Дмитрий Нелин
Охотник на читеров. Книга 9. Уральский цугцванг

© Нелин Дмитрий

© ИДДК

Содержание цикла "Охотник на читеров":

Книга 1. Забанены будут все

Книга 2. Фамильяр

Книга 3. Хакеры рагнарека

Книга 4. Сибирская чума

Книга 5. Демоны сновидений

Книга 6. Война ведьм

Книга. Сокровище Софии

Книга 7. Путь Спящих

Книга. Мастер паутины

Книга 8. Час пробуждения

Книга 9. Уральский цугцванг

Глава 1. Стражи лесных троп

Конечно же, меня хотели запутать. Изначально пустили не по той дороге, заставили сделать нехилую такую петлю. Все, чтобы я еще десять раз подумал, а нужна ли мне вообще вся эта трансформация, переход, новые учителя. Но я не хотел думать. Когда вопрос касается магии снов или даже реала, голова – не лучший советчик. В такие моменты лучше вообще отключить внутренний диалог и просто делать то, что чувствуешь. То, куда тебя ведет сама судьба, и неважно, существует она вообще или нет. Ты просто делаешь то, что должен, не думая и не задавая вопросов. И пусть это кажется безумием, но ты должен увидеть конец пути. Если он вообще есть, конечно.

Мотоцикл вел себя хорошо. Несмотря на свою легендарность, он больше не ломался и держался уверенно. Но ехать на нем было тяжело. Я колесил по Уралу и постоянно матерился. И дело вовсе не в плохих дорогах. Нет. И даже не в самом мотоцикле.

Дело было, как обычно, в Олеге. Этот волшебный персонаж выступал в роли моего навигатора и звонил совершенно в разное время, давая новые координаты и порой кардинально меняя мой маршрут. За спиной были уже тысячи километров, а я так и не приблизился к цели. Олег не мог толком объяснить, что происходит. Круг спящих словно избегал меня. Или проверял. «У них там очень сложные отношения между магами», – пояснял Олег. Они не знают, что со мной делать. А поэтому я должен попасть на линию одного из них и встретиться с ним. Звучало это диковато, но я прекрасно понимал, о чем идет речь. Магия реала в ее истинном виде. Я был сновидцем. Мне она недоступна, а вот Олег что-то да кумекает и крутит эти линии так, чтобы я попал хоть в одну из них. Но и это оказалось не совсем так. Дело в том, что мне нужна была конкретная линия, а не любая. Некоторые могли привести меня к гибели. Моей или ее хозяина.

И пока Олег совмещал мою линию с нужной, я носился по бесконечным дорогам. Отдыхал в полях, купался в озерах. Питался в кафешках и ночевал там же.

Кольцо на пальце не давало никому попасть в мой сон. Так что я спокойно оказывался в собственном замке и занимался его улучшением. Благо времени было много. Я ставил новые ловушки, менял планировку комнат, перестраивал сад и стены. У меня не было задачи построить неприступную крепость, ощетинившуюся во все стороны пулеметами. Внешне это должен быть полуразрушенный замок. Так, чтобы даже опытный сновидец понял, что оказался во сне полного раздолбая. А вот внутри его бы ждали весьма неприятные сюрпризы.

Сам я тоже не мог покинуть свой сон. Кольцо светилось, и у меня ничего не получалось. Я не мог преодолеть его силу. Интересно даже, кто смог создать такой артефакт? Рагни предположил, что он имеет неземное происхождение. Вполне вероятно, что его создали эльфы.

Олег звонил совершенно хаотично. В один день он не позвонил ни разу, заставив меня просто провести целый день в поле, ожидая указаний. А в другой звонил аж пять раз. Причем пропустить звонок было нельзя. Пропуск означал резкое изменение линии и поток недовольства в мой адрес. Так что мне пришлось обзавестись дешевой китайской гарнитурой для шлема и прикуривателем для мотоцикла. Так я мог быть постоянно на связи.

Иногда Олег был слишком настойчив. Например, он мог позвонить мне в неподходящий момент и потребовать немедленно развернуться и проехать два километра в сторону Кургана. Отказываться было нельзя, так что я порой фигачил на красный, пересекал двойные сплошные, а один раз заехал и вовсе под кирпич в каком-то городишке.

Олег меня раздражал, но я стойко терпел все эти приказы, потому что прекрасно понимал – магия не терпит спешки. К тому же я никак и не мог повлиять на все это. Меня снова вели, как слепого котенка. Тыкали то туда, то сюда.

Через неделю я начал уставать. Чувствовал, что мои нервы уже начинают пошаливать. Стал более агрессивно вести себя на дороге, подтверждая истину, что все байкеры – уроды. Я начал меньше высыпаться, да и само путешествие начало меня угнетать. В голове уже роились мысли, что нужно возвращаться в Москву или в Питер. В одном месте меня ждет злая, как тысяча чертей, Еххи, в другом – счастливая и добрая Кэрол. И казалось бы, что выбор очевиден, но нет. Я знал, что мне нужно помириться с Женей. Мы с ней нуждались друг в друге, как бы смешно это ни звучало.

В кармане прогудел телефон. Я нажал на кнопку гарнитуры и сразу услышал взволнованный голос Олега. Давно он не был таким.

– Серега! Жми на юг, срочно. Километров так сто. Следи за окружением. Ты должен найти рыжий след. Рыжая линия. Повторяю. Рыжая!

– Что за идиотская кодировка? – буркнул я и дал по тормозам. Тяжелый драгстер покорно остановился, и я начал разворот.

– Рыжая линия. Рыжая. До связи. Только намерение поможет тебе. Ищи знаки! На дороге!

Олег отключился, так как от волнения ему дыхание сперло. Он буквально захлебывался словами, чего раньше с ним не случалось. Я понял, что дело серьезное. Видимо, мой друг сумел по-настоящему настроиться на кого-то из Круга спящих. Рыжая линия. Я сразу понял, что нужно искать зацепки в реале, связанные именно с этим цветом. Рыжий, оранжевый. Это может быть что угодно. Я развернулся и погнал назад. Вокруг мелькали картофельные поля. На обочине стоял здоровенный грузовик с рыжей стрелкой на весь борт. Ага, значит, я в движусь в правильном направлении. Нужно было ускоряться. Иначе я упущу линию. К счастью, мотоцикл разгонялся до сотни меньше чем за четыре секунды, так что я легко набрал нужную скорость и обгонял вяло плетущиеся фуры и дачников. Перед глазами мелькали белые таблички – названия рек. Странные. Какие-то там Елги, Алги, Карылги. Я уже колесил по Челябинской области и, видимо, приближался к Башкирии.

Я обогнал оранжевый «Додж». Наверное, я все-таки двигаюсь в правильном направлении. Сто километров. Что там будет? Главное – следить по приборам, а то я могу увлечься и проскочить. Следующие полчаса я провел в постоянном напряжении и понял, что чертовски вымотался. Подмечать знаки в реальности не так-то и просто. Главная ошибка сталкера – это то, что он начинает искать их. Пристально и дотошливо. Но это так не работает. Знак на то и знак. Он как стеснительный фотон. Не любит, когда на него смотрят. А потому нужно не искать знаки, а определять их присутствие и различать их значение. Правильный знак покажет себя сам.

Где-то через пятьдесят километров я увидел плакат с девушкой в оранжевом платье. Она приветливо улыбалась и показывала рукой влево. Перекресток. Олег говорил, что я должен ехать прямо, но знак вел меня иначе. Я встал перед выбором. Ошибка может стоить нам еще недели поисков, но деваться некуда. Я верил знакам и своему чутью больше, чем Олегу, сидящему в Питере и блуждающему в трансе. Поэтому я смело свернул и помчал дальше. К моей радости, дорога сделала изгиб и все равно вывела на юг. Выходит, что я двигаюсь в нужном направлении. Это не могло не радовать. Ландшафт вокруг начал меняться. Впереди появились горы. Невысокие, но весьма впечатляющие. Стало больше деревьев, а затем я и вовсе оказался в лесу. Дорога петляла. Машин стало меньше. Знаки пропали. Я посмотрел на приборку – скоро будет сотка, как и говорил Олег. На обочине мелькнул знак – место для отдыха. Елочка в синей рамке. И тут снова в ухе заиграла музыка.

– Я не знаю, что и где ты там, – захлебывался Олег, – но ты опаздываешь. Что-то меняется. Тебе нужно ускориться. Рыжая линия уходит. Она отклоняется.

– Принял. – Я отключился и дал по газам. Увы, но мой мотоцикл не подходил для горных серпантинов. Он прекрасно ездит прямо и отлично разгоняется, но повороты не для него. Пару раз я чиркнул подножками. Остался километр.

Я гнал как мог, боясь опоздать неизвестно куда. Дорога начала уходить вниз, и я увидел площадку для отдыха – обычный закуток, засыпанный отсевом, с парочкой скамеек и урной, забитой мусором до отказа. Но рядом была грунтовка, и вот по ней уходил оранжевый «УАЗ Патриот». Здоровенный сарай на широких внедорожных колесах. У меня в груди что-то екнуло, и я понял, что он и есть моя цель. Мой знак. Я резко вывернул руль, чуть не влетел под грузовик, но оказался на площадке. А дальше меня ждало великое разочарование.

Вчера прошел дождь. Дорогу размыло, и я на своем драгстере с низким клиренсом оказался у разбитого корыта. Окинул взглядом огромные лужи, по которым только что прошел «УАЗ», и понял, что я тут не проеду. Скорее всего, уроню мотоцикл уже через метров сто, и он там так и останется. Поэтому решил поступить иначе.

Загнал «Харлей» в кусты, так чтобы его не было видно, и пошел по дороге, уходящей в лес, пешком. В конечном счете неважно, пешком я, на машине ли. Знаки укажут путь.

Я направился по лесной дороге, размытой дождем. Тщательно обходил лужи и прислушивался. Мне казалось, что еще слышу звуки двигателя. Рагни давно уже выскочил и носился по всей дороге, принюхиваясь и шевеля длинными ушами. Я отломал палку от поваленного дерева и использовал ее для измерения уровня луж. Какие-то были мне по колено, и такие я старался избегать. Водонепроницаемые берцы спасали меня от луж поменьше. Двигался я весьма бодро. Дорога была накатанная. Видимо, местные гряземесы ее любят и часто гоняют по ней. Правда, на простой машине тут не проехать, а про мой мотоцикл и говорить нечего.

Шлем я снимать не стал, так как в нем была гарнитура, но сейчас она молчала. Олег небось там опять перекурил чудо-травы и уже отдыхает.

Рагни вел меня по следам огромной машины. На первой же развилке мы свернули вправо – здесь дорога сужалась и становилась совсем уж непроходимой, но свежие следы от широких колес указывали, что мы выбрали правильный путь.

В принципе, ничего удивительного. Олег говорил, что Круг спящих состоит из каких-то диких сновидцев старой школы, что, мол, еще в царской Руси выходить из тела умели да чудеса всякие творили. Живут они уединенно, выбирая далекие места, куда и пешком-то не всегда доберешься, хотя кто-то мимикрирует и под дачников. Живешь ты вот себе на даче и знать не знаешь, что твой сосед – маг древней традиции. А с виду обычный бородатый мужик. Гонит самогон да песни на гармошке играет. Конечно, я утрировал.

Дорога петляла между высоченными соснами и кривыми березками. Иногда попадались целые колонии поганок. Некоторые росли даже кругами, что тоже могло быть знаком. Места тут необычные какие-то. Это даже в воздухе чувствуется. Начался легкий подъем, а затем мы с Рагни натолкнулись на первое предупреждение.

Над дорогой висело здоровенное бревно из сосны. Оно просто лежало на ветвях других деревьев, а с него свисали сплетенные из веток ловцы снов. Но не индейские, а какие-то самобытные. Грубые, даже не круглые, а треугольные и обитые волчьим мехом. Мы сразу поняли, что это знаки, говорящие о том, что мы переходим через определенную черту. Последнее предупреждение. Конечно, обычный человек только усмехнулся бы и спокойно пошел дальше. И ему бы даже за это ничего не было. Но мы-то совсем иные создания.

Я снял шлем и покрутил головой, разминая уставшую шею. Мои глаза остекленели, и я увидел зеленые дрожащие нити над дорогой. Одна из них проходила на уровне моих ног, а другая чуть выше груди. Все понятно. Попади я в них, то сразу бы ощутил недомогание и головную боль. Это защитный барьер. Простецкий, но действенный. Придется его обогнуть. Рагни тоже видел нити и ловко перескочил через них. Наш путь продолжился, но теперь я видел глазами фазового волка, так как постоянно находиться в состоянии второго зрения мне было тяжело, а ловушек могло быть еще много. И я оказался прав.

Через пару сотен метров зеленые нити сменились оранжевыми. Эти были поставлены недавно. Яркие, они светились и были отчетливо заметны на фоне садящегося солнца.

Мы должны найти их хозяина до заката. Лес ночью может быть очень опасным. Особенно в таком магическом месте.

Энергетика здесь была необычная. Я чувствовал легкие покалывания в пальцах. Это однозначно, было место силы, но старое, забытое. Еле теплое. Может быть, здесь жили древние племена людей, приносили жертвы своим богам и духам. У нас много таких мест. Главное – уметь их чувствовать.

Конечно, маг из Круга выбрал себе такое и построил обитель поблизости. А может, и просто приехал почерпать тут сил да вдохновения.

Нужно ускоряться. Солнце уже садилось за горы. Багровые тучи говорили, что ночью будет прохладно. Не хватило мне еще переохладиться да засопливеть. Рагни приблизился ко мне.

– Здесь что-то не так, – сказал волк, – я чувствую чье-то присутствие.

– Нехорошее? – уточнил я.

– Нейтральное, но весьма могучее и опасное.

– Это страж. Но необычный. Не такой, с которыми нам уже доводилось встречаться.

– Он не древний.

– И даже не юный. Это нечто искусственное.

Я замер, потому что кусты справа зашевелились. Затрещали ветки, и на тропу вышел здоровенный медведь. Я таких даже в трешовых фильмах ужасов не видел. Создание встало на задние лапы и грозно зарычало, обнажая длинные клыки, похожие на сабли. Глаза чудища светились красным светом.

