# Абелита и её тени

Рода Тейн

Когда океан был юн, а звёзды пели о судьбах, в сердце вод родились Семь Островов. Каждый хранил свою магию, каждый дышал своей тайной…

Мудрый эльфийский король Эгванс III скрепил разрозненные земли в великую Абелиту, но мир, сотканный из света, всегда отбрасывает тень. Из глубин океанской пучины, где спят забытые боги, поднялась тьма, чтобы оспорить хрупкое равновесие.

Ныне юный Пантеон, чья кровь хранит память предков, встречает взор Сементры – дочери вод, чьи глаза отражают древние как мир течения. Их встреча была предсказана в свитках времён, но ни один пророк не предвидел, что сама судьба расплетёт свою пряжу.

Когда нимфы, рождённые из пены, меняют цвет волн своих волос на цвет грядущей бури, когда сновиды теряют свои сны в чужих кошмарах, а в садах расцветает обман – кому верить? Богам, что молчат? Сердцу, что лжёт? Или теням, что шепчут правду из бездны?

Ибо там, где сталкиваются судьбы миров, даже любовь может стать заклинанием разрушения.

## Глава 1. Шепот темных вод

Давно это было, когда в самом сердце океана находилось семь островов. Правители островов были поглощены желанием иметь неограниченную власть и получить самый лакомый кусок другого острова. Они были ослеплены властью и перестали замечать, как постепенно увядали их острова. Один же из островов процветал, несмотря на все войны, тогда на престол только взошел юный Эгванс III и стал правителем эльфийского острова под названием Главирия. Остров славился могучими лесами и обилием цветов в садах, но главной ценностью были ее жители —ремесленники, благодаря которым и процветал остров. Однажды Эгванс III решил примерить правителей островов и предложил им объединиться в одно государство. Уставшие от бесконечных войн и наконец—то увидев плоды их власти приняли предложение Эгванса III и прибыли в четверг для выбора правителя семи островов и названия нового государства.

Правителями было принято решение назвать государство Абелитой, центром семи островов. Изумленные красотой и богатством Главирии они проголосовали за нового правителя Абелиты выбрав Эгванса III . Для защиты правителя на остров прибыли гномы с острова Сулвания , которые славились воинственностью.

Абелита стала процветать и наконец правители, некогда враждующие между собой, постепенно делали шаги навстречу друг—друг, так однажды в один из четвергов правительница острова Океанра предложила помощь водных нимф для перемещения жителей между островами. Но не все правители были рады такому объединению, правителю острова Забвиния было оскорбительно, что не он властитель семи островов. С каждым днем его злость становилась сильнее прежнего и остров Забвиния стал похожим на непроходимые джунгли, сквозь которые едва проходил солнечный свет. Жители острова начали прятать прибывающих на остров гостей, опаивая эликсирами, которые затуманивали разум существа и внушали им делать гнусные вещи. Так для защиты других островов было принято решение каждому из жителей, перемещающемуся между островами смотреть в глаза водной нимфе. Несмотря на их добрый нрав нимф и привлекательную внешность местные жители боялись их из—за того что они чувствовала злые помыслы существа и как только цвет ее глаз становился иссини—черным взглянув в которые можно было увидев ощутить надвигающийся шторм, в котором бушуют волны, тогда жителю грозило побывать в пучине океана, где ожидало его заточение, как и тех, кто совершал плохие деяния в отношение к жителям Абелиты.

В один из четвергов на 20 год правления Эгванса III вновь прибыли правители островов предлагая новые идеи для процветания Абелиты, но правитель Забвинии Драгис решил совершить переворот и напал на совет c целью свергнуть правителя Абелиты. К счастью, Эгванс III позаботился о безопасности страны и попытка переворота не удалась.

На смену Драгиса пришел новый правитель Забвинии его младший брат Фолан , хоть он и славился своей жестокостью, но несмотря на это он подчинился власти Эгванса III и в Абелите наступили золотые время , тогда начался ее расцвет.

В ночь перед четвергом на 120 год правления умер Эгванс III правитель Абелиты и началось новое правление его наследника Эванса I. На коронацию правителя прибыли все жители островов. Празднования длились неделю, и все верили, что новый правитель продолжит дело своего отца и точно также передаст своему сыну Пантеону. Так и вышло, новый правитель подписал соглашение и еще один остров Сноуки стал частью Абелиты, так появился остров по производству снов на котором трудились крохотные и милые существа.

Эванс I понимая, что новый правитель Забвинии не смириться с заточением своего брата в бездне и может быть вновь проведена попытка переворота. Принял решение, что только союз между могущественными правителями островов способен связать руки Фолану.

Прибывшие советники уже собирались в коронационном зале главного дворца Абелиты. Тем временем Эванс все думал, как сообщить решение правителю Океанры. Он понимал, что его воля беспрекословна и он обязан и выполнит ее, но как друг он не мог ему приказывать. От этого его сердце разрывалось на мелкие кусочки.

