Антон Громиш
Привет от прошлого

Глава 1

– Горько! Горько! – кричали наперебой гости. Семейная пара – двое уже не молодых, но по-прежнему привлекательных молодоженов – слились в долгом поцелуе. Гости принялись считать, и только на тридцати поцелуй завершился, что вызвало бешеный восторг за столами.

Илья и Евгения Тихоновы отмечали жемчужную свадьбу¹. Для этого специально на весь вечер арендовали зал в ресторане и собрали практически тот же состав гостей, что был у них на торжестве тридцать лет назад. Практически – потому что не у всех была возможность прибыть на юбилей (троих, увы, по разным причинам не досчитались), зато в этот раз присутствовали их дети: двадцатипятилетний сын Роман и двадцатилетняя дочь Полина.

Когда родители приглашали детей на праздник, а сделали они это официально, с вручением специальных открыток-пропусков, Илья вдруг вспомнил одну историю, как некий пятнадцатилетний парень наотрез отказался присутствовать на свадебном юбилее родителей. Сначала те подумали, что их сын боится лететь на самолете (юбиляры решили устроить торжество в Калининграде, где когда-то и зарегистрировали свой брак), но выяснилось потрясающее: родители устраивали торжество не только в том же городе, но и с тем же составом гостей. «А меня-то тогда не было!», – убедительно заявил парень, и родители скрепя сердце вынуждены были согласиться.

– Вы-то придете? – улыбнулся Илья, вручая детям приглашения и рассказав им эту забавную историю.

– Раз родили, то так просто от нас не отделаетесь, – улыбнулся в ответ Роман.

Поля хихикнула.

– Мы еще и на лучшие места претендовать будем – по праву близкого родства.

– Лучшие места – у нас с отцом, – ответила Евгения. – Выйдешь замуж за Диму – и займешь лучшее место.

Дима это жених Полины, ее сокурсник по медицинскому ВУЗу (Полина готовилась стать кардиологом). Молодые люди встречались едва ли не с самого знакомства, и дело, похоже, потихоньку шло к свадьбе: не то чтобы они планировали заключить брак, но уже поднимали эту тему – дескать, хорошо бы пожениться через год – полтора. Родители с обеих сторон не возражали.

В назначенный день в ресторан съехались до пятидесяти с лишним приглашенных. Удивительно, но редко кого время не пощадило: да, чуть поседевшие, но по-прежнему молодые душой мужчины и женщины – все в прекрасной форме, словно прошло не тридцать лет, а, скажем, только пять. Особенно хороша была молодая, надевшая свое свадебное платье, идеально ей подошедшее спустя столько лет! Евгении даже ничего не пришлось делать ни с платьем, ни с собой. Чего не скажешь об Илье: он умудрился накопить не только годы и опыт, но и лишние килограммы; похудеть он уже не успевал, поэтому пришлось спешно перешивать свадебный костюм. Помог ему близкий друг – директор швейной фабрики, за свой счет (и бесплатно для юбиляра) подогнавший Илье костюм по новой фигуре. Что, к слову, и стало свадебным подарком – на этом настоял сам Илья, ибо друг намеревался осчастливить молодых и другими презентами, кое-как Тихонов его от этого отговорил. А в основном юбилярам, конечно же, дарили вещи, так или иначе связанные с жемчугом, хотя были и исключения. Например, дети подарили родителям их совместный, написанный красками портрет, основой для которого стало их свадебное фото. И один из гостей подарил виновникам торжества сертификат туристического агентства. Увы, прямо сейчас устроить «медовый месяц» было невозможно, и супруги решили дождаться новогодних каникул и посмотреть Париж – эту столицу моды и творчества в зимнем убранстве.

– Ты счастлив? – в какой-то момент шепнула Евгения.

– Очень, – не задумываясь также шепотом ответил Илья. И он не лгал.

