# Преисподняя Галактики Книга 1: Первый прорыв

Erixxx

Что делать, если твой звездолет захвачен отчаявшимися врагами? Как вести себя, если твои друзья стали заложниками военных преступников? Как уцелеть в кошмарной астероидной зоне и провести через неё целый флот? Только легендарный пилот Виктор Донцов способен на это. Только он, на бешеной скорости влетает в пасть самого ада и выживает в самом пекле преисподней.

## Глава 1

Глава 1

Чужая война


Обработка последнего пакета данных прошла успешно. Виктор Донцов откинулся на спинку кресла, поднёс ко рту чашку с горячим ароматным кофе и сделав затяжной глоток, обратил свой взор на интерактивный экран-проекцию, развернутый над центральной частью приборной доски. Компьютер пространственной топографии непрерывно обрабатывал поступающую с внешних сенсоров информацию и каждые пять-десять секунд вносил в изображение какие-либо поправки.

Суть всей этой работы сводилась к тому, чтобы получить в итоге, как можно более детальную карту огромной астероидной зоны, что раскинулась впереди насколько хватало взгляда. Задача изначально была не простой. Это стало ясно сразу, как только «Искатель» вошёл в систему 40-ой Эридана. Впервые земляне забрались так далеко от родной Солнечной системы.

Коммандор Брюс Бэлфор был убежден, что здесь его ждёт успех. Первые разведданные показали, что вокруг основного компонента 40-ой Эридана – солнца класса Оранжевый карлик вращается несколько небесных тел размером и массой сходных с Землей. Также удалось установить, что один из этих объектов имеет плотную атмосферу с содержанием кислорода достаточным для жизни человека. Теперь предстояло добраться до этой планеты и точно установить годится ли она для колонизации.

Проблема была в огромной, просто колоссальной астероидной зоне, точнее облаке, не позволявшем просто так приблизится к планете. Ко всему прочему облако это было крайне нестабильно. С таким феноменом исследователи столкнулись впервые. Возможно, всего несколько тысяч лет назад здесь взорвалась планета или несколько небесных тел и детонирующая волна-инерция той катастрофы продолжалась.

Во всяком случае, облако представляло собой серьёзнейшее препятствие. Да и выглядело это просто кошмарно. Гигантская неправильной формы сфера, состоящая из триллионов каменных обломков, находящихся в непрестанном движении. Сталкиваясь друг с другом, они зачастую раскалывались на более мелкие части и те двигались по совершенно новым непредсказуемым траекториям. Вся астероидная зона затягивалась громадными облаками космической пыли. Сканеры сходили с ума, когда из глубины облака поступали данные о скачках гравитации, о всплесках энергетических выбросов, о мощности внутренних течений и постоянно меняющихся параметрах температур, давления, плотности межпространственного вещества и газовых ураганов.

Как преодолеть эту преграду? «Искатель» находился на периферии системы, уже более ста стандартных часов. Все это время шло изучение, строилась многомерная карта телеметрии, пролагались маршруты. Ни один из них не был безопасным. Нестабильность астероидной зоны, ее постоянная изменчивость приводила в ужас. Более-менее спокойные участки, что находились ближе к границам, обозначались зеленым. Там, почти все астероиды стабилизировались, векторы их движения были вычислены и они почти не менялись.

Но дальше был сущий ад. Сразу за тонкой желтой зоной относительного спокойствия находилась красная зона, где каменные глыбы двигались непредсказуемо. В этих секторах все менялось едва ли не каждую секунду. Были на проекционной карте переходные участки разного оттенка со смещением в зелено-желтое – менее опасное и желто-красное – с высоким уровнем угрозы. В центре облака условно обозначалась планета – цель экспедиции, а вокруг неё пролегли обширные темные зоны – не изученные, непроницаемые для сканеров и сенсорных лучей. Там отмечалось, только интенсивное движение огромной массы объектов, хаотичные всплески энергии, чудовищные волны гравитации, порождающие ураганы, или провалы в пространстве, не пропускающие никакого излучения.

Из-за проклятого астероидного облака не удавалось детально изучить и планету. Получить точные данные о ней можно будет, только выйдя на её ближнюю орбиту. Но туда ещё предстоит добраться сквозь космический ад.

Впрочем, руководитель экспедиции – коммандор Брюс Бэлфор верил в успех. Он был отважный исследователь, не привыкший отступать, не пасующий перед трудностями. В этом ему помогала фанатичная мечта отыскать для шотландцев свободный мир – планету над которой не будет этой треклятой Британской короны.

Пока же, обрести независимость шотландцам не удавалось. Они вышли в космос в составе экспедиционных корпусов Содружества Британских Колоний, именуемых коротко СБК. Все поселения, основанные этим Содружеством, были под властью Британской короны.

Несмотря на открывшуюся в 2090 году возможность покинуть Землю, лишь немногие государства могли позволить себе внешнюю экспансию и основание колоний вне Солнечной системы. Ситуация усугублялась тем, что пригодных для жизни миров оказалось не так то много. Нации, обладавшие еще на Земле силой, средствами и высокоразвитыми технологиями, продолжали диктовать условия всем остальным.

Народы, не имевшие собственного государства на Земле, зачастую и в эпоху космической эры его не обрели. Шотландцы были, далеко не единственными, но именно они, первые взялись за оружие, чтобы получить свободу от метрополии. Вот, только успеха эта борьба не имела. Два восстания были жестоко подавлены. Вооруженная борьба оказалась бесперспективной. И тогда возникла идея отыскать для шотландцев дом за пределами, контролируемыми СБК. И не только. Шотландцы намеревались уйти в дальний космос – за пределы той части Галактики, которую человечество успело освоить.

И вот, Брюс Бэлфор забрался дальше всех. Система 40-вая Эридана. Тридцать семь световых лет от Земли. Глубокий – неосвоенный космос. Ближайшая колония землян – система Грумбридж, где проживают русские колонисты.

Понятное дело, британцы, были недовольны поисками шотландских исследователей. Они всячески препятствовали этому. Но установить прямой запрет не могли, поскольку это противоречило ряду пунктов Всеземной Декларации о Свободной колонизации, принятой СОНЗ – Содружеством Объединенных Наций Земли.

Экспедиция Бэлфора готовилась долго и в тайне. Казалось безумием затевать сейчас подобное дело в столь сложное и опасное время. Год назад началась война СОНЗ в альянсе с СБК против Союза Белых Американских Доминионов, именуемых ЮВАД и теперь весь, освоенный человечеством регион Галактики стал небезопасен.

ЮВАД изначально признавал над собой Британскую корону, но затем объявил себя прямым наследником Соединенных Штатов Америки – государства, ещё столетие назад существовавшего на Земле. Когда американцы начали свой Исход с Земли, они были единой силой, но вскоре каждая из их колоний объявила о своей независимости. Так появились государства техасцев, детройцев, аризонцев и многих других. Белые американцы, ставшие называться вамерами и создавшие в системе 61 Лебедя колонии Вашингтон-Прайм и Атлантика, были недовольны таким разделением. Они вели агрессивную политику в отношении соседей и претендовали на гегемонию в СОНЗ. В конце концов, это привело к глобальной войне. Теперь, ЮВАД проигрывало, территория их уменьшалась, а ожесточение росло. Любой звездолёт, даже принадлежащий к колонии, сохранившей нейтралитет, при встрече с кораблём ЮВАД подвергался риску быть уничтоженным.

Все ждали и надеялись, что вскоре военному безумию будет положен конец. Из новостей было известно, что объединенный флот СОНЗ и СБК, уже штурмует Атлантику.

Но Бэлфор не мог ждать, когда воцарится мир. Тем более, то была не его война. Весь последний год он готовил экспедицию. Собирали средства, созывали ученых, специалистов разных отраслей. Предпочтение отдавалось членам клана Бэлфоров и других шотландских родов. Но Брюс, также прибегнул к помощи представителей иных народов.

Виктор Донцов, сам предложил Бэлфору свои услуги. Молодой пилот любил приключения. Космос и полёты к дальним мирам – только в этом, он и видел смысл своей жизни. В свои двадцать восемь лет, он был известен, как один из самых лучших и отважных пилотов. Его нестандартные действия и дерзкий подход к решению проблем передавались в рассказах по всей Галактике и превратились в легенды.

С Брюсом Донцов познакомился ещё в летной академии Земли и затем, было семь лет совместных экспедиций, наполненных потрясающими приключениями. Вот и сейчас, Виктор не мог остаться в стороне, когда его друг нуждался в помощи.

Брюс не скрывал радости, когда Донцов связался с ним и предложил свои услуги. Виктор тот час был включен в экипаж в качестве первого пилота. С учетом преодоления сложнейшей и опаснейшей астероидной зоны звездолётчик такого уровня подготовки и опыта, был крайне необходим.

Астероидную зону на своём пути Донцов воспринимал, как вызов. Вызов его профессионализму. Очередная, более жёсткая проверка его характера и выдержки. Нельзя сказать, что Донцов не боялся. При виде чудовищного каменно-пылевого облака не нашлось бы ни одного пилота, способного сохранить спокойствие. Донцов чертовски волновался, последние бортовые сутки, почти совсем не спал. Но вида не показывал. Вызов, был принят и обратного пути нет.

В рубку управления вошёл Рамиро Алонсо его коллега – второй пилот. Уровнем мастерства Алонсо едва ли уступал Донцову и потому был нанят Бэлфором, правда только на этот рейс. С Брюсом, они не были друзьями, да и Донцову этот колумбиец не особенно нравился. Скользкий какой-то, вороватый. Но с ним следующие несколько суток придётся вместе выживать, поэтому все личные пристрастия на время придется засунуть в одно место. Они – команда и должны действовать вместе.

Рамиро, был невысок, коренаст и всегда энергичен. В отличии от короткой полуармейской стрижки Донцова колумбиец был наголо брит, но при этом имел франтовские тонкие усики, переходящие в аккуратную эспаньолку. Над бровями у него красовались татуировки в виде змеек, а от висков, вниз на щеки тянулись какие-то значки в виде всяких замысловатых фигурок и отдельных букв латинского алфавита. В общем, типичный латинос бандитского вида.

Донцов не испытывал к нему ни малейшей симпатии. Хотя, может виной тому непростой характер самого Донцова? Он постоянно хотел придраться к Алонсо, но тот поводов не давал. Все делал, как надо и это порой раздражало Виктора до невозможности.

Но всё это, конечно же мелочи перед предстоящим испытанием. Нужно собраться и работать вместе. Только так можно прийти к успеху. А там, глядишь, они с Алонсо поладят. Чего на свете не бывает? Донцов умел держать себя и свои чувства в руках.

– Ну, как? – нарушив тишину, спросил Рамиро. – Много чего поменялось?

Вопрос был не праздный. Второй пилот со всей серьёзностью подошёл к изучению предстоящего маршрута. Рамиро Алонсо, конечно же полагался на коммандора Бэлфора и Донцова, но и на нём тоже лежала ответственность за успех экспедиции. Случись чего, ему придётся вести корабль и никакой поблажки в том, что он, только третий в лётном составе не будет.

– Вот здесь, в секторе 56 существенные изменения, – сказал Донцов, показывая на экран. – За последние две минуты там появилось двенадцать астероидов диаметром от трех до пяти километров. А сколько мелких, один черт знает, – Донцов выделил с помощью лучевой указки другой сектор с условным обозначением 54-6. – Ну, а здесь газовый выброс. Видишь зеленый шлейф? Около десяти тысяч километров в длину, три-четыре в ширину и продолжает разрастаться. По краям электромагнитные бури – просто ужас. В общем, опять менять маршрут. Там, точно не пройдём.

– Что и говорить, адское местечко, – пробормотал Алонсо. – Ну и работенка нам предстоит.

– Для этого нас и наняли, – Донцов пожал плечами, демонстрируя завидную выдержку. – Потому что мы – лучшие.

Рамиро нервно дернул правым плечом и спросил:

– Но ты, вроде бы здесь не из-за денег? Из-за дружбы с Бэлфором?

– Именно так, – кивнул Виктор.

– Ты веришь, что шотландцы, наконец обретут для себя свой собственный мир?

– Почему бы и нет? Я думаю, они имеют на это право не меньше остальных.

– Спецслужбы СБК будут недовольны, – хмыкнул Рамиро. – Вся эта затея попахивает международным скандалом.

– Имена и фамилии всех членов этой экспедиции засекречены, – сказал Виктор. – Надеюсь никакой утечки не случится и мы не станем фигурировать в новостных блоках.

– Хорошо бы, – кивнул Алонсо.

Виктор искоса взглянул на напарника.

– Ну, а ты здесь только из-за денег?

– Я наемник, – ответил колумбиец. – Чего, уж, тут скрывать. Но свою работу я исполню, как следует, если тебя это тревожит.

– Хорошо, – кивнул Донцов. – Так или иначе, но я полагаюсь на тебя.

С пульта внутренней коммуникации раздался сигнал. Говоривший не стал подключать видеосвязь, просто сообщил, что в конференц-зале через пять минут состоится брифинг организованный коммандором.

– Я должен идти, – сказал Донцов. – Представлю отчёт. Все должны знать, что нас ждёт.

– Давай, – кивнул колумбиец. – Я здесь продолжу за тебя, внесу последние изменения.

Сборы не заняли много времени. Виктор прихватил с собой информер с последними данными по картографии и покинул пилотский отсек. Он спустился по лесенке из четырёх ступенек, миновал короткий проход и вышел в более широкий и длинный коридор. Здесь находилась секция номер 34-Д – жилые и подсобные помещения второго уровня.

Донцов любил этот корабль не меньше его хозяина и коммандора Бэлфора. Оно и понятно, «Искатель» стал для Виктора вторым домом. А может и первым, учитывая то, что свой дом на Земле он видел последний раз шесть лет назад.

По своим техническим характеристикам «Искатель» относился к звездолётам среднего класса. Длина его центральной сигарообразной части составляла две сотни метров. Плюс ещё сто метров двигательный отсек в форме цилиндра. По сторонам тянулись широкие крыловидные секции с понижающим наклоном, снабженные гравитационными разгонными блоками последней модификации. «Искатель» был очень быстрым и маневренным кораблём. В предстоящем деле эти свойства являлись важнейшими для выживания. Ну и конечно, коммандор позаботился об усилении корпуса дополнительным комплектом брони и отдал немалые деньги за приобретение на чёрном рынке ряда модулей, в том числе армейского образца, повышающие характеристики защитных экранов звездолёта на несколько порядков. Правда, пришлось отказаться почти от всего бортового вооружения. Бэлфор посчитал, что в этой экспедиции оно не понадобится. Пираты, как правило шныряли возле торговых маршрутов. Уходить далеко за пределы освоенного человечеством пространства им не было смысла. Да и технических возможностей, чтобы сделать это они не имели.

«Искатель» в определенном смысле был уникальным кораблём. Выполняя научно-исследовательские миссии, он имел при этом полётные возможности и отчасти технические характеристики сравнимые с военными кораблями.

В проходе между двумя секциями наручный коммуникатор Донцова запищал. Он ответил на вызов. Это был Алонсо.

– Странное дело, – сообщил второй пилот. – Я, только что засек сигнал, отправленный с нашего борта.

– Сигнал? – удивился Донцов.

– По свойствам схож с простым энергетическим импульсом. Но…

– Что, за «но»?

– Узкий диапазон у него и дальняя дистанция.

– Направление? – спросил Виктор.

– Система Лебедя.

– Если это сигнал, кто и откуда мог отправить его?

– Пока, не знаю. Нужно выделить источник из общего фона «Искателя». Потом, я скажу из какого отсека этот сигнал отправился.

– Не нравится мне это, – пробормотал Донцов. На ум сразу пришли британские СБК и их козни против поисковых экспедиций шотландцев. – Поищи источник, Рамиро. Нужно установить отсек, где спрятан чертов передатчик. Усиль работу наших поисковых сканеров на корме и бортах. Если за нами следят, хорошо бы засечь этих говнюков, как можно быстрее.

– А если это и вправду, всего лишь обычный импульс от сброса излишка энергии? – спросил Алонсо.

– Хорошо если так. Но, береженого, бог бережет.

Донцов решил, пока ничего не говорить, ни Бэлфору, ни всем остальным. Следует все сначала проверить.

Брифинг-зал располагался сразу за кают-компанией. Вместительное полукруглое помещение в центре которого место для выступления, окруженное проекционными сенсорными консолями и экранами. Когда Донцов вошёл туда, почти все, уже были в сборе.

Весь экипаж «Искателя» состоял из тридцати двух человек. Но здесь собрались только руководители основных подразделений. Всех их Донцов хорошо знал.

Вот, Грегг Мак-Флетт – руководитель группы биологов. Высокий, почти лысый мужчина сорока восьми лет. Как и Донцов давний друг капитана. Вместе они исследовали ледяные миры Лумана, путешествовали в системе Сириуса и боролись за жизнь на планетоидах Лейтена вблизи чудовищных гравитационных колодцев.

