Indi
Архитекторы новых планет

ПРОЛОГ

Все началось с меня. Я придумал то, как нашему миру жить дальше, просто чтобы от меня отстали. Это было шуткой, я не думал, что это станет реальностью. Вообще не думал, что такие технологии существуют. Они дали мне лучших ученых, и вместе мы смогли сделать невероятную идею реальностью. С ее помощью теперь весь мир может жить без дефицита ресурсов.

Что от этого получил я? Собственный этаж в проклятой Башне. Даже два. И полное отсутствие свободы. Меня объявили гением, а затем заперли в клетку.

Когда-нибудь я выберусь, а для них настанет конец света.

– Все рухнет через двенадцать лет, – спокойно сказал темноволосый парень, одетый в темно-синюю форму с серебристыми росчерками созвездий, в которых угадывался Зодиак. – Продолжим эксперимент?

– Опять ты со своей паникой, мальчик, – снисходительно заметил сидящий за столом седой мужчина. – Я думал, что человечество уже много столетий не полагается на гадания и предсказания.

– Все прогнозы говорят об этом. Я много раз просил ИИ просчитать вероятные сценарии. все ведет к концу. Это не предсказания, это логика. Вы захотели перекроить материю, подчинить ее себе. Я придумал, как это сделать. Но в этой области ничего не бывает просто так. Все, что вы сделали, начнет разрушаться.

– Хорошо. Что ты предлагаешь?

– Свернуть эксперимент. Накопить сил и идей, хорошо все продумать, потом сделать мощный старт – и покинуть эту планету.

– Последнее исключено. Здесь все, что мы создали. Наш мир, наши дома…

– Наше удобство и наши деньги, – насмешливо дополнил парень. – И ваши тела тоже будут тут, когда ресурсы закончатся. Надо признать: вы ни на что не годны, вы не сможете начать новую жизнь далеко отсюда, потому что там, при изменениях, нужны будут другие навыки. И вы станете никем.

– Ты тоже, – язвительно отметил его собеседник.

– Я тоже, – легко согласился тот. – Но я готов начать все сначала. Даже больше: я жажду этого. Вы заперли меня в башне и не даете сделать даже шаг за ее пределы.

– Ты слишком опасен.

– Это вы пользуетесь моими разработками, перекраивая человеческие умы, как вам угодно, подчиняя и направляя. Не я.

– Ты придумал все это!

– Чудовище удаляется в свою башню, – парень иронично поклонился. – Я все сказал. Решайте сами, что хотите делать дальше. Точные выкладки и прогнозы я вам пришлю на планшет позже.

Он стремительно прошел мимо мужчины к выходу.

– Завтра придешь сюда снова, – бросил тот ему в спину. – Ты же не думаешь, что я прощу тебе этот тон?

Дверь за спиной парня бесшумно закрылась. Он вздохнул, расстегнул тесный воротничок-стойку, который упирался острыми краями в шею, дошел до лифта и поднялся на самый верх зеркального небоскреба, в свои комнаты.

В свою личную тюрьму, откуда его не выпускали уже много лет.

Он знал, что покинуть Башню ему не удастся. Конечно, поначалу пытался, но потом смирился. Обустроил себе чердак, потребовал помимо него еще целый этаж и организовал тут все так, как хотелось ему, от шикарного спортзала до последней полки на кухне. Это было очень, очень дорого, но он решил, что его работодатели могут себе это позволить. В конце концов то, что он изобрел для них, стоило намного дороже личных апартаментов.

На чердаке он взял из кресла тонкую черную кофту с капюшоном, хлопнул ладонью по стене. Зажегся неяркий свет, включились мониторы и крошечная видеокамера. Он надел маску на все лицо с тонкой трещинкой, которая изображала усмешку, и подключил голосовой процессор, чтобы остаться неузнаваемым.

Пора было начинать запись, которую завтра увидят некоторые люди в Полисе. Он надеялся, что многие.

– Здравствуйте, все, кто нашел меня. Вы молодцы, потому что именно вы узнаете первыми все, что власти скрывают от обычных людей. И вот вам правда номер один: через двенадцать лет все рухнет.

ГЛАВА 1. Последний экзамен

Мне почти каждую ночь снится одно и то же: десятки взрывающихся планет, на которых гибнет все живое. Они разлетаются на куски, на бесчисленное множество астероидов, которые падают на другие планеты… Эффект домино. Вселенная страдает и стонет, и я молюсь только о том, чтобы в ней не было других разумных существ, потому что думать о том, что и они погибнут, невыносимо. И во всем виноват я.

– Тео, вставай! Да вставай же! – над головой у женщины, весело вереща, летал бот-будильник, а сама она тщетно пыталась дозваться до сладко спящего темноволосого парня.

– Мам, пусти, вот я ему сейчас, – вмешался подросток, сильно похожий на женщину. Он не стал церемониться и просто разбежался и прыгнул на старшего брата. Левитирующая на примерно полуметровой высоте над полом кровать опасно накренилась, но встроенные гироскопы легко выровняли ее.

– У тебя. Последний. Экзамен. Через. Полчаса. Дурак, – с каждым словом подросток ударял в пушистое белое одеяло.

Этот метод оказался более действенным.

– Как через полчаса?! – Тео сел, хлопая глазами и пытаясь осознать, что он уже не в динамичном сне, навеянном заботливыми нанороботами в подушке, а дома.

И что он рискует пропустить последний выпускной экзамен в школе! Самый простой и – черт! – самый важный из всех!

Парень вскочил, заметался по комнате. Его мама тихо вышла из комнаты. Младший брат остался сидеть на кровати, вернее, безмятежно разлегся на ней. У него экзамены закончились пару недель назад.

– Мэтт, посмотри под одеялом или подушкой часы, слетели во сне, – попросил Тео. Мальчик послушно пошуршал в белоснежных слоях, а потом перелез к краю кровати и свесился с нее.

– Вижу, сейчас достану, – пропыхтел он. Ноги остались на кровати, тело повисло сбоку, а голова и руки оказались под мебелью. Подросток дотянулся до узкой полоски сине-стального цвета, ухватил ее, но вернуться в исходное положение уже не смог. Раздался грохот.

– Эй, ты цел? – подскочил к нему старший брат.

– Тео, не трясись надо мной, – Мэтт отряхнулся и протянул часы. – Я ж не капсула с нанороботами, не разобьюсь.

– Ладно, хорошо, – кивнул тот, надевая часы и вылетая из комнаты. – Мам, я побежал!

– А завтрак?

Тео заметался, вбежал на кухню, схватил из коробки на столе маленький мягкий пакетик:

– Обойдусь тоником, после экзамена поем. Пока!

Он выбежал из квартиры в длинный коридор, пару раз свернул – и оказался на мосту между небоскребами. Посмотрел вниз, привычно ощущая легкое головокружение: надо же, всю жизнь живет на 47 Уровне, а так и не привык к высоте. «Да уж, если бы жил выше, наверное, вообще в обморок бы падал?», – внутренне фыркнул Тео и задрал голову. Верхние Уровни терялись где-то очень высоко в дымке смога, который почти всегда висел в Полисе.

До школы спокойным шагом надо было идти примерно полчаса, лавируя по тем же мостам и переходам. Бегом можно было сократить время примерно в два-три раза. На аэродоске по специальным дорожкам можно было долететь вообще за пять минут, но Тео никогда не был силен в том, чтобы ловко лавировать между высотками, быстро летя по пайпам. Так что полагаться приходилось только на свои ноги, а это лучше делать на нижних Уровнях. Поэтому Тео добежал до лифта и быстро проскользнул внутрь, устраиваясь между мужчиной в костюме, сосредоточенно читающим что-то на галофоне, и девушкой в наушниках, которая, прикрыв глаза, покачивала головой. Видимо, в такт музыке.

Тео нервно поправил лямки на плечах. Привычная сумка в этот день казалась немного неудобной. Может, стоило оставить ее дома? Вообще, многие его ровесники даже сумок с собой не брали. Зачем, если вся информация есть в галофонах, а тесты и экзамены сдают на специальных планшетах? Но Тео любил свой плоский рюкзак. Говорят, в эпоху, когда такие были распространены, все носили с собой уйму разных вещей, например, бумажные документы или довольно громоздкую технику.

Тео обожал историю и все, что с ней связано. У него была маленькая коллекция вещей, имитирующих старые, как этот рюкзак. Нет, ко всем старым вещам Тео любви не питал: слишком много было в древности неудобного и странного. Но вот бумага и то, чем люди на ней писали… В этом было свое очарование. Поэтому он и носил рюкзак, в котором всегда лежал скетчбук, несколько стилусов, имитирующих старинные ручки с чернилами, и настоящее сокровище: карандаш из лимитированной коллекции, посвященной одному из знаменитых художников древности Ямамото Байицу.

Карандаш достать было сложно. Говорят, грифели для коллекционных предметов выращивали в лаборатории несколько месяцев. Если честно, Тео не совсем понимал, зачем было так заморачиваться, когда можно было просто создать стилус, запрограммированный писать и рисовать как карандаши много столетий назад. Но парень был рад, что родители подарили ему эту редкость на девятнадцатилетие, которое он отметил с месяц назад. И он решил, что для карандаша и бумаги можно найти и странноватую сумку, чтобы они всегда были под рукой.

Лифт мелодично пискнул, отрывая от любимых мыслей об истории, и намекая, что парень добрался до самого нижнего Уровня. Тео и не заметил, как оказался один. Вниз до конца обычно никто не спускался: там селились бедные люди, поэтому часто можно было встретить воришек и прочих неблагонадежных жителей Полиса. Впрочем, и плюсы тут тоже были: вокруг не летали назойливые рекламные голограммы, заполняющие улицы средних и верхних Уровней. Их было так много, что когда-то изобретатель, который создал линзы, игнорирующие эти изображения, взлетел до самых верхов Полиса откуда-то снизу. Тео и сам не раз вспоминал об этом изобретателе: капать в глаза прохладный и липкий жидкий гель было неприятно, но бьющие в глаза голограммы он не любил еще больше.

К слову, верхние Уровни занимали люди обеспеченные, которые, как правило, не спускались даже на спокойные средние. Они считали это ниже своего достоинства. Да и зачем, если робот-курьер доставит тебе все до двери, а на работу обитатели верхних не ходили, управляя всем через сеть.

Исключений было всего два.

Одно – здание властей Полиса, средоточие законов, оформление бесконечного количества документов, заключения любых сделок, а также хитростей, коварства и – чего греха таить – взяток. В одном здании с властями находилась крупнейшая в Полисе научная корпорация «Зевс», которой принадлежала львиная доля лучших разработок Новой Эры.

Перед вторым зданием Тео привычно замер, добежав до него узкими улицами. Зеркальная высотка, которая казалась миражом среди одинаковых серых небоскребов. Башня Архитекторов.

Эта история началась несколько столетий назад. Тогда люди поняли, что планета, на которой они живут, достигла своего предела. И лучшие ученые начали думать над тем, как быть дальше. Места стало так мало, что размещать новые и новые производства и города было негде.

И тогда один из гениев изобрел удивительную технологию. В древности его сочли бы колдуном и сожгли, не дав узнать миру о том, что он придумал.

Он придумал создавать крошечных биороботов и такие же крошечные планеты. Через какое-то время, а точнее, через 12 лет, крошечная планета будто бы «созревала», и ее можно было запустить в космос, как запускали спутники, предварительно «разжав», придав довольно большой размер. А биороботам можно было придать любую форму и научить их чему-то, а затем – смотреть за их развитием и использовать эти территории на благо родного мира.

Первые планеты запускались и гибли, они были непригодны для жизни, на них не было ничего ценного, кроме твердой поверхности. Биороботы не могли ничего с ней поделать и умирали вместе со своим миром. Ученые экспериментировали, пробовали запрограммировать материю, заложить в ней понимание, что им нужны ресурсы и условия для жизни существ, которые будут добывать их.

Постепенно все получилось, и на новых планетах можно было выращивать целые города, промышленные и туристические. И тогда появились Архитекторы.

Это были уникальные люди, чей мозг балансировал на грани креативного творчества и сухой практичности. Опираясь на анализы жизни людей в Полисе и на количество разных ресурсов, они создавали целые новые миры на благо уже существующего. Например, почти полностью покрытую водой планету, где боты создавали рыбные фермы и целые сады полезнейших водорослей, растили китов и дельфинов, которых показывали туристам.

На другой планете боты практически в естественных условиях, только более быстрых, заставляли «созревать» огромное количество руд и камней, которые требовались для производства техники, мебели и предметов искусства. Это только парочка самых удачных примеров развития планет-ферм. Их были десятки, и за каждой стоял Архитектор. Имена их создателей были известны всему миру.

Стать Архитектором мог любой житель Полиса. В детстве каждому ребенку давали шарик, который через двенадцать лет был готов стать новой планетой. После школы юноша или девушка придавали вид биороботам, задавали стартовые технологии и представляли его как выпускной проект. Лучшие получали одобрение, а их создатели могли стать стажерами, а потом, если повезет, то еще года через 3-4 получить гордое звание.

Тео казалось, что никто так отчаянно не мечтал стать Архитектором, как он сам. Жить в зеркальной Башне, чтобы ничто и никто не мешало заботиться о созданном мире. Но для этого надо было сдать экзамен! Он мысленно выругался и глянул на часы: до испытания оставалось десять минут, а рядом с цифрами времени мигал крошечный кружок, намекающий, что кто-то послал ему сообщение. Он провел пальцем по экрану, и в наушники ворвался голос Эффи:

– Ты там настолько обнаглел или испугался последнего экзамена, что решил не явиться? Я уже в аудитории, заняла тебе место. Бегом, иначе я лично хакну школьный сервер и перебью все твои замечательные баллы на веселые кругленькие нолики!

Он усмехнулся. Между прочим, угроза была не лишена смысла: Эффи могла и не такое. За годы их школьной дружбы Тео выучил, что подруга хороша во всем, что касается техники, и с ней лучше не шутить. Поэтому он снова поправил сумку и припустил бегом.

В просторную аудиторию, где проводился общий экзамен для всех школ Полиса, Тео влетел буквально за пару минут до начала экзамена.

– Иди сюда! – абсолютно не стесняясь других, заорала откуда-то сверху Эффи. Тео нашел ее взглядом и начал пробираться через толпу выпускников. – Ты где был? Повезло, что я тебе место заняла, а то вообще не знаю, что было бы. Такое ощущение, что людей больше, чем стульев, и я не знаю, как будут сдавать бедолаги, которым не хватит места. Видимо, стоя.

Тео улыбнулся привычной трескотне подруги, которая могла болтать, не умолкая, чуть ли не часами.

Пожалуй, они идеально дополняли друг друга. Замкнутый любитель истории Тео, у которого были явные трудности с общением с окружающими и выступлениями на публике, и шумная, веселая Эффи, похожая на маленькую взъерошенную птичку. Они подружились где-то в средней школе. Учителя распределяли ребят по парам, чтобы подготовить выступление, и решили, что надо расшевелить молчаливого мальчика с помощью энергичной девочки-умницы, на которую не могли нарадоваться.

Если б они знали, что эта девочка за неделю до начала учебного года взломала школьную систему, чтобы внести себя в списки учеников, то вряд ли были бы столь любезны с ней. Но это был маленький общий секрет, который Эф рассказала Тео намного позже, в знак их дружбы.

А тогда она всеми силами пыталась выполнить указания учителей и расшевелить мальчика, но это ей не совсем удалось. Тео не стал общительнее, он просто впустил Эффи в маленький круг тех, кому доверял.

Сейчас парень только виновато пожал плечами и улыбнулся, устраиваясь на стуле рядом с подругой, а она горячо зашептала:

– Слушай, у меня такие классные новости, жаль, что здесь нельзя о таком рассказывать! Ну, ты понял! После экзамена пойдем ко мне, приготовь свои уши, я буду визжать, потому что мне написал сам Д!