– Ваше Величество, все правители прибыли и ждут только Вас – громко отчеканив склонился на одно колено стражник обращаясь к Эвансу

– Благодарю , оповестите правителя Окенры , что я хочу с ним поговорить – тихо сказал Эванс и грозно добавил : – Об этом никто не должен узнать из советников»

– Так точно – встав с колен стражник отправился что бы выполнить приказ

Эванс прокручивал в голове все варианты как можно сообщить и утешить отца, который должен отдать свою единственную дочь правителю Забвении. Но Правитель Абелиты не мог поддаться чувствам и должен заботиться только о ее благе с тяжестью в сердце он понимал это.

– Ваше Величество , что—то случилось ? – произнес хриплый голос обращаясь к Эвансу

– Хилай, помнишь как в детстве ты спас меня когда я сорвался с ветки ? Мы выросли вместе в этих садах, ты не раз мне спасал жизнь и жизни тысяч жителей Абелиты – обратился к правителю Океанры Эванс

– Моя жизнь и моя верность всегда останутся с Вами до последнего вздоха мой правитель – отчеканил Хилай и приклонил колено положив руку на сердце

– Хилай , я знаю это , поэтому я и принял такое решение , которое можно доверить только твоей семье. Я всегда относился к тебе как к брату – взяв мягко за плечи помог встать правителю Окенры

– Эванс и я считаю тебя моим братом, но какое решение ты хочешь мне сообщить? – с улыбкой произнес Хилай

– Ты как человек понимающий в военной тактике, должен понимать что лучше бескровный конфликт , чем смерть тысяч жителей. Фолан никогда не смириться с тем , что его брат находиться в безде и будет пытаться совершить любыми способами захватить Абелиту . Единственное решение заключить союз между Забвинией и Океанрой – хмуро говорил Эванс отводя взгляд от Хилая .

Правитель Океанры понимал, что Эванс предлагает заключить брачный союз между его Сементрой и Фоланом , от этой мысли его сердце сжалось и начало колотиться с такой силой , что в его глазах могло показаться , что начал бушевать сам океан. Но Хилай на то и был назван братом правителя Абелиты , что так же думал о благополучии Абелиты и понимал, что только это решение способно предотвратить бойню.

– Сементра и Фолан должны заключить брачный союз – превозмогая свою боль и тем самым облегчив ношу правителя Абелиты , уверенно произнес Хилай

Эванс резко повернул голову, не ожидая такого ответа на мгновение в его душе появилось спокойствие из—за разрешившейся ситуации ,но увидев глаза брата он понял , что его решение стало тяжелой ношей для Хилая

– Хилай , Сементра мне как родная дочь , она не отправиться туда без защиты – постучал ладонью по плечу Хилая, тем самым пытаясь утешить своего друга.

Правитель Абелиты вошел в коронационный зал и поприветствовал всех гостей, особенно Сементру и попросил сесть. Нимфа оглядела родителей, и ее улыбка сошла с ее губ и лицо стало серьезным. Ведь она поняла, что здесь все вельможи и правители островов собрались не для пиршества.

– Жители Абелиты в незапамятные времена, когда правитель Забвинии Драгис решил совершить переворот, каждый житель страны встал на ее защиту.И благодаря Вашей отваге мы одержали Великую победу. Несмотря на свои титулы правители острова Океанра сражались отвержено плечом к плечу с народом и пожертвовав своими жизнями смогли спасти жителей не только Океанры , но и Абелиты – уверенно говорил Эванс I

– Сементра, прошу подойти – мягко произнес правитель – Ты никогда не отличалась от моих детей ни титулом, ни полномочиями. Ты всегда подчинялась моей воле – мягкость в голосе сменялось твердостью

– Правитель моя жизнь в вашей власти, и я готова отдать ее за вас – спустилась на одно колено и наклонила голову, когда правитель Абелиты продолжал говорить

– Сементра, Твоя преданность королевству ценна каждому жителю, как и сейчас. Твоя воля поможет спасти королевство от междоусобной войны – продолжал искренно Эванс, но в голосе уже было слышна вся серьезность разговора – , и вот моя воля , принцесса Сементра дочь правителя Океанры в день когда солнце и луна сольются воедино будет заключен союз между тобой и Фоланом правителем Забвинии.

Подняв глаза и осознав, что Эванс ждёт от нее полного подчинения, девушка встала с колена. Сементра хотела найти поддержку в лице отца, но отец не в силах посмотреть в ее глаза склонил голову.

– Не выйдет – яростно выкрикнула Сементра глядя в глаза Правителю Абелиты

Девушка выбежала из тронного зала в полном гневе, что двери разлетались в щепки от столкновения с ней. За окном на смену царившей солнечной погоде пришла буря, океан бушевал настолько сильно что скалы высотой более одного километра закрывало волной.