Вот, Этьен Руанже – француз с Новелины, специалист – биохимик. Ему пятьдесят семь – самый старший в экспедиции. Веселый, никогда не унывающий человек.

Рядом с французом сидит руководитель группы геологов Кэмер мак-Алистер. Ему пятьдесят три. Высокий, крепкий и надежный мужик. С Донцовым у них было пять совместных экспедиций.

Специалист по геофизике Ирвин Мак-Бэрр, тоже здоровяк. Ему сорок четыре, большую половину из которых он провёл в шахтах, пещерах и подземных туннелях разных миров.

Финн Бэлфор – старший брат Брюса, был его заместителем и руководил технической службой. Крепкий, тертый жизнью калач. Его разыскивали спецслужбы СБК за пособничество шотландским сепаратистам и Финн, был единственным, чье имя не числилось в официальном списке экипажа.

Ханс Грауц – микробиолог и вирусолог родом с планетоида Вельта, где основали колонию выходцы из Германии.

Не хватало только Уилла Вейбека – бортового врача. Странно. Его, тоже следовало бы пригласить на брифинг. А может он и был приглашен, но пока задерживается?

Зал имел полусверическую форму. Кресла располагались амфитеатром. В центре была трибуна, снабженная необходимой для выступления аппаратурой.

Вот, показался и сам Брюс Бэлфор. Горячий патриот своего народа отдавший многие годы исследованию космоса. Он был одним из первых, вступавших в контакт с центаврийцами. Легендарная личность, первый прошедший кольца Арминара.

Донцов давно его знал. Они семь лет мотались вместе. Где только не были, в каких только передрягах не участвовали.

Бэлфор, был на плохом счету у спецслужб и разведки СБК. Нет, он не числился в списке террористов или сепаратистов, но считался неблагонадежным. Личные средства позволяли ему иметь собственный корабль и финансировать собственные экспедиции. Так, он надолго уходил из поля зрения британских спецслужб, и тех это крайне раздражало.

Британцы прекрасно знали, что является целью всех экспедиций Бэлфора. Пару раз им удавалось внедрить в состав экипажа своих шпионов.

После второго случая, в подборе людей коммандор стал крайне осторожен. В его команду могли быть включены только проверенные люди, или те, кто пользовался его безусловным доверием. Хотя, конечно нельзя исключать и просчетов.

Недавний, то ли целенаправленный сигнал, то ли случайный энергетический импульс не давали Донцову покоя. Неужели, кто-то из британских агентов смог опять внедриться в экипаж?

Бэлфор, был высокий, красивый мужчина. Сильный, широкоплечий, закаленный жизненными испытаниями. Темные волосы коротко стрижены, тёмно-серые глаза. Но в отличии от Донцова в его взгляде не было постоянной настороженности. Не склонен он был и к угрюмости. Характер имел живой и жизнерадостный. Не по этой ли причине именно его и выбрала Агнесс Милдтон когда-то?

Донцов хорошо помнил то время, когда они были совсем молодыми и учились в летной академии. Тогда, Виктор и Брюс оба начали встречаться с ослепительной красавицей Агнесс Милдтон. Но в итоге она выбрала Брюса. Донцов остался другом семьи. Он смирил свои чувства. Старался видеться с Агнесс, как можно реже. Теперь, первое место в его жизни заняли приключения, скитания в космосе от одного мира к другому и тут ему Брюс в полной мере помогал. Вот и сейчас перед ними очередное испытание, пожалуй самое серьёзное.

Брюс между тем прошествовал на трибуну. Проверил работу встроенного микрофона.

– Дорогие, друзья. Нас ждет новая миссия. Возможно самая нелегкая из всех, что нами, уже проводились. Успех зависит не только от профессиональных качеств каждого, но также и от мужества, выдержки, крепкой воли членов экипажа, и конечно же нашей сплоченности. Работа единой командой – вот ключ к победе.

Он кивнул Донцову. Тот активировал информер. Над трибуной появилась сферическая голограмма с изображением системы 40-ой Эридана. Любой из участков можно было увеличить и приблизить до нужных размеров.

– Итак, перед нами уникальное природное явление – сверхактивное астероидная сфера, – продолжил Бэлфор. – По сути, это несколько астероидных полей стянутых гравитацией в единую структуру. Мы ещё не до конца установили суть этого явления, его природу, но работы ведутся непрерывно и будут продолжаться, даже когда мы войдём туда. Данные сканеров показывают, что за этой каменно-пылевой завесой находится планетарная система. Выявлено три объекта. Масса и размеры большего из них сопоставимы с такими же показателями, как у Венеры. Это, однозначно планета. Два других объекта соответствуют по массе и размерам лунам. Причём одна из этих лун немного больше нашей земной луны. Предварительный анализ атмосферы показывает, что планета содержит достаточно кислорода, чтобы отнести ее по классификации ШотБерга к земноподобному типу. Конечно, более точный анализ химического состава нам будет известен, когда мы достигнем планеты. Теперь, продолжит наш первый пилот.

Брюс Бэлфор отошел в сторону и его место перед микрофоном занял Донцов. Он сделал несколько переключений на информере и внутри астероидной сферы появилась сильно изломанная, извивающаяся красная нить.

– Наш маршрут, – сообщил Донцов. – Как видите, он начинается от границы системы и проходит четкой линией только через зеленую зону. В желтой – на векторе появляются разрывы и далее их число увеличивается. Планета где-то здесь, – он указал на темный участок почти в центре сферы, окруженный такими же темными участками. – Конечный маршрут к ней выстроить невозможно. Поэтому вектор обрывается в желтом секторе.

– Итак, через два часа мы начнём, – снова заговорил Бэлфор. – Ещё раз все проверьте и будьте готовы ко всему. Я уверен мы с честью пройдем все испытания и добьёмся успеха. Есть у кого вопросы?

Несколько человек одновременно поднялись со своих мест, желая кое-что уточнить.

Кэмер мак-Алистер спросил:

– Удалось ли хотя бы одному зонду пройти через астероидную сферу?

– Более всего к успеху был близок номер 39, – ответил коммандор. – Он и передал нам предварительные данные о составе атмосферы. Однако спустя полторы минуты после этого сигнал оборвался. Как и все предыдущие и последующие. Тридцать девятый, скорее всего, был уничтожен каким-нибудь шальным обломком. Как, вы знаете миллиарды каменных осколков разных размеров и разной массы двигаются там по непредсказуемым орбитам и не поддаются регистрации. Многие из этих объектов, сами имеют недолгую жизнь.

– Какой уровень опасности присвоен планете? – спросил Ханс Грауц.

– Планета безусловно обитаема, имеет развитую экосистему – это данные с био-сенсоров, – ответил Бэлфор. – Но поскольку мы не знаем уровень опасности, лучше быть настороже. Предлагаю присвоить, пока красный уровень 1-А. А там дальше, посмотрим.

Со своего места поднялся Грегг Мак-Флетт.

– Коммандор, в случае провала экспедиции, какие средства по спасению будут задействованы?

– Что ж, вопрос важный, – кивнул Бэлфор. – Объявлю для всех, кто ещё не в курсе. С учётом секретности нашей экспедиции, ее важности для будущего моего народа, мы не можем прибегнуть к системе экстренного оповещения согласно протокола 3-17 А. Чтобы не случилось спасение будет зависеть только от нас самих. И ещё, хочу добавить, что…

Слова коммандора, были прерваны внезапным появлением голограммы с изображением Рамиро Алонсо. Колумбиец, был встревожен.

– Коммандор, наши радары улавливают многочисленные сигналы. Открыто двенадцать энерго-кластеров . К нам пожаловали гости.

– Что?! – вскричал Бэлфор. – Какие ещё… Переключи на мой экран!

Пару секунд спустя посреди помещения развернулась проекция с изображением ближнего космоса и всей системы 40-й Эридана. На периферии, в условно обозначенном секторе ДЦМ-600-34, на фоне черного пространства сверкали фиолетовыми отблесками двенадцать сферических объектов, сотканных из энергетических импульсов.

Судя по показаниям сканеров, флуктуационные колебания усиливались. По расчетам бортового компьютера, ожидалось прибытие звездолетов большого тоннажа.

И кто же это мог быть?

– Я к штурвалу! – бросил Донцов и быстро вышел из конференц-зала.

Другие остались на своих местах. Все с тревогой следили за расширяющимися энерго-кластерами.

– Неужели британцы? – взволнованно произнес Грегг Мак-Флетт. – Как, они узнали где мы?

– Может спецслужбы меня выследили?! – Финн Бэлфор вскочил и стиснул кулаки. – Черт возьми! Я ведь, был осторожен!

Кластеры, разом ослепительно вспыхнули и исчезли. В том месте, где секунду назад пространство пульсировало сгустком энергий, в золотом ореоле защитных полей появился огромный звездолёт.

Он имел сигарообразный корпус полуторакилометровой длины серовато-оливковой расцветки, раздваивающийся во фронтальной части; и длинный проем этот, предназначенный для старта космокатеров доходил почти до центра.

По бортам тянулись двойные крыловидные секции, между которыми прятались стартовые шахты для истребителей.

Примерно в центре, благодаря различным модульным надстройкам корпус расширялся и по горизонтали, и по вертикали, а затем ближе к корме опять сужался, но почти незаметно, так что кормовая часть все равно была шире фронтальной.

Командный центр и мостик громадины, а также отсеки навигации и связи располагались где-то в центре – в одном из эллипсовидных модулей. Скорее всего, в самом крупном, опоясанном тремя сенсорными рядами. По сторонам примыкали шарообразные сегменты – орудийные башни для дальнобойного и крупного калибра. На обширных верхних плоскостях фронтальной части размещались в два ряда стартовые шахты для боевых единиц типа «перехватчик» или «авиабастион».

На обеих бортах исполина сияли трехмерные проекции с изображением герба: звездный красно-полосатый фон и летящий орёл. Ниже было выгравировано название: «Liberator».

– Освободитель?! – удивленно воскликнул Брюс Бэлфор. – Командный авианосец вамеров? Какого черта он здесь делает?

Вскоре появились корабли сопровождения: четыре фрегата, известные, как «рейнджеры» и семь ракетоносцев класса «тайфун». У всех них высвечивался на бортах тот же герб, что и на авианосце. Прибывшие начали разлетаться в стороны, выбрасывая длинные шлейфы оранжевого пламени. На освободившемся пространстве снова вспыхивали энерго-кластеры и следом появлялись все новые и новые корабли, как военные, так и гражданские.

– Флот ЮВАД? Здесь? – пораженно произнес Финн Бэлфор. Он, явно ожидал увидеть корабли класса «protector throne», принадлежавшие британским спецслужбам СБК.

– Коммандор, нас вызывают, – сообщил из пилотского отсека Донцов.

– Переведи на мой коммуникатор, – сказал Бэлфор.

Секунд через пять рядом с изображением кораблей ЮВАД появилась новая проекция.

На Бэлфора смотрел мужчина лет пятидесяти с очень короткой армейской стрижкой, облаченный в черный мундир с золотым шитьём по центру и на рукавах. На плечах его были овальной формы погоны. Взгляд незнакомца, Бэлфор мог бы назвать, как «у загнанного волка».

– «Искатель», внимание! – резко произнес незнакомец на амере. Это был, отчасти измененный английский, сложившийся у вамеров после исхода с Земли и основании ими собственных колоний. Впрочем, все присутствующие понимали этот диалект сносно.

– Я – Лэнс Виккерс, – продолжал вояка. – Командующий первым ударным соединением флотилий ЮВАД. Приказываю обесточить двигатели и отключить бортовое вооружение. Приготовиться к стыковке и встрече полномочного представителя Союза Американских Доминионов.

– Я протестую! – вскричал Бэлфор. – По какому праву!

– Выполнять! – отрезал Лэнс Виккерс. – При малейшем сопротивлении мы откроем огонь!

Связь отключилась, изображение заискрилось и пропало.

– Ни черта себе! – Брюс Бэлфор обвёл товарищей ошарашенным взглядом. – Какая наглость. Что позволяют себе эти выскочки!

Пол под его ногами внезапно качнулся. С мест раздалось несколько испуганных возгласов.

– Предупредительный выстрел с одного из фрегатов, – сообщил Донцов. – Эти ребята настроены серьезно. Я могу рискнуть и открыть энерго-кластер…

– Нет – нет! – воскликнул Бэлфор. – Мы не успеем скрыться.

– Так что, коммандор, позволим им захватить нас?

– А, что есть другое решение? Делай, как велит этот Виккерс.

– Чтоб ему сдохнуть, – проворчал Донцов. – Ладно, выполняю.

Вскоре на экране своего коммуникатора Бэлфор мог наблюдать, как показатели всех энергосистем начали снижаться. На ста процентах осталась, лишь система жизнеобеспечения.

Один из фрегатов под названием «North Atlanta» приблизился. Он превышал размерами исследовательский корабль в полтора раза. Тень от кинжалообразного корпуса закрыла «Искатель».

– Началась стыковка, – сообщил Донцов. – Они подвели переходник к третьему люку на правом борту.

До слуха всех присутствовавших в конференц-зале донесся отдаленный грохот. Пол снова несколько раз дрогнул.

– Пойду, встречу непрошенных гостей, – хмыкнул Бэлфор.

Он вышел из помещения и едва не столкнулся в коридоре с Уиллом Вейбеком. Последний числился бортовым врачом на «Искателе». Невысокий, лысоватый мужчина лет пятидесяти с безупречными манерами и забавной привычкой всякий раз склонять голову вправо при разговоре. Верхнее облачение Вейбека, как и полагается доктору, состояло из белого халата, хотя надобности в этом пока не было.

– Что, ты здесь делаешь? – удивился Бэлфор.

– Простите, коммандор! – вскричал доктор. – Это все я! Это я подал сигнал.

– Какой еще сигнал? – ошеломленно спросил Бэлфор.

– Я отправил координаты «Искателя» флоту ЮВАД. Так, было нужно… Знаю, вы доверяли мне… Но это было необходимо. Я ведь, тоже вамер. Мой народ в опасности. Нужно спасти людей.

– Подожди, – перебил потрясенный коммандор. – Еще раз: ты отправил вамерам данные о местонахождении «Искателя?»

– Именно так.

– Чтобы они захватили мой корабль?

– Не захватили… Боже мой, да, как это сказать… Как объяснить… Им нужна помощь! «Искатель»…, наша экспедиция сейчас единственный шанс для моего народа!

– Я ни черта не понимаю, доктор, – нахмурился Бэлфор. – Но эта твоя затея, Вайбек, самое настоящее предательство.

– Коммандор, я понимаю, как это все выглядит. Я сожалею. Но поймите же и вы меня. Выживание моего народа…

– Ты – сучий ублюдок!

Бэлфор прижал доктора к стенке, надавил локтем ему на горло. Из конференц-зала выбежали в коридор все остальные. Все шумели, кричали. Никто не понимал, почему коммандор душит Вайбека.

– Брюс, какого черта ты творишь! – заорал Финн и начал оттаскивать брата в сторону.

– Это он! – закричал Бэлфор. – Он отправил вамерам информацию про нас! Убью, мразь!

В дальнем конце коридора послышался топот и отрывистые команды. Вскоре появились вамерские космодесантники. Их тела защищала динамическая броня в форме чешуек темно-зеленой расцветки с равномерно разбросанными черными пятнами. Шлемы – полусферы, сужающиеся к затылку не имели смотровых стекол, но по центру опоясывались сенсорной пластиной снабженной различными устройствами, в том числе средствами визуализации. В руках солдат были лайтинги на боевом включении. У пары бойцов тяжелые ралиганы.

Командовавший ими сержант рявкнул, обращаясь к экипажу «Искателя».

– Всем лицом к стенке! Руки за голову! Живо!

Вооруженным людям перечить было неразумно. Все подчинились. Финн смачно выругался, но тоже не стал рисковать, хотя при его росте, комплекции и силе вполне мог свернуть пару вамерских шей.

Вайбека, продолжавшего выкрикивать извинения, куда-то увели, а мимо по коридору проследовал ещё один взвод солдат. Им было приказано отыскать всех членов экипажа и взять под контроль все помещения корабля.

– Ладно, друзья, – произнес Этьен Руанже, обращаясь к взволнованным товарищам. – Раз такая ситуация, держим себя в руках. Не будем давать им повода.


* * *


Спустя десять минут космодесантники собрали всех в центральном коридоре между машинным отделением и брифинг-залом. Люди стояли лицом к стенке, руки за головы.

Бэлфор пытался выяснить, почему происходит этот захват, но сержант грубо приказал ему заткнуться. Минут двадцать продолжалось эта непонятная ситуация. Донцов стоял чуть в стороне ото всех.

Вот послышались шаги вновь прибывших. Космодесантники взяли на караул.

– Вольно, – раздался сильный волевой голос с хрипотцой, затем прибывший обратился к пленным.