Тео чуть нервно дернул уголком губ. Конечно, тут никто не знал, о чем они. Максимум, что могли подумать окружающие – что Эффи ответил кто-то из звезд из тех, по кому фанатеют все девушки, или же что на нее наконец обратил внимание какой-нибудь парень.

Эф не интересовало ни то, ни другое. Ее взбудораженность могла быть связана только с теневым миром хакеров и знатоков технологий, с которым Тео вообще-то не хотел иметь ничего общего, но выхода у него просто не было. Вернее, был, конечно, но ему он не нравился: чтобы перестать слушать (и думать) про загадочных личностей, надо было бы перестать общаться с Эффи. Конечно, он не раз пытался вправить мозг подруге, чтобы она не подвергала себя опасности, но но пока терпел неудачу за неудачей.

Тем временем в аудиторию вошли несколько преподавателей. Они устроились за длинным столом внизу. Тео огорченно подумал, что не знает никого среди них. Впрочем, какая разница, если тест оценивала позже огромная комиссия, а эти люди только смотрели, чтобы ученики не переговаривались и не списывали друг у друга.

– Интересно, а это кто? – шепнула Эффи, пихая его локтем в бок и кивком указывая на фигуру, занявшую крайнее справа место. Некто, одетый в просторную черную мантию, не снял глубокого капюшона, под которым невозможно было рассмотреть лица. Он неспешно поворачивал голову, видимо, окидывая взглядом аудиторию. Выглядело жутковато.

– Прям как Смерть во всяких старых историях, помнишь, нам показывали на уроках, – все не унималась Эф. – Прикинь, сейчас нам как объявят, что неудачников ждет казнь и…

Фантазию подруги прервал звонок, обозначающий начало теста.

До этого все экзамены охватывали какие-то определенные науки. То требовалось написать историческое эссе, то решить задачки по химии или физике, то создать подробный гайд о том, как запрограммировать нанороботов, скажем, вырастить свежую зелень на окне. Финальный тест был непохож на все это.

Сорок вопросов. Рядом с каждым – относительно небольшое поле для ответов. Каждый направлен на то, что будет делать человек в определенной ситуации. Тест позволял оценить не столько знания, сколько способность быстро придумывать ответ (на весь тест давалось полтора часа) и ориентироваться во множестве ситуаций. По сути, это был уже не выпускной школьный экзамен, а первая подготовка к созданию нового мира.

Тео сидел над тестом до последнего, вдумываясь, не упустил ли в спешке что-нибудь важное. Эффи, которая потратила на экзамен едва ли час, ждала его на первом Уровне школы, в просторном зале, экраны на стенах которого услужливо демонстрировали лес – одно из мест, которое на планете было утеряно навсегда.

Если честно, Тео до сих пор не понимал, почему, добившись такого прогресса в освоении космоса и прочих технологиях, люди продолжали жить в тесном Полисе и питаться едой, напечатанной на 3D-принтерах. ведь, если задуматься, можно было бы создать планеты-копии той, на которой они находились, расселиться и воссоздать утерянную природу и многое другое. Каждый раз в кафе на первом Уровне он думал об этом, когда садился на искусственную «траву» под ногами, чтобы перекусить, почитать или поболтать с подругой.

Эф, никого не смущаясь, устроилась в уголке зала, лежа на животе и болтая ногами в воздухе. Она что-то увлеченно листала на галофоне.

– Наконец-то, я тебя заждалась, – обрадовалась она, когда Тео подошел ближе. – Давай перекусим, я голодная, жуть! С работы пришлось сразу бежать на экзамен. Потом пойдем ко мне, и я тебе все расскажу и покажу.

Эффи кивком указала на стоящие рядом с ней пару бутылок с ярко-зеленым соком и небольшой пакет с выпечкой. Подруга успела купить их любимые пирожки: тонкое-тонкое тесто, а внутри начинка на выбор, сладкая, мясная или овощная.

– Спасибо, – он сунул руку в пакет и наугад вытянул пирожок. – Да, я проспал. Мама и брат еле разбудили, представляешь? А по пути засмотрелся на Башню и чуть не опоздал.

– Как экзамен? – девушка села, отряхнула одежду от травинок и открыла бутылку сока. – Я что-то вообще не задумывалась. Все же говорили, что хотят просто посмотреть на то, как мы будем реагировать на ситуации в тесте. Ну, и пусть смотрят, я такая, какая есть.

– Ты же знаешь, я люблю все продумывать, – усмехнулся в ответ парень. – Еле успел все, и до сих пор кажется, что упустил что-то.

Наверное, это была еще одна причина, по которой Тео не хотел ни с кем дружить: его навязчивое желание контролировать до мелочей то, что происходило вокруг. Сколько раз он ссорился из-за этого с братом – даже и не вспомнишь. Приятели тоже не выносили этой черты характера Тео, потому что он болезненно реагировал на слишком поспешные и внезапные планы или перемены.

Эффи же находила эту его черту очень полезной. Она знала, что на парня можно положиться, и охотно давала ему возможность в совместной учебе контролировать все, что он только хочет. Тео в ответ позволял ей привносить в его структуры частичку зажигательного контролируемого хаоса, эмоций, красок, которые были только на пользу.

– Брось ты, – она ткнула друга в плечо. – У тебя точно все в порядке. Благодаря кому я училась так хорошо?

Тео только фыркнул в ответ: они оба знали, что Эффи и в одиночестве может легко обойти одноклассников в знаниях. Она обожала учиться, очень быстро запоминала все, что говорили преподаватели, анализировала это. Кажется, у нее в голове была огромная база данных (или «биб-ли-о-те-ка», как говорили в древности), полная всего, что знали люди к этому моменту развития человечества. Наверное, если бы они оба стали Архитекторами, это был бы прекрасный дуэт. Иногда Тео мечтал об этом: он бы придумывал миры и существ, выуживая их из прошлого, а Эффи придавала им конечный вид, программируя биороботов и технологии.

Ну, ладно, будем честны: ему просто хотелось быть с девушкой рядом как можно дольше, потому что она понравилась ему еще тогда, в средней школе, когда они оказались за одним столом. Но Тео боялся рассказывать кому-то о своих мечтах. «В конце концов, Эф может все это и не понравиться, – говорил он себе. – Наверное, она захочет в будущем работать с технологиями или путешествовать по планетам, а не сидеть в Башне с заучками типа меня».

Пока Тео жевал пирожок (попался с печеными овощами и мясом, и желудок обрадованно заурчал, приветствуя нормальную еду), Эффи что-то строчила в галофоне, лишь изредка то откусывая от своего пирожка, то делая глоток сока. На памяти Тео, кажется, впервые после экзамена подругу не тянуло потрещать о каких-то своих планах.

И это было подозрительно.

ГЛАВА 2. «Дисионос»

Мне никто не верит. Они все живут в удобном мирке, в котором по щелчку пальцев исполнят желание, доставят вкусную еду или окунут в пучину незаконных развлечений, где они будут мнить себя богами. Зачем задумываться о миллионах других людей или о ближайшем будущем. Если я хочу, чтобы люди выжили, а мои кошмары воплотились не полностью, мне нужны союзники. Почва подготовлена, но я не смогу провернуть все один, мне просто не хватит часов в сутках и рук. Всего пара человек – и мы все сможем.

Кажется, я нашел кое-кого. Посмотрим, что из этого выйдет.

– Пойдем уже ко мне. Не терпится нормально поговорить, – Эф подняла глаза от галофона и медленно поморгала, будто с трудом возвращаясь в реальность. – Пешком дойдем или возьмем пару досок?

– Ага, и вместо разговора тебе придется отскребать меня от стен или углов домов? – фыркнул Тео.

– Ну, вдруг на этот раз обойдется, – засмеялась Эффи. – А на одной, м? Я-то летать умею, в отличие от некоторых ископаемых.

Она изобразила, что стряхивает с Тео пыль. Эта шутка была их личной: с тех пор, как Эффи узнала о страсти друга к изучению прошлого, она периодически беззлобно смеялась над ним. В ответ Тео иногда с вежливой иронией спрашивал, не нужно ли ей что-то перепрограммировать, потому что девушка с такими познаниями в хакерстве просто обязана быть киборгом и напрямую подключаться к любым сетям.

Эффи всегда весело смеялась в ответ и говорила, что давно уже хакнула сама себя, чтобы попасть к Тео и заполучить его слишком умные мозги, полные интересных историй.

– Ладно, тогда пешком? – спросила подруга, вставая с пружинящей «травы».

– Да. Прогуляемся, если можно так сказать, – усмехнулся Тео.

Он тоже встал и подставил подруге согнутую в локте руку. Эф уцепилась за нее, едва слышно фыркнув. Еще одна из привычка, дань любви Тео ко всяким историческим фильмам, в которых они и подсмотрели такой жест

Эффи жила неподалеку и в свободное время подрабатывала курьером. Да, на средних и верхних Уровнях курьерами были боты, но на нижних поручения продолжали выполнять люди. Чаще всего – школьники-сироты, как Эф.

Дети без родителей были под патронатом у корпорации «Зевс» до достижения ими пятнадцати лет. После этого им давали жилье на нижних Уровнях – крошечную комнату, где едва ли могли поместиться кровать и стол – и ежемесячно немного средств, чтобы купить себе минимум еды и одежды. Хочешь жить лучше – зарабатывай сам. Тео знал, что подруге приходится нелегко, но от помощи она наотрез отказывалась. Лишь изредка оставалась у него на обед или ужин, потому что искренне любила всю его семью. Это было взаимно: родители Тео очень хотели удочерить ее, узнав о дружбе с сыном, но от властей пришел отказ. Причин Тео до сих пор не знал, но подозревал: их семью сочли недостаточно обеспеченной, чтобы взять еще одного ребенка. В Полисе предпочитали оставить сирот компании, которая будет их одевать и кормить, чем отдать не слишком богатым родителям.

По пути они то и дело натыкались на знакомых Эф.

– Эй, Старая Илса, стой! – кричала она какой-то сгорбленной старухе, одежда которой была заношена так, что потеряла свой цвет. – Держи пару пирожков. Только сама съешь, ладно? Не прячь и не жди, пока сын приедет!

Терпеливо ждущему Тео она пояснила быстрым шепотом:

– Ее сын умер пару лет назад от наркотиков, а Илса сошла с ума и продолжает его ждать. Не помнит, как сама забирала прах из крематория, а после поднялась на лифте так высоко, как только смогла, и развеяла его…

Прервав рассказ, она побежала к какому-то рослому мужчине, которому принялась что-то доказывать, тыча в галофон.

– Да перенесли вашу доставку, завтра будет! И хватит писать мне каждые две минуты, – услышал Тео, подойдя ближе. – Я что, по-вашему, с аэродоски упала? Я не хочу лишиться работы, мне еще учиться и учиться! Так что все записано и схвачено, завтра прямо с утра привезу вам документы, все будет супер!

Таких встреч за пятнадцать минут неспешной ходьбы было еще две. Эффи успела договориться с соседкой о том, что присмотрит за ее ребенком пару дней, и взять еще один мелкий заказ: купить продукты по списку и принести их пожилому отцу какого-то парня. У Тео от ее беготни из стороны в сторону голова шла кругом.

Его семья была со средних Уровней. Звезд с неба они не хватали, но на приличную школу для сыновей хватало, пусть иногда и приходилось экономить. Тео и его младший брат могли себе позволить с головой окунуться в учебу и хобби, не думая о том, где найти подработку. Рядом с Эффи он иногда чувствовал себя каким-то избалованным мальчишкой. Подруга знала об этом и периодически подтрунивала, делая все, чтобы неловкость между ними оставалась чем-то несущественным, тем, что не помешает их дружбе.

– Ура, добрались! – объявила Эф, открывая дверь. – Я тут немножко подзаработала на всяком и переехала, у меня теперь тут собственный, извиняюсь, туалет и душ, так что все вообще шикарно.

«На всяком» означало только одно: кому-то понадобилось хакнуть какую-то систему. За незаконные вещи платили неплохо, курьером столько точно не заработать. каждый раз, думая об этом, Тео отгонял мысленную картину: Эф поймали, и она пропала, как пропадали все преступники в Полисе.. Что с ними становилось, никто не знал. В Сети сообщали, что их пожизненно держали на производствах без права выходить из помещений: они сидели в крошечных комнатах и управляли оттуда ботами. По крайней мере, еще ни разу никто не слышал о вернувшихся. Поэтому ходили и слухи: ботам не нужны были управляющие, а преступников просто казнили.

Думать об этом было жутко.

– Ты чего задумался-то? Проходи, скидывай обувь, падай на кровать, а я сейчас воды себе налью и все расскажу, – потрясла его за рукав Эф.

Тео кивнул и выполнил все, что ему сказали. Стеснения от того, что они с Эф наедине у нее дома, он не испытывал: не раз прибегал к ней, обидевшись на родителей. Так же, как и подруга иногда оставалась у них дома до утра, чтобы подготовиться к экзаменам или какому-нибудь очередному школьному выступлению.

– Короче, помнишь, я как-то случайно нашла «Дисионос»? – нетерпеливо уточнила Эффи. – Мне пришел месседж от его создателя!

«Дисионосом» называлась подпольная сеть Полиса. Незаконные сделки, наркотики, договоренности о том, кого и как надо припугнуть… Все было тут. Эффи наткнулась на нее несколько месяцев назад и с тех пор бредила идеей взломать эту систему и посмотреть, кто же ее создал.

– Он прислал видео… Короче, смотри

Она запустила на экране на стене ролик.

«Привет, подружка, – лицо человека на экране было скрыто тонкой матовой маской, кажется, пластиковой, а на месте рта был рисунок, изображающий тонкую трещину. – Ты, конечно, нашла меня, а я вот нашел тебя, поэтому знаю, что ты – именно подружка. Знаешь, с одной стороны, мне обидно, что ты почти взломала Сеть, которую я создал очень давно. С другой, мне всегда не хватало кого-то рядом. Я тут покопался в том, что узнал о тебе. Мой вывод: я бы не отказался с тобой поиграть. Хочешь? В документе к видео есть один сайтик. Сломай его. Не бойся, ты не станешь после этого государственной преступницей, а я не сдам тебя властям. Это просто мой личный сайт, где я выкладываю… Всякое. Если захочешь общаться дальше – хакни его, тебе понравится».

На этом видео прерывалось, только на черном фоне светилась схематичная неоновая D.

– И что это значит? – Тео хмурился. – Ты уже взломала сайт, о котором он говорит? Или решила ради очистки совести рассказать мне? Сама знаешь, как я к этому отношусь…

– Знаю, поэтому ломанула до того, как позвала тебя сюда, – нетерпеливо отмахнулась Эф и подошла к экрану. – Смотри дальше.

Новое видео. Тот же тип в маске рассказывал, что совсем скоро все рухнет, искусственные планеты не выдержат и взорвутся и настанет конец света. «Власти никогда не расскажут вам об этом, но у нас есть время, чтобы подготовиться», – заканчивал он свое выступление.

– Слушай, таких пророков каждый год по несколько штук появляется, – осторожно заметил Тео. – Сама знаешь, они хотят популярности.

– Если бы этот «Д» хотел популярности, то орал бы в общей Сети, – резонно возразила Эффи. – И потом, у него на сайте было несколько интересных логических выкладок… Слушай, ты можешь сегодня остаться у меня на ночь? Мне надо на работу сейчас, но я хочу, чтобы вечером ты посмотрел все эти его умозаключения. Или я сошла с ума, или… Там правда все очень логично выстроено. Это не предсказание. Это наука.

Тео кивнул, решив, что лучше он будет с Эффи, чем она в его отсутствие накрутит тут еще неизвестно что:

– Хорошо. Я пока схожу домой, расскажу родителям об экзамене. А ты обещай мне, что не будешь впутываться во что-то страшное.

– Обещаю, – очень серьезно отозвалась девушка. – Больше скажу: в этот раз у меня предчувствие, что дело пахнет очень незаконными вещами, поэтому я временно сверну свои, как ты говоришь, увлечения. На всякий случай.