– Саблезубый медведь, – спокойно сказал я Рагни, – никогда не существовал. Ну или я просто хреновый палеонтолог.

– А может быть, это и вовсе фантом? – Волк прыгнул на медведя, разинув пасть, но тот отшвырнул моего симбионта одним ударом.

– Хм, не похоже, – сказал я, – видение бы растворилось.

– Да я уже понял, – волк возник из кустов и встал рядом со мной, – договориться с ним не получится?

– Не думаю. Это тупое создание. И страшное к тому же. Опа!

Я отскочил назад, потому что медведь пошел в атаку. Он был предсказуемо медлителен, но тем не менее опасен. Но я удивлялся не этому, а совсем иному. Вокруг нас происходило нечто странное. Солнце уже село, тьма окружила нас. Медведь – существо из мира снов, однако ветки он ломает настоящие! То есть налицо воздействие на реальный мир. Большая редкость. Хотя если рядом есть места силы да и сама тропа необычная, то такие существа могут смещать реальности.

– Иди сюда, шкура ты блохастая! – крикнул я, – сейчас я тебе покажу немного смешанной магии миров.

Медведь рыкнул и бросился на меня, но ему в спину тут же вонзились костяные крючья, и туша задергалась.

– А вот и солнышко! – Я распахнул плащ и задрал футболку. Черное солнце на моей груди ожило, и его лучи завертелись. Яркий свет вырвался из его центра, и луч ударил точно в морду медведя. Страж заревел, замотал головой. Я же принялся крутить торсом, будто вращал невидимый хулахуп и слегка пританцовывал в такт собственным движениям. Луч выжигал на теле медведя длинные борозды. И я бы точно нашинковал его в клочья, но тут произошло нечто странное.

Тьма сгустилась вокруг нас, и я услышал уханье совы. Медведь тут же вспыхнул, словно факел, и исчез в снопе искр, оставляя едкий желтый дым.

– Сера, – констатировал Рагни, – а это еще что?

Я опустил футболку и подошел к предмету, лежащему на земле в кучке желтого порошка.

– Статуэтка медведя. Ручная работа, причем тщательная, – сказал я, приглядевшись, но брать предмет в руки не стал. Это одно из простых и древних правил любого мага – не бери чужие игрушки. Кто знает, чем заряжена эта дрянь? Сова ухнула еще раз, и тьма отошла. Мы стояли на тропе, и я видел сквозь кусты свет фар. А вот и уазик.

Мы с Рагни направились к нему, но огромная машина оказалась пустой. Я не стал лезть внутрь – не мое это дело. Хозяин машины где-то рядом. Он не мог далеко уйти.

– Я чую ее запах.

– Ее?

– Это женщина, ведьма, скорее всего. Она пахнет елками и анисом, немного мяты и табака. «Кавендиш».

– И точно, – согласился я и потянул ноздрями воздух, – нужно быть начеку. От женщин-магов жди неприятностей больше, чем от мужчин. Это мне еще Данила говорил.

Волк закивал в знак согласия, и мы продолжили путь. Тропа вела в гору. Ее почти не было видно в темноте, но я смотрел глазами Рагни, так что проблем у меня не возникло. А затем нам попался воткнутый в землю факел. Его оставили для нас. Я взял его в руки и продолжил восхождение. Уральские горы невысокие, но местами весьма крутые. Чтобы подняться по ним, не нужно особенного оборудования и долгих месяцев подготовки, но бутылка водички бы нам точно пригодилась.

Рагни первым увидел маленькие огоньки на вершине горы, и мы направились к ним.

Последние несколько десятков метров нам пришлось карабкаться через скользкие валуны.

Но награда за наши труды была уже перед глазами – здоровенный черный вигвам, а перед ним несколько бревен, костер и парочка факелов. Конечно, нас уже ждали.

Прямо перед задернутым пологом вигвама на коврике сидела совершенно нагая рыжая женщина с закрытыми глазами и медитировала.

– Раздевайся, – приказала она, не открывая глаз, – Круг спящих готов тебя выслушать.

Глава 2. Цирк с волками

Кожа этой женщины была гладкой как шелк, волосы пахли свежими апельсинами с нотками лаванды, но в глазах таилась многолетняя мудрость. Нет, этой даме точно не столько лет, на сколько она выглядит. Женщина забралась на меня и стала тереться лобком о мой пах. Я лениво зевнул. Какая забавная пошлость у них тут на Урале творится. Однако я чувствовал и ощущал, что происходит нечто необычное. Все эти сексуальные прелюдии имели некую иную цель. Я видел, как вокруг нас начинает мерцать тьма. Да, именно так. Ведьма источала просто колоссальное количество света своими движениями, и пространство вокруг нас начало искажаться. Я понял, что происходит смещение уровней сна.

– Пей, – властно сказала женщина и протянула мне невесть откуда взявшуюся деревянную чашу. У меня даже мысли не возникло, что это может быть яд. Скорее всего, это какой-то эликсир, что поможет мне перейти за грань. Ведьма-то явно была уже за ней.

– Ты слишком устал физически. Измотан, – она легла прямо на меня, когда я выпил всю чашу до дна, – тебе будет легче увидеть то, что видим мы, но тебе не хватает энергии. Ты должен возбудиться.

– Это еще зачем? – не понял я.

– Погладь меня, – попросила она, и я положил руки на ее бедра, – человек – слишком простое существо, что бы кто ни говорил. У него есть только одна энергия, которую он может копить и тратить. Маги умеют же ее трансформировать. Неужели тебе не говорили об этом?

– Если мы про тантру…

– Почти. Ты почти угадал. Но сам процесс нам не интересен. Только возбуждение. Легкое пламя, что выплеснет твою энергию. Иначе ты не попадешь в черный вигвам. Просто расслабься. Или я не возбуждаю тебя?

– Наверное, я просто не в том настроении сейчас, – я снова зевнул, – да и твой эликсир действует как снотворное, а не как «виагра».

– Интересно. – Ведьма улыбнулась, качнула полными грудями и исчезла. Я проморгался и тут же посмотрел глазами волка. Никаких следов.

– Она внутри этого шалаша, – пояснил Рагни, – мы уже в смещенной реальности. Видимо, ее тело все-таки произвело на тебя должный эффект.

* * *

Я медленно поднялся. У меня было очень странное состояние. Я чувствовал прилив сил, но при этом меня шатало словно пьяного. Что было в том напитке? Мухоморы? Неужели сома?

Я встал перед вигвамом, который, словно антрацитовая скала, угрожающе нависал надо мной. Сделал несколько шагов, и сильный, плотный ветер чуть не сбил меня с ног. Это тоже проверка. Устою ли я вообще? Рагни был внутри меня, и я впервые за долгое время почувствовал, что ему страшно. Перед глазами замелькали странные образы не из моей жизни. Древние пирамиды. Черные жрецы. Шестиглазые божества. И темный, мрачный проход в леденящий храм. Я видел то, о чем подумал волк. Выходит, мы оба столкнулись с чем-то древним и общим. Архитипичным.

Пальцы на руках не слушались меня, но я все равно разжал кулаки и взялся за край полога. Его нужно было откинуть, чтобы зайти гордо и прямо. Да, можно было просто упасть и заползти на коленях, но это был не мой путь. Ноги заплетались, однако я все равно переступил через порог вигвама. Грубая ткань впилась в пальцы, и я почувствовал, как она напитывается моим светом, будто ненасытный вампир.

Я ожидал увидеть внутри черно-белые полы и плотные бордовые шторы. Но нет. Создатели этого места не были знакомы с творчеством великого режиссера или сознательно хотели избежать сравнения.

Под ногами скользили кривые корни деревьев. Стены пульсировали серым светом, а впереди виднелся еще один полог. Я понял, что идти будет чертовски сложно, но падать на колени нельзя. Я раскинул руки в стороны, и стены коридора сами коснулись их. Ага, это уже хороший знак. Это все нереально. Я уже во сне, хотя, скорее, в смешанной реальности. Вигвам существует на самом деле. Это обычная палатка, только вот внутри у него все совсем иначе. Все мои чувства сейчас обмануты, а потому я вижу тут корни, ужасный коридор. Это все иллюзия, хотя это и не совсем так.

Пройти по корням было невозможно. Тут нужно было сосредоточиться на своих ногах и стать сосудом силы, перекачивать ее через все конечности и с четким намерением идти вперед. Многие называют такой метод перемещения «походкой силы» и практикуют ее в реальности, но я не из их числа. Я сновидец, у меня другие методы. Придется читерить. Мысленно обратился к волку, и он тут же завладел моим телом. Я мгновенно стал им и совершил длинный прыжок на стену, а уже с нее на потолок. За мной оставался длинный сверкающий шлейф из моих собственных движений. Вот и полог. Я встал на узкую досочку перед ним и принял свой прежний облик. Ну здравствуйте, господа маги. Вот и я.

Эта ткань поддалась уже без каких-либо усилий. Я прошел все эти идиотские испытания. Да, они только кажутся простыми, но обычный сновидец здесь бы и остался. Его бы оплели корни, иссушила ткань, сожрали бы стены, задержись хоть на мгновение. Так что я доказал свои возможности.

За пологом обнаружилась маленькая комната с белоснежным кафельным полом и одним кожаным диванчиком. На нем сидел мужчина в странном костюме-тройке, сшитом из разноцветных кусочков одеял. Короткая козлиная бородка, острый нос, яркие синие глаза и очки в толстой роговой оправе довершали его сумасбродный образ. Опирался он на трость с ручкой в виде головы крокодила. На вид ему было лет шестьдесят. Волосы седые, но вымытые и аккуратно уложенные.

– О, Сергей Викторович! – воскликнул он, – а мы-то все гадали, когда это вы к нам приедете. Сейчас-то погоды какие стоят? Мерзкие. Правильно. А вы же на мотоцикле? Зачем вы так? Хотите в Лимб раньше времени отправиться на пээмжэ? Вы знаете, что простуда убивает похлеще водки?

Я спокойно сел рядом с ним. Руки он мне не протянул. Я ему – тем более. Что это вообще за хрен? Я закинул ногу на ногу и сделал вид, что мне совершенно побоку.

Мужчина оценивающе посмотрел на меня.

– Москвича издалека видно, – буркнул он несколько раздражительно. – А волчонка покажете?

– Своего волчонка я показываю только красивым ведьмам с третьим размером груди и не меньше, – ответил я.

– Точно! – Мужчина внезапно оживился, улыбнулся. – Извините, забыл представиться. Я Джонни.

– Уокер?

– Нет. Томпсон. – Я пожал сухую и горячую ладонь.

– Американец?

– Так точно, – кивнул забавный собеседник, – вы не удивлены?

– Чему? Тому, что вы одеты как попугай или что вы настоящий американец, прекрасно говорящий на русском без акцента, сидящий в черном вигваме хрен знает где на Урале? Выберите правильный вариант, пожалуйста.

– И точно. Вас просто так не пронять. Я и забыл, насколько вы уже тертый калач. Простите за настойчивость. Я не хотел навязываться. Если что, все меня кличут Соловьем.

– Кто все? – уточнил я.

– Круг спящих, – мужчина зашептал, – я же один из них. Просто хотел успеть повидать вас лично, пока не начался суд.

– Неужто в мою честь?

– А в чью же еще? Решать будем. Оставить вас, взять в учение или выгнать. А может, и убить.

– Как кровожадно. – Я улыбнулся.

– Зато честно.

– Может быть, вы меня просто боитесь? – спросил я.

– Кто-то точно боится. Или, скорее, опасается, – согласился Соловей Томпсон, – у нас очень закрытое общество. Ему больше ста лет. Мы древнее современных ковенов и выжили только благодаря осторожности.

– То есть вы еще до революции во снах чудили?

– Я лично нет, но застал тех, кто помнит те времена.

– Неплохо, – согласился я, – так когда меня примут? Или тут надо ждать ответного гудка?

– Что-то вроде этого, – ответил мужчина, – но мне пора. Было приятно познакомиться. Уверен, что мы с вами увидимся еще не раз. Вашим наставником я стать не смогу.

– Почему?

– Потому что у вас есть волчонок, – подмигнул мне Соловей, – если вы понимаете, о чем я.

– Да куда уже яснее-то.

Мужчина встал, учтиво поклонился и рассыпался на стаю желтых бабочек. Они закружились по всей комнате, а затем улетели сквозь стены. Я же, как идиот, остался сидеть дальше, но уже в полном одиночестве. Никаких дверей здесь не было, проемов, пологов. Просто закрытая комната. Неужели это очередное испытание? И что я должен сделать? Нырнуть в пол, пройти сквозь стену или пробить головой потолок? Честно, мне уже все это надоело. Я отвык от подобных игрищ. А еще усталость. Я чувствовал ее даже в этом состоянии. Мотоцикл меня иссушил окончательно, а тут еще голые бабы и странные американцы. Вигвам этот. Сюр какой-то. Где круг-то? Где?

Я залез на диванчик целиком, вытянул ноги и приготовился уснуть. Одно мне только мешало. Кольцо на пальце чуть ли не горело синим огнем. Я понимал, что оно жутко мешает, но снимать его было нельзя. Ведьмы мигом меня вычислят, и тогда от неудобных разговоров будет уже не отмазаться. Однако сейчас оно сильно мешает, а потому снять его все-таки придется. Что я и сделал. И ничего не произошло. Совсем. Даже Еххи не возникла, словно черт из табакерки. Все было совершенно обычно. Я закрыл глаза и погрузился в сон внутри сна. И снилось мне нечто странное. Думал, что меня вынесет в мой замок, как это обычно и бывает, но нет. Я видел яркие зеленые листья в теплых лучах солнца и был полон энергии, но из головы что-то торчало и неприятно чесалось, достаточно мне было попытаться пошевелиться. Это оказалось странное ощущение, но я ничего не мог поделать.

У меня не осталось ни рук, ни ног. Рагни молчал, и я тоже. Я смотрел во все стороны одновременно, но ничего не видел кроме зеленых листьев. Их светлые прожилки складывались в немыслимые бесконечные узоры, подобные калейдоскопу, и я понял, что нехотя попал в ловушку внимания, но, к счастью, длилось это недолго.

