Арина Машкина
Вася-юный палеонтолог: находки в янтаре

1. Неудачные раскопки

Костёр весело потрескивал. Искры улетали в небо навстречу первым звёздам, а юные палеонтологи молча провожали их глазами и вздыхали. Вася, который стал юным палеонтологом совсем недавно, вздыхал громче всех. Он ещё не привык к тому, что можно целый день трудиться изо всех сил – копать, переворачивать камни и махать геологическим молотком, но так ничего и не найти.

– Прекратите пыхтеть как паровозы! – потребовал Васин дедушка. – Немедленно развеселитесь!

Ещё совсем недавно он был дедушкой обыкновенного мальчика и не представлял, что вымершие миллионы лет назад животные так сильно влияют на настроение юных палеонтологов! Дедушке не нравилось, когда дети грустили – особенно, когда они грустили в такой прекрасный летний вечер. И уж тем более он не понимал, как можно грустить возле такого весёлого жаркого костра.

Но бабушка, которая тоже не всегда была бабушкой юного палеонтолога, но уже отличала геологический молоток от штыковой лопаты, вступилась за юных палеонтологов:

– Чему радоваться, если радоваться нечему?

– Правильно, – согласился начальник палеонтологической экспедиции Сан Саныч. – То есть, почти правильно. Печально, что эти раскопки оказались безрезультатными. Но мы должны помнить, что раскопки бывают всякими. Иногда они лёгкие и удачные. Иногда – тяжёлые, но успешные. А сегодня у нас были трудные безуспешные раскопки.

Вася познакомился с Сан Санычем, когда вместе с папой, мамой, бабушкой и дедушкой принёс в палеонтологический музей камень с отпечатком огромного ракоскорпиона. Камень был таким большим, что выкапывали его всем семейством – и за это Сан Саныч пригласил их всех на экскурсию по музею, а потом и на настоящие палеонтологические раскопки.

Вася очень любил вспоминать те самые первые в его жизни раскопки, на которых он нашёл бивень мамонта и новых друзей. Саша, Никита, Женя и Карина занимались в кружке юных палеонтологов, которым руководил Сан Саныч. И Вася, разумеется, тоже захотел заниматься палеонтологией вместе с ними. Он тогда не знал, что мамонтовые бивни, ракоскорпионы и другие ископаемые сокровища не каждый день попадаются. Впрочем, даже если бы Сан Саныч его предупредил, Вася всё равно бы не отказался, потому что быть юным палеонтологом гораздо интереснее, чем обыкновенным мальчиком.

Вася ещё раз вздохнул и спросил:

– Значит, следующие раскопки будут удачными?

– Ничего не могу обещать, – честно сказал Сан Саныч. – Но я уверен, что каждые раскопки мы должны начинать с уверенностью в успехе. Или вообще не начинать!

Вася долго обдумывал его слова. Так долго, что обманутый тишиной соловей прилетел на берёзу и запел свою песенку прямо над Васиной головой. Если бы на берёзе запели птеродактили, то не было на свете слушателя внимательнее Васи. Но к соловьям он был совершенно равнодушен.

– В следующий раз начну с уверенностью! – пообещал Вася, спугнув соловья. – А как мы должны заканчивать каждые раскопки? Тоже с уверенностью?

Теперь задумался Сан Саныч.

– Не всегда удаётся закончить раскопки с уверенностью, – признался он. – Зато мы всегда можем закончить их с мыслью, что в следующий раз всё сложится в нашу пользу. И что кроме окаменелостей есть много интересных и важных вещей, например… – Он задумчиво поднял глаза к небу. – Например, космос, звёзды, далёкие планеты … Вы только поглядите, красота какая!

Юные палеонтологи послушно задрали головы и посмотрели на Большую Медведицу, которая указывала хвостом на космос со звёздами.

– Интересно, – сказал вдруг Вася, – а на далёких планетах тоже есть окаменелости?

– За-за-за… – начал было Саша, но Карина его перебила:

– Даже не заикайся, что их там может не быть!

Но Саша всё-таки закончил свою мысль:

– За-за-зависит от того, есть ли там жизнь.

– Инфа сотка! – поддержала его Женя. – Нет жизни – не будет и окаменелостей!

Никита задумчиво согласился.

– Звучит логично. Тогда получается, что окаменелости обязательно будут, если жизнь на планете есть. Или если она когда-то раньше была, а потом вымерла.

– Правильно! То есть, почти правильно, – воскликнул Сан Саныч. – Вы же помните, что фоссилизация это сложный физико-химический процесс?

Он вопросительно посмотрел на юных палеонтологов.

2. Окаменевшая гастропода

Вася хотел покаяться, что всё забыл, но Карина ему помешала.

– Я всё помню! – возмутилась она.

– Это база, – кивнула Женя.

Пришлось Васе с умным видом поддержать девочек:

– Очень, очень сложный процесс…

– Е-е-если что-то пойдёт не так, то ничего не получится, – добавил Саша.

Но только Никита, на радость Сан Санычу, смог подробно ответить:

– Фоссилизация зависит от многих факторов. Особенно важное значение имеют геологические вещества, в которых происходит минерализация, и климат.

Васин дедушка восхитился:

– Мальчик, ты откуда взялся такой умный?

А Васина бабушка проворчала:

– И что ты делаешь среди нормальных людей, которые не знают и знать не хотят, что такое фоссилизация…

– Он среди нас умничает, – засмеялась Женя.

Никита поправил очки.

– Я не умничаю. Я объясняю, что на процесс фоссилизации, то есть, окаменения, влияют разные обстоятельства.

– Даже я не смог бы сказать лучше, – поблагодарил его Сан Саныч. – Действительно, чтобы живой организм сохранился в виде ископаемого, требуется соблюдение множества условий, которые не везде возможны. Нужно кому-то напомнить, как это происходит?

– Нет! – быстро отозвалась Васина бабушка.

– Да! – почти так же быстро отозвался Вася.

Хорошо, что Сан Саныч никогда не отказывался снова и повторять то, что он уже рассказывал.

– Представим себе, например, гастроподу…

Вася не знал, кто это такая и как она выглядит, но послушно попробовал представить неизвестную ему гастроподу. Она получилась большая, как страус, но гораздо страшнее, потому что у Васиной гастроподы были голова крокодила, крылья птеродактиля и ноги тираннозавра.

Сан Саныч покосился на Васю и добавил:

– Если вы когда-нибудь видели улитку, то знаете, как выглядит гастропода.

Вася моргнул и потряс головой, чтобы похожая на монстра гастропода поскорее исчезла из его воображения, а её место заняла маленькая мирная улитка.

– Сто миллионов лет назад наша гастропода сидела на травинке на берегу реки, но порыв ветра сбросил её в воду, а течение быстро занесло песком. Гастропода оказалась как бы законсервированной в условиях, где нет кислорода.

Васе представил себе несчастную законсервированную улиточку, и ему стало грустно, а Сан Саныч радостно продолжал:

– Это очень хорошо, потому что там, где нет кислорода – там не будет животных и бактерий, которые дышат кислородом и питаются мёртвыми улитками. Значит, нашу гастроподу никто не съест, и она превратится в окаменелость!

– Побыстрее, пожалуйста, мне пора спать, – зевнула Васина бабушка.

– Фоссилизация требует времени, – возразил Сан Саныч. – Обычно это занимает от тысячи до нескольких миллионов лет. Вода, которая просачивалась к нашей гастроподе сквозь песок, была насыщена минеральными веществами – например, кальцием. Кальций из воды проникал внутрь гастроподы – проникал и замещал собой то, что раньше было телом и раковиной. Но это происходило понемножку, по крохотным частицам, размер которых можно сравнить разве что с атомом! И когда замещение закончилось, наша гастропода стала фоссилией – то есть, окаменелостью. Нам очень повезло, что у нас есть все условия для того, чтобы гастроподы и другие организмы могли окаменеть!

3. Палеонтологическая находчивость

Слова Сан Саныча моментально улучшили настроение юным палеонтологам. Дети почувствовали себя везунчиками и забыли бы про трудные безуспешные раскопки, но тут Вася спросил:

– А что же мы будем делать на следующем занятии кружка? Ведь мы должны были разбирать свои находки…

– Для следующего занятия мы найдём окаменелости в городе, – ответил Сан Саныч. – Вернее, вы найдёте их сами, потому что я уезжаю в командировку.

Вася растерялся. Если окаменелости можно найти в городе, тогда зачем же кружок юных палеонтологов поехал на раскопки в такую даль?

Он огляделся: справа лес, слева река, а город остался где-то за горизонтом, что от него даже огней не видно.

– В городе или в огороде? – переспросил Васин дедушка, решив, что ослышался. – В огороде раскопки нелёгкие, но всегда удачные: то окаменевшую картошку найдёшь, то скелет козы, то мумию пу́гала. А в городе, сколько ни старайся, всё равно кроме труб, проводов и подземного перехода ничего не раскопаешь.

– Зато в городе можно пойти в магазин и купить там бивень мамонта, а на сдачу взять килограмм трилобитов, – сказала Васина бабушка.

Несмотря на то, что Вася совсем недавно стал юным палеонтологом, все его родственники – и папа, и мама, и дедушка, и бабушка уже неплохо разбирались в ископаемых и запросто отличали трилобита от мамонта.

– Правильно, – согласился Сан Саныч, – то есть, почти правильно. Не нужно раскапывать улицы и магазины. Я предлагаю вам поискать окаменелости на городских зданиях и памятниках.

Никита поправил очки и с интонациями профессионального гида сообщил:

– В мраморной облицовке железнодорожного вокзала хорошо заметны раковины аммонитов.

– И что ты предлагаешь? – подняла брови Васина бабушка. – Купить вокзал ради парочки аммонитов?

Дедушка заметно испугался. Он совсем не хотел покупать вокзал – ни ради парочки аммонитов, ни даже ради парочки поездов! Наверное, он не очень любил вокзалы. К тому же, ему было негде их хранить – особенно теперь, когда Вася начал собирать свою юную палеонтологическую коллекцию.

– Не стоит покупать вокзал ради одного занятия кружка, – улыбнулся Сан Саныч, – Достаточно рассказать нам о том, что вы заметили на улицах или внутри зданий. А если вы сфотографируете или зарисуете свою находку, будет просто замечательно.

Послышался громкий вздох облегчения. Вася представил, как дедушка мысленно вычёркивает вокзал из списков покупок, и тихонько засмеялся.

– По-по-покупать ископаемые в магазине – это неспортивно, – заявил Саша.

– Лучше сэкономить и проявить находчивость, – поддакнула Женя.

Карина гордо задрала нос:

– Я очень находчивая! Я нашла в бабушкиной шкатулке янтарную брошку!

– Причём тут ископаемые? – удивился Вася.

Вася за свою жизнь тоже немало интересного отыскал в бабушкиной шкатулке, но палеонтологическими находками там и не пахло. А вот другие юные палеонтологи совсем не удивились, как будто знали про янтарь что-то такое, чего Вася не знал.

– «Причём тут ископаемые?» – передразнила его Карина. – Да при том, что внутри этого ископаемого янтаря находятся ископаемые лягушонок и два ископаемых комарика!

– Не может быть! Как они туда попали? Я тоже в бабушкиной шкатулке янтарную брошку нашёл, когда был маленьким…

Вася осёкся. Зря он про брошку вспомнил…

– Нашёл и бросил в канаву, – ожидаемо возмутилась Васина бабушка, которая никогда и ничего не забывала. – Между прочим, эту брошку мне подарил твой дедушка много лет назад!

