Владимир Колганов
Вовчик на Том Свете

Эпизод 1. Добро пожаловать!

Как меня угораздило в эту передрягу угодить, до сих пор не понимаю. Сел в такси, чтобы доехать до Боткинской больницы, откинул сиденье, путь неблизкий, вот и задремал…

Но вот проснулся, смотрю – автомобильное кресло есть, на нём я и сижу, только самого автомобиля след простыл, а кругом голая степь до самого горизонта.

Кричу:

– Ау!

Никто не отзывается. Попробовал дозвониться по смартфону в экстренные службы – связи нет. Тут только понял, что дело плохо, влип по самое оно!

Вдруг слышу голос:

– Добро пожаловать, дорогой товарищ!

Обернулся, а там стоит мужик в белом халате и почему-то улыбается. Я в недоумении:

– Пардон! Пожаловать куда?

Мужик, не моргнув глазом, отвечает:

– Так ведь на Тот Свет! Это инновация Минздрава. Без всяких там обследований и трудоёмких операций, чреватых осложнениями в вашем возрасте, попадаете прямо к нам сюда.

Час от часу не легче!

– За что же мне такая «милость»?

– Так вы от диспансеризации отказались.

– И поэтому сразу в гроб?

Тот замахал руками:

– Ой, что вы! Это, по сути, привилегия, платная услуга для тех, кому за восемьдесят. Не сомневайтесь, всё будет в лучшем виде, у нас обслуживание на уровне евростандартов.

Немного спокойнее стало на душе, а то хоть вой, только ведь кроме этого хмыря в халате никто стенаний не услышит.

– А с меня что причитается?

– Да всё, что есть! Наличные, вклад в Сбербанке, приватизированная квартира… Сколько у вас комнат?

– Одна, не считая кухни.

По его лицу видно, что разочарован – видимо, произошла какая-то ошибка. Рассчитывал на более солидное пополнение бюджета фирмы, однако не сбылось.

– Что же мне с вами делать? – чешет лысину.

А у меня готов ответ:

– Чего уж проще? Верните туда, откуда взяли!

Хмырь развёл руками:

– К сожалению, это невозможно, – и тут же: – машина у вас какой марки?

– Даже стиральной сроду не было.

Тот чуть не плачет:

– Господи, снова безлошадный! Может быть, ценные картины, книги?

– В основном, мои. Когда-то живописью увлекался, а теперь писатель.

– Нет, это нам не подойдёт. Вот если бы Ван Гог или Достоевский… – качает головой: – Опять в канцелярии что-то перепутали, – и после паузы: – Ну ладно, пристроим вас где-нибудь, хотя на комфорт уж не рассчитывайте.

– Это почему?

– Раньше надо было думать, создавать, что называется, задел на светлое будущее. Вы же не куда-нибудь попали, а на Тот Свет!

Я по-прежнему ничего не понимаю. В Боткинскую поехал нежрамши – говорят, исследования проводят натощак. А с голодухи попробуй разберись во всей этой галиматье, которая на меня свалилась.

Потому и спрашиваю:

– А где тут можно перекусить? Мне хотя бы бутербродик с докторской.

Хмырь усмехнулся и опять развёл руками:

– Особенность здешнего существования в том, что обитатели Того Света не нуждаются в еде. Обходятся без мяса, поэтому здесь нет животных. Вы не увидите ни пашен, ни фруктовых садов…

– И чем же в таком случае питаются?

– Святым духом!

– Как это?

– Воздушно-капельным путём.

.......

Сколько времени после этого прошло, не знаю. Очнулся я в больничной палате, надо мной склонились доктора, и среди них тот, что огорошил страшной новостью, будто здесь пичкают чёрт-те чем вместо нормальной человеческой еды.

– Увы, слабый оказался организм у этого писаки.

– Психика не готова к перегрузкам.

– Намучаемся мы с ним! Может, отыграть назад?

– Нельзя! Имущество уже выставили на торги, да и наша репутация может пострадать. Виданное ли дело, чтобы человек отказался от подобной привилегии?