– Вот ты где! Быстро созрел! – раздался довольный женский голос, и меня тут же бесцеремонно схватили за голову чьи-то цепкие лапы с острыми коготочками. Затем резко дернули вверх, и я помчался по веткам.

Да это же белка! Здоровенная. Это она меня тащит. В поле зрения маячил рыжий хвост и длинные кисточки на ушах. Точно белка! Неужели это сам Рататоск, что несет меня по древу миров?

– Если бы! Но сравнение хорошее! – отозвалась белка. – Мы уже почти пришли. Готовься к зиме, орешек!

Меня с силой швырнули в темное дупло, я и полетел вверх тормашками, совершенно не понимая, что происходит. Полет длился недолго, но я чувствовал себя Алисой, падающей в нору. Бум! Я с грохотом упал на арену огромного цирка. Заиграла веселая музыка, и меня осветил широкий луч прожектора.

– А вот и Сергей. Московский ведьмак и вроде не гей! – представил меня задорный голосок. Рядом со мной появился маленький клоун в красном колпаке, клетчатом костюме и на трехколесном велосипеде с розовыми воздушными шариками.

Я молчал. Затем щелкнул пальцами и скрыл свою наготу под привычной для меня одеждой.

– Тратит свой свет, коль не одет. Глуп, глуп, на свет свой не скуп, – тут же прокомментировал клоун.

– Совсем наоборот, – поправил я его, – на хороший прикид любая ведьма бежит.

Я огляделся – цирк был окутан тьмой, в которой ярко светились глаза – синие, красные, белые, желтые. Я чувствовал, что все их внимание приковано только ко мне, но они скрывались в пелене мрака. Пришлось посмотреть на них вторым зрением, чтобы разочарованно хмыкнуть.

– Думал, что Круг спящих будет присутствовать лично, – разочарованно сказал я, – или такие гости, как я, у вас каждый день приходят? Зачем присылать вместо себя дублей? К тому же в таком убогом виде. Что за деревянные маски и столбики? А-а-а…

Я почесал подбородок.

– Вы анималисты, – догадался я, – все с вами ясно.

– Ты имеешь что-то против животных? – спросил Петрушка и хитро прищурился.

– Я умею им быть, но стараюсь оставаться человеком.

– Даже после того, как стал магом?

– Я не признаю себя таковым. Мой учитель говорил, что магом можно стать только после смерти. Когда твой холодный скафандр исчезнет, а сновиденное тело перейдет за грань, тогда и поглядим, кто из нас настоящий маг и сновидец, а кто просто языком чесал да маски животных носил.

В цирке воцарилась гробовая тишина, а затем тьма забурлила от ярости.

– Дерзость, дерзость, – услышал я зловещий шепот, – смерть, смерть.

– Так сразу? – улыбнулся я. – Мы же даже толком не познакомились. Черкасов Сергей Викторович. К вашим услугам. Ведьмак Московского ковена.

– Достаточно, – в ужасе прервал меня Петрушка, – иначе они убьют тебя! Вытащат из тела и разорвут на кусочки.

– Кто? Дубли в виде деревянных членов, что ли? – Я криво усмехнулся. – Да ладно…

Видимо, все-таки мое вычитание отчасти удалось. Что-то загрохотало, будто гром, и на арену выкатился исполинский волчище. Ростом с быка, черная шерсть, огромная пасть с двумя рядами, как у акулы, длинных зубов. Глаза налиты кровью, хвост торчком. Когти растопырены.

– Узри свою смерть, – гаркнул он, и на его спине возникли длинные бурые крылья.

– Эффектно, – согласился я, – но твои размеры меня не впечатляют. Я могу быть больше. Неужели ты хочешь напугать меня?

– Мы знаем твой сокровенный страх, – раздался женский шепот, – ты зря испытываешь наше терпение. Мы не любим выскочек.

– Особенно если они из Москвы. – Волк выгнул спину, а его крылья, казалось, затмили весь купол цирка.

– Да, я в курсе про стереотипное отношение к жителям столицы, но я не коренной москвич, я тоже с Урала. Уже лучше бы вы это знали, чем мои страхи.

– Чего ты ждешь, Волк? Убей его уже, – проскрежетал старушечий голос.

– Да он бы с радостью, – сказал я, подбоченившись, – да только боится, что я ему его же крылья в задницу засуну.

Это было последней каплей. Черные крылья сделали взмах, и ветер ужасающей силы чуть не сбил меня с ног, но я устоял. Затем меня понесло навстречу волку – точно в широко раскрытую пасть. Но это перебор уже. Я поддался потоку воздуха и прыгнул высоко вверх. Из моих рук выскочили костяные щупальца Рагни. Крючья вонзились в челюсть огромному волчаре, а сам я перелетел через его голову. Раздался ужасный вопль, так как крючья сделали пасть чудовища еще шире.

– Теперь будешь, как Гуинплен, в цирке выступать, только лордом тебе уже не стать, – заметил я. – Кончайте этот цирк. Давайте поговорим нормально.

Волк развернулся и закрыл глаза. Затем по его телу прошла сильная дрожь и он стал терять шерсть и куски кожи, обнажая белоснежные кости.

– Да угомонись ты уже. – Я распахнул плащ, и черное солнце на моей груди засветилось.

Волк уже превратился в уродливый скелет. Его глазные яблоки выпали и катались по полу. Перья мягким ковром устлали все пространство между нами. Он раскрыл пасть, и та ярко засветилась.

Алый луч вырвался из моей груди, а из пасти волка синий. Они встретились, и раздался взрыв такой силы, что меня выбросило из вигвама. В буквальном смысле. Я привстал на локтях и понял, что сижу абсолютно голый перед костром. Никакого типи рядом не было, но вот рыжая ведьма никуда не делась. Она сидела напротив меня, закинув ногу на ногу, и курила длинную трубку.

– Хорошее представление. Не думала, что ты отважишься дерзить тем, к кому пришел учиться.

– Это плохо? – Я сел на корточки и протянул руки к костру.

– Не то чтобы, – призналась женщина, – я давно считаю, что Круг немного закостенел и хорошая встряска ему не помешает. Когда так долго живешь в глуши, то постепенно зарастаешь мхом и не замечаешь этого. Даже маленькое приключение потом обсуждают годами.

– А разве сновидцу нужно приключаться в реале? – не понял я. – Все самое веселое в Лимбе да в других мирах.

– Ты просто слишком поздно пришел в наше ремесло. Обычно маг сновидений в твоем возрасте уже четко понимает, где он хочет оказаться, когда проявится за гранью, и сосредотачивается на накоплении и сборе светимости в мире реальном. Но тебя ведь не этому учили? – Ведьма вопросительно подняла бровь.

– Из меня делали оружие все эти несколько лет, – сказал без прикрас я.

– И у них это неплохо получилось, – улыбнулась женщина, – однако я хочу спросить тебя о чем-то действительно важном. Скажи, только честно, чего ты хочешь на самом деле?

– Я хочу, чтобы от меня все отстали, – вырвалось у меня, – я хочу свободы!

Глава 3. Загадка дыры

Ведьму звали Ольгой, но сама она называла себя Белкой. Какое-то сходство, конечно, было. Быстрая, резкая, рыжая и веселая. Наверняка еще и обожает заначки делать да забывать, что где попрятала. Мы оделись, и я помог Ольге погрузить палатку и всякий скарб в уазик. Багажник у него был чуть ли не больше, чем у Дашиного «Тахи». В нем запросто можно жить.

– А почему не иномарка? – спросил я, забираясь на пассажирское кресло. Внутри сильно пахло благовониями, а на торпеде находилось множество вырезанных знаков, похожих на сигилы.

– Были. И «мицуба», и «прадик», и «Гелик». Даже «Ровер» был. Но не живут они долго в нашем лесу. Постоянно то медведь внутрь залезет, то волки резину погрызут. А «Патрик» у меня уже пятый год, и хоть бы одна скотина на него покусилась.

– Выходит, что русские звери те еще патриоты. Своих не трогают.

– Выходит, что так. Ты на мотоцикле приехал? Надо бы его отвезти в надежное место и сохранить. Он тебе не скоро еще понадобится.

– Вот как? Ладно.

– Места, по которым мы будем таскаться, непроходимы даже для «Патрика». Только пешком.

– Выходит, что ты будешь меня учить?

– Не факт. Я думаю, что мы будем учиться друг у друга. Ты слишком стар, чтобы учиться с нуля у Круга. К тому же твоя моральная табличка забита совсем иными устоями. Мы стараемся не брать в ученики жителей больших городов. Мы живем на природе, с ней и в ней же и умираем. Бетонные джунгли не для нас. Там вполне хватает местных урбан-шаманов. Кто вообще надоумил тебя отправиться к нам? Олег? Этот старый недотепа? Так и думала. Зачем ему это было делать? Хочет, чтобы ты посмотрел на мир сновидцев под другим углом?

– Так и есть.

– Ох, – Ольга вздохнула, – мы хорошо знакомы с Олегом. Когда он вернулся из Индии, то был неиссякаемым источником сказок и легенд. Свет шел у него изнутри, и он с радостью делился им со всеми, кто хотел к нему прикоснуться. Какое-то время Олег даже жил у меня. Я думала, что он сможет стать одним из нас. Нам как раз был нужен Веселый Ворон. Но не срослось. Олега тянула иная сила, и он покинул наши края. Изредка он присылает к нам людей, которым, как он считает, нужна помощь. И обычно он оказывался прав, но сейчас…

Ольга внимательно посмотрела на меня.

– Мне кажется, что он ошибся. Тебя не должно быть здесь. По крайней мере сейчас. Вы меняли реальность? Я чувствовала это.

– Я не умею. Это все Олег.

– И он не умеет. Выходит, что вам кто-то помогал. Но кто? Магов реала очень мало. Большая часть из них состоит в Круге.

– А одного я убил совсем недавно.

– Да, я в курсе про Игрока. Многие будут тебе благодарны за это дело. Он слишком активно расчеловечивался, а его игры имели извращенный подтекст.

– Это еще мягко сказано.

– И не говори, а вот и твой байк. Седлай его, и погнали за мной.

Ехать нам пришлось почти час. В каком-то маленьком селении с трудным башкирским названием мы нашли автомобильный сервис, где Ольгу прекрасно знали. Мой мотоцикл поставили в отдельный угол, сняли аккумулятор и накрыли чехлом. Ключи я забрал с собой на всякий случай, так как доверия к местным ребятам у меня не было. Также вбил в телефон адрес и координаты, ибо точно мог забыть уже через месяц, где находится это село.

Дальше мы поехали по пустым дорогам с кучей заплаток. Редко попадались красно-белые грузовички, развозящие алкогольные напитки по деревням. В полях трудились трактора, собирающие сено в огромные стога.

– Вам сильно повезло, что вы нашли меня в том месте, – заметила Ольга, – меня не должно было быть там, но силы того капища обратились ко мне.

Я слушал ее, но ничего не понимал. Она говорила, как типичная поехавшая родноверка. Какие-то капища, сила предков, зов рода. Какое это вообще имело отношение к тому, чем мы занимаемся? Наверное, она права – я зря сюда приехал.

– Чувствую, что ты не веришь мне.

– Так и есть, – сказал я, – я далек от всей это языческой суеты.

– А это не язычество, – возразила Ольга, – это просто места силы, в которых наш уровень сна истончается и соприкасается с другими. В них легко обращаться к иным силам. Будем честны – древние боги почти все истреблены человеческой апатией. Бессмысленно взывать к тем, кого предали твои же предки. Возвращаться некому и некуда. Мы не язычники, мы совсем иные, хотя нечто общее у нас есть.

– Уважение к природе?

– Да. Это в первую очередь. Круг – это искатели древних знаний. Мы знаем, что наши предки владели магией снов на очень высоком уровне, а значит, корни нашей темы лежат в шаманизме, а он неразрывно связан с природой.

– Вот вы как глубоко копаете, – хмыкнул я.

– Вашим ковенам не будет и сотни лет. Они появились после второй мировой войны, когда хватка спецслужб слегка ослабла. Мы же появились еще до революции. Все начиналось в Петербурге, а затем мы были вынуждены бежать.

– А до меня доходили слухи, что вы появились еще раньше.

– Возможно, – уклончиво ответила Ольга, – но я рассказываю только то, что мне говорила моя бабка. Она была одной из первых и состояла в кружке спиритистов. Именно с призыва духов все и началось. В девятнадцатом веке этот кружок смог установить контакт с настоящим иномирцем, который стал посещать их во снах.

– Неплохо, – хмыкнул я, – что-то новенькое. И кто это был?

– Один из спящих богов.

– Не богиня?

– Нет, но я рада, что ты знаешь об их существовании.

– Еще бы. – Я сразу же вспомнил о своей встрече с богиней в долине пирамид и закрыл глаза.

– В те времена люди находились в интересном положении. Они уже были достаточно развиты и открыты ко всему новому. Поэтому спящий обратил на кружок внимание.

– А почему именно на них? – не понял я.

– Не только на них. Потом мы узнали, что в Европе он тоже пустил свои корни. Подобные кружки были и в Париже, и в Берлине, в Варшаве, в Риме. Также он выходил на связь с поклонниками Гекаты.

– У-у-у, – протянул я, – как интересно. Кстати, а куда мы сейчас едем? К тебе домой?

– Нет. Ты должен пройти последнее испытание, прежде чем я пущу тебя на свой порог. Поэтому мы едем в место, где спящие проходят посвящения.

– И успешно проходят?

– Честно – нет. Слишком уж это жуткое место. Но тебя, я так думаю, оно не сильно напугает. Ты же не из впечатлительных?

– Уже нет. Времена, когда я боялся всяких астральных бабаек, давно в прошлом, – уверенно отмахнулся я.

– Ну если даже наш волчок тебя не впечатлил, то духи этого места вряд ли смогут вывернуть тебя наизнанку.