Илья Львович Тихонов действительно жил самой счастливой жизнью: любимая и любящая жена, потрясающие дети, которых уверенно можно было назвать друзьями, успешное дело (за тридцать лет Илья стал знаменитым писателем, чьи произведения читают до тысячи человек ежегодно, а режиссеры экранизируют как романы, так и рассказы) и множество преданных друзей. Чего еще желать на этом свете! Наверное, единственным разочарованием в его жизни стала учеба по нелюбимой профессии. Электрика его не привлекала, хоть он и был отличником по физике в школе, а манило его творчество: в шестом классе он написал первое стихотворение (если так можно вообще назвать тот рифмованный бред), а годом позже – первый рассказ (к этому моменту давным-давно утерянный). А ближе к старшим классам окончательно созрела мысль стать писателем; о своей цели он рассказал родителям. Те были только рады, что их сын стремится стать счастливым, занимаясь любимым делом, но тем не менее посоветовали ему получить хоть какую-нибудь профессию. Юный Илья попытался было протестовать, но отец, всю свою жизнь проработавший на заводе вплоть до середины нулевых и ушедший на пенсию только в связи с закрытием предприятия, доходчиво объяснил сыну, чего они с матерью добиваются от него. Если опустить особо специфические «термины», сопряженные с некоторой непечатной лексикой, речь сводилась к следующему: путь писателя – не быстрый, знаменитым можно стать как через год, так и лет через двадцать, и все это время нужно что-то кушать и как-то элементарно жить. В этом как раз поможет реальная профессия, лучше всего техническая – в наш компьютерный век: электрик, плотник, сварщик, сантехник – любое подобное дело способно человека прокормить, «ибо тех, кто шаркает компьютерной мышкой, уже в десятки раз больше тех, кто способен закрутить шуруп или поклеить обои». Илья, обдумав слова отца, согласился с ним и пошел учиться на электрика (поскольку, как уже было сказано, тесно дружил с физикой). И позже он не раз убеждался в правоте отцовского заявления, когда он годами не был нужен никому как писатель, а количество читателей исчислялось двумя десятками человек на сайтах самиздата. Только на двенадцатом году творчества к нему пришла слава: на него обратил внимание студент режиссерского факультета, решивший в качестве дипломной работы снять короткометражку по рассказу Ильи Тихонова. Фильм студент выложил на крупнейшем в России видеопортале и получил восторженные отзывы от нескольких сотен зрителей. При этом комментаторы оценили не только само видео, но и сюжет рассказа, ставшего основой для фильма, и в течение месяца не было ни дня, чтобы десятки любопытных не пришли на литературные ресурсы Ильи. Появились и продажи: в первый же месяц он продал чуть менее двухсот книг. Так он стал настоящим писателем, чьи книги покупают, о чьих книгах спорят и чьих книг ждут.

– Я счастлив, – повторил Илья. Он с нежностью поцеловал руку Евгении. – Спасибо, что ты у меня есть.

Илья даже не заметил, что говорит это в полной тишине: гости заинтересовались воркованием супругов и на некоторое время прекратили свои разговоры.

– Расскажи, как вы познакомились, – крикнул кто-то с дальнего столика.

История, собственно, была известна всем, даже дети слышали ее неоднократно, но это был своего рода ритуал, и Илья не преминул еще раз окунуться в воспоминания.

– Дело было еще в советские времена, – Тихонов поудобнее откинулся на спинку стула. – Нас, студентов, как раз направили на «картошку»² в село неподалеку. Были мы – студенты политеха, а также медики, – Тихонов указал на супругу, – и еще кто-то, уже забыл.

– Бухгалтеры, – тихо подсказала Евгения.

– Да, бухгалтеры, спасибо. От политеха были только парни, от бухгалтеров – одни девушки, а от медиков – примерно поровну. И в первый день нам организовали танцы, дискотека по-современному. Ожидалось, что на танцах будем только мы, городские, но каким-то образом там объявились местные, некоторые уже не совсем трезвые. А мы, политех, как раз в тот момент выбирали среди бухгалтеров партнерш для танцев.

– То есть ты маму сначала не заметил? – уточнила Полина, прекрасно знавшая и ответ, и саму историю.

– Мама тогда еще не пришла, их группа медиков только-только подходила к клубу. Так вот. Объявились местные и сходу начали отбивать у нас девушек. Мы такой наглости стерпеть не могли. Во-первых, задета наша честь: у нас пытаются отобрать добычу, – на этих словах мужчины захохотали, а женщины заворчали, кто-то даже погрозил Илье кулаком, – а во-вторых, покушались на честь девушек: к ним приставали грубо и нагло, словно их мнение никого не интересовало. Ну, и началось выяснение отношений, сначала на словах, потом на кулаках.

– Дрался хорошо? – спросил Роман.

– Хвастаться не буду, было все: и я кому-то в глаз дал, и мне засветили. И как потом я узнал – на глазах вашей матери. В какой-то момент меня откинуло к двери, там стояла Женя. Она попыталась схватить меня за руку, чтобы остановить, но не успела. Я ринулся снова в драку, еще раз получил и отлетел обратно к двери. А тут уже появилась милиция. Воспользовавшись ситуацией, Женя меня вытолкала наружу, и мы побежали подальше оттуда. Добежали до речки, где Женя помогла мне привести себя в порядок. И просидели мы на берегу до самой ночи, находя самые разные темы для разговоров. С того момента мы всю «картошку» проводили время вместе, даже пытались на полях быть поближе друг к другу. Ну, а вернувшись в город, уже не расставались. Какое же было счастье, что мы учились в одном городе!