– Спасибо, – немного помедлив, отозвался Тео. – За то, что прислушиваешься и не считаешь меня странным параноиком.

– Ладно, хватит разводить тут благодарности. Ты – домой, я – работать, встречаемся часов в девять здесь же. Я поднимусь к тебе на Уровень, вечером не приходи сюда один, – Эф замялась. – Мало ли что.

– С меня пицца за охрану, – подмигнул Тео подруге. – Возражения не принимаются. Будем заряжать мозги, чтобы понять, что этот «Д» творит.

Эффи кивнула уже от двери, спешно пританцовывая и стараясь одновременно натянуть рукава кофты-оверсайз на молнии и попасть ногами в старенькие кеды.

На улице она проводила его до ближайшего лифта, подмигнула («Надо же отрабатывать пиццу!») и умчалась по делам. Тео поднимался в полной тишине, стараясь разобраться в своих мыслях. Если честно, ему было страшно за подругу.

Остаток дня прошел как-то незаметно и совершенно не запомнился. По пути к Эффи Тео вспоминал, как родители за обедом спрашивали его насчет экзамена, а он только и смог выдавить: «Кажется, все в порядке». Все переглянулись, но не стали заострять на этом внимание. Разве что Мэтт привычно подначивал на тему того, что у Тео такие классные виртуальные «подружки-богини», что на ум больше ничего не идет. Явно не стоило показывать ему фильм про греческую мифологию. Подростковые гормоны, помноженные на природную непоседливость и нелюбовь к истории не дали ему рассмотреть интересности истории за виртуальными 3D-героями и героинями, появлявшимися в комнате и воссоздающими сюжеты, придуманные людьми давным-давно.

На улице постепенно темнело. На небоскребах зажигались фонари: они плавно меняли цвет освещения, имитируя закаты и рассветы, день и ночь. В дни, когда смог особенно плотный, их было толком не разглядеть, но дань тому, что когда-то все могли рассмотреть солнце, осталась. А на мостах и балконах, имитирующих улицы, «росли» электрические деревья и лианы. Тоже дань прошлому: сейчас деревьев нет. Не в Полисе. Они растут на других планетах, где есть земля и нет сплошного бетона. Тут – только цветы-лампы из цветного пластика.

Рекламные голограммы становились в темноте как будто еще ярче, били в глаза со всех сторон. Тео видел в Сети фото рекламы на верхних Уровнях: там она была объемной и двигалась среди людей, поэтому можно было попросить друзей сфотографировать себя «внутри», например, причудливых зверей. Да, все это можно было и сгенерировать в нейросетях, но те, кому удавалось это вживую, вызывали больше восхищения. Ведь они прикоснулись к жизни на заоблачных Уровнях, а не создали жалкую подделку.

Тео иногда задумывался о том, сколько энергии требует это все и не разумнее ли было бы оставить просто «дневной» яркий свет и тускловатый ночной. Хоть сейчас и не говорили о перенаселении, экономии ресурсов и прочих проблемах прошлого, но количество людей на квадратный метр поверхности Полиса, небоскребы и тесные улицы между ними намекали, что прошлое может и повториться.

«Хотя как, если в небо почти каждый год запускают новые планеты с ботами, служащие источниками разных ресурсов, от простой пшеницы до супер-емких и довольно компактных аккумуляторов, под завязку накаченных энергией для Полиса?», – думал Тео, шагая по своему Уровню. Незаметно он дошел до «Трейда»: места, где были сосредоточены магазины, кафе, химчистки и прочие заведения. Здесь же был выход к лифту, и именно тут, возле крошечной пиццерии, было их постоянное место встречи с Эффи. Если они отправлялись куда-то вместе с этого Уровня – можно было не называть адрес, главное, подойти к столику в углу и дождаться друг друга.

«Их» столик оказался занят, поэтому Тео взял пиццу с собой, отошел к металлической дуге-колонне, прислонился к ней и достал галофон. Эффи писала, что будет через пять минут. Тео посмотрел на время отправки сообщения: ждать оставалось совсем немного.

ГЛАВА 3. Гений или сумасшедший?

Они решили, что новое поколение должно все исправить, придумали какой-то отбор. Я знаю, что это не сработает. Есть другой выход. За эти двенадцать лет я провел, наверное, миллионы экспериментов, моделировал одну ситуацию за другой и нашел выход. Он сложный. Руководство не примет его, предпочтет сдохнуть в своем любимом Полисе. Что ж, значит, надо дать людям понять: или они идут за мной, или тоже умрут в этом проклятом городе.

Эффи буквально втащила Тео в комнату, бросила пакет с коробками пиццы на кровать.

– Ставь еду греться, я тут кое-что доделаю, потом будем смотреть, что нашлось в «Дисионосе». И заодно покажу переписку с «Д». Вернее, – она покраснела, – я расскажу, что там.

– То есть ты с ним прямо переписывалась? – уточнил Тео. – И даже так, что стесняешься чего-то? Эф, слушай, это плохая идея. Ты влезла в запрещенную сеть и болтаешь с тем, кто называет себя ее основателем.

– Я знаю, – Эффи оттолкнулась ногой от пола и теперь медленно поворачивалась на крутящемся стуле, вцепившись пальцами в его края. – Но… Ты всегда говорил, что понимаешь меня. Твоя страсть – история, моя…

– Компьютеры и сеть, – закончил за нее Тео. – Я знаю. Слушай, ты могла бы стать крутым спецом по инфобезопасности, зачем тебе рисковать всем, связываясь с этим «Д»?

– Ты сам знаешь, что я не могла бы стать крутым спецом ни в чем, – Эффи встала, дернула за неприметный шнур, и стену затянул матовый плотный экран.

Это была ее боль. В Полисе было почти нереально подняться с низких Уровней, получить хорошую работу, если ты – бедная сирота, вынужденная целыми днями, а иногда и ночами, гонять курьером, чтобы заработать себе на жизнь.

Да что там, даже в приличную школу попасть было невозможно. Эффи не раз благодарила высшие силы, если они есть, за свои способности, которые позволили хакнуть слабо защищенную систему образования и записать себя в хороший класс хотя бы в средней школе.

Тео знал все это, и знал еще, что у Эффи иногда складывалось ощущение, будто он не совсем понимает ситуацию своей подруги. Он живет на средних Уровнях. Это значит, что в любом случае, даже если не сбудется его мечта стать Архитектором, он найдет себе хорошую работу. Скорее всего, будет жить так же, как и сейчас: без особых излишеств, но и не думая, как заработать на новую пару обуви, если старая внезапно развалилась.

Эффи осознавала всю опасность своего занятия, но на данный момент это был единственный путь, который позволил бы ей жить более-менее нормально. Ведь курьерам много не платят. Да и кто будет платить? Такие же обитатели нижних Уровней, как и она сама? Откуда у них деньги? А на средних и верхних Уровнях эта работа давно отдана роботам.

Впрочем, в одном Тео было не переубедить: идея взломать «Дисионос» была той еще глупостью.

Про теневую Сеть всегда ходило множество слухов. Мол, именно там все самое интересное, что скрывает правительство, а еще заказы киллеров и прочая грязь. Тео знал: Эффи все это не интересовало, ей просто хотелось доказать себе, что она что-то умеет. И она хотела сделать это на незаконной части Сети, а не там, где кто-то может пострадать.

Тео искоса посмотрел на подругу: она задумчиво бегала пальцами по сенсорным клавишам, разворачивая нужные «окна» с видео, которые хотела показать ему. Мелькали скрины переписок и еще какие-то страницы… Он отвернулся и забросил в разогрев пиццу.

Чуть позже в комнате явно запахло едой, и Тео слегка улыбнулся, заметив, что Эффи кинула нетерпеливый взгляд в сторону пиццы. «Интересно, она успела сегодня поесть что-то кроме тех утренних пирожков?», – подумалось ему. Одно хорошо: подруга постоянно пила витаминный тоник. На нижних уровнях заботиться о себе было очень важно. Не можешь позволить себе фильтр для очистки воды или те же витамины – будешь болеть, потеряешь силы и пока-пока, любая работа.

Пока Тео думал об этом, Эффи достала с полки два стакана и ожидаемо спросила:

– Витамины будешь?

– Пил сегодня, – отозвался Тео («Вот ведь, все-таки она даже тоник не успела выпить…»), который раскладывал пиццу по тарелкам. – Я еще сок прихватил, буду его.

Да, средним Уровням тоже желательно было принимать витамины, и Эффи постоянно напоминала ему об этом, зная, что он сам часто забывает о полезных тониках. Порой она делала это слишком назойливо, но Тео понимал: она всего лишь хочет позаботиться о нем.

– Тогда падай на кровать, – скомандовала Эффи и сама же первая последовала этому призыву, садясь у стены и подгребая под спину многочисленные подушки. – Будем смотреть ужастик о том, что нас ждет в будущем.

На экране запустилось первое видео, потом еще одно, и еще… В роликах «Д» рассказывал о том, как устроена вся затея с новыми планетами изнутри. Что их «основа» почему-то всегда продолжала расширяться, хотя по изначальным анализам Архитекторов такого не должно было быть. И что те планеты, которые сейчас обеспечивают Полис всеми продуктами, сырьем для вещей, запасом воды, электричества и других ресурсов, в ближайшем будущем могут взорваться.

Даже нет: согласно рассуждениям «Д» они реально взорвутся в ближайшие несколько лет, и огромный Полис просто не сможет существовать, погрузится в хаос, люди будут драться и убивать за остатки еды и вещей…

В общем, он пообещал Полису вполне реальный конец света и говорил, что у него есть идея, как спасти людей. Нет, не мир, не планеты, которые взорвутся и не сам город, который, по его расчетам совсем скоро должен был стать жертвой землетрясений, а просто людей. Говорил, что рассказывал об этой идее в «Зевсе» и некоторых других структурах, но ему никто не поверил. Или поверили, но решили, что на их жизнь благ хватит, а что будет дальше – неважно.

Да, те, кто считал себя умнее всех, действительно появлялись постоянно. В Сети они кричали о том, что система Полиса нежизнеспособна, что вот-вот все рухнет, город провалится под землю, на них упадет метеорит или случится что-то еще.

Но в рассуждениях незнакомца в маске Тео видел то, чего не было у других: стройную логику и огромное знание науки. Понимание, откуда сейчас берутся ресурсы для жизни Полиса, как живут искусственные планеты, как их создают. С одной стороны, это плюс-минус знали все, в школах рассказывали, чем им придется заниматься потом, когда они попробуют создать что-то полезное для города. С другой, знания «Д» были гораздо, гораздо глубже. Создавалось ощущение, что тайны новых миров в «Дисионос» сливает кто-то из самих Архитекторов.

Но ведь этого не могло быть? Они бы не стали пугать людей таким? Тем более, что все Архитекторы негласно подчиняются правительству и – чего уж таить – корпорации «Зевс», которая прочно держит в руках всю жизнь Полиса.

Или все-таки могло?

Тео сидел, скрестив ноги и чуть подавшись вперед, хмурился и смотрел, то ускоряя видео, то замедляя, хмурился, шевелил губами, следуя за размышлениями «Д». В его глазах отражались скриншоты с длинными строчками формул и результатов исследований, которые приводил незнакомец. Он четко видел: понять это могут не все, тут надо по-настоящему бредить наукой, чтобы разобраться. Так для кого же вообще созданы эти ролики? Кто должен был их увидеть?

И что, если все, что он говорит, правда? Что, если действительно мироустройство, налаженное очень много лет назад, грозит развалиться на куски прямо сейчас?

Тео так задумался, что пропустил момент, когда из динамиков перестал раздаваться искаженный голос, а на экране осталась только та самая неоновая D, которая обозначала то ли название незаконной сети, то ли имя незнакомца. Он часто-часто заморгал, а Эффи осторожно спросила:

– Что думаешь?

Тео взлохматил волосы, вздохнул, с сожалением взглянул в опустевший стакан из-под сока, немного помолчал, а затем выдал:

– Не знаю.

Он старательно не смотрел на крайне удивленную подругу, потому что сейчас действительно не мог сформулировать ясно свои мысли. На него обрушилось огромное количество информации и по-хорошему надо было бы сесть и проверить все, что говорил незнакомец, но там было огромное количество научных выкладок, и они сейчас попросту путались в голове

– Эээ… Это все? – не выдержала Эф.

– Нет, – Тео встал и прошелся от кровати до стены. Целых четыре шага, ага. – Понимаешь, я не могу так вот сходу сказать, прав этот «Д» или нет. Там много формул, много логики, которую надо проверить. Он выглядит, как…

– Как Архитектор.

– Да. А мы с тобой – вчерашние школьники, хоть и отличники. Поэтому я особенно не понимаю, чего он хочет добиться этими видео? Очень мало людей их поймут или будут сидеть, разбирать на составляющие, чтобы понять, врет он или нет.

– А вдруг он ищет сторонников? Тех, кто поймет быстро, и примкнет к нему?

– В «Дисионосе»? – Тео иронично поднял одну бровь. – Слушай, все знают, что там незаконный рынок и куча сделок. Там он скорее уж нашел бы спонсоров каких-то своих идей, но ученых? Маловероятно.

Эффи задумчиво кивнула, осознавая ошибку.

– Ладно, так что он там тебе писал? – Тео снова сел на кровать и выжидающе уставился на Эффи. – Я видел скрины, но читать не стал, ты же не хотела показывать.

– Там ничего особенного, – она почувствовала, что снова краснеет. – Он похвалил меня, сказал, что хотел бы поработать вместе. Поэтому я и подумала, что он может искать единомышленников. Но ты прав, в «Дисионосе» найти ученого, наверное, сложнее, чем вернуть нашу планету к тому виду, который показывают твои любимые исторические ролики.

– Хотел бы поработать… – Тео, видимо, настолько зацепила эта фраза, что он надолго замолчал.

Эффи, видимо, не желая отвлекать его от размышлений, собрала тарелки и стаканы и отправила их в посудомойку, а коробку из-под пиццы – в утилизатор. Потом закрыла все видео и убрала экран, обнажив огромную панель, имитирующую окно. Тео знал, что это была ее самая желанная покупка, безумно дорогая, почти бесполезная.

Так маленькая комната казалась хоть немного просторнее, а перед сном можно было смотреть не в стену, а запускать на ней разные картинки. Будто бы она смотрит, например, на Полис с высоты Башни Архитекторов, а смог не закрывает нижнюю половину города. Сейчас, не желая включать яркий свет, она тоже запустила на панель вид ночного города, переливающийся рекламной иллюминацией.

– Знаешь, ты подала хорошую идею, – медленно выдал Тео. – Мне кажется, я понял, кого этот «Д» ищет в Сети. Единомышленников.

Он снова вскочил, сделал два шага до стены, подумал, сел в крутящееся кресло и оттолкнулся от пола: точно так же, как делала это Эффи часа два назад. В моменты особо напряженных размышлений ему требовалось движение. А для прогулки по Полису было очень поздно: на нижних Уровнях ночами лучше не высовываться без крайней необходимости.

– В общем, мне кажется, ему и не нужны ученые, – нетерпеливо выдал Тео. – Если все его рассуждения верны, то у него есть все формулы, данные и, похоже, все условия для разных экспериментов. Тогда зачем ему еще кто-то? Если все научные выводы он уже сделал?

– И что тогда? – Эффи спросила больше для вида, потому что уже догадывалась, куда ведет ее друг.

– Ему действительно нужен кто-то, кто поддержит его, но не нужен второй ум. Ему нужны те, кто поверит и расскажет другим. Но это не должен быть пустой треп в Сети. Ему нужны сильные сторонники, которые поймут, что он говорит правду.

– И помогут ему осуществить то, о чем он говорит…

– Рассказать всему Полису о том, что мир скоро рухнет, и отсюда надо бежать.

Они уставились друг на друга, пораженные этой идеей.

– Я думаю, нам не следует никому об этом рассказывать, – наконец, подытожил Тео. – За связь с «Дисионосом» нас обоих сдадут в тюрьму. Но и дальше контактировать с этой Сетью и этим «Д» не стоит. Это слишком опасно.