– А вот обязательно ехать куда-то? – спросил я. – Можно же просто остановить машину, лечь спать, выйти из тела и отправиться прямо туда. Миры-то все равно сместятся…

– А ты забавный! – Белка рассмеялась. – Сразу видно, что ты из Питера приехал, где настолько плотно места силы напичканы, что создают и поддерживают отдельный уровень сна. Нет, у нас все немного не так. Наши места скрыты. Они настолько древние, что их с помощью астральной разведки и не найти. Нужен личный контакт. Или ты думаешь, что один умеешь скрывать свой свет?

Конечно, я был не один такой. Место тоже могло казаться пустым и бесполезным. Я про такое слышал, только вот самому в них бывать не доводилось.

Как-то вот в нашем ковене не было заведено шарахаться по всяким лесам да шабаши там устраивать. Еххи очень не любила клещей, Даша – комаров, а Герда – всех насекомых разом. Помнится, мы разок хотели сгонять на природу, но когда начали представлять и визуализировать, то вся палаточная романтика сразу улетучилась, а спать в машине никто не захотел. Столичные ведьмы слишком уж изнежены своими зонами комфорта.

То ли дело я – небритый, грязный. Воняющий потом, бензином и черт знает чем еще. Сижу в огромном уазике рядом с женщиной, которой все это пофиг. Еххи бы меня в свою машину в таком виде даже не пустила.

Ехали мы долго. Я крутил колечко на пальце. Ольга пару раз глянула на него, улыбнулась и сделала вид, что ей все равно. Конечно, она сразу поняла, что это за артефакт.

– Можешь его пока не надевать, – сказала она спустя какое-то время, – ты находишься под защитой Круга спящих, и никто не попадет в твой сон. А сам ты теперь будешь оказываться только в моем.

– Ты так умеешь? – удивился я.

– Да. Это не так сложно, как кажется. Ты же знаешь теорию смещения точки сборки, стрелочки на приемнике, волны. Если ты все время оказываешься в своем сне, значит, ты настроился на него. Кто мешает тебе сделать перенастройку на мой сон? Или заставить другого человека оказываться в твоем?

– Это магия, – сказал я.

– Самая настоящая. Особенно для тех, кто физику никогда не учил.

– Сны и физика, как мне кажется, плохо сочетаются…

– Правильно. Ты так считаешь, потому что не разбираешься ни в том, ни в другом. Тебе предстоит многому научиться, прежде чем ты станешь магом, ну или хотя бы околомагом.

– Магия – это не трюки. Это мышление в первую очередь, – напомнил я.

– Это не твои слова, – спокойно сказала Ольга, – так говорил Данила. А ему так говорила его жена. Ты же в курсе, что она была его старше и многому научила?

– Нет. Мы как-то не касались этой темы, – хмыкнул я.

– А жаль.

Я не нашелся что ответить и просто замолчал. Ольга тоже перестала быть разговорчивой, так что до места назначения мы добирались в полной тишине.

Машина петляла по полям, где уже шла уборка, и уходила в леса. Мы пару раз перебирались через неглубокую речку. И никто не попался нам по дороге. Наконец, уазик замер. Ольга вынула ключ из замка зажигания и кивком показала мне выметаться. Я вылез и внимательно осмотрелся. Мы были на глухой опушке леса.

– Побрызгайся от клещей, – мне протянули флакон с репеллентом, – они тут жуть какие злые. Маг не маг, а отправляться в Лимб от энцефалита – то еще удовольствие. Главное, по звериным тропам не ходи.

– Я и не собирался.

– Возможно, что придется. Я сейчас приготовлю обед, да поставлю палатку. Возьми пару канистр и сходи по этой тропинке до озера. Набери полные, иначе мы без чая и супа останемся.

– Не вопрос.

Я побрызгался, вернул баллончик, взял две двадцатилитровые канистры и пошел погулять. Тропинка была узкой, но хорошо протоптанной. Я чувствовал, как пахнет влажностью от воды. Рядом и правда оказалось озеро.

– Ну и что ты думаешь? – спросил я у Рагни, который уже шел рядом со мной.

– Чудная она, но сильная. По ней видно. Много света накопила. С ней нужно быть настороже.

– Верно.

– А еще тут есть что-то, но под землей, – волк замер и пошевелил ушами, – будто ползает что-то большое. Ворочается. Потусторонее. Неживое.

– Наверное, это и есть объект нашего испытания.

Вода затекала в канистру неохотно. Я медитативно следил за бульками и слушал, как квакают вдалеке лягушки. Озеро оказалось небольшим, но с очень чистой водой. Видимо, в нем бьют постоянные родники. Вода холодная, прозрачная.

Когда я вернулся, то увидел, что ведьма установила типи и развела огонь. Поставила колышки и подвесила котелок, в котором уже что-то бурлило.

Вода тут же пошла в него, а часть отправилась в чайник.

– Как я попаду под землю? – прямо спросил я, наблюдая, как Ольга заваривает чай.

– Через дыру, – невозмутимо ответила та, – ты уже не человек, раз задаешь такие вопросы. Я не удивлена, что ты почувствовал хозяина этих мест. Теперь тебе предстоит его увидеть. Твое путешествие начинается здесь. Сейчас отварим мясо, и ты поешь до отвала. Тебя не будет несколько дней.

– Ого.

– Все это время я буду рядом. Твое тело может вести себя непредсказуемо. Например, вскочить и убежать в лес или напасть на меня. Наверное, я тебя все-таки свяжу для безопасности. Кто знает, что взбредет в голову гостю.

– Гостю? Кто-то займет мое место, пока я буду там?

– Да. Это древнее правило. Обмен энергий. Твоя душа попадет в место испытания, но просто так там не оказаться. Ты должен совершить обмен. Понимаешь?

– Но когда я иду гулять в Лимб или другие миры, такого не происходит, – возмутился я.

– Потому что ты продолжаешь поддерживать связь с телом. Но там, куда ты отправишься, этой связи не будет.

– Это нижний мир?

– Нет. Это наш мир. Просто иной.

– Я не понимаю, – пожал я плечами.

– И не должен. Никто не понимает. Пока не парь себе этим голову. Жди еду, медитируй. Не волнуйся. Ты не идиот и не новичок. Уверена, что ты сможешь вернуться. Другое дело, какие на тебе будут печати. Тогда и решим, примет ли тебя Круг спящих.

Ольга не врала. Мы попили чай, поговорили об Олеге и Московском ковене. Ведьма знала их, особенно хорошо Дашу. Затем Белка накормила меня блюдом под названием «шулюм». Та же шурпа, но из мяса дикого кабана. Ел я за обе щеки и буквально чувствовал, как насыщаюсь светом. В лесу начинало темнеть, а это говорило, что скоро мне придется идти на прогулку.

– Сейчас мы ляжем спать и выйдем из своих тел, – сказала Белка, – затем я проведу тебя к пещере, по которой ты и попадешь в иной мир.

– Что я должен там найти?

– Догадаешься сам. Каждый возвращается с чем-то личным. С тем, что подошло только ему. И нет двух одинаковых опытов. Готов?

Я не стал отвечать. Просто залез в приготовленный спальник и закрыл глаза. Сытое тело легко отпускает мятежный дух, так что с расслаблением проблем не возникло. Из тела я лихо выкатился и пролетел сквозь угасающий костер. Встал на ноги и увидел парящую над землей Ольгу.

Она улыбалась мне и звала за собой. Я поднялся в воздух, и мы полетели над тропой. Странно, но я чувствовал легкую ночную прохладу. Полет длился недолго. Я сразу заметил узкую дыру в земле, диаметром около метра. Из нее шел тусклый оранжевый свет. Конечно, в реальном мире он был невидим. От луча исходило тепло. Очень контрастирующее с окружающим нас холодом.

– Когда-то таких мест было много, – сказала Ольга, когда мы сели рядом с дырой, – здесь иные миры соприкасаются с нашим. Иногда границы между слоями стираются и открываются проходы, порталы. Люди попадают в них, исчезают навсегда или возвращаются через многие годы. Ничего не помнят.

– А я-то буду?

– Твое тело осталось здесь. Если бы оно тоже ушло…

– Хорошо. Надеюсь, ты за ним там присмотришь получше.

Я подошел к дыре и прикоснулся рукой к лучу. Свет чуть не обжег меня. Настолько он был горячим вблизи. Я не стал долго думать. Подмигнул ведьме и сиганул в дыру. Меня обволокло горячим светом, и я тут же оказался в узком коридоре. Такого поворота не ожидал. Это же пещера должна быть? Откуда здесь белые стены?

Осторожно пошел вперед и уперся в зеркальную дверь. Забавно, но я в ней не отражался. Не было ручек, механизмов кнопок. Но я видел, что за ней кто-то стоял. И он был не один. Целая толпа мечущихся теней. Ага, наверное, они устроят целую бойню за право завладеть моим телом хотя бы на часок. Звучит жутковато, но, видимо, таков обычай этого места. Я притронулся к зеркальной двери, и меня буквально всосало в нее. Тени вокруг заметались, вытянулись в длинные линии-черточки и пролетели мимо меня. Интересно даже будет, что там происходит сейчас снаружи?

Теплый свет окружал меня. Впереди маячила еще одна дверь, на этот раз круглая деревянная, с надписями на неизвестном мне языке. При моем приближении они ярко засветились и густой, обезличенный голос словно обволок меня.

– Добро пожаловать, спящий.

Глава 4. Белая пелена

Если я и ожидал теплого приема, собеседования с неким духом этого места силы, то хрен там ночевал. После приветствия я увидел густой белый туман. Он быстро рассеялся, и мы с Рагни оказались на холодном снежном плато. Вдалеке чернел лес, позади шумела река невиданных мною доселе размеров. Это даже не Волга и не Днепр. Бескрайняя, как море, но вдалеке все-таки видны пики черных скал. Край мира, не иначе.

Снег хрустел под ногами, но сильного холода мы не чувствовали. Рагни шел рядом со мной. От места, где мы возникли, петляла цепочка следов. Не человеческих. Разве что кто-то носит обувь восьмидесятого размера или около того. Здесь прошел великан. Волк сказал, что тот обладает весьма неприятным запахом, а учитывая глубину следов, то ростом он метров под пять точно. Для меня великаны не были новинкой. Я встречал их несколько раз. В том же Лимбе они жили на севере, вдали от других народов. Наверное, и здесь нашли себе местечко. Я уже примерно понимал, где оказался.

Это отдельный уровень сновидения, в котором некое могучее существо, а может быть, и не одно, отгородилось от внешних миров. Куколка – как их любил называть Витюша. С характерным глупым акцентом. Куколка. Попасть внутрь сложно, выйти еще труднее. Без общения с хозяином-создателем практически невозможно. Это словно чужой сон, только коллективный и древний. Так что это все только упрощает. Нужно найти владельца сна.

Конечно, я уже даже начал догадываться, куда нас затянула пещера. Это место чертовски похоже на Хельхейм из скандинавских мифов. Ад для викингов. Правда, там темно и вход сторожит ужасный пес, а тут, наоборот, светло и заходи кто хочешь. Река позади нас – это Гьелль? Или как ее там? Увы, я не сильно разбирался в «Эддах».

Великан уходил все дальше и дальше в холмы, а его следы уменьшались. В какой-то момент они стали даже меньше моей ноги, и я понял, что мы на месте. Рагни первым увидел покосившуюся постройку. Первый этаж из крупного, поросшего серым мхом камня, второй из дерева, черного и изъеденного короедами. На соломенной крыше висел флаг – желтое солнце с глазами и кривой улыбкой. Недоброй.

Судя по размерам, это какая-то таверна. Рядом вон видны пустые стойла для лошадей. Но здание не пустует. Окна целые – слюдяные. Даже не стеклянные. Из каменной трубы идет дымок.

– Там готовят еду, – заметил волк.

Я потянул ноздрям воздух. Так и есть. Мясо, тушенное с овощами. Это уже неплохо. Может быть, и молока дадут или кружечку настоящего эля. А то я давненько уже хорошего пива не пил. На Урале вообще с этим одна большая проблема.

Я подошел к двери и постучал, перед тем как войти. Может быть, это было делать и необязательно, но таковы уж мои манеры.

Внутри было тепло, сухо и пыльно. Снаружи таверна казалась сильно большой. Посреди зала стояло несколько столов, около десятка деревянных табуретов. Стойки не было. Вместо нее возвышалось кресло, на котором восседала старуха в черной тряпке. Именно так, потому что платьем это было не назвать. Просто кусок ткани, в который она завернулась несколько раз. Выглядела бабуля не очень. Длинный нос, явно сломанный, с круглой бородавкой. Один глаз заплывший, а второй совершенно белый. Морщинистый рот с редкими зубами. Я заметил это, потому что бабка широко раскрыла его, увидев меня. Хотя скорее учуяв. Что она там видит такими глазами? А вот нос вон как дергается. Словно удочка в руках рыбака.

– С собаками нельзя! – резко сказала хозяйка и жестом указала Рагни не дверь.

– А это и не собака, – ответил я и сел на стул, – да и ты не человек, хоть и прикидываешься. Да и я не тот, кем хочу выглядеть.

– Хм, – старуха закряхтела и стала принюхиваться еще интенсивнее, – твоя правда. Ты гость из верхнего мира. От тебя пахнет техникой.

– Да, у нас там ее много.

– Помню, знаю. И зачем ты здесь? Пришел проходить испытание?

– Без понятия, – я пожал плечами, – это у местных шаманов приколы такие. Обдуривать честных людей, напаивать всякой гадостью, а потом душу в яму бросать.

– Неужели? – Старуха приподнялась в кресле, и я заметил, что ее воротник ожил. Это был здоровенный черный котяра! Размером с пантеру, не меньше. Он зыркнул желтыми глазищами и зевнул, демонстрируя внушительные клыки. Но внешне это был обычный кот. Бегемот.

– Вижу, съесть тебя не получится, – сказала бабка после недолгих размышлений, – слишком уж ты хитрый и странный. С собакой опять же. Придется привечать. Щас супа налью, пирожки принесу.

– Не надо, – я жестом опустил бабку на место, – я не голоден. Мне нужно идти. Я просто хочу узнать, что это за место. Кто его хозяин и как его найти.

