Адалин Черно, Софи Вебер
Фиктивная жена авторитета

Глава 1

“Рустам Довлатов рассказал, что его связывает с фигуристкой Екатериной Белозубовой” – читаю заголовок статьи и кликаю на картинку, где мужчина, которого я до беспамятства люблю, обнимает другую.

Я знаю, что ничего он на самом деле не рассказал и статья на деле – очередные сплетни желтой прессы, но все равно жму. Открываю, смотрю на девушку, что стоит рядом с ним. Красивая, стройная, с ногами от ушей и прекрасной растяжкой, которая продемонстрирована сразу на второй фотографии. Там Екатерина в вертикальном шпагате катится по льду с улыбкой.

Пробежавшись по тексту, понимаю, что ничего конкретного там не сказали. Размазали и так уже известные факты на статью, чтобы впихнуть туда новые фотографии парочки. Итак, ничего не изменилось. Он по-прежнему появляется в компании с ней везде. Она по-прежнему смотрит на него так, как смотрела бы я на ее месте. И мы с Рустамом по-прежнему не вместе.

– Ты снова читаешь эти статьи! – порицает подруга, толкнув меня в бок. – Не верь им, там писали, что Вмазарев женится.

– Я не верю.

Быстро заблокировав телефон, закидываю его в сумку и пытаюсь сосредоточиться на паре, но мысленно я не здесь. Я там, рядом с Рустамом. Стою, смотрю на него влюбленно и восторженно, ловя в ответ восхищенный взгляд. На деле же сомневаюсь, что Довлатов знает о моем существовании.

– Так и будешь пускать на него слюни? – спрашивает Амина. – Или все-таки что-то сделаешь?

– Что? Вертикальные шпагаты в полете я делать не умею.

– Думаешь, он с ней поэтому?

– Какая разница, почему? Мне все равно нечего ему предложить. А даже если бы и было… ни за что бы не пошла к нему первой.

В моих мечтах именно Рустам делает первый шаг. Все-таки, я воспитана на рассказах мамы и бабушки, которые то и дело твердили, что мужчина тот, кто “пришел, увидел, победил”. Но пока что на моем пути встречались только “написал, назначил встречу, не пришел”. Не знаю, чем именно я их отпугиваю, но все, с кем мне я начинала общаться, даже на назначенную встречу не приходили.

– Сейчас время такое, – томно вздыхает Амина. – Мужчин приходится привлекать, завоевывать и удерживать.

Ответить ей я не успеваю. Подпрыгиваю от неожиданно громкого сигнала припаркованного у университета автомобиля. Машину отца узнаю без проблем, но все-таки удивляюсь, что он приехал за мной. Обычно я еду с Аминой, ведь нам с ней по пути.

– Видимо, ты с отцом сегодня, – замечает она и тянется ко мне, чтобы обнять на прощание.

Я машу Амине всю дорогу, что иду к машине и как только сажусь, отец недовольно замечает:

– Весь день вместе учились и не наговорились?

– Это же Ами, папа, – говорю, будто это все объясняет. – Разве можно с ней наговориться?

Он ничего не отвечает. Молча заводит двигатель и покидает парковку. Чем-то недоволен или расстроен, но я привыкла не лезть к старшим с расспросами. Но все же, когда замечаю, что мы сворачиваем в противоположную от дома сторону, кротко уточняю, куда мы едем.

– На встречу с женихом, Дария. Засиделась ты в девках.

У меня после его слов сердце обрывается. Я, конечно, знала, что рано или поздно отец заговорит о свадьбе и попытается выдать меня замуж. Он и на учебу-то согласился с трудом, искренне недоумевая, с чего вдруг мне захотелось учиться, а не как все приличные женщины, выйти замуж за достойного мужчину.

– С женихом? Но, папа…

– Никаких “но”, – чеканит строго. – Нагулялась ты, хватит.

– Но я ведь не доучилась и…

– Это больше неважно, – отбивает сразу же. – Учиться ты дальше не будешь. Все равно в этом вашем университете ничего хорошего не преподают.

Я украдкой смотрю на телефон. Уведомлений от мамы нет, но папа очень недоволен. Злится даже на меня, только вот за что? Что я успела сделать?

Прокручиваю в голове все, что случилось за последние несколько дней, но как ни стараюсь, а проступка не вижу. И это лишь больше расстраивает! Значит, папе просто надоело ждать и жениха он мне выберет сам. А ведь когда-то мне обещали, что я выйду замуж по любви. Жаль только, что любовь моя не разделяет моих чувств.

– А…

– Помолчи сейчас, Дария. Все уже решено.

– А мама где?

– Дома осталась. Готовится. Свататься придут после знакомства.

Свататься.

Получается, все? Шансов нет? Или, все же, если не понравлюсь жениху, меня освободят?

– И попробуй только выкинуть что-нибудь, – угрожающе произносит папа.

Сглотнув, отворачиваюсь к окну. Мама ни о чем не предупреждала, а еще утром папа был в хорошем расположении духа. Уже тогда планировал выдать меня замуж или… что-то случилось позже, когда я уехала в университет?

Я хочу задать сотню вопросов, начиная от того, почему все-таки приняли решение найти мне жениха. И заканчивая тем, что я вообще-то не хочу замуж. Особенно так, не по-любви, толком не зная друг друга. Вдруг он страшный? Или старый? У нас не запрещены браки с большой разницей в возрасте.

Год назад Фатима из соседней улицы вышла замуж за мужчину почти в три раза старше. Правда, там дело было сложное. Она связалась с каким-то парнем и планировала сбежать. Поговаривают, что и ребенок, который появился на свет уже в браке, на самом деле не от мужа, а от того парня, но этого точно никто не знает. Мы с Фатимой общались совсем мало, а после того, как стало известно о побеге, мне даже здороваться с ней запретили. Так что я ни ребенка ее не видела, ни ее саму. А все остальные хоть и сплетничают, а сами тоже ничего не знают, потому что разговаривать брезгуют, несмотря на то, что теперь она под защитой уважаемого человека, которому получить молодую жену оказалось важнее испорченной репутации.

Когда машина останавливается, бросаю взгляд наружу. Дорогой ресторан. Папа часто обедает здесь с деловыми партнерами и изредка привозит сюда нас с мамой и сестрой. Здесь вкусно кормят и хороший персонал, а я не ела с самого утра.

Правда, стоит нам зайти внутрь и миновать несколько столиков, как аппетит пропадает. Мы останавливаемся у нужного столика. Отец протягивает руку мужчине, который встает ему навстречу, а я готова свалиться в обморок от одного взгляда на его тучное телосложение. Да в нем центнер, не меньше! И за это безобразие отец хочет выдать меня замуж?!

Глава 2

– У тебя очень красивое имя, Дария, – тянет мой новоявленный жених, растягивая губы в улыбке.

Когда он так делает, его второй подбородок виден еще больше. Думаю, в его складках запросто можно прятать еду в голодные годы. Папа действительно собирается выдать меня за него замуж? Я же потеряюсь в его подбородках. Если не умру от отвращения раньше.

– Обычное, – отвечаю равнодушно.

Чувствую, как горит щека. Это папа сидит рядом и смотрит. Недоволен, что так себя веду, но по-другому я не могу.

– Простите, отлучусь, – говорит Ратмир.

Он вылезает из-за стола и уходит в неизвестном направлении. Наверное, в туалет. Учитывая, сколько воды он в себя влил, не удивительно, что ему захотелось.

– Папа…

– Даже слушать не стану!

– Но папа, он… ужасен.

– Другого у тебя все равно не будет!

– В смысле?!

Я что, насколько плоха? Привлекательная ведь, стройная, образованная. Да я любого мужчину, которого захочу, могу получить. А не этого борова. Да он меня задушит собой в первую же ночь после свадьбы.

Меня передергивает от представленной картины. Руки Ратмира на моей коже. Губы, капли слюны. Я не выдержу, нет.

“Жених” возвращается. Плюхается на стул, упирает руки в стол.

– Ну что ж…

Папа шлепает ладонями по столу и поднимается.

– Жду на сватанье. С невестой, как и обещал, познакомил.

– Да, – кивает. – Только вот… не вижу в ней инициативы.

Мои брови непроизвольно ползут вверх. Кротость, которую мне с детства прививали, не срабатывает. Это я-то должна инициативу проявить? И откуда в нем столько самомнения? Я бы с его внешностью забилась куда-нибудь в уголок и не возникала, а он еще условия ставит и недоволен чем-то.

– Негоже, Ратмир, женщинам проявлять инициативу, – строго отсекает отец.

– И то верно, – как-то быстро соглашается.

Видимо, понимает, что отец и отказать может. Все-таки, папа мой уважаемый человек, к нему прислушиваются, его уважают, и Ратмир против него мелкая сошка.

Жаль только, что не отказывается от меня, как я надеялась. Мужчины прощаются, я скучающе жду, когда все закончится и мы поедем домой. Может, хотя бы мама объяснит мне, почему это вдруг я не найду никого лучше Ратмира.

От отца ничего не жду. Он нервничает и злится, и на меня даже не смотрит, только на дорогу. Вообще, он очень внимательно водит автомобиль, не отвлекается обычно даже на разговоры с мамой. Отвечает ей сдержанно “угу” и “да/нет”. И мне отвечать тоже не будет. Да и спрашивать как-то не хочется. Достаточно только взгляд бросить на то, как крепко папа сжимает руль, как моментально желание говорить пропадает.

