Под небом голубым
Ника Гранкина

© Ника Гранкина, 2025

ISBN 978-5-0068-2897-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ника Гранкина (Вероника Хавлюк) Рассказ «Под небом голубым»

1. Марфу не любили в селе. Ну, не то, что бы не любили, но за спиной шептались- она в гости никого не звала, задушевных разговоров ни с кем не заводила, в общении с односельчанами не нуждалась. А вот, бабёшки нет-нет, да прибегали к ней. Знали, что Марфа умная, знает много и сможет помочь- и жар у ребёнка снимет, и зубную боль успокоит, и кашель вылечит. Марфа была из поколения травников, поговаривали, что дар ей от бабки её, Онорины, достался. А как уж было на самом деле, никто не знал. Молчала и Марфа, несколько лет уже молчала. Вот и точили на неё зуб местные сударушки-поди не у ней одной горе, надо же, цаца какая, и слово доброе не вымолвит, другим, что, слаще что -ли? Общаться ни с кем Марфа не желала, но помогать – помогала. И отвары варила, и настойки и мази разные изготовляла. Ещё коз держала-сыр варила, творожок, сметанку заквашивала. И хлеб пекла с травами, ноздреватый, душистый. На родник, в лес, ходила за водой, на ней тесто и замешивала. Бабы хоть и судачили, а за молоком – творогом для ребятишек бегали. И хлеба Марфиного просили-знали, что только у Марфы такой хлеб можно отведать. А сыр и творог всегда свежие, вкусные- нигде такого не купишь. Никому Марфа не отказывала, всех снабжала- этим и жила. За помощь травами и настойками, правда, денег не брала, но брала мылом, нитками, спичками и всякими вещами, нужными в хозяйстве. В селе и фельдшер имелся, Потап Сидорович, хороший мужик, грамотный, но молодые мамки по привычке бежали к Марфе, та молча выслушивала, шла в смежную комнату, гремела склянками, и выносила бутылек, скажет только как принимать, и всё, и не слова боле. Но хворь как рукой снимало, и жар с дитя сходил и колики прекращались, и зубки прорезались быстро и без особой боли. Посудачат, а как приспичит, опять к ней бежали. А потом уж и привыкли, не до странностей Марфы, у самих забот полон рот, да и радость какая -войне конец- мужики потихоньку в село возвращались-новые детки нарождались. Жизнь продолжалась.

2.

– Марфонька, солнышко ты моё ненаглядное, опустись на колено, поклонись грибочку, да скажи: «Грибочек, грибочек, убери листочек, шляпку покажи, в моё лукошко поспеши!» Тебе, Марфуша, так все грибочки и откроются. – Бабушка, а ягодки? – И ягодки тоже. Скажешь: «Сладка ягодка моя, под листочком спрятана, за тобою я пришла, ты не прячься от меня. Свои листочки поднимай, ко мне в лукошко полезай». С шести лет начала брать Марфу в лес её бабка Онорина. Ух, и интересно было с ней! Бабушка была красивая, с чёрной косой вокруг головы, кареглазая смешливая. А умная какая! Знала кучу потешек, прибауток, да поговорок. Лес любила, и знала его как свои пять пальцев. Эту любовь и Марфе, внучке единственной, передала. Очень любила Марфа гостить у бабушки! Бабушка Онорина жила в доме на самом краю села, за домом расстилалось поле, а потом сразу начинался лес. И дом у бабушки тоже был необычный, кружевной весь. Бабушка говорила, что муж ее, Игнат, покойный, имел золотые руки, и для неё построил такой терем- теремок, любил её очень. Возле крыльца шла наверх резная лестница к маленькой мансарде, это было любимое место Марфы. Там была её «светелка», так бабушка мансарду называла. В светелке было так благостно, так уютно, так сладко спалось на резной кровати с периной! И пахло замечательно-смесью полыни, чебреца и лаванды- всё небольшое окошечко было завешано пучками трав на верёвочках. На чистом, некрашеном полу были домотканые коврики. Бабушка сама ткала, у ней и станок ткацкий небольшой имелся. Марфа часто видела, как бабушка ткала коврики, да коврики были тоже не простые- по ним то волны бежали, то луговые цветы, то стаи мелких рыбёшек… Марфа сидела возле бабки и разглядывала коврики, пальчиком по ним водила: «Бабушка, это что, рыбки?» Онорина только загадочно улыбалась и говорила: «Марфонька, а эти коврики волшебные. Каждый видит только тот рисунок, который ему предназначен. Если ты рыбок видишь, значит там рыбки». И ласково гладила Марфу по голове.