Тем временем опоздавший Пантеон подходил к дворцу и на секунду решил остановился, чтобы посмотреть, что происходит. Сементра будто вылетела из главных дверей и оторопела, столкнувшись с наследником. В этот момент он будто выдернул из ее Ада, и буря остановилась в тот же миг как и началась. Появилась оглушительная тишина. Посмотрев в глаза девушке он увидел как гнев водной нимфы переходил в слезы которые застилали ее небесно голубые глаза, цветом походившим на только что бушующие волны. Пантеон не мог отвести взгляд от ее глаз в этот момент и первый раз на нее смотрел не как на ту водную нимфу , которую знает с детства, а совершенно незнакомую . Как только Сементра опустила взгляд что бы найти опору. Пантеон протянул ей руку, но жестом она дала понять что не нуждается в помощи и прыгнув со скалы будто испарилась. В ту же секунду погода вернулась в свое прежнее состояние, но не сердце Пантеона у которого оно будто хотело вырваться наружу.

Пантеон стоял на краю обрыва, вглядываясь в безмятежную теперь гладь океана. Его сердце, обычно спокойное и рассудочное, колотилось с безумной частотой, словно пытаясь повторить ритм только что отбушевавшего шторма. Он все еще чувствовал на своей груди легкое прикосновение, толчок от столкновения с Сементрой. В ее глазах он увидел не просто обиду или гнев, он увидел бурю. Бездну. Целую вселенную боли, предательства и ярости, которая в одно мгновение смогла всколыхнуть сам океан. И в тот миг, когда их взгляды встретились, он понял, что та девочка, с которой он резвился в садах, исчезла. Перед ним была Царица гнева, Владычица шторма, и он, наследник Абелиты, был бессилен перед ее силой.

Он резко развернулся и вошел во дворец. Воздух в тронном зале был тяжелым и густым, будто пропитанным морской солью и несбывшимися надеждами. Вельможи и правители перешептывались, бросая на него тревожные взгляды. Отец, Эванс I, стоял у трона, его лицо было маской непроницаемого спокойствия, но Пантеон, знавший каждую морщинку на его лице, видел в его глазах тяжелую горечь . Рядом с ним стоял Хилай, правитель Океанры. Его могучее тело, обычно излучавшее силу и уверенность, сейчас казалось сломленным. Он смотрел в пол, и Пантеону показалось, что седые виски отца его друга за последние минуты стали еще заметнее.

– Она ушла. В океан – сухо ответил наследник – Отец, владыка Океанры – тихо, но твердо произнес Пантеон, кланяясь. – Где она? – выдохнул Хилай, не поднимая глаз. В зале воцарилась мертвая тишина. Эти слова прозвучали как приговор. Ушла в океан. Это не просто уплыла. Это отринула землю, воздух, свой долг. Она скрылась в своей стихии, и никто, даже ее отец, не мог бы найти ее теперь, если бы она сама того не пожелала.

Эванс I тяжело вздыхая прожолжал : – Мы требовали от нее невозможного. Но благо Абелиты…

– Благо Абелиты не должно стоить жизни и счастья ее вернейших защитников! – неожиданно резко перебил Пантеон. Он сам удивился своей горячности. – Фолан… он чудовище. Отправить Сементру к нему – все равно что бросить жемчужину в пасть дракону. Есть другие пути. Дипломатия, сила…

– Сила? – Эванс I нахмурился. – Ты думаешь, я не рассматривал этот путь? Война с Забвенией – это не сражение на поле боя. Это яд в колодце, это тень, крадущая рассудок гостей, это кошмар, приходящий по ночам к нашим детям. Мы победим, да. Но какой ценой? Ценой души Абелиты?

Пантеон замолчал. Он понимал правоту отца. Но образ Сементры с глазами, полными слез и гнева, стоял перед ним, не давая мыслить рационально.

– Я поговорю с ней – тихо сказал Хилай. Его голос был глух, но в нем зазвучала стальная решимость. – Я ее отец. Она выслушает меня. Она должна понять…

Но последние слова утонули в немом отчаянии. Он понимал, что дочь не должна ничего. Она – дитя океана, и ее воля свободна, как морской поток.

Эванс I кивнул. – Иди. А мы… мы должны подготовиться. Фолан уже знает о нашем решении. Отступать поздно

Пантеон смотрел, как Хилай удаляется из зала, его плащ с вышитыми серебряными волнами безвольно волочился по мраморному полу. Наследник Абелиты почувствовал жгучую необходимость действовать. Он не мог позволить этому случиться. Он должен был найти способ остановить надвигающуюся катастрофу. Но для этого ему нужно было понять. Понять ее мир. Мир, скрытый под толщей воды.

## Глава 2. Стеклянные Сады Океанры

Сементра не плыла – она летела. Ее тело, ле