Как только приезжаем, первой вылетаю из машины и бегу к дому. На крыльце уже стоит мама. Ждет меня. Вижу по ее лицу, что ждет. Она хмурится, нервно заламывает руки, нервничает и всматривается в мое лицо. Хочет понять, как все прошло?

– Что же ты так, дочка, оступилась опрометчиво? – качает головой, сжимая своими холодными руками мои.

– Я?! Мама, что я сделала? – не выдерживаю.

– Как что?! Мальчик твой свататься приходил из университета. Папа так разозлился, что чуть собак на него не спустил. И тут же замуж решил тебя выдать. Ох, дочка…

Мама продолжает что-то говорить, а у меня в голове крутится один вопрос “Какой мальчик?”

Глава 3

Как не стараюсь, а никого из университета, с кем бы я была настолько близка, чтобы он пришел свататься, вспомнить не могу. Мысленно перебираю всех до единого парней. Да никто даже открыто ко мне не клеился, не говоря уже о том, чтобы прийти к отцу и свататься.

– Зачем ты так, дочка? – спрашивает мама. – Папа хотел, как лучше, чтобы ты замуж вышла за достойного человека.

Мама тянет меня за собой ко мне в комнату. Видимо, подальше от отца, чтобы не кричал на меня. На людях он просто очень сильно сдерживался, а вот дома может и голос повысить, наговорить всякого.

Я редко даю повод, но если он есть, мама обычно за меня вступается и тоже получает сверху за все. И за то, что хозяйство ведет плохо и что рубашки не гладит вовремя. Ни за что получает, потому что лучше хозяйки, чем она, не найти.

– Мам… мамочка, я не знаю, о ком вы, – поворачиваюсь к ней, как только заходим в комнату. – Не знаю, кто приходил.

Мама сомневается. Как только говорю это, резко отодвигается от меня, хмурится так, что на переносице залегает глубокая складка. Не люблю, когда она так делает. У мамы и так достаточно морщинок на лице в ее возрасте, а она так себе еще больше их добавляет.

– Мам, поверь мне, я не знаю. Я бы ни с кем и никогда.

Говорю чистую правду. Среди сверстников меня никто и никогда не интересовал. А тот единственный, по кому я сохну обо мне даже не знает. У Рустама своя жизнь, женщины, которые ему нравятся, работа, он…

Замерев, вспоминаю то, что однажды услышала еще от дедушки. “Сын Амира на дочери твоей жениться обещал. Как повзрослеет – ему ее отдашь”.

– Мама, а ведь у дяди Амира сына Рустамом зовут? – резко перевожу тему.

– Да, – отвечает мама машинально. – А что?

У меня же сердце замирает, а затем от радости пускается вскачь. Рустам. Тот самый, точно.

– Он ведь женится на мне обещал, мама. Я слышала, дедушка говорил.

Смотрю на маму с мольбой. Знаю, что ее можно разжалобить, а она попробует уговорить отца. Если он смягчится, может, и свадьбы никакой не будет с этим боровом.

– Если даже и обещал – не в этой ситуации. Парень этот… сказал, что вы с ним вместе давно и пожениться планируете.

– Да я знать его не знаю, мама. Ты же веришь мне?

Вижу, что верит, но против отца ей идти сложно. Она его любит и уважает, так что поперек слово если и говорит, то сначала тщательно обдумывает.

– Мам… что, если не говорить никому? У меня же никого нет, а о том, что приходил парень никто не знает.

– Знает сосед наш. Он же и пришел потом с отцом разговаривать.

– Я не хочу за него замуж. Он ужасный. Уродливый и старый.

На самом деле Ратмиру едва исполнилось тридцать, не такой уж он и старый, но из-за лишних килограммов он выглядит старше.

– Дария!

Голос отца пробирает до костей. Я бросаю испуганный взгляд на маму.

– Помоги мне! – прошу ее. – Пожалуйста, – шепчу уже одними губами, потому что отец заходит в комнату.

Глава 4

– Врать мне предлагаешь, Мадина? – грозно басит отец.

– Не врать. Не говорить ничего. Никто ведь не знает, Амин. Сосед наш, но ведь ему можно сказать, что он все не так понял.

Голос матери звучит уверенно и ровно. Несмотря на то, что изредка, когда отец распаляется, я вижу в глазах матери страх, сейчас она на удивление спокойна. Уверенная в своей правоте.

Мама поверила мне, выслушала, поняла, что я не виновата. Такими и должны быть отношения у матери и дочери, так ведь? Чтобы ни одна не сомневалась в другой.

– Мы с ним свадьбу час назад обсуждали. Не ты ли со мной согласилась, что это верное решение?

Прикладываю ладони ко рту, чтобы не вскрикнуть. Мама тоже была не против моей свадьбы с Ратмиром?

– Я с дочкой тогда не говорила, Амин. Дария сказала, она мальчика не знает. Кому поверим? Ей или ему?

Мама давит интонациями. Отец молчит. Очень долго. Я ничего не слышу, даже стука шагов. Не знаю, плохо это или хорошо и какое решение по итогу будет принято.

– А если мальчик прав?

– Тогда отдадим Дарию Ратмиру, а пока…

Мне кажется, дальше они говорят шепотом. Мама слишком хорошо меня знает. Уверена, что я не упущу момента подслушать.

Понимаю, что больше ничего узнать не получится и на цыпочках возвращаюсь к себе. Плюхаюсь на кровать и жду. Не знаю чего, кажется, что все решится. Если маме удалось уговорить отца, то никакой свадьбы с Ратмиром не будет, только вот…

Что будет дальше? Вряд ли меня спокойно отпустят учиться дальше. Нет ведь. Отец на пушечный выстрел к университету не подпустит. И Амине тоже может влететь. Наши родители близко общаются. Если информация дойдет до дяди Башира, он ее ни за что не отпустит.

Достаю из сумки телефон, чтобы предупредить Амину и заодно спросить у нее, может она в курсе, кто у нас в университете такой смелый. Это же надо решиться прийти к моему отцу. Нарушить все возможные правила и нормы приличия. На что он рассчитывал? Папа никогда бы не отдал меня за чужого. У нас так не принято, несмотря на то, что живем мы уже не так, как наши бабушки и дедушки.

Я как раз пишу сообщение, когда дверь в мою комнату с грохотом отлетает к стене. Роняю телефон. Смотрю на папу растерянно. Он прокашливается.

– Переборщил, – комментирует едва не отлетевшую дверь. – Мальчик этот… – кривится. – Номер его есть?

– Я не знаю, какой мальчик, папа, – поднимаю телефон с пола. – Опиши его хотя бы.

Скрипит зубами, но все же пересиливает себя.

– Патлатый, с серьгой в ухе и одет, как… у нас так не одеваются.

Были бы на улице, плюнул бы под ноги, но здесь сдерживается. Выжидает.

– Не знаю такого, пап.

Уверена, что это проверка. У нас дома есть камеры. Если бы папа сразу мне поверил, сказал бы их посмотреть, но он спрашивает.

– Идем, – говорит после паузы, во время которой тщательно изучает мое невозмутимое лицо. – Я вспомнил, камеры у нас стоят. Посмотришь.

Через десять минут папа получает имя Андрея Емельянова. Номер телефона и страницу в социальной сети я давать не стала, хотя у меня есть. Он из соседней группы, мы иногда обращались к нему за помощью по рефератам. Не помню, чтобы мы с ним сильно общались. Иногда пили вместе кофе, но чтобы обсуждали его приход ко мне домой и такую подставу? Такого не было ни разу. Наверное поэтому моя совесть молчит, когда отец уезжает его искать.

Что-то глубоко внутри дергается. Порываюсь даже сообщение ему написать, чтобы ждал, но быстро гоню эту мысль. Не буду я так подставляться. Если отец проверит и узнает, что у меня были его контакты, точно не поверит, что у нас с ним ничего нет.

В руках настойчиво вибрирует телефон. Амина. Я за разборками и забыла о ней.

– Да.

– Что происходит, Дари? Твой отец минуту назад моего забрал и они куда-то уехали, а перед этим папа приказал в университет завтра не идти.

Если бы только завтра, это можно было пережить, но там, думаю, не только завтра. Бессрочный неснимаемый запрет из-за одного патлатого идиота.

Вкратце рассказываю Амине о случившемся. Она в процессе охает и ахает. Не верит, что Андрей на такое способен. Я бы тоже не подумала. На кого угодно могла бы, но не на него.

– И что теперь? – расстроенно. – Переведемся в другой университет?

– Если нам позволят.

Мне точно нет. Я в этом даже не сомневаюсь. Меня после сегодняшнего будут учить ведению хозяйства и покорности. Это если замуж не выдадут. Откуда я знаю, что там этот Андрей наплетет? Может, он скажет то же самое. Если будет стоять на своем, то я никак не смогу убедить отца, что он мне никто.

Заходит мама.

– Я перезвоню, Ами, ладно?

Жду, что мама снова будет журить, но она садится рядом и обнимает меня.

– Я сделала, дочка, все, что могла. Дальше решение за отцом.

– Я не хочу замуж за Ратмира. За кого угодно, но не за него.

– Это не нам решать. И кто угодно может быть…

– Еще хуже.