– Знаешь, в кои-то веки я согласна с твоей встроенной осторожностью, – отозвалась Эффи. – Я подчищу у себя все, что только можно. И я знаю несколько хороших способов заблокировать этого «Д». Надеюсь, он их не обойдет. Или забудет обо мне, оставшись без ответа.

– Это лучший вариант, – кивнул Тео. – И… прости.

– За что?

– Тебе, наверное, было классно общаться с этим «Д». У вас схожие… интересы. А я и моя паранойя заставляют тебя сворачивать мечту окончательно взломать «Дисионос», да еще и не разговаривать с ним. Ты любишь загадки, я знаю…

– Слушай, ты тут ни при чем, – перебила Эффи. – Я, конечно, люблю риск, и этот «Д» вполне так ничего по мозгам, но все же я понимаю, что сейчас дело пахнет чем-то очень противозаконным. И у меня нет желания в это соваться вместе с каким-то сумасшедшим ученым. Если он вообще ученый. Так что все в порядке.

Тео коротко улыбнулся и кивнул.

– Ладно, давай устраиваться спать! – Эффи спрыгнула с кровати. – Завтра надо сгонять в школу и посмотреть результаты прошлых экзаменов. Хорошо, что до объявления итогов последнего еще пара недель, можно пока что вздохнуть спокойно. Пока что просто помогай!

Вдвоем они быстро скинули на пол все подушки и одеяла. Оказалось, тут у Эффи стояли две узкие кровати с встроенными мягкими поверхностями. Они были сдвинуты вместе и соединены прочными магнитами, чтобы они случайно не отодвинулись друг от друга. Смотреть видео было удобнее, сидя совсем рядом, но вот спать в одной кровати они не собирались. Конечно, они уже несколько раз ночевали то у него, то у нее, но все-таки это было неловко. Так что прежних хозяев квартиры точно следовало поблагодарить за удобное решение: через несколько минут в комнате на небольшом расстоянии друг от друга стояли две кровати. Правда, одна из них почти перегораживала дверь в коридор и ванную комнату, но что поделать?

– Тебе мое «окно» мешать не будет? – Эффи спрашивала скорее из привычки. Тео уже несколько раз оставался у нее с тех пор, как она купила панель. Да и вообще знал, что она ненавидит темноту.

– Неа, – безмятежно отозвался он, лежа на спине и заложив руки за голову. – Наоборот, мне нравится, как ты ее настраиваешь.

– Слушай, я хотела вот еще что спросить, – Эффи повернулась на бок, глядя на друга. – Только честно.

– М?

– А ты сам хотел бы познакомиться с этим «Д»?

Тео задумался. Конечно, он очень осторожный и вряд ли стал разговаривать с незнакомцем, создавшим теневую Сеть, но этот «Д» был, кажется, в первую очередь ученым, и только потом – преступником. Да что там, сейчас казалось, что он создал «Дисионос» просто попутно, для решения каких-то своих целей. То ли мир спасти, то ли рассказать этому самому миру, как его, такого умного, никто не понимает. Тут вот даже сразу не поймешь.

– Не буду скрывать, хотел бы, – Тео тоже повернулся к подруге. – Он интересный ученый. И, кажется, знает больше, чем нам рассказывают. И не выглядит при этом умалишенным паникером из тех прорицателей, что постоянно вопят про конец света, в этом я был неправ.

– И в технологиях Сети он тоже понимает лучше всех, кого я встречала, – Эффи сморщила нос. – Лучше бы он был Архитектором, да? Или одним из наших преподавателей. Тогда был бы шанс учиться у него. И почему все самое интересное всегда такое…

– Незаконное?.

– Ага, – с сожалением согласилась Эффи. – Просто представь. Тебя он учил бы всяким этим хитрым формулам, вы бы обсуждали теории про сжатие материи, про планеты и прочее, что меня не слишком интересует. А я бы трепала его насчет информационной безопасности. Идеально.

– Боюсь, он бы от нас сбежал, – Тео рассмеялся.

Какое-то время они лежали молча, погруженные в свои мысли.

Тео вдруг представилась эта картина: они с Эффи вместе проходят дальше, учатся создавать планеты, а потом…

А что потом?

Допустим, его мечта сбудется, и он станет Архитектором. А что будет делать она?

Тео едва слышно вздохнул, а потом неожиданно вспомнил, что у него есть еще одна очень важная тема для разговора с Эф. Конечно, не такая глобальная, как ролики о конце света, но все же…

– Спишь? – тихо спросил он.

– Нет.

– Слушай, я хотел спросить, – неуверенно начал Тео. – Как насчет того, чтобы отметить наше девятнадцатилетие вместе? Мы с родителями и Мэттом хотели поехать в Долину ветров, ну, ты знаешь, тот курорт, где живешь в маленьких домиках в лесу, как в каком-то очень далеком прошлом.

Эффи поникла, будто лампочку в ней прикрутили, понизив яркость. Тео понял: конечно, она знала о таких курортах. И их цену тоже знала очень хорошо. И при всем желании, она вряд ли смогла бы даже часть поездки оплатить сейчас, на пороге совершеннолетия, ведь совсем скоро «Зевс» закончит оплачивать ей жилье и компенсировать часть расходов на еду и одежду.

– Эф, слушай, я понимаю, о чем ты думаешь, – торопливо произнес он. – Но мы были бы только рады тебе. Плюс там надо арендовать дом, он огромный, и ты точно не будешь лишней! Там без разницы, сколько человек едет. Дороже это не будет. И дешевле от того, что ты не поедешь, тоже. Мы собираемся туда на несколько дней, и можно было бы там подумать над началом наших миров и вообще над всем, и…

Он смешался, смутился и покраснел.

– В общем, знай, мама и папа будут тебе только рады. А Мэтт давно считает тебя сестренкой.

Эффи зажмурилась, встряхнула головой и, не открывая глаз, быстро произнесла:

– Ладно. Я еду с вами. Но с меня какой-то вклад! И это не обсуждается! Расскажи, что там будет?

Тео начал неторопливо рассказывать про лес, скалы и озеро, про небольшие дома и то, что там не будет никаких доставок продуктов и прочего, что им придется готовить самим и ходить за покупками в магазин на курорте, а еще – что можно будет поплавать и даже попробовать порыбачить, потому что перед каждым заездом хозяин курорта запускает в озеро живую рыбу.

– Рыбу… жалко… – пробормотала Эффи, видимо, уже проваливаясь в сон. Тео улыбнулся и закрыл глаза, последовав ее примеру.

Во сне он видел лес и незнакомца в маске, который манил Эффи к себе и говорил, что они отлично сработаются вместе.Тео и уговаривал не ходить к этому «Д», потому что везде усилили безопасность, и Эффи обязательно попадется, если будет работать на «Дисионос». Но и сам не знал, остаться ли в безопасности или пойти с Эффи к тому, кто грозил перевернуть весь мир и то ли спасти, то ли погубить всех людей.

ГЛАВА 4. Долина ветров

Умная девочка мне больше не пишет. Видимо, оказалась осторожнее, чем я думал. Так жаль… Она нужна мне. Я научил бы ее всему, но она взяла и пропала. Причем, хитро установила себе что-то, что не дает мне пробиться и написать снова. Придется взять тайм-аут, пока не расковыряю аккуратно эту ее защиту. Мог бы быстро сломать, но это будет слишком явно, не хочу…Хочу, чтобы она увидела: мы с ней одинаковые. Так будет лучше.

Место для отдыха было замечательным. Такие называли «из старых», и Тео знал: речь идет о том, как отдыхали люди в какие-то давние века. Говорят, тогда было модно отправиться в лес или горы и устроиться прямо под небом или в небольших домах, терпеть всякие неудобства вроде отсутствия тепла, воды и магазинов рядом. И самое главное – оставаться совершенно без связи. Так люди отдыхали от потока информации и новостей.

Позже рост населения и производств привел к тому, что «дикие» места сначала оставили только в заповедниках, где жили редкие звери. Потом, с развитием генной инженерии, от этих животных оставили буквально минимум, который позволил бы их вновь размножить, случись найти просторную планету. Этот минимум поселили в небольшие искусственно созданные природные зоны.

Еще через какое-то время, когда люди научились делать первые искусственные планеты, животных отправили туда. Сейчас можно было купить экскурсию и полететь, например, смотреть на полностью ледяную планету с белыми медведями. Но люди поразмыслили и решили, что и искусственные природные уголки на родной планете не будут полностью уничтожать. В них процветал невероятно дорогой туризм под девизом «Погрузись в прошлое». И именно в одном таком месте семья Тео решила отпраздновать его совершеннолетие.

Когда он узнал об этом, то пришел в ужас. На стоимость этого отпуска можно было, например, оплатить учебу Мэтта в будущем в каком-нибудь неплохом институте.

– Ты ведь у нас любишь изучать прошлое, – ответила ему мама, когда Тео осторожно поделился соображениями. – Вот мы с папой давно уже и решили, что отвезем тебя туда, где ты сможешь погрузиться в него с головой. Пусть всего на несколько дней, но почувствуешь, как жили люди давно-давно. Вдруг это подтолкнет тебя к какой-нибудь отличной идее для твоей планеты?

Тео рассказывал родителям, что хотел бы создать планету, похожую на ту, на которой жили их предки. Ведь они научились так многому, изобрели столько потрясающих вещей, прошли путь от людей в пещерах до вот этого удивительного времени, когда можно было летать в космос просто на выходные!

Жаль только, что нельзя было населить эти планеты ботами, похожими на людей. Это было категорически запрещено. Почему – толком было не известно. Кажется, когда-то пытались так делать, чтобы планеты были более успешными, но некоторые все равно приходилось уничтожать. И тогда начались протесты, потому что люди сочли негуманным убивать себе подобных. В итоге функцию заблокировали, а для ботов в случае необходимости большинство Архитекторов начали использовать образы из древних легенд либо придумывать новые.

Сейчас, стоя в этой зоне отдыха (и слушая, как Мэтт ноет об отсутствии возможности выйти в Сеть), Тео вспоминал всю эту историю и думал, что все равно хотел бы побывать в прошлом, еще до того, как вся планета оказалась покрыта городами и на ней исчезла природа.

Их встретили небольшие двухэтажные домики, которые были построены из безопасного искусственного дерева, негорючего, но с запахом леса. Отопление в них имитировало древние камины, только электрические. Домиков было около десяти, но владельцы в ярких рекламных роликах говорили, что есть и еще, просто они были талантливо раскиданы среди соснового леса так, чтобы создавалось ощущение, что рядом почти никого нет.

В магазине на въезде в зону отдыха предлагали купить продукты и попробовать приготовить их на открытом огне. В озере, которое было центром курорта, водилась рыба, и ее можно было попробовать поймать. От всего остального города место отделялось искусственным куполом. Его стены, которые смыкались где-то очень высоко над головами, имитировали скалы, на которые можно было забраться с альпинистским снаряжением.

Горы, сосновый лес, чистое прозрачное озеро, запах древесины, хвои, травы и воды дополняли звуки живой природы. Владельцы курорта не поскупились и привезли сюда птиц и земноводных с других планет, чтобы погружение в природу было более полным.

Мэтт, кстати, не зря так убивался по Сети. Связи здесь действительно не было. «Информационный детокс», – вспомнил Тео слова из книг, рассказывающих про такой отдых несколько сотен лет назад. Что ж, хорошо, что Эффи приняла приглашение поехать. Только с родителями и братом было бы намного скучнее. Все же подруга детства понимала его лучше всех.

Сейчас братишка громко показательно вздыхал, неся в дом легкую полупрозрачную сумку с торчащей из нее зеленью. Внутри были овощи, которые продавец настоятельно рекомендовал приготовить на огне. Эффи же изучала и какой-то агрегат, который, по словам хозяина, предназначался для приготовления еды.

– Готовить будешь ты, – заявила Эффи. – Как самый большой любитель истории. Я, пожалуй, лучше вымою и нарежу продукты.

Они договорились, что весь быт поделят на троих, чтобы родители Тео по-настоящему отдыхали. Тео и Эффи взяли на себя приготовление еды и заботу о всяких повседневностях типа покупки продуктов, продумывания снаряжения для отдыха и так далее. Подумав, уборку в домике они тоже решили взять на себя, а Мэтту оставили только мытье посуды. Ну, и помощь с сумками, когда рук просто не хватало на все.

– Вообще, понятия не имею, что было с кулинарией в старые времена, – озадаченно признался Тео. – Меня больше интересовало искусство и всякие интересные изобретения.

– Знаю-знаю, – фыркнула Эффи, нарезая толстыми кружочками такой блестящий баклажан, что его можно было принять за пластиковый. – Я посмотрела в рекламе, что тут советуют. В общем, все довольно просто. Для начала надо развести огонь вон в той штуковине.

Она кивнула на круглый агрегат. Оказалось, что он состоит из крышки и нижней части, в которую, по словам подруги, надо было сложить искусственные угли, а сверху – поставить решетку.

Тео послушно развел огонь и теперь философски смотрел, как агрегате полыхал веселый костер. Логика и здравый смысл подсказывали: даже если не умеешь готовить, то знаешь, что при большом нагреве ничего хорошего с едой не выйдет. Решетка для готовки, по его прикидкам, оказывалась примерно в середине костра. Кажется, что-то пошло не так…

– Ну ты даешь, – Эффи неслышно подошла по мягкой траве и теперь складывала нарезанные овощи на столик неподалеку. – Красиво, конечно, но вряд ли в этом можно готовить. Не знаю, как с этим справиться, но такой большой огонь точно не нужен. Надо узнать, нельзя ли тут такой где-то развести, говорят, на отдыхе на природе люди часто так делали. Короче. Туши его как-нибудь.

Тео вздохнул…

Через пару минут они с Эффи смотрели на чашу, в которой плавали кусочки углей, пепел и заботливо упавшие сверху хвоинки.

– Если тут предполагается разводить огонь, то теперь этого не сделаешь, – подытожил Тео. – Все вымокло, а сушить это долго, наверное.

– Ладно, – храбро заявила подруга. – Выливаем отсюда воду, а потом идем просить новое вот это вот. Ну, по идее, мы же его не совсем испортили, вряд ли нам предъявят претензии.

Последнее предложение прозвучало очень неуверенно и даже немножко жалобно.

Тео дотащил агрегат до санузла, вылил из него все, понадеявшись, что пожарная сигнализация не примет запах от его «творчества» за дым. Та не пискнула. Кажется, правдоподобия ради хозяева курорта решили сэкономить на таких вещах.

Владелец курорта оказался веселым мужчиной лет шестидесяти. Он добродушно посмеялся над историей Тео и Эффи, а затем проводил до склада, где они взяли новую чашу. Попутно он им рассказал, что у него частенько бывают такие же гости.

– Все хотят к природе приобщиться, а не понимают, что это значит. Я вот с семьей тут живу, как курорт организовал. Специально для своих и птиц живых сюда завез, у нас тут даже соловьи поют. И колибри в клумбах живут. В озере лягушки да рыба всякая. Поначалу жена и дети ворчали и чуть ли не каждый день от меня уехать хотели, мол, в городе удобств больше, жить интереснее, готовить не обязательно и все такое. А потом привыкли. Сейчас вон старший сын сюда жену привез, она любительница старины. Их дети уже тоже тут живут. Дочка младшая, правда, пока больше к городу тяготеет, мы ей жилье там купили. Зачем неволить-то кого, если не хочет, правда?

Тео завороженно слушал речь владельца. Тот употреблял такие слова, которые он видел только в старых книгах. Специально, чтобы атмосферу поддержать? Вроде, непохоже. Создавалось ощущение, что мужчина всегда так разговаривал. Наверное, сначала учился ради прибыли, а потом привык…

– Что, думаешь, почему я так беседы веду? Угадал? – обратился к нему хозяин. – Так у нас это место потомственное, предки тут зверями занимались, вот кое-что и передалось. Жена мне предлагала создать в городе клуб или курсы и учить старым словечкам, а я отказался. Кому интересно, тот и сам найдет все, что надо.