– Она была в виде кораблика, – вздохнул Вася, – а кораблики плавают… Хорошо, что ты его спасла. Но я точно помню, что никаких ископаемых пассажиров в янтарном кораблике не было.

Что такое инклюз

Сан Саныч зааплодировал.

– Карина, поздравляю с отличной находкой и тебя, и бабушку: янтарь с земноводным и двумя насекомыми – большая редкость!

– Но как они там оказались? – потребовал разъяснений Вася.

– Гораздо важнее не «как», а «когда», – ответил Сан Саныч. – Дело в том, что янтарь ещё не был твёрдым, когда они туда угодили, точнее говоря, в то время он ещё не был янтарём…

– А чем он был?

– Представь себе древнюю сосну, растущую на морском берегу. Очень древнюю сосну, я бы даже сказал, троюродную пра-пра-прабабушку современной сосны. В один прекрасный день на море поднялся шторм, и сильный ветер поломал её ветки. Но деревья умеют лечиться – и она заклеила свои раны прозрачной смолой, чтобы защитить их от вредителей.

– Как люди заклеивают пластырем порезанный палец, чтобы туда не попали микробы, – подсказал умный Никита.

– Смолы было так много, – продолжал Сан Саныч, – что большая капля упала вниз – прямо на маленького представителя отряда бесхвостых земноводных – то есть, на лягушонка, который в этот момент как раз раздумывал, какого из двух комаров – то есть, представителей отряда двухкрылых насекомых – ему съесть первым…

– За двумя зайцами погнался – и влип, как муха в варенье, – хихикнула Женя.

Вася представил себе маленького голодного лягушонка, который никак не может решить, какой же комарик вкуснее, и чуть не заплакал… Над ухом запищал совсем не ископаемый, а очень даже живой комар – голодный как лягушонок. Вася осторожно помахал рукой, отгоняя его, чтобы не мешал слушать Сан Саныча.

– И лягушонок, и комары оказались в смоляной ловушке. Набежали волны и унесли застывшую от воды каплю смолы в море, где её быстро засыпало песком, и она окаменела.

– Только смола окаменела? – не понял Вася. – А лягушонок и комары остались как живые?

– Правильно, – сказал Сан Саныч. – То есть, почти правильно. Они остались как живые – но всё-таки неживые. За то время, пока жидкая смола превращается в твёрдый янтарь, животное внутри неё тоже изменяется. Нам кажется, что янтарь непроницаемый как бетонная стена, но для растворённых в воде минералов он скорее похож на мелкое сито. На очень, очень, очень мелкое сито! Миллионы лет кальций из воды просачивался в янтарь. И миллионы лет он по крохотной частичке замещал собой каждую частичку лягушонка и каждую частичку каждого комара, пока они не окаменели. Прошло почти сорок миллионов лет, и вот очередной шторм выбросил на берег моря прекрасный экземпляр ископаемой смолы – то есть, янтаря…

– … с начинкой! – весело добавила Карина. – А потом его нашла моя бабушка и пошла к ювелиру, чтобы он из янтаря сделал брошку!

– Как я её понимаю! – воскликнула Васина бабушка, а дедушка проворчал:

– Всё это слишком сложно, чтобы быть правдой. Скорее всего, эту брошку сделали на фабрике из стекла и подарили твоей бабушке.

– А лягушонок внутри?! А комарики?! – оторопела Карина.

– Вероятнее всего, пластмассовые, – пожал плечами дедушка.

Сан Саныч сделал задумчивое лицо.

– Это смелая версия, но она нуждается в проверке. Карина, пожалуйста, захвати эту брошку на следующее занятие кружка. Я принесу ультрафиолетовый фонарик, и мы выясним, из чего она сделана. Дело в том, что в ультрафиолетовом свете настоящий янтарь проявляет эффект флуоресценции – то есть,светится зеленовато-голубым или жёлто-коричневым светом.

– Вы серьёзно? – фыркнула Васина бабушка.

Сан Саныч с воодушевлением закивал.

– Я с детства коллекционирую инклюзы – так называются янтари с ископаемыми растениями и животными, которые когда-то попали в смолу и окаменели вместе с ней. Иногда попадаются очень подозрительные экземпляры, и без ультрафиолета не определить, что же мне подвернулось – пластмасса, стекло или же настоящий янтарь. Фонарик меня очень выручает!

– Это единственный способ выяснить подлинность янтаря?– спросил Васин дедушка.

– Ну что вы, есть много других надёжных способов! Можно бросить свою находку в солёную воду – янтарь будет плавать, а стекло утонет. Можно взять спички и поджечь – пластмасса будет противно вонять, а янтарь пахнуть смолой. Если поскрести пластмассу острым ножиком, то получится стружка, а янтарь раскрошится на мелкие кусочки. К сожалению, все эти исследования вредят образцам…

– Нонсенс! – возмутилась Васина бабушка. – Я не позволю проверять мой янтарный кораблик этими варварскими методами, он же испортится!

– А фонариком позволишь? – обрадовался Вася.

Дедушка заворчал, что он никогда не давал поводов для подозрений, что кораблик за несколько десятков лет заслужил право называться янтарным, и что глупо проверять столетние побрякушки.

– Есть преступления, которые не имеют срока давности,– сурово произнесла бабушка, игнорируя все его возражения.

Янтарный таракан

Вася не любил, когда бабушка с дедушкой ссорились.

– Сан Саныч, – взмолился мальчик, – скорее расскажите про вашу коллекцию янтаря с этими, как их…

– С инклюзами, – подсказал Сан Саныч. – С удовольствием! Первый экземпляр в коллекции появился, когда я был ещё совсем маленьким: мой папа привёз из экспедиции янтарь с тараканом и положил его мне в коляску.

Бабушка и дедушка моментально забыли про кораблик.

– Из какой экспедиции? – спросил дедушка.

– С каким тараканом? – спросила бабушка.

Юные палеонтологи наперебой закричали:

– Из палеонтологической! Потому что он тоже палеонтолог! И его тоже зовут Сан Санычем!

Вася помотал головой.

– Подождите, я запутался. Таракана зовут Сан Санычем? И он тоже палеонтолог?

Разумеется, Сан Саныч помог ему распутаться – но не сразу, а когда перестал смеяться. Но хохотал он очень, очень долго.

– Таракана зовут манипулятор модификапутис. А Сан Санычем зовут не только меня, но и моего папу, а также дедушку, прадедушку, пра-пра-дедушку, и так далее. Это в нашем роду фамильное, как и увлечение палеонтологией. Я ещё в коляске лежал, а меня уже называли Сан Санычем. Когда у меня родится сын, я тоже назову его Сан Санычем.

– И тоже поло́жите ему в коляску таракана в янтаре, чтобы из него тоже вырос палеонтолог? – догадался Вася.

– К сожалению, манипулятора модификапутиса у меня больше нет…

Васина бабушка ахнула:

– Потеряли?!! Я так и знала! Ребёнку янтарь подарить, это… это просто нонсенс!

– Сан Санычи не теряют ископаемых, даже когда лежат в коляске, – обиделся Сан Саныч.

Васин дедушка спросил:

– При каких обстоятельствах он исчез? Где вы видели его последний раз?

Сан Саныч помрачнел.

– Я всегда носил с собой, пока однажды его у меня не отобрал инопланетян.

Никита, Женя, Карина и Саша уставились на своего руководителя.

– Вы нам об этом никогда не рассказывали! – загалдели они.

– Это шутка такая? – неуверенно улыбнулся Вася, но его бабушке так не показалось.

– Как у вас язык повернулся? – накинулась она на Сан Саныча.– С такими вещами не шутят! Нельзя говорить детям, что таракана «отобрал инопланетян»! Это неграмотно! Какой пример вы им подаёте?! Вы должны были сказать «отобрал инопланетянин»! Инопланетянин, а не инопланетян, понятно?! Это во-первых.

– Хорошо, что против инопланетян как таковых у вас нет возражений, – заметил Сан Саныч. – А что будет «во-вторых»?

– А во-вторых, я давно хотела вам сказать, что младенца нельзя называть Сан Санычем! Его надо звать Санечкой, и в коляску класть погремушку, а не таракана!

– Не надо Санечкой, – возразил дедушка, – лучше пусть он будет Шуриком. А в коляску положить бутылочку, а не погремушку.

Вася встревожился.

– Сан Саныч, они опять спорят! Скорее рассказывайте ещё что-нибудь про янтарь!

Сан Саныч тоже не хотел, чтобы бабушка и дедушка ссорились, и с готовностью начал:

– Мой папа Сан Саныч рассказал, что манипулятор модификапутис вымер сто миллионов лет назад, и если бы не янтарь, в котором он сохранился, то мы бы никогда не узнали, как он выглядел.

– Невелика потеря! – когда Васина бабушка сердилась, её было не остановить. – Ненавижу тараканов, глистов и прочих паразитов!

– Всё, что вы скажете, будет использовано против вас, – предупредил дедушка. – Он вымер, а у тебя никакого алиби.

– Что ты этим хочешь сказать? – разгневалась бабушка. – Что мне сто миллионов лет?!!

– Дедушка, ты ведь не думаешь, что это бабушка его тапком прибила? – вмешался Вася. – Может, на него просто динозавр наступил?

Сан Саныч не стал оправдывать динозавров и заступился за бабушку.

– Манипулятор модификапутис вымер в мезозое, поэтому мы можем смело предположить, что в его исчезновении никто из присутствующих здесь дам не виноват.

– Инфа сотка! Я как бы дама, но я тут ни при чём, честное слово! – поклялась Женя.

– Я ещё больше ни при чём, – сказала Карина, – и вообще, меня в мезозое ещё не было, я в кайнозое родилась.

Большой палеоэнтомологический секрет

Вася сосредоточенно вспоминал все известные ему геологические эры. Очень-очень давно был палеозой с его любимыми трилобитами. Потом, очень давно, наступил мезозой с его любимыми динозаврами и другими ящерами. А потом все ящеры вымерли, поэтому мезозой закончился, зато начался кайнозой.

Бабушка угрожающе молчала. Наверно, пыталась вспомнить, когда она родилась. Надо было срочно отвлекать её от мрачных мыслей.

– Сан Саныч, а какие ещё у вас есть инклюзы? – спросил Вася.

– Больше всего у меня инклюзов насекомых, хотя есть и несколько интересных экземпляров паукообразных. Недавно мне подарили янтарь с ногой паука и фрагментом паутины, в которой запуталась маленькая представительница отряда чешуекрылых – бабочка-толстоголовка.

– Чешуекрылая, – хихикнула Женя, – чешу я крылья…

Она принялась чесать воображаемые крылья, но Карина посмотрела на неё взглядом строгой воспитательницы детского сада, и Женя закрыла лицо руками, молча давясь от смеха.

– А паукообразные – это пауки, что ли? – уточнил Вася. – Вы так странно говорите, как будто они вовсе не насекомые.

Юные палеонтологи тихонько зашушукались.

– Не хотелось бы, чтобы ты в них разочаровался, но так оно и есть, – с улыбкой сказал Сан Саныч.

Негодующий Вася напустился на бабушку с дедушкой:

– Почему вы мне раньше не сказали, что пауки – это не насекомые?!!

– Потому что это большой палеоэнтомологический секрет, – оправдывался дедушка. – Раньше тебе его нельзя было рассказывать, потому что ты был обыкновенным мальчиком, но теперь, когда ты стал юным палеонтологом – теперь можно.

– Большой палео… какой? – растерялся Вася.

– Палеоэнтомологический! – подхватил Сан Саныч. – Ты, наверное, уже заметил, что у насекомых – таких, как бабочки, жуки и комары – шесть ног.