Мама молчит. Не говорит то, что и так понятно. Она вообще вслух мало что говорит, особенно если это перечит мнению отца. Старается его поддерживать, но и обо мне не забывает.

– Что делать, если все-таки…

Снова молчит. Я ничего другого и не ждала. Знала, что мама не предложит. За рамки дозволенного она не выйдет и меня не подтолкнет. Так и сидим какое-то время. Ждем, кажется, решения моей дальнейшей судьбы. Я с ужасом представляю себя с тучным соседом. Я не выдержу. Уж лучше сбежать, чем с таким. Но о побеге стараюсь даже не думать. Боюсь, мама не поймет, а отец навсегда вычеркнет меня из семьи. Я на такое не готова.

Слышится шум автомобиля. Кажется, не одного. Мама встает на ноги и спешит встречать, а я припечатываюсь к окну, хоть и ничего в наступившей темноте не могу увидеть. Машин действительно несколько. Одна отца, остальные… не знаю кому принадлежат. Открываю форточку, прислушиваюсь к хлопкам двери. Вижу около шести-семи человек внизу. Все идут в дом. Сцепив руки в замок, прикладываю те к груди.

Время идет неумолимо долго. Никто ко мне не поднимается, голоса я не слышу, хотя выхожу в коридор и прислушиваюсь. Когда слышу шаги внизу, залетаю в комнату с грохочущим сердцем. Не знаю, что делать. То ли открывать окно и бежать, то ли…

Стою.

Жду, когда дверь в мою комнату откроется. Кто-то хлопает по выключателю. Яркий свет бьет в глаза и приходится закрыть веки.

– Дочка, идем, свататься пришли.

Распахнув веки, всматриваюсь в мамино лицо, но она словно застывшая статуя ничего мне не транслирует. Подгоняет только. И помогает поправить прическу “чтобы жениху понравилось”. Какому – не говорит.

– Мам… – останавливаюсь у двери уже.

– Иди, дочка, иди.

Мне кажется, или ее голос звучит обреченно?

Глава 5

Вниз спускаюсь с таким видом, будто иду на плаху. Впереди – неизвестность. Внутри меня – буря из чувств. Меня шатает из стороны в сторону. Хочется обхватить себя руками и вернуться назад, в комнату. Увидимся с женихом когда-то потом.

В какой-то момент думаю, зачем это вообще… видеться. Кто это придумал? Если и так все предрешено, так есть ли разница, увидимся мы до свадьбы или нет? Вряд ли мне будет легче, если я буду знать, за кого замуж выхожу. А если это Ратмир?

Не хочу знать!

– Мам, – оборачиваюсь, ища в ней поддержки. – Мам, пожалуйста.

– Иди, чего ты, – подталкивает меня и открывает двери.

Очень хочется зажмуриться, чтобы не видеть. Но в итоге все же входу на кухню. В мечтах – с высоко поднятой головой. На деле, прячу взгляд в пол. И неплохо ведь, так и не знаю, кто мой жених.

Как только входим, начинается небольшая суета. Кто-то прокашливается, кто-то отодвигает стул. Чувствую на себе минимум три пары глаз, но знаю, что их больше. Мне кажется, меня сейчас оценивают. Смотрят, достаточно ли я скромная, стройная и красивая. Хозяйственность мою так не оценить.

И слава богу, потому что домашнюю работу я не люблю. Готовить умею, но тоже без энтузиазма особого. Не понимаю просто зачем это, если у мужа достаточно зарабатывает, чтобы есть в ресторанах. Про себя улыбаюсь этим мыслям. Скажи я такое вслух, присутствующие наверняка воззвали бы к Аллаху.

– А вот и жених, – говорит мама, отходя чуть в сторону.

Видимо, жених куда-то выходил, потому что оказывается он за нашей спиной, а не с гостями вместе. И это точно не пухлый Ратмир. Я его странные декорированные подкрадули ни с одной другой обувью не спутаю.

Стоявшая до этого с опущенной головой, быстро распрямляюсь и прекращаю смотреть в ноги мужчине. Теперь я рассматриваю его лицо. То самое, которое у меня в количестве тысяч штук в галереи телефона. Пока все ровесницы сохраняли себе актеров и певцов, у меня был вполне реальный краш. И он сейчас стоит передо мной. Рустам Довлатов.

Он ни капли не изменился. Все такой же красивый, каким был на последних фото, которые удалось снять прессе. Единственное, с ним нет его фигуристки. Той, к кому я ревную больше всего.

– Здравствуй, – произносит, рассматривая меня.

Не могу понять, что думает, чувствует. Я ему нравлюсь? Или нет?

– Дария, – мама дергает меня за рукав, и я поспешно опускаю голову вниз.

Все нормы приличия нарушила, вульгарно рассматривая жениха. Но разве можно было устоять? Я не смогла. И пока стою, рассматривая его сдержанные туфли, так и хочется поднять голову, чтобы рассмотреть поближе.

Вживую я видела его всего несколько раз. Он приходил к родителям когда-то вместе со своим отцом. Они закрывались в кабинете и мама носила им чай и домашние сладости, а мне доставались лишь крупицы – смотреть на него через окно своей комнаты и вздыхать.

Я знала, что он никогда не станет моим. Точнее, думала так. Пока не вспомнила сегодня тот разговор дедушки с отцом. Почему я подумала о нем только сегодня? Почему все это время безответной любви не зацепилась за то, что слышала?

Но лучше ведь поздно, чем никогда.

Его представили женихом. Моим, конечно. Больше невест у нас в доме нет. Значит, Ратмир на мне женится. Выполнит обещание.

Внутренне ликую и собираюсь снова поднять голову. Чтобы получше меня рассмотрел и запомнил. Я стану его женой, он должен видеть, что женится на красивой девушке, но мама сбоку меня одергивает и строго приказывает:

– Иди к себе.

Обо мне забывают. Гостя ведут в столу, а за мной закрывают дверь.

Я поднимаюсь к себе и долго мечусь в комнате. Недостаток информации вынуждает додумывать факты самостоятельно. И они… не сказать, чтобы нравились мне.

Я выхожу на балкон. Сажусь в плетеное кресло. Ноздри щекочет непривычный запах табака. У нас в доме не курят. Хмурюсь, осматриваясь.

– Ну нужна она мне, – неожиданно слышу незнакомый голос. – У нас с тобой все по-прежнему.

Резко вскочив со своего места, подбегаю к перилам и едва не перекидываюсь через них, чтобы рассмотреть того, кто внизу. Впрочем, это и не требуется. Мой будущий муж стоит прямо под моим балконом и говорит по телефону. Только вот содержание разговора мне совершенно не нравится.

Глава 6

– Хватит! – от его голоса в трубку холодок по коже.

Разговаривал бы так со мной, сквозь землю бы провалилась. А если будет так разговаривать? Я же не знаю его совсем, только на картинке. Те пару раз, что они с отцом приходили, нельзя считать. Мне тогда еще восемнадцати не было, а ему… ему много. Он взрослый. На десять лет старше.

– Так надо, Катя.

Катя!

У меня от этого имени вся душа наизнанку выворачивается. Он с ней разговаривает? Здесь? Во время сватовства? И это он ей говорит, что между ними все по-прежнему?

– Я перезвоню.

Больше ничего не говорит. Вижу, отключается и бросает телефон в карман. Затягивается сигаретой. Из моих знакомых никто не курит, у нас это не принято, а он – запросто. Не харам ему, нормально. Может, и пьет?

Сглатываю. В моем случае любой лучше Ратмира. Рустам – идеальный, но я зачем-то ищу в нем недостатки. Подслушиваю разговор, опять же. Делаю несколько шагов назад, неудачно оступаюсь и опрокидываю со стола чашку.

Замираю, прислушиваясь. Рустам слышал? Или не придал этому значения? Выглянуть посмотреть не хватает сил. Так и сижу, пока сигаретный дым не рассеивается.

А там и мама приходит. При виде меня на полу террасы качает головой, но ничего не говорит. Помогает убрать чашку и ведет меня в комнату. Смотрит с укором. Недовольна моим поведением сегодня? Или в целом мной?

– Довольна женихом? – спрашивает мама.

Я тушуюсь. Мы с мамой довольно близки, она о многом мне рассказывает, учит жизни, но о парнях и отношениях мы никогда не говорили. Было не к слову. Откуда у меня должны были появиться парни? В университете все “чужие”, там нельзя было даже быть друзьями, а из “своих” я ни с кем не общалась. Было не с кем. А из тех, кто был, как-то никем не заинтересовалась.

– Вижу, что довольна. Ты на нем настаивала, потому что разговор услышала или… есть другая причина?

Врать ей не решаюсь. Киваю. Причина другая.

– Он мне нравится. Очень нравится, мама.

– И когда только успела? – качает головой. – Вы же не виделись никогда, не общались.

– Он приходил.

– Не к тебе же.

– Мне хватило.

Мама тяжело вздыхает. Я у нее сложная, знаю. С такой дочерью, как Амина ей было бы легче. Она послушная, не дерзит, сомнительных знакомств не заводит. К ней парни из университета свататься не приходят. Это только мне так сказочно везет.

– Он сложный человек, Дария. Ратмир проще.

– Вы не дали согласие? – в ужасе распахиваю глаза.

– Дали.

– Тогда, зачем.