Гости зааплодировали, выражая одобрение этой потрясающей истории любви.

Вечер продолжался еще несколько часов. Илье казалось, что у него нет ни друзей, ни коллег, а есть огромная и дружная семья: удивительное слияние душ. И вот торжество все же подошло к концу. Гости и главные герои праздника начали разъезжаться.

– Вы к нам? – спросила Евгения детей.

– Нет, – помотала головой Полина – она знала, что родители намерены продолжить празднование в домашней обстановке, – нам пора по домам.

– Но мы к вам заглянем завтра, – добавил Роман. – Когда лучше зайти?

– Ближе к обеду, наверное? – предположил Илья, посмотрев на супругу. Та кивнула.

– Не думаю, что буду так долго спать, но лучше все-таки как можно позже.

– Заметано, – Роман пожал руку отцу и обнял мать.

На этом родители и дети разбежались каждый в свою сторону.

– Прошу вас, сударыня, – Илья протянул руку Жене, чтобы помочь ей сесть в новенький «Хендай Солярис», приобретенный на гонорар от экранизации своего последнего романа.

– Благодарю вас, сударь, – Евгения сделала изящный реверанс и приняла приглашение.

«Хендай» помчал по ночным улицам города. Вскоре они уже сидели на кухне за столом, который накрыли заблаговременно.

* * *

Он открыл глаза. Тишина. Раннее утро. Уже начинало светать. В зальной комнате тикали часы. В дневной суете их, конечно, не слышно, однако ночью тиканье, оказывается, разносится по всей квартире. Сколько сейчас времени? Илья предположил: половина пятого. Он нащупал на прикроватной тумбочке мобильник: четыре тридцать семь. «Шаман я, однако», – прошептал он. Захотелось попить. Он покосился на Женю, мирно посапывавшую рядом, и стал выбираться из постели, стараясь не разбудить супругу. Не получилось.

– Ты куда? – пробормотала Женя сонным голосом, при этом, как показалось Илье, даже не открыла глаза.

– Попить. Сейчас вернусь.

Евгения угукнула и вроде как опять заснула.

Илья поплелся на кухню. Мимоходом заглянул в зал: на столе стоял ноутбук, продолжавший добросовестно работать – в таком состоянии они его и оставили, когда пошли спать после просмотра романтического фильма под распитие вина. По-хорошему, надо бы его выключить, но Илье стало лень этим заниматься: почти всю ночь простоял, сам отключится, когда разрядится. И мужчина прошел мимо.

На кухне было темно: луна ушла, фонари уже погасли, и добраться до стола с графином на столе можно было только наощупь. Илья свет включать не стал, захотелось побыть в темноте. И в одиночестве.

Ему было очень стыдно: в романтической истории их с Женей любви на самом деле было не все гладко, о чем дети, к слову, даже не догадывались. Когда Илья говорил, что по возвращении с «картошки» они с Женей не расставались, он безбожно врал: в их жизни был «темный период», продлившийся едва ли не полгода.

Причиной размолвки стала ревность Ильи. Дело было уже на четвертом курсе: с какого-то момента Евгения перестала с ним подолгу гулять, задерживалась по учебе, а потом и вовсе ее стали наблюдать в обществе сокурсника. Конечно же, Илья не упустил возможности объясниться по душам, но при этом имея перед собой цель не выяснить, что происходит, а просто-напросто высказать своей девушке обидное. И напрасно Женя пыталась ему втолковать, что им, медикам, внепланово устроили практическое занятие с последующим докладом, напрасно она пыталась ему объяснить, что тот тип, с которым она сейчас проводит время, всего лишь напарник по практике, а на самом деле между ними ничего нет – Илья был не прошибаем. В итоге они наговорили друг другу самого разного и разошлись в разные стороны. А потом…

А потом Илья начал искать Жене замену. Погуляв с несколькими девушками, он остановился на Анне с факультета экономики и управления (новая пассия, вроде, училась по специальности «Реклама и связи с общественностью», но молодому человеку эта информация была совсем ни к чему). Он сразу предупредил Аню, что гуляет с ней только с целью провести время, на что-то важное она пусть не рассчитывает. Анну такое положение дел полностью устраивало: она тоже недавно пережила расставание, и ей нужен был кто-то, кто заполнит пустоту в отношениях, пусть бы и на время – до окончания университета оставалось всего полтора курса, можно и потерпеть.

Знала ли об этом Женя? Безусловно знала, но не подавала виду. Сама же она искать замену Илье не спешила, решив, что после практики обязательно еще раз выяснит с ним отношения и только после этого примет решение.