– О, теперь точно видно, что ты не из тех, кто пришел просить и отдавать за это свет. Ты из тех, кто требует за то, чтобы не забрать чужой свет. Редкий гость. Опасный. Но я уже не в том возрасте, чтобы с такими, как ты, силой мериться. Уверена, что другие жители захотят попробовать тебя на зубок.

Этому месту несколько тысяч лет. Оно появилось, когда первые люди нашли местные пещеры и заселили их. Люди создавали богов, а те всячески старались помочь своим почитателям. То были дикие времена, дикие ритуалы, обряды и верования. Но все когда-нибудь заканчивается. Люди покинули эти пещеры и земли в поисках лучших мест. Боги были привязаны к своим капищам, и у них имелся простой выбор. Истлеть с течением неумолимого времени, либо создать куколку. Мир, в котором их сила все еще теплится. Нужно было просто переждать. Боги верили, что люди еще вернутся. Так и случилось. Прошли века, и новые искатели силы появились в этих краях. Но они уже не знали ни имен богов, ни их ритуалов. Всем пришлось подстраиваться друг под друга. Не все места силы оказались готовы к такому возвращению. Некоторые из них с годами превратились в настоящие подобия ада. Да и любой эзотерик подтвердит, что места силы бывают светлыми, нейтральными и темными. И если после посещения одного ты чувствуешь небывалый прилив сил, то после другого можешь быть словно выжатый лимон.

Это место было скорее нейтральным. Оно присматривалось к своим гостям.

– Спасибо, бабуля, – я встал со стула, – жаль, что вы даже не помните собственных имен. Я не большой фанат истории, однако было бы интересно побольше узнать о вашей культуре. Но не будем о грустном. Лучше скажи, куда мне двигаться дальше?

– Ты пройдешь сквозь белую пелену, через хладные озера и черный лес. Ты увидишь свет, что поманит тебя. Он и есть твоя цель.

– Вот и отлично. Рагни, нам пора.

– А супчику точно не хотите? – с надеждой в голосе спросила старуха.

– Нет. Точно нет. Я хорошо помню детские сказки и что всякие избушки со старушками в диких лесах могут оказаться не тем, чем они хотят выглядеть. Сейчас твой супчик поешь, а потом ты его уже из меня варить будешь.

Я вышел из трактира, а вслед мне несся скрипучий старушечий смех. Непростая бабка, однозначно. Но я уже тертый калач, так что никакой зарубы с великаншей не случилось.

Что она там говорила? Белая пелена? Судя по всему, это туман, что простирается по ту сторону холмов. Мы видели его мельком с Рагни.

– Смотри. – Волк повернул голову на север.

Там вдали мерцал яркий, подобный звезде огонек. Далеко, конечно.

– Думаю, что это и есть наша точка назначения, – кивнул я, – потопали.

– Может быть, ускоримся?

– Не стоит. Это место не терпит спешки. С туманом что-то не так. Он и в простых снах означает некую точку перехода, а в этой куколке так и вовсе может быть чертовски опасен.

Волк молча согласился. Мы начали спускаться. Количество снега стало расти. Я проваливался по щиколотку, а вскоре уже и по колено. Постепенно начали появляться мертвые тела в доспехах. В основном кожаных. Здесь полегло целое воинство в остроконечных шлемах. Мертвые глазницы безразлично взирали в небо и на нас. Если они сейчас встанут и пойдут в атаку – я не удивлюсь. Но этого не случилось. Снега появилось еще больше, и я понял, что начинаю вязнуть в нем и пробиваться уже нереально. Начал подниматься ветер. Неужели вьюга? Впереди виднелась белая пелена тумана. Она угрожающе стала приближаться. Конечно, можно просто вырваться из снега и убежать, но тогда мы не продвинемся вперед. Вывод был только один – встать полной грудью и принять удар непогоды.

В ушах зазвенел ветер. Ледяная волна тумана надвигалась будто снежная лавина. Грохот стоял такой, что я думал, что оглохну. Само место силы пыталось напугать меня своей первобытной дикостью. Я же широко раскинул руки и громко засмеялся.

Лавина в нерешительности замерла передо мной на несколько мгновений, а потом накрыла целиком. Снег залепил глаза, и я провалился в нечто липкое и холодное.

Ощущение было такое, будто меня заживо похоронили в ледяной могиле. Но длилось это состояние недолго. Я был излишне любопытен и спокоен. На большом пальце ноги что-то зачесалось. Я потянул руку, согнулся и ударился головой о нечто железное. Перед глазами стояла полная тьма. Я начал шевелиться всем телом и быстро осознал, что лежу внутри железного короба, холодного, как тот лед, что был несколько секунд назад. Я с силой пнул ногами, и тонкая полоса света ударила мне в глаза. Вот так номер!

Да я же в морге! В индивидуальной ячейке! Пора рождаться заново, не иначе.

Я выполз и оказался в комнате, в действительности похожей на камеру хранения трупов. Сильно пахло озоном. Вокруг стояли каталки с телами, завернутыми в полиэтилен. Вот так поворот. Какие шутки место силы крутит. Или туман все-таки имеет иное происхождение? На большом пальце ноги бирка. Пришлось ее снять. Почерк неразборчивый. Число 665. Ладно.

Я был совершенно гол и чувствовал себя престранно. Наверное, это очень глубокий уровень сна, в котором я прекрасно ощущал свое тело. Все настолько реально, что страшно становится. Так. Нужно сделать несколько глубоких вдохов. Потереть руки. Ага. Тепло не стало, да и сами руки синие какие-то. Словно у замерзшего мертвеца. Наверное, я все-таки он и есть. А стучит ли мое сердце? Конечно нет. Я щелкнул пальцами, но одежда на моем теле не появилась. Это уже хуже.

– Рагни, ты можешь выскочить? – спросил я.

– Да, я уже тут даже погулял чуть-чуть. Очень странное место. Зачем здесь столько трупов? Их хранят в холодильных комнатах. Кому нужно столько мяса?

– Не думаю, что нас будут есть, – ответил я. – Ладно. Будем играть по правилам этого места. Для начала обзаведемся одеждой и разузнаем получше, где же мы оказались.

В зале имелись две двери, но Рагни уже проверил их и сразу подсказал нужную. За ней находилась небольшая комнатка, в которой располагался кабинет какого-то доктора. Я сразу обнаружил желтый халат, перчатки, маску и кожаный передник. Жаль, что штанов и ботинок не нашлось. Но я нацепил на всякий случай бахилы. Выглядел я словно поехавший доктор. Еще нужно было какое-то оружие. Я сразу начал обыскивать шкафчики и разжился скальпелем и связкой ключей. В шкафчике стояла бутылка с жидкостью, пахнущей спиртом. Я взял ее тоже, понюхал и сделал пару глотков. Отличное пойло!

Я мгновенно подобрел, улыбнулся и вернулся в морг. Оттуда мне было нужно выйти в коридор и дальше уже потихоньку выбираться из этого странного места. Возможно, что туман сработал как портал и выбросил меня черт знает куда. Это мог быть и морг Лимба, где-нибудь на старом Кладбище, а мог оказаться и нижний уровень, живущий по своим правилам. В любом случае я не унывал. Мне даже интересно стало, ибо в подобной ситуации я еще не бывал. Мне вообще редко снилась смерть, даже до моих занятий ОС. А чтобы я в морге просыпался, да еще в виде живого мертвеца – такого не было ни разу.

В коридоре пусто. Тускло светят газовые лампы, трещат и мерцают время от времени. А что, если это лабиринт? Какая-то из его интерпретаций? Но это было не так. Одна из дверей открылась, и передо мной появился здоровенный мужик в таком же халате, как и у меня. Медбрат. Он кивнул мне и вернулся в комнату. Я мельком заглянул к нему. Мужик смотрел футбол. Ну или что-то похожее на него. Там почему-то все бегали голыми и пытались ударить по мячу головой. Да, этот мир не похож на наш. Может, оно и к лучшему.

– Доктор, вы где пропадали? – раздался строгий мужской голос, и я обернулся. Позади меня стоял невысокий голый мужик в белом прозрачном халате и с бородой.

– Проверял тела, – быстро ответил я.

– Это хорошо. За мерзликами нужно следить, а то, глядишь, температура поднимется, они и встанут, а куда их всех девать-то? Куда? Вот и я о том же.

Я стоически молчал, потому что ничего не понимал. Мерзлики? Выходит, что в морге лежат живые люди, просто замерзшие?

– Мне пора, – пробормотал я и двинулся дальше. Мужчина махнул мне рукой и вернулся в комнату.

Я же быстрым шагом направился дальше. Какое странное место. Почему тут все голые? Оба этих мужика, они же тоже синие. Словно уже померли. Неужели меня занесло в чистилище? Ладно хоть за штаны можно не переживать.

Коридор окончился лифтом, просторным, человек так на двадцать, но я в нем оказался один. Кнопок было много, и я сразу сообразил, что в этой панели не так. Самый первый этаж был с английской буквой G. То есть «граунд», поверхность. А вот все остальные минусовые. Я сейчас находился на минус тридцатом этаже. Хорошо забурился мерзлик. На поверхность, видимо, вообще не подняться. Ладно, попробуем. Я тыкнул в букву G, и лифт тут же засветился красным, на панели появилось окошечко, в которое нужно было сунуть карточку. Я похлопал по карманам и извлек кусок белого пластика. Пихнул его в отверстие. Зеленый свет успокоил меня, окошечко исчезло, и лифт плавно поехал вверх. По пути он не раз останавливался. Двери открывались, и появлялись люди. Мужчины и женщины, дети и старики. Но все голые, в прозрачных пластиковых одеждах и синие. Я даже, часом, подумал, а не из индийского ли пантеона мы тут все собрались? Это там любят синекожих богов. На меня никто не обращал внимания, даже когда я нагло сделал еще пару глотков из бутылки.

Нужный мне этаж приближался. Перед ним в лифт зашли еще двое мужчин.

Один из них посмотрел на меня и поинтересовался, а давно ли я кололся холодком. Это прозвучало странно, но именно так. Я ответил, что да, чуть не забыл, и мне тут же предложили помочь. У одного из мужчин был с собой небольшой рюкзак, из которого он вытащил шприц с яркой синей жидкостью. Я протянул руку, и игла вошла мне точно в вену. Я обратил внимание, что на сгибе было уже много следов от иглы. Выходит, это не мое тело. Такие сновидения со мной случались очень редко.

– Не выходите на поверхность, – предупредил меня на прощание дружелюбный мужчина, и они покинули меня на минус втором этаже. Какие заботливые наркоманы.

А вот и нужный мне этаж. Здесь тоже не было людей. Я оказался в каком-то подобии ангара. И ничего примечательного кроме как большого количества строительной техники тут не было. Я прошел мимо брошенных ржавых машин, похожих на краны, и увидел огромную треугольную дверь. Рядом с ней была кабинка, в которой кемарила голая толстая старушка.

– И зачем ты сюда приперся? – недовольно спросила она. – Только не говори, что хочешь выйти на поверхность.

– Хочу, – ответил я.

– Жить надоело? Понимаю. Я сама каждый день об этом же думаю. Или ты думаешь, что дойдешь до Маяка? Безумец. Еще никто не доходил до него, и никто не возвращался.

– Но ведь можно попробовать.

– Как знаешь. – Бабка нажала на кнопку, и кабинка закрылась бронепластинами, а огромная дверь стала расходиться в стороны. Горячий ветер чуть не сбил нас с ног.

– Ну и жара, – заметил Рагни, – интересно, что здесь произошло.

– Катаклизм, скорее всего. Может быть, земля приблизилась к солнцу или луна исчезла. А может, и вовсе глобальное потепление или ядерная война. На поверхности пекло, и люди живут под землей, вкалывая себе холодок. Видал, какие все тут синие?

Дверь раскрылась полностью, и мы увидели бескрайнюю оранжевую пустыню. Вдали мерцал уже знакомый огонек. Маяк? Нужно идти к нему. Там хранятся все ответы на мои вопросы. Мы с Рагни покинули подземный город, и я тут же ощутил жаркий иссушающий ветер. Он был настолько похожим на тот, что дул на родине Рагни, что я даже невольно улыбнулся. Теперь ясно, почему никто не может тут пройти. Ветер дул, и я увидел, как моя оболочка начинает стираться. Синие куски плоти, будто наждачкой, снимались со сновиденного тела. Я пошел вперед и через несколько шагов полностью лишился и одежды, и чужого тела. Дверь позади начала закрываться. Я же потер руки и увидел привычные искры. Работает! Я снова обладаю всеми своими силами! А значит, пора добраться до Маяка.

Сон словно понял, что произошло, и пустыня завибрировала. Впереди появилась белая пелена. Снова она. Куда же меня забросит в этот раз?

Глава 5. Старое новое место

Я оказался в очень странном месте. Светило яркое солнце, вдали гудели поезда, а я стоял на заросших травой железнодорожных путях. Надо мной нависал мост, по которому с шумом мчались машины. И в этот момент меня словно ледяной водой окатило. Я вспомнил! Вспомнил! Я видел этот сон раньше. И не один раз! Быть не может. Я огляделся. Точно. Вот покосившаяся березка, кривые рельсы. Эта дорога вела к старой ТЭЦ, по ней возили топливо, но она давно заброшена. Все сходится. Здесь есть что-то важное. Очень важное. Да, это место существует и в реальности. Я нашел его случайно, когда шарахался по всяким заброшкам. Под этим мостом есть дверь, ведущая в основание дороги. Обычная металлическая, покрашенная серебрянкой. С ручкой из арматуры. Поцарапанная и исписанная местным «художниками». И на ней есть забавная надпись – no exit. Выхода нет. Или просто «не выход». В реальности дверь привлекла мое внимание тем, что у нее нет замка или скважины. Снаружи она не открывается. Только изнутри. Это навело меня на мысль, что дверь связана с некой системой туннелей, идущих от ТЭЦ. Я приходил на это место несколько лет, но дверь всегда была закрытой. Потом она мне начала сниться, иногда я был осознан, но попасть внутрь не представлялось возможным. А что же будет в этот раз? Я сошел с рельс и пошел по знакомой до боли тропинке. Я не был здесь уже лет двадцать точно, но ноги сами вели меня в нужную сторону. Сильная ностальгия окутала мой разум, и я понял, что это ловушка.