Тео кивнул, не найдя, что ответить, а потом осторожно поинтересовался:

– А что еще передалось?

– Вещей никаких не осталось, если ты об этом, – хозяин загрустил. – Помню еще кое-что, рассказы о прошлом всякие, их в семье передавали из поколения в поколение. Сначала записывали прям на бумаге, представляешь? А потом уже на всякие компьютерные штуки. Сейчас в вирте храним. Если хочешь, заходи потом, покажу. Вечером как-нибудь, а то днем дел с постояльцами много.

Он заметил непонимание и пояснил:

– Ну, так раньше называли тех, кто отдыхать приезжал.

Тео и Эффи поблагодарили хозяина и забрали новый агрегат. Мужчина, угадав в Тео любителя истории, щедро выдал им инструкцию, как обращаться с углями и готовить на них. Впрочем, может, такая полагалась всем отдыхающим, просто в их домике ее не нашлось…

Искусственное солнце подсветило купол мягким розоватым закатным светом. Мэтт первым выскочил из дома на аппетитный запах овощей и мяса, которые отдавали дымом, и от этого почему-то еще сильнее хотелось есть. Родители присоединились чуть позже, когда Эффи уже расставила на столике у дома тарелки и чашки и принесла холодный лимонад в запотевшем стеклянном кувшине, который обнаружила в холодильнике.

– Ну что, ребята, за ваше совершеннолетие! – поднял чашку с лимонадом отец Тео. – Сын, надеюсь, что твоя мечта сбудется, и ты станешь великим архитектором! Эффи, я искренне рад, что ты сегодня с нами. Ты нам как дочка давно уже. Пусть твои мечты тоже сбываются. Мы с мамой с нетерпением будем ждать, какие же планеты у вас получатся.

Покрасневшая от смущения Эффи едва слышно поблагодарила за поздравления.

– Какие планы на отдых? – поинтересовалась мама. – Не знаю, заметили вы или нет, но на дереве за домом есть маленький домик. Он тоже наш, мы решили, что вам будет приятно иметь немного отдельного пространства. Но не увлекайтесь им.

Она подмигнула отцу, и Тео почувствовал, что тоже краснеет.

– Вообще, мы думали побродить тут, может, попробовать на скалу подняться, – быстро перевел тему он. – Еще хозяин обещал какие-то истории из прошлого, я точно к нему зайду как-нибудь. Ну, и мы с Эффи хотели просто в тишине подумать о том, какие планеты будем создавать.

– А можно мне с вами? – быстро спросил Мэтт. – Может, встречу тут ровесников. А если нет, то с вами все интереснее, чем одному сидеть, без Сети и общения.

– Можно, конечно, – чуть улыбнулся Тео. Младшего братишку он любил. Тот, конечно, историю терпеть не мог, но зато был таким креативным мечтателем, что с ним точно не соскучишься.

После ужина родители, Мэтт и Эффи разошлись по комнатам, а Тео решил прогуляться. Он нашел домик на дереве, о котором говорила мама, и забрался в него по веревочной лестнице. Внутри было тесно, но зато через большое окно можно было увидеть сквозь ветви блеск озера под искусственной луной. Выглядело это очень красиво.

Внутри домика не было мебели. Пол укрывал серый пушистый ковер, а на нем были разбросаны разноцветные подушки и пледы. В крыше было еще одно окно, сквозь которое были видны кончики сосновых веток и верх купола, который сейчас изображал ясное звездное небо. Тео слышал, что иногда в таких местах владельцы специально меняют погоду с помощью микроклимата, так что тут вполне могли быть и облака. Он растянулся на полу, подложив под голову сразу пару небольших подушек, и снова задумался о прошлом и настоящем.

Полис давно были лишен такой роскоши, как настоящая погода. Метеорологи теперь не предсказывали изменения в атмосфере, а настраивали их сами. В жилых районах, чаще всего, держали одинаковую температуру в течение года, это было проще, чем баловать людей настоящей сменой сезонов. Установки микроклимата отдавали все силы туда, где на искусственных полях и в садах созревали урожаи.

Курорты же, видимо, приносили такую прибыль владельцам, что можно было и раскошелиться, чтобы «накрыть» территорию собственным климатом. «Интересно, удастся ли увидеть дождь или снег?» – размечтался Тео, чувствуя, как его накрывает сон. Он еще успел подумать о том, есть ли у хозяев одежда на такой случай? И можно ли вообще уговорить веселого владельца включить другую погоду?

На следующий день Тео проснулся от криков Эффи, которая звала его по имени. Несколько минут он соображал, почему она кричит, а не отправляет сообщение на галофон, чтобы разбудить его? И вообще, почему в комнате так жарко, откуда в ней взялся сквозняк и почему внезапно болит спина?

Затем сообразил, что так и уснул в домике на дереве с открытым окном, сел, охнул, схватившись за спину слева. Кажется, пол с ковром был вообще не предназначен для сна на нем. Или просто Тео никогда не спал на жестком? Или простудился от ветра из окна, которое забыл закрыть?

Он встал, высунулся в окно и увидел растрепанную ветром макушку Эффи совсем недалеко.

– Я тут! – девушка закрутила головой, услышав его голос. – Наверху! Домик на дереве! Скоро спущусь!

Эффи подошла ближе, и Тео помахал ей, высунувшись в окно примерно по пояс. Он оценил, что девушка широко улыбалась. Значит, отдых ей понравился. Это чувство грело лучше искусственного утреннего солнца.

В домике Тео быстро сделал зарядку, и боль в спине стала меньше. Видимо, просто неудобно лежал всю ночь. Он попытался вспомнить, снилось ли ему что-нибудь? Дома можно было запрограммировать сны, а тут – нет. Но в голову ничего не шло. «Видимо, снов не было», – вздохнул парень. Ему бы хотелось, чтобы подсознание подкинуло что-то свое. Но, видимо, у мозга не хватило на это сил или фантазии.

В следующие пару дней они с братом и Эффи облазили все окрестности курорта. Сходили к озеру и обошли его по кругу. Нашли домики других отдыхающих. В одном из них жили мальчишки-близнецы чуть помладше Мэтта, и он с удовольствием пропадал с ними целыми днями, впрочем, строго попросив не сочинять планеты без него.

С Эффи они поднялись на скалу, постоянно соскальзывая с нее, и смогли сверху посмотреть на курорт, где из-за сосен почти не было видно домиков. Сходили к хозяину этого чудесного местечка и как-то вечером так долго пили чая и слушали его истории, что родители Тео потеряли их и прибежали просить помощи в поисках, а нашли довольных ребят.

Тео даже пробовал порыбачить, но не поймал ничего. Владелец курорта фырчал в усы, стараясь не смеяться, но пояснил, что в последние века с природой ловля служила больше методом расслабиться, отдохнуть в тишине и посмотреть на воду, а не добыть себе ужин.

В этом месте, которое так тщательно построили под старые времена, его мечта создать планету, похожую на их собственную в прошлом, расцвела с новой силой.

ГЛАВА 5. Долина ветров, часть 2

Она не выходит у меня из головы. За свою безумно долгую жизнь я привык доверять интуиции. Еще никогда она меня не обманывала, и в этот раз, когда я обнаружил, что “Дисионос” взломан, интуиция восторженно орала о том, что мне нужен тот, кто вскрыл мою личную Сеть.

Сейчас, когда она не отвечает, а я пытаюсь незаметно взломать ее, интуиция верещит пожарной сиреной, требуя, чтобы я быстрее добрался до нее снова. Но надо быть осторожнее. Не хочу опять ее потерять.

На следующий день Тео снова пошел с удочкой к озеру, но теперь уже просто сидел и думал о том, как же создать планету своей мечты. Он знал, что без практической пользы мир будет обречен. Власти оставляли лишь те, которые могли принести какую-то пользу, помочь производить ресурсы или товары, выращивать растения или животных.

Но ведь людям надо было где-то отдыхать. Возможно, если зацепиться за популярность курортов, похожих на этот, можно убедить, что и «старая» планета будет нужна, чтобы люди погрузились в прошлое? Или чтобы изучить это самое прошлое подробнее? Ведь если дать биороботам все то, что было у их предков, можно посмотреть, как они жили, что делали и изобретали, чем вдохновлялись.

Тео вздохнул. Чтобы можно было это все реализовать, боты все же должны быть максимально похожи на людей. Можно взять, скажем, человекоподобных животных и дать им технологии, но что из этого выйдет? Точно не погружение в историю людей, как бы ему этого ни хотелось.

Значит, основная задача звучала так: надо придумать максимально похожих на людей существ. Но при этом настолько отличающихся, чтобы не пришлось потом переделывать все, что он задумал. Тео посмотрел на календарь: осталось четыре дня отдыха, причем, на четвертый утром надо будет собираться. Значит, надо бы уже начинать придумывать мир. И заодно стратегию, как обойти все запреты.

Тем же вечером, когда они втроем сидели у костра на берегу озера, Тео осторожно предложил:

– Может, завтра все-таки подумаем над нашими планетами?

– А давай! – первым отозвался Мэтт. – Только вечером, ладно? Адам и Рэй как раз уедут, мы хотели тут вместе еще полазать.

– Я «за», – Эффи откинулась на спину. – Я тут поняла, что не предназначена для этих активных развлечений типа скалолазания. Моя судьба – компьютеры, так что я не прочь вернуться к интеллектуальной активности.

На следующий день, вечером, они предупредили родителей Тео, что будут в домике на дереве, и забрались туда, захватив с собой все подушки и одеяла из своих комнат, запас лимонада в бутылках и две огромные тарелки: одну с сэндвичами, которые на скорую руку приготовила Эффи, а другую – с всевозможными фруктами и ягодами.

В этот день хозяин курорта решил, что хватит баловать посетителей солнечными закатами, и освещение за окном имитировало загадочные туманные сумерки. В полумраке Тео достал галофон и включил проектор. В воздухе повисла трехмерная модель шарика, в котором голубые пятна перемежались с коричневато-зелеными.

– Слушай, а почему все такое пятнистое? – задумчиво протянул Мэтт.

Тео вздохнул.

– Между прочим, это наша планета. В смысле, та, на которой мы живем. Была когда-то.

Братишка только плечами пожал. Тео знал: ему абсолютно не нужны все эти подробности. Его больше интересуют скорость и всякие драки. Второе, впрочем, родители смогли взять под контроль, отправив Мэтта учиться какой-то хитрой самообороне. Про первое знали, но отучить его гонять на аэродосках по узким улицам пока что так и не смогли. Доходило до того, что пару раз к ним наведывалась полиция, ловившая Мэтта с друзьями за то, что они нарушили правила.

«Он мне, наверное, напридумывает сплошных монстров», – внутренне вздрогнул Тео. Впрочем, всегда можно будет подкорректировать это.

Модель шарика медленно вращалась. Мэтт подобрался поближе и с любопытством ткнул ее пальцем. В ответ приблизилась часть поверхности, которая была покрыта, кажется, песком и камнями.

– О, смотри, здесь будет жить кто-то большой и хищный, – обрадовался тот. – И летающий!

– И зачем он там будет нужен? – Эффи, склонив голову, чуть насмешливо смотрела на подростка.

– Ну, не знаю… чтоб было интересно. И было, кого побеждать.

– Ты забыл, что в новых мирах ценится только практическая польза. Какая польза будет от чудища?

– Какая-нибудь! А что, все что-то выращивать? Скука!

Тео молча слушал их перебранку, думая над тем, кто же должен населять его планету?

Про людей он уже все решил. Ну, останется только поменять их до допустимого.

Большие чудища? Почему бы и нет, в истории планеты были такие огромные животные, на которых охотились.

Ну, и добавить деревьев. Много. И гор тоже много. И озер. И везде пускай будут птицы, звери, рыбы… и, пожалуй, даже насекомые.

– Тео, ну чего ты молчишь, а? – парень очнулся, потому что брат ощутимо стукнул его локтем в ребра. – Мы вообще чего здесь сидим? Давай, подключайся, придумывай тоже!

– Говоришь, нужен кто-то большой? – в ответ хитро прищурился Тео, взял галофон и забегал пальцами по экрану.

В памяти устройства давно хранились сотни изображений существ, которые когда-либо жили на Земле, от огромных динозавров (как вообще доказали их существование, если люди, кажется, никогда их не видели?) до странных собачек размером с половину ладони, которые были популярны несколько столетий назад.

И сейчас Тео, прикрыв глаза, вспоминал виртуальные «библиотечные полки», на которых под номерами хранились изображения, и набирал вслепую эти номера.

Песок исчез, вместо него появились сухая трава, большие камни, редкие кусты и деревья. На одном из камней лежал большой желтый зверь в темных пятнах: длинное тело, длинные тонкие лапы и такой же хвост. Тео управлял новым созданием: зверь зевнул, и в пасти у него показались внушительные клыки, встал, гибко потянулся и бросился бежать. Счетчик над ним педантично отсчитывал время разгона и скорость. Через несколько секунд там горело уже 80 километров в час.

– Ух ты, так даже я на аэродоске не гоняю, – восхитился Мэтт. – Слушай, а зачем он будет нужен? Эффи права, у тебя же минусанут всех, кто не соответствует.

– Посмотрим, – сдержанно отозвался Тео. – Это будет не основной житель мира, а источник, например, шкур, красивых и теплых. Или партнер обитателей мира, чтобы те могли добывать себе пищу.

– То есть ты хочешь сделать мир – источник красивого? – непостижимым образом сделала вывод Эффи. Казалось, ей абсолютно все равно, что за зверь там появился и как он бегал. – Думаешь, позволят?

– Не знаю, – отозвался Тео, который все еще сосредоточенно бегал пальцами по галофону, добавляя трехмерной местности деталей. – Почему бы и не попробовать?

Эффи, сама не зная, натолкнула его на хорошую мысль. Даже почти идеальную.

Почему бы этому миру не стать источником редких красивых вещей?

Так он сможет оправдать наличие в нем вымерших животных и «основных» существ, похожих на людей. Ведь, чтобы делать что-то ручной работы, необходимо главное – хорошее зрение и способность к тонким выверенным движениям.

Неплохо, совсем неплохо. Роскошные вещи и популярные курорты с погружением в прошлое.

Тео боялся загадывать слишком наперед, но если вдруг такой мир действительно оставят… Интересно, он мог бы зарабатывать на своей мечте? Летать туда периодически, привозить редкие вещицы отцу и матери, получать процент с дохода и оплачивать им учебу Мэтту. Или даже купить жилье в районе получше, чем сейчас…

Он тряхнул головой, отгоняя мечты. Не время думать. Сначала надо обставить все, чтобы его мир вообще не уничтожили еще на стадии проекта.

Пока он раздумывал, то механически вращал модель, приближая разные места и добавляя туда то горы, то ледники, то населяя воду разными существами. Это не заняло много времени, проект-то он придумал уже давно, и сейчас только быстро воплощал его.

– Ну ты даешь! – восхитился Мэтт, когда в очередном кусочке синего из глубины всплыл огромный зверь, выпустил фонтан воды и снова погрузился в свой мир. – И это еще я чудищ придумываю, да?

Он с победной усмешкой повернулся к Эффи, но та, кажется, даже не слушала мальчишку. Она смотрела на модель планеты, нахмурившись.

– Тео, ты вообще понимаешь, что делаешь сейчас? – наконец не выдержала девушка. – Ты же умный, ты все понимаешь, верно?

«Ты понимаешь, что ты создал мир, каким он был тысячи лет назад, но без людей? Знаешь, что тебе не позволят добавить туда ключевой элемент?» – спрашивали упрямые серые глаза, когда Тео посмотрел на подругу.

– Я знаю, – ответил он. – И мне как раз нужна твоя помощь. Но позже. А пока…

Он добавил в воду еще что-то большое с длинными конечностями, которые могли присасываться к любым поверхностям, и передал галофон брату.

– Ну, что скажешь? Достаточно чудищ?

