Да. Мы просто… рядом. Без напряжения. Без ожиданий. Иногда молчим, иногда смеёмся. Но это не требует усилий. Это как дышать.

Настя медленно выдохнула и сказала:

– Я тоже хочу так. Не влюбляться в того, кто настойчив. А быть рядом с тем, с кем не страшно молчать.

Они посидели ещё немного в тишине. Потом Ландыш встала, протянула руку:

– Пойдём. Все ещё не спят. А у нас есть плед, попкорн и половина недосмотренного фильма. Ну, или просто чай и молчание.

Настя слабо улыбнулась. Взяла её за руку и встала.

– Спасибо, Ландыш.

– Всегда.

И они пошли обратно в дом, в мягкий полумрак, где ждали друзья и маленькие добрые моменты, которые лечат сердце.

Ландыш вернулась к остальным, тут же происходит момент фильма.

– Ну, как вы тут без меня? – села на своё место, где она и сидела вместе с Федей. – Ну, видимо, вы и без меня проводите время и хорошо.

– Эй, ты чего? Мне без тебя было одиноко, вообще-то, котёнок, – в ответ Федя поцеловал её в нежные губы. – Ну что сразу? Я очень, очень тебя ждал.

Он приобнял её за плечи, прижав ближе, и прошептал на ухо, чтобы никто не слышал:

– Когда тебя нет, будто тишина даже громче становится. Скучно тут без твоих шуток и смешинок.

Ландыш не сдержала улыбку, пряча смущённость в чашке с чаем.

– Ну хорошо, я здесь. Можешь расслабиться, греться и смотреть своё кино… хотя я уверена, что ты всё равно глаз с меня не спустишь, – поддразнила она с лёгкой ухмылкой.

Федя хмыкнул, прижав её крепче к себе:

– Так и знай. Фильм, конечно, классный… но ты всё равно мой любимый сюжет.

Сзади Эля шепнула Эмилю:

– Они как в кино, честно. Только живые и настоящие.

А в зале снова воцарилась уютная тишина, наполненная светом экрана, ароматом чая, и тем теплом, что бывает только рядом с любимыми. Ландыш устроилась уютнее, укрывая ноги пледом. Федя слегка повернул голову, чтобы поцеловать её в висок, а потом положил ладонь ей на колено – просто, чтобы чувствовать, что она рядом.

– Ну вот, теперь точно всё на месте, – прошептал он, прижимаясь щекой к её волосам.

Тем временем Эля потянулась за попкорном и сделала вид, что случайно задела Эмиля локтем.

– Ай! – с притворной обидой отозвался он. – Ты вообще следишь за руками?

– Следила бы, если бы ты не налил мне полчашки сиропа в чай! – хмыкнула Эля, но потом всё же улыбнулась, ткнув Эмиля в бок. – Так и знай, мстить буду сладко.

Ильяс, который устроился в кресле на противоположной стороне комнаты с пледом до носа, лениво поднял голову.

– Голубки, вы спать вообще собираетесь? Или вам особое приглашение надо?

Федя откинулся назад, не отпуская Ландыш.

– Ага. Сначала пусть фильм закончится, потом обнимашки, потом ужин… и, может быть, когда-нибудь дойдём до сна.

– Да, в пять утра, как обычно, – прокомментировала Диана, закатывая глаза, но с улыбкой. – А потом полдня вас не дозовёшься даже на завтрак.

Женя с Ксюшей тихо хихикали в углу, завернувшись вдвоём в огромный шарф вместо пледа. Ксюша тихо прошептала:

– Мне кажется, эта ночь какая-то волшебная… всё будто из фильма. Такая спокойная.

– И настоящая, – добавила Женя, глядя на свет от экрана и тени, что бегали по лицам друзей. Тем временем Ландыш прижалась к Феде, положив голову ему на плечо.

– Ты знаешь, – прошептала она, – с тобой даже тишина уютная. Я не думала, что вот так просто – сидеть рядом – может быть самым любимым моментом дня.

Федя кивнул, глядя вперёд, но мысленно полностью в ней.

– Потому что ты – мой дом, Ландыш.