– Члены экипажа «Искателя», можете опустить руки и повернуться.

Донцов увидел мужчину лет пятидесяти, может немного старше. Высокий, худощавый, по-армейски подтянутый, с коротким седым ежиком волос на макушке. У него были резко очерченные скулы, холодные пронзительные глаза и тонкие губы, с кривоватым изгибом, указывающие на жесткий характер. Типичный такой англосакс – вамер.

– Приветствую, господа, – сухо произнес он. – Мое имя – Джон Гилбс. Адмирал трех объединенных космических флотов ЮВАД. В настоящее время, в виду гибели президента Эдварда Кларка выполняю его обязанности. Скажу вам сразу, господа, захват вашего корабля мера вынужденная – вопрос выживания нашего народа. Так, что мы готовы идти до конца не взирая ни на что. Надеюсь, вы понимаете о чем я. Поэтому если с вашей стороны будет сотрудничество, мы избежим неприятных ситуаций.

– Я протестую! – вскричал Бэлфор – По какому праву этот захват! «Искатель» – научно-исследовательский корабль! К вашей проклятой войне мы не имеем никакого отношения!

– Вы, коммандор и владелец этого борта? – перебил Гилбс. – Брюс Бэлфор, я полагаю.

– Да. Вы, знаете меня?

– Я слышал о вашей экспедиции из официальных информационных источников, – ответил адмирал. – Вопрос открыто обсуждался на последнем заседании Британской научной конференции по освоению Галактики и колонизации. Но также, у меня имеются данные, не распространяемые через СМИ.

– Полагаю, доктор Вейбек стал их источником? – Бэлфор презрительно хмыкнул

– Не важно, – уклонился от ответа Гилбс. – Сейчас, как коммандор этого корабля, вы должны решить вопрос о сотрудничестве про которое я говорил. Это единственный способ сохранить жизни ваших людей.

– Хорошо. Что, вам нужно?

– Вы готовитесь войти в систему 40-вой Эридана, – сказал Гилбс. – Я хочу, чтобы вы провели туда наш флот.

– Что?! – изумился Бэлфор. – Ваш флот? Вы с ума сошли?

Остальные пленные, были потрясены не меньше, начали перешептываться, качать головами.

– Понимаю, как это звучит, – Гилбс криво усмехнулся. – Но, во-первых, будьте аккуратнее в выражениях и интонации. Во-вторых, я кажется ясно выразился – наш флот нужно провести.

– Но, это невозможно.

– Почему? – хмыкнул адмирал. – Вы же собираетесь лететь туда.

– Мы тщательно готовились, подбирали корабль и экипаж…, – взволнованно говорил Бэлфор. – Черт возьми, вы хотя бы немного представляете себе, что такое астероидное зона, которая нас ждет?

– Да – серьезное препятствие, – кивнул Гилбс. – Но у вас ведь разработана соответствующая программа и есть опытные пилоты.

– Это не избавит нас от трудностей и риска, – произнес Бэлфор. – Целый флот вести через Дьявольские астероиды… Непостижимо!

– У нас, нет выхода, – Гилбс горько и зло усмехнулся. – СОНЗ и Британская Корона теснят нас. Отступать некуда. Единственный шанс выжить – это укрыться в 40-й Эридана.

– Так, вы сами развязали эту войну, – возмущенно произнес Бэлфор. – И чего ожидали? Теперь пожинаете плоды вашей агрессивной и недальновидной политики.

– Не будем спорить, – раздраженно отмахнулся адмирал. – Нет времени вдаваться в философские диспуты. Решайте, вы готовы сотрудничать?

– Что, если я откажусь?

– Не разумно, – холодно глядя на собеседника и качая головой, произнес адмирал. – Вы же не хотите, чтоб ваш экипаж пострадал? В случае отказа сотрудничать я прикажу расстреливать ваших людей. По одному через каждый час.

– Но это… это…

– Я пронимаю ваши чувства, коммандор. При других обстоятельствах я не пошёл бы на такую меру. Но сейчас речь о нашем выживании, и мы готовы на все.

– Да, понимаю, – Бэлфор сделал гримасу, – особенно после того, как вас и других руководителей ЮВАД объявили военными преступниками. Не знаю, на что вы рассчитываете. Даже, если укроетесь в 40-й Эридана сообщество Галактики будет знать где вы.

– Пусть знают, – кивнул Гилбс. – Никто не сможет добраться до нас.

– Ну и вы будите заперты там, как в тюрьме. К тому же, планета до которой мы хотим добраться может оказаться непригодна для жизни.

– У меня есть сведения, что там достаточное количество кислорода, – возразил Гилбс.

– Да, это так. Но есть еще экосистема в целом. Мы не знаем степень ее агрессивности.

– Главное сейчас выжить и собраться с силами, – сказал адмирал. – Об остальном позаботимся после. Ну, так, как коммандор, рассчитывать мне на вашу помощь?

– Только, если всем членам моего экипажа будет гарантирована жизнь, – ответил Бэлфор.– За Вейбека не прошу. Он – ваш человек.

– Хорошо, коммандор, у вас будут гарантии, если поручитесь за всех ваших людей.

Бэлфор перевел взгляд на стоявших вдоль стен товарищей.

– Ну, что друзья, вы все слышали. Что скажите?

– А, что говорить? – хмыкнул Финн Бэлфор. – Как будто у нас есть выбор. Решай ты, Брюс, а команда тебя поддержит.

Все шумно и наперебой выразили свое согласие.

– Ну что ж, – помедлив с минуту, произнес Бэлфор и перевел взгляд на адмирала Гилбса. – Мы согласны сотрудничать. И я ручаюсь за всех своих людей.

– Отлично! – Гилбс не скрывал своего удовольствия. – Ваш экипаж побудет пока здесь, а вам я предлагаю пройти в пилотский отсек. Необходимо обсудить кое-какие детали, касающиеся полета. Пилоты пусть идут с нами.

В сопровождении двух рослых космодесантников адмирал первым, словно он был здесь хозяином направился в сторону носовой части звездолета. Бэлфор кивнул Донцову и Рамиро, чтобы следовали за ним.

В пилотском отсеке, Гилбс бегло, но все достаточно внимательно осмотрел. Понятное дело, в первую очередь его привлекла проекция астероидной зоны с отметками вариантов маршрутов.

– Навигационную программу необходимо передать нашим пилотам, – сказал Гилбс.

– Сделаем, – кивнул Бэлфор. – Но для них этого недостаточно. Готовы ли ваши пилоты к столь серьезным испытаниям?

– У них должный уровень подготовки, – ответил адмирал. – Они не подведут.

– Увидим,– буркнул Донцов.

Гилбс повернулся к нему.

– А вы, наверное тот русский пилот про которого я так много слышал. Господин – Донцов. Ваш корабль будет ведущим. Поэтому, относительно вас персонально: вы готовы сотрудничать?

– Я, как и все выполняю приказы коммандора, – ответил Виктор. – И конечно, ради безопасности наших людей – готов.

– Хорошо. Как оцениваете шансы на успех?

– Лучше обойдемся без оценок. Скажу одно: или прорвемся, или эти астероиды нас поимеют.

– Ну, хотя бы какие-нибудь рекомендации, – настаивал адмирал.

– Для начала нужно установить между кораблями систему телеметрии. На это уйдет много энергии, и подберите самых лучших спецов по коммуникации. Двигаться будем цепью. Важен второй корабль и замыкающий.

– Второй – наш авианосец, – сказал Гилбс.

– Я бы не использовал его, – покачал головой Донцов. – Слишком огромный и неповоротливый. Нужны маневренные корабли.

– У авианосца мощные экраны и броня.

– Какое-то время он выдержит в зеленой и желтой зонах. Но вот здесь, – Донцов указал на оранжевый и красный секторы проекции, – активность элементов астероидного поля зашкаливает. Мы не можем рассчитать траектории камней и установить их численность, поскольку количество их все время растет. Ваш авианосец исчерпает ресурс выживаемости и непременно погибнет.

Некоторое время Гилбс смотрел на голограмму и размышлял.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Вторым пойдет фрегат класса звездный орел.

– Нужно, чтобы там был самый опытный пилот, – порекомендовал Виктор.

– Ваш второй пилот, – адмирал взглянул на Алонсо, – полагаю, достаточно подготовлен.

– Он нужен здесь, – сказал Виктор. – Мне – на замену.

– Я пойду на фрегат, – вызвался Бэлфор.

– Нет, Брюс, – покачал головой Донцов. – Тебе лучше – на замыкающий. В арьергарде колонны нужен опытный человек.

– Да, согласен, – кивнул Бэлфор. – Сколько всего кораблей?

– Девять военных и двадцать два гражданских, – ответил адмирал Гилбс.

– Так много! – воскликнул Виктор. – Даже, не знаю…

– Опасно, – поддержал пилота Бэлфор. – Как провести такую группу?

– Нельзя ли уменьшить число кораблей? – спросил Донцов. – Чертовски сложно будет поддерживать телеметрию между всеми ними, начнутся помехи, а в тех условиях, что нас ждут – это считай конец любому кораблю.

– Мы сможем разместить людей более компактно, – заверил адмирал.

Включив коммуникатор и дождавшись, когда на экране появится тот, кого он вызывал, Гилбс сказал:

– Винс, мне нужен срочный расчёт. Оптимальное размещение наших людей, с учетом того что часть кораблей и авианосец придется оставить.

– Сейчас подсчитаем, – последовал ответ.

Прошло минут пять-шесть. Затем, Винс сообщил:

– Мы можем собрать всех гражданских на девяти кораблях. Предлагаю следующие: «Хелмест», «Колумбус», «Дакота», «Техас», «Голден Сансет», «Вандерер», «Орлеан», «Релиабл» и «Стар Хауз». Из военных можем оставить пять. Это – «Апач», «Линкольн», «Даггер», «Авенджер» и «Атлант». Людям придется сильно потесниться, но это возможно.

– Итого пятнадцать кораблей, включая ваш «Искатель», – сказал Гилбс, глядя на Донцова и Бэлфора. – Приемлемо?

– Уже лучше, – кивнул Виктор. – Но все равно я не могу гарантировать, что все они уцелеют.

– Вам нужно постараться, – резко произнес адмирал, опалив Донцова и Алонсо гневным взглядом. – На гражданских кораблях семьи наших руководителей и военных. Если допустите их гибель, пощады не ждите.

– Я не дам гарантию, – с напором повторил Донцов. – Самые высокие шансы у головного корабля и трех-четырех, идущих следом. У остальных телеметрия будет некачественная, иногда начнет совсем пропадать. Среди них я не исключаю потерь. Единственное решение – прикрепить на борта мощные маячки.

Гилбс раздумывал пару минут. Потом включил коммуникатор:

– Винс, всех офицеров званием начиная от майора, также советников и конгрессменов, научную группу, ведущих конструкторов и инженеров, членов их семей отправить на пять первых кораблей колонны. Туда же – президентских гвардейцев.

– Остальные? – обеспокоенно спросил помощник.

– Распределяй, как придется на оставшихся кораблях. Гражданских лиц, младших офицеров и рядовой состав вперемежку.

– Они поймут, что для них приготовлены худшие условия.

– Что ж, по-другому не получается.

– Но, это наши люди…

– Я знаю! – вскричал адмирал. – Думаешь, мне плевать? Но, что делать? Элиту необходимо сохранить в первую очередь.

Донцов не испытывал симпатии к вамерам, но слушая сейчас разговор двух высокопоставленных особ, за судьбу простых людей, совершенно ни в чем не повинных, он начал тревожится. Внезапно адмирал сообщил Бэлфору крайне неприятную новость:

– Ваших людей мы отправим к остальным и распределим по кораблям.

– Это, почему? – возмутился коммандор.

– Нашим людям здесь не хватит места.

– Но…

– Не могу же я оставить ваших и не разместить своих.

– Но, они необходимы здесь. Предстоит столько работы, исследований…

– Когда прибудем на место, они смогут заняться этим.

– Но, кто-то из них может погибнуть по пути.

– Мои люди, также рискуют, – резко ответил Гилбс. – Выберете нескольких, кого отправите на наши корабли. Скажем, на «Орлеан».

Брюс Бэлфор, конечно был возмущен и не согласен. Перемещение членов экипажа «Искателя» выглядело, как передача заложников. А может, так и было? Адмирал Гилбс, скорее всего подстраховывался.

Спорить, было бесполезно. С тяжелым сердцем Бэлфор выбрал эколога Винса Снэвика, зоолога Уилла Арктона, геофизика Ирвина Мак-Бэрра и объявил им о переводе на вамерский «Орлеан».

– Что ж, – вздохнул Винс Снэвик, – надо, так надо. Удачи, Брюс.

Они с коммандором обнялись. Потом, Бэлфор обнял Вейера и Мак-Бэрра. Никто не знал, увидятся ли они снова.

Еще более трогательным стало расставание Брюса Бэлфора с братом. Это произошло возле транспортного отсека. Финн по характеру был менее сдержан и выразил свое отношение к отправке Брюса на «Атлант» гневной тирадой.

– Чертовы вамеры, чтоб им сдохнуть. Мало того, что эти твари захватили нас, претендуют на нашу планету, так еще решили разделить. Брат, я готов убить их, хоть голыми руками.

– Успокойся, – сказал Брюс. – Нужно сохранять хладнокровие. Я, тоже возмущен. Но мы должны помнить о наших людях. Они не должны пострадать.

– Ну, а как же планета, брат? Мы так долго искали пригодный мир, столько готовились. Неужели все зря? Отдадим вамерам мир, который мог бы стать домом для нашего народа? Это не справедливо.

– Не справедливо, – кивнул Брюс, полностью соглашаясь с братом. – Но сейчас мы не в силах что-то изменить. Нужно, просто выжить. Тогда, появятся другие шансы. Все, Финн, давай, держись тут. Надеюсь на тебя. Помогай нашим пилотам.

Они снова крепко и горячо обнялись. Потом Бэлфор старший крепко пожал руки Донцова и Алонсо и вошел в транспортный отсек. Дверь за ним плотно закрылась. Сверху появилась надпись о готовности к запуску пассажирского космокатера.

Коммандор был доставлен на «Атлант» – военный звездолет класса «ракетоносец». Там ему предстояло исполнять обязанности первого пилота. Остальных заложников космокатер доставил на «Орлеан».

Между тем на всем вамерском флоте шла подготовка: космокатеры, скайросы, как пассажирские, так и грузовые сновали туда-сюда. Шло перемещение сотен и тысяч людей, каких-то грузов.

На «Искатель», где осталось двадцать восемь членов экипажа прибыло еще шестьдесят человек. Все высокопоставленные члены правительства ЮВАД с семьями. Помимо них было два десятка вооруженных гвардейцев. Адмирал Гилбс, разумеется, тоже собирался остаться на ведущем корабле. Он занял каюту, принадлежавшую Ирвину Мак-Бэрру.

Присутствие среди пассажиров нескольких женщин и детей беспокоило Донцова. А на остальных кораблях гражданских лиц, вообще тысячи. Тащить их в самое пекло Дьявольских астероидов, казалось совершенно дикой идеей. Но, вамеры, конечно не могли их оставить. Хотя, может – это было бы милосерднее. В самом деле, не станет же СОНЗ и британцы уничтожать гражданских?

Вскоре от Брюса поступило сообщение, что все в порядке. «Атланту» предстояло стать замыкающим в колонне. На борту «Атланта» установили комплект из самых мощных передатчиков, чтобы обеспечить стабильную телеметрию. Предположительно, устойчивый навигационный сигнал между головным и замыкающим кораблем даст остальным – идущим по центру больше шансов не сбиться с курса.

Алонсо где-то проверял в отсеках работу внутренних датчиков. Донцов остался на месте и занимался корректировкой линий связи. Заодно наблюдал, как вамеры перемещают по коридорам своих кораблей какие-то грузы. Некоторые в закрытых контейнерах, некоторые в прозрачных пластиковых коробках со множеством отделений. Там, в основном были какие-то документы. На черта они сейчас нужны – непонятно. Донцов прикинул, что если бы все эти контейнеры не занимали столько места, всех людей можно было бы разместить на десяти кораблях. Тогда, шансы на более успешный прорыв через Дьявольские астероиды повысились бы на порядок.

Несколько минут спустя вернулся Алонсо. Выглядел он странно. Весь, взбудораженный, глаза бегают, горят. Донцову он показал видео-запись со своего наручного коммуникатора. Там, трое вамерских гвардейцев вносили в грузовой отсек «Искателя» какие-то длинные прямоугольные ящики из тонкого гибкого пластика, собственный вес которых был невелик. Но их – таких ящиков было чертовски много. Весь коридор перед отсеком до потолка заставлен. Часть оборудования, что везли ученые для поведения исследований, вамеры бесцеремонно вытащили, чтобы освободить место.

– Ты знаешь, что в этих ящиках? – спросил Алонсо.