– Ух ты, – Мэтт вращал шарик, то и дело приближая разные уголки и любуясь то птицами с загнутыми клювами, то большими коричневыми мохнатыми зверями, то огромными рыбами. Признаться, Тео и сам не знал названий большинства из них, потому что для этого требовалось бы сильно погрузиться в археологию живого мира. Ему этого не хотелось, так что он просто сохранял себе попадающихся в разных источниках существ и их основные признаки: большой или маленький, какой климат предпочитает, что ест.

Он бы не удивился, если бы среди этого списка всплыли какие-то животные, которые люди просто выдумали. Предки были склонны создавать красочные правдоподобные легенды.

– В общем, одобряю, – важно кивнул Мэтт. – Теперь этот мир точно не будет скучным!

– Как бы не стал слишком веселым, – процедила Эффи, не сводя пристального взгляда с Тео.

Видимо, она уже догадалась, о какой помощи хочет попросить друг.

– Ну, тогда заканчиваем, – Тео деланно беззаботно улыбнулся, сохранил модель в галофон – она на секунду вспыхнула ярким светом, будто взорвалась изнутри – и выключил устройство.

– Что будем делать дальше? – Мэтт потянулся к стакану с лимонадом.

– Дальше спать, на часы посмотри, – буркнула недовольная Эффи.

Тео и сам не знал, сколько времени они просидели так вот, пока он дорабатывал модель. Слишком уж увлекся деталями. Ему даже стало немного стыдно, что он настолько погрузился в придуманный мир…

На часах была почти полночь. Переглянувшись, они с Эффи решительно выгнали Мэтта из домика: спать, пока родители не засекли, что подросток до сих пор болтается с ними. Плюсы совершеннолетия: сами они могли на всю ночь остаться в домике на дереве. Подросток, конечно, обиделся (а вдруг без него еще что-нибудь придумают!), но убежал, пообещав вернуться с местным рассветом.

– А мы с тобой еще поговорим, – Эффи размяла пальцы, будто собиралась строчить ему большое гневное сообщение на галофоне. – И что ты собрался делать?

– Ты же сама видишь, – Тео вытянулся на мягком ковре домика и стал смотреть в потолок. Точнее, в окно на нем. Сегодня там была только непроглядная темень, никаких звезд, как до этого. – Я хочу сделать второй мир людей. Такой, каким он был до того, как промышленность сожрала все живое, а планета покрылась городами.

– Тебе не позволят, – Эффи, подумав, улеглась рядом. – Ты знаешь правила: никаких людей плюс практическая польза. Все эти твои чудные звери выглядят красиво, но что дальше?

– Тебе нравится тут? – внезапно спросил Тео. – Не жалеешь, что поехала?

– Что? Нет, тут классно, все вообще по-другому. Это не в вирте отдыхать, где будто бы в игре зависаешь. Столько ощущений, все такое новое, настоящее… – она вдруг запнулась, осознав, что к чему. – Но. Слушай, нет. Нет. Планета туризма? Целиком? Реально? Но за этим же должен кто-то присматривать.

– Именно, – Тео медленно повернулся к подруге и начал рассказывать.

На его взгляд, было два варианта, как заставить такую планету полноценно функционировать.

Первый: добавить туда людей. «Ладно-ладно, кого-то человекоподобного», – примирительно сказал он, увидев, как подруга нахмурилась. Тогда мир будет работать как бы автономно, не требуя особых усилий и затрат.

– Знаешь, я читал, что раньше, пока было много природы, были популярны сафари. Это когда людей привозили в места обитания разных животных, обеспечивали им там безопасность и показывали это все. Естественное, понимаешь? Это пользовалось бешеным спросом, люди ехали поймать адреналин от диких мест и все такое. Тут можно было бы запустить не только мирные курорты, как этот, но и что-то подобное. Ведь любители пощекотать нервы никуда не делись.

– Ну, допустим. А второй вариант?

– Второй – это на планету назначается кто-то, кто будет там жить и присматривать за происходящим, при необходимости корректируя ее развитие.

– И этим «кто-то» будешь ты.

– Не обязательно, – осторожно ответил Тео. – Ты же знаешь, что иногда Архитектор планеты не сам ей управляет. Иначе мы бы зависли на том, что Архитекторов мало, а планет надо много. И потом, управлять можно было бы и отсюда.

Они оба замолчали. Тео размышлял о том, был бы он готов переселиться в дикий мир или нет. Эффи – о том, вправить другу мозги или все же поддержать его.

– Ладно, – почти неслышно выдохнула в темноте девушка. – Надо будет поднять все документы и реестр новых планет и посмотреть, чем мы можем воспользоваться. Прости, но я не верю, что кто-то из нас смог бы жить в том мире, который ты придумал. Даже несколько веков назад наши предки вряд ли смогли бы. Мы все – потребители, мы приходим на готовое, в готовые дома с готовым водопроводом, теплом, со стабильной связью и с магазинами, нам не надо добывать еду с помощью загадочных зверей, мы просто идем и покупаем. Значит, второй вариант нежизнеспособен, согласен?

Тео кивнул, но потом спохватился, что в темноте, наверное, подруга его просто не увидит.

– Согласен. Более того, сам думал о том же. И надеялся, что твои знания о правилах помогут найти лазейку в них.

– Отлично. То есть ты изначально планировал использовать меня и мою жалость к тебе? То, что я не зашлю тебя в другой мир, где ты, наверное, не выживешь?

– Я надеялся, что моя супер-умная подруга, в голове которой работает какой-то фантастический компьютер, поможет мне довести идею до воплощения. Но вот вопрос: ты сама-то успеешь создать свою планету? Тебе придется фактически работать над двумя.

Эфи тихо рассмеялась.

– Ты переоцениваешь ситуацию. Во-первых, как ты знаешь, я никогда особо не стремилась в архитекторы, так что мне хватит простой идеи, и она у меня уже есть. Во-вторых, тебе от меня нужны только лазейки, а это не займет много времени. Я ведь росла чуть ли не в самой корпорации, так что мне не надо искать и учить документы, все давно уже в моей голове, как ты и заметил.

Тео улыбнулся, отпустил ее руку, сел и вновь включил галофон. Но на этот раз по стенам домика разбежались проекторы прозрачных цветных пятен. Они подсветили все вокруг, но очень деликатно, чтобы яркий свет не спугнул мечты и планы, которые появлялись в этом маленьком комфортном мире. Они взяли по стакану с лимонадом и, дурачась, чокнулись ими.

– За наши мечты! – воскликнула Эффи, одновременно приглаживая растрепавшиеся волосы. Ковер коварно наэлектризовался и сделал ей весьма креативную прическу. Тео подозревал, что где-то на затылке он выглядит точно так же, разве что волосы короче.

– За мечты, – согласился он. – И за то, чтобы у нас все получилось.

ГЛАВА 6. Решение

Я смог убрать защиту на ее галофоне. Просмотрел аккаунты в Сети, а потом нашел на уличных камерах. Яркая. Общается с каким-то ботаником, который вечно молчит, будто толком говорить не умеет. Она нужна мне. Она станет недостающим звеном и сможет убедить людей, чтобы мне поверили.

Хочу увидеть ее не на камерах, а рядом. Она меня выслушает, я уверен. И поймет. И мы будем вместе. Осталось немножко потерпеть. Я уже все придумал. Она будет со мной.

Возвращение домой из короткого отдыха означало одно: осталось совсем немного времени, чтобы найти те самые лазейки в законе и начать продумывать свой мир.

В Полисе Тео с головой погрузился в подачу документов. Каждый год комиссии меняли условия: говорили, что это делается для пробуждения творчества в новых обладателях планет. Поэтому и условия были то проще, то сложнее.

Но этот год превзошел все предыдущие…

Тео не успел даже разобрать вещи дома, как ему написала Эффи. «Бегу к тебе! Срочно надо кое-что обсудить!!! Ты видел? Результаты экзамена уже есть. И кое-что еще. ЕСЛИ НЕ ВИДЕЛ – НЕ СМЕЙ СМОТРЕТЬ!!! Хочу сама обо всем рассказать!», – строчки на галооне буквально кричали голосом подруги.

Тео задумчиво взлохматил волосы: что там могло произойти? Ощущение, будто их как минимум отправят осваивать незаселенные естественные планеты вместо того, чтобы отправить в спокойные лаборатории, где они будут придумывать свои миры.

Эф прибежала к нему через полчаса. Тео показалось, что прошло примерно полдня. Он успел кое-как прибрать в комнате (на деле – просто распихать все лишнее по шкафам, прячущимся в стенах), сделать бутерброды и приготовить лимонад. Ощущение, что подруга следила за ним, потому что пришла ровно в тот момент, когда все было готово, но любопытство еще не пересилило, и Тео еще не заглянул в результаты и условия обучения.

– Уф, – Эффи ухватила стакан, налила прохладный лимонад, залпом выпила, чуть отдышалась и продолжила. – Извини, задержали, там надо было к старой Илсе заглянуть, проверить, как старушка без меня жила. Короче, врубай галофон и давай изображение сразу на стену. Сначала результаты экзамена, а потом подключишь меня к проектору, покажу кое-что интересненькое.

Они устроились на кровати: Эффи – почти на середине, а Тео сел с краю. Результаты были в общем-то предсказуемыми. Тео не добрал до максимума пять баллов, Эф отставала от него баллов на десять. По прошлогодним условиям этого вполне хватало, чтобы идти учиться дальше в Университет.

Дальше Тео открыл было сайт Университета, где всегда публиковали условия, но Эффи покачала пальцем:

– Нет-нет, нам не сюда. Собственно, условия в открытом доступе опубликуют сегодня в полночь. Но у тебя есть я, поэтому мы их будем смотреть сейчас и приглушенно вопить от задумки организаторов.

– Опять что-то взломала, – больше по привычке вздохнул Тео.

На его удивление, Эффи смутилась:

– Ну, я обещала не лезть к загадочному «Д» в его теневую Сеть, но наша система образования так и не озаботилась защитой данных, так что… Я не удержалась.

Пока она чуть сбивчиво поясняла все это, Тео взял ее галофон и ввел пароль от проектора. Эф быстро пробежала по галофону, и на стене появилось видео.

«Дорогие наши выпускники! – вещала какая-то дама с высокими скулами и белыми вьющимися волосами. – В этом году мы решили подготовить для вас нечто особенное. Нечто, чего не было ранее. Мы, управление Полиса и корпорация “Зевс”, решили провести для вас необычный отбор. Лучшие из вас смогут переселиться в Башню и создавать свои планеты не с преподавателями Университета, а с самими Архитекторами. Мы выберем тридцать шесть лучших выпускников, которые объединятся в тройки и будут разрабатывать двенадцать очень важных для Полиса проектов. Проектов, каждый из которых займет место в космосе. Каждую тройку будет курировать один из Архитекторов…».

Дальше дама рассказывала, что именно эти планеты создадут основу текущего года. Тем же, кто не попадет в Башню, придется трудиться еще усерднее, потому что шанс на попадание в число новых создателей миров будет очень, очень мал.

Да что там, его практически не будет…

Обычно в год выбирали два-три новых проекта, потому что разворачивание новых планет требовало огромных затрат энергии и ресурсов. То есть отбор двенадцати планет будет означать то, что в ближайшем будущем вряд ли планируется пополнение рядов Архитекторов.

Или же то, что Полису внезапно настолько понадобились новые планеты, что они готовы разом запустить целых двенадцать, а потом творить еще… Тео помотал головой. Нет. Нереально.

– Эй, прием, ты меня слышишь? – Эффи пощелкала пальцами у него перед носом. – Ну, что скажешь? Между прочим, она перечеркивает нам почти все планы по твоей идее.

– Да уж, – Тео невесело улыбнулся. – Если попаду в число счастливчиков, наблюдение за нами будет такое, что не смогу ничего сделать. Если не попаду – тоже можно забыть обо всем и просто искать работу кем-то еще.

– Именно. И, честное слово, я даже не знаю, что лучше, – кивнула Эффи и откинулась на кровати на спину. Кровать чуть покачнулась, и задумавшийся Тео чуть не слетел с нее.

– Я тоже не знаю, – признался Тео, забираясь на кровать ближе к подруге. – Давай пока посмотрим, что там за требования для отбора, а потом уже будем думать, соответствуем мы или нет.

– Я уверена, что ты пройдешь, – отозвалась Эф.

– Без тебя я точно не пойду, – серьезно ответил Тео. Подруга покраснела, но лишь благодарно кивнула и открыла на галофоне новые документы, переместив картинку со стены на потолок, чтобы можно было читать лежа.

В этом году требовалось какое-то невообразимое количество документов и психологических тестов. Руководители Полиса и корпорации «Зевс» ждали, что конкуренция среди студентов взлетит до небес, хотели этого, думали, что именно в таких условиях стоит ждать по-настоящему прорывных идей.

Весомым плюсом в пользу Тео и Эффи были высокие баллы на выпускных экзаменах: по условиям нового отбора, это составляло примерно треть успеха. Вторая треть – те самые психологические тесты и документы, подтверждающие, что у студента нет никаких мыслей, способных нанести вред окружающим или даже всему миру.

Последняя треть – рассказ о своем проекте, о том, для чего будет нужна твоя планета. Экзаменаторы в один голос уверяли со всех страниц в Сети, что никто не будет оценивать идею, смотреть будут только на ее воплощение позже. Тео и Эффи знали: врут. Из тех, кто пройдет в число лучших по оценкам и тестам, выберут только тех, чьи планеты будут представлять промышленную пользу или коммерческий интерес в чем-то еще. И им надо было придумать и обосновать, какие плюсы принесут их планеты.

У Эффи проект был давно готов: она решила незатейливо посвятить свою планету сельскому хозяйству. В конце концов, даже в век современных технологий, когда любую пищу можно было произвести искусственно, натуральные продукты оставались востребованы. При этом студенты, пытаясь перепрыгнуть идеи друг друга, всегда мало обращали внимание на эту в общем-то скучную отрасль. Так что можно было считать, что у Эффи место в лучших лабораториях уже в кармане.

Что делают в лабораториях?

В общем-то, то же самое, что и любые ученые. Моделируют ситуации, просчитывают вероятности, изучают пользу.

Даже самые мощные компьютеры, доступные всему населению Полиса, не сравняются с теми, что стоят в Башне Архитекторов. Там в отдельных сферических залах ты надеваешь перчатки и смотришь, как на потолке вспыхивают и гаснут звезды и планеты. От легкого движения пальцев зависит, что произойдет дальше. Ты не летишь в космическом корабле – ты будто паришь среди звезд, находишься прямо там, где пролетают астероиды и остатки планет, когда-то созданных первыми Архитекторами.

Это невероятно.

Откуда Тео все это знал, хотя и не был ни разу внутри Башни?

В Сети было множество VR-роликов, с помощью которых можно было почувствовать себя будто в тех самых лабораториях.

Кстати, одними залами, моделирующими космос, все не заканчивалось. Лаборатории позволяли изучать физику, химию и биологию, чтобы придумать лучшее из лучших решение для собственной планеты.

Создавать модели, конечно, можно было и в школах и всех университетах, но они позволяли провести едва ли десятую часть экспериментов, на которые были рассчитаны «Зевс» и Башня.

Тео читал в Сети, что в прошлом корпорация и Архитекторы проводили конкурсы, по которым пускали к себе самых одаренных студентов. Стоит ли говорить, что, кажется, ни одна планета, созданная там, не была уничтожена? Ценные ресурсы просто так не растрачивались. То, что в этом году залы Башни откроют практически для всех, было нонсенсом.

«Интересно, почему так?» – задумался Тео. Ладно. Пока не было времени гадать. Надо было выступить на питчинге и представить свою задумку с лучшей стороны.

Впрочем… А надо ли говорить о главном проекте? В правилах было сказано, что организаторы конкурса не против, если в процессе разработки идея будет изменена, даже если до неузнаваемости. По словам Архитекторов, они будут оценивать больше мышление будущего коллеги, а не точность его проекта.