– Я даже заметил, что у пауков не шесть, а восемь ног! А когда я был маленьким, то думал, что у них две ноги лишние, – припомнил Вася.

– Должен тебе признаться, – понизил голос Сан Саныч, – что не все взрослые знают про разницу в две ноги. И я бы попросил тебя не считать их лишними и уж тем более не отрывать.

– Я больше не буду!

– Чего ты больше не будешь? – ехидно спросила Женя. – Ноги отрывать?

– Я никогда не отрывал паукам ног! Я хотел сказать, что больше не буду думать, что пауки это жуки с лишними ногами!

– Это правильно, – похвалил его Сан Саныч. – То есть, отрывать кому бы то ни было ноги – это неправильно. А думать, что это разные беспозвоночные – правильно! Пауков и других восьминогих – например, скорпионов и клещей – называют паукообразными. Есть и другие признаки, по которым можно отличить их от насекомых, но самый легкий способ – пересчитать ноги. Раньше наука энтомология занималась и насекомыми, и паукообразными. Но больше ста лет назад восьминогие объединились и уползли в свою отдельную науку арахнологию. Все шестиногие остались в энтомологии, а вымершие насекомые – например, тот самый манипулятор модификапутис, – в палеоэнтомологии. Вот так и получился большой палеоэнтомологический секрет, который ты сегодня узнал.

Вася успокоился. Невозможно сердиться, узнав большой палеэнтомологический секрет!

– Толстоголовая бабочка с ногой паука тоже вымерла? – зевнула Карина.

Сан Саныч развёл руками.

– Именно эта толстоголовка умерла, когда угодила в смоляную каплю. Миллионы толстоголовок, появившиеся на свет после неё, тоже умерли. Но на нашей планете до сих пор сохранились места, где порхают такие же толстоголовки, как мой экземпляр, сохранившийся в янтаре.

– Паук тоже порхает? – спросил Вася. – Он ведь не умер из-за того, что остался без одной ноги? Скажите, что он не умер!

– Он жил долго и счастливо, – зевнул Сан Саныч, – отрастил себе новую ногу, оставил множество потомков и тоже не вымер. Палеонтологи находят в балтийском янтаре множество растений и организмов, которые до сих пор живут и процветают. Это потому, что он довольно молодой, ему меньше сорока миллионов лет.

– Если сорок миллионов лет – это молодой, – зевнул дедушка, – тогда я – грудной младенец!

– Если сорок миллионов лет – это молодой, – зевнула бабушка, – то кто же тогда старый?

– Бирманский янтарь старый, – зевнул Сан Саныч, – ему около ста миллионов лет.

Морды и хвосты птерозавров

– Если балтийский янтарь находят в Балтийском море, то бирманский янтарь – в Бирманском море? –Вася потёр глаза, которые потихоньку начинали слипаться.

– Нет такого моря, – зевнул дедушка. – Бирмой раньше звалась страна, которая сейчас называется Мьянма. Она находится в Юго-Восточной Азии, на полуострове Индокитай. Там ещё Таиланд рядом.

– Правильно, – зевнул Сан Саныч. – Хотя сто миллионов лет в мезозое не было ещё никакого полуострова Индокитай.

– А что же было? – удивился Вася и вдруг сам зевнул.

– Был остров, который никак не назывался, потому что в мезозое некому было дать ему название, ведь людей ещё не было. На острове росли хвойные деревья – прабабушки современной араукарии. Вот из смолы араукарии и образовался бирманский янтарь.

Не успел Вася уточнить, что такое араукария, как Карина ревниво спросила:

– В нём тоже можно найти лягушат и комариков?

– О, бирманский янтарь – настоящая сокровищница для палеонтологов! – Сан Саныч так оживился, что даже перестал зевать. – Кого в нём только не находят! Насекомых, паукообразных, червей и моллюсков! Ископаемых птиц! И даже хвост динозавра! Впрочем, это слишком смелая версия: скорее всего, хвост принадлежал ящерице.

– Жалко, – вздохнул Вася. – Я бы хотел найти в янтаре тираннозавра… Или птеродактиля какого-нибудь…

– Птеродактиль в янтаре – это база, – зевнула Женя. – Ты бы какого хотел?

– А какими они бывают?

– Да-да-да какими они только не бывают, – зевнул Саша..

– Они бывают большие и маленькие, – зевнула Карина. – Зубастые и беззубые… С крокодильей мордой и с круглой головой… С длинным хвостом и бесхвостые…

– Правильно, – зевнул Сан Саныч. – То есть, почти правильно. Птеродактили действительно бывают разными, но некоторые из вышеописанных птеродактилей ими не являются. Иногда юные палеонтологи путают птеродактилей и птерозавров, а ведь это совершенно разные понятия. Все птеродактили относятся к птерозаврам, но не все птерозавры являются птеродактилями.

Бабушка потрясла головой, как будто хотела отогнать от себя не только сон, но ещё и парочку птеродактилей.

– Объясните заново, – велела она. – Так, чтобы даже ископаемый таракан понял, как их различать.

– Да-да-да нечего там различать, – вмешался Саша. – Птерозаврами называют всех летающих ящеров, которые делятся на птеродактилей и этих, как там их…

– Почти вспомнил, – похвалил его Сан Саныч . – В мезозое существовали две большие группы птерозавров – это были рамфоринхи и птеродактили. Причём палеонтологи думают, что первыми ящерами, освоившими воздушную стихию, стали рамфоринхи. А потом их вытеснили более продвинутые авиаторы птеродактили. Рамфоринхи были длиннохвостыми, а морды у них были разными – у кого-то круглые, у кого-то с длинным клювом. Птеродактили, наоборот, отличались длинномордостью, зато были короткохвостыми или же вовсе без хвоста.

– Вы мне совсем голову заморочили, – пожаловалась Васина бабушка.

– Всё абсолютно логично и совершенно понятно, – возразил дедушка. – Рамфоринхи – это длиннохвостые птерозавры, но не птеродактили. А птеродактили – это не рамфоринхи, а длинномордые птерозавры. Вася, ты запомнил?

Вася зашевелил губами, пытаясь повторить, но запутался в длинных словах.

– Я запомнил главное, – сказал он. – Я запомнил, что надо хотеть найти в янтаре птерозавра. Я обрадуюсь любой морде и любому хвосту!

– Я бы тоже не отказался от такой находки, – согласился с ним Сан Саныч. – Но в янтаре, как правило, оказываются беспозвоночные или маленькие позвоночные – те, у кого силёнок не хватает, чтобы вырваться из липкой ловушки.

– В точности, как в бабушкиной брошке! – воскликнула Карина. – Там и маленький позвоночный лягушонок, и крошечные беспозвоночные комарики!

– Насекомые, пауки, лягушки, ящерицы, птенчики, – перечислил Сан Саныч. – Если бы самый маленький детёныш тираннозавра наступил на каплю смолы – пусть даже на очень большую каплю! – он бы этого и не заметил.

Вася хотел спросить, насколько большим был самый маленький детёныш динозавра, но вместо этого широко зевнул.

Впрочем, все вокруг зевали и тёрли глаза. Сан Саныч зевал вежливо, отворачиваясь в сторону. Дедушка зевал с открытым ртом, а бабушка – прикрываясь ладошкой. Юные палеонтологи зевали хором, с подвыванием. Разговор потух, как костёр, и Сан Саныч объявил отбой.

Вася засыпал с уверенностью в успехе следующих раскопок. Ему снился Сан Саныч, держащий в руках огромный кусок янтаря, в котором можно было разглядеть мордатого и хвостатого таракана, на котором сидел ещё один Сан Саныч с янтарём в руках, в котором можно было рассмотреть таракана поменьше, на котором сидел ещё один Сан Саныч. Последний Сан Саныч был очень маленьким, и его было плохо видно, но Вася точно знал, что в руках у него янтарь, в котором можно разглядеть крошечного таракана, и на нём тоже будет сидеть Сан Саныч с янтарём в руках.

Разоблачение кораблика

Вернувшись с раскопок домой, бабушка первым делом пошла в магазин. Вася немного удивился, потому что за продуктами обычно ходил дедушка. Но через полчаса она вернулась без хлеба и молока, зато с ультрафиолетовым фонариком, и всё стало понятно.

Не слушая протесты дедушки, бабушка велела Васе принести на кухню её шкатулку с драгоценностями и выключить свет. В темноте она направила ультрафиолетовый луч на янтарный кораблик, но никакого зеленовато-голубого свечения Вася не увидел. Ни жёлтого, ни коричневого, ни синего – никакого.

– Янтарь не настоящий… – огорчился Вася.

– Я так и знала! – Бабушка включила свет, чтобы дедушка увидел, как она гневается. – Ты подарил мне поддельный янтарь, это возмутительно!

– Был неправ, – вздохнул дедушка. – Раскаиваюсь и готов искупить свою вину в ювелирном магазине.

– Так дёшево тебе не отделаться! – бабушка помахала указательным пальцем перед его носом. – Этот позор можно смыть только морской водой!

Дедушка застонал, и, не успел Вася спросить, где взять столько морской воды, как бабушка объявила:

– Собирайте рюкзаки. Мы отправляемся на берег Балтийского моря искать настоящий янтарь!

На такое счастье Вася не мог рассчитывать даже в своих самых смелых мечтах.

– Ура! Здо́рово! – закричал он. – Ты будешь собирать коллекцию как Сан Саныч?

– Нонсенс! Зачем мне коллекция тараканов?

– Тараканов на шею не нацепишь, – усмехнулся дедушка. – В уши не вставишь и на палец не наденешь.

– Вот именно, – величественно кивнула бабушка. – Нет, я лучше останусь скромным собирателем дорогих украшений.

– Жалко… Ой, а как же папа с мамой? – спохватился Вася. – Они поедут с нами?

– Они вернутся из командировки только через неделю, – напомнил дедушка. – Думаю, что они тоже не откажутся от такой поездки. Предлагаю отсрочить исполнение моего приговора и дождаться их возвращения.

Но бабушка уже положила ультрафиолетовый фонарик в свою сумочку.

– Динозавры вымерли, потому что откладывали важные дела на потом! – провозгласила она.

– Откуда ты знаешь? – удивился Вася. – Значит, ты всё-таки…

– Ш-ш-ш, – зашипел на него дедушка: – Ни слова больше, а то мы с тобой тоже вымрем!

Вася зажал себе рот одной рукой, а второй рукой схватился за смартфон. Надо было срочно поделиться своей радостью с друзьями!

Он коснулся пальцем кружочка посередине экрана. Ему очень нравилось трогать за нос тираннозавра, который был изображён в этом кружочке. И ещё больше ему нравилось, что тираннозавр открывал чат под названием «Динозавры онлайн», где переписывались друг с другом юные палеонтологи и Сан Саныч.

Чат «Динозавры онлайн»

Васязавр: ура! мы едем за янтарём на Балтийское море!!!!!!!!!

Сашазавр: ???

Васязавр: янтарный кораблик!!! дедушкин подарок бабушке сто лет назад!!! Оказался не янтарный!!! Теперь бабушка злиться и хочет новый янтарь!!!!!!!!!

Кариназавр: Не хочу показаться занудой, но бабушка, вообще-то, не злиТЬся, а злиТся. Проверяй вопросом: бабушка «что делаеТ?» В слове «делает» нет мягкого знака, значит, «бабушка злится» тоже без мягкого знака.

Васязавр: я написал неправду. У моей бабушки прекрасный характер, она справедливый человек и никогда ни на кого не злится, даже на тех, кто этого заслужил. А ещё она никогда не обсуждает своих родных и близких с другими людьми в мессенджерах, потому что это неэтично.