И в этот момент на экране кино герои наконец признались друг другу в любви. Эля театрально всхлипнула:

– Вот теперь я точно хочу шоколад и обнимашки. Эмиль, ты понял намёк?

– Да-да, – буркнул он, уже вставая. – Я понял. Шоколад и одеяло. Официальный статус – вечер романтики.

Комната наполнилась тихим смехом, шорохом пледов и тёплым светом. А за окнами шла августовская ночь, тихая и спокойная, как сама дружба и любовь в этом доме.

Фильм закончился ближе к часу ночи. Большинство уже растянулись кто где – кто на пуфах, кто на диване, обнявшись под пледами. Настроение было мягким, сонным, уютным, как после хорошего вечера с самыми близкими.

Федя мягко наклонился к Ландыш и шепнул:

– Пойдём наверх, котёнок? Пока все не начали храпеть по углам.

Она лишь кивнула и потянулась лениво, будто маленькая кошка. Они вышли в коридор и поднялись по деревянной лестнице, ступая почти беззвучно. Свет от ночника в холле второго этажа падал мягко, окрашивая всё в янтарный оттенок.

В их комнате было полутемно, только тусклая лампа у кровати едва мерцала. Ландыш устроилась на подоконнике, завернувшись в плед, с чашкой оставшегося чая. Федя сел рядом, взяв её ноги себе на колени и начал аккуратно массировать ступни, поглядывая на неё с той нежностью, которую он позволял себе только, когда они были вдвоём.

– Ты заметил, – тихо сказала она, – как быстро пролетает время, когда мы все вместе? Сегодня вроде только утро было…

– Ага. Но знаешь, мне не важно, утро это или ночь, пока ты рядом, – он чуть склонился ближе, – время останавливается.

Она тихо усмехнулась, чуть смущённо.

– Ты сейчас как в кино заговорил…

– Так ты у меня как из кино. Даже лучше. Настоящая. Смешная. Упрямая. Любимая.

Ландыш чуть наклонилась и коснулась его носа своим.

– Если ты сейчас добавишь «моя», я начну подозревать, что ты подглядывал мой дневник.

Федя усмехнулся, а потом неожиданно вытянул руку под кровать и достал небольшой, плотно перевязанный лентой свёрток.

– Я вообще-то хотел это подарить утром… но… чёрт с ним. Сейчас – самый подходящий момент.

Ландыш удивлённо расправила упаковку – внутри оказался тонкий серебряный браслет с крошечным подвесом в форме снежинки. Когда она повернула его к свету, тот будто сверкнул льдом.

– Федь… – голос стал тише, почти шёпотом. – Это…

– Потому что ты как зима, Ландыш. Спокойная, тихая, с холодом снаружи, но тёплая внутри. И красивая так, что дышать забываешь.

Она опустила взгляд, потом встала с подоконника и медленно подошла, села ему на колени и прижалась лбом к его лбу.

– Ты знаешь, что я тебя люблю?

– А ты знаешь, что я теперь не отпущу тебя ни на шаг?

Они сидели так молча, в тишине, прерываемой только дыханием и лёгким скрипом ветра за окном. Мир будто остановился.

А потом – совсем неожиданно – послышался грохот где-то внизу и чей-то сонный голос:

– Блин, я хотел просто воды налить, а получил инфаркт от своей же тени…

Федя и Ландыш рассмеялись в голос, пряча лица друг у друга на груди.

– Да, – сказала она сквозь смех. – Этот дом точно не даст скучать.

И всё же, несмотря на смех, сердце её было лёгким. Она чувствовала себя по-настоящему дома.

Прошла всего неделя, как Настя отвергала письма, а также подарки от Лёши, и её раздражало, что без ничего надо ей писать письма, а не сказать в лицо.

– Настя, тут Лёша твой пришёл, – Диана не хотела говорить, но Лёша хотел с ней поговорить. – Уже Лёша тебя ждёт, может, выйдешь, неважно, что там у тебя, может, попробуйте поговорить, не знаю, поверь лучшей подруге!