– Нет, – Донцов покачал головой. – Что-то ценное? Или…, – тут, во взгляде его появилась тревога. – Неужели взрывчатка?

– Ты угадал вначале, – тихо произнес Рамиро. – Там золотые слитки, а также кристаллы хаорна.

– Правда? – поразился Донцов. – В каждом ящике? Как, ты узнал?

– Я проходил мимо, они загружались и очень торопились. Два ящика упали. Крышки у них соскользнули. Внутри каждый ящик на две части разделен. В одной половине золото, в другой кристаллы.

– Ни черта себе! – присвистнул Донцов. – Если у них столько ящиков… это сколько же кристаллов хаорна?

Кристаллы эти со времен открытия торговых маршрутов между колониями землян и центаврийцев стали важны, как золото и драгоценные камни, поскольку использовались в качестве валюты. На территориях, освоенных человечеством, было лишь два места где добывались и обрабатывались кристаллы хаорна. Эти темно-синие с удивительным внутренним блеском минералы в форме слезы имели огромную ценность.

– Вот, и я про то, – криво усмехнулся Алонсо. – Сколько у этих вамеров этого добра?

– И, что думаешь? – спросил Донцов.

– Я думаю, вамеры загружают в наш отсек свою государственную казну. Это, мать его, очень лакомый кусок.

– И что с того? – хмыкнул Донцов. – Думаешь, поделятся с нами? Или заплатят за провоз к планете? Упокойся лучше, соберись. Нам нужно готовиться.

Его слова прервал сигнал тревоги, раздавшийся с приборной доски. Оповещение исходило от сенсоров дальнего пространственного сканирования.

– Какого еще дьявола! – вскричал Виктор.

Перед ним увеличился в размерах один из проекционных экранов. Пространство по левому борту осветилось короткими фиолетовыми вспышками.

– Открыты двадцать три энерго-кластера! – вскричал Рамиро Алонсо.

В следующее мгновение в систему 40-й Эридана ворвались боевые звездолеты Союза Объединенных наций Земли.

Первыми двигались двенадцать легких фрегатов крестообразной формы, а их силовые установки – огромные цилиндры с лентами гипермагнитных ускорителей были вынесены далеко от корпуса. Их прикрывали на флангах ракетные крейсеры с вытянутыми сигарообразными корпуса по бортам которых размещались вытянутые цилиндрические модули. Кормовая часть состояла из четырех огромных последовательно расположенных силовых дисков между которыми бились энерго-квантовые сферы.

– Еще двадцать четыре энерго-кластера! Сектор 7-700, – взволнованно сообщил Алонсо.

Это было тоже с левого борта, но несколько дальше от расположения вамерских кораблей и прибывших сонзовцев.

Сбросив сверхсветовую скорость начали появляться корабли Союза Британской Короны. Это были, прежде всего штурмовики класса «роктор», напоминающие формой акул и крейсера класса «рейнбоу» с энергопанельными секциями, раскинутыми в стороны от корпуса, словно крылья.

В пилотский отсек влетел Джон Гилбс. Лицо бледное, глаза дикие. Используя наручный коммуникатор, он кричал:

– «Линкольн-4», прикрывай центр! «Ориган», «Рейнджер», переместиться в сектор 2-17!

– Адмирал, – обратился к Гилбсу Донцов, стараясь выдерживать спокойный тон, – расклад явно не в вашу пользу. Не лучше ли сдаться?

– Что?! Сдаться?! – вскричал Гилбс. – Противник явился сюда не за тем, чтобы принять нашу капитуляцию. Проклятие! Я думал у нас будет больше времени!

– Но, адмирал, сопротивление приведет к огромным жертвам. Здесь у вас тысячи гражданских…

В следующее мгновение Донцов, был потрясен до глубины души. Корабли СОНЗ и британцы с ходу начали атаку. Не было никаких предварительных переговоров, не последовало ни одного предложения о сдаче. Ни единой попытки, вообще выйти на связь. Все выглядело так, словно продолжился, где-то прерванный ранее бой.

С атакующих кораблей ударили установки МЛНД – так называемые мегаваттные лазеры непрерывного действия. Их поражающая сила была колоссальной, но не для продолжительного боя. Для питания требовался просто океан энергии и перезарядка была довольно длительной. Вместе с тем красные лучи разом сносили с кораблей их дефлекторные экраны.

Потом, следовала атака бронебойными ракетами. Пространство озарилось вспышками сотен взрывов. Тьму космоса пронзали красные спицы и ярко оранжевые инверсионные следы маневрирующих кораблей.

– «Освободитель», выпускай все, что у нас есть! – закричал Гилбс.

Авианосец начал разворачиваться, чтобы убрать из под обстрела свой правый борт. Одновременно, с его верхних палуб начали подниматься перехватчики и авиабастионы. Из боковых стартовых шахт вырывались истребители.

Сонзовцы, тоже пустили в бой малые корабли. Около сотни истребителей, разделенные на четыре эскадрильи напали на вамеров с разных направлений. Активно наступали и крейсера: запускали тучи ракет, использовали пульс-магнитные пушки.

Вамеры отчаянно контратаковали или же прикрывали гражданские корабли. Джон Гилбс продолжал отдавать приказы, старался организовать оборону, но порой самообладание покидало его. Он срывался на крики. Отчаяние адмирала, было ничем не прикрыто. Гилбс понимал, чем кончится этот бой.

– Им, даже не предложили сдаться, – с возмущением сказал Донцов. – Как, такое возможно? Ну, ладно, британцы – от них можно такого ждать. Но, СОНЗ!… Это же цивилизованные люди.

– Не знаю, – хмыкнул Алонсо. – По мне, так лучше валить отсюда побыстрее.

Тем временем группа из десяти британских «рокторов» обошла по широкой дуге скопление звездолетов ЮВАД и начали расстреливать транспортно-пассажирские корабли, хотя их сигналы, в том числе бортовые указывали исключительно на гражданскую принадлежность. Но британцы продолжали бить хладнокровно и целенаправленно.

– Что они творят, суки! – Донцов чертыхнулся.

Он быстро определил основные открытые каналы коммуникаций британской эскадры. Попытался связаться. Ответа не последовало. Тогда, Виктор начал просто передавать на широких волновых диапазонах тарсионной связи.

– Группе британских кораблей в секторе 77-3 прекратить огонь. Здесь, только транспортники с гражданскими на борту. Прекратите огонь. Вы нарушаете раздел 6-11 Всегалактической Конвенции по военным преступлениям!

Но британцы, по прежнему не реагировали. Они продолжали свое дело. Было ясно, что на их боевых звездолетах получают сообщения и принимают передачи, но намеренно игнорируют их.

– Бесполезно, – с кривой ухмылкой произнес Гилбс. – За попытку помочь – благодарю.

Лицо адмирала перекосилось от ярости и душевной бои. – Они не прекратят.

– То, что погибнут тысячи гражданских лиц, их не волнует? – продолжал возмущаться Донцов.

– Про это вряд ли кто-то узнает, – ответил адмирал с горечью. – Заметьте, здесь нет в округе ни одного корабля информационных служб как, было в битве у Вашингтон-Прайм. Нас, просто хотят по-тихому добить.

– Может, не стоит этому удивляться, – хмыкнул Донцов. – Это вам ответ за романские колонии Новелина и Орлуане, где вы творили нечто подобное. Так что, получаете сейчас геноцид за геноцид.

– Я не собираюсь обсуждать с вами это! – резко ответил Гилбс. – Все, пора уводить эвакуационную группу.

Он отдал несколько приказов. Охваченный огнем флот ЮВАД начал разделяться на части. Кто-то еще сражался, кто-то пытался спастись, приведя в активность силовые блоки сверхсветового перелета. Начали поступать сотни сообщений от гражданских: мольбы о помощи, отчаянные призывы не оставлять их.

На лице адмирала Гилбса отчетливо проступала сильнейшая душевная боль. Он видел, как под градом ракетных ударов развалился авианосец. Рядом взорвался фрегат, а в другой стороне распался на две половинки огромный гражданский старлайнер. Эвакуация людей с его борта еще не началась. Несчастные гибли целыми семьями во внутренних отсеках, охваченных огнем, задыхались от жара и отравлений продуктами плавления. Из рваных пробоин наружу выносило сотни тел. Мужчины, женщины, дети… Некоторые были еще живы.

– Не думал я, что СОНЗ и британцы пойдут на такое варварство, – покачал головой Донцов. – Может быть жесткие условия капитуляции, отправка вамеров в лагеря… Но вместо всего – просто бойня.

При всем его цинизме, такое не укладывалось в голове. Прямо на глазах тотальное уничтожение целого народа!

Да, за военные преступления, совершенные вамерами их должна постигнуть кара. Но ответить должны политики, руководители, военные. Но, не весь же народ? Сонзовцы и британцы не стали утруждать себя разбирательствами. Все другие, скорее всего молчаливо согласятся. И чем тогда остальные галактические сообщества лучше нацистов-вамеров?

Кто-то среди атакующих заметил обособленную группу кораблей. Понял, что это эвакуационная команда. И ясно, как день, что именно там собрана вся элита, руководители, ученые, их семьи. Колонну начали интенсивно обстреливать.

– Мать их так, решили за нас взяться! – вскричал Алонсо.

– Уходим, живее! – прорычал Гилбс.

– Контрольная диагностика, – пробормотал Донцов. – Мы не успели ее закончить.

– К чертям! Уводите нас отсюда!

Корабли эвакуационной группы, названной Гилбсом «Эскадра-LB» – аббревиатура от the last breakthrough (Последний прорыв) увеличивали скорость. Часть оставшихся, в основном гражданские звездолеты последовали за ними.

Чудовищный каменно-пылевой поток надвигался. У тех, кто рискнул спасаться в одиночку, не было шансов. Позади смертоносные копья лазеров – впереди каменный ад.

Дефлекторные экраны вспыхивали и болезненно пульсировали, получая удары. Один за другим огоньки звездолетов исчезали с экранов. Спустя несколько минут остались лишь те, что составляли Эскадру-LB.

В пространстве плыли первые, пока еще мелкие астероиды. Но дальше число их и размеры угрожающе возрастали, вокруг, в зловещем зеленоватом отсвете клубились облака космической пыли.

## Глава 2

Глава 2

Первые потери


Прямо по курсу находилась дюжина глыб – каждая размером с авианосец. Но эти громады не представляли серьезной опасности. Скорость их была невысокой и траектории достаточно стабильны. Маршрут проложили справа от них с таким расчетом, чтобы под прикрытием их мощного и уравновешенного гравитационного поля проскочить опасный участок.

Здесь на начальном этапе пути ещё было возможно произвести расчёт курса и следовать установленному вектору. Дальше простиралась обширная зона с обозначенными на маршрутной карте спиралями гравитационных смерчей и десятками тысяч камней вовлеченными в немыслимый смертоносный танец. Потоки фосфоресцирующей пыли сливались там в гигантские реки, уносимые куда-то вглубь системы.

Донцов уверенно держался намеченного курса. В относительно безопасном секторе траектории большинства астероидов были внесены в навигационную базу, так что он легко отслеживал их. Но всегда была опасность, что сюда могло забросить случайную глыбу, которая нарушит сложившийся баланс. К счастью, такого, пока не происходило.

Адмирал Джон Гилбс, также находился в пилотском отсеке. Он устроился в кресле, расположенном позади кресел пилотов, и с напряжением следил, то затем, что происходит на экранах, то за изменениями навигационной карты.

По мере того, как огоньки, отмечающие корабли их каравана приближались к желтой зоне, тревога адмирала возрастала. Зеленая зона, относительно безопасная, была очень тонкой и уже скоро придется покинуть ее.

У Гилбса наготове был командный коммуникатор для связи со штурманами остальных кораблей. Время от времени адмирал выходил из отсека, чтобы переговорить со своими людьми.

– Уровень телеметрии? – спросил Донцов, заметив, как линия связи, примерно по центру начала слегка вибрировать.

У Рамиро Алонсо имелись более точные технические данные. Он сообщил:

– Пока в норме. Отклонение в среднем 00-5 единиц. Это допустимо.

– Хорошо, – кивнул Виктор. – Рассчитай, кто у нас больше отклоняется на линии?

Рамиро запустил процесс диагностики по проложенному курсу, с включением данных по движению каждого из кораблей каравана. Минут через пять появились результаты. Второй пилот сообщил:

– «Хелмстар» – отклонение 00-3 с возрастанием до 00-15. «Колумбус» – отклонение 00-4 с возрастанием до 00-25 и возможно увеличение.

Донцов задумался. У «Колумбуса» – транспортно-пассажирского звездолета в котором находилось сейчас две тысячи человек намечалась крайне нехорошая тенденция. Пусть даже медленное отклонение от параметров навигационного вектора грозило серьезной проблемой. С чем это связано, было не ясно. Возможно навигационные, или энергопитающие системы «Колумбуса» не справлялись со скачками гравитации, резким колебанием пространственных потоков, или же были причины иного технического характера.

– Так, я понял, – кивнул Виктор и обратился к только что вернувшемуся в отсек адмиралу Гилбсу.

– Свяжитесь со штурманом «Колумбуса». – Им нужно провести срочную корректировку по вектору движения.

– А вы сами, можете связаться?

– По общему каналу коммуникации – да. Но это ваши люди. Вы сказали, что будите контролировать их действия отсюда. Они выполняют только ваши приказы.

Гилбс задумался, потом спросил:

– Эта корректировка курса необходима? Что у них не так?

Донцов вкратце изложил суть проблемы и закончил словами:

– В какой-то момент отклонение станет настолько критичным, что при опасной ситуации пилот не успеет увести корабль в безопасный сектор.

– Но это отклонение, даже на 00-35 единиц не выглядит таким уж существенным на векторе курса.

– Это в обычном пространстве не представляет проблемы, а здесь, адмирал, все может закончится плохо.

Гилбс снова задумался. Так прошло минут пять, может, чуть больше. Наконец, он сказал Донцову.

– Пожалуй, вам следует передать полномочия по общему управлению и координации эскадры. Да, так будет правильнее. Код – Кондор 9-5-7.

Виктор кивнул и ввел полученные данные. Перед ним появился ещё один экран, разделенный на несколько интерфейс-окон. На них были изображены звездолеты всего каравана. Донцов прикоснулся к иконке «Колумбуса». Тотчас изображение корабля сменилось изображением его штурмана Фрэнка Хакстона.

– Прошу прощения…, – удивился американец.

– Майор – это Виктор Донцов – наш ведущий, – сказал Гилбс, задействовав свой коммуникатор. – Я решил, что целесообразнее передать ему все полномочия по управлению. Работайте напрямую.

– Есть, сэр, – кивнул Хакстон и перевел взгляд на Донцова.

Виктор, уже переслал ему данные по диагностике отклонения и сказал:

– Вам, необходимо откорректировать курс. Сделайте перезагрузку всех навигационных систем. Затем, нужно провести точную коррекцию. Отклонения по каналу телеметрии допустимы в пределах 00-5 – 00-12 единиц. Все необходимо сделать сейчас, пока мы в зеленой зоне. У Вас есть около часа.

– Я понял, ведущий, – сказал майор. – Однако, не уверен, что это исправит ситуацию. Может быть на время. У нас постоянно сбивается скорость передачи квантовых ядер на потоковом контуре. Я вынужден перебрасывать туда часть энергии от систем жизнеобеспечения.

– Нужно провести техническую диагностику, – сказал Донцов. – Выявить причину сбоев… Вот, только времени на это нет. Ладно, майор отправьте мне данные по вашей общей энергосистеме и технические характеристики корабля. Мы подумаем над проблемой.

– Хорошо.

На свободном поле одного из экранов начали столбиком выстраиваться файлы, переданные с «Колумбуса». Виктор перебросил их Алонсо.

– Посмотри, что там можно сделать.

Второй пилот углубился в изучение. На своем экране он развернул трехмерный технический план Колумбуса с обозначением всех его главных узлов и энергосистем.

Караван между тем продвигался вперед. Приближалась желтая зона. И это сразу почувствовали все. От пола и стен начали исходить короткие, но ощутимые вибрации. Это означало встречу дефлекторных полей, защищавших корпус с более агрессивной внешней средой. Работа энерго-генераторов стала интенсивнее, в отсеках теперь усилилось гудение в разных тональностях.

Донцов, стал более напряжен. Пока, «Искатель» еще шел по маршруту, но уже приходилось немного отклоняться и маневрировать активнее. То же стали делать штурманы остальных кораблей. Но, пока все, ещё держались линии телеметрии, хотя она стала заметно тоньше и местами прерывистой.