Да, самая настоящая и самая простая. Я оказался в том месте и в то время, когда был юн, беспечен и свободен. Хотел ли я туда вернуться? А кто не хочет? Мало кто нет. Но потом я осознал, что вернуться не получится. Момент упущен навсегда. Да, там было весело и круто, но больше так не будет. Даже если я завтра проснусь и поеду туда сейчас, то все будет совсем иначе. И мне уже не двадцать лет, и семья неполная, да и друзей тех уже тоже нет. И буду я сидеть один-одинешенек под закрытой дверью с банкой пива и ностальгировать. Хорошо ли это? Нет, конечно. Сожаление – враг мага. Тратить свой свет на то, что уже не вернуть – непомерная глупость. Может быть, само место и не изменилось. Что с этой дверью станет? Но изменился мир вокруг, а главное – изменился я сам. Однако вернуться сознанием в тот самый момент юности практически невозможно, значит, и не нужно.

Тропинка вывела к раскрошившимся бетонным ступенькам и ржавым поручням. Точно, здесь же была еще лесенка. А я про нее чуть не забыл. Дальше еще одна тропинка, но уже сильно заросшая какими-то колючками. Как же они прилипают к плащу и штанам! Я пролез сквозь заросли и замер в нерешительности. Дверь находилась на месте. Прямо под мостом, как я и запомнил ее. Только вот имелся один нюанс. Да, она была открыта настежь. Заходи кто хочешь. Это меня сильно удивило. Рагни предположил, что это ловушка, но и пусть. Любопытство – оно такое. Я точно не пройду мимо. Да к тому же куда отсюда идти? Это же сон внутри сна. Белый туман вынес меня в мое собственное сновидение, возможно, изменил его и теперь играет со мной.

Из черного проема повеяло легкой прохладой и чем-то опасным. Рагни сразу это почувствовал. Там, внутри, под мостом кто-то был. Недобрый. Коварный. Я осмотрел дверь. Забавно, но надпись про «выхода нет» пропала, теперь там другая – «Велкам ту хелл». Как интересно. Хорошее предостережение. Конечно же мы пойдем внутрь!

Я вошел, и дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной. Прямо как в дешевых ужастиках. Зажегся неяркий свет, и я увидел колодец с торчащей из него железной лестницей. Больше никаких дверей в этой комнате не было.

– Нам вниз, – сказал я Рагни и полез в колодец. По пути я думал, что встречусь с какой-нибудь чересчур волосатой брюнеткой в белой сорочке, но нет. Так меня никто пугать не хотел.

Внизу ждал коридор, залитый по щиколотку вонючей грязной водой. Не иначе канализация от ТЭЦ тут проходит. На самом деле это я так шутил. Я уже понимал, что лестница стала переходом на другой уровень сна, и где нахожусь теперь, только богам Лимба и известно.

Воняло сильно, но я уверенно шел вперед. Рагни даже носа не высовывал, не хотел пойти погулять да изгадиться.

Скоро коридор уперся в еще одну лестницу, а вот она уже вывела меня в странное помещение, больше похожее на заброшенный завод. Просто горы битого красного кирпича. Стальные скелеты гигантских станков. Ржавые остовы неизвестных мне машин. Размеры поражали воображение, но я не мог понять, что это за цех. Что здесь раньше производили? Это точно не металлургический завод. Может быть, здесь что-то собирали? Вон сколько тут странных иголок валяется. Длинные, острые, блестящие. Лежат в вагонетках. Зачем они здесь?

Ответ не заставил себя ждать. Мы с Рагни одновременно услышали звонкое и осторожное цоканье где-то слева. Словно кто-то на острых железных каблучках аккуратно идет по металлическому полу. Цок-цок. Мерзковато. И мы сразу почувствовали запах гнилого мяса. Рагни выскочил из меня и стал невидимым. Я понял, что он отправился на разведку. Я же прислушался и понял, что цокот усилился. Мало того, теперь ясно слышались и новые источники этого звука. Нас осторожно окружали. Я пригляделся и обнаружил, что за конструкциями кто-то прячется. Нечто мерзко-розовое и непонятное.

– У нас проблемы, – раздалась в голове мысль Рагни, – тут какие-то муданты.

– Мутанты, ты хотел сказать, – поправил я, – можешь их не описывать. Я уже одного вижу.

Из-за вагонетки вылезло нечто, что не могло мне присниться даже в жестком алкогольном трипе. Высокое двухметровое нечто, отдаленно похоже на человека, но с сильно деформированным телом. Без кожи. У него было несколько конечностей без каких-либо пальцев, а заканчивались они присосками, плотно сжимающими те самые стальные иглы. Круглая голова с фасеточными глазами, носа и ушей нет, а вместо рта просто сопливая клоака. Ну и мерзость. Но жутко было не только само существо, а то, что на нем виднелось некое подобие одежды.

– Оно сшило ее себе из человеческой кожи, – заключил волк, – прямо как наши жрецы во времена великих праздников.

– И если мы не свалим, то и наша тоже пойдет ему на поделки, – ухмыльнулся я, – надо валить.

– Его или отсюда? – уточнил волк. – Их тут семеро, и они очень быстро передвигаются. Если бы у тебя были пистолеты…

– Я сам себе пистолет, – в моих руках вспыхнули разноцветные молнии.

Мутант зашипел и моментально бросился в нашу сторону. Двигался он и правда быстро. Словно паук, но с острыми стальными лапами.

Молния сорвалась с кончиков моих пальцев и с треском ударила в грудь этого существа. Оно упало на землю и стало дергаться в конвульсиях. Сзади уже шипели его приятели. Я побежал вперед, а Рагни за мной. Нужно найти выход. Что-то мне подсказывало, что здесь этих тварей целый вагон и маленькая вагонетка. И это так и было. Волк сказал, что за нами бежит уже полтора десятка мерзких мутантов.

Никакой двери мы не нашли, но на высоте двух метров свисала позеленевшая лестница. Я запрыгнул на нее и побежал по шаткому железному мостику. Твари не отступали. Они ловко перемещались по стенам и зловеще цокали стальными иглами. При этом я слышал странный звук, похожий на пение.

Одно из чудовищ умудрилось обогнать нас по потолку, спрыгнуло и встало между нами и появившимся впереди проходом. Я зарядил молнии, но стрелять не потребовалось. Внезапно раздался душераздирающий вопль, а затем меня чуть не сбило с ног телекинетической волной. От такого удара мутант же свалился за перила и полетел вниз.

– Сергей, ты ли это? – Передо мной стоял не кто иной, как сам Михалыч. Православный маг-сновидец. Его некогда белоснежное кимоно сильно истрепалось, черный пояс каратиста местами обуглился. Но на голове так и покоилась шапочка из газеты, а на груди сиял пуще прежнего огромный золотой крест.

– Да, это я, – ошарашенно ответил я, так как ну совсем не ожидал встретить здесь Михалыча.

– Отлично! Отходим! Я прикрою. – Маг принял стойку зенкуцу-дачи и приготовился к бою.

Я похлопал себя по лицу, но сон не изменился.

– Чего ты ждешь?

Ладно. Я пробежал мимо него, и пространство вновь огласилось каратистскими воплями.

– Сюр какой-то, – пробормотал я, и Рагни со мной согласился. Куда нас занесло? В Петербург? На завод «Красный треугольник» в лимбическом виде?

– Не тормози, – впопыхах подгонял меня голос Михалыча, – я отбился от них и завалил проход. Так и знал, что ты вернешься именно сюда. У меня было видение с утра.

– Спасибо за помощь, – ответил я на бегу.

– Ты бы и сам справился, но мне было приятно вступиться за тебя, – рассмеялся Михалыч, – в том коридоре давай налево. За дверью будет лестница.

Она вывела нас за пределы завода, и мы оказались на улице. Солнца в небе не нашлось, но светло было будто днем. Я увидел далекий шпиль адмиралтейства. Точно, мы в Питере.

– Щас я создам безопасный портал, – Михалыч стал копошиться в складках кимоно, – ты-то небось и не знаешь, че да как сейчас в мире творится.

– Нет, – признался я.

– Вот. – Маг достал странный предмет, похожий на конверт из пластика. Открыл его, сделал взмах рукой, и тот превратился в портал.

– У тенгу купил, – пояснил Михалыч, – за советский портсигар и пару бутылок водки.

– Хорошая сделка.

– И не говори.

Мы вошли в сияющий зеленый портал и тут же оказались в квартире у Михалыча. Я сразу заметил, что на окнах появились тяжелые решетки, все стены были исписаны псалмами и странными закорючками из каббалы. Книжек стало сильно меньше.

– Часть обменял, часть отправил в топку, – пояснил маг, видя мое удивленное лицо, – книги некоторых авторов только на это и годятся. Да и туалетной бумаги уже как два года не купить.

– Что вообще происходит? – спросил я.

Михалыч тяжело вздохнул, перекрестился и вышел из комнаты. Я сел на диван, а Рагни разместился рядом.

– Это отражение, – сказал он, – уверен в этом.

– Ага, мне тоже так кажется. Белая пелена показывает нам какой-то вариант будущего. Причем весьма далекого, – согласился я.

Михалыч вернулся быстро. В его руках был поднос с графином водки, тарелка с солеными огурцами, две банки тушенки и несколько булочек.

– Вот, чем богаты, тому и рады, спасибо тебе, Господи. – Михалыч поставил поднос на стол и начал разливать водку. – Долго тебя не было, Серега. Долго. Ты хоть достал то, за чем ходил?

– Ты о чем? – не понял я.

– Дураком не прикидывайся. Ты же не просто так пропал. Мы знали, что ты вернешься с ним.

– А-а-а, – понимающе протянул я, – конечно, он у меня.

– Вот и отлично. А что тут происходит, мы и сами плохо понимаем.

– Что за создания напали на нас на заводе? – спросил Рагни.

– Ткачи. Создания инферналов. У них кожи собственной нет, вот они и охотятся на людей. Ловят, свежуют, а потом шьют из нее себе одежку. Мерзкие создания, но не самые страшные. Вот на Техноложке живут лекари, там при одном их виде обосраться можно. Два раза, – Михалыч поднял рюмку, – ну за то, что он справился!

Я молча чокнулся с ним. Мне уже все было ясно. Старик выпил, поморщился, закусил огурцом и покраснел.

– Вот ты, Серега, вроде уже взрослый и умный должен быть, а тоже не к тому свету пошел, – внезапно заявил он.

– Это еще почему? – спросил я и выпил водки.

– Вот когда человек помирает, он что видит? Правильно, свет. Но Божий ли он? Куда он тебя приведет? Свет, он же как маяк, понимаешь? Горит, а душа летит к нему в надежде, что обретет покой и счастье. А что, если это не Божий свет, а ловушка? Ты вот можешь отличить истинный свет Господень от астрального? А?

Я молчал.

– И я так думаю, что хрен ты чего отличишь. Астрал, сука. Люди совсем отупели. Практиканты все эти, сновидцы. Ты вот каббалу читал? По глазам вижу, что нет. А знаешь, кто такие вообще эти боги Лимба?

– Их трое. Двое мужчин и женщина.

– Не совсем мужчин, но да ладно. С женщиной ты уже был знаком. Я знаю. На тебе ее отметина. Богиня, чей возраст скрыт мраком тысячелетий. Спящая в долине Царей. У нее множество имен, и она на самом деле не спит. И именно она заинтересована в том, чтобы ты выполнил свою миссию.

Я выжидающе молчал.

– Второй мужчина – это и не мужчина вовсе. Это Морфей. Ему в Греции начали поклоняться в свое время. Он абстрактен и непознаваем. Он спит. Он как Вишну. Сервер для наших сновидений и жизней. Пока он спит, мы есть. Он проснется, мы будем есть в другом месте. А может, и не будем вовсе. Неважно.

– А третий? – не выдержал я.

– Это владыка астрального света. Повелитель всего астрала и ложного света. Сам Люцифер. Младенец с крыльями летучей мыши, держащий в руках факел, источающий астральный свет, так манящий к себе всех умерших и сновидцев. Кастанеда тоже знал об этом и предупреждал, но под другим соусом. Орел у него был. Пожирающий всех и вся. А Божий свет – он другой. Он теплый. Но кто же будет его искать? Все считают, что если ярче и красивее, то лучше. И ты пал жертвой этой ошибки. Мы все пали. Посмотри на улицы. Привычного нам мира нет. Нет и сильных мира сего. Все рухнуло.

– Лимб налетел на земную ось, – сказал я и сам налил нам обоим водки.

– Если бы сразу, Сергей. Если бы сразу. Темные сталкеры были дураки, – вздохнул Михалыч, – Роман видел будущее, но искаженное. Он видел последствия, но не начало. Вся беда в том, что мы не знали. А вот жители Лимба знали и были готовы к изменениям. Миры соприкасались несколько лет. Границы истончались, а затем и вовсе стерлись. Это было безумие, Сергей. Самое настоящее. Я впервые ощутил это на своей шкуре, когда проснулся в постели с какой-то рогатой суккубишной. Перекрестил ее и пинками выгнал из кровати. Думал, что это ложка, а баба со смехом вылетела в окно. Стекло повсюду валялось. Я порезался. И я понял, что началось. Ложное пробуждение, которое никогда не закончится. А через несколько дней ко мне вернулся мой дед, которому эта квартира изначально и принадлежала. Одна только незадача – дед умер еще до начала блокады, сука! Я месяц потратил, чтобы отправить его в верхние миры. Но я-то маг! А знаешь, сколько мертвецов сейчас живут среди живых? Миллионы.

Я поежился, потому что даже представить себе такого не мог.

– Инферналы, конечно, подсуетились заранее. Они готовились к войне. Все это потепление климата им было только на руку. Но в России им холодно. Они просто уничтожили нашу военную структуру. Обрушили спутники, сровняли столицы с землей, уничтожили все правительства и ушли в Африку. Там им климат подходящий. В Израиле этом. Забавный поворот истории. Гости всегда уничтожают хозяев. Но сейчас все будет иначе, Серега, – Михалыч похлопал меня по плечу, – с ним-то мы их всех одолеем. Отправим в бездну ада вместе их хозяином Люцифером! Так ведь?