– Да, случай уникальный, коллеги! Я как главный врач Того Света должен это признать. Давайте сделаем так – на первое время прикрепим его к столовой для обслуживающего персонала, ну а там посмотрим. Даша! – главврач обратился к симпатичной брюнетке, стоявшей чуть поодаль: – Поручаю вам привести новообращённого в порядок. Вот встанет на ноги, тогда будем решать, что с этим доходягой делать.

Несмотря на обидные слова, я сразу ощутил прилив сил, словно бы запахло домашними котлетами. Но виду не подал – пусть кормят, причём как на убой.

И тут будто молния ударила меж глаз – торги! Ведь они собираются распродавать мои картины? Книгами и так забит весь интернет, никуда они не денутся, а вот репродукция картины никакой ценности не представляет по сравнению с оригиналом. Однако кто знает, в чьи руки он попадёт – могут красочный слой соскоблить, чтобы холст заново использовать. Этого нельзя допустить! Поэтому, кровь из носа, но спасу свои картины – нынешняя публика всё равно их не оценит, а будущие поколения должны узнать, что и в семидесятые годы прошлого столетия создавались настоящие произведения искусства! Это моё личное мнение, а на остальных мне наплевать.

Что ж, надо пораскинуть мозгами, а пока буду набираться сил, они мне пригодятся.

Эпизод 2. Даша

В одном из своих опусов я вроде бы описал подобную ситуацию – тогда попал в руки то ли костоправов, то ли психиатров. Но там мне помогал Всевышний, да и медсестру соблазнить гораздо легче, чем дипломированного врача. К тому же неизвестно, где нахожусь – что, если на острове в Тихом океане? Вплавь, что ли, отсюда выбираться? Ну ладно, что-нибудь придумаю. К счастью, кормежка здесь на вполне приличном уровне, хотя и без домашних котлет.

Даша оказалась довольно разговорчивой, несмотря на врачебный статус, предполагающий общение с пациентом как с подопытным кроликом. Видимо, нет интересных собеседников, а тут писатель и художник в одном лице. Наша беседа началась с вопроса, на который уже надоело отвечать:

– А с чего бы вдруг вы начали писать книги?

– Так ведь для того, чтобы привлечь внимание прекрасных дам.

Я улыбаюсь, а она делает вид, что поверила, и спрашивает:

– И как?

– Замучили признаниями в любви…

Смеётся:

– Всё-то вы врёте!

– В этом нет ничего удивительного. Все писатели, по определению, фантазёры и врунишки.

– Кто, например?

– Джоан Роулинг.

Обиделась:

– Не трогайте святое!

– Вы вроде бы уже вышли из подросткового возраста.

– Мне нравятся романы в жанре фэнтези. Есть такой грех, и не у меня одной.

– Это потому, что у людей воображения не хватает.

– Возможно.

– А вот у вашего коллеги воображения в избытке. Я, как услышал, что здешних постояльцев кормят воздушно-капельным путём…

– Да так оно и есть!

Я снова близок к обмороку.

– Что за чушь!

– Этот метод разработан в одном из институтов, находящихся в подчинении Минздрава. Во время завтрака, обеда и ужина пациенту надевают маску, и он дышит смесью воздуха и пара, содержащего вещества, необходимые для жизнедеятельности организма.

– А если пациент откажется?

– Будут кормить насильно.

Это уже похоже на психушку. Вполне логично возникает вопрос, ради которого и продолжил этот разговор:

– А можно ли отсюда выбраться на волю? Хотя бы ненадолго, прогуляться по округе…

– И не мечтайте! Периметр строго охраняется, забор под высоковольтным напряжением. И вообще, здесь господствует принцип: всех впускать, никого не выпускать!

– Выходит, и вы словно бы в плену. Зачем же согласились?

– Заключила контракт на три года, потому что зарплата в два раза выше, чем в самой дорогущей частной клинике, – и вдруг, глядя в сторону, добавила: – Единственная отрада – интернет.

Это уже кое-что! Но Даша тут же огорошила:

– У каждого сотрудника свой пароль, а служба безопасности следит, чтобы даже родственникам не сообщали о том, что здесь творится.