Рамиро Алонсо закончил просмотр данных и связался с Финном Бэлфором, чтобы посоветоваться с ним. Бортовой инженер быстро просмотрел данные и одобрил решение Алонсо. Второй пилот переключился на «Колумбус». Когда на экране связи появился Фрэнк Хакстон, Алонсо представился и сказал:

– Могу предложить следующее, майор: систему жизнеобеспечения не трогать. Частичное ее отключение не дает нужного прироста энергии на потоковые контуры. Лучше деактивировать один передний дефлектор и снизить мощность двух боковых в районе вашего грузового отсека. Это позволит создать необходимый резерв для скорости квантовых ядер.

– Я понял, – кивнул Хакстон. – Но это снизит нашу внешнюю защиту.

– Верно, снизит, – вздохнул Алонсо. – Но придется рискнуть. Перед вами находится «Хелмест», позади «Дакота». Их экраны частично прикроют. В остальном придется полагаться на маневрирование.

– Что ж, хорошо, – согласился майор.

В течении следующих нескольких минут Донцов с удовлетворением наблюдал, как отклонение «Колумбуса» от общего вектора снижается. В результате показатель составил 006 – 009 единиц. Но, как все сложится дальше – в глубине желтой зоны и красной, он не взялся бы прогнозировать.

Одну проблему пока решили, но на подходе, уже появилась следующая. Виктор обнаружил мощное гравитационное течение, протянувшееся вдоль левого борта. Раньше его в этом секторе не было. Либо, сканеры не смогли его обнаружить – в результате оно не было отмечено в навигационной карте, либо течение появилось за последние три-четыре часа. Произойти это могло по причине каких-то изменений в ближайших секторах астероидной сферы. Возможно, от столкновения разрушилось несколько больших глыб, что привело к дестабилизации вещества и гравитации.

Кроме мощной и нестабильной гравитации, угрожавшей с левого борта, сканеры засекли прямо по курсу плотное скопление из быстро двигающихся астероидов. Данные имелись, лишь по небольшой части этого потока. Изначально было обнаружено три десятка глыб, но в итоге их оказалось несколько сотен. Многие, особенно в центре этой каменной реки сталкивались друг с другом и разлетались сотнями новых осколков. Вокруг вихрились и пульсировали облака золотистой пыли.

– Будем двигаться вдоль этого потока, – сказал Донцов. – Так безопаснее. Он закрывает нас, отчасти… по крайней мере с одной стороны.

– Но так, мы отклоняемся от первоначального курса, – заметил адмирал Гилбс.

– Да, приходится, – сухо ответил Виктор. – В целом, еще не сильно. Вот дальше, будет хуже. В красной зоне, вообще нет проработанного маршрута.


* * *

Пристроившись к каменному потоку, Донцов передал векторные корректировки на остальные корабли. С ним связался Брюс Бэлфор и сообщил, что мост телеметрии, пока надежен. Он использовал дополнительный передатчик, пожертвовав частью дефлекторов, чтобы быть для следующих за ним кораблей не только связующим звеном, но также дублирующим источником ведущего.

– Отличное решение, Брюс, – сказал Виктор, не скрывая между тем беспокойства – Но ты уверен, что стоит ослаблять дефлекторы?

– Если что, начну маневрировать, – ответил капитан с улыбкой. – «Атлант» чертовски хорош, надо признать. Да и я пилотское мастерство не утерял. Все будет отлично.

Один за другим корабли эскадры входили в желтую зону. На отдельный коммуникатор Донцова приходили запросы от физиков Стэна Фрая и Владимира Рязанова. Первый специализировался на изучении астрономических тел, включая астероиды, второй занимался вопросами гравитации и кванто-физики. У них, тоже была серьезная работа.

Несмотря на захват «Искателя» вамерами, не стоило отказываться от поставленных задач. Как никогда сейчас можно получить богатейший материал для исследований. Виктор отправлял ученым все данные, полученные со сканеров, все показатели по бушующим снаружи стихиям. Закрывшись в небольшом отсеке и подключив свое оборудование к автономному источнику питания, Стэн и Владимир проводили анализ, систематизацию и прочие необходимые методики.

Весь остальной ученый состав экспедиции, пока прибывал в бездействии. Это особенно выводило из себя Ирвина Мак-Бэрр и его группу геологов. Планировалось, что во время прохождения астероидной сферы будут взяты образцы из каменных и пылевых потоков.

Предполагалось, что «Искатель» на относительно спокойных участках будет снижать скорость и даже останавливаться, чтобы получить материал для изучения. Но сейчас, в составе эскадры это не представлялось возможным. Также, адмирал Гилбс запретил запуск сборочных зондов в опасные секторы. Искать и подбирать их потом, не было времени.

Спустя час, Виктор с возрастающим беспокойством отметил, что линия телеметрии теряет стабильность быстрее, чем он рассчитывал. Эскадра ещё только приближалась к оранжевой зоне, а на линии начали появляться разрывы, сигналы от других кораблей иногда пропадали.

– Дело дрянь, – бросил Донцов.

Видя его тревогу, адмирал Гилбс тоже занервничал.

– Что не так?

– Все паршиво, – последовал ответ. – Телеметрия, вот-вот сдохнет. Я не смогу вести эскадру.

– Как это! – вскричал Гилбс.

– А так: каждому штурману скоро придется полагаться на себя.

– Мы так не договаривались, – в голосе адмирала послышались нотки угрозы. – «Искатель» должен вести…

– Мы будем отслеживать сигналы остальных и пытаться координировать действия всех, – раздраженно перебил Донцов. – Но эскадра в любом случае распадется. Каждому придется добираться самостоятельно.

– Как избежать этого? – Гилбс нервно сжимал подлокотники кресла. – Что-то, ведь можно сделать?

– Взгляните, – Виктор указал сначала на центральный обзорный экран, где открывался вид на совершеннейший кошмар – беснующийся каменно-пылевой ад, затем на изображение навигационной карты. Там, все менялось с поразительной быстротой. Процессоры сканеров, не смотря на всю свою мощность, не успевали обрабатывать информацию. Отмечались только разрушения, велся подсчет новых каменных осколков и цифры эти бежали так, что невозможно уследить. Ещё, фиксировались зоны скачков гравитации, вплоть до зашкаливания приборов и постоянное изменение квантовых потоков, рождающих каждую минуту очередной ужасающий смерч.

– И как вы думаете, можно ли там будет вести координированное управление? – хмыкнул Донцов. – Еще раз говорю, каждому штурману придется использовать все своё умение и интуицию. Полагаться на себя и молиться.

– Я прошу сделать все возможное, – дрогнувшим голосом произнес адмирал Гилбс и коснулся плеча Донцова. – Спасите людей.

Он снова вышел, а Донцов и Алонсо переглянулись.

– Вот, сука, – тихо произнес второй пилот. – Сначала захватил нас, а теперь просит спасти его.

– Он, вообще-то говорил не про себя. Хотя, какая к черту разница, – Виктор поднялся. – Мне надо передохнуть, размяться немного.

– Давай, я тут справлюсь, – кивнул Алонсо.

Донцов переключил всю систему управления на консоль второго пилота. Та, была не только вспомогательной, но и полностью дублировала контрольную.

– Я ненадолго. К инженерам заодно загляну.

На выходе из пилотского отсека стояло двое гвардейцев в полной экипировке. В руках у них были лайтинги стандартного армейского образца. Это стрелковое оружие поступило на рынки вооружений относительно недавно. Пять или шесть лет назад. В отличии от энергооружия, ориентированного в первую очередь на парализацию противника, лайтинги несли в себе смертельно-поражающий фактор.

Боевая часть включала в себя энергоблок и приклад с дополнительным источником питания. Имелись три режима переключения – одиночный, короткими очередями и длинными очередями. Стволы лайтингов могли быть разными – и длинными и короткими в зависимости от модели. Имелся также съемный подствольный гранатомет. Сверху располагался разъем для крепления оптических устройств, по сторонам отделения для других девайсов – по желанию, таких, как гасители вспышек, дополнительные стабилизаторы или модули охлаждения.

Цель поражалась фотонно-термальными сферическими сгустками энергии – плазмоидами размером от косточки вишни до пинг-понгового шарика. Точность при этом была высокой, пробивная сила значительной, в соединении шоковым ударом, что гарантированно приводило к быстрой смерти. В зависимости от модели били лайтинги на расстояние от одной до четырех тысяч метров. Мощности внутреннего аккумулятора хватало на тридцать восемь одиночных выстрелов. Потом требовалась подзарядка. Осуществлялась она от резервного источника, расположенного в прикладной части. Всего за бой можно было осуществить две перезарядки. Обычно бойцы носили с собой три-четыре приклада-акумулятора.

Предполагалось, что постепенно лайтинги заменят огнестрельное ручное оружие, уже считавшееся архаичным. Новое вооружение имело меньший вес, лучшую точность при стрельбе, поскольку на плазмоиды не влияли ни ветер, ни влажность, ни другие сторонние природные факторы.

Но, были и минусы – конструктивная сложность, быстрый износ, и излишняя мощность для боя в закрытых помещениях. Лайтинги мало годились, например при абордаже вражеского звездолета, если ставилась цель сохранить добычу. Плазмоиды наносили слишком серьезные повреждения. Слишком дорого обходился потом ремонт и замена целых бортовых систем, выжженных дотла.

Имели вамерские охранники на вооружении и ралиганы, висящие на их спинах в специальных цилиндрических ранцах. Это были мощные ручные боевые комплексы с принципом разгона снаряда через магнитные кольца ствольной части. Пробивная мощность – колоссальная. Но эффективность этого оружия резко снижалась на участках со сложным ландшафтом. Лучше всего ралиганы было использовать в открытом космосе на малой дистанции против, например космокатеров. Скажем тридцать-сорок километров. Очень энергозатратное оружие на три выстрела, после чего требовалась длительная перезарядка и энерговосстановление. При оснащении снаряда детонирующими компонентами отлично сносились дефлекторные щиты, даже у звездолетов среднего размера.

В основном ралиганы использовались для поражения вражеской техники. В бою против пехоты они были не эффективны. Зачем вамеры притащили эти хреновины на «Искатель» было непонятно. Лично Донцов предпочел бы иметь добротное огнестрельное оружие. К этому склонялся и Брюс Бэлфор. Поэтому, взятый им запас стволов состоял из автоматических армейских винтовок разных моделей, охотничьих ружей и карабинов, пистолетов и энергооружия парализующего действия. Конечно, все это было взято для самообороны. Никаких гранатометов, минометов и прочего тяжелого вооружения. Не было даже бортовых орудий и ракетных установок. Коммандор Бэлфор не собирался устраивать войну ни с кем и нигде. Захват его корабля вооруженными силами вамеров, не предполагался, даже в самых нелепых фантазиях.

Охранники у двери встретили Донцова настороженными взглядами. Впрочем, они ни сказали ни слова и остались на посту, когда первый пилот отправился дальше по основному коридору.

Далее, вамерские вояки встречались едва ли ни на каждом шагу. Одни, были на постах возле некоторых отсеков, другие, как правило офицеры ходили туда-сюда с неизвестными целями. Возможно, просто нервничали и не могли найти себе места.

В общем-то, Донцов понимал их. По мере углубления в астероидную сферу тряска усиливалась с каждым часом. Звук дефлекторных экранов, никогда не слышимый в условиях обычного полета в безопасном пространстве, теперь проходил во внутренние отсеки, как угрожающий гул и многих нервировал, особенно при изменении тональности звучания.

Донцов изрядно устал, плечи и спина ныли. В ногах была какая-то одеревенелость. Но, то ли еще будет. Когда корабли войдут в красную зону и времени на отдых не останется, все испытания, считай, только начнутся.

В коридорах от понаставленных тут и там ящиков и контейнеров, было тесновато. Что внутри – неизвестно. Но вряд ли, что-то особенно ценное. Другое дело запечатанные контейнеры, отправленные вамерами в грузовой отсек. Там – на входе была усиленная охрана и закрыт доступ для всех. Не иначе и вправду вся государственная казна ЮВАД, как утверждал Алонсо.

Донцов не просто прохаживался по коридорам, он просматривал данные на контрольных устройствах и делал определенные выводы. Но главный его визит был в инженерный отсек.

Там, он переговорил с Финном Бэлфором. В первую очередь Донцова интересовала работа в силовых энергоблоках. Два часа назад, находясь за штурвалом, он отметил небольшие сбои, которые имели тенденцию на усиление. Следовало выяснить, насколько это серьезно и опасно. Виктор мог бы переговорить с Финном по внутреннему каналу связи, но раз уж решил промяться, почему бы не зайти.

– Я думаю, на полетное время нашего ресурса хватит, – сказал главный инженер убежденно. – Отклонение от нормы в пределах пяти-семи единиц и ухудшений пока не заметно.

– То есть, эти скачки еще не тенденция?

– Думаю, нет. Обычные колебания из-за усиленной работы и большего расхода энергии.

– Ладно, тогда, – кивнул Донцов. – Но, ты следи за этим.

– Конечно. У меня все под контролем.

– Что у нас еще требует особого внимания? – спросил Виктор.

– На контурах передних фотонных ускорителей, тоже есть сбои, – ответил Финн. – Идет медленное нагревание. Пока все в норме. Система охлаждения при замедлении скорости потока успевает справиться, но я заметил, что промежутки между паузами нагревания становятся все более короткими.

– Чем это грозит?

– Пока ничем. Уверен, что система справиться, пока летим. Но, как только появится возможность провести нормальный техремонт, некоторые модули ускорителей нужно будет заменить.

– Да, я понял, – кивнул Донцов. – Сделаю запросы по другим кораблям. Скорее всего у них те же проблемы.

Он повернулся в сторону выхода.

– Ну, ладно, давайте тут…

Финн задержал его.

– Слушай, Виктор, – шепнул он, – я понимаю, у нас сейчас опасный перелет, но, что будет дальше…

– Ты, о чем?

– О вамерах, мать их. Какие у них планы на нас когда полет закончится?

– Я не знаю, – покачал головой Донцов. – Адмирал Гилбс не делиться со мной этим.

– Нам нужно, что-то решить и как можно скорее, – Финн сжал кулаки. – Эти ублюдки собираются занять планету, которая должна стать нашей. Мне это совсем не по душе. Хотя, может и к черту ее тогда! Будем другую искать. Вот только жалко… сколько сил и средств впустую вложили в эту экспедицию. Но дело сейчас не в этом. Отпустят нас вамеры, когда прибудем на место, или как?

По правде говоря, эти вопросы и опасения Финна, были вполне оправданы. Но у Донцова не было ответа.

– Я не знаю. Полагаю, для начала нужно выбраться из этого каменного ада. Когда выйдем на орбиту планеты, я спрошу адмирала о его планах относительно нас.

– Может, следует спросить сейчас?

– Сейчас он соврет. Скажет все, что угодно, лишь бы мы вели корабли.

– Не знаю, черт возьми, что и думать, – мрачно произнес Финн. – Дурным душком все это отдает. Эх, если бы брата и еще троих наших не переместили…

– И что бы ты сделал? – не весело усмехнувшись, спросил Донцов.

– Да, уж точно не сидел бы, сложа руки! – возмущенно воскликнул главный инженер.

– По-твоему, я сложил? – прищурился Донцов.

– Ты пилот и сейчас у тебя другая задача. Просто хотелось бы знать, в случае чего, ты с нами?

–У них здесь двадцать вооруженных гвардейцев и остальных, еще человек сорок. Почти все офицеры, – заметил Донцов. – Они, точно не останутся в стороне, если ты что-то затеешь.

– Но, что-то надо ведь предпринять, – почти с отчаянием произнес Финн.

– Я подумаю об этом, – сказал Донцов. – Не требуй от меня ответа сейчас.

– Хорошо. Но ты, тоже не тяни. Сейчас каждый час на счету.

Из инженерного отсека Донцов прошел в кают-компанию. Там было несколько мужчин, в основном сенаторы, советники и их жены. Они пили виски и, совершенно не ограничивали себя в этом.

– О! Вот и наш коммандор! – воскликнула одна из дам среднего возраста. Одежда ее состояла из комбинации делового костюма и рабочего комбинезона.

– Я не коммандор, – поправил ее Донцов. – Первый пилот.

– Для нас, сейчас коммандор, – произнес один из мужчин лет пятидесяти в темно-серой плащ-накидке и протянул руку. – Позвольте представиться, сенатор Джозеф Маккидон. Приятно пожать вашу мужественную руку, которая спасает всех нас.

– Взаимно, – сухо ответил Донцов и ответил на рукопожатие.

– Коммандор…, простите, первый пилот… каковы у нас шансы уцелеть? – обратилась к нему более молодая дама в длинном зауженном к низу платье. – Я переживаю за дочь. Она плохо переносит тряску. Я бы, вообще осталась на Вашингтон-Прайм, но нас там ждет геноцид и верная гибель.

– Боюсь, тряска только усилится, – предупредил Виктор. – Мы еще не достигли самой опасной зоны. Когда достигнем, советую не отпускать поручни, а еще лучше пристегнуться в кресле. Что касается шансов, я бы не хотел о них говорить. Мы – пилоты народ суеверный. Моя задача провести корабли и я сделаю все, чтобы каждый из них добрался невредимым. Но есть еще такая вещь, как удача и здесь нам можно положиться только на Господа нашего.