– Чтобы ты знала. Не думай, что будет просто. И характер свой спрячь. Хотя бы на первое время.

Я не знаю, что отвечать. Мама все это поняла из того часа, что они все разговаривали?

– Рустам – хорошая партия. Образованный, богатый, симпатичный. И влюблена ты в него по уши, – добавляет с улыбкой. – Но не забывай, что у любой стороны всегда две медали. С таким мужчиной нужно быть умнее. И хитрее, Дария. Не думай, что он упадет к твоим ногам в первый же день.

Хочется запротестовать, уверить маму, что так и будет. Я ведь лучше этой его фигуристки, лучше любой другой девушки, достаточно на меня только посмотреть. И я могу быть такой, какую он захочет. Даже хозяйственной. Переступлю через себя, если скажет.

– Мы с ним… увидимся?

Разговаривать с мамой о мужчине сложно. Особенно тогда, когда она знает, что я к нему чувствую. Ощущение, что все на лице написано.

– Нет.

Знаю, что обычно после сватовства жениху и невесте можно видеться. Где-нибудь в ресторане или дома, не наедине друг с другом. Это нужно, чтобы установить контакт. Мне это нужно, чтобы показать ему, какая я. Он ведь не рассмотрел. Не успел. Да и при всех неудобно.

– Почему нет?

– Жених не пожелал встреч до свадьбы.

Поджимаю губы. Злюсь на него. Почему не пожелал? Это его ответ на все?

– Будь спокойней, Дария. Умнее.

Мама поднимается с кровати, зовет ужинать, но я отказываюсь. Быть умнее? Что ж, я буду. Если он не пожелал со мной видеться, эту встречу можно устроить без его ведома.

Глава 7

Встретиться с мужчиной, с которым вас абсолютно ничего не связывает, оказывается не так-то просто. Особенно, когда ты находишься под домашним арестом и выходить из дома тебе запрещается.

Однако, я все же пробую. Для начала ищу информацию. Создаю фейковый аккаунт, подписываюсь на страницы организаторов тех мероприятий, где был замечен мой будущий муж в надежде, что там появится хоть какая-то новость или анонс, но нет.

Оно и неудивительно. Рустам – успешный бизнесмен, а не медийная персона. Если бы его присутствие привлекало толпу фанатов на встречу, то его бы обязательно анонсировали. А так остается надеяться, что я не промахнусь и с трех запланированных мероприятий приду на то самое.

Выбираю я прием в честь дня рождения дочери мэра. Среди обсуждения очередного бизнес-проекта, к которому компания Довлатова не имеет никакого отношения и благотворительного аукциона мне почему-то кажется, Рустам выберет именно день рождения. Впрочем, может и нет. Тогда у меня на вооружении благотворительность.

И туда и туда я смогу попасть, если сбегу из дома. В этом мне поможет режим. Тот самый, который наша семья соблюдает уже столько лет. После десяти вечера все отправляются в свои комнаты отдыхать. Не помню еще дня, чтобы этого не произошло. Даже тогда, когда умерла бабушка, все ушли ровно в десять. И одна я не знала, как можно уснуть, зная, что родного человека больше нет.

Сегодня график не меняется. Мама с папой уходят к себе, предварительно пожелав мне спокойной ночи. Мама сказала, папа промолчал. Несмотря на то, как все сложилось, он все еще разговаривает со мной сквозь зубы. Я так и не знаю, что именно сказал ему Андрей, но винит папа меня открыто. Разговаривать даже не желает.

Но сегодня это к лучшему. Стоит двери их спальни закрыться, как я наспех надеваю приготовленное заранее сдержанное платье, цепляю в уши сережки, надеваю на руки браслеты и на цыпочках выхожу из своей комнаты. Сердце грохочет, как обезумевшее, когда прохожу мимо двери родителей.

Кажется, что кто-то вот-вот откроет двери, увидит меня и тогда… меня точно выдадут замуж за Ратмира. Но у нас, к счастью, не деревянные полы и мои шаги никто не слышит. Даже я. Все, что я слышу – оглушающий стук сердца.

Но никто, к счастью, не выходит. Я без проблем сбегаю по лестнице и добираюсь на кухню, где открываю окно и вылезаю на улицу. Я могла бы выйти через дверь, но боюсь, тогда родители точно услышат, да и с Максимом – охранником, чуть старше меня, я договорилась заранее, что ждать он меня будет у окна кухни.

– Ну как? – спрашиваю пересохшим от волнения голосом, стоит ему только подойти ближе.

– Путь расчищен, – гордо сообщает.

Прищуриваюсь, испуганно всматриваясь в лицо Максима. Мы с ним подружились случайно. Он несколько раз подвозил меня, пока наш водитель был в отпуске. Мы разговорились. Слово за слово, и вот я уже стала если не лучшей подругой, то хотя бы человеком, которому он без зазрения совести готов помочь. Большего мне сейчас не нужно.

– Все в порядке, они ушли играть в покер.

Качаю головой. Вот как у нас работают? Пока хозяева спят, развлекаются покером. Если отец узнает – выгонит всех сразу. Азартные игры у нас харам. Даже для персонала.

– Нужно поторопиться, – подгоняет меня.

Спохватившись, перекидываю сумочку через плечо и семеню за Максимом. Он помогает мне дойти до выхода, открывает ворота и закрывает их за мной. Там меня уже ждет такси.

Признаться, немного страшно садиться в машину к незнакомцу в столь поздний час, но выбора у меня нет. Сухо поздоровавшись, устраиваюсь на заднем сидении и всю дорогу смотрю в телефон. Мне даже некому скинуть номер водителя. Разве что Ами, но не хочется ее втягивать. Если что-то пойдет не так, ей тоже может влететь.

Пульс частит от напряжения. Я не уверена, что меня пустят внутрь ресторана, где проходит праздник, но для убедительности даже приготовила подарок. И легенду о том, что забыла пригласительное, если его спросят.

– Спасибо, – протягиваю смятые купюры водителю и выскакиваю на улицу.

Прохладный воздух приводит в чувство. Я даже начинаю сомневаться. Думать, что зря приехала. Даже если мне удастся увидеться с Довлатовым, то зачем я приехала? О чем мы будем говорить? Решаю, что подумаю об этом потом. Возможно, Рустам заговорит первым и задаст тему. Что, если он будет рад меня видеть? А может и вовсе не он отказался от встречи со мной, а папа? Чтобы меня наказать.

Ко входу в ресторан иду решительным шагом. Так, словно не сомневаюсь, что меня пропустят. Приглашенные уже давно внутри. Их припаркованные автомобили кричат о богатстве и успехе, но я стараюсь не думать, что платье, которое на мне, возможно сильно уступает общему дресс-коду.

Все потому что дела у папы в последнее время идут не очень и нам с мамой пришлось отказаться от привычки покупать новые модели одежды, как только они появились. Но сомневаюсь, что охрана вообще в курсе, какого бренда платье.

– Добрый вечер, – улыбаюсь двум мужчинам и лезу в сумочку.

Не знаю, как выгляжу со стороны, но внутренне чувствую себя настоящей звездой. Актрисой, которой все нипочем.

– Ох, боже… а я… я забыла пригласительный, – закусываю губу и расстроенно выдыхаю. – Посмотрите мою фамилию в списке?

Мужчины пересматриваются, явно ничего не знают о списке, потому что его нет. Облегченно выдыхаю, вскидываю подбородок.

– Какие-то проблемы?

– Боюсь, мы не можем вас пропустить, – говорит один из них, тот, что помладше. – Списков у нас нет, а у вас нет пригласительного.

– Но я и так опоздала! – говорю с возмущением. – Если вернусь за пригласительным, то не будет смысла снова приезжать. Ладно, я позвоню Софии сама.

Достав телефон из сумки, театрально охаю.

– Разрядился. Да что же за день сегодня?! Может… вы передадите подарок? София, конечно, хотела бы видеть свою подругу, но раз я забыла приглашение.

– Проходите, – неожиданно говорит другой охранник, кивая в сторону ресторана, но как только делаю несколько шагов, останавливает. – Покажите, что в сумочке. И подарок тоже покажите.

Глава 8

– Добрый день, – внутри у входа мне мило улыбается высокий парень, одетый в брюки и рубашку. – Вы можете оставить ваш подарок здесь, – указывает на стол с коробками и другими свертками за его спиной.

Кивнув, оставляю пакетик на краю. Он в сравнении с другими презентами смотрится как покосившийся домик в элитном районе, но парень и виду не подает. Мило улыбается и указывает направление в зал.

Как только я попадаю внутрь, мне практически сразу хочется развернуться и уйти. Здесь все… непривычно. Дорого, стильно, слишком шумно и, кажется, все пришли парами. По крайней мере, я не вижу одиноких мужчин и женщин, так что теряюсь у стены, пытаясь высмотреть в большой толпе Рустама.

На меня никто не обращает внимания, так что я позволяю себе расслабиться и обойти ресторан вдоль, чтобы посмотреть на всех приглашенных. Даже бокал с подноса удается стащить для вида, хоть и пить я ни в коем случае не буду.

Где-то глубоко внутри меня дергается мысль о том, что я нарушаю все возможные правила. И одно мое присутствие здесь уже будет воспринято отцом, как позор, но я не даю прорасти этой мысли и иду дальше. Телефон в сумочке молчит, значит, дома меня не хватились. Но все равно лучше поспешить.