Сашазавр: ???????????

Никитазавр: кажется, это не Вася.

СанСанычезавр-рекс: что-то мне подсказывает, что Васин телефон взяла Васина бабушка. Дорогая бабушка, от всей души Вам сочувствую, это очень обидно, когда оказывается, что дорогой сердцу янтарь совершенно не янтарь! Пожалуйста, верните телефон обратно Васе. Я хочу передать ему книжку, которая будет очень кстати в вашей поездке. Желаю Вам приятного путешествия и успешных поисков настоящего янтаря.

Кариназавр: Мы с Никитой сразу заметили, что если Вася пишет без ошибок, то это не Вася!

Женязавр: ахаха)

Сашазавр: ))))

СанСанычезавр-рекс: Динозавры, внимание. Мне надо передать Васе книжку, которая ему пригодится в поездке. Но я сейчас уезжаю в командировку, а Васин дом мне совершенно не по пути. Зато я буду проезжать мимо дома Саши. Поэтому я брошу книгу в Сашин почтовый ящик, а Саша завтра её заберёт и передаст Никите. Никита отнесёт Карине, Карина – Жене, а Женя – Васе. Вы все живёте недалеко друг от друга, и никому далеко идти не придётся. Справитесь?

Сашазавр: не вопрос…

Никитазавр: без проблем.

Женязавр: изи

Кариназавр: ну не знаю… Я завтра с Амфи занимаюсь на собачьей площадке

Васязавр: это снова я!!!!!!! Давно хотел спросить! Почему твою собаку зовут Амфи?

Кариназавр: потому что он ещё щенок. Когда вырастет – буду звать полным именем Амфицион.

СанСанычезавр-рекс: Карина, как настоящий палеонтолог, назвала собаку в честь амфициона – так по-латыни называется собакомедведь, вымерший хищник кайнозоя.

Кариназавр: ладно, уговорили. Пусть Никита приносит книжку к собачьей площадке, я как-нибудь занесу её Жене

Женязавр: «как-нибудь»)))) Вася, почекай время вылета!

СанСанычезавр-рекс: перевожу на русский язык: Вася, когда у вас самолёт? Точнее, во сколько вы из дома выходите? Женя должна понимать, сколько у неё времени на передачу книги тебе.

Васязавр: сейчас спрошу

СанСанычезавр-рекс: Я постараюсь быть на связи, но сложности с интернетом неизбежны, так что не ждите от меня быстрых ответов на сообщения.

Самолётом, поездом, пешком

Дедушка как раз смотрел расписание самолётов до Калининграда.

– На завтра билетов нет, – сообщил он. – И на послезавтра тоже. И на следующую неделю… И в следующем месяце тоже пусто…

– Не может быть! Пусти, я сама взгляну! – бабушка сунулась к монитору, но дедушка уже перескочил на другой сайт.

– Секундочку, – пробормотал он, разворачивая монитор так, чтобы бабушке и Васе ничего не было видно. – Посмотрю, что у нас с поездами… Ну и ну! Движение перекрыто! Какое удивительное совпадение: когда нам срочно надо в Калининград, туда никак не попасть!

– Мы никуда не поедем? – расстроился Вася.

Бабушка сурово взглянула на дедушку.

– Предпочитаешь пешком? Ну-ну…

Она включила свой планшет, набрала несколько слов, и через секунду Вася услышал голос программы-навигатора:

– Маршрут до Калининграда. Десять с половиной дней. Одна тысяча двести девяносто девять километров. Будьте осторожны, на пути встретятся девять лестниц.

– Маловато будет, – сказала бабушка и коснулась экрана.

– Двенадцать дней, – отозвался навигатор. – Одна тысяча триста пятьдесят километров. Четырнадцать лестниц.

Вася прошептал:

– Двенадцать дней! Бабушка, почему так долго?

В ответ бабушка нехорошо улыбнулась и наклонилась к планшету:

– Двенадцать лестниц – это уже лучше, но можно и ещё постараться, – приказала она.

– Тринадцать с половиной дней. Одна тысяча четыреста пять километров. Двадцать три лестницы, – в голосе навигатора звучала гордость.

– Идеально! – воскликнула бабушка.

Дедушка не верил своим ушам.

– Идти тринадцать с половиной дней до Калининграда?! Через двадцать три лестницы?!! – он в ужасе потёр свои колени. – Издеваешься?!!

– Разумеется, – пожала плечами бабушка, – как и ты!

Вася рассердился.

– Я думал, вы по-настоящему в Калининград хотите! А вы издеваетесь! Я на вас папе пожалуюсь! И маме!

– Найден новый маршрут, – сообщил навигатор. – Двадцать восемь дней. Три тысячи девятьсот восемьдесят два километра. Сорок шесть лестниц.

Дедушка отвернулся к монитору.

– Вылетаем завтра ночью, – сказал он. – Рейс в 23.15.

Но бабушка почему-то не обрадовалась.

– Прилетим посреди ночи! Ты совершенно не заботишься о соблюдении моего режима сна и бодрствования! А о ребёнке ты подумал? Вася, немедленно чистить зубы и в кровать!

Вася хотел сказать, что не хочет спать, но дедушка весело подмигнул:

– Самолёт на кровать вылетает через пять минут!

– От винта! – скомандовал себе Вася и помчался в ванную.

Уже в кровати он вспомнил, что не написал ответ Сан Санычу.

Домашний арест черепа

Чат «Динозавры онлайн»

Васязавр: самолёт завтра позно вечером!!!

Кариназавр: не позно, а позДно.

Сашазавр: есть проблема… домашний арест… я про него совсем забыл…

Женязавр: жесть! тебя заперли?

Сашазавр: почти… мама сказала, что не выпустит меня из комнаты, пока я порядок не наведу…

Кариназавр: и в чём тут проблема? Наведи и выходи!

Сашазавр: даже если я сейчас начну, то к утру не успею…

Женязавр: трэш!

Васязавр: ой… Сан Саныч, что делать???? Сашу из дома не выпускают!!!

Васязавр: Сан Саныч???

Васязавр: Сан Саныч!!!!

Сашазавр: позно… он предупреждал, что со связью будут проблемы…

Кариназавр: не позно, а позДно! Всем спать. Кроме Саши!!

Сашазавр: (((

Женязавр: хррр

Васязавр: Сан Саныыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыы

Стоило Васе моргнуть, как глаза его слиплись, и голова упала на подушку. А утром, едва открыв глаза, он сразу схватился за смартфон.

Чат «Динозавры онлайн»

Женязавр: ну чо как?

Сашазавр: (((

Никитазавр: мы в тебя верим. Если при уборке откопаешь череп, неси его ко мне. Будем определять.

Сашазавр: Никитос, ты гений… если я вынесу из дома череп, уборку мне простят…

Кариназавр: чей череп?

Сашазавр: сам не знаю… На даче грядки копал и нашёл… стопудово пещерный лев… то есть, львёнок… он маленький, этот череп…

Женязавр: или даже саблезубый тигрёнок?!!

Кариназавр: не было никаких саблезубых тигров!

Васязавр: грусно((( почему не было??? в мультике про ледниковый период были!!!

Кариназавр: не грусно, а грусТно!

Никитазавр: Не саблезубый тигр, а смилодон.

Женязавр: чего????

Кариназавр: не чего, а что.

Женязавр: ну ты и душнила. Мегадушнила. Супердушнила. Напомни, почему мы вообще с тобой общаемся?

Кариназавр: потому что если на тебя нападёт тираннозавр, я скомандую ему: «Фу, место!» и нашлёпаю его по морде!

Никитазавр: Карину иногда заносит, но мы все знаем, что она надёжный товарищ

Женязавр: точно! как я могла забыть, что она настоящий токсичный друг!

Кариназавр: подушню ещё немного. Ты сделала три опечатки в слове «тактичный»!!!

Женязавр: нет))))

Никитазавр: Возвращаемся к теме. Это животное называется не саблезубый тигр, а смилодон. Смилодоны жили на территории Южной Америки, у нас они никогда не водились.

Васязавр: а вдруг один маленький смилодон из Южной Америки пришёл к Саше на дачу и умер????

Женязавр: глупый смилодон) Нашёл, куда приходить! Лучше бы он на моей даче умер((

Кариназавр: между прочим, если в комнате беспорядок, который даже за ночь не убрать, тогда череп нельзя найти без уборки

Никитазавр: Если найти череп, то можно не делать уборку, но без уборки череп нельзя найти… Парадокс получается!

Сашазавр: нормас… я его по запаху найду…

Никитазавр: по запаху?!! Так, стоп. План поменялся! Не надо его ко мне приносить! Я не хочу определять, кому принадлежал вонючий череп!!! Отбой! Отмена! Мне совершенно не интересно, чья это была голова, если она воняет!

Сашазавр: привыкнешь… я же привык… череп взял, выхожу…

Кариназавр: книжку из почтового ящика возьми!

Сашазавр: упс… чуть не забыл…

Тайная жизнь юных палеонтологов

Вася порадовался за досрочное освобождение Саши и посочувствовал Никите, на чью голову вот-вот свалится вонючий череп. Вспомнив про Сашины сложности с уборкой, Вася отложил смартфон. Домашний арест ему не грозил, но кровать всё равно стоило заправить. Он придирчиво оглядел свою комнату, подобрал с пола конфетный фантик и выбросил его в мусорное ведро. Сходил в ванную, чтобы поменять воду в трёхлитровой банке, где на дне лежали перламутровые аммониты. За спиной у бабушки прокрался на кухню за солонкой и добавил в банку щепотку соли и окаменелого трилобита – пусть аммониты думают, что ничего не изменилось, и они по-прежнему живут в море мезозоя, где полным-полно ископаемых из палеозоя. Достал из-под стула вчерашние носки и вытер ими невидимую пыль с картины, на которой он собственноручно изобразил скалящегося тираннозавра. Сунув носки в шкаф, Вася с грязными руками и чистой совестью вернулся к смартфону, где его уже ожидало несколько новых сообщений.

Чат «Динозавры онлайн»

Сашазавр: Никитос, я уже иду… но есть проблема…

Кариназавр: и эту проблему зовут Саша))

Сашазавр: это меня зовут Саша… а проблему зовут череп… он лежал в пакете…. и я положил туда книжку…

Никитазавр: что-то я тоже пока не вижу проблемы.

Кариназавр: а я вижу! точнее, я её носом чую!!!

Женязавр: я тоже! теперь книжка будет вонять!!!

Сашазавр: только Сан Санычу не говорите…

Сашазавр: я тормоз… надо было в другой чат писать…

Женязавр: удаляй!

Никитазавр: удаляй!!

Кариназавр: купи пакет для книги. И удаляй, пока не позДно!!!

Васязавр: что удалять??? почему удалять??? зачем удалять???

И тут прямо на глазах у Васи все сообщения начали исчезать. Последним исчезло Сашино «есть проблема». Вася встревожился: неужели смартфон сломался?! На всякий случай он решил его выключить и заново включить. Но после перезагрузки пропавшие сообщения обратно не возникли. Зато появилась надпись «Вас добавили в чат «Монстры на свободе».

Вася осторожно коснулся кружочка, на котором красовался непонятный зверь.

Чат «Монстры на свободе»

Каринацератопс: два чата!!! у нас всего два чата!!! Неужели так сложно запомнить?!! разные названия и аватары тоже разные!

Васязавр: Что такое аватар????

Никитлодок: Аватар – это картинка в кружочке. В чате с Сан Санычем на аватаре тираннозавр-рекс. Название – «Динозавры онлайн». Это Сан Саныч придумал. А тайный чат, в котором нет Сан Саныча, называется «Монстры на свободе». Это Женя придумала.