– Что ж, да ниспошлет он нам спасение! – воскликнул еще один, уже изрядно набравшийся джентльмен и залпом осушил стакан.


* * *

Алонсо справлялся неплохо. Его пилотское мастерство, пожалуй ничем не уступало мастерству Донцова и Бэлфора. Вот, только опасностей вокруг стало значительно больше и это вскоре едва не привело к первым потерям.

Рамиро отлично осуществлял координацию эскадры. Но предвидеть всего он не мог. Вылет прямо на курс огромной глыбы со сложной траекторией заставил Алонсо резко отвернуть в сторону. Он благополучно вывел «Искатель» из под удара, но пришлось ворваться в быстрый пылевой поток. От напряжения генераторы дефлекторных полей начали подвывать.

Вслед за ведущим, ориентируясь на телеметрию все остальные корабли достаточно успешно повторили маневр. Вот, только «Техас» замешкался, потерял скорость. Его штурман тоже смог отвернуть в сторону, но с некоторой задержкой. Глыба пронеслась рядом с ним впритирку.

– Постоянной корректировки недостаточно, – сказал Донцов, потягивая кофе и хладнокровно глядя на экран. – «Техасу» требуется настройка маневровых рулей и возможно скорости передачи энергопотоков в системе управления.

Он связался со штурманом «Техаса». Гарри Линдсом и спросил, есть ли в его распоряжении команда инженеров.

– Есть, – ответил Гарри. – Опытные и надежные специалисты.

– Отлично, пусть немедленно займутся проблемой.

Минул час. Эскадра приближались к обширной оранжевой зоне. Тряска заметно усилилась. Донцов вернулся к консоли управления и вскоре заметил, как быстро меняются показания по внешней среде с правого борта. Цифры, надписи и построенные расчеты так и бежали по экрану. Похоже, в космосе совсем недавно и внезапно родился мощный поток вещества. Его гнали другие стихии и давление света. Источником же проблемной дестабилизации в этом секторе стала разрушившаяся луна диаметром в полторы тысячи километров. Со стороны правого борта на огромной скорости приближались плотные скопления камней и отдельно летящие глыбы с непредсказуемыми траекториям.

– Нам влетит, прямо по центру колонны, минуты через две, – сообщил Алонсо.

Донцов повернулся к Гилбсу:

– Нужно немедленно уйти с курса «Техасу», « Даггеру» и «Голден Сансет».

– Да, – согласился адмирал. Он бросал обеспокоенные взгляды на экраны. Похоже понимал, какая опасность грозит его кораблям.

– Некоторое время вашим пилотам придется самостоятельно маневрировать, – предупредил Донцов. – Надеюсь, они справятся.

Он переключился на общий канал эскадры и предупредил о грозящей опасности всех штурманов. Посоветовал перебросить резерв энергии, если таковой есть на дефлекторные экраны.

Каменные глыбы, выписывая немыслимые зигзаги приближались. Не смотря на столкновения и дробление их на тысячи новых осколков, вся эта масса, стиснутая гравитационными реками шла плотным потоком.

Три корабля начали маневр уклонения. Лучше всех справился «Даггер». Это и не удивительно. У военных звездолетов все характеристики, в том числе полетные превосходили аналогичные характеристики гражданских судов.

«Техас», также смог избежать столкновения. Более того, его штурман, грамотно на вертикальной тяге ускользнул от каменного потока и быстро вернулся обратно в состав каравана, как только опасность снизилась.

А вот «Голден Сансет» – пассажирской космояхте серебристой расцветки не повезло. Сначала, космояхта справилась и ушла в сторону от потока, но внезапно в сторону корабля понесло крупную скалу, которая резко изменила направление под давлением гравитации. Штурман Кевин Янг среагировал, как должно. «Голден Сансет» увернулась, но при этом корабль потерял скорость. И в это мгновение пилот растерялся. Еще один камень – меньших размеров, но стремительно летящий, ударил в правый борт.

Дефлекторы выдержали, но «Голден Сансет» отшвырнуло в соседний каменно-пылевой поток. Удар один, второй, третий… экраны потеряны. Там корабль был мгновенно атакован со всех сторон.

– Увеличь тягу! – закричал Донцов. – Энергию только на двигатели! Все остальное к чертям! Выводи в точку 8.66! Я подсвечу ее на карте!

– Не могу! – в отчаянии вскричал Кевин Янг. – Мы теряем энергию, управление не слушается!

Донцов видел, как вокруг корабля яростными импульсами бьются защитные поля. Это продолжалось недолго. Когда свечение пропало, он понял, что дефлекторы «Голден Сансет» накрылись.

– Двигатели стоп! – крикнул Виктор. – Накопи энергию и направляй только на дефлекторы. Нужно продержаться пять-семь минут. Потом осторожно выбирайся из потока.

– Сигнал эскадры пропадает…

– Не думай сейчас об этом. Мы найдем вас позже. Восстанови щиты! Главное щиты!

Но Кевину Янгу было важнее не отбиться от группы. Разрыв моста телеметрии и перспектива остаться одному страшили его больше чем потеря щитов. Выжимая всю мощность из силовых установок, он направил звездолет в сторону каравана.

Внезапно, вылетевшая на встречу каменная глыба диаметром в сотню метров ударила прямо во фронтальную часть «Голден Сансет». Обшивку пилотского отсека разнесло в клочья. Связь мгновенно прервалась. На экране с отметками всех кораблей эскадры изображение «Голден Сансет» замигало красным.

Разрушения между тем продолжались. Глыба пробила переходный отсек, расположенный между первым и вторым модулями космояхты и пролетела дальше – в пассажирский отсек. Все, что встречалось на пути сметалось, разносилось на куски. Осколки корабля брызнули во все стороны.

Лишившись пилотского отсека и штурмана, «Голден Сансет» окончательно потеряла управление. Покалеченный корабль закрутило и поволокло в гущу астероидов. Отовсюду теперь сыпались удары, разрывающие космояхту на части. Не прошло и минуты, как все было кончено. Иконка «Голден Сансет» на коммуникационном экране Донцова погасла.

– Проклятие, – сдавленно произнес адмирал Гилбс.

Его остекленевший взгляд был направлен в точку, где исчезла космояхта.

– Не справился, – мрачно констатировал Донцов – Говорил ему: восстановить дефлекторы. Прорываться через каменный поток без экранов – безумие.

– Что б вас! – рявкнул Гилбс, опалив обоих пилотов яростным взглядом. – Какой прок от советов! Я потерял корабль! Там было полторы тысячи наших людей!

– В чем наша вина? – Рамиро Алонсо развел руками. – Космояхту зашвырнуло в поток. Даже при включенных экранах он не протянул бы там и пары минут. Такой большой корабль не смог бы маневрировать.

В пилотском отсеке повисла напряженная тишина. На скулах Гилбса играли желваки, а его кулаки стиснулись так, что побелели костяшки пальцев. Но, адмирал, на удивление быстро взял себя в руки.

– Ладно, черт возьми…, я принимаю ваши объяснения. Но впредь, такого нельзя допускать. Выбирайте маршруты более безопасные. Советы должны быть своевременны, а ни когда корабль на грани гибели.

– Мы постараемся, – хмуро произнес Донцов. – Но вы сами видите адмирал, как здесь все мгновенно меняется. Не все зависит от нас. Дальше будет хуже. Вашим штурманам придется все более полагаться на себя.

– У нас нарушена телеметрия, – сообщил Алонсо, заодно переводя разговор в другое русло. – Надо бы восстановить ее.

– Есть ли в ней толк? – усомнился Гилбс. – Особенно теперь, когда выживание каждого корабля зависит только от его штурмана.

– Нам следует поддерживать телеметрию, как можно дольше, – ответил Донцов. – Пусть даже, будет не цельная линия, а с разрывами, с помехами, но это повышает шансы эскадры.

– Как вы собираетесь наладить координацию управления кораблями? – спросил Гилбс. – Мы же не можем замедляться и тем более останавливаться.

– Восстановим по ходу, – ответил Алонсо.– Главное, поймать сигнал замыкающего.

– Коммандор Бэлфор это знает и скоро сам постарается связаться с нами, – кивнул Виктор.


* * *

Эскадра продолжила движение и меньше чем через час вошла в оранжевую зону. Число каменных глыб на экранах ужасало. Вскоре поступила информация об ослаблении дефлекторов по левому борту. Показатели резко упали до тридцати семи процентов. Это угрожало серьезными неприятностями. Донцов связался с инженерным отсеком.

– Финн, у нас проблема.

– Знаю уже. Я отправил Мелвина Вейра. Он пытается оптимизировать расход энергии по направляющим волноводам левого борта.

– Хорошо, – кивнул Виктор.

Он знал, что Мелвин отличный специалист, опытный инженер-ремонтнтк. Но, даже у него могло не получиться.

– Пусть постарается, – кивнул Виктор. – На случай, если не удастся, я включу оперативные множители. Нарастим дополнительную броню изнутри.

Что ни говори, а на эти аппараты участники экспедиции возлагали большие надежды, учитывая какие опасности ждали их в астероидной сфере. Из полимерных материалов и металлопорошков мгновенно создавались многослойные детали и запчасти заданных параметров. Все, что нужно ремонтники получали тот час.

– Это наше последнее средство, – заметил Финн. – Мы полагали задействовать их в самом крайнем случае и на обратном пути.

– Я понимаю, – сказал Донцов. – Но про обратный путь подумаем после. Проблема может появиться сейчас. Предупрежу остальных штурманов. Им тоже, следует быть наготове.

## Глава 3

Глава 3. Сквозь каменный ад


В течении последнего получаса Донцов наблюдал за плотным скоплением каменных глыб, приближающихся со стороны правого борта. Обострившиеся инстинкты и чувства подсказывали ему, что надвигается серьезная угроза. Что-то внутри этого скопления происходило. Сканеры фиксировали резкие всплески различных энергий, причем происходили они без всякой систематичности.

Алонсо, уже долго вел корабль и порядком устал. Минут через десять Донцов готовился его сменить. Как раз сложится наиопаснейшая ситуация и потребуется отдохнувший пилот.

Судя по расчетам, нестабильное скопление и «Искатель» разминутся, но центр каравана, вновь окажется в опасности. Проблем и без этого хватало. Вокруг было предостаточно других глыб, удар каждой из которых мог привести к фатальным последствиям. Со всех сторон двигались мощные потоки межзвездного вещества и внезапно возникали источники пространственной нестабильности различной природы.

Телеметрия еще работала. Линия ее, отмеченная на экране, постоянно разрывалась. Но двигаться вперед и держать при этом определенный порядок, еще получалось. Вот, только, как долго это будет продолжаться?

Впереди простиралось несколько обширных секторов, отмеченных на карте темно-красным. Сейчас, по мере приближения к ним, бортовые сканеры начали получать информацию по этим зонам пространства. Но, ввиду крайней нестабильности царившей там – обновление данных по навигации шло медленно, с постоянными ошибками и сбоями.

– Я думаю нужно уходить по другому вектору, – сказал Донцов. Он указал на экране извивающуюся полосу чуть более светлого оттенка на фоне густо оранжевого. – Вот сюда. Условно назовем сектор 3-7-3. Судя по показаниям, плотность камней там значительно ниже.

– Сильно уклонимся тогда, – ответил Рамиро.

– Какая теперь разница? – хмыкнул Виктор. – Мы и так, давно уже отклонились от первоначального курса.

Некоторое время Алонсо наблюдал за опасным потоком, надвигавшимся справа. Лавина камней, несущаяся в облаках ионизированного газа, среди яростных вспышек впечатляла неслабо.

– Думаешь, эта группа создаст проблемы?

– Еще какие.

– Можем попробовать увеличить скорость.

– Рискованно, – с сомнением произнес Донцов. – Во-первых, не все смогут, во-вторых у пары кораблей начнутся проблемы с маневрированием. И тогда им – задница.

С коммуникатора общей связи раздался сигнал. Донцов включил экран. На него смотрел встревоженный Брюс Бэлфор.

– Виктор, мы засекли очень быстрый и мощный поток с правого борта. Что думаешь про него?

– Думаю, нам нужно уматывать с его пути. И срочно. Что-то там происходит. Полагаю неуправляемые термоядерные реакции где-то в ядре.

– Да, дружище, согласен. Проинформируешь адмирала?

– Конечно.

Едва разговор их закончился, Гилбс, куда-то в очередной раз уходивший, вернулся. Виктор указал ему на экран, все вкратце объяснил.

– И как сильно придется отклониться от основного маршрута? – спросил адмирал. Идея явно пришлась ему не по душе.

– Довольно сильно, – ответил первый пилот. – На 0,10 – 0,15 астро-единиц.

– Маневрирование скажется на скорости и перераспределении энергии, а это рискованно особенно для наших гражданских кораблей. Есть другие варианты?

– Второй пилот, – Донцов кивнул на Алонсо, – предлагает увеличить скорость.

– Да, предлагаю, – произнес Рамиро. – Затраты по энергии будут меньше. Я уверен, мы проскочим.

– Можно сделать какой-то предварительный расчет? – с сомнением спросил Гилбс.

– Займет много времени и в нём, скорее всего, будет до чёрта ошибок, – высказал свое мнение Донцов.

Адмирал колебался, а время поджимало. Наконец, Гилбс решился:

– Прибавляем скорость. Попробуем проскочить.

Донцов недовольно поморщился, но перейдя на общий канал связи, передал остальным кораблям:

– Следуем по линии телеметрии. «Колумбус» увеличить скорость на двенадцать процентов, «Техас» и «Вендерер» – вы на десять и так все время держать. «Стар Хауз», задействуйте резервные источники вам нужен прирост скорости на пятнадцать –шестнадцать единиц, иначе начнете отставать.

В течении следующих пяти минут Донцов наблюдал на экране технических данных, как меняются показатели кораблей эскадры. Все прибавили скорость, как и было запланировано, но пассажирский транспортник «Стар Хауз» внушал опасения. Его дисковидный корпус с массивными бортовыми секциями в форме полусфер для быстрых и резких маневров не подходил. В первую очередь транспортник полагался на свои дефлекторы. Виктор знал, что там стоят турбо-батареи TN-J-500 и мощные генераторы Gerpad-11-0. Они долго обеспечивали защиту кораблю, полагающемуся на отражение, нежели на уклонение от ударов. Но нагрузка оказалась чрезмерной, даже для самой лучшей аппаратуры. Продолжая тратить большую часть энергии на поддержку дефлекторов, «Стар Хауз» неумолимо отставал.

– Джонсон, – обратился Виктор к штурману «Стар Хауза», нужно увеличить подачу на силовые установки еще на десять процентов. Черт… Хотя бы на семь-восемь.

– Не могу, – последовал ответ. Голос выдавал крайнее напряжение Джонсона. – Мы на пределе.

Чудовищный смерч из камней и скал между тем неумолимо приближался. Начали скакать все показатели по гравитации. Сквозь пространство шли ощутимые волновые вибрации. Потоки наэлектролизованной пыли, закрученные в смерчи, тянулись во все стороны, словно скрюченные хищные когти.

И все же, один корабль за другим выходили из сектора столкновения. В зоне риска оставались только «Стар Хауз» и замыкающий «Атлант». Но у последнего были высокие технические показатели по скорости и дополнительные энергорезервы.

Брюс Бэлфор увеличил скорость, обогнал «Стар Хауз» и оказался в безопасности. Он попытался спасти транспортник. Коммандор выпустил буксировочный луч, пытаясь за счет энергии притяжения, как можно скорее вызволить замыкающий теперь корабль из опасного положения. Но столкновение было, уже неминуемо.

– Прощайте! – закричал Джонсон. – Господи, прими души наши…

Громадная скала врезалась в правый борт «Стар Хауза» и смяла его, как яичную скорлупу. Транспортник завертелся в неуправляемом полете и через мгновение бушующий поток, просто снес его. Все исчезло во вспышках и взметнувшемся крошеве разбитых глыб.

С побелевшим лицом адмирал Гилбс смотрел на экран. Он не хотел верить в то, что видели его глаза. Транспортник погиб, превратился в пыль, как и все, кто был на его борту. Астероиды, их отдельные куски, вихри пыли продолжили свой смертоносный разрушающий путь. Столь громадная концентрация энергии в этом секторе вызвала изменение и на прилегающих участках пространства. Многие астероиды, летевшие там с высокой скоростью, теперь резко поменяли направление. Скалы, более менее стабильные сорвало с их орбит и разбросало по сторонам. Череда новых столкновений и разрушений породила десятки очагов нестабильных пульсаций, гравитационных всплесков и пылевых рек. Судя по показаниям, ранний маршрут стал крайне опасным.

– Меняем вектор, – зло бросил Донцов. – Нужно было раньше это сделать.