Тем временем Анна, или Аннушка, как ее на манер героини романа Булгакова³ звал Илья, поначалу принявшая его ухаживания, через месяц вдруг стала отдаляться от молодого человека: исчезли и так редкие интимные встречи, а гулять она соглашалась через раз. А вскоре Анна и вовсе заявила, что возвращается к своему предыдущему парню: они помирились, и значит, у Анны с Ильей все кончено.

Для Тихонова это прозвучало громом среди ясного неба: Анну он не любил, но уже привык к ней, ему было с ней удобно. И как теперь быть? Он потом еще раз попытался завоевать ее внимание, но получил отповедь от девушки, потом чуть не получил от ее парня и отстал от Анны. Илья погоревал пару дней, а потом опять кинулся в омут, лишь бы забыться. Было ли все это известно Евгении? Без сомнений. И, конечно же, очков Илье это точно не добавляло. Но и с Женей он не пытался наладить отношения. Почему – не смог бы объяснить и сам. Возможно, было стыдно (вот как сейчас). Возможно, считал Евгению пройденным этапом.

Женя пришла к нему сама аж спустя четыре месяца после ссоры. К тому моменту оба сдали летние экзамены и были абсолютно свободны в дальнейших действиях. Илья сидел дома, изнывая от тоски, как вдруг раздался продолжительный звонок в дверь. Он открыл и остолбенел: на пороге стояла хмурая Женя. Увидев Илью, она состроила недовольную гримасу и, оттолкнув молодого человека плечом, ворвалась в квартиру. Уверенным шагом она влетела в его комнату, Илья, до сих пор пребывавший в шоке, семенил за ней.

– Ты так и будешь страдать ерундой? – металлическим голосом поинтересовалась Женя.

– Ты о чем…

– О том! Во-первых, я все знаю: и про Аню, и про Лену, и про Вику – про всех, с кем ты был. А во-вторых, вернемся к началу: чем же я так перед вашим высочеством провинилась, что ты на меня так обиделся?

Илье захотелось ответить ей чем-то резким, но он сдержался. Вместо этого молодой человек неожиданно предложил спокойным голосом:

– Чаю будешь?

– Что? – осеклась Женя, настроившаяся кричать и скандалить.

– Попьем чаю и поговорим тихо и без драки.

Чаепитие затянулось на пару часов. Тихо поговорить не получилось: оба имели свое, только правильное мнение и пытались в своей правоте убедить оппонента. В конце концов они пришли к компромиссу, Илья покаялся перед девушкой за свое поведение, и после не дал ни одного повода, чтобы Женя хоть как-то припомнила ему о прошлом. Простила ли его она? На словах – да, простила. Однако сам Илья ничего не забыл и себе не простил, а с годами эта история стала все чаще тяготить его душу. «Пойти что ли в церковь, покаяться?», – с усмешкой подумал он. – «А что, и схожу. Серьезно».

За окном рассвело. Илья очнулся со стаканом в руке. Сколько он так простоял? Одиннадцать минут шестого. Он что, полчаса заливал водой воспоминания? Ужас какой!

Илья выплеснул недопитую воду в раковину и направился обратно в спальню. Спешно залез к супруге под одеяло. И опять ее разбудил.

– Напился? – пробормотала Евгения.

– Напился, – пробурчал Илья.

– Сколько времени?

– Спи, рано еще – только шестой час.

Женя не ответила. Илья послушал ее мерное дыхание – похоже, задремала – и осторожно прижался к супруге. Через пять минут заснул и он.

* * *

Едва Тихонов уснул, по квартире пронесся сквознячок. А через несколько секунд некий человек прошел по зальной комнате и сел за ноутбук. Мгновение подумав, он запустил страничку Ильи Тихонова в популярной российской соцсети, затем без паузы направился в сообщество для знакомств в этом городе. Пролистав список участников, он отобрал три аккаунта девушек, возможно, реальных людей, возможно, ботов. И не забыл подписаться на сообщество от имени Ильи.

Первой он написал некой Маргарите, судя по аватарке – блондинке с надутыми губами и грудью третьего размера (а может, даже и четвертого).

– Привет, Марго (улыбающийся смайлик), тоже не спится?

– Привет, красавчик (смайлик с сердечками вместо глаз)! Что еще делать одинокой женщине? – последовал ответ через полминуты.

– Составить тебе компанию?

– А жена разрешит (смайлик с ехидной улыбочкой)?

– А я не буду у нее разрешение спрашивать (тот же смайлик с ехидцей). Так составить тебе компанию?

– Я не против. Чем занимаешься?

– Только проснулся. Хотел еще поваляться, но глянул на свою стремную женушку и сбежал из спальни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

30-летие семейной жизни.

Вернуться

2

Обиходное название работ по уборке урожая городскими жителями, в основном студентами, работниками госучреждений и военнослужащими.

Вернуться

3

«Мастер и Маргарита».

Вернуться