Васязавр: а кто у него на аватаре?

Никитлодок: у «Монстров на свободе» на аватаре дитриархивелоцираптор – то есть, диплодок с головой трицератопса, крыльями археоптерикса и ногами велоцираптора.

Васязавр: тоже Женя придумала?

Женяптерикс: рофл))) я такое не выговорю))) это Никитос постарался))

Каринацератопс: Вася, ты понял, что у нас два чата, которые нельзя путать?!!!

Васязавр: почему??

Каринацератопс: потому что тогда Сан Саныч догадается, что у нас есть тайный чат!

Васязавр: а зачем нам тайный чат???

Женяптерикс: здесь свой вайб))

Никитлодок: например, чтобы обсуждать то, о чём лучше не знать Сан Санычу.

Васязавр: что Саша положил вместе книгу и дохлый череп??

Сашараптор: !!!!!!!!!!!!!!!

Никитлодок: Саш, не звони. Сейчас открою.

Каринацератопс: откуда ты знаешь, что он уже пришёл?

Женяптерикс: от верблюда))))

Сашараптор: от черепа… верблюда пока нет… надо будет ещё на даче покопаться…

Вася подождал ещё немного, ни больше никто ничего не писал. Вася представил себе, как Никита вынимает из пакета книгу и обнюхивает её, сморщив нос. Вася тоже сморщил нос и принюхался. Пахло блинчиками.

– Завтракать! – закричала с кухни бабушка.

Блинчики заставили Васю ненадолго забыть про череп, а после завтрака, когда он хотел вернуться в чат, бабушка отправила его в ванную чистить зубы. Потом он помогал бабушке мыть посуду и повторял английский алфавит. Потом с дедушкой повторял таблицу умножения.

Вася любил учить с дедушкой таблицу умножения. И заниматься с бабушкой английским языком ему тоже нравилось. Но сегодня он так хотел узнать, чей же череп Саша принёс к Никите, что разбил чашку, выкинул половину букв из английского алфавита и зарифмовал таблицу умножения.

Услышав «трижды три – тридцать три», а «четырежды четыре – двадцать четыре», дедушка нахмурился. Последовавшие далее «пятью пять – двадцать пять» и «шестью – шесть – тридцать шесть» усыпили его бдительность, но «семью семь – сорок семь» и «восемью восемь – сорок восемь» заставили дедушку потрогать внуку лоб и объявить перерыв.

Вася схватился за смартфон. В чат сразу посыпались сообщения, как будто только его и ждали.

Чат «Монстры на свободе»

Каринацератопс: я жду новостей о черепе! Кто он? Пещерный львёнок?

Женяптерикс: или саблезубый тигрёнок?

Сашараптор:: он кошкобелка…. в смысле, он или кошка или белка… а лучше бы смилодон…

Никитлодок : Мы его долго приводили в порядок, а когда почти отмыли, нас выгнали из дома. Иногда я совершенно не понимаю своих родителей. На данный момент череп – в помойке, а мы – в парке. Кстати, полежав в одном пакете с черепом, книга действительно приобрела его свойства, поэтому нас легко можно найти по запаху.

Каринацераптор: мы с Амфи гуляем возле собачьей площадки. Он меня куда-то тянет – наверное, вас унюхал))

Киты и «Колобок»

Подкравшаяся бабушка выхватила у Васи смартфон.

– Глаза должны отдыхать! Лучше почитай книги для летнего чтения, которые на каникулы задали.

– Не буду! – запротестовал Вася. – Там какие-то сказки для маленьких!

Заглянувший в комнату дедушка вступился за него:

– Глупости какие, книги по списку читать!

Бабушка не упустила возможности наябедничать про Васину двойку по чтению:

– Учительница задавала пересказ «Колобка», а твой внук рассказал ей сказку про кита, который вылез из моря на сушу, а потом снова вернулся в море, потому что на суше ему не понравилось.

– Это не сказка, – обиделся Вася. – Сан Саныч говорил, что давным-давно все животные обитали в воде, но через много миллионов лет им стало интересно, есть ли жизнь на суше. Самые любопытные отрастили себе ноги вместо плавников и вылезли на берег. А ещё через много миллионов лет прадедушки и прабабушки китов соскучились по воде и вернулись в море. Бабушка, ты сказала учительнице, что я ничего не придумал, что всё так и было?

– Ты что, хочешь, чтобы я всем и каждому излагала эволюцию китов?! Люди ещё не готовы к этому знанию.

– А когда они будут готовы? – спросил Вася, но бабушка притворилась, что ничего не услышала.

– Это большой китовый секрет, – подмигнул Васе дедушка. – Неужели во всём летнем чтении совершенно нечего читать?

– Всё, что было про природу, я уже прочитал… Остались всякие выдумки: про ушастого мутанта и говорящего крокодила, про цветочек из Красной книги и недрессированного хищника… Ничего, сегодня мне ребята из палеонтологического кружка книжку про янтарь принесут от Сан Саныча, я её с собой в дорогу возьму.

– Когда принесут?! – всполошилась бабушка.

– Вечером уезжаем! – напомнил дедушка.

– Сан Саныч всё продумал! Он вчера уехал в командировку, а книжку положил в Сашин почтовый ящик. Саша передаст книжку Никите, Никита – Карине, Карина – Жене, а Женя – мне.

– Молодцы! – похвалил дедушка. – Дружба и взаимовыручка – это прекрасно!

Бабушка усмехнулась.

– «Игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, сундук на дубе, а дуб – на острове Буяне в море-океане»… Ну почему нельзя было бросить книжку не в Сашин, а в наш почтовый ящик? Это было бы гораздо удобнее!

– Потому что удобства и комфорт не способствуют развитию дружбы и взаимовыручки, – пояснил дедушка.

– Потому, что наш дом Сан Санычу не по дороге, – сказал Вася. – И это здо́рово! Если бы Сан Саныч вечером бросил книжку в наш почтовый ящик, то утром я бы сбегал вниз и принёс её. И все юные палеонтологи сидели бы по домам и ничего бы не происходило. Это скучно!

Бабушка прищурилась.

– А через Сашин почтовый ящик, стало быть, весело… Интересно, почему?

– Очень весело! – подтвердил Вася. – Потому что Саша был арестован и не мог забрать книжку, но его выпустили с черепом! Он хотел спросить у Никиты, это пещерный лев или саблезубый тигр, но Никиту выгнали из дома, и он выбросил его череп в помойку…

– Саша выбросил Никитин череп? – хмыкнула бабушка. – Как же теперь Никита будет жить без своего черепа?

Дедушка вмешался:

– У Никиты не было никакого черепа!

– Как же не было, – заспорила бабушка, – человек не может жить без черепа!

– Вы ничего не поняли, это был Сашин череп! – воскликнул Вася.

– Какая разница, – отмахнулась бабушка, – Саше без черепа тоже не Саша, а какой-то всадник без головы! Скажи Никите, что хорошие мальчики… то есть, палеонтологи…Скажи ему, что хорошие палеонтологи не бросаются черепами!

– Да нет же, бабушка, это не Сашин череп и не Никитин! Это был череп белки или кошки! – нетерпеливо объяснил Вася.

– Минуточку, – вмешался дедушка, – откуда там белка с кошкой, когда предполагался пещерный лев или саблезубый тигр?

– Никаких саблезубых тигров вообще не было, – заявил Вася, – Никита сказал, что их звали смилодоны.

– Куда они их звали? – переспросила бабушка.

– Кто? – растерялся Вася. – Кого звал?

– Ты сказал, что саблезубых тигров куда-то позвали смилодоны, – напомнила бабушка. – И они пошли? Надеюсь, что нет. Если бы я была саблезубым тигром, я не позволила бы меня никуда звать никаким смилодонам!

– А дальше что было? – поинтересовался дедушка.

Вася пожал плечами.

– А дальше я не знаю, потому что бабушка у меня смартфон отобрала!

– На самом интересном месте! – возмутился дедушка. – Я хочу знать, чем у них там всё кончилось!

– Я тоже, – призналась бабушка, возвращая Васе смартфон. – Вслух читай! Осенью вместо «Колобка» перескажешь учительнице похождения черепа.

Свежие новости из помойки

Чат «Монстры на свободе»

Женяптерикс: ну чо? ну как? ну почему никто ничего не пишет?!!

Сашараптор: есть проблема…

Никитлодок: две проблемы…

Каринацераптопс: Три проблемы! Во-первых, кое-кто выбросил в помойку книгу Сан Саныча! Во-вторых, мне торжественно вручили пакет с дохлым черепом!! В-третьих, Амфи решил, что это угощение для него, и теперь не хочет отдавать!!!

Сашараптор: перепутал человек пакеты… бывает…

Никитлодок: во-первых, кое-кто уже пошёл доставать книгу из помойки. Во-вторых, я извинился. В-третьих, теперь можно считать доказанным, что амфиционы были падальщиками.

Васязавр: кем они были? кто такие падальщики?

Женяптерикс: любители дохлятины)))))

Каринацератопс: в-третьих, теперь от него воняет как от гиены(( как я его домой приведу?

Сашараптор: никак не приведёшь… твой собакомедведь бегает по парку с черепом кошкобелки в зубах…сначала его поймать надо…

Васязавр: как воняет от гиены?

Женяптерикс: кринжово))))))))

Васязавр: Молодые люди, правильно ли я понимаю, что вы вчетвером стоите посреди парка и переписываетесь через мессенжер, вместо того, чтобы вести беседу лицом к лицу?

Сашараптор: ???

Никитлодок: Васина бабушка, пожалуйста, верните телефон Васе!

Васязавр: я не Васина бабушка. Я Васин дедушка! И я настаиваю на живом человеческом общении, особенно среди подрастающего поколения!

Каринацератопс: может, кто-то и стоит посреди парка, но лично я не стою, а гоняюсь за Амфи!

Сашараптор: а мы с Никитосом стоим… но не посреди парка… мы стоим посреди помойки…

Женяптерикс: а я вообще дома на чиле! и не стою, а сижу! А иногда даже лежу!!!

Никитлодок: всё в порядке, я нашёл нужный мусорный бак.

Каринацератопс: у кого колбаса есть?

Женяптерикс: это тема! Хватит уже про дохлые черепа, давайте про колбасу!

Сашараптор: где-то рядом со мной точно есть колбаса… только она пахнет как череп…

Никитлодок: я достал книжку. С ней всё нормально, она в пакете. Кстати, куда пропал Саша?

Женяптерикс: он полез в помойку за колбасой)) инфа сотка))

Каринацератопс: совсем спятил! мне не нужна тухлая колбаса! мне нужна вкусная свежая докторская колбаса!

Сашараптор: здесь такой нет… я проверил…

Васязавр: Вкусная свежая колбаса из помойки? Нонсенс!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Никитлодок: Васин дедушка, пожалуйста, верните телефон обратно Васе!

Васязавр: я не Васин дедушка, а Васина бабушка!

Каринацератопс: Васина бабушка, у вас колбаса есть?

Васязавр: я не Васина бабушка, я сам Вася!! Бабушка побежала на кухню и дедушку за собой утащила!!! У меня шоколадка есть! Надо????

Сашараптор: шоколадка всегда надо…

Каринацератопс: мне срочно нужна колбаса! Женя, купи колбасу и приходи в парк.

Сашараптор: хлеб не забудь… я не ем шоколад с колбасой без хлеба…

Женяптерикс: это база))

Каринацератопс: мне нужна колбаса, чтобы приманить Амфи! Женя, докторскую бери, копчёную собакам нельзя! И зубную щётку и пасту, чтобы почистить ему зубы!!!