Гилбс не возражал. Не произнес ни слова. Скорее всего по причине того, что он ещё не пришел в себя. Донцов хорошо понимал его. Сейчас, когда вамеры проиграли войну и в живых их осталась горстка, каждая новая потеря становилась крайне болезненной.

– Так, меняем маршрут, – передал Донцов по общему каналу, – Следуйте за «Искателем». Вектор 77-89. Пересылаю координаты.

– Мы потеряли «Стар Хауз», – вдруг приглушенно произнес адмирал. Тон его был таков, словно осознание катастрофы дошло до него только что.

– Соболезную, – сказал Донцов. Но получилось, как-то сухо и буднично. Впрочем, Гилбс на это никак не отреагировал. Он все еще прибывал в плену собственных впечатлений и боли.

– Уже, второй корабль… Там было четыреста восемьдесят человек.

– Мне жаль, – снова сказал Донцов.

– Жаль!? – вскричал Гилбс, но при этом его яростный взгляд метнулся в строну Рамиро Алонсо. – Это ты, виноват! Ты, мать твою!

– Я? – Алонсо оскалился, как волк. – Какого черта?

– Ты посоветовал увеличить скорость! – рычал адмирал и тыкал в сторону второго пилота пальцем. – Ты говорил, что мы проскочим. Что все успеют!

– Я не могу отвечать за каждого вашего штурмана! – взъярился Рамиро. – И за каждое ваше грёбаное корыто, если там не хватает мощности!

– Молчать! – заорал Гилбс и в руке его появился эн-шокер.

В помещение ворвались гвардейцы, дежурившие по другую сторону двери. Видимо, они получили сигнал о каких-то проблемах в пилотском отсеке, но сути не поняли и потому несколько растерялись при виде своего командира державшего на прицеле второго пилота. Впрочем, разобрались они быстро и через пару секунд на Алонсо были направлены два ствола имп-лучевых винтовок.

Рамиро издал какой-то нечленораздельный звук, но затем оставил свое кресло и встал перед адмиралом.

– Хочешь стрелять? Давай!

– Ты ответишь, – Гилбс злобно прищурился и направил оружие в голову второго пилота. – За все ответишь, грязный латинос.

– Эй, мать вашу! – Донцов вклинился между ними. – Чего удумали?

– В сторону, – прорычал вамер.

– Выши люди должны убраться отсюда, – твердо произнес Донцов. Он пристально смотрел Гилбсу в глаза, – А вы, адмирал уберите оружие.

– Что? Мне… приказывать? Я пристрелю вас обоих!

– Это просьба, адмирал, – спокойно и при этом не дрогнув, ответил Донцов. – Нас не станет, кто дальше поведет эскадру? Расправившись с нами, вы обречете на гибель еще большее число ваших людей.

Последний аргумент возымел нужное действие. Решимость применить оружие стала ослабевать во взгляде Гилбса. Но злости там осталось еще с избытком. Все же, он опустил оружие и знаком приказал гвардейцам вернуться на их пост. Пилоты поспешили занять места в креслах.

– Ваша правда! – бросил адмирал. – Сейчас, вы нужны нам. Но подумайте вот о чем: когда мы доберемся до планеты, что помешает мне наказать вас? Назовете мне хотя бы одну причину, чтобы оставить вас в живых?

– Мы можем пригодится вам и там – на планете, – заметил Алонсо с довольно дерзким видом.

– Сомневаюсь в этом, – хмыкнул Гилбс. – Вот, что я скажу, зарубите себе на носу: еще одна потеря по вашей вине и расстрел вам обеспечен.

– Вы, не правы, адмирал, – возмущенно произнес Донцов. – Ставить нам в вину гибель «Стар Хауза» – не справедливо. Он не мог успеть ни при каком раскладе.

– А если бы мы воспользовались вашим предложением, господин Донцов? – прищурившись, спросил Гилбс.

Виктор был убеждён, что если бы корабли эскадры вовремя начали смещение на другой вектор, катастрофы с транспортником можно было избежать. Но вслух, он произнес:

– Маневрирование истощило бы ресурсы «Стар Хауза». Ему пришлось бы сбросить скорость и, следовательно, отстать от группы. Теперь, посмотрите, – Виктор указал на сектор, где совсем недавно проходил первоначальный маршрут. Безопасных мест там теперь не осталось. – Как думаете, долго ли продержался бы транспортник?

– Этого мы, теперь не узнаем, – проворчал адмирал. – Ну, все, хватит об этом. Сосредоточьтесь на ваших обязанностях.

– А мы, как будто прохлаждаемся здесь, – проворчал Алонсо.

Обстановку несколько разрядил сигнал, пришедший с «Атланта». Хотя, новости были и не утешительные. На экране появился встревоженный Бэлфор. Его изображение было не четким, сообщение прерывистым.

– У нас серьезные неприятности. Один из дефлекторов на правом борту отключился… ударил камень. Защитная переборка заклинила… разгерметизация двух отсеков. Девятнадцать человек погибло. Техники сейчас работают над проблемой. Я иду по вектору, но сбрасываю скорость на пятнадцать процентов.

Затем, с подобным же сообщением на связь вышел Шон Гатлинг – штурман военного корабля «Авенджер». У них получилась небольшая, но двойная пробоина, когда один и тот же осколок пробил борт снаружи, а затем, пролетев внутри коридора по немыслимой траектории проделал вторую пробоину изнутри. Переборки, тоже не сработали из-за резкого сбоя в подаче энергии.

– Нарастите двойную заплатку, – сказал Донцов. – И постарайтесь восстановить дефлекторный щит на этом участке. Если войдете в плотное быстрое облако пыли, оно моментом сотрет вам обшивку.

В течении следующего часа все складывалось благополучно. Алонсо сменил Донцова и тот, аж застонал, когда напряжение стало спадать. Впрочем, полностью расслабится было невозможно. Вспомогательная работа требовала почти таких же усилий, как работа штурмана.

Смена произошла вовремя. Понадобились свежие силы, поскольку эскадра угодила в гигантский поток стремительно летящего щебня. Тучи мельчайших осколков нещадно бомбардировали корабли. Эта проклятая шрапнель, была, даже опаснее чем сближение с большими скалами. От экранов во внутренние отсеки прорывался надрывный гул, тряска была сильной и крайне неприятной. Сканеры фиксировали появление повсюду кратковременных гравитационных воронок. Это были крайне опасные образования. К счастью их малые размеры не несли существенной угрозы кораблям. Но всегда могла появиться огромная воронка, способная захватить и разорвать звездолет. Приходилось все время быть на чеку.

Для группы астрофизика Рона Лин-Скара, сейчас был самый интересный момент. Он лично подошел к Гилбсу и спросил разрешения на проведение исследовательских работ и использование своего оборудования. Адмирал не видел причин отказывать, тем более эти данные и исследования могли оказаться полезны всем. Так что группа активно работала.

За дополнительными сведениями они обращались к пилотами. Тот, кто находился за вспомогательным пультом, снабжал их данными.

Донцов сомневался, что из этого выйдет, что-то путное. Более детально изучать астероидную сферу, ее аномалии и стихии предполагалось с орбиты планеты по прибытии к цели. Оттуда удобнее запускать различные зонды, скан-аппараты и прочее. Планировали прямо на дальней орбите соорудить небольшой исследовательский центр. Теперь, все это было под большим вопросом. Понять же природу астероидной сферы, закрывавшей пути к планете по разрозненным данным, собранным во время пролета, едва ли удастся.

Когда пилоты снова поменялись, прошло только минуты три, и сложилась очередная экстренная ситуация.

Виктор заметил прямо по курсу, просто непостижимое скопление глыб. Точнее, это были три потока, несущиеся в одном направлении и параллельно друг другу. Время от времени непредсказуемые гравитационные аномалии выхватывали отдельные глыбы из потоков и сталкивали их. Далее, вся эта масса камней, крошева и бешено крутящихся пылевых вихрей продолжала нестись вперед. Предварительный расчет показал, что через эти массы не пройти. Снова требовалась смена курса.

– Сука! – выругался Донцов. – Опять оглобли разворачивать!

– Что? – не понял Алонсо.

Виктор не стал вдаваться в объяснения русской поговорки, просто сказал:

– Корректировка по новому вектору. Нужно рассчитать.

Спустя минуту второй пилот выдал три оптимальных варианта. Донцов пробежал глазами данные и, выбрав один, передал по общему каналу:

– Всем кораблям группы, срочная смена курса. Новый вектор 07-55. Передаю данные. У нас десять-пятнадцать минут на маневр. Не опоздайте.

– Какого черта? – внезапно произнес Алонсо, с удивлением глядя на один из проекционных экранов.

– Что там? – встревожился Донцов.

– Если сканеры не врут впереди мощный источник гравитации, – сообщил Рамиро. – Значительная масса с компактной сигнатурой. Движение по прямой – стабильное.

– Большой астероид? – удивился Виктор. – Или луна?

– Луна, – просмотрев новые данные, подтвердил Рамиро. – Диаметр, примерно три тысячи пятьдесят километров. Но, какие-то странные показания по массе. При таких размерах они должны быть больше. Поверхностный слой плотный, но к центру масса снижается.

– Возможно пустоты внутри, – предположил Донцов.

– Пустоты? – не понял Гилбс. – Поясните.

– Луна, скорее всего изрыта пещерами, – ответил Виктор. – Думаю, это осколок какой-то планеты.

– Есть, даже сквозная пещера, – добавил Алонсо.

В этот момент Донцова привлекли новые данные. Оказалось, что одно из каменных скоплений, что мчалось навстречу, соприкоснулось с гравитационным потоком и изменило курс. Теперь, каменный шторм приближался вдвое быстрее и все пространство вокруг него скручивалось смертоносными смерчами.

– У нас проблемы, – пробормотал Алонсо.

– Вижу, – глухо ответил Виктор.

– Что будем делать? – спросил Гилбс, нервно теребя подлокотник своего кресла.

Донцов размышлял. Чудовищная, беснующаяся масса астероидов, скал и обломков неумолимо надвигалась. Триллионы тон стремительно летящего щебня походили на выпущенную из адских орудий шрапнель. Облет этого сектора был проблематичен. Придется потратить слишком много времени. Это увеличит расход энгергоресурсов и создаст для эскадры новые риски. Возможно, «Искателю» и удалось бы совершить долгий обходной маневр. Но, что будет с остальными?

– Установи координаты сквозной пещеры на луне, – сказал Донцов второму пилоту. – Вход и выход отметь на карте маркерами.

– Сделано, – минуту спустя сообщил Рамиро.

Донцов увидел обозначения и внес их в текущую навигацию. Компьютер рассчитал вектор. Первый пилот включил коммуникатор и по общему каналу передал:

– Все следуйте за «Искателем» строго по вектору 11-А-7! Отклонения не допустимы! Красным маркером обозначена цель. Ещё раз повторяю – не отклоняться!

– Принято, ведущий! – раздался взволнованный голос коммандора Бэлфора. – Виктор, ты уверен? Такого еще не было… Вот так решение! Какая дерзость! Браво!

Гилбс не понимал, что происходит и спросил.

– О чем вы, господа? Что задумали?

– Мы пройдем через луну, – произнес Виктор столь обыденным тоном, что у Гилбса побежали мурашки по спине.

– Вы, в своем уме? Прямо через внутренний канал? Как, это возможно?

– Что еще делать? – Донцов пожал плечами. – Придётся.

Его беспечный, в какой-то степени, даже веселый вид перед встречей с опасностью совершенно ошеломил адмирала.

– Маневр решительно невозможен! Что за безумие!

– Я думаю все удастся, – сказал Донцов. – Внутри мы сбросим скорость до отметки, при которой можно успешно маневрировать. Защитные экраны отключим и напитаем наши резервы. Поверхностный слой луны укроет нас от каменного потока.

Корабли приближались к цели. Вскоре отчетливо была видна серая неровная поверхность луны. Вектор навигации уходил в сторону неглубокого кратера, стены которого покрывал метановый лед, а в центре чернел зев пещеры. Провал уходил на глубину сотен километров.

Корабли постепенно сбрасывали скорость и сокращали дистанцию между собой. Но активность дефлекторов держали до самого влета внутрь. По бортам включались дополнительные навигационные огни. Почти полностью восстановилась телеметрия.

Вокруг между тем тянулись каменные стены, неровные полосы минерально-ледовых отложений, туннель иногда шел прямо, иногда замысловато извивался, но пока, был везде достаточно широк для пролета любого из кораблей эскадры.

Вектор движения внутри луны строился по ходу. Данные со сканеров помогали вести постоянную корректировку навигации. Работу дефлекторов по совету Донцова начали снижать до минимума. Но полностью не отключали на случай экстренной ситуации.

Огромный, каменно-пылевой поток наверняка, уже настиг луну, поскольку двигался с большей скоростью. Судя по улавливаемой от стен вибрации, каменный ливень начал бомбардировку поверхности. Все внутреннее пространство луны начало затягиваться облаками пыли. От стен, то тут, то там стали отпадать целые куски породы.

– Луна разрушается, – встревожено произнес Гилбс.

–Успеем, – откликнулся Донцов. – Проскочим.

– А что ждет нас с той стороны?

– Сложно сказать, – Виктор покачал головой. – Надеюсь, основной поток или ослабнет, или свернет куда-то.

Эскадра продолжала движение в пещере. С каждым мгновением повсюду происходили необратимые изменения. Обрушение камней со стен и потолка усилилось. Снизу поднимались тяжелые, мутные облака щебня. Показания на приборах выдавали немыслимые скачки энергии. Гравитационные всплески поражали своей силой и внезапностью.

Виктор смотрел, что происходит позади. Там началось нечто страшное – луна распадалась под ударами. За «Атлантом», летящим последним бушевали пылевые смерчи, билась неуправляемая энергия, в разрывах породы мелькали вспышки шаровых молний.

Гражданский грузовой транспортник «Релиабл», двигавшийся предпоследним, начал терять скорость. Донцов немедленно связался с его штурманом Эвером Ланком.

– Что происходит?

– Причина не понятна, выясняем, – ответил Ланк. Он был испуган и не скрывал этого. – Кажется проблема на соединении третьего и четвертого силовых блоков.

– Увеличить скорость, хотя бы чуть-чуть можно?

– Нет. Сейчас идем на пределе и энергия снижается.

– Попробуй перебросить с дефлекторов.

– Уже пытался. Что-то замыкает, где-то идет блокировка.

Донцов чертыхнулся. Чтобы разобраться, ему и инженерам нужна подробная техническая схема «Релиабла» и время. А последнего, как раз сейчас и не было.

– Я попробую зацепить его буксировкой, – вызвался коммандор Бэлфор.

«Атлант» благополучно обогнал грузовоз и двигался теперь предпоследним.

– Не знаю…, – засомневался Донцов. – Это скажется на твоей скорости и маневренности.

– Но мы не можем…

Бэлфор не договорил. Разорвав каменный свод, внутрь ворвались два сходящихся смерча. «Релиабл» оказался между ними и его, буквально разнесло в клочья. Одна секунда и корабля не стало. На его борту было пятьсот человек.

Такая стремительная гибель звездолета поразила, даже опытных пилотов. Адмирал Гилбс, застыл, словно в ступоре.

Вокруг начал твориться сущий ад. Луна не устояла перед атакой каменных потоков и начала распадаться. В стенах пещеры появлялись чудовищные трещины, порода отваливалась целыми пластами, отдельные куски с бешеной скоростью разлетались по сторонам. Отовсюду били циклопические фонтаны высвободившегося газа, пылевые смерчи дико метались из стороны в сторону, увлекаемые спонтанными гравитационными течениями.

До выхода из пещеры оставалось пять-семь минут лету. Корабли эскадры выжимали все, что можно из своих резервов. Скорость пришлось увеличить и снова на полную мощность включить дефлекторные щиты. Разбушевавшиеся стихии внутри луны, были теперь столь же опасны, что и снаружи.

Донцов был сейчас, просто на взводе. Он видел, какая опасность угрожает замыкающему кораблю. «Атлант», буквально пробивал дорогу сквозь дикое, бешенное, каменно-пылевое крошево. Вихри и гравитационные цунами, порожденные разрушением луны швыряли корабль из стороны в сторону, его защитные экраны были на пределе.

Донцов видел показания, которые скакали на отметках от 20 до 25 процентов, но скорее всего данные были не точные и эти проценты на самом деле ниже. Каналы связи почти не работали, телеметрия исчезла. Пилотам приходилось ориентироваться на слабые сигналы впереди движущихся кораблей.

Вот, наконец и выход!

«Искатель» вырвался в относительно чистое пространство. В округе расползалось огромное облако из мельчайших обломков, представлявшее пока незначительную опасность. Основной поток глыб и пылевых смерчей начал сворачивать в сторону. Но луна, ставшая ненадолго убежищем для эскадры, продолжала разрушаться. На ее месте клокотало, билось месиво из каменных обломков и ярко сверкающих газовых облаков.