– Конечно! – выпалил я и рассмеялся. – Только сначала в туалет схожу.

Я встал и поспешил покинуть старика. Достаточно. Я наслушался прекрасных баек. Пора сваливать. Зачем мне все это?

Я прошел в туалет, закрыл за собой дверь, поднял крышку унитаза и обратил внимание на кнопку слива. Она светилась, а вокруг нее крутились непонятные мне символы. Возможно, что это именно то, что мне и надо. Я быстро нажал на нее, и белая пелена накрыла меня вновь.

Я открыл глаза и увидел, что стою посреди ледяного озера. Снега не было, и я видел даже замерзшую рыбу в толще голубого льда. Озеро промерзло до самого дна и было абсолютно прозрачным. Очень красивое и фантастическое явление. Однако как меня быстро сюда перекинуло. Впереди виднелся черный лес – скрюченный и страшный, но за ним уже мерцал Маяк. Интересно, а его свет Божий или нет? К чему я иду? Слова Михалыча меня задели. Умеет же он посадить зерна сомнения. Хотя я сейчас находился в таком месте, что оно пыталось вывернуть меня наизнанку. Вполне вероятно, что нечто, живущее здесь, усиленно копается в моих воспоминаниях и страхах, заставляя видеть то, чего нет, и не факт, что будет вовсе. Сцена с Михалычем очень показательная в этом плане, но меня смутило, что старый маг ждал меня с чем-то. С ним. Что он имел в виду? Куда я пропадал и зачем? Вот и Рагни не догадывался.

Волк снова был возле меня. Не торопясь, мы двинулись вперед. Я начал чувствовать некую усталость. Круговерть из снов, видений и событий начала утомлять, а я ведь и не отдыхал толком.

Вокруг хрустел лед, и на его поверхности начали появляться белые цветы, похожие на кувшинки. На черных стебельках, они распускали свои полукруглые лепестки и источали волшебный аромат. Он немного пьянил мое сознание, но я сразу ощутил прилив сил. Место решило помочь мне? Как необычно. Но ведь за испытаниями обычно следует награда, разве нет?

– И следующее испытание, – сказал Рагни, – на твоем месте я бы не расслаблялся слишком сильно. Кажется, у нас гости.

Я перевел взгляд от цветов на линию горизонта. К нам неслось несколько всадников в блестящих кольчугах, крылатых шлемах и верхом на шестиногих конях. В руках они держали копья и мечи.

– Викинги, валькирии, – прошептал я и раскинул руки. Молнии пронзили все мое тело, и в ладонях появились дрожащие от энергии ауры. Я был готов к бою с кем угодно. Хоть с Тором, хоть с Одином.

Глава 6. Цугцванг

Волк стоял рядом со мной, и я буквально впитывал его напряжение. Оно передавалось мне, пульсировало и стучало прямо в мозг. Рагни чувствовал серьезную опасность. Редкое для него чувство, как ни крути. Обычно он так ведет себя, когда видит древних, полных первобытной алой энергии. Неужели эти всадники являются ее носителями?

Они приближались, и я заметил, как с них слетает маскировка. Лошади покрывались стальными пластинами, из их ноздрей вылетало синее пламя. Ноги исчезли и превратились в низко гудящие двигатели. Сами всадники тоже капитально изменились. Из древних воинов они превратились в каких-то киборгов. Жутких и устрашающих. Эдакие всадники апокалипсиса, только в современной обработке, верхом на летающих мотоциклах.

Маскировка была нужна им, чтобы вписаться в описание данного места силы. Это гости извне. И они нашли меня, а значит, прятаться им смысла больше нет.

Обычно все мои противники любят поговорить перед боем или хотя бы представиться, но всадникам это было не нужно. В мою сторону полетели горящие шары, молнии и целое облако пуль. Я мгновенно создал щит из молний.

– Не высовывайся, – попросил я Рагни, – их слишком много, чтобы мы вдвоем с ними справились. Разделимся – получим вдвойне. Не забывай, что мы связаны.

– Это очень сильные противники, – согласился волк.

Первые молнии ударили в мой щит, и я сразу ощутил их силу. Пули застучали по прозрачной стене, некоторые из них застыли прямо в воздухе, а две умудрились пробить поле и просвистели у меня над головой. Я начал расширять щит, одновременно усиливая его. Всадники носились вокруг меня, осыпая градом снарядов. И делали они это абсолютно молча. Они прощупывали мою защиту и если находили тонкое место, то тут же наносили туда удар.

Земля горела под моими ногами, в ушах гудело от разрывов молний и свиста пуль. Меня брали измором. Нужно было срочно действовать. Я решил придерживаться старой и проверенной тактики – ударил, убежал. Но для этого нужно было сконцентрироваться хоть на одном противнике, а это проблематично. Они вьются вокруг, как назойливые жалящие шершни. И вроде бы все одинаковые, но один из них жирнее. Даже не различить его лица. Просто здоровенный мужик в красном плаще, из-под которого блестят то ли доспехи, то ли механизмы.

– Сейчас! – Я раскрыл щит, и из моей спины вылетели костяные крючья. Я высоко прыгнул и схватил ими седока джетбайка. Дернул на себя, и грузный киборг вылетел из седла. Я тянул его к себе, но мне не дали реализовать свою идею. Мимо нас пролетела девица с длинными белыми косами и одним взмахом двуручного меча отсекла крючья.

– Плохо, – сказал Рагни, – твой щит почти уничтожен, а на земле всего один урод.

Упавший всадник странно изогнулся и встал с земли, без какого-либо рывка. В его руках засветились голубые пламенные клинки.

Неужели мы будем драться один на один? Так бывало часто. Маги любят подобные соревнования и понты. Громкие слова и длинные тирады. Сейчас и этот начнет свое шоу.

Киборг разрезал мой щит, словно бумагу, и вошел внутрь купола. Теперь я мог рассмотреть его получше. Это оказался человек, но под маскировкой. Светимости у него было столько, что хоть отбавляй. Нет, это не древний, но и не обычный маг. Не ведьмак, но и не агент. Я знал только одного человека, обладавшего таким же запасом сил.

Щит лопнул, словно мыльный пузырь, и началась такая заварушка, что не описать словами. Я уклонялся от атак и не успевал отвечать на них. Здоровенный мужик пер на меня, как танк, а его клинки умели удлиняться, превращаясь в копья. Девица с косичками явно забавлялась и просто хотела снести мне голову своим мечом. Она с визгом пролетала надо мной, и ее клинок, словно гильотина, мелькал перед моим лицом.

За танком стоял невысокий и худой человек в стальной маске с шипами. В его глазах горело пламя, а сам он держал в руках два шестиствольных пистолета. Палил он знатно. Лишь ловкость Рагни позволяла мне уклоняться от этих пуль, да широкая спина нападающего танка. Еще двое летали на джейтбайках и старались подловить меня, прицельно бросаясь то молниями, то пылающими шарами, но скоро им это надоело, и они приземлились.

Танк попер в атаку. Я понял, что нужно действовать прямо сейчас. Я распахнул плащ. Черное солнце на моей груди запылало, и шипящий луч вырвался наружу. Это было мое самое сильное оружие, не считая того, что я мог попытаться утащить всех в Погасший мир, но противников слишком много, да они и не тупы. Они знают, кто я такой и что умею. Пришли по наводке. Охотники за сновиденными головами.

Луч ударил точно в громадного мужика. Аж только пятки засверкали. Он отлетел на несколько метров, но тут же встал. Какой крепкий. Я начал наводить луч на других охотников, но они бросились врассыпную. Окружить хотят. Этого допустить нельзя! Я был готов выпустить Рагни, чтобы обезопасить хотя бы один фланг, но этого не потребовалось. Мои противники выбрали совсем иную тактику. Все произошло мгновенно. Девица с косичками создала зеркальный щит и смело бросилась на мой луч. Он отразился в сторону стрелка, в руках которого уже тоже появился подобный щит. Еще одно отражение, только в этот раз луч ударил уже в меня самого!

Такого я не ожидал. Меня отбросило назад, а светящийся луч вспорол небо, которое тут же отозвалось дождем.

Я начал подниматься. Нехорошо вышло, конечно. Меня схватила могучая железная рука и несколько раз припечатала об землю.

– И это и есть страх всей Москвы? – Здоровяк приблизил ко мне свое лицо. Маска киборга спала, и я увидел рыжую бороду и голубые веселые глаза.

– Ведьмак Московского ковена к вашим услугам, – представился я, – но вы и так это знаете.

Я вцепился в руку и тут же начал иссушать этого болвана. От удивления он аж глаза выпучил и стал стремительно бледнеть.

– Ах ты, плесень седая! – воскликнул он. По всему его телу прошла молния, а затем я отлетел с громким хлопком. Я упал и обнаружил, что держу отстреленную руку. Вот так номер! Она стремительно таяла.

– Я тебе покажу, – мужик уже защелкивал новую руку – здоровенную клешню, как у краба, – сейчас мы проверим, на что ты способен по-настоящему!

– Замри! – приказал я, и татуировка сработала. Здоровяк застыл, но почему-то не полностью. Клешня зловеще щелкала. Ну и света в этом охотнике! Он даже умудряется сопротивляться!

– И на скольких из нас хватит этого фокуса? – спросил стрелок. – Дай угадаю, только на одного?

И они набросились на меня все вчетвером. Мой валькнут отозвался несколько раз от пропущенных ударов, а затем меня буквально втоптали в землю. Били хорошо. У одного из магов оказался огненный хлыст, которым он ловко подсекал меня. Я падал, затем меня рубили мечом, подбрасывали в воздух, расстреливали и долбили молниями. Но длилось это недолго. Два подхода, не больше. Я упал и понял, что проиграл. Нужно отступать. Но как уйти из чужой куколки? Никак. Меня поймали в чужом сне. Идеальное место, чтобы разобраться с врагом.

Охотники успокоились, и я отпустил громилу. Тяжелый пистолет приставили к моему лбу, но я не чувствовал страха.

– Чего ждешь, Улан? – недовольно спросил здоровяк. – Добей его.

– Нет, Механик, – пистолет был убран, – Совет не давал такого приказа. Ирида, напомни нам, что сказал Совет.

Девица с косичками опустила двуручник на землю.

– Найти цель в месте силы по координатам, данным осведомителем. Провести анализ, выяснить потенциал. Определить уровень силы. О ликвидации не было и речи.

– И что, – рыжий мужик недовольно покачал головой, – мы просто так уйдем? Что за идиотский приказ? Я…

– Успокойся, Механик, – холодно пресек его мужчина-маг, – ты здесь не главный. У нас свободная команда. Скажи, ведьмак, у тебя есть еще какие-нибудь фишки? Или ты уже показал нам все, на что способен?

Я медленно поднялся с колен.

– Потенциал проверить хотите, значит, – я сунул руку в карман, – не знаю, кто вы такие и кто вас послал, но сейчас вам будет «потанцевал».

Пальцы нащупали мундштук волшебной флейты. Я быстро вынул его и сунул в рот. Он буквально прилип к моим губам.

– Это еще что за херня? – насупился Механик.

Мундштук превратился в длинную дудку, наподобие вувузелы с широким круглым раструбом. Это был мой звездный час. После него либо пан, либо пропал.

Я надул щеки и задудел что было сил. Люблю дудки, люблю бас! Звук оказался настолько отвратительным и громким, что даже я сам закачался на подкошенных ногах, а вот охотники и вовсе попадали, закрывая уши руками. Отлично! Я успею сбежать! Я мигом обратился в волка и понесся прямиком в черный лес. Позади уже слышался гул стартующих джетбайков. Погоня будет жаркой!

Но тут меня внезапно схватили острые когти. Неведомая птица рванула ввысь, и я оторвался от земли. Кто-то нес меня, держа в крепких лапах. Я видел лишь белые перья. Впереди же за черным лесом возвышался Маяк, и меня несли прямо к нему. Джетбайки яростно гудели, но затем подозрительно стихли. Я обернулся и увидел, что они исчезли в белой густой пелене тумана. Ага, это место решило избавиться от них собственными силами. Надеюсь, их отправило на кудыкины горы или на задворки Лимба.

Кто это вообще такие были? На самом деле я уже догадывался, но мне требовались доказательства. Такие охотники за обычным сновидцем не придут. Да и к ведьмам тоже. На них вон Губера с товарищами хватит.

Маяк приближался, и мне стало отчетливо видно, что его свет не что иное, как круглый белый портал. В нем отражались звезды, которых на небе не было. В нем отражались образы иных миров. И мне нужно к нему. Птица, что несла меня, прекрасно это знала. Я не чувствовал опасности от нее. Она могла меня сбросить в любой момент, но не делала этого. Спасла меня от погони и теперь несет к Маяку. За все это ей надо сказать спасибо! Так, кажется, мы снижаемся.

Птица сделала несколько взмахов крыльями и пошла вниз. Меня грубо сбросили на каменный парапет, я прокатился по нему и встал на ноги. Птица села позади меня. Какая огромная сова. Или это филин? Вон уши какие!

Птица раскрыла клюв, распахнула крылья и начала скукоживаться. Вот именно так. Повсюду полетели гигантские перья. Меня накрыло пухом. Я подумал, что сова станет прекрасной полуобнаженной девой, но мои ожидания не сбылись. Когда перья опали, а пух улетучился, я увидел, что ко мне идет рослый бородатый и совершенно голый мужик.

– Здоро́во, Сергей! – Он улыбнулся и протянул мне руку.

– Мда, – пробормотал я и крепко пожал ее, – спасибо за помощь. Ты из Круга спящих?

– Да. Я следил за тобой всю дорогу. У тебя весьма специфичные способы обхода испытаний. Если бы не всадники, то мы бы встретились раньше, но они внесли свои коррективы.

– Кто это такие? И откуда они узнали, где я? Белка говорила, что прикроет меня.

– Она и прикрывала. У тебя к ней претензий быть не должно, – хмыкнул мужик и почесал кривой нос. Да он и вправду похож на филина. Глаза вон желтющие какие, и мохнатый весь. В волосах перья, как у индейца.