Сашараптор: а я думал, пикник намечается… хорошо, что тираннозавры вымерли… ты бы им тоже зубы почистила…

Никитлодок: Женя, пожалуйста, купи антибактериальные салфетки.

Женяптерикс: Салфетки, хлеб, зубная щётка с пастой, колбаса… Ничего не забыла? Вроде всё записала. Нутаквот….. ФИГУ ВАМ ВСЕМ, потому что у меня денег нет!!!

Васязавр: говорит бабушка. Я уже приготовила бутерброды с колбасой и сыром. Сейчас найду стаканчики для яблочного сока, и мы выходим!!!

Сашараптор: я же говорил, что пикник намечается…

Женяптерикс: стопэ, а как же я?!!! у вас пикник, а я буду дома сидеть?!!

Васязавр: дедушка у аппарата. А ты не сиди. Чего дома сидеть, если все идут в парк? Антибактериальные салфетки и зубную щётку я уже положил. Какую пасту любит этот ваш Амфи – мятную или апельсиновую?

Каринцератопс: Мятную! И апельсиновую!!!

Васязавр: это я, Вася! я скоро к вам приду!!! с шоколадкой!!! и ещё с бабушкой и дедушкой!!!

Женяптерикс: без нас не начинайте!!!

Каринцератопс: без кого это «без вас»?

Женяптерикс: без нас с Гастоном! мы уже вышли из дома! мчимся в парк!!!

Васязавр: кто такой Гастон???

Никитлодок: кто такой Гастон?

Каринацератопс: что за бред? какой Гастон?!!

Сашараптор: ???

Брюхоногий Гастон

Когда Вася с бабушкой и дедушкой в парке отыскали юных палеонтологов, Амфи уже был на поводке.

– Жалко, что я не успел увидеть, как Карина будет его ловить, – вздохнул Вася. – На что приманивали?

– На моего Гастона! – прорычала Женя. – Я его только-только выпустила, чтобы он воздухом подышал, а этот монстр подбежал и челюстями щёлкает! Пришлось обратно спрятать, бедный Гастончик, никакой прогулки не получилось…

Она прижимала к себе небольшой контейнер-переноску и нежно гладила его по крышке.

– Интересно, – сказал Никита, оттиравший следы помойки антибактериальными салфетками, – можно ли считать доказанным, что амфиционы питались не только падалью, но и моллюсками?

Вася рассматривал Гастона через полупрозрачные стенки переноски.

– Похож на гигантскую улитку, – заметил он.

Женя засмеялась:

– Спасибо, кэп! Гастон похож на гигантскую улитку, потому что он и есть улитка! Гигантская африканская сухопутная улитка ахати́на! Утром купила. Все карманные потратила!

– Значит, Гастон – гастропода?! – обрадовался Вася. – Настоящая живая гастропода?!

Никита поправил очки.

– Как сказал бы Сан Саныч, все улитки – это гастроподы, но не все гастроподы – это улитки.

Васина бабушка взглянула на него сверху вниз.

– Попробуйте объяснить снова, молодой человек, потому что первая попытка вам не удалась.

Никиту не пришлось просить два раза.

– Улитками обычно называют брюхоногих моллюсков, обладающих наружной раковиной. А бывают ещё безраковинные брюхоногие моллюски, например, слизни…

– Брюхоногие?!! – перебил его Вася. – Какое смешное название!

– Если перевести на латинский язык, получится «гастропода», – невозмутимо сказал Никита. – Но это звучит не так смешно. А над головоногими ты уже смеялся?

Вася хрюкнул от смеха – точно так же, как на своих первых в жизни раскопках, когда он узнал, что его любимые аммониты и белемниты называются головоногими моллюсками.

– Ещё тебя могут насмешить лопатоногие моллюски, – никак не мог остановиться Никита. – А может, тебе покажутся забавными брахиоподы – их название переводится как плеченогие, которые, хоть и похожи на моллюсков, но ими не являются…

Вася очень старался сохранить такое же серьёзное лицо, как у Никиты, но не выдержал и захохотал в голос.

Карина взглянула на Гастона, на Женю и закатила глаза.

– Брюхоногое!!! Ну ты вообще придумала! Тебе что, больше завести было некого?!!

– Тебе просто завидно, – обиделась Женя, – потому что улитки намного древнее собакомедведей.

– Это правда, – поправил очки Никита. – Первые находки ископаемых гастропод относятся к палеозою. В мезозое их стало гораздо больше, но наивысшего расцвета гастроподы достигли в кайнозое, когда амфиционы ещё только-только появились.

Гордая Женя показала Карине язык и долго рассказывала, как хорошо поддаётся дрессировке умница Гастон. Впрочем, её никто не слушал.

Саша под командованием Васиной бабушки расстилал на лужайке плед и расставлял тарелки. Карина учила Васиного дедушку правильно намазывать пастой зубную щётку. Амфи с любопытством наблюдал за людьми и принюхивался к запаху мяты.

– Так тебе и надо, собакомедведь противный, – прошипела Женя. – Сейчас тебе морду начистят, будешь знать, как на брюхоногих моллюсков покушаться!

– Ты мой хороший собакомедведик, открой пасть, – ворковала Карина.

Лязгнули челюсти. Через секунду Амфи выплюнул обломки зубной щётки и облизнулся.

– Почему вы называете его собакомедведем?– спросил потрясённый дедушка. – Это собакоакула какая-то!

– Ну почему сразу акула, – заступилась Карина за своего пса, – может, ему мятная паста не понравилась.

– Акула – это неподходящее сравнение для амфициона, – согласился Никита. – Назовём его мегалодоном!

Собакомегалодон повел носом, принюхиваясь, и повернулся к огурцам, которые бабушка как раз достала из сумки.

– Даже не думай! – сказала бабушка, встретившись с ним глазами.

Под бабушкиным хищным взглядом Амфи попятился, не рискуя поворачиваться к ней хвостом, а потом как ни в чём не бывало направился к дедушке.

– У меня нет ничего вкусного! – испугался тот, бросая в собаку зубную пасту.

Амфи на лету подхватил её и вернулся к Карине. Лёжа у ног хозяйки, он раскусил тюбик пополам и принялся вылизывать содержимое.

Вася засмеялся:

– На самом деле амфиционы питались не падалью и не моллюсками, а мятной зубной пастой!

Никита взволнованно протёр очки футболкой.

– Самые первые представители этого семейства появились пятьдесят миллионов лет назад в начале кайнозоя, – сказал он. – А самые последние – вымерли девять миллионов лет назад!

– Ты-ты-ты это к чему? – спросил Саша.

– Это он хвастается, что самый умный, – сказала Карина.

– Я не хвастаюсь, я объясняю, что амфиционы вымерли давным-давно. Люди появились только через несколько миллионов лет после этого. А зубную пасту люди изобрели не сразу, это произошло совсем недавно, поэтому амфиционы не могли питаться мятной зубной пастой. Понятно?

– Понятно, – кивнул Вася. – А апельсиновой зубной пастой они могли питаться?

Никита вскочил, как будто хотел убежать как можно дальше от людей, которые кормят амфиционов зубной пастой. Но бабушка скомандовала: «СТОЯТЬ!!!» – и он остановился.

Двадцать пять тысяч зубов

Голос бабушки был так громок и суров, что остановились буквально все. Замерла сидящая на траве Женя, прижимая к себе переноску с распахнутой крышкой. С поднятой ногой застыл Вася, направлявшийся к Жене. Окаменела Карина, подбиравшая огрызки зубной щётки. Боялся пошевелиться дедушка, разливавший по стаканам сок. С куском колбасы в зубах остолбенел Саша, раскладывавший бутерброды на большое блюдо. И только Амфи продолжал весело хрустеть огурцами, которые горкой возвышались на тарелке в центре пледа.

– Как он там оказался? – удивился Вася, едва двигая губами.

– Только что лежал здесь… – развела руками Карина.

– Те-те-телепортировался, – шёпотом ответил Саша.

– Пока Никитос нас своими лекциями зомбирует, можно до Луны и обратно телепнуться, – сдавленно хихикнула Женя.

– Те-те-телепнуться до Луны нельзя, можно только телепортироваться, – шёпотом ответил Саша.

– Чего стоите?! – возмутилась бабушка. – У вас на глазах ископаемый крокодил портит сервировку стола, а вы бездействуете! Я ему сказала «стоять», но он меня не слушается! Сделайте что-нибудь!

– Брысь! – неубедительно приказал дедушка. – Я думал, этот собакомонстр полностью поглощён зубной пастой, а он жрёт огурцы так, что брызги летят.

– Дедушка, разве может зубная паста поглотить собакомонстра? – удивился Вася. – Наоборот, монстрособака поглотила зубную пасту! То есть, проглотила.

– И огурцы она тоже проглотила! – бушевала бабушка. – И сейчас приступит к бутербродам, если вы её не остановите!

– Фу! Нельзя! Плохой собакомедведь! – Карина за поводок утащила Амфи с последним огурцом в зубах прочь от бутербродов.

Никита моргнул.

– Уже можно шевелиться? – поинтересовался он.

Саша дожевал колбасу и кивнул, и тут Женя неожиданно взвыла:

– Гасто-о-о-о-он! Гастончик!

– Орёт, как укушенная, – проворчала бабушка.

– Может, её Гастон укусил? – встревожился дедушка.

– Он не может укусить, у него же зубов нет, – отмахнулась Карина. – Вот у моего Амфи двадцать восемь зубов – только потому, что он ещё щенок, а когда вырастет, то у него будет сорок два зуба!

Привязанный за поводок к дереву Амфи открыл пасть, чтобы все могли рассмотреть его двадцать восемь молочных зубов, и часто задышал.

– У улиток двадцать пять тысяч зубов, – возразил Никита, – это гораздо больше, чем у акулы.

– Гасто-о-о-о-он! – не унималась Женя.

Бабушка потеряла терпение:

– Да что случилось-то?

– Гастон сбежал, – догадался Вася, заглянув в пустую переноску.

Женя закричала:

– Замрите! Не двигайтесь! Смотрите под ноги!

Саше проглотил ещё один кусок колбасы и спросил:

– Е-е-если наступить на двадцать пять тысяч зубов, они съедят ногу до самого колена?

– Гастончик не кусается, – всхлипнула Женя. – У него все зубы растут на языке.

– Ка-ка-как тёрка, что ли? Значит, он может человека своим языком зализать так, что от него ничего не останется?! Весь человек сотрётся?! Фантастика! Вот это монстр у тебя, Женька, уважаю!

– Гастон никого не обидит! – заплакала Женя. – Улитки питаются только растениями.

Никита медленно опустился на траву, крутя головой во все стороны.

– Он не мог далеко уйти. Не реви, сейчас мы его найдём!

Саша и Вася по примеру Никиты тоже встали на четвереньки. Дедушка схватился за колени.

– Я сегодня не готов к полевой работе, – закряхтел он. – Буду руководить поисками. Делим поляну на квадраты, каждый прочёсывает свой участок.

– Не смей мной командовать! – возмутилась бабушка. – Я не собираюсь ползать по траве наравне с детьми!

– Вы так никого не найдёте, – заявила Карина.

Она взяла переноску и сунула её под нос Амфи.

– Нюхай! Понюхал? Теперь ищи!

– Он же съест Гастона! – испугалась Женя.

– Он же съест бутерброды! – испугалась бабушка.

– Он же съест детей! – испугался дедушка.