Я как раз планирую аккуратно следовать к выходу, чтобы пойти на благотворительный прием, когда замечаю своего будущего мужа. Он стоит прямо напротив, примерно в пяти метрах от меня. Разговаривает с высоким мужчиной в белом костюме, пожимает ему руку.

Отставив бокал в сторону, собираюсь идти к нему, но в этот момент замечаю на сгибе локтя чужую руку. Женскую. Красивые тонкие пальчики с идеальным маникюром и колечком с бриллиантом. Даже на таком расстоянии мне прекрасно видно камень.

Будто в замедленной съемке я перевожу взгляд с руки на глубокое декольте красного платья, на тонкую шею и лицо. Не знаю, кого я ожидала увидеть на месте спутницы Рустама. Наверное, очередную девушку из эскорта. Несмотря на строгое воспитание, я знаю, что такое есть. Наша с Аминой одногруппница работает в одной из компаний и даже не скрывает этого.

Но рядом с Рустамом стоит Екатерина Белозубова. Та самая фигуристка, известная едва ли не на всю страну. Ее любят, обожают, ей улыбаются и с ней разговаривают. А меня здесь даже никто не знает. Я пробралась сюда, чтобы увидеться с Рустамом, но совсем не думала, что он появится здесь не один, а с ней.

Как я теперь буду выглядеть, если подойду? И кем я представлюсь этой… Екатерине?

Она меня раздражает. Я хочу, чтобы она убрала свою руку с колечком, подаренным наверняка им, и убралась подальше отсюда. От Рустама. От нас.

– А вы… кто?

Я бы, наверное, даже не услышала его вопроса, если бы вместе с ним он не закрыл мне обзор. Лишь когда вместо Белозубовой я вижу широкую грудь, обтянутую, кажется, рубашкой не по размеру, вынужденно задираю голову и смотрю на того, кто загородил мне проход.

– Не видел вас среди знакомых Софии.

Первое, что приходит в голову – бежать! Прямо сейчас, потому что меня раскрыли. Но выход довольно далеко, пока я туда дойду, охрана уже перегородит мне путь, а там и выяснится, что я пробралась сюда зайцем. Подарок подарила, но какой же это будет позор. И для родителей, и для Рустама, ведь это он скоро станет моим будущим мужем.

– Мы вместе учимся, – отвечаю уверенно. – Извините.

Собираюсь обойти мужчину и уйти, но он неожиданно перехватывает меня за руку. Я дергаюсь, вырываю руку, шарахаюсь от него. Как посмел? Вот так просто взять меня за руку. Прикоснуться.

– Ох, – практически сразу опускает и поднимает руки вверх на уровень своей груди. – Простите, не подумал.

– Мне пора идти.

– Вы не учитесь вместе с Софией, – летит мне в спину, но я не останавливаюсь.

Сворачиваю направо, в противоположную от Рустама сторону и быстро иду к выходу. Кого-то по пути задеваю, кажется, даже опрокидываю бокал с шампанским, но упорно продолжаю идти к выходу, надеясь, что там меня не остановят охранники.

Стоит лишь представить, как меня возвращают назад, как привселюдно начинают стыдить, смеяться…

Жар заливает щеки. Да я сквозь землю провалюсь, если такое произойдет! И тогда уж точно не выйду из дома до самой свадьбы! Пусть Рустам и не пожелал со мной увидеться, а свадьбе все равно быть. Поговорим с ним перед церемонией.

Выйдя на улицу и не столкнувшись с охраной, решаю, что мне несказанно повезло. Собираюсь отойти подальше от ресторана и вызвать такси, как меня окликают:

– Дария!

Я будто прирастаю к полу. Мысленно молюсь, чтобы мне показалось, но когда оборачиваюсь, понимаю, что с везением у меня проблемы. Ко мне, засунув руки в карманы, следует Рустам. Он подходит почти вплотную и пока я думаю, что сказать, разворачивает меня и ведет вперед. Не знаю, куда мы идем, но явно отдаляемся от ресторана.

Он уводит меня, чтобы не было проблем? Или чтобы не увидела его спутница?

Эта мысль ядовитыми шипами вонзается в сердце. Я резко останавливаюсь, не позволяю Рустаму вести меня дальше. Горделиво задрав подбородок, собираюсь сказать что-то колкое, но он пригвождает меня властным тоном:

– Прежде чем открыть рот и что-то сказать, подумай над тем, как будешь оправдываться за то, что ворвалась на частную вечеринку, куда тебя не приглашали.

Замолкаю. Обиженно поджимаю губы. Что бы он сейчас не сказал, я не способна слушать. Во мне снежным комом нарастает обида на него за то, что он вопреки скорой свадьбе пришел сюда не один. И не с первой попавшейся девушкой, а с Екатериной. Он и после нашей свадьбы будет с ней встречаться? Это он имел в виду, когда говорил, что между ними ничего не изменится?

– Пошли, – дергает меня за руку.

– И куда же?

– Домой тебя отвезу, пока не натворила глупостей.

Рустам ведет меня на парковку. Останавливается у своего автомобиля, снимает блокировку и услужливо открывает мне дверь. Только вот сам садиться не спешит. Несколько минут стоит у капота, курит. Непонятно, что чувствует. Недоволен или зол? А может вообще в ярости? И в таком состоянии он собирается везти меня домой?

Наконец, дверца с водительской стороны открывается. Рустам забирается в машину, заводит двигатель и плавно выруливает со стоянки на дорогу. Все это – в абсолютной давящей тишине. Салон автомобиля наполняется запахом табака и совсем чуть-чуть его парфюмом. Непривычным, незнакомым, но мне хочется податься к нему ближе и сделать глубокий вдох, чтобы навсегда отпечатать этот запах в своей памяти.

– Отец, я так понимаю, не знает, что ты здесь?

– Нет.

Хочу попросить его, чтобы сдержал это в секрете, но у меня язык не поворачивается просить об этом.

– Чем ты, черт возьми, думала, Дария, когда шла сюда без сопровождения и ведома родителей?

Молчу. Не знаю, что сказать в свое оправдание.

– Мама сказала, что вы не пожелали видеться со мной до свадьбы, и я решила найти вас сама.

Рустам притормаживает на светофоре, изогнув одну бровь, удивленно смотрит на меня.

– Мне обещали покладистую жену, послушную. А она в полночь шастает в коротком платье.

Его взгляд проходится по оголенным коленкам, а меня бросает в жар от стыда.

Глава 9

– Платье вовсе не короткое, – оправдываюсь и приподнимаюсь на сидении, чтобы поправить задравшуюся ткань.

С облегчением выдыхаю, когда удается натянуть платье до колен. И не удерживаюсь от взгляда на Рустама. Доволен? Я бы ни за что не стала ходить в коротком и откровенном.

– И все-таки, нет в тебе воспитания, – выносит вердикт, вызывая во мне целую бурю.

Я сначала заливаюсь краской стыда, затем вспыхиваю неодобрением и жаждой доказать, что это не так. С большим трудом удается потушить в себе пожар, разгоревшийся из-за несправедливых слов. Он ведь совсем меня не знает. И не пожелал узнать, отказавшись от встречи.

Я знаю, что многие пары, даже если они не знают друг друга, перед свадьбой проводят время вместе. Не наедине, где-нибудь в людных местах. В ресторане, например, за ужином. Это помогает узнать друг друга до брака, расслабиться перед первой брачной ночью. Несмотря на то, что я знаю о Рустаме многое, я бы не отказалась поговорить с ним, побыть вместе, понять, какой он. Такой ли, каким я его себе представляла?

Вся моя смелость, собранная за прошедшие дни, мигом улетучивается, стоит осознать, что я наедине с Рустамом. С человеком, в которого влюблена не один год.

Еще несколько недель назад я и подумать не могла, что однажды мы с ним встретимся и будем сидеть в одном автомобиле, а затем и вовсе поженимся. Это ведь правда произойдет. Я не знаю дату свадьбы, но уверена, что из-за Андрея, нарушившего правила, она состоится совсем-совсем скоро.

Я сглатываю вязкую слюну, пытаюсь совладать с дыханием и нервозностью, но никак не выходит из головы тот факт, что передо мной Рустам. Сильный, мужественный, красивый. Амина никогда не понимала моей увлеченности им. Говорила, что он слишком огромный для такой хрупкой девушки, как я, но меня это не волновало. Да, он выше, шире в плечах и стоит ему приложить толику силы, как я сломаюсь, но я уверена, что он этого не сделает.

– Ты хотела поговорить, – останавливается на светофоре, поворачивается ко мне и ловит мой внимательный взгляд.

Слышу, как он усмехается и моментально тушуюсь. Становится неприятна такая его реакция. У нас разница в возрасте. Он успешный, богатый бизнесмен, а я всего лишь студентка в университете. Это он должен искать темы для разговора, а не вгонять меня в краску и ждать первого шага, но именно это он и делает.

Может быть, ему нравятся такие девушки. Те, которые без проблем могут не только поддержать, но и завести разговор. Такие наглые, как Белозубова, которая не стесняясь прижималась к нему и делала вид, что имеет на это право.

– Я хотела обсудить наш брак.