– Кто-то другой подсуетился, – продолжил Филин, – ты в цирке нагадил знатно, вот и озлобились на тебя особо впечатлительные.

– И как охотники попали в куколку?

– Так же, как и ты. На другом берегу озера есть турбаза. Вполне вероятно, что они остановились там. Но сработали оперативно, тут не поспоришь.

– Ты их знаешь?

– Честно? Нет. Ни разу до этого не видел, – Филин криво улыбнулся, – я просто не представляю, кем надо быть, чтобы так сильно нагадить «владыкам мира сего». Так что, признаю, ты уникум.

– А ты не боишься, что они и за тобой придут?

– А меня-то за шо? Я только схватил ценную добычу и утащил в гнездо. Не думаю, что они в тумане вообще сообразили, кто это был. Конечно, твое путешествие пошло через одно место. И к силе оно никакого отношения не имеет, – мужик весело гоготнул, – двигай в портал. Нам нужно просыпаться и сваливать.

– А что должно было быть на самом деле?

– Парочка испытаний и встреча с хозяйкой этого места. Вопросы, ответы. Все как обычно. Инсайты разные, но наши гости натворили столько шума, что куколка скоро закроется на какое-то время.

Я так и думал. Оставалось только идти в портал. Жаль, что мое посвящение толком и не состоялось. Мне было бы интересно пообщаться с древней сущностью.

Филин пропустил меня вперед. Я вошел в белое марево и тут же открыл глаза. Я лежал внутри уазика на заднем сиденье. Голый. На руках следы от веревки, а во рту странный привкус грязи.

– Тьфу! – Я поднялся, открыл дверь и начал плеваться.

– Вернулся? – спросила Белка, сидевшая на переднем сиденье. – Сейчас Филин очнется, и поедем. Твоя одежда рядом с тобой. Одевайся.

– Что произошло с моим телом, пока я спал?

– Да все как обычно. Сначала ты просто лежал, потом крутиться начал. Я воскуривала вокруг разные травы, чтобы отогнать особо назойливых гостей, но один все-таки проскочил. Пришлось тебя связать, так как ты очень хотел убежать в лес. Потом ты успокоился и начал землю жрать. Пришлось промыть тебе рот и воткнуть кляп. Когда попустило, я его вынула.

– Жесть! – Я взял ворох одежды и принялся искать трусы.

– Салам Алейкум, – это проснулся Филин, – вытащил я нашего волчонка в последний момент.

– Сам-то не подставился? – уточнила Белка и завела машину.

– Нет. Я тертый калач. С такими противниками в открытые конфронтации не вступаю. Мне наблюдать было интересно да момент подгадывать. Втащили Сергею знатно.

– Неудивительно, – хмыкнула ведьма, – они бы любому втащили, такой-то кучей.

– Я еще раз задам свой глупый вопрос. Кто это были? – напомнил я о своем присутствии.

– Возьми свой телефон. Думаю, что тебе уже позвонили все, кто мог.

– То есть вы не знаете…

– Мы не хотим ошибиться. При игре с такими силами у тебя нет права на ошибку. Думаю, что ты связан со всякими спецслужбами, да и ваш ковен с ними шашни крутит. Они все расскажут лучше нас.

Я нацепил футболку, носки и взял телефон. Машина уже катилась по ухабам. Связь здесь была, но очень плохая. Два деления из пяти. Что у нас тут? Целая куча пропущенных. От Жени, Кэрол, Олега, Даши. Даже Изольда написала, и всего один, но, видимо, самый важный – от Губера. Ему и придется позвонить первым, а остальным я просто отправлю сообщения, что я жив и со мной все в порядке.

Старый особист взял трубку сразу.

– На ловца и зверь бежит, – сказал он вместо приветствия, – если ты думаешь, что я звонил, чтобы тебя предупредить, то сильно ошибаешься. Я просто хотел уточнить, жив ли ты еще. Думаю, остальные звонили с той же целью.

– У охотников не было задачи меня убить.

– А-а-а, – несколько разочарованно протянул Губер, – понимаю. Первое, так сказать, свидание. Ради которого они собрали всю пятерку вместе и отправили на Урал. Ты хоть представляешь, каких усилий это стоило? Такие специалисты редко собираются больше двух в одном месте, а тебе чуть ли не царскую встречу устроили. Удивительные дела.

– Кто это такие и что еще за Совет?

– Это сложный вопрос, Сергей, – вздохнул в трубку Губер, – скажем так, это организация, что стоит над нами. Мы в их дела вообще не имеем права вмешиваться. Это как высший мир над верхним. Твоя проблема в том, что ты к ним влез.

– Игрок? – догадался я.

– Все верно. У Совета были на него планы. Он должен был стать новым супером. Если бы он победил в своей последней игре, то возвысился бы до их уровня. Но кое-кто его убил. Ты даже не представляешь, какие карты ты смешал. На Игрока были планы мирового уровня! Про подробности говорить не буду. Не имею права. К тому же это не телефонный разговор. Приходи в мой лагерь. Там побеседуем.

– Но что мне делать с ними?

– Неправильные ты, Сережа, вопросы задаешь. Не тебе с ними, а им с тобой, – поправил меня Губер, – у тебя всего несколько вариантов. Первый – ты возвращаешься в Москву, я сведу тебя с Советом, и там ты будешь слезно вымаливать прощение за свой поступок. Может быть, тебя даже не убьют, а сделают слугой. Второй вариант – это бросить вызов охотникам и проиграть. Тогда тебя точно убьют на всех планах. Третий – отправиться в изгнание. Надеть свое колечко снова и навсегда забыть про осознанные сновидения, ковен и то, что с тобой было последние несколько лет. Тогда у тебя будет маленький но шанс, что тебя не найдут и не убьют в реале.

– Что-то вилка так себе, – буркнул я, – как там эта ситуация называется? Цуцигуцик?

– Цугцванг, Сережа. Цугцванг!

Глава 7. Магический урок

Я молча смотрел в запотевшее окно. Острые белые линии мороза уже покрывали его края. На улице мела жуткая метель. Где-то обреченно выли сторожевые собаки, и редкий свет прожектора на мгновение ослеплял мои глаза. Там, во дворе, ужасная непогода – отражение настроения хозяина этого сна. А чего я, собственно, ожидал? В таком месте никогда не светит солнце. Лагерный двор не становится поляной, полной ромашек и васильков, а снайперские вышки не превращаются в стройные каштаны.

Губер молча смотрел на меня. Очки на его переносице забавно двигались, говоря, что их владелец находится в очень глубоком раздумье.

– Ты у Белки остановился? – внезапно спросил он.

– Нет. Она не стала рисковать. Ей внезапные нападения в реале не нужны.

– Правильно. Ольга – баба умная, хоть и молодая. По моим меркам, конечно, – поправился Губер. – Ты правильно сделал, что пришел сначала ко мне, а не кинулся к ведьмам или кому еще. Есть подозрение, что другие сдадут тебя даже быстрее, чем я.

– Совет пока сделал паузу в моем отношении?

– Да. Они никогда ничего не делают наобум. Некоторые решения могут принимать годами. Им спешить некуда. Они вечные, в отличие от нас с тобой.

– Мастер Дэн из их числа, не так ли?

– Да, – Губер улыбнулся, – Совет столетиями ведет эксперименты по наделению бездушных тел сознаниями старых магов. И как видишь, вполне успешно.

– Звучит жутковато.

– Это просто иная грань бытия. Та самая, за которую обычный человек не попадет никогда. Да что говорить. Даже ведьмы не в курсе про Совет. Нам и то не все рассказывают, а мы, считай, главный контрольный орган за магами в этой стране. Про всякие ФСБ, ГРУ я вообще молчу. Они просто пешки в этой игре.

– Скорее, они просто отвечают за более реальные аспекты нашего бытия, – вслух подумал я.

– В том числе. Вот скажи мне, Сережа, о чем или чем ты думал, когда убил Игрока?

– Он был опасен. Для меня, для тех, кто мне дорог и важен.

– Он должен был стать следующим супером. А ты убрал его с доски. А знаешь, что бывает с пешкой, которая доходит до конца игры?

– Вот не надо! – Я замахал руками. – Можно я и дальше буду сам по себе? Носиться по мирам, воевать с иномирцами и трахать красивых ведьм?

– Ты уже давно не сам по себе, Сергей. Должен понимать, что выбраться из этой игры тебе никто не даст. В лучшем случае ты кончишь как Витюша.

– А в худшем?

– А тут уже от твоего понимания зависит. Если для тебя худшее – стать супером и навсегда потерять свое физическое тело, то да, так оно и будет. Или худшее – просто помереть, а твое сознание будет помещено в спецотстойник, где его будут мучить всякими ужасными видениями, пока ты не сдашься окончательно. Поверь, у совета много вариантов решения одной и той же проблемы. Или ты мне не веришь?

– Да почему же? Верю. – Я тяжело вздохнул.

– Кто там был хоть? Рассказывай, да подробней, – попросил Губер и щелчком пальцев создал стакан горячего чифира. Здесь, в собственном сне, он мог позволить себе все что угодно. Вряд ли он балуется этим напитком в реальности. Старый больно, сердце может и не выдержать.

Губер внимательно слушал мой недолгий рассказ. Его губы то сжимались в кривой ухмылке, то дули на горячий чифир.

– Тебе сильно повезло, Сережа, – сказал он, когда я закончил, – буду честен. Одного супера ты наверняка положишь. Двух уже с натяжкой. Против трех тебе поможет только чудо, ну а дальше ты сам понимаешь – шансов нет ни у кого.

– Эти охотники – кто они?

– Не самое сильное звено в Совете, если честно, – улыбнулся Губер, – это разведчики. Сильные, могущественные, но их силы не запредельны, поэтому я и говорю, что ты сможешь победить сразу двоих.

– Есть и гораздо сильнее?

– А то. Всегда найдется рыба покрупнее. Так что радуйся, но не сильно. Их задача была раскрыть твой потенциал. Частично это у них получилось. Теперь какое-то время совет будет анализировать твои возможности.

– Будут магию реала использовать?

– Само собой. Просчитают все повороты, выверты. Поймут, сколько усилий им нужно будет потратить, чтобы сломать тебя окончательно и превратить в их охотника.

– Я буду сопротивляться.

– И они это знают. Но там такие профи, Сережа. Ух. Они могут заточить твое сознание в сферу безвременья и мучить тебя столетиями, а на самом деле пройдет всего несколько часов. Ты сам будешь рад вернуться сюда хоть в каком-то виде и качестве. Я думаю, что тебя будут подключать постепенно.

– Расчеловечивать?

– Это даже не обсуждается. Маг такого уровня не может быть человеком в принципе. Что есть человек вообще, Сережа? Ты же задумывался об этом? Это симбиоз физического и сновиденного тела. Мы все симбионты в каком-то смысле. Человек – это звучит гордо! А для меня вот нет. Некоторые умники считают, что мы живем в мире-тюрьме. А я вот считаю, что наше физическое тело и есть тюрьма. Клетка для духа! – У Губера аж глаза засветились. И свет этот был недобрым.

– Поэтому вы построили еще одну тюрьму, но уже в собственном сновидении? – прямо спросил я, и мой собеседник аж побледнел. Но особист не занимал бы такое высокое положение, если бы не умел брать под контроль свои эмоции. Его лицо тут же порозовело, а сам он снисходительно улыбнулся.

– Я не получу вечной жизни. Когда я умру, меня не позовут в Совет и не дадут новую тушку, но я и не попаду в Лимб. Не уйду за грань снов. Ты же ведь не думал об этом? У вас, магов хитрожопых, на все один ответ – «мы должны сохранить светимость при жизни, а после смерти уйти в лучший из миров». Вы просто взяли «Бардо Тхедол» и переиначили его по своему. А ты не думал, что есть люди, которые не хотят уходить? А есть и те, кому нельзя уходить. Просто запрещено. Ты, наверное, презираешь меня. Ты думаешь, что это я создал эту тюрьму внутри собственного сознания и содержу здесь опасных магов-преступников? Увы.

Мне стало не по себе. Я все понял. Теперь Губер выглядел совершенно иначе в моих глазах.

– Тебе пора, Сережа, – вздохнул Губер, – Совет знает о нашей встрече. Будь осторожен не только в своих поступках, но и в мыслях. Никто не знает, чем закончится твоя история.

– Но что бы вы мне посоветовали?

– Бежать. Если бы ты мог перенестись целиком в другой мир – это был бы лучший выход из твоей ситуации, но мы оба знаем, что это невозможно.

Я встал со стула, и перед глазами потемнело. Образ Губера таял. Меня плавно выбивало из его сна. Ладно хоть без каких-либо последствий для здоровья.

Я протер глаза и привстал на локтях. Я вообще не помнил вчерашний вечер. Меня так сильно размотало по дороге, что я вырубился сразу, едва моя голова коснулась подушки. В маленькое пластиковое окошко светило яркое солнце. На подоконнике стояли красные стеклянные подставки для свечей. Я лежал на простой одноместной пружинной койке советских времен. Ладно, я хотя бы раздеться как-то сумел. Или меня раздели? Не помню.

Я встал и нашел свою одежду на стуле. Она была аккуратно сложена. Точно не моя работа. Я, как настоящий мужик, просто разбрасываю тряпки по всей хате, и мое утро начинается с поиска трусов и носков. Неужто меня Филин раздевал? Мне стало как-то не по себе. Или Белка?

Но все оказалось проще. Едва я оделся и вышел из маленькой комнатки, как сразу столкнулся носом к носу с молоденькой курносой блондинкой. Она была одета в яркое разноцветное платье и удивленно смотрела на меня.

– Вы проснулись? – почему-то шепотом спросила она у меня.

– Как видишь, – так же прошептал я, – это ты меня раздевала?

Девушка согласно кивнула.

– Спасибо. А где Филин?

– Учитель на балконе. На втором этаже.

– Хорошо.

Ясразу увидел лестницу. Точно, мы же у него на даче. Тут все такое маленькое, но весьма уютное.

На втором этаже было несколько комнат и выход на весьма обширный балкон. Филин сидел в сером кресле-мешке и пил мате из калабашки через трубочку. Бамбилья, или как она там называется?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.