Розыскной собакомедведь

Освобождённый Амфи радостно скакал вокруг стоящих на четвереньках Васи, Никиты и Саши, а потом рванул к пледу и оглушительно гавкнул, затормозив перед блюдом с бутербродами.

– Наверное, он думает, что у него сегодня день рождения, и все дарят ему подарки, и даже устроили пикник в его честь, – засмеялся Вася.

– Лю-лю-любой собаке для счастья хватило бы и дохлого черепа, а его ещё и зубной пастой угостили.

– И огурцами с бутербродами накормили, – ледяным голосом добавила бабушка.

– И улитку на сладкое дали, – фыркнула Карина.

– Гастончик!.. – всхлипывала Женя.

– Можно считать доказанным, что амфиционы были всеядными животными, – сделал вывод Никита.

Амфи гавкнул ещё раз, не сводя глаз с бутербродов. Вася сел по-собачьи на траву и прислушался.

– Он что-то нам говорит, – догадался он.

Карина пожала плечами.

– Наверное, он говорит, что это его любимая колбаса, и сейчас он всё съест.

Вася на четвереньках подбежал к Амфи и сел рядом с ним.

– Он нам говорит, что не любит бутерброды с брюхоногими моллюсками, – перевёл Вася с собачьего языка. – Смотрите, кто здесь спрятался!

Гастон сидел на одном из бутербродов и всеми своими двадцатью пятью тысячами зубов уничтожал огуречный огрызок.

Сияющая Женя подхватила Гастона на руки, и все принялись хвалить Амфи.

– Умный собакомедведик! Славный собакомегалодон! Хорошая собакоакула! Выполнил команду! Нашёл пропажу!

Особенно восхищалась бабушка.

– Какой молодец! Он даже не прикоснулся к…

Именно в этот момент Амфи лёг на плед и несколько раз лязгнул челюстями.

– …к бутербродам… – упавшим голосом закончила бабушка, глядя на опустевшее блюдо, которое Амфи небрежно лизнул напоследок.

– Не жалко! Заслужил! – бодро подытожил дедушка, собирая смятые стаканчики и опустевший пакет из-под сока. – Ну что ж, молодёжь, нам пора. Счастливо оставаться!

– Ты совершенно не следишь за временем!– спохватилась бабушка, выдёргивая плед из-под заворчавшего Амфи. – Мы же на самолёт опаздываем!

Дедушка схватил подлетевшую тарелку, Вася догнал укатившееся блюдо, а бабушка покидала всё в сумку, приговаривая:

– Быстро домой! Хватаем вещи, вызываем такси и мчимся в аэропорт! Вася, не отставай!

Она схватила дедушку за рукав и потащила его прочь из парка.

Васю остановил ехидный голос Карины:

– Ничего не забыл?

Вася почувствовал подвох в её вопросе и неуверенно помотал головой.

– Ты кое-что должен был забрать, – напомнила Женя.

– То, что заставило нас здесь сегодня собраться, – намекнул Никита.

– На-на-например, книжку Сан Саныча.

Вася стукнул себя по лбу.

– Давай! – протянул он руку к Жене.

– А я тут причём? – удивилась Женя. – Мне её никто не передавал!

– Мне тоже, – оскорбленно заметила Карина. – Мальчишки ничего не могут сделать по плану.

Саша выпятил грудь:

– Е-е-единственный человек, который сделал всё по инструкции Сан Саныча – забрал книжку из почтового ящика и передал Никите, – это я!

– Мы все тобой гордимся, – согласился Никита. – Я догадывался, что наш пикник подходит к концу и уже приготовил книжку, чтобы вручить её Васе. Но она куда-то пропала.

Он выразительно посмотрел на Амфи. Собакомедведь лежал, повернувшись ко всем хвостом, и был чем-то очень занят.

– Жесть! – засмеялась Женя, а Карина прошипела:

– Тихо! Спугнёшь – и я снова буду его ловить на твоего гастропогастона!

Она на цыпочках подкралась к Амфи, схватила его за ошейник и рявкнула: «Фу!»

Не обращая на хозяйку никакого внимания, пёс облизывал книжку, время от времени пробуя её на зуб.

– Нельзя! Брось! Отдай книжку, ты же хороший собакомедведик!

Но Амфи даже глаз на неё не поднял.

– Наверное, на ней запах дохлого черепа остался, – предположил Никита. – Попробуем отобрать?

– На-на-наверное, он откусит руку, если кто-то захочет у него отобрать добычу, – поёжился Саша. – Может, у кого-то есть лишняя рука?

– Наверное, он просто невоспитанный глупый щенок! – попятилась Женя. – Может, поумнеет, когда вырастет.

А Вася сказал только:

– Я сейчас! – и убежал.

Всё идёт по плану

Вася догнал бабушку с дедушкой и долго что-то искал в сумке, а потом побежал обратно к друзьям, несмотря на громкое бабушкино возмущение и тихое дедушкино ворчание.

– Амфи, держи! – он протянул собаке тюбик зубной пасты. – Апельсиновая! Очень вкусная, я её больше всего люблю! Тебе тоже понравится! А взамен отдай мне книжку! Пожалуйста, она мне очень нужна!

Собакомедведь радостно застучал хвостом по траве, и вот уже апельсиновая зубная паста лежит в собачьей пасти, а Вася держит в руках книгу! Обслюнявленную вонючую книгу с отметинами острых зубов…

– Жесть… – прошептала Женя.

– Я бы на твоём месте пошла в магазин и купила новую, а то неловко как-то перед Сан Санычем, – посоветовала Карина.

– Э-э-это ещё не конец, – Саша хлопнул Васю по плечу, – это я тебе как хозяин дохлого черепа говорю.

– Саша прав, – сказал Никита. – Вася, присматривай за бабушкой.

– Что за бред? – удивилась Карина. – Причём тут бабушка?

Никита осторожно оглянулся и прошептал:

– Я уверен, что бабушка попытается избавиться от этой книги!

Коварная бабушка издалека что-то закричала, но Вася не понял, что именно. Потом к ней присоединился дедушка. Оба кричали громко, но не одно и то же, а разные слова, поэтому Вася, даже ничего не расслышав, сообразил, что должен возвращаться к ним быстро-быстро.

– Пока! До встречи! – закричали ему вслед юные палеонтологи, и даже Амфи гавкнул на прощанье.

Когда наступила тишина, чей-то желудок тоскливо заворчал.

– Какой-то голодный пикник получился, – заметил Никита. – Я бы ещё что-нибудь съел…

Карина молча вздохнула.

– Попросите собакомедведя поделиться зубной пастой, – хихикнула Женя. – Он самый сытый среди нас.

– Бе-бе-берите пример с меня, – сказал Саша, – я не жалуюсь, хотя мне тоже ничего не досталось.

– Не досталось, значит?– ядовито переспросила Карина. – Ну-ну… Вкусная была колбаса?

– Ка-ка-какая колбаса? – переспросил Саша. – Не было никакой колбасы. Спроси у Амфи, если мне не веришь.

– Вася возвращается, – сказал Никита с удивлением.

– Обнюхал книжку и хочет вернуть её Амфи, – фыркнула Карина.

– Чем это он опять размахивает? – присмотрелась Женя. – Неужели ещё одна зубная паста?

Юные палеонтологи забеспокоились.

– Вася, ты спятил?! Давай, до свиданья уже! Время идёт! Са-са-самолёт без тебя улетит!

Подбежавший Вася что-то быстро сунул Саше в руки.

– Чуть не забыл! – улыбнулся он и снова убежал, на этот раз окончательно.

– Шо-шо-шо… – разволновался Саша, но Женя не дала ему договорить.

– Ауф! Шоколадка!!!

– Сам на всех поделишь или тебе помочь? – поинтересовалась Карина.

Никита приложил ко рту руки, сложенные рупором, и крикнул Васе, который был уже далеко:

– Спасибо!

Чат «Динозавры онлайн»

СанСанычезавр-рекс: динозавры, как успехи?

СанСанычезавр-рекс: динозавры, ау?

СанСанычезавр-рекс: динозавры?

Никитазавр: всё по плану.

Женязавр: книжка у Васи

Кариназавр: передали в целости и сохранности!

Сашазавр: ))))))))))))))

СанСанычезавр-рекс: вот и прекрасно. Вася, с книгой можешь обращаться как со своей – загибать уголки, использовать бутерброды вместо закладки и ставить на неё чашки с чаем, только, пожалуйста, не теряй! Я ещё не успел её прочитать.

Кариназавр: если с ней что-нибудь случится, Вася просто купит вам новую.

Сан Саныч: Её ничто не заменит! Автор подписал её для меня: «Старому другу с наилучшими пожеланиями»

Женязавр: не такой вы уж и старый

Кариназавр: если бы меня назвали старым другом, я бы обиделась

СанСанычезавр-рекс: Как человек я ещё довольно молод, зато как друг автора уже изрядно стар, так что никаких обид!

Кариназавр: Вы уже прилетели в свою командировку?

СанСанычезавр-рекс: Позади самая лёгкая часть пути. Я приземлился в Анадыре и сейчас жду вертолёт на Таймыр

Женязавр: Таймыр – это же где-то рядом с Таиландом? Море, пальмы и песок?

Кариназавр: Вы за бирманским янтарём отправились????!!!

СанСанычезавр-рекс: Море, пальмы и песок – это прекрасно, но меня ждут Северный ледовитый океан, ягель и вечная мерзлота))) Я отправился за таймырским янтарём!

Сашазавр: ???

СанСанычезавр-рекс: Все знают про балтийский янтарь, потому что из него делают украшения. А таймырским янтарём обычно интересуются палеонтологи, а не ювелиры, потому что он слишком хрупкий

Сашазавр: какое совпадение… мы как раз не ювелиры…

Женязавр: встречаемся на Таймыре!

Кариназавр: ты его сперва на карте найди)))

СанСанычезавр-рекс: Объявили посадку. Мне пора, динозавры) До связи!

Коллекционер вонючих книг

В такси Вася ехал совершенно счастливый. Он прижимал к груди книжку Сан Саныча и шептал:

– За янтарём!.. На Балтийское море!

– Чем здесь воняет? – поморщилась сидящая рядом бабушка. – Какой-то знакомый отвратительный запах…

Дедушка, который сидел рядом с водителем, принюхался.

– Пахнет тревогой и опозданием на рейс! – отозвался он, но всё-таки приоткрыл окно.

– А вот если бы у нас была машина времени, – размечтался Вася, – нам не надо было бы спешить на самолёт: я бы нажал на кнопочку, и из сегодняшнего парка мы сразу оказались на завтрашнем берегу моря.

– Это уже не машина времени,– усмехнулся дедушка, – это машина для пространственно-временных перемещений. Удобная штука! И я бы не отказался по-быстрому набрать янтаря и вернуться домой к ужину.

Бабушка нахмурилась.

– Так ты не успеешь хорошенько раскаяться. Нет уж, наказание должно быть наказанием! Впрочем, воняет так, что, если мы не приедем через пять минут, я тоже буду мечтать о машине времени, как бы она ни называлась.

Вася насторожился. Если бабушка догадается, что источником запаха является «Янтарная летопись», опасения Никиты сбудутся! Он быстро убрал книжку в свой рюкзак и открыл окно.

Бабушка тут же забыла о странном запахе и потребовала закрыть окно, чтобы Васю не продуло. Дедушка немедленно возразил, что его внук не простудится от сквозняка, который всего лишь движение воздуха. Как и ожидал Вася, оставшееся время пути до аэропорта бабушка спорила с дедушкой, поэтому книжка Сан Саныча была в полной безопасности.