В конце концов, никто в школе не имел доступа к настолько высокотехнологичному оборудованию, так что в любой момент студент мог изменить, что угодно.

Только один пункт в правилах вызывал у Тео недоумение. В нем было сказано, что победители должны будут переселиться в Башню и подписать некие документы о неразглашении информации. Вопрос: что такого секретного могут рассказать студентам? И вообще, зачем?

«Ладно, будем решать проблемы по мере поступления», – решил Тео и озвучил эту мысль Эффи. Та кивнула:

– Да, пожалуй, это будет разумно. Изо всех сил постараемся попасть, а дальше видно будет. Я в ближайшие дни попробую покопаться в Сети, может, найду что-то хотя бы немного полезное.

Она подмигнула:

– В самом крайнем случае я могу снова хакнуть систему и просто внести нас в списки, верно?

– Давай не будем впадать в крайности, – фыркнул Тео. – Или ты настолько в нас не веришь?

– Верю, конечно, особенно в то, что среди сотен студентов, из которых примерно половина обладает возможностью сорить деньгами налево и направо, в число лучших выберут сироту и отличника, который погружен в историю и не очень-то думает о пользе своего проекта, – Эффи дернула уголком рта. – Прямо очень верю, ага.

– Что ж… – Тео засмотрелся, как документы на потолке сменила стандартная заставка галофона Эффи: мерцающая вода. – В конце концов, я всегда могу попробовать пробиться среди остальных. Или же просто оставить мечту лишь мечтой. Многие ведь так и поступают. И ничего, никто от этого еще не умер.

– Мне нравится твоя идея, – тихо сказала Эффи. – Она о том мире, которого мы почему-то лишились. О мире, в каком я хотела бы жить. Пусть даже работать тем же курьером, но видеть не только темные улицы нижних Уровней, а еще и иногда выходить на берег реки или даже просто на городскую площадь и видеть небо, чувствовать жару, дождь, снег, ходить по слякоти и все такое.Так что я очень хотела бы, чтобы такой мир существовал. Даже если мы не сможем туда отправиться, а только будем наблюдать за ботами через Сеть.

Тео благодарно кивнул ей. Эф потянулась и вдруг подскочила:

– Время! Господи, я чуть не забыла, что уже успела ухватить на сегодня пару доставок! Все, убегаю! – она чмокнула Тео в щеку, кудрявым рыжим вихрем скатилась с его кровати, выбежала из комнаты, попутно попрощавшись с родителями Тео, судя по голосам в коридоре.

Тео задумался. Готов ли он ради своей мечты обманом проскользнуть в число счастливчиков? Конечно, нет.

Готов ли трансформировать конечную идею во что-то, что гарантированно понравится корпорации и Полису? Тоже нет.

Есть ли шанс найти среди Архитекторов куратора, который поддержит его сумасшедший, по сути никому не нужный план? И тут снова ответ один: нет.

Да уж, вывод напрашивался только один: если он ни на что не готов, то как он вообще планировал продвигать свою идею, пробиваться в число лучших, запускать проект, становиться Архитектором, в конце концов?! Тео разозлился сам на себя. Надо было уже брать себя в руки и думать, чего он хочет на самом деле.

Вообще, по жизни Тео не привык думать о реальности. Он вечно плавал где-то в истории и науке, возился с разными школьными проектами, тонул в мечтах о Башне. И не очень-то задумывался о том, что мечта будет играть против него, потому что для попадания на желанное место Архитектора придется думать не только о красивеньком шарике, населенном животными и людьми, а о том, как вообще воплотить это в реальность.

Тео подошел к стене и хлопнул ладонью на уровне пояса. Часть белого пластика отъехала в сторону, открывая окно, куда он обычно не любил смотреть. Издержки средних Уровней: ты уже не видишь нижние, потому что они слишком далеко, и еще не видишь скрытых смогом верхних. Нормально можно рассмотреть только средние, на которых живешь.

Создается ощущение, что абсолютно бесполезно куда-то рваться. Вот оно, твое место, средние Уровни, небоскребом левее или правее, какая разница. Смысл в том, что ты недостаточно хорош, чтобы прыгнуть выше головы и достать до верхних или оказаться в заманчивой зеркальной Башне. И разговор даже не о знаниях – их Тео хватало – а о его амбициях.

Которых у него не было, да. Тео усмехнулся. Сейчас он смотрел в окно, а видел самого себя, середнячка, который все эти годы зачем-то копил огромный багаж знаний, но совершенно не понимал, что знания можно найти в Сети в любой момент, а вот понимание того, как пробиться туда, куда хочешь, надо было нарабатывать чуть раньше. Сейчас времени на это по сути-то и не было.

Вывод: ему понадобится весомая поддержка. И пора уже искать ее самому, а не полагаться на Эффи, как… как книжному червю. Когда-то Тео вычитал это выражение, и сейчас ему казалось, что оно как нельзя лучше подходит к тому, как он себя ощущает. Почти бесполезный для семьи и общества, неспособный понять, что делать дальше. Он потряс головой. Надо выбираться из своей скорлупы.

Но где же ему взять поддержку? Кто поможет с заведомо странной и никому не нужной мечтой?

Разве что он точно знал бы, что загадочный «Д», который создал «Дисионос» – Архитектор, на сто процентов уверенный, что совсем скоро планетам и Полису настанет конец…

Тео помотал головой, отгоняя эту мысль прочь. Нет, связываться с этим «Д» точно нельзя. Слишком опасно и… слишком заманчиво. Он не был уверен, что сможет потом выбраться сам и спасти Эффи от полиции.

Оставалось одно: придумать реалистичную идею для питчинга и блестяще пройти все эти странные тесты, а там будь что будет!

Тео сел, взял галофон и начал записывать голосовое сообщение для подруги:

– В общем, я подумал и решил: давай просто попадем в эту Башню. Сами. Без хакерства и денег, только своим умом. Я в нас верю. А дальше разберемся, что делать. В конце концов, думаю, вместе с кем-то еще и куратором мы все равно сможем сделать что-нибудь эпичное! И пусть все завидуют!

Он представил, как Эффи смеется, слушая его сообщение, и довольно улыбнулся сам. Все получится.

ГЛАВА 7. Путь в Башню

Пошарился в аккаунтах, ее и ботаника. Дружат давно и крепко, так что придется забирать обоих. Так будет намного проще. Впрочем, ладно, ботаник тоже пригодится. Он чуть больше шарит в истории, археологии и прочих штуках, которые нам понадобятся.

Думаю, что команда у нас будет неплохая. Сейчас надо ребятам немного помочь, потом еще чуток надавить на руководство – а дальше только молиться всем богам, чтобы нас не раскрыли раньше времени.

Через несколько дней Тео был готов выть от бесконечных тестов. На испытания перед поступлением отвели две недели, вернее, двенадцать дней, потому что им решили дать целых два выходных в этот период.

Голова уже шла кругом от обилия анкет, которые пришлось заполнять. Тео то и дело бегал к родителям и выспрашивал у них разные подробности о том, болел ли в детстве и чем, рыскал в системе, чтобы найти данные об оценках по разным наукам, начиная с первых месяцев учебы, заполнял таблицы о том, в каких мероприятиях участвовал и какие места занимал. Солидная часть тестов касалась его личных данных, увлечений и взглядов на жизнь. Еще пришлось заново пройти небольшие испытания по школьным знаниям. «Будто недавних экзаменов было мало!», – негодовал Тео.

С Эффи они в эти дни только коротко переписывались, вспоминая какие-нибудь подробности о конкурсах, где вместе участвовали. Сначала казалось, что две недели – это очень много времени, но скоро стало понятно, что отбор задуман слишком объемным, и придется постараться, чтобы успеть все.

Самое интересное, что организаторы не поленились создать отдельный сайт в Сети и сделать на нем таблицу со всеми участниками отбора. Так Тео и Эффи узнали, что на 36 мест в Башне претендуют примерно полторы тысячи выпускников. Остальные решили, видимо, учиться в спокойном темпе или вообще найти свое дело вне создания новых миров, ограничившись чисто номинальными испытаниями в университетах. Да, так тоже можно было: пройти все формально, а затем окунуться с головой во что-то другое.

После первых пары дней участников стало меньше почти на три сотни.

– Скорее всего, испугались такого количества тестов и забили, – фыркнула Эффи, когда они по галофонам обсуждали первые впечатления от нового отбора. Тео был с ней солидарен.

На заполнение анкет участникам отводилось семь дней. После них прием закрывался, а будущие создатели новых миров уходили на выходные. В эти дни количество претендентов уменьшилось еще сильнее: видимо, многие просто не успели справиться со всеми документами.

После выходных организаторы проверили тесты, которые касались школьных знаний. В итоге, когда желающие попасть в Башню подошли к порогу презентаций проектов, их осталось почти пятьсот.

Пять сотен человек, и им надо будет попасть в тридцать шесть? Тео мысленно застонал. Нереально. Но и терять усилия, которые уже были вложены, не хотелось. Зря, что ли, они чуть ли не круглосуточно с Эффи сидели на одних тониках, не вылезая из Сети, чтобы все успеть?

Хорошо хоть, что тесты прошли. Вылететь из-за них было бы очень обидно.

Оставшиеся дни участникам отбора давали, чтобы те в своем темпе готовились к презентации проектов. Эффи на эти дни, недолго думая, переехала к Тео, получив согласие его родителей. Впрочем, те только рады были девушке. Ей отдали комнату Мэтта, который, не менее радостно, отпросился на неделю пожить у своего друга.

Тео и Эффи собрали вместе все данные о планетах, которые до сих пор работали, и начали думать, как совместить это со своими идеями. Половину времени они отдали на проект девушки по сельскому хозяйству. В нем она напирала на то, что из-за нехватки свободного пространства занятия спортом для жителей Полиса почти невозможны, следовательно, резко возрастает роль здорового питания. Кроме того, Эффи прямо указывала на то, что для жителей нижних Уровней покупать витамины было почти роскошью, поэтому надо было подумать о качестве их жизни. В том числе, за счет продуктов. Теория была логичной, стройной и действительно очень полезной.

– Чувствую себя особенно нищей, – подытожила Эф, пересматривая свой проект. – Знаешь, будто денег прошу у входа в Башню. Надеюсь, мне это поможет. Вернее, не так: надеюсь, нашему руководству не плевать на нижние Уровни.

– Как бы цинично не прозвучало, но скажу: было бы плевать – их бы давно уже убрали, – вздохнул Тео. – Так что давай надеяться на лучшее. – Жаль, что нельзя посмотреть проекты других участников. Надеюсь, ни с кем не пересечемся.

– Посмотреть, можно, конечно…

– Эф, мы же решили, давай без твоих особых талантов, пока можем.

Та только рассмеялась в ответ, изображая злодейский хохот из старых фильмов. Тео улыбнулся, а затем начал просматривать нужные ему данные.

Итак, туризм. В основном, в их мире люди отдыхали тремя способами (если, конечно, не брать вариант, где ты просто валяешься дома и ничего не делаешь). Самым дешевым было обратиться в агентства вирта, где человека просто на определенное время подключали к специальным аппаратам, и по сути он спал весь отпуск, а во сне путешествовал.

Вторым способом были купола, как Долина ветров, откуда они недавно вернулись. Несколько огромных куполов на весь Полис, под каждым из которых создавались определенные условия. Где-то можно было попасть в зиму, где-то – в тропическое лето и так далее.

Наконец, были две планеты, на которые разрешалось приезжать туристам. Это стоило невообразимых денег, потому что каждая планета обходилась создателям очень и очень дорого. Это были те самые заповедники, в которых содержались последние оставшиеся животные. Да и космический туризм хоть и был развит довольно серьезно, оставался слишком дорогим удовольствием.

Тео решил предложить это дорогое удовольствие вывести на новый уровень: предложить туристам не просто увидеть животных, а окунуться в определенные эпохи. Для этого и нужна была планета, максимально похожая на Землю в прошлом: как воссоздать, например, древние китайские монастыри, которые располагались в горах с определенным климатом, если у тебя ни гор, ни климата?

За счет того, что жизнь на планете будут изображать и обеспечивать боты, ее содержание обойдется намного дешевле, чем содержание заповедника. Это могло снизить стоимость путешествий и в будущем, если сами космические полеты станут дешевле, то планету можно будет использовать еще и, например, в образовательных целях.

В конце концов, ученые регулярно обещали, что вот-вот совершат прорыв в космических полетах, чтобы доставка ресурсов с планет и новых ботов на них стали дешевле. Есть повод влиться в эту идею. Если, конечно, работа там вообще идет хоть какая-то…

Если честно, Тео и сам понимал: идея откровенно такая себе. С ней можно было надеяться только на самолюбие богачей верхних Уровней, которые захотят почувствовать себя египетскими фараонами или первооткрывателями материков. Ну, или, на худой конец, жителями эпохи до того, как вся планета стала одним городом небоскребов.

Вскоре презентации и речи были готовы. Оставалось только выучить все это наизусть, задать себе десятки самых каверзных вопросов и придумать на них ответы, а затем – надеяться на то, что кто-нибудь клюнет на их проекты. если честно, к этому моменту Тео устал настолько, что ему стало все равно, что произойдет на питчинге, выиграют они или проиграют, смогут попасть в Башню или нет. Хотелось уже выступить, получить какой-то результат, а потом думать, что делать дальше.

Волнение вернулось непосредственно в день питчингов. Эффи накануне убежала домой, сказав, что еще успеет немного поработать. Просыпаться без нее было уже как-то… непривычно? Тео отмахнулся от своих мыслей. В конце концов, они просто друзья.

– Да и вообще, зачем ей связываться с занудным историком?, – он поднял бровь, глядя на себя – сонного, взъерошенного – в зеркало. – Так что отложим лишние мысли на потом.

С Эффи они договорились встретиться после защиты проектов возле Башни Архитекторов. Финальное испытание организаторы решили провести именно там. Подруга должна была защищать проект одной из первых, а Тео, наоборот, шел почти последним. Эф в итоге строго запретила ему приходить на ее презентацию. Тео знал, что лучше послушаться.

Иногда Эффи хотелось побыть одной, и он прекрасно понимал ее. Поэтому сейчас Тео стоял возле башни, глядя на зеркальные стены, отражающие его чуть ссутулившуюся фигуру и испуганную физиономию, и просто ждал. Про себя он повторял подготовленную речь.

Слова были чужими для него. Он привык рассказывать исторические факты, которыми была забита его голова. Эффи совершенно справедливо заметила, что так он никого не увлечет, поэтому она сама переписывала его выступления, делая его более ярким, заманчивым. оно опиралось на ощущения, обещало жару яркого солнца и прохладу тенистого леса, песок пустынь, от которого надо прятать глаза, и ласковый веселый морской прибой, из которого не хочется выбираться… Тео сомневался, что у него получится преподнести все так заманчиво, как это звучало от Эф, когда она читала вслух то, что вышло.

Мелодично зазвеневший будильник на галофоне выбил Тео из размышлений. Оставалось пятнадцать минут до защиты проекта, и Тео торопливо вошел в Башню.

Сама презентация прошла, как в тумане. Тео помнил, что искренне старался говорить бодро, подражая Эффи. Людей в зале было очень мало: оказывается, мало кто из претендентов решил послушать своих конкурентов.

Ему задавали какие-то вопросы. Тео запомнил только один: о том, чем еще может быть полезна его планета, ведь туристов на нее найдется немного? Он немного сбивчиво пояснил, что можно будет обучить ботов, например, делать всякие интересные и красивые сувениры из настоящих камней и дерева, развивать планету в этом направлении, а если совсем не получится – сделать из нее еще один заповедник.

«Или отправлять туда таких идиотов, как я, которые толком не могут ничего предложить», – тоскливо думал он в этот момент.

После презентации вся усталость прошедших дней, кажется, навалилась с новой силой. К ней добавилось и то, что обычно Тео не общался подолгу с людьми и всячески избегал презентаций, так что питчинг вымотал его, забрав последние силы.

