Алексей Загуляев
Числа

Предисловие автора

История появления этого сборника весьма странна́. Странна в первую очередь тем, что предварила собой роман «Миссия», хотя в конечном итоге большинство стихов из «Чисел» стали частью романа. «Числа» замышлялись как поэтический триллер, мистическое переживание исковерканной реальности, продолжающей для многих маскироваться под приятные картинки тропического пейзажа или технологического прогресса. Зачатки сюжета «Миссии» должны были быть просто небольшой зарисовкой под номером 13. Я хотел рассказать о проведённой за философскими разговорами ночи в неком тайном отеле мужчины и искусственного интеллекта в образе женщины. Но перспектива этой встречи и этого разговора расширялась всё больше, пока, наконец, не превратилась в целый рассказ, требующий продолжения. Таким образом возникла необходимость отделить эту тринадцатую главу в самостоятельное произведение. Так оно и случилось. Но «Числа» в этом контексте продолжали оставаться актуальными, внутренне связанными с романом. Мысль включить некоторые стихи из сборника в сам роман оказалась единственно возможным выходом из сложившейся ситуации, хотя многим такой ход, я уверен, покажется неуклюжим и даже неуместным. Пусть так. Но по-другому не получилось. В этом сборнике всего лишь на два стихотворения больше, чем в романе (добавлены семнадцатое и первое), но они оказались ключевыми, своего рода антонимами, ведущими читателя от призрачной надежды к глубоким сомнениям, от иллюзии скорого спасения к иллюзии неминуемого конца.

Стихи

17

Внутри меня земной огонь погас.

И кажется, что нет меня на свете.

Немую тень гоняет тихий ветер

По тем мирам, где не бывает вас.

Там только сны, неверие и вздор,

Невнятный сумрак стелется по травам

И одевает в жёлто-синий траур

Семнадцать лун, бредущих из-за гор.

Семнадцать бледных, неприветных лам,

Плывущих вдаль, пути не разбирая,

Из чёрных стран в покой чужого рая

Неся смятенье ангельским умам.

Но то не мне. Я тень, я клон, я клоц.

Последней волей вырву злую сладость

Из бездн души. И станет только радость:

Раз луны есть, то есть семнадцать солнц.

3 декабря 2010

16

Шестнадцать благостных минут —

И стен облезлых жгучий холод.

Где рай – там демоны снуют.

Где город был – там страх и голод.

Шестнадцать медленных минут…

Вся жизнь – бессвязных дел гербарий.

Где сердце – там теперь приют

Для никому ненужных тварей.

Взошедший серп, как бритва, остр,

Висит над безголовым телом.

Не страшен он. Мы сами – монстр.

Повелеваем светом белым.

В пустых глазницах бред и блуд.