Рустам трогается на зеленый свет. Едет медленно, куда медленнее допустимой в городе нормы. Ничего не отвечает, и я тоже молчу. Если он думает, что я и дальше должна говорить, то я не буду. Достаточно. Этот брак не только мне нужен, но и ему, разве нет? В противном случае он бы не согласился, мог отказаться. У него, в отличие от меня, есть такая возможность, потому что он мужчина.

До самого дома не произношу ни слова. Я и так достаточно сказала. Ему же, видимо, ничего со мной обсуждать неинтересно. Останавливается в паре метров от дома, заглушает двигатель и поворачивается ко мне.

– Позвонишь отцу? – интересуется лениво.

Мне кажется, с насмешкой. Знает, в какой я ситуации. То, что сбежала из дома и искала будущего мужа, так просто не сойдет мне с рук. А еще мы с ним остались наедине, в автомобиле.

– Зачем это? – спрашиваю.

– Поговорим о свадьбе. Ты ведь хотела.

– Вы надо мной издеваетесь? – спрашиваю прямо.

Напряжение в автомобиле возрастает. Рустам смотрит на меня без издевки, сосредоточенно и мне кажется, с жутким недовольством. Он ведь наверняка хотел остаться на приеме, с Екатериной. А тут я, его будущая жена.

– Я скажу один раз и надеюсь, что ты меня услышишь, – отсекает серьезно. – Мне не нужны проблемы и излишнее внимание. Наш брак состоится, потому что я пообещал отцу, но если ты вот так будешь сбегать из дома…

Он замолкает, я сглатываю. Исходящее от него недовольство и напряжение ощущаю кожей.

– Я не сбегаю из дома. Обычно нет. И не сбежала бы, если…

– Если бы я позвал тебя увидеться, – кивает. – Видишь ли, у меня нет времени на встречи.

Оставляю при себе высказывание о сегодняшней встрече с Екатериной. Под ручку. Они ведь не на полчаса туда пришли и сейчас, как только я выйду из его машины, он поедет обратно. К ней.

– Я видела вас с девушкой. Она…

– Тебя не касается, – отсекает, не дав договорить. – Где и как я провожу время сейчас – не имеет значения.

– А потом?

– Переживаешь о своем имени?

– А не стоит?

Он шумно выдыхает, барабанит пальцами по рулю и заводит двигатель. Я напрягаюсь, когда подъезжаем к воротам. Если он нажмет на гудок, то все, у меня не будет выбора, кроме как выйти. И все узнают о том, что в полночь дочь Амина Тагаева была не в своей постели, а в компании с мужчиной.

– Я могу вернуть тебя домой с позором, – вдруг говорит он. – И отказаться от свадьбы.

Ничего не могу ответить в противовес ему. Молчу, обнимаю себя руками и с облегчением выдыхаю, когда Рустам едет дальше. Тормозит поодаль, выключает фары. Я не знаю, как убедить его в том, что я не хотела ничего плохого, но ему, кажется, и не нужны мои объяснения. Он неожиданно снимает блокировку с дверей. Намекает, что мне пора?

Глава 10

– Дария!

От резкого недовольного голоса мамы буквально подпрыгиваю на кровати, о чем сразу же жалею. Голова начинает раскалываться, в глазах двоится. А стоит только вспомнить, где я была вчера ночью и что об этом как-то узнал отец, так и вовсе хочется сквозь землю провалиться.

– Ты почему не одета еще? – возмущается. – Мы должны уже выезжать. Машина готова.

– Куда выезжать?

– Я вчера говорила, что в салон поедем, где нас ждут на примерку. Через полчаса ждут. И не примут, если мы опоздаем, потому что туда и так запись за полгода вперед.

Мама быстро направляется к шкафу. Видимо, собирается достать мне одежду, чтобы я быстрее собралась.

Вчера я небрежно зашвырнула в шкаф платье и белье, которое надевала под низ. Не то спортивное, которое обычно ношу дома, так что с кровати я буквально вылетаю. Чудом успеваю добраться к шкафу быстрее мамы. Преградив ей путь, улыбаюсь.

– Я соберусь сама. Дай мне две минуты, ладно?

Если мама и удивляется, то виду не подает. Отходит, садится на кровать и отворачивается.

Кажется, пронесло.

Я лихорадочно ищу одежду, запихиваю платье подальше, комкая дорогую ткань. Когда вернусь, обязательно его поглажу, но сейчас не до этого.

– Все.

На сборы действительно уходит несколько минут. Не успеваю уложить только волосы. Собираю их в небрежный пучок, накидываю капюшон. Мама неодобрительно поджимает губы, но ничего не говорит, потому что мы опаздываем.

Она не любит, когда я одеваюсь в мешковатую одежду и собираю так волосы. По ее мнению женщина должна всегда выглядеть красиво и нарядно. И она этому, в отличие от меня, следует. Куда бы мы не ехали и не шли, мама всегда выглядит потрясающе. В платье или юбке, в красивой рубашке или блузке, с волосами, собранными в красивую прическу и макияжем.

Несмотря на то, что у нас в семье все еще чтят традиции, одежду мы носим обычную. Единственное правило – не откровенную. Никаких глубоких вырезов на груди, коротких юбок. Мое вчерашнее платье, длиной на ладонь выше колена – самое откровенное, что у меня есть. И надела я его лишь два раза. Один вчера, когда шла, чтобы увидеться с будущим мужем. И один чуть раньше на день рождения подруги.

Несмотря на то, что мы выезжаем с заметным опозданием, водителю удается довезти нас вовремя. Все потому что мы едем не по трассе, где пробки, а сворачиваем в небольшие переулки.

– Здравствуйте, – нас встречает сама владелица салона свадебных платьев.

Несмотря на то, что она – хорошая мамина знакомая, это не мешает ей окинуть нас с ног до головы и неодобрительно поджать губы. Подозреваю, что вне очереди нас приняли не из-за хорошего знакомства. Не обошлось без имени жениха. Пока мы сюда ехали, мама рассказала, что многие матери желали бы Рустама в мужья своим дочерям, но выбрал он меня.

– Что бы вы хотели? – сразу спрашивает. – У нас большой выбор традиционной одежды, – последнее она подчеркивает, видимо, решив, что раз мама пришла не в хиджабе, значит, и делать нам здесь нечего.

– Отлично-отлично, – кивает мама. – Пусть Дария пока осмотрится, а я бы выпила кофе.

Особого энтузиазма после вчерашнего вечера я не испытываю, но все равно шагаю между стеллажами с платьями, пока мама остается разговаривать с Заремой. Ничего так особо не понять, белые наряды, пышные и не очень, с отделкой и без нее. Я бесцельно брожу несколько минут, но многие платья висят на вешалках и чтобы посмотреть одно, нужно отодвинуть другое, на что я пока не решаюсь.

Почему-то нервничаю. Особенно после вчерашней встречи. Рустам точно “выбрал” меня? Он так равнодушно и холодно разговаривал, что начинаю в этом сомневаться. Он мог отказаться от данного ранее слова, мог сказать, что не женится, но не сказал. Почему? Потому что хочет жениться или потому что так надо?

От второго мороз по коже. Я много раз слышала истории, в которых девочки живут в несчастливых семьях. Мужья их, конечно, не бьют, но своего права голоса они не имеют. Мы с Аминой всегда мечтали о другом. О любви обоюдной, о взаимоуважении.

Я насмотрелась на пример нашей семьи, хоть и со строгим отцом, но ведь он души в маме не чает. И многое ей позволяет. Например, недавно мама пошла учиться на курсы кондитерских изделий и отец и слова поперек не сказала, да и меня отправили на обучение в университет, а не по совершеннолетию сразу замуж.

– Что-то приглянулось? – спрашивает Зарема, как мне кажется с единственным желанием – выставить нас отсюда как можно скорее.

– Нет, – отвечаю честно. – Я вижу только образцы, висящие с краю. Те, что внутри, нужно доставать.

– А давайте посмотрим каталоги, – предлагает мама. – Выберем несколько моделей и примерим их.

– Конечно.

Пока Зарема уходит, я подхожу к маме и с жадностью смотрю на ее чашку с кофе. После бессонной ночи, где я сначала вернулась домой заполночь, а потом долго не могла уснуть, прокручивая в голове каждое слово и действие Рустама, мне бы не помешала двойная порция эспрессо.

– Мам… а нет другого салона? – спрашиваю шепотом. – Мне кажется, нам тут не очень рады.

На самом деле я надеюсь, что по пути в салон мы заедем куда-нибудь перекусить и выпить кофе. Не сильно надеюсь, что мы куда-то уедем и очень удивляюсь, когда мама шепотом говорит:

– Через час у нас запись в другом салоне. Но я не могла упустить возможность посмотреть, как Зарема лопается от зависти. Мы здесь ничего покупать не будем, но примеряем несколько платьев.

– Но ведь ее салон…

– Очень популярен, – кивает мама. – Уверена, Зарема не обрадуется, когда узнает, что невеста Довлатова выйдет замуж в платье не из ее салона.

Глава 11

– Вы нигде не найдете ничего лучше, – мама смешно коверкает разговор Заремы, как только выходим из ее салона. – Мы просто обязаны найти платье, которое затмит все ее модели!

Честно говоря, не могу понять мамину жажду утереть этой женщине нос, но после ее заявления, что мы зря уходим, возвращаться к ней не хочется. Да и платья там так себе… посредственные и неинтересные. Обычные.

Для свадьбы с особенным человеком, которым для меня безусловно является Рустам, я хочу что-то такое, о чем будут писать в газетах. Я хочу, чтобы когда наши фотографии появятся на первых полосах всех новостей, все смотрели на меня. И забыли о том, что когда-то в жизни Рустама была известная фигуристка. Я хочу, чтобы о ней забыл он сам.

Когда садимся в машину, на телефон приходит сообщение от Амины. Жму открыть и практически сразу теряю связь с реальностью, задыхаясь от ревности. Обычно подруга не шлет мне ничего, что связано с Рустамом, особенно, что касается его связи с фигуристкой.

Она не раз говорила мне, чтобы я перестала за ним следить, но после того, как я рассказала ей о предстоящем браке, видимо, что-то изменилось. Зачем она это прислала? Хочет переубедить? Показать, какой он на самом деле? Но я ведь и так все это знаю. Знаю, что он не мой, чужой мужчина, далекий. Пока что.

Я жадно рассматриваю новые снимки, читаю заголовок “Бизнесмен Довлатов снова появился с Екатериной Белозубовой, неужели скоро появится новая пара?”. Мне хочется разбить телефон. Открыть окно и как теперь принято в многочисленных видео в сети, швырнуть его на улицу. Пусть бы его там переехали сотни автомобилей, и я больше никогда не видела того, что вижу.

Он вернулся к ней. Сразу после того, как выставил меня из автомобиля, поехал к Екатерине и провел с ней вечер. Возможно, и ночь тоже. В груди печет, перед глазами расплывается, я едва хватаю ртом воздух и с трудом держусь, чтобы не расплакаться. Рядом сидит мама. И стоит ей заметить мою реакцию, как она захочет знать, что со мной, а врать я ей не хочу. И не буду. Разве так должен вести себя мужчина перед свадьбой? Появляться в компании другой женщины?

“Ты уверена, что хочешь за него замуж?” – появляется всплывающее окно сообщения от Амины.

Она за меня переживает, волнуется. Сколько раз она говорила, что Рустам – не для меня. Слишком взрослый, отрешенный, грубый, некрасивый, хотя никого лучше я не встречала. Она пыталась переключить мое внимание на любых других парней из университета, хотя сама бы ни за что не стала ни с кем из них общаться. Но я оставалась непреклонна. В моей жизни для меня существовал и существует только один мужчина. И вчера он был не со мной.

“Все в порядке, я знаю, что он был с ней” – печатаю в ответ.

Не знаю, зачем. Я по сути не вру, но звучит так, словно он спрашивал, а я давала ему разрешение. Наверное, Амина воспринимает мое сообщение так же, потому что в ответ присылает:

“Тогда ок”

Ничего больше не будет ок. Оказывается, когда мужчина тебе не принадлежит, то и воспринимать его связь с другой легче. Но когда впереди маячит брак с ним, хочется найти ту самую известную фигуристку и сломать ей что-нибудь, да простит меня Аллах за такие мысли. Чтобы если не он, то хотя бы все остальные перестали ею восхищаться.

– Он взрослый мужчина, – неожиданно говорит мама.

Я вздрагиваю, резко блокирую телефон, хотя в этом уже нет никакого смысла, она наверняка все видела. Фотографии – точно.

– О чем ты, мам?

– О том, что ты читала. Я видела эти статьи еще утром. Прими это и не обращай внимания. Как только вы поженитесь, ничего подобного он не допустит.

Хочу возразить, потому что я слышала, что он ей сказал. И то, как жестко он говорил со мной. Вряд ли он будет защищать мое имя, да и разве мужчинам нельзя заводить отношения на стороне? Это для женщин запрет и позор, а у мужчин своя вселенная.

– Не читай все это, Дария. Не нужно. Не трепи себе нервы. Твой отец, знаешь ли, тоже… на ком только не собирался жениться, лишь бы не на мне, – говорит с улыбкой. – Но кто бы ему позволил взять в жены не меня, а кого-то другого. Так что всем женщина в этом мире управляет, если знать, где находятся рычаги давления и вовремя их себе присвоить.

Зная отношения отца и матери, слушаю ее с открытым ртом. Запоминаю себе на будущее.

– Приехали, – кивает за окно, а уже через секунду мы останавливаемся. – Здесь мы найдем то, что нам нужно.

– Но, мам… разве это не обычный свадебный салон? – переспрашиваю, замечая витрину. Оголенные плечи, декольте, короткие платья. В таком нельзя появляться на свадьбе. Мне – точно.

– Обычный, – кивает. – Но кто сказал, что мы не сможем переделать понравившуюся модель? И потом… сейчас девушкам позволено куда больше, чем прежде. Сделаем тебе наряд “на грани”.

Мама подмигивает, а меня бросает в жар. Я бы очень хотела отличаться от других невест. Быть не такой, как остальные. Но очень боюсь прогневать отца и будущего мужа, но всецело доверяюсь маме. Особенно, когда мы примеряем платье, и я понимаю, что оно – то самое.

Мягкий, струящийся шелк, вышитый камнями лиф и корсет. Длинное, в меру пышное за счет нескольких слоев ткани, платье. Это лучшее, что я могла себе приставить. Закрытое, но грудь и талию обтягивает так, что я невольно засматриваюсь, хотя столько раз видела себя в зеркале. Уверена, будет смотреть и Рустам. И я сделаю так, чтобы ничего и никого вокруг он больше не видел.

– Зарема будет в бешенстве, – довольно говорит мама. – А муж глаз от тебя отвести не сможет.

Глава 12

– О, Аллах! – восклицает Амина и прикладывает руку ко рту, когда видит меня в свадебном платье.

Я вижу шок, который она не в состоянии скрыть, и идея мамы больше не кажется такой уж и хорошей. Я знаю, конечно, что семья Амины более консервативна, нежели моя. Ее мать вряд ли бы позволила ей не то, что купить, а даже примерить такое платье, но от этого почему-то не легче. Наоборот. Мне кажется, на меня сегодня все будут смотреть вот так. Если, конечно, папа вообще выпустит меня из дома. Но ничего другого у меня нет. Мама не приготовила еще одно платье, категорически отказалась.

– Все так плохо?

– Нет, это красиво. Очень красиво, Дария. И… смело.

– Может, папа не выпустит меня из дома? – говорю вроде бы в шутку, но на самом деле, что-то такое вполне допускаю.

– Брось… папа у тебя хороший. Это мой может в ужасе убежать со свадьбы.

Мы шутим над этим еще некоторое время. Смеемся, чтобы отвлечься.

Я очень нервничаю. Сегодня я выхожу замуж. За человека, от которого без ума и которому на меня, кажется, наплевать.

Я не последовала совету мамы и не перестала бередить себе душу просмотром новостей, в которых писали о Рустаме. Хотела, но не смогла. Я должна знать, где он и с кем. И как часто Екатерина присутствует в его жизни, раз уж мы скоро станем мужем и женой.

Оказывается, Екатерина с ним часто. Едва ли не каждый день. То на приемах, то в ресторане. Фотографий, где бы они перешли грань, никогда нет. Они не держатся за ручку, не обнимаются и, слава Аллаху, не целуются, но мне хватает и того, что она держит его под руку, а еще как на него смотрит. Точно так же, как и я, уверена, потому что так выглядит влюбленный до беспамятства взгляд.

Что чувствует к ней Рустам я пока не поняла. По фотографиям не скажешь, он там всегда собран, сосредоточен и максимально серьезен. Даже не улыбается, не говоря уже о теплоте во взгляде.

– Волнуешься? – интересуется Амина, хватая меня за руку и крепко сжимая мою ладошку в своей.

– Нет, совсем нет, – улыбаюсь через силу, а затем выдыхаю и признаюсь уже честно: – Мне страшно. О, Аллах… я замуж выхожу, Ами. Сегодня. Завтра буду уже замужней, другой.

Женщиной. Завтра больше не будет шальной и непослушной Дарии Тагаевой. Ей на смену придет взрослая и рассудительная Дария Довлатова. Жена серьезного человека. И мне нужно ему соответствовать. То безрассудство, которое я позволяла себе до этого дня, больше неприемлемо, ведь так? Я должна буду подумать о быте, о готовке, о постели.

– Ай! – Амина выдергивает руку, а я понимаю, что нервничаю даже больше, чем думала изначально.

– Прости.

– Ничего.

Дверь в комнату открывается. Я тут же подрываюсь на своем месте. Встаю, но с опущенной вниз головой. Знаю, что заходит папа.

Он слишком долго молчит, вероятно, меня рассматривая. Точнее, не меня, а мой наряд. И не говорит ничего, ни слова, никак не выказывая недовольства или удовлетворения. Мама точно стоит рядом и тоже молчит. Мое сердце отбивает прерывистые биты. Страшно. Другого платья у меня нет, а это…

– Неожиданно, Мадина, – наконец, произносит. – Объяснишься?

Мне кажется, я в обморок упаду. Даже назад отклоняюсь, но за спиной Амина. Упирается мне пальцами в поясницу, не дает у себя повиснуть, выпрямляет.

– Рустам современный мужчина, Амин. Уверена, он оценит. Ничего ужасного мы не сделали, платье закрытое. Да, не такое, как у остальных, но ведь и дочь наша уникальна, разве нет?

Мама знает, как уговаривать отца. Он одобрительно хмыкает, не кричит, хотя я думала, что будет скандал. Кажется, вообще не верила, что до желанной свадьбы дойдет.