– Выглядишь так себе, – заметила Эффи, которая ждала его у входа в Башню. – Было совсем плохо и сложно?

– Наверное, не совсем, – поразмысли, признался Тео. – Просто мне сложно выступать, а сейчас все было таким… непривычным.

– Я тебя очень хвалю, – серьезно произнесла подруга. – Нет, правда. Кто лучше меня знает, насколько ты замкнутый? Так что, в любом случае, ты молодец: сделал значительный шаг вперед по сравнению с тем, как в средней школе сидел за столом возле шкафа, чтобы никто не увидел, что мы вместе выступаем на научном конкурсе.

Она рассмеялась, и Тео невольно тоже улыбнулся. Эф определенно была права: в эти недели он смог взглянуть на все по-новому, а это что-то, да и значит!

– Пойдем к тебе, а? – Эффи забежала вперед и заглянула в глаза Тео. – Я знаю, что обнаглела, но, если честно, устала за эти дни настолько, что не хочу к себе. Там сейчас меня увидят, начнут писать с просьбами доставить что-нибудь, я не смогу от них отказаться, в общем, бррр.

Она показательно поежилась.

– Пойдем, конечно, – отозвался Тео. – Больше скажу: родители уехали к каким-то своим друзьям и прихватили Мэтта с собой. Так что у нас будет очень тихо, а один мелкий вредный подросток не будет дразнить нас парочкой. А еще мама оставила фирменный пирог с овощами и сыром.

Дома они утащили пирог и сок в комнату Тео. Эффи села на кровать, а он сам растянулся на полу, глядя в потолок. Какое-то время они просто молчали, отходя от событий последних недель. Затем Эффи встряхнула головой, встала, налила сок в два стакана, один из них протянула Тео. Тот сел и забрал его.

– Мы сделали все, что могли! – Эф подняла свой стакан в шутливом тосте. – Слушай, давай включим что-нибудь интересненькое? Отвлечемся, а то я думать уже не могу и не хочу об этом отборе. Это ж надо было: загнать нас в такие сроки, что большая часть просто отвалилась в первые дни.

– И не говори, – Тео щелчком включил проектор. – Слушай, Мэтт тут выпросил у родителей какую-то новую подписку на игры и прочие развлечения. Выбирай, побродим где-нибудь вместе, как раньше?

– О, даааа, – Эффи выпрямилась и размяла пальцы. – Мне кажется, я сто лет уже не играла. Хочу что-нибудь непохожее на Полис, есть такое?

Они выбрали какую-то игру со сказочными лесными и горными пейзажами, где можно было плавать, летать и карабкаться, собирая сокровища, а в пещерах – сражаться с разными монстрами. До поздней ночи друзья азартно рубились с чудовищами и в итоге уснули, даже не выйдя из очередной пещеры. Эффи спала поперек кровати Тео, а сам он отключился на мягком ковре, лежа на боку.

На сайте отбора в эти минуты появилась таблица с итогами. Тридцать шесть имен заняли строчки, согласно алфавиту. Затем две из них моргнули, и имена в них заменились другими.

Утром Тео проснулся от того, что Эффи бесцеремонно сбросила на него одну за другой три подушки с кровати:

– Просыпайся! Итоги должны были ночью вывесить, а мы с тобой не проверили. Мне уже не терпится!

Он сел, ошарашенно проморгался, получил за это время по голове четвертой подушкой.

– Да подожди ты, – взмолился Тео. – Дай хоть в себя прийти.

– Ну лаааадно, – протянула Эффи. – Иди, умойся, что ли. У тебя пятнадцать минут, а потом я открою сайт одна, затем вырублю у тебя Сеть и ничего не расскажу про итоги!

Тео уложился в десять минут: ополоснул лицо ледяной водой, забежал на кухню, схватил там пару бодрящих тоников и помчался обратно к подруге.

Та стояла возле открытого окна и смотрела на соседние небоскребы, подернутые туманной дымкой. Смог в этот день был особенно заметным. Тео иногда задавался вопросом: почему так? Он слышал, что раньше смог был от автомобилей и производств. Сейчас машины уступили более экологичным, быстрым, компактным и маневренным аэродоскам и легким поездам, а почти все производства перевели на другие планеты, но это почему-то не помогло.

– Ну что, готова? – он протянул Эффи тоник.

– Я готова настолько, что очень хотела посмотреть до тебя, но удержалась.

– Спасибо, ценю.

На удивление, страница с результатами отбора открывалась очень медленно. Тео успел вспомнить разные истории о том, как в первые дни своей работы Сеть барахлила и тормозила.

Таблица открылась. Они быстро просмотрели ее и замерли.

– Мы… прошли, – прошептала Эффи, а затем завизжала во весь голос. – Прошли! Мы попадем в Башню!

Тео почти оглох от звонкого голоса подруги. Сам он стоял, будто каменный, не отводя глаз от галофона.

Они действительно прошли. Как? Как из нескольких сотен участников именно они попали в число счастливчиков?

Разве так должно быть?

Разве его проект заслужил это?

Казалось, что вот сейчас он снова получит подушкой от Эффи, проснется, и все это окажется сном. А в реальности они пойдут в Университет неподалеку, будут заниматься там и может быть, если им повезет слишком уж сильно, то в далеком будущем Тео все же сможет запустить свою планету.

Он глубоко вздохнул, закрыл глаза, а затем медленно открыл их снова. Строчка с его именем никуда не делась.

– И что теперь? – как-то совсем глупо спросил он у Эффи.

– Ты точно сошел с ума от счастья, – она дружески толкнула его острым худым локтем в ребра. – Помнишь условия? Собираем вещи: мы переезжаем в Башню Архитекторов!

ЭКСТРА 1. За мониторами

Он сидел в тесной темной комнате и внимательно смотрел на мониторы. Подключиться к системе видеонаблюдения Полиса было проще простого.

– А еще высокоразвитый город будущего с уймой научных заморочек, – пробурчал он себе под нос. – Так, осталось выяснить, где и что тут… Неразбериха сплошная. Могли бы содержать все в порядке.

Мелькнула мысль переименовать все уличные камеры к черту, назвав их по адресам, а не по запутанной буквенно-численной системе, как сейчас было. Но он отказался от этой мысли. Не стоит подсказывать, что у полиции кто-то повеселился.

Та, кого он искал, сейчас бежала по нижним Уровням центрального круга. Иногда он видел ее в секторах, расходившихся от центра узкими треугольниками. Судя по всему, девчонка работала курьером. Он знал, что боты заменили людей во многих профессиях, но внизу все обстояло несколько не так. Там до сих пор люди доставляли документы и вещи, работали, например, официантами и поварами и так далее.

Забавно только, что все это знали, потому что жили в этой обстановке, а ему оставалось только читать новости и вот так украдкой наблюдать за жизнью города с помощью взломанных видеокамер.

Он уже и забыл, когда его заперли в этих проклятых роскошных апартаментах. Зато точно помнил, за что: за все хорошее, что он сделал для человечества. Дед всегда говорил, что его внук – гений, безумно талантливый, который точно изобретет что-то важное.

Изобрел. И даже не одно. И теперь весь его мир – с десяток комнат и вот этот маленький уютный закуток, где он прячется и проворачивает всякие интересные дела. Любопытно, дед был бы рад? Или смотрит сейчас откуда-то из Аида, Дуата, Диюя или другого мира мертвых и рвет на себе волосы, потому что обрек любимого внука на такое существование?

Он вздохнул, провожая взглядом фигурку девушки на камерах. Конечно, хотелось бы следить за ней вживую, так он узнал бы больше. А пока что только и видел, в какой школе она сдает экзамены. И что рядом с ней постоянно крутится какой-то парень скучного вида. Наверное, еще и из отличников, которые не видят дальше любимой книги.

«То есть страницы в Сети, конечно же, какой книги», – хмыкнул он.

Несколько раз он замечал, что парнишка остается у девушки. Или она у него. Видимо, они не только учились вместе, но и были парочкой. Это раздражало: по сути, ему была нужна только она, а вот это тощее приложение с вечно отсутствующим видом он бы с удовольствием засунул куда-то подальше, чтобы и не вспоминать.

Снова подумалось: если бы он мог выходить отсюда, то покрутился бы рядом с ней, попробовал если не влюбить в себя, то хотя бы подружиться…

Конечно, он пытался сбежать, и не раз.

Впервые он попробовал, кажется, через пару месяцев после своего заточения. Тогда он жил еще не здесь, ему отвели просто комнату немного просторнее и велели не выходить за пределы небоскреба, где находится. Сразу он не придал этому значения, потому что был слишком погружен в науку. Осознал, что что-то не так, только когда решил наконец размяться и выйти на улицу, прогуляться, в конце концов, забежать в какое-нибудь кафе, посидеть там, посмотреть на окружающих.

Охрана не выпустила его, и пришло осознание, что он крепко влип, а дела обстоят хуже, чем он себе представлял…

Какое-то время он изображал паиньку, а потом попробовал сбежать, попросту взломав электронный код для единственной в этом здании входной двери. Не вышло: охрана, которую он же пустил по ложному следу, вернулась слишком быстро. Его поймали, а руководству доложили, что пленник начал действовать.

Руководство, как он потом узнал, тонко усмехнулось и велело перестать добавлять ему в еду им же изобретенное лекарство. Через несколько дней он начал слабеть, потом забывать все на свете, а через пару месяцев едва не умер. Руководство изволило посетить его и спросило, набегался ли он и не желает ли вернуться к работе?

Он желал хотя бы нормально дышать, без хрипов и свиста. И желательно идти до туалета не час по ощущениям. Поэтому пришлось согласиться на их условия.

После этого однажды, стоя у окна, он увидел человека на крыше соседнего небоскреба. И вдруг задумался: ведь выход на крышу технически должен быть у любого здания, наверное? Он раздобыл карту своей тюрьмы и пошел не вниз, а вверх. Снова взломал несколько замков, но охрана не обращала на него внимания: пленнику не разрешалось выходить наружу, а его передвижения внутри никто не говорил ограничивать.

Он сумел выбраться на крышу и стоял там, глядя на Полис. И думал: может, он зря вообще живет? Может, проще будет шагнуть сейчас вниз, и все? Он стоял тогда долго-долго, глядя то вниз, то наверх, где за сероватым смогом прятался огромный купол, защищающий город и помогающий создавать в нем необходимую для дыхания атмосферу.

Тогда он уговорил себя, что его изобретения нужны людям, поэтому можно и пожить еще. И потом, вдруг что-то изменится, руководство поймет, что он хорошо себя ведет, и выпустит его?

Ничего не менялось. Никто не хотел его выпускать, но зато все прекрасно пользовались его умом. Тогда он в шутку потребовал себе эти апартаменты. Их ему дали, но, когда он поднялся, то обнаружил, что выход на крышу прочно заделали.

«Не очень-то и хотелось», – решил он.

Второй раз он задумал побег примерно двенадцать лет назад, когда узнал, что все плохо. Тогда ему попалась какая-то феерично глупая охрана. Он обманул парней, которые стояли у дверей. Просто прикинулся хорошим, подружился с ними, потом принес несколько напитков – и они уснули мертвым сном. Боже, никогда бы не подумал, что такой простой трюк сработает. Наверное, они слишком полагались на электронные замки и не понимали, зачем вообще нужны на своих местах.

Он вышел из небоскреба и целую ночь шатался по улицам Полиса. Поругался с кем-то на нижних Уровнях, его избили и бросили в какой-то закоулок, где он, кажется, пару часов приходил в себя. Помнил, что кто-то добрый принес ему воды и антисептик и даже оставил немного денег. Потом он отправился дальше, хромая, но чувствуя себя самым счастливым человеком в этом городе.

По пути какая-то добрая женщина помогла ему немного почистить одежду. За это он хотел оставить ей свой электронный браслет, последней модели, какой был далеко не у каждого даже на верхних Уровнях. Она не поняла его стоимости, посмеялась и ответила, что свою побрякушку он может забирать, ей такое без надобности.

После он поднялся на средние Уровни и ходил там по мостам между небоскребами. А под утро отправился поесть в какое-то кафе с ботами, где подавали горячую, но абсолютно невкусную яичницу и витаминную зеленую жижу, которая напоминала смесь травы с самым кислым на свете лимоном.

Позже он думал, что надо было оставаться на нижних Уровнях, где меньше ботов и камер, потому что здесь-то его и нашли. И снова отправили к руководству. Там долго думали, что же делать с непокорным, но столь необходимым человечком. И отправили на своей шкуре осознавать, что в Полисе делают с преступниками.

Он на месяц стал игрушкой у самых богатых людей города. Сопровождал их на разные мероприятия, по их указанию дрался с другими такими же, как он сам. Однажды кто-то вспомнил, что в древности были распространены разные игры на выживание, и решил, что это отличная идея. Его, вместе с девятью другими такими же «игрушками» отправили в просторный лабиринт, полный ловушек.

Он обратил ловушки себе в плюс, выжил сам и смог вытащить еще пару человек, которые доверились ему. Остальные предпочли устроить бойню. Он помнил, как прятался в темном углу, стараясь сжаться в крошечный комок, лишь бы его не заметили. И теперь часто видел кошмары о тех днях, а его тело было покрыто множеством шрамов. Их можно было легко убрать, но он не стал: пусть будут напоминанием о том, через что ему пришлось пройти.

Те, кто выбрался, получили свободу. Двое его подопечных – вполне реальную, их отправили на все четыре стороны. Он – мнимую, потому что его отправили обратно в Башню. Вот только ему уже ничего не хотелось. Он потребовал оставить его в покое и выдать в единоличное пользование лаборатории и лучшее оборудование для изобретений. И стал просто жить дальше.

В конце концов, других развлечений у него особенно не было. Да и если он перестанет быть полезным, то, скорее всего, эти уютные комнатки быстро отдадут кому-то еще, а его спишут в утиль. Собственная смерть его точно не устраивала, пока что было много других интересных планов.

Точнее, план был всего один, зато какой!

Ему вспомнилось лицо из далекого-далекого прошлого. «Тебе понравится», – пообещал он.

Ладно. Хватит отвлекаться. Он потянулся, размял пальцы и открыл на разных экранах разные соцсети. Пора узнать об этой парочке все, что только можно. Если все сложится, то им, точнее, рыженькой девушке, будет отведена слишком важная роль в его плане. Поэтому он не мог позволить себе ошибиться.

Сначала надо еще раз написать этой девочке, которая внезапно перестала отвечать, хотя им двоим было вполне весело и интересно вдвоем. Наверное, ей помешал тот идиот рядом.

Потом надо было выложить в «Дисионос» еще одно интересное видео.

И готовить следующую часть плана.

Игра продолжается.

ГЛАВА 8. Ксандр

Я подобрался совсем близко. Сегодня познакомлюсь с ней. Удивительно, что отбор она не прошла, а ведь такая умница. Хотя, может, она вовсе не стремится к созданию новых миров? Может, ей уютно так, как есть, за взламыванием чужих систем?

Плохая новость: у нее есть я, и я не дам ей провести жизнь за хакерством.

Хорошая в том, что именно как хакер она мне и пригодится. Хотя, конечно, не только…

В Башне Тео ждало то, о чем он как-то совсем не подумал: общение с людьми.

Конечно, он сказал себе, что пора выходить из зоны комфорта и общаться с другими, но все равно был как-то не готов к тому, что в первый же вечер (а переехали они в Башню очень поздно вечером) на месте будет очень много людей.

Тридцать шесть счастливчиков, прошедшие отбор, толкались перед зеркальной Башней и разговаривали, перекрикивая друг друга. Тео два раза сам едва успел обойти внезапно брякнувшиеся прямо под ноги чужие сумки с вещами и один раз успел поймать Эффи, которая как раз споткнулась и рыбкой полетела вперед. К счастью, вскоре пришла высокая беловолосая женщина, которую они видели в ролике с правилами отбора. Она провела студентов в общий зал на четвертом этаже Башни: просторный, светлый, с рядами столов и стульев, небольшим возвышением впереди и матовым экраном сразу за ним.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.