В самолёте бабушка, как всегда, заняла место у иллюминатора, а Вася устроился на дедушкином месте – рядом с проходом, вместо того, чтобы, как обычно, сесть посередине. Если бы Вася мог, он сел в другом конце самолёта, но тогда бабушка наверняка почует неладное. Она и сейчас уставилась на внука с большим подозрением и вопросительно подняла брови, требуя объяснений.

– Тут светлее, – промямлил Вася, и дедушка поддержал его:

– Всё правильно, читать надо при хорошем освещении.

Бабушка покосилась на ослепительно рыжего пассажира, который сидел на соседнем ряду через проход. Голова рыжего сияла как солнце, освещая всё вокруг, и бабушка неохотно кивнула, разрешая рокировку.

Вася вытащил книжку из рюкзака и, беззвучно шевеля губами, прочитал: «Янтарная летопись Балтийского моря». С обратной стороны обложки было написано «Старому другу с наилучшими пожеланиями».

Бабушка шевельнула ноздрями.

– Какой странный запах… Он напоминает мне о прожорливом собакомедведе! Хотя… Нет, гораздо хуже! Неужели наш внук засунул в свой рюкзак вонючего собакослона?

Дедушка проворчал:

– Ты дала ему такой маленький рюкзак, что в него разве что собакомышь влезет.

– Чем меньше рюкзак, тем меньше камней ребёнок притащит домой! – бабушка снова принюхалась. – Куда влезет собакомышь, там и для дохлого черепа место найдётся, – с беспокойством заметила она, но дедушка возразил:

– Зачем нашему внуку брать в дорогу старый череп? Достаточно взять с собой лопату и при необходимости откопать себе свеженький.

– Вася, это правда? – повысила голос бабушка.

– Ты о чём? – не поднимая глаз от книги, спросил Вася.

– Ты взял лопату?!!

Вася молча покачал головой.

– Хороший мальчик! – торжествующе заявила бабушка.

– Я взял две лопаты, – нехотя признался Вася. – И ещё ведёрко с совочком.

– Мой внук! – воскликнул дедушка.

– А ведёрко с совочком зачем? – не поняла бабушка.

– Это моё счастливое ведёрко и счастливый совочек, я всегда их с собой беру. А на последние раскопки забыл, поэтому мы ничего не нашли. Больше я их никогда дома не оставлю!

– И как только они влезли в твой маленький рюкзак, – проворчал дедушка.

– Я их к тебе положил. У тебя рюкзак тоже не очень-то большой, – пожаловался Вася. – Пришлось вытащить бабушкину вечернюю сумочку, а то ведёрко не влезало.

– Мою сумочку?!! – ахнула бабушка, и тут её взгляд упал на книгу.

– Ага! – воскликнула она.

– Угу, – ответил дедушка.

Рыжая голова на соседнем ряду тоже уставилась на книжку и сказала:

– Ого! Какая приятная неожиданность!

– Вам нравятся книги про янтарь? – обрадовался Вася.

– Я обожаю книги о янтаре! – воскликнул рыжий сосед. – Я скупаю все книги о янтаре, которые когда-либо издавались, издаются и будут издаваться! И мне чрезвычайно нравится книга, которая у тебя в руках! Может, ты согласишься мне её подарить? Дело в том, что я коллекционер, и я мечтаю, чтобы эта потрёпанная, уставшая от внимания читателей книга оказалась в моём музее!

– Я же её читаю, – растерялся Вася.

Бабушка, с недоверием слушающая рыжего, не удержалась и спросила:

– У вас музей вонючих книг?

– Вонючих, испачканных и пожёванных книг? – уточнил дедушка.

Рыжий расхохотался, но на вопрос не ответил.

– Я рад, что ваш мальчик не хочет расставаться с ней! Может, он согласиться обменять её на новую?

Вася очень, очень хотел обменять грязную, вонючую и пожёванную книгу Сан Саныча на новую, чистую и аккуратную! Но он вспомнил про дарственную надпись – ведь новая книжка будет не подписана! – и виновато покачал головой.

– Жаль, чрезвычайно жаль! – весело воскликнул рыжий коллекционер вонючих книг. – Но мне нравится, что она тебе так дорога́! – добавил он и отвернулся от Васи.

Балтийский штиль

Небо было голубым, море – серым, а пляж – чистым, в отличие от рук Васи. Это были руки человека, который избороздил весь пляж, но не нашёл ни кусочка янтаря. Теперь он сидел на песке и, не отрываясь, читал «Янтарную летопись».

Дедушка, разочарованный сегодняшним днём не меньше Васи, взмолился:

– Совершенно неурожайный сезон для янтаря! Может, всё-таки в магазине купим?

– В магазине ты уже покупал, а толку-то, – огрызнулась сидящая в шезлонге бабушка. – Нет, я хочу уникальный и неповторимый янтарь, найденный своими руками!

– Ты хотела сказать, моими руками, – проворчал дедушка.

– Какая разница, – отмахнулась бабушка и налила себе чаю из термоса. – Кстати, что случилось с нашим внуком? Почему он сидит и читает, вместо того, чтобы бегать высунув язык в поисках правильного янтаря для своей любимой бабушки?

– Может, он заболел? – с надеждой сказал дедушка. – Тогда мы должны вернуться в гостиницу и уложить его в постель.

– Ничего я не заболел! – запротестовал Вася. – Я, как говорит Сан Саныч, изучаю теоретическую базу! В книжке написано: «Янтароносный пласт залегает на морском дне. Во время бури волны вымывают янтарь со дна и выбрасывают его на берег». Значит, сегодня мы никакого янтаря не найдём: нам нужна буря!

– Ничем не могу помочь, – проворчал дедушка. – За бурей обращайся к бабушке.

– Что ты этим хочешь сказать? – разгневалась бабушка. – Что у меня плохой характер?

– Не знаю, что хочет сказать дедушка, – вмешался Вася, – а я хочу сказать, что сегодняшние поиски были трудные и безуспешные. И завтрашние будут такие же, если погода не поменяется.

Бабушка негодующе фыркнула.

– Ну и как, по-твоему, я это устрою? Я же не ведьма!

– Тебе виднее, – уклончиво ответил дедушка. – Если ничего не получится, значит, вернёмся домой налегке.

Вася снова поднял голову от книжки.

– Не вернёмся. Здесь написано, что на балтийском берегу можно найти трилобитов, белемнитов и даже немножечко динозавров с мамонтами.

Дедушка взял у него книгу и, стараясь не морщиться от запаха, пролистал её от начала до конца.

– На динозавров и мамонтов я бы не рассчитывал, но пополнение твоей коллекции беспозвоночных – дело нехитрое, – сказал он через несколько минут.

– Сами вы беспозвоночные, – рассердилась бабушка. – Не отвлекайтесь, ваша цель – собрать для меня коллекцию янтаря!

– Если мы беспозвоночные, то какие именно мы беспозвоночные? – развеселился Вася, убирая книжку в рюкзак. – Дедушка, давай мы будем моллюсками! Ты себе какого выбираешь? Головоногого, плеченогого или брюхоногого? Я буду лопатоногим! Палеонтологу очень удобно быть лопатоногим моллюском, ему тогда даже лопату с собой носить не придётся: землю вокруг ископаемых можно сразу ногой копать.

Дедушка согласился, что ноги у палеонтологов должны быть со встроенной лопатой.

– И руки, непременно, с геологическим молотком! – добавил он.

– А голова? – спросил Вася.

– А голова должна быть с мозгами, – вмешалась в их фантазии бабушка. – Срочно возвращаемся в гостиницу, пока нас ветром не сдуло.

– Каким ветром? Не было никакого ветра! Ой… Как холодно стало! – поёжился Вася.

Погода заметно испортилась. Закапал дождь. Волны, которые с утра ласково гладили берег, теперь кидались на него с рычанием. По серому небу бежали чёрные тучи, а ветер бросался в глаза песком.

– Кажется, наша бабушка очень хочет найти янтарь, – шепнул Вася дедушке. – Как ей удалось устроить бурю так быстро?

– Она всю жизнь тренировалась, – прошептал в ответ дедушка. – И вот наконец это оружие пригодилось в мирных целях.

Вася ещё раз проверил, не завалялось ли на пляже окаменелых динозавров или мамонтов, подобрал несколько камешков, которых стоило показать юным палеонтологам и Сан Санычу, и проверил, не слишком ли дырявая лодка валяется у мусорных баков. Пролом в днище был маленьким – не больше его кулака, поэтому Вася предложил выйти на лодке в море, чтобы собирать янтарь сачками. Но у бабушки кончилось терпение, и она потребовала немедленной эвакуации с пляжа. Дедушка оглянулся проверить, не забыли ли они чего.

– Вася!..

«Янтарная летопись» лежала на шезлонге, и ветер переворачивал погрызенные страницы.

– Не может быть! Я же точно помню, что убирал её в рюкзак, – оправдывался Вася.

Бабушка посмотрела на дедушку хмурым, как небо, взглядом, но промолчала.

Не успели они дойти до гостиницы, как разразилась настоящая буря.

Чат «Динозавры онлайн»

Васязавр: бабушка вызвала бурю!!!

Женязавр: Зачёт! Моя может только лифт вызвать

Сашазавр: а меня бабушка вызвала меня на дачу грядки копать…

Кариназавр: а моя бабушка однажды вспомнила, что забыла выключить утюг, и вызвала пожарную машину, полицию и скорую помощь, а сама осталась в театре, пока опера не закончилась

Васязавр: Сан Саныч, вы где?

Кариназавр: Сан Саныч!!!

Никитазавр: Сан Саныч?

Женязавр: Сан Саныч(((

Сашазавр: …

СанСанычезавр-рекс: всё в порядке, я тут в вечной мерзлоте закопался, и меня сверху снегом припорошило)) Наверное, тоже чья-то бабушка постаралась)))

Женязавр: пингвинов видели?

Никитазавр: Маленькая шпаргалка: белые медведи водятся на севере, а пингвины на юге

Васязавр: в Сочи пингвинов не было

Сашазавр: ты немного не доплыл… надо было дальше на юг грести…

Кариназавр: Сан Саныч, вы нашли какой-нибудь инклюз?

СанСанычезавр-рекс: а как же! Совершенно уникальный инклюз для коллекции палеонтологического музея! Когда вернусь, непременно покажу! До связи, динозавры!

Янтарный шторм

Буря бушевала всю ночь, но к утру стихла, и Вася, едва проснувшись, сразу хотел бежать на берег.

– Скорее! В книжке Сан Саныча написано, что однажды буря выбросила на берег янтарь, который местные жители сложили в три бочки!

– Без завтрака я никуда не пойду, – заупрямился дедушка.

В окно ресторана виднелся пляж, заваленный грудами водорослей и мусора, в которых копались люди в резиновых сапогах и ветровках.

– А другая буря выбросила две тонны янтаря, – сообщил Вася, одним глазом глядя в книжку, а другим – в окно. – Тонна – это много? В три бочки влезет?

– Пока ты не покушаешь, мы никуда не пойдём, – предостерегла его бабушка.

– А третья буря выбросила столько янтаря, что местные жители собирали его пять лет! – Не глядя в тарелку, Вася проглотил всё, что в ней было, и выскочил из-за стола. – Интересно, сколько там было бочек?!. Мы же не будем здесь жить пять лет, нам надо всё за сегодня собрать, а то завтра уже домой возвращаться!

– А в этой книжке, случайно, не написано, сколько бочек янтаря местные жители оставляют туристам? – спросил дедушка. – Может, нам ничего не достанется, так что нечего и беспокоиться!

– Мне гораздо интереснее, сколько бочек янтаря туристы оставят нам! – нахмурилась бабушка. – