Алексей Колотов
Медведица Геры

Любая женщина больше всего на свете хочет замуж. Эта задача для них настолько в приоритете, что они долго и правдоподобно могут делать вид, что от тебя им вовсе ничего не нужно. И это мудро. Ибо именно на эту наживку лучше всего ловится рыба «матрос». Вид, к которому я безальтернативно отношусь. Я – состоявшийся и состоятельный свободный мужчина – желанная добыча для всех них. Но у меня есть только одна постоянная возлюбленная – это моя работа. А поматросить – всего лишь хобби.

Почему я боюсь связать себя какими бы то ни было узами? Не хочу оказаться спутанным, стреноженным? Может быть. Но если быть честным до конца – я просто люблю платить за всё в жизни столько, сколько мне не жаль. А не столько, сколько скажут. Вот, например, покупаете вы автомобиль, который понравился. Но не понравилась цена. Вы разворачиваетесь и уходите. Это ваше право. Представьте, что вы добровольно лишили себя этого права.

И вот год за годом я притворяюсь рыбой, а сам меняю своих рыбачек с завидной регулярностью. И каждую из них люблю безмерно те несколько мгновений, пока она не встала и не оделась. Так щедро и не экономно расходую я запас её терпения, не слишком опасаясь, что временной отрезок, когда ей ничего от меня не нужно, очень и очень лимитирован. Когда же до неё дойдёт, что пойманную рыбу ей ни за что не вытянуть на берег, она сама обрежет леску. Но это будет уже её выбор.

А ещё у меня есть Танюшка. Милый необыкновенный человек, который ничего не требует от меня. И какими бы редкими ни были наши с ней встречи, она не просит о большем. Она всегда открыта для меня, как и дверь её квартиры. Она постоянно доступна для меня, как и номер её телефона. Когда бы я к ней ни приехал, она всегда свободна для меня и готова угощать своим теплом, как и пирожными с чаем.

И всё же главное в моей жизни – работа. Многие называют людей моей профессии неблагозвучным словом «стартапер». Да называйте хоть горшком. Сам же я именую себя разработчиком. Сначала мучительный поиск идеи. Образа перспективного, потенциально востребованного продукта. Должно быть трудный и одновременно приятный период беременности у женщин подобен этой начальной стадии.

Когда же роды случились, ты на время становишься Пушкиным – в ночном полубреду вместо сновидений видишь бесконечные строки программного кода и вскакиваешь посреди ночи, чтобы записать удачный алгоритм. Ведь утром ты ни за что его уже не вспомнишь. А днём как дирижёр оркестра ты машешь палочкой из слоновой кости, подавая сигнал, когда вступать скрипкам или когда замолкнуть валторнам.

Позднее, как сетевой продавец БАДов или косметики, пристаёшь банным листом к инвесторам, убеждая их вложить деньги в создание своего детища и размашистыми мазками импрессиониста рисуешь золотые горы в их сознании. И, наконец, наступает момент, когда ты можешь спрыгнуть с набирающего ход поезда. Ведь впереди годы кропотливой работы полка программистов и роты маркетологов, работы, которую они смогут выполнить уже и без твоего участия.

Ещё недавно мы с замиранием сердца ждали окончания одного тысячелетия и начала другого. У всех на устах была «проблема 2000». Человечество опасалось, что в полночь 31-го декабря 1999-го года вдруг зависнут все компьютеры на планете Земля, собьются с курса морские суда и авиалайнеры не будут знать куда они летят. Когда же этого не произошло, а всего лишь новогодняя ночь оказалась чуть более торжественной, чем это бывает обыкновенно, все стали утверждать, что это ещё не настоящий «миллениум». Это всего лишь обнуление предыдущего, а новое тысячелетие стартует только со следующего – первого года. Но вот настал и он.

Отзвенели бокалами праздники и снова монотонный стрёкот клавиатур заполнил чёрно-белые будни бесконечным звуковым штрих-кодом. Я со своей командой занимаюсь созданием программы, которая позволит существенно ускорить разработку новых лекарств. Система, моделирующая химические реакции при помощи уникальных математических алгоритмов.

У меня два ключевых помощника. Математиками руководит Иван – талантливый и амбициозный молодой человек. Химиками – очаровательная девушка по имени Светлана. Она настолько яркий и перспективный учёный-биохимик, что несправедливо со стороны природы было сделать её ещё и красавицей. Но она так отдаётся работе, что вряд ли расстроилась бы, окажись она вдруг совершенной дурнушкой. Как, впрочем, и я мог бы этого не заметить. Ведь мой принцип никогда не смешивать личные интересы со служебными ни разу в жизни не был поставлен под сомнение.

Я руководил направлениями Ивана и Светы лишь в общем плане. Зато всю остальную активность полностью замыкал на себе. Работали в основном удалённо, общаясь по телефону и электронной почте. Но самые сокровенные секреты интернету не доверяли. Слишком много медведей не прочь запустить свою лапу в мёд, с таким трудом добываемый нами, пчёлами. Мы обменивались дискетами на личных встречах. Такую встречу назначил я сегодня Ивану и Светлане в нашем излюбленном месте в северной части парка Сосновка.

Я приехал раньше назначенного времени, припарковав машину на Северном проспекте, чтобы прогуляться солнечным днём середины весны по знакомым аллеям среди хвойных деревьев. Эта часть парка обычно немноголюдна. Дорожки сухие, хотя придорожные канавы доверху полны водой. Свежо и тихо. Сосны ещё не цветут. Но скоро ветер понесёт во все стороны желтоватую мелкую пыль, подобную той, которой иногда засыпает всё вокруг на острове Тенерифе, прилетающий из пустыни Сахара ветер.

Я шёл не спеша, набрасывая в уме план предстоящего совещания. Подойдя к нашей скамейке, я был немало удивлён, что она занята. На ней лежал человек в спортивном костюме, положив под голову сумку. Костюм был помятый и грязный, под стать тому, что он вмещал в себя. На груди и на сумке красовалась надпись «Россия». Такую экипировку нынче можно купить на любой барахолке. Стало быть бомж. Я подошёл. Попросил разрешения присесть. Он сел, подвинул сумку. Подвинулся сам.

Он смотрел на меня пристальным взглядом пьяных умных глаз. А вдруг, и правда, форма настоящая? А он – бывший спортсмен. И даже прославленный. Или спившийся тренер?

– Николай. – представился человек.

– Поздравляю… – сухо ответил я.

– Ты не смотри, парень, на мой вид… – бесцеремонность сказанного покоробила меня и снова качнула маятник впечатления о нём в сторону бомжа. Всё встало на свои места. Какой же куртуазности мне стоило ждать от него? А он продолжил:

– Мутко вчера позвал на футбол. «Зенит» со «Спартаком», говорит, играют. Надо болеть за наших. А что мне за них болеть, если они для меня все «наши»? Мужик он хороший. Пришлось пойти.

«Вот заливает…» – подумал я и пристально всмотрелся в его лицо. Он, прочитав мои мысли, только махнул рукой, достал из сумки неполную бутылку коньяка и сделал несколько неспешных глотков. Занюхал рукавом вместо закуски. Чистый бомж. Но коньяк у него французской марки Хенесси. Мой любимый сорт, редкий, дорогой и большой выдержки. Такой я позволяю себе покупать только в дьюти-фри. Стоит он там примерно семьсот долларов за бутылку. Молодец Николай, умеет выбирать хорошие бутылки на помойке. А уж что он налил туда – не знаю.

Он тоже посмотрел на меня:

– Жаль мне тебя, парень! Так жаль, что помочь тебе хочется.

Мне захотелось ответить: «Себя лучше пожалел бы…». Но я сдержался. А он продолжил:

– Всё суетишься? Пришёл на деловую встречу? Портфель тяжеленный из дорогой кожи. Полный бумаг. Ноутбук в нём, провода, адаптеры… На свидание с таким не пойдёшь. Только зря всё это. Всё, что ты делаешь сейчас – пустое. До конца света совсем немного осталось.