Папа и мама не планировали выдавать меня замуж насильно. Разрешали выбрать самостоятельно, не ограничивали в общении “со своими”, но мне никто не нравился. Никто не откликался в душе, кроме Рустама. Я думала, долго буду ходить незамужней, но теперь получается надо поблагодарить Емельянова за его подвиг.

Но мне отчего-то никого не хочется благодарить. Несмотря на то, что замуж я выхожу не за абы кого, а за любимого, все равно мне неспокойно. Мы с ним не разговаривали, не виделись, не считая единственного раза, но и тогда он очень быстро меня выставил из автомобиля. И мы не обсуждали, каким будет наш брак. Я смогу доучиться? А работать? Скольких детей он хочет? Я одного и желательно не сейчас. Лет через пять, может, семь даже.

Я не планировала замуж так рано, родители не настаивали. Так что Емельянова могу вспомнить только недобрым словом. Но с другой стороны. Рустам старше на десять лет. Стал бы он меня ждать еще несколько? Даже если наши отцы договорились, он мог отменить уговор, мог жениться на Кате.

В машине у меня начинается самая настоящая паника. Нам даже остановиться приходится, а мне выйти подышать. Не могу. Кажется, что на меня давят со всех сторон, чего-то требуют, заставляют. Мама шепчет успокаивающие слова. Отец недовольно морщится. Мы уже опаздываем, знаю, хоть и выехали раньше. Там нас ждет жених, а тут у меня истерика, потому что не знаю, каким будет наш брак. Счастливым? Или Рустам на берегу скажет, что я его не интересую, как женщина и на этом все закончится?

К такому варианту я тоже себя готовлю. Не хочу его, боюсь, но все возможно. Особенно тогда, когда брак настолько спонтанный. Мама говорит не нервничать, Рустам пообещал заботиться обо мне, сказал, что не даст в обиду. Им сказал, не мне. Меня он хотел опозорить, хоть и не сделал этого.

Беру себя в руки у мечети. Не хочу, чтобы Рустам видел мою растерянность, чтобы знал, что я не совсем готова, что боюсь, нервничаю. Опускаю голову, следую за отцом. Присутствие Рустама я сначала чувствую и только затем вижу его. Собранного, делового, безумно красивого. Забыв о всех нормах приличия, смотрю прямо на него, а он на меня.

Дай же мне знак, Аллах. Дай знак, что все будет хорошо.

Словно услышав меня, он кивает и слегка, одними уголками губ улыбается. Это оно, да? Обещание, что все будет хорошо? Или я сошла с ума и вижу то, чего нет?

Глава 13

– Постарайся не нервничать, – наставляет мама. – Все, что будет между вами – естественный процесс, дочка. Я же тебе рассказывала.

Мама действительно многое мне говорила, не утаивала и не скрывала, как это было с двоюродной сестрой Амины. Она, когда вышла замуж, такой скандал закатила после свадьбы, что вся округа гудела еще несколько месяцев.

А все потому что она понятия не имела, что делают молодожены в первую брачную ночь. И как только вырвалась, заявила, что муж над ней надругался, принудил делать то, чего она не хотела. Конечно, все потом замяли, но ситуация очень неприятная. Хорошо, со мной такого не случится. Я точно знаю, что между нами будет. Не в деталях, конечно. В деталях я не знаю, но очень сильно надеюсь, что это произойдет как-нибудь романтично. Как в тех фильмах, где главный герой впервые целует героиню, мягко стаскивает бретельки платья и незаметно расстегивает лифчик.

В моих мечтах все именно так.

– Где Амина, мам? – кручу головой, чтобы найти подругу, но нигде ее не вижу.

– Не знаю, папа говорил, что они вроде как уехали.

Я хмурюсь. Не верю, что подруга могла уехать. Вот так запросто оставить меня одну среди малознакомых людей? К нам действительно приехали даже те, кого я едва знаю. Дальние родственники наши и Рустама. И потому мы с подругой держались в ресторане отеля максимально близко. Но когда мы с Рустамом танцевали, она куда-то запропастилась.

Все внимание было сосредоточено на нас, но стоило мне остаться одной, как Амина пропала. Куда и почему я не понимаю. И сомневаюсь, что она уехала по собственной воле. Скорее всего, ее забрал ее отец, все-таки расстроившись из-за моего наряда, который стал еще одной причиной для сплетен. Я слышала, как перешептывались за моей спиной. И даже примерно представляла, что они все говорили. Но я видела взгляд Рустама и одобрение родителей. Что там думали остальные меня волновало мало.

– Пора, малыш, – говорит мама. – Не стоит больше ждать.

Мама, конечно, намекает на то, что я должна подняться в номер для новобрачных. Мы решили никуда не уезжать из отеля, в ресторане которого все собрались и планируем просто подняться в номер.

Первой уйду я. Следом – Рустам.

У меня от волнения громко стучит сердце и потеют ладони, но я все же следую указке мамы и ухожу к себе. За спиной слышу радостное и одобрительное улюлюканье. Все понимают, почему невеста уходит.

В мой номер меня проводит менеджер отеля. Должна была Амина, у нее была ключ-карта, но она куда-то запропастилась и мне выдали новую. С помощью которой я и попадаю в огромный номер класса люкс. В том, что это действительно так, ни капли не сомневаюсь.

Шикарный вид из окна, помпезный интерьер, дорогая шелковая постель, от одного взгляда на которую хочется обнять себя руками.

Я нервничаю. Знаю все, но нервничаю безумно, потому что не представляю, как все будет дальше. Вот Рустам заходит и… и что? Что скажет, что будет делать?

От мыслей отвлекает щелчок автоматического замка двери. Я вздрагиваю и так и стою лицом в окну.

Аллах, уже…

Здесь мой муж.

Я медленно разворачиваюсь. Зацикливаюсь на медленных шагах, которые в какой-то момент замирают. Он останавливается в метре.

– Раздевайся!

Я мечтала о нем несколько лет, а он мажет по мне равнодушным взглядом. И пока продолжаю стоять, не зная, как реагировать, снимает пиджак и расстегивает запонки на рубашке.

Вот так все будет?

– Ты не расслышала? – интересуется как-то холодно. – Снимай с себя все тряпки.

– Я просто думала…

– Что? – хмыкает, расстегивая пуговицы на рубашке.

Закончив с последней, дергает полы в сторону. Рубашка спускается по загорелым плечам, а следом летит на пол.

Скользнув взглядом по рельефным мышцам, прихожу в ужас. Прежде я никогда не видела голого мужчину. За исключением старшего брата, но его худощавое тело вряд ли можно сравнить с тем, что я вижу сейчас.

Широкие плечи, стальные мышцы, напрягающиеся при каждом движении, идеально высеченный пресс.

Я думала, все будет не так. В моих мечтах Рустам был нежным и внимательным. Он ведь сам пришел свататься. Сам захотел свадьбу со мной.

Лязг ремня вынуждает меня опустить взгляд ниже. К увитым тугими венами рукам Рустама, которыми он расстегивает пряжку, а затем и ширинку на штанах.

Отворачиваюсь, захлебываясь стыдом.

Он что… собирается остаться без одежды? Вот так сразу?!

Когда слышу шаги, с трудом заставляю себя стоять на месте и не дрожать.

Рустам приближается, останавливается в паре сантиметров.

– Дария, – от хриплого голоса кожа покрывается мурашками.

Я столько раз представляла, как он произнесет мое имя, что сейчас с трудом не падаю к его ногам безвольной куклой.

– Можем и по-другому, – произносит, обвивая мою талию рукой.

Жар его тела заполняет каждую клеточку тела.

Дышать становится невозможно. Руки начинают дрожать, а мысли путаются. Образ Рустама, который еще минуту назад приказывал мне раздеваться, испаряется. Ему на смену приходит другой. Напористый, страстный, горячий и… желанный.

Рустам обхватывает мой подбородок рукой. Грубо разворачивает к себе. Пока хаотично пытаюсь зацепиться мыслью хоть за что-то, проводит большим пальцем по пухлым губам, будто проверяя, натуральны ли они.

– Ты красивая.

Мне кажется, я краснею. Это первый сказанный им комплимент. А ведь мы уже заключили брак.

– С-с-спасибо, – выдаю с запинкой.

Никак не могу собраться. Пульс частит, дыхание перехватывает.

Когда я узнала, что Рустам собирается взять меня в жены, счастью моему не было предела. Ведь он фактически спас меня от брака с другим. С тем, кого я бы никогда не приняла в мужья.

Мой папа собирался выдать меня за другого. За нашего соседа через несколько домов. Этот неприятный тип давно хотел меня себе, но у него не было и шанса. По крайней мере, я так думала, пока отец не решил иначе.

И только благодаря маме, которая вмешалась, и Рустаму, я теперь стою в комнате не с тучным Ратмиром, который все смотрел на меня так, будто я уже ему принадлежу, а с мужчиной, в которого влюблена.

Я люблю Рустама давно. Влюбилась в него еще тогда, когда он пришел к нам в первый раз, и продолжаю любить до сих пор. Несмотря на многочисленные слухи о его женщинах. Уверена, это все неправда. Теперь уж точно. Он мой муж. Человек, с которым я разделю свою жизнь.

– Я просто… не знаю, как надо, – признаюсь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.