Корабли стремительно удалялись прочь от вновь возникшего источника нестабильности. С замиранием сердца Донцов отслеживал спасшихся. На одном из экранов они отображались в зеленоватой подсветке. Он насчитал десять. «Атланта» среди них не было.

– Мощность поисковых сканеров – на полную! – вскричал Донцов.

Алонсо выполнил, но затем покачал головой.

– Сигнала нет. Похоже, мы потеряли «Атлант».

– Еще раз! – заорал Виктор. – Пробуй! Расширяй диапазон.

Рамиро делал, что велено, но скептическое выражение не сходило с его лица.

– Предел, – сообщил он. – Пятнадцать тысяч двести километров и дальше – рассеивание.

Мне жаль, но «Атлант» исчез.

– Брюс, – прошептал Донцов. – Господи… Не верю. Не может быть.

Внутри все, словно сковало льдом. Стало трудно дышать, в сознании как-то все помутилось. И совершенно не укладывалось в голове, что все это случилось. Коммандор не мог погибнуть. Просто – не мог. Это казалось совершенно невероятным, чем-то диким и абсурдным. Человек столько сделал для этой экспедиции и ушел так нелепо. Нет, не может быть!

Но эмоции, как бы сильны они не были, ничего не могли изменить. «Атлант» исчез с экранов, его сигнал не проходил ни на каких частотах.

Брюса Бэлфора больше не было.

В душе Виктора разрасталась, какая-то бездонная пустота. Нужно взять себя в руки. Нужно собраться, черт возьми. Сейчас, никак нельзя раскиселиваться.

– Все чертовски плохо, – ледяным тоном произнес адмирал Гилбс. – Вашего коммандора больше нет. Сожалею. А сожалеете ли вы о полутора тысяч наших людей, что были на «Атланте» и «Релиабле»?

Вопрос повис в воздухе. Пауза затягивалась и становилось невыносимой. Чувствовалось, Гилбс готов высказать в резкой форме претензии пилотам из-за потери ещё двух кораблей, возможно повторил бы и свои угрозы. Но адмирал, не проронил ни слова и вышел из пилотского отсека с каменным, побледневшим лицом. Его молчание ударило по нервам Донцова хуже, чем если бы Гилбс начал орать и сыпать обвинениями. Молчание адмирала было красноречивее любых слов: ждать хорошего, теперь точно не придется.

Донцов выругался про себя и постарался выбросить все лишние мысли из головы. Сейчас следует сосредоточиться только на управлении, а все остальное – к черту. Он принял пару пластинок энергостимулятора под язык и покрепче взялся за штурвал.

Придаваться скорби по погибшему Брюсу Бэлфору, тоже времени не было.

Спокойствие в окружающем пространстве длилось пару минут, а затем, эскадра вновь вошла в зону астероидной активности.

Впереди, выкручиваясь гигантской спиралью двигался очередной поток каменных глыб. Все довольно крупные, с нестабильными траекториями. Пространство вокруг было окрашено в какую-то безумную палитру – смесь красного, темно-коричневого, серого, ядовито-зеленого. Причиной этого были газы, бьющие струями из трещин и разломов астероидов. Они формировали огромные облака, которые захватывались и скручивались гравитационными течениями. Мелких обломков здесь встречалось меньше. И это к лучшему. От огромной одинокой скалы всегда легче увернуться, чем от скопища камней, пробивающих все встречное на пути, как картечь.

– Я прогуляюсь немного, – сказал Алонсо. – Разомнусь.

Он оценил опасность сектора через который двигалась сейчас эскадра и решил, что Донцов, пока справиться без него.

– Давай, – кивнул первый пилот. – Десять минут у тебя.

При выходе Рамиро встретил пристальный, холодный взгляд вернувшегося в отсек адмирала Гилбса. Так и есть, в перспективе у пилотов, нет ничего хорошего.


* * *

В течении последнего часа Рамиро Алонсо был, как то особенно напряжен. Донцову казалось, второй пилот, что-то хочет сказать ему. Так и вышло. Когда адмирал в очередной раз покинул пилотский отсек, Рамиро тихо произнес:

– Я говорил с Финном, он готов действовать.

– Что? – поразился Донцов. – О чем, ты?

– Мы можем освободить наш корабль, уверенно продолжал Рамиро. – Доберемся до оружейной. На борту двадцать вамерских гвардейцев. Знаешь, они все сейчас без бронеформ, кроме тех, что у грузового отсека. Караульных мы снимем неожиданно. Остальных легко перебьем. Никто и пикнуть не успеет.

– Подожди, а как же трое наших людей на «Орлеане?»

– Ими придется пожертвовать, – Рамиро произнес это с таким видом, словно объяснял очевидные, банальные вещи. – А что еще остается? Зато, освободим корабль и скроемся. Пусть вамеры подыхают здесь.

– Вообще-то, на кораблях эскадры много женщин и детей, – заметил Донцов. – Предлагаешь бросить их?

– А тебе, жаль их, что ли? – хмыкнул Алонсо. – Они вамеры. Нацистские ублюдки.

– Я не хочу их бросать, – Донцов покачал головой. – Это, как-то не правильно. Не по человечески.

– Не глупи, – резко произнес Алонсо. – Если доведем вамеров до планеты, останемся там пленниками навсегда. Или, думаешь нас отпустят? Как бы, не так. А может, так и вовсе пристрелят, как адмирал грозился.

Это было неприятно признавать, но Алонсо, скорее всего прав. И все же Донцов колебался. Ему было не по себе от мысли оставить на произвол судьбы сотни, в общем-то невиновных людей. Подобные поступки, просто противоречили его совести.

– Послушай, бросать людей очень скверная затея, – сказал он второму пилоту. – Я предлагаю другие варианты.

– Какие же? – хмыкнул колумбиец.

– В первую очередь следует поговорить с адмиралом Гилбсом. Сделаем это, когда приблизимся к планете. Если, он откажется нас отпустить, тогда начнем действовать жестко.

– Тогда, может быть уже поздно, – покачал головой Алонсо. – Нельзя ждать. Ты, с нами?

– А кто с вами вообще? Или вы с Финном вдвоем это затеяли?

– С нами все его ребята-техники, и поверь мне, все остальные наши поддержат, когда дело дойдет до драки.

– Подожди, есть еще вариант. Мы захватим Гилбса, всех гражданских на борту и сделаем их заложниками. Выставим свои требования – свободу в первую очередь. Но эскадру доведем до конца. Пока адмирал у нас на мушке остальные не посмеют рыпнуться. Да и некуда им без нас деваться. Идет?

– Меня устраивает, – сказал Рамиро после недолгого раздумья. – Заодно, обменяем наших на троих вамеров. Ты, веди корабль, а мы займемся всем остальным.

Сказав это, Алонсо поднялся и ушел. Донцову пришла в голову мысль: не слишком ли быстро и легко он согласился? Подозрительно, как-то. Но размышлять об этом времени не было.

Гилбс вернулся через несколько минут. Заметив отсутствие второго пилота, сухо поинтересовался где тот.

– Ушел к техникам… поговорить, – соврал Донцов. Он, был напряжен, ждал развития событий с минуту на минуту.

Отделение с оружием, проще говоря встроенный сейф, куда сложили боевые стволы находился в одной из камер грузового отсека. Ничем иным от других, расположенных там же отделений – это не отличалось. Доступ туда был только у Бэлфора, его брата и обоих пилотов. Далеко не все участники экспедиции, даже знали о стволах. Оружие планировали вытащить только по прибытию на планету и использовать для защиты первых исследователей. Но видимо, воспользоваться им придется раньше.

Вамеры не устраивали тщательного обыска. На корабле ученых, они ничего опасного для себя не ждали. Так, что оружие оставалось на своем месте.

Снаружи вход в грузовой отсек охранялся гвардейцами, поскольку вамеры сложили внутрь какое-то свое оборудование и грузы, но Алонсо наверняка знал, как проникнуть незаметно.

Донцов нервничал, переключался с одной внутренней видео-камеры на другую. Это заметил Гилбс. Спросил, все ли в порядке. Виктор уверил его, что все в норме.

– Что-то не похоже, – хмыкнул адмирал.

Внезапно, в объективе одной из камер пассажирского отсека промелькнули Алонсо и Финн. И еще четверо техников. Все, были вооружены лайтингами и автоматическими короткоствольными винтовками «шторм-дан».

Первое столкновение произошло в центральном коридоре напротив кают-компании. Двое, вышедших на встречу гвардейца, были убиты наповал.

Гилбс издал тихое изумленное восклицание. И почти сразу загудел его коммуникатор на запястье. Раздался испуганный голос:

– Сэр, докладывает майор Харгесс… проклятые ученые напали на нас. У них откуда-то оружие.

– Где, ты сейчас?

– Вторая палуба. Я и ещё двое заперлись в технической секции 3-14.

– Держитесь, я сейчас!

Гилбс бросил злобный взгляд на Донцова.

– Что происходит?

– По моему, все очевидно, адмирал, – ответил Виктор, полуразвернув свое кресло, чтобы видеть собеседника.

Тон Гилбса стал угрожающим:

– Ты, знал?

– Я слышал разговоры.

Адмирал направил на него энергопистолет, включенный на смертельное поражение.

– Сколько ваших в этом участвует?

– Вот этого – не знаю. Мое дело – вести корабль. Сейчас не так важно, чья власть за спиной. Важно добраться до планеты.

Гилбс несколько секунд пристально смотрел на Донцова, словно решал – выстрелить или нет. Потом взгляд его скользнул по экрану, где мелькали каменные обломки и снова вернулся к первому пилоту.

– Продолжай свое дело. Отсюда – не выходить.

– Куда мне уходить? – усмехнулся Донцов. – Мы, вот-вот окажемся в красной зоне. А там настоящая жопа.

– Поэтому, ты до сих пор жив! – зло бросил Гилбс и выбежал из пилотского отсека.

Донцов наблюдал за всем, что сейчас происходит в отсеках и коридорах «Искателя» посредством видео-камер. Всюду стрельба, беготня и крики. Погибали и вамерские гвардейцы и гражданские для которых нападение экипажа стало совершенно внезапным.

На глазах Донцова одной из женщин, с которой он разговаривал в кают-компании точным выстрелом разнесло голову. Возле грузового отсека замертво упала еще одна и выронила из рук грудного ребенка, завернутого в одеяло. Появился Алонсо и хладнокровно добил малыша.

Черт возьми, так не договаривались! Они там рехнулись совсем?

Сыпля ругательствами, Виктор начал вызывать Алонсо. Вот только – тщетно. Тот, или не слышал, или не хотел отвечать. Донцов воспользовался бортовой связью, активировал встроенные в стены отсеков динамики.

– Алонсо, Финн, прекратите! Тупые уебланы! Гражданских не убивать! Они нужны нам! Не убивать!

Он рассчитывал, что хоть кто-то отзовется, но этого не случилось.

Кровопролитие на «Искателе» продолжалось. Взбунтовавшийся экипаж, тоже начал нести потери. Донцов не мог уследить за всеми местами стычек, поскольку львиную долю внимания вынужден был уделять управлению, но то, что погибли техник Стэн Крамер, биолог Бойд Логан и сейсмолог Влад Рязанов, он точно знал.

Внезапно из динамика коммуникатора прорвался голос адмирала Гилбса.

– Нас оттесняют к отсеку 7-12! Донцов, открой его нам!

Отсек 7-12! Там располагались спасательные космо-скафы.

Донцов не понимал, зачем адмирал обратился к нему. Неужели он всерьез думает, что первый пилот станет помогать захватчикам?

– Донцов, здесь женщины с детьми! Их убьют! Твои люди всех убивают!

– Я не могу открыть! – вскричал Виктор. – Лучше сдавайтесь. Если бросите оружие…

– Открой! – прорычал адмирал. – Иначе, я прямо сейчас прикажу уничтожить ваших на Орлеане!

Мощный передатчик для связи с остальными кораблями у Гилбса был, и он вполне мог это сделать: связаться со штурманом Орлеана и приказать убить заложников.

Донцов колебался, но в конце концов снял блокировку с отсека 7-12. Затем, он наблюдал, как один из гвардейцев прикрывает проход, а человек двенадцать – и гражданских и военных бегут к трем эвакуационным космо-скафам. Когда они разместились внутри двух из них, гвардеец попытался отступить, но его настиг выстрел Финна Бэлфора.

Перескочив через тело, главный бортинженер ворвался в отсек, но тот час выскочил обратно, поскольку начали открываться внешние шлюзы. Внутренние двери в это время плотно сошлись.

Виктор ощутил два легких последовательных толчка при старте космо-скафов. Затем смог наблюдать на экране, как они отделились и стремительно понеслись прочь, отчаянно маневрируя среди каменных обломков. Вскоре космо-скафы превратились в две сверкающие красным пламенем точки и затерялись среди клубящихся газово-пылевых облаков.

* * *

Разъяренный Рамиро Алонсо ворвался в пилотский отсек.

– Ты, дал им уйти!

Донцов встретил второго пилота холодным пристальным взглядом.

– Мы договорились, что гражданских оставим в живых. Но вы, мудаки слетели с катушек. Я лично видел, как ты убил женщину и ее ребенка.

– И что теперь? – по-волчьи оскалился Рамиро. – Мне, может покаяться? Может, поплачем вместе?

На мгновение Донцов, был просто ошеломлен. У второго пилота, даже ни тени сожаления. Вот, значит его истинная сущность. Кровожадный, беспринципный поддонок.

– Такой мрази как ты, может и плевать на всё, – прорычал Виктор. – Но я думал о безопасности наших заложников, поэтому дал вамерам уйти.

– Ты бы, полегче с оскорблениями! – физиономия Алонсо перекосилась и он направил лайтинг на Донцова.

– И что, ты сделаешь? – рассмеялся первый пилот, хотя нервы его сейчас были взвинчены до предела. – Выстрелишь? Как это расценят остальные? Финн, например.

Несколько секунд Алонсо сверлил Донцова злобным взглядом, но затем приставил оружие к стенке и поднял руки в примирительном жесте.

– Ээээ…, хватит, друг. Что это мы, в самом деле? Все нормально. Все отлично. Я конечно перегнул палку. Мы все перегнули, но корабль снова наш. И это главное.

– Не следовало устраивать бойню, – проворчал Донцов.

– Но ты, тоже допустил ошибку. Нельзя было отпускать Гилбса.

– Он пригрозил убить наших людей, – напомнил Виктор.

– И ты поверил ему?

– Поверил. А как иначе? У меня не было оснований не верить ему.

– Ладно, – Алонсо взглянул на экран, где надвигалось облако из нескольких сотен скал, – надеюсь, они скоро сдохнут в этом аду.

– Ты поступил опрометчиво. Что будет с нашими, теперь?

– Я говорил раньше и готов повторить снова: кем-то придется пожертвовать.

– Есть еще кое-что, – огорченно произнес Донцов. – Мы поставили на грань гибели тысячи людей.

– Это вамеры. Нацисты и палачи, – Алонсо пренебрежительно махнул рукой. – Черт с ними. Их народу все равно конец. Знал бы ты, как их предки гнобили моих.

Донцов хмыкнул:

– Не заливай. Когда-то латиносы, в том числе и твои предки организовали в США такую преступность, что пришлось властям вводить военное положение. Да и сейчас колумбийцы славятся своими лихими делами.

– Ты не путай, это разные вещи, – запротестовал Алонсо. – Наши люди, конечно жестки и круты, но, они никого не захватывали и не грозили извести под корень другие народы. И тем более не уничтожали ядерным оружием.

Донцов все равно не был согласен с доводами второго пилота и его действиями. Но, что теперь говорить. Что случилось, то случилось. Алонсо показал себя убийцей и полной мразью, но другого второго пилота здесь не было.

– Мне нужна твоя помощь.

– Конечно. Какие вопросы?

Рамиро занял свое место.

– Какие у нас потери? – спросил Виктор.

– Убиты два ремонтника. Стэн Крамер и Джон Бэрр, – начал рассказывать Алонсо. – Из ученых, мы потеряли Логана и Рязанова. Ранены Ханс Грауц и Рик Лоран. Остальные в норме.

– Грауц и Лоран сильно ранены?

– Терпимо.

– Что с убитыми?

– Сложили их пока в отдельную секцию трюма. Но я думаю, нужно просто сбросить их в космос.

– Вы, всех порешили?

– Представь себе – нет, – рассмеялся Алонсо. – Зря ты ругался. Оставили двух генералов. Пригодятся для обмена на наших.


* * *

Полет продолжался в обычном напряженном режиме. Прямо по курсу возникло огромное газо-пылевое облако с мощнейшим источником нестабильной гравитации где-то в центре. Пришлось огибать его. К тому же, позади от столкновения нескольких огромных скал образовалось цунами из каменного крошева. Впрочем, с ситуацией, пока справлялись.