«Он ещё и сумасшедший» – подумалось мне.

– В наше время – продолжал проповедовать Николай – значение имеют только пять вещей: любовь к Богу, к Родине, к матери, единственной любимой женщине и к самому себе. А у тебя из этого есть только последнее. Этого мало, парень.

На часах было без пяти три. Скоро подойдут мои коллеги и придётся бесцеремонно попросить Николая удалиться. Ведь других скамеек поблизости нет. Я набрал Ивана, но он не взял трубку. Позвонил Светлане. Она сообщила, что застряла в пробке на Лесном и опаздывает минут на двадцать. Придётся коротать время за разговорами с этим странным типом.

– Что вы сказали про пять видов любви? Какой из них самый важный? – задал я дежурный вопрос.

– Да вот так – в порядке перечисления. Начиная с любви к Богу.

– Странно. Ведь не факт, что он есть. Кто-то верит в него, кто-то нет. А как можно любить то, чего нет?

– Как так – нет? Существует множество доказательств…

– Да? Любопытно было бы услышать хоть одно.

– Ладно… Знаешь, что такое «зона Златовласки»?

Я отрицательно покачал головой.

– Учёные считают, – продолжил он – что если планета находится на определённом расстоянии от своей звезды, там, где не слишком жарко и не слишком холодно, то на ней возможна жизнь. Ты ночевал в лесу зимой когда-нибудь?

– Нет, не повезло…

– Так вот. Лежишь одним боком поближе к костру. Жарит, аж одежда дымится. А чуть отодвинулся – холод ледяной. Так же и в космосе. Понял?

Я покивал, соглашаясь.

– Так вот. Таких планет астрономы уже много нашли. И радуются каждой новой. А как же! Ведь вероятность найти инопланетную жизнь всё увеличивается по их мнению. Как будто они, чудаки, не знают, что для этого планете ещё необходимо массивное ядро из расплавленного железа. Да чтобы оно вращалось внутри с определённой скоростью и в направлении, противоположном вращению самой планеты. Без этого не будет магнитного поля, спасающего всё живое от смертельных космических лучей. Должно быть большое количество воды в виде обширных океанов. И спутник-луна, перемешивающий океаны при помощи приливов и отливов.

И, повернувшись ко мне, он вдруг спросил:

– Ты, кстати, не знаешь, почему все небесные тела в солнечной системе вращаются вокруг своей оси, а Луна нет? И почему во время полного солнечного затмения её размер почти полностью совпадает с размером солнечного диска?

И не дожидаясь моего ответа он продолжил:

– Есть ещё десятки факторов, критически важных не просто для зарождения, но даже для простого поддержания жизни. И вся их совокупность создаёт уникальную систему, которая рассыплется как карточный домик, если удалить хотя бы один-единственный. А все эти экзопланеты соответствуют лишь одному единственному критерию. Только осознав всю красоту и гармонию этого плана, начинаешь понимать, что случайно такое произойти не могло. Скорее обезьяна, нечаянно присев за рояль, вдруг сыграет пятую симфонию Бетховена. Случайно. Или ты и в это можешь поверить? Впрочем, у меня есть и другие доказательства. Они ещё более убедительны. А сейчас – прости, мне пора. Но уж больно хочется тебе помочь…

Мне уже не хотелось грубить ему в ответ. Эта мысль мне показалась очень любопытной. А что, если люди по своему невежеству не осознают всей сложности системы, в которой они обитают? Всей уникальности взаимосвязей, необходимых для жизни на Земле? Да, это дано нам с рождения. Но оно не обязано по одной этой причине быть примитивным как мамина манная каша. А астрономы с их экзопланетами, неужели они такие наивные, что сами верят в возможность жизни на них? Надо подумать над этим на досуге.