– Зачем? Он только скажет свои чувства, я не хочу ни видеть, ни слышать, пойми, отношения мне надоели! Я молода, пойми, Диана, мне любовь, можно сказать, надоели эти отношения, – Настя не хотела видеть то, что любые её бывшие партнёры, конечно, радовали, баловали, но всё равно она отвергала чувства и взаимность.

– Настя, я прекрасно понимаю, но Лёша от тебя, походу, не отстанет, да, разница у вас большая, всего 3 года, ну, любви все возрасты покорны и т. д.

– Какой нафиг в любви все возрасты покорны, Диана! Это даже не сочетается в любви, да даже на возраст плевать и т. д.

– Лёша хороший человек, Настя, сейчас он стоит возле калитки, выйди, а потом всё расскажешь, ладно?

– Эхх… только потому, что ты попросила, если там что ещё, уже даже видеть не хочется.

Тут зашёл Ильяс в комнату Насти, в которой находилась вместе с Дианой.

– Насть, там Лёша стоит возле нашей калитки.

– Я знаю, Ильяс, передай, что я сейчас выйду, можно, пожалуйста, я оденусь, – Настя оделась, начала спускаться по этажу, вышла из дома и встретила Лёшу.

– Привет, – уверенно ответила Настя.

– Здравствуй, Настя, я рад, что ты вышла со мной поговорить, и рад снова тебя увидеть… – Лёша очень любит Настю, но она не хочет принимать отношения с ним, так как понимает, что люди иногда расстаются.

– Лёш, объясни, зачем ты снова приходишь, отправляешь мне письма? Когда можно мне отправить в электронном виде, мы не в 17 веке живём, скажу так, интересно, почему я не принимаю твою взаимность от тебя? Так хотел задать вопрос именно мне? – Настя в глубине души понимала, что он не хотел, а лишь хотел быть с ней рядом.

– Да, просто ты не принимаешь мои письма и подарки, почему? Ведь я настолько плох для тебя?

– Лёш, ты не плохой парень, я это правда ценю, твои чувства правда, но я боюсь, что мне снова сделают больно… Поэтому я многим парням отказывалась с ними встречаться, а также проводить время…

Лёша просто обнял Настю, её руки дрожали, но всё равно в ответ тоже обняла.

– Насть, я всё пойму, знаешь, иногда мне кажется, что со мной сложно не потому, что я плохой, а потому, что я слишком чувствую. А люди не любят тех, кто чувствует СЛИШКОМ МНОГО. Имею ввиду, что ты для меня не безразлична, да, может, в глубине души ты мне не…

Настя обняла намного сильнее Лёшу, потому что он намного искреннее с ней, чем другие её предыдущие партнёры, в тот момент по щеке потекли её слёзы.

– Как ты не мог меня после того, как я наговорила глупости, ты меня не отверг от моих слов… – Настя слегка растерялась от того, что она сказала, тогда Лёша приблизился к ней.

– Потому что я люблю тебя, Насть, и ты мне действительно не безразлична… – в ответ он прикоснулся к её губам, Настя не отстранилась от глубокого поцелуя, поцелуя, а лишь коснулась к его лицу и просто не понимала, как так, зачем, но она теперь поняла почему.

– Я думала, что ты…

– Насть, будет немного странным вопросом, но… ты станешь моей девушкой? Если ты сама этого хочешь, если тебе нужно время, то ничего страшного, я могу подождать….

– Лёш, я действительно хочу твоей девушкой и даже без раздумий! – в ответ лишь обняла и поцеловала его в губы.

– Может, тогда прогуляемся? – спросил Лёша, всё ещё глядя в её глаза, будто боялся упустить этот момент.

– Да, – прошептала Настя, – только, пожалуйста, не отпускай мою руку.

Они вышли за калитку. На улице было тихо, дышалось легко. Асфальт под ногами всё ещё хранил тепло дня, а над домами медленно плыли облака, затягивая луну, как в неторопливом кино. Улица была безлюдной, свет от редких фонарей ложился на тротуар мягкими золотыми пятнами. Было ощущение, что весь город уснул, оставив их двоих наедине с ночью.

Настя молчала, но в её взгляде была глубокая, тёплая тишина. Лёша чувствовал, как дрожь постепенно уходит из её пальцев. Он слегка сжал её руку – не торопя, без намёков, без давления. Просто чтобы она знала: он здесь, он рядом.

– Ты не представляешь, как я боялся говорить с тобой об этом, – сказал он вдруг, слегка улыбнувшись. – Я писал то письмо… и переписывал его, наверное, раз пять. Всё вычёркивал, рвал. А потом решил, что, если не скажу, потом всю жизнь буду жалеть.

Настя посмотрела на него боковым взглядом, глаза в полусвете фонаря казались ещё более светлыми.

– Я прочитала его дважды, – тихо призналась она. – Сначала – с обидой. Потому что я боялась, что ты уйдёшь. А потом… с надеждой. Потому что ты остался. Потому что ты всё равно выбрал меня.

Лёша остановился, повернул её лицом к себе.

– И я буду выбирать тебя. Снова. Каждый раз, если ты позволишь.

Она прижалась к нему, уткнулась носом в его шею.

– Ты даже не представляешь, насколько я это ценю.

Они стояли так несколько минут, просто слушая дыхание друг друга. Потом медленно пошли дальше – туда, где за небольшим парком начинался пустырь с полем и видом на город. Оттуда открывался потрясающий вид: огоньки внизу мерцали, будто кто-то рассыпал сотни крошечных лампочек.

Настя села на скамейку, Лёша рядом. Он накинул на неё куртку, и они снова замолчали.

– Мне кажется, – сказала она вдруг, – что я снова начинаю доверять. Не сразу, не резко… Но с тобой это как будто не страшно.

Он молча взял её ладонь и приложил к своему сердцу.

– Я не прошу многого, Насть. Только быть рядом. Без масок. Без страха. Ты такая, какая есть, – и это уже больше, чем я когда-либо мог просить.

Настя слегка усмехнулась, склонив голову к его плечу.

– Тогда давай останемся здесь ещё немного. Просто… будем.

И ночь обняла их своей тишиной. Укутала в звёзды, словно хранила этот хрупкий момент, как сокровище. И где-то в глубине души каждый из них знал – с этого вечера начинается новая история.

История, в которой они будут уже не «он и она», а «мы».

Глава 12
Лёша

Ребята видели сцену как Леша вместе Настей пошли гулять, даже Диана слегка приоткрыла рот и немного в шоке.

– Это что было? Они поцеловались? Или я сплю, если да, то ущипните меня, пожалуйста, – Ильяс ущипнул Диану, и это было больно. – Ильяс, ты ненормальный что ли? Чего так больно?

– Ну ты же сказала, что ущипните меня, пожалуйста.

– Ну не всерьез же! – Диана за это дала ему по башке и ушла.

– Ладно, мы поехали в больницу, а то состояние Ландыш уже намного лучше, но все равно провериться нужно, – Федя в ответ поцеловал её в макушку, – а то вдруг перегрузка дала о себе знать.

– Вызывайте, если что. Мы тут как резерв, – кивнул Эмиль.

– И возьмите с собой пауэрбанк и воду. Вдруг долго ждать, – сказала Эля, вручая бутылку.

– И шоколадку! – вставила Диана из кухни. – Не для вас, а для врача. Или для настроения.

– Для настроения у нас уже есть кое-что, – подмигнул Федя, глядя на Ландыш, и она только засмущалась.

– Ну всё, хватит уже, – сказала она, смеясь. – Мы поехали. Не скучайте без нас.

Они вышли под ночное небо. Тихий воздух августа был свежим, звёзды ярко горели, а где-то на соседней улице слышалась далёкая музыка. Ландыш взяла Федю за руку, крепче обычного.

– Знаешь, а я правда счастлива, что у нас такая компания. Все разные, но вместе – как пазл.

– Значит, мы идеальные детали, – усмехнулся он, целуя её в висок.

Тем временем дома Эля укрылась пледом, а Диана вернулась с чашкой какао и уселась рядом с Ильясом:

– Ну что, как думаешь, Лёша теперь будет носить Настю на руках?

– Как минимум – за руку держать точно не перестанет.

Они переглянулись и рассмеялись. Впереди было ещё много ночи, много разговоров, и теперь – ещё одна новая история любви.

Ландыш накинула лёгкую кофту, закутавшись в неё, и вышла за Федей. Он ждал у двери, уже одетый и собранный, с ключами от машины в руке. На улице было тихо – ночь окутала район спокойствием, только фонари тускло освещали дорогу. – Всё нормально? – спросил он, оглядывая её с беспокойством. – Да, просто немного кружится голова… и в груди странно… – тихо ответила она.

– Поехали, сейчас всё узнаем. Я не буду успокаиваться, пока не скажут, что ты в порядке. Он мягко приобнял её за плечи и повёл к машине. Металлический щелчок открывающихся дверей прозвучал громче, чем хотелось.

Федя помог Ландыш сесть на пассажирское сиденье, бережно пристегнул её ремнём, словно это был не просто ремень безопасности, а защита от всего мира. Потом сел за руль и завёл мотор.

– Только не засыпай, ладно? – тихо сказал он, бросая короткий взгляд на неё. – Поболтаем, пока едем. – Я и не собиралась, – улыбнулась Ландыш. – Я вообще в тебе уверена, но немного боюсь.

– Бойся, сколько хочешь. Главное – не одна. Я рядом. Дорога была пустой, ночной город – сонный и мирный. Машина мягко скользила по асфальту, свет фар отражался в витринах магазинов и блестел на мокром после дождя асфальте.

Через десять минут они подъехали к больнице. Неоновые вывески горели ровно, внутри приёмного покоя было почти пусто.

– Пойдём? – Федя обошёл машину и открыл ей дверь. Она взяла его за руку – крепко, как будто в этой хватке пряталась её тревога. – Спасибо, что ты рядом.

– Я всегда рядом, Ландыш. Они вошли внутрь, шаг за шагом преодолевая белоснежные коридоры и внутреннюю тревогу. Вскоре Ландыш прошла к врачу, а Федя остался ждать, присев на пластиковый стул и нервно теребя пальцами край рукава.

Минуты тянулись долго. Он то вставал, то снова садился, поглядывая на дверь. Наконец, она появилась. В глазах была усталость, но и лёгкая улыбка.

– Ну? – поднялся он.

– Всё нормально. Просто переутомление и немного обезвоживания. Сказали отдохнуть и высыпаться.

Федя выдохнул с заметным облегчением и обнял её. – Я, конечно, знал, что ты упрямая, но чтоб настолько… Теперь официально – ты под моим личным контролем.

– Это что, наказание или забота?

– Это любовь, котёнок. И ты теперь не отвертишься.

Она только тихо засмеялась и уткнулась носом ему в плечо. И вот в этом моменте – между усталостью, ночной дорогой и едва слышными голосами врачей – было настоящее спокойствие.

Потом Федя и Ландыш заехали в магазин, так как ребята попросили то, что хотели, они все купили и вернулись к машине и поехали домой. Тем временем прогулка Лёши и Насти время пролетело незаметно, как они вместе гуляли. Парень проводил девушку до дома, но Настя заметила, что Лёша был очень высокий, его же рост 189 см, а её рост составлял 167 см.

– Блин, почему ты очень высокий? Ты скажи ещё, что в зал ходишь, – Настя в ответ сказала, закусив губу и чуть отступив назад, чтобы встать на носочки и хоть как-то сравнять разницу. – Ты скажи ещё, что в зал ходишь.

Лёша рассмеялся, посмотрел на неё сверху вниз с лёгкой, искренней ухмылкой. – Ну… если честно – да, иногда хожу. Но не ради мышц. Просто помогает выкинуть мысли из головы. Он наклонился к ней чуть ближе. – А что, не нравится, что я высокий?

– Ну… мне приходится задирать голову, – с лёгким капризом пробормотала она, но взгляд при этом остался мягким, почти игривым. – А ты можешь просто стоять поближе. Я наклонюсь. Или держать за футболку – так надёжней, – подмигнул он, и Настя прыснула со смеху.

– Держать за футболку? Она действительно взялась двумя пальцами за край его тёмной ткани и чуть потянула на себя. – Ну вот. Теперь точно не уйдёшь.

– Не собирался, – тихо ответил он, наклоняясь ближе, почти касаясь её лба своим. Они замерли на пару секунд, и Лёша чуть хрипло прошептал: – Ты замечательная. Такая живая, настоящая. Рядом с тобой – будто можно дышать.

Настя молчала, но её взгляд стал особенно тёплым, и она прошептала: – Ты первый, кто так со мной… кто видит меня не через внешность, не через глупые ожидания, а просто… меня.

Он коснулся её щеки пальцами. – Я всегда буду видеть тебя настоящей и принимать такой, какая ты есть. Без условий.

Настя обняла его – крепко, не отпуская. Потом, немного отступив, она сказала с улыбкой: – Ну ладно, герой, иди домой. Уже поздно, а то ещё маме не понравится, что её дочь загулялась с красавчиком.

– Я отпущу тебя только под одним условием, – серьёзно сказал Лёша. – Каком? – Что мы увидимся завтра. Или хотя бы созвонимся. И ты выспишься. И наденешь свою любимую кофту. Она тебе идёт.

Настя улыбнулась, закатив глаза: – Сделаю всё, кроме кофты. Она в стирке. – Тогда надень свою улыбку. Она тебе идёт даже больше.

– Ты невозможный, – прошептала она и ещё раз коснулась губами его губ – быстро, но с нежностью.

Он дождался, пока она зайдёт в дом, и только тогда, улыбаясь, пошёл по пустой улице, чувствуя, как в груди тепло и будто немного светло – от неё.

Настя зашла в дом, все было тихо, но тут на диване лежали Ландыш и Федя, уснули, её самочувствие было намного лучше и могла ходить спокойно, поэтому Настя тихонько пошла к себе комнату и вдруг пришло уведомление на телефон и это был Лёша.

Настя укрылась своим одеялом и переписывалась с Лёшей

Она спокойно переписывалась, вдруг зашла Диана

– Ну что, как все прошло? Я все видела, – Диана с хитрой полуулыбкой спросила она, прикрыв за собой дверь. – Я всё видела. Точнее, весь подъезд видел, как ты с ним шла. Я ещё подумала: «Это точно Настя, или какая-то актриса в мелодраме?»

Настя закатила глаза и спрятала лицо под одеяло.

– Диана, ну ты как всегда…

– Не «ну ты», а «ну, ты давай рассказывай». – Диана бесцеремонно села на кровать, забрав у Насти одну из подушек. – Он тебе писал, да?

– Aга…

– Ого. Он ещё пишет? Серьёзно? Покажи!

Настя чуть поколебалась, но всё-таки протянула ей телефон. Диана пробежалась взглядом по переписке, и в её глазах зажёгся свет.

– Ммм, да он по тебе реально сохнет! Смотри: и шутит, и подкатывает, и интересуется. И пишет не раз в сто лет, как «эти ваши». Мне нравится.

– Мне тоже, – выдохнула Настя, наконец-то вслух признавая это.

Диана перевела взгляд на неё и вдруг посерьёзнела.

– А ты не боишься?

– Чего?

– Впустить его. Довериться. Пустить в своё маленькое, хрупкое «я», где всё такое тонкое…

Настя на секунду задумалась, а потом тихо сказала:

– Боюсь. Но… почему-то с ним всё кажется не таким страшным.

Диана улыбнулась и легонько обняла её за плечи.

– Вот и отлично. Ты заслуживаешь счастья. И я всегда рядом, если что. Даже если придётся выезжать с табуреткой и тапкам – я на месте.

Настя рассмеялась и кивнула.

– Спасибо, Ди.

– Всё, ладно, романтику выключаем. Спать пора. Завтра тебя ждёт… как минимум кофе и табличка под окном.

Они обе хихикнули. Диана ушла к себе, оставив Настю снова наедине с экраном.

Настя посмотрела на последнюю строчку переписки Лёши

– «Спокойной ночи, любимая. Надеюсь, мне приснишься.»

Она прижала телефон к груди, и её губы сами собой растянулись в улыбке.

– И тебе спокойной ночи… – прошептала она в темноту, прежде чем закрыть глаза.

Наступило утро, все проснулись, кроме Феди, Ландыш, Эмиля и Эли, они очень долго спали, остальные готовили завтрак, Диана готовила свежие блинчики.

– Так где парочки? – проворчала Диана, утирая капельку теста с носа. – Бесит уже! Сколько можно спать, будто марафон любви бегали.

– Ну… – Настя хитро приподняла брови. – В их случае – может, и правда марафон.

– Ты лучше нарезай бананы, мисс «вчерашний романтик», – хмыкнула Диана. – А то я тебя тоже в список «парочек» запишу.

– Записывай, мне не жалко, – усмехнулась Настя, и в ту же секунду ей пришло сообщение от Лёши: «Доброе утро, принцесса. Уже скучаю. Снилась мне.»

Она украдкой улыбнулась и спрятала телефон в карман, прежде чем Диана успела снова поддеть.

Тем временем в гостиной Ильяс зевал, сидя на полу с подушкой на голове, как шлем.

– Мне кажется, они просто подстроили это. Типа: «А давайте все спать до обеда и выбесим Диану». Особенно Федя. Он же обычно первым просыпается, как курица какая-то.

– Курица, говоришь? – послышался голос Ландыш, и в проёме появилась она, зевающая, растрёпанная, в мягком свитшоте, за ней – сонный Федя в чёрной футболке, с небрежно завязанными волосами и с пледом на плечах.

– Ой, началось… – буркнула Диана, но было видно, что она улыбается.

– Мы вообще-то заслуженно спали, – Ландыш села за стол и потянулась. – Вчера был тяжёлый день. И, между прочим, я чувствую себя намного лучше. Спасибо, что переживали.

Федя поцеловал её в висок и сел рядом.

– Я вообще-то хотел завтрак в постель, но ладно, пусть будет столовая подача.

– Столовая? Ты сейчас под горячую сковородку пойдёшь, – Диана прищурилась и шлёпнула блин на тарелку с особым ударением.

В этот момент из коридора вышли Эмиль и Эля, зевая синхронно, как братья близнецы.

– Что за шум? Это вы уже обед делаете? – спросила Эля, почесывая затылок.

– Это завтрак, мисс Соня. Проснулись бы позже – и правда уже был бы обед, – парировала Диана.

– Ага, а потом ужин. А потом опять спать, – хихикнула Настя.

Вся кухня наполнилась смехом, звоном посуды и лёгкой домашней суетой. Блинчики клались на тарелки, фрукты раскладывались по вазочкам, кофе наливался в кружки. Все наконец-то собрались вместе – в пижамах, с растрёпанными волосами, но с тёплыми улыбками.

Федя лениво обнял Ландыш за плечи и прошептал:

– Вот теперь настоящее утро. Со всеми.

А Диана, подперев подбородок рукой, ехидно добавила:

– Ну наконец-то. Теперь можно официально начать день… с допроса. Так что, Федя, Ландыш – рассказывайте. Как спалось, а?

Настроение за завтраком стало особенно весёлым, а день только начинался… Все сели за стол, начали кушать, но вдруг Настя хотела кое-что сказать.

– Кстати, хочу кое-что вам рассказать, на следующей неделе переезжает к нам Лёша, вы же не против, что он к нам переедет?

– Чего? – одновременно выдохнули Ильяс и Эля.

– Переезжает? – переспросила Диана, вытирая руки о фартук. – Как… в смысле «жить»?

– Ну да. Он же теперь мой парень. Мы с ним это обсудили, и ему как раз нужно было место поближе к универу… И вы же не против? – Настя вопросительно посмотрела на всех.

Молчание длилось ровно секунду.

– Это что получается, у нас теперь новая парочка? – захихикала Эля. – Надо заводить табло: кто с кем и сколько живут!

– Так, а у нас тут и так дом любви – Ландыш с Федей, Настя с Лёшей… Осталось нам с Эмилем, и можно снимать реалити-шоу, – вставил Ильяс и тут же получил подушкой от Эмиля.

– Да нормально всё, пусть переезжает, – пожал плечами Федя. – Главное, чтобы тапочки не занимал.

– А лучше пусть с собой свои привезёт, – добавила Диана. – И варит кофе по утрам. Я за. Только если будет вкусно.

– Он умеет! – оживилась Настя. – Он вообще супер готовит! Особенно пасту…

– Вот и отлично, – ухмыльнулась Ландыш. – У нас теперь будет домашний шеф. Настя, ты нашла себе полезного мужчину, одобряем.

– Я рада, что вы не против, – облегчённо выдохнула Настя, пряча улыбку в чашку.

– Ну всё, теперь точно будем жить как в ситкоме, – засмеялся Эмиль. – Осталось только дождаться переезда и снимать титры.

– Да, главное – чтобы без драмы, – фыркнула Диана. – Хотя, зная нас…

Все засмеялись, и атмосфера стала ещё теплее. Кто-то подлил сока, кто-то снова потянулся за блинами, обсуждение быстро перешло к идеям, как обустроить комнату Лёши и что приготовить на «праздник новосёла».

А Настя смотрела на экран телефона – там снова мигало сообщение от Лёши:

«Ты сказала? Надеюсь, они не против. Очень хочу быть рядом с тобой…»

Она улыбнулась, прижала телефон к груди и подумала, что всё как будто стало на свои места.

Все после того, как все покушали, Диана хотела поговорить с Настей, потому что больше всего переживала за неё.

– Настя, можно с тобой поговорить? Совсем чуть-чуть.

– Конечно, что случилось? – Настя посмотрела на неё немного удивлённо.

Диана вздохнула и прислонилась к стене, переплетя руки на груди.

– Слушай… Я правда очень за тебя рада. За то, что ты наконец-то нашла человека, которому можешь доверять, с кем тебе комфортно и спокойно… Это правда здорово. Я видела, как ты светилась рядом с ним. Это видно невооружённым глазом. И мне приятно, что ты счастлива.

Настя чуть улыбнулась, но ничего не сказала, давая Диане договорить.

– Но… – Диана опустила взгляд. – Я не хочу показаться злой или резкой. Просто… Он мне кажется каким-то странным. Я не могу объяснить почему – может, это просто моя тревожность. Может, я просто слишком привыкла оберегать тебя. Я боюсь, что ты снова можешь обжечься, понимаешь?

Настя молча слушала, её пальцы сжались на чашке.

– Прости, если я задела твои чувства. Я не хотела ничего испортить. Просто хочу, чтобы ты знала: если вдруг что-то пойдёт не так, если он вдруг обидит тебя хоть словом – я первая его прибью, – слабо усмехнулась Диана, заглянув Насте в глаза. – Ты не одна. Мы рядом. Всегда.

Настя опустила взгляд, а потом обняла Диану.

– Спасибо, Диана… Я знаю, ты всегда обо мне беспокоишься. И я правда это ценю. Но, пожалуйста, дай нам шанс. Я чувствую, что с Лёшей всё по-настоящему. Он совсем не такой, как остальные.

– Надеюсь, – тихо сказала Диана. – Очень надеюсь.

И они ещё немного постояли в тишине, просто обнявшись, понимая друг друга без слов. Настя сидела на веранде, укутавшись в лёгкий плед, в руках у неё был тёплый чай. Солнце клонилось к закату, и воздух начинал холодеть. К ней тихо подошёл Лёша, неся два горячих какао. Он присел рядом, улыбнувшись:

– Мисс, разрешите составить вам компанию?

– Разрешаю, – с улыбкой ответила Настя и взяла кружку. – Спасибо.

Они немного посидели молча, наслаждаясь видом. Потом Лёша осторожно заглянул ей в глаза:

– Ты о чём-то думаешь.

Настя чуть кивнула.

– О нас. О том, что я предложила тебе переехать… – она сделала паузу. – Я всё ещё хочу этого. Просто вдруг испугалась: а вдруг тебе будет некомфортно? Вдруг ты почувствуешь давление, или что я решаю за нас двоих?

Лёша мягко поставил кружку на столик и взял её руку в свою.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.