Что ж, герои моих книг и не из таких переделок выбирались. Но для начала надо прикинуться паинькой, познакомиться с другими постояльцами, в общем, собрать информацию, которая и станет основой для принятия решения.

Видимо, Даша почувствовала, что перегнула палку, ведь так можно до смерти пациента напугать, и попыталась успокоить:

– Но книги писать никому не запрещается. Могу вам одолжить свой ноутбук.

– Да что толку от этой писанины, если не смогу опубликовать?

– Уверена, что начальство поможет с публикацией, ведь ваше творчество станет свидетельством того, что здесь созданы все условия для полноценного существования постояльцев.

Помнится, в романе «Советник президента» Дональд Тренд и Борис Джексон оказались в схожей ситуации. Их содержали в строго охраняемой лондонской психушке под названием «Бедлам», но Тренду удалось передать по интернету зашифрованное сообщение. Текст рассказа, который они послали главному герою романа, писателю и аналитику, был написан на двух языках, а метод шифрования был основан на различиях в русском и английском вариантах текста. Суть заключалась в том, что некоторые слова из русского текста по своему смыслу никак не соответствовали тому, что написано в английском. Например, sad (грустный) в русском тексте было заменено на «радостный», а big (большой) на слово «маленький». Такие ошибки привлекли бы внимание редактора, ну а тот, кому было поручено проверить, нет ли в тексте какого-то секретного сообщения, не обратил бы внимания на неточность перевода. Если же выписать все такие «странные» слова из английского текста, по первым буквам можно составить последовательность, на первый взгляд лишённую какого-либо смысла, однако расстановка пробелов в подходящих местах превращала эту последовательность в законченную фразу.

Но как обосновать написание рассказа на двух языках? Ещё более невероятным выглядело предположение, что кто-то из читателей поймёт, что это шифр. Разве что дать пояснение, будто рассказ стал в некотором роде продолжением романа, которое основано на событиях последних лет. Назову рассказ «Бедлам», что вполне соответствует тому, что происходит в мире. Куда уж хуже, если по воле жуликов оказался попросту в тюрьме?

Эпизод 3. Старый знакомый

Когда впервые вышел из больничной палаты, я был поражён тем, что увидел. Всё это ничем не напоминало строго охраняемую тюрьму – по аллеям парка прогуливались люди, природа же ничем не отличалась от того, что произрастает в Средней полосе России. Как удалось создать такой оазис в засушливой степи? А вот и первая встреча – ещё более неожиданная, чем вид вполне умиротворённых обитателей этого странного мирка.

Кто-то положил мне руку на плечо, смотрю – знакомое лицо. Я бы не удивился, увидев его на экране телевизора или на фотографии в глянцевом журнале, но только не здесь. И вот слышу слова приветствия:

– Вовчик! Ты ли это?

– Ося! Как же тебя-то угораздило сюда попасть?

– А что тут особенного? Имею право на компенсацию от государства как жертва беспредела, который творился в лихие девяностые.

Он улыбается, прищурив глаз, а я думаю: «Ничего себе заявочка!»

– С какого перепугу тебя записали в жертвы?

– Да с того, что лишился имущества и любимой жены в борьбе с торговцами живым товаром.

Это он по своей всегдашней привычке переврал то, что произошло на самом деле – ведь Ося и был организатором мерзкого бизнеса. Потому и спрашиваю, не удержавшись от иронической улыбки:

– Неужели?

– Да, именно так! У меня и документик есть с подписью районного прокурора. Не веришь? Приходи ко мне в апартаменты, покажу.

Не перестаю удивляться:

– Апартаменты? За что такая привилегия?

– Ну как тебе сказать… Видишь ли, Вовчик, я владелец этой фирмы.

Тут всё встало на свои места:

– Так это ты меня сюда…

Ося замахал руками:

– Что ты, Вовчик! Я не настолько мстительный… Фирма работает только под заказ. Представь, кому-то приглянулся чужой особняк, коллекция живописи девятнадцатого века или красавица-жена, вот он и обращается к нам…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.