Теодор Тория
Большой Волчок

Прежде, чем был обнаружен Большой Волчок, мы повидали множество малых. Об их формировании начали сообщать из самых разных уголков мира практически одновременно. Кто-то считал это явление забавным, кого-то оно пугало, кто-то реагировал на новости о Волчках как на любую другую новость : «Ну, и что с того?». Действительно, это было странно, но не приносило никакого вреда. Это явление вызывало первобытный инстинктивный страх, но притягивало взгляд. Волчки. Нельзя сказать точно, сколько именно случаев было зафиксировано по всему миру, в какой-нибудь отдельно взятой стране или городе. Волчки могли появляться вдали от человеческих глаз, в местах самых труднодоступных или непредсказуемых.

Прежде, чем был обнаружен Большой Волчок, множество малых Волчков, которых к тому времени насчитали уже свыше тысячи, стали обостряться. Обыкновенно, данные явления не имели за собой системы, возникали периодически и на небольшие периоды времени. Максимальная продолжительность существования Волчка в первый месяц наблюдений составляла около десяти минут. Спустя месяц это время возросло вдвое. На третий месяц продолжительность Волчков составляла от сорока до пятидесяти минут. Пятый месяц ознаменовался первыми жертвами Волчков, когда время их существования превысило четыре часа. Множество организаций по всему миру объединили усилия ради исследования данного феномена, изучения его причин и способов снижения частоты их возникновения, формирования. Волчки стали исследоваться специалистами самых разных сфер и областей научного знания.

Прежде, чем был обнаружен Большой Волчок, инженеры предложили использовать их в качестве основного источника энергии для ряда ресурсосберегающих технологий; идея просуществовала недолго и, несмотря на очевидные плюсы, ее забраковали и старались не вспоминать, так как любые упоминания о предложенном практическом использовании вызывали осуждение простых людей и навсегда закрепляли за сотрудником позорное клеймо среди своих. Одна группа математиков принялась за фундаментальное исследование Волчков. Целью их стало создание подробной описательной модели. В результате они ожидали обнаружить некоторые все еще сокрытые от человечества законы, которым стремится подчиняться материя; на деле же они получили довольно точное описание чего-то, что отдаленно напоминало собою формулу гармонии, красоты и симметричности – вкупе; их исследования оказали апробированы и опубликованы в журналах, издаваемых Академией Наук, после чего довольно быстро оказались изучены другими специалистами. Наиболее ярко, изложенный ими материал, восприняли художественные школы и театры, академии изящных искусств, музыкальные училища. Среди них произошел раскол и неминуемое деление на две новые школы: первые признавали авторитетность результатов исследований математиков на предмет Волчков и рекомендовали использовать обнаруженные зависимости, законы и модели в театре, живописи, музыке, скульптуре и др.; другие же считали, что обнаруженные зависимости не могут обязать нас признать новые стандарты красоты и изящного, насколько бы близки или далеки они не были к истинному видению данных жанров, ведь создавались они из хаоса, и даже, если некие вселенские процессы и существуют, и могут быть точно описаны, и действительно проникают в наш мир в виде неких явлений, таких, например, как Волчки, то только мы сами можем обязать себя принять их; им казалось вполне естественным собственное существование, подобно тому, как любое действие всегда имеет противодействие. Благодаря Волчкам мы познали истину, узрели гармонию, симметрию, саму красоту, изящество. Волчки напоминали собой само вращение Вселенной, планет – вокруг своих звезд, планет – вокруг своей оси, колес автомобилей, рулеток, магнитных дисков, шестерен, балерин, валов, пропеллеров, глаз, ключей и замков, крышек, воды… Все вращается. Мы познали истину, и она не уничтожила нас, но дифференцировала. Теперь весь мир делится на тех, кто признает Великое Вращение, открытое благодаря Волчкам, и тех, кто считает первых сумасшедшими. Гиперфиксация – и все тут. Если долго пытаться объяснить какую-нибудь вещь, связать нечто бессвязное, то эта связь определенно будет найдена, вне всяких сомнений. Так устроены человеческий мозг, человеческое сознание, человеческое мышление: мы упорно ищем объяснения и выдумываем их, если не способны найти. Выдумываем – и фанатично верим в них. Впрочем, противникам Теории Волчков пришлось несладко: последним гвоздем, вбитым в крышку гроба сопротивления, оказалась обширная монография, написанная одним южным искусствоведом, обнаружившим, что бессознательно каждый знаменитый творец прошлого в самом деле старался приблизиться именно к тем формам и формулам, изложенным благодаря изучению Волчков. Это пытались воссоздать в прошлом. Это произошло в настоящем. Это станет достоянием и нерушимой истиной для будущего. Таким образом, Волчков изучали инженеры, математики, художники, музыканты, актеры, литераторы… Скоро к ним присоединились и физики, примеряющие различные существующие теории к явлению Волчков, дабы объяснить причины их возникновения, и биологи, исследующие их биоритмы, повадки и влияние на живые организмы, и экологи, обратившие свой взгляд на связи между экосистемами, Волчками и объектами неживой природы, и мистики, наблюдающие в них сакральные символы, и религиозные деятели, разглядевшие в них признаки как наступления светлых времен, так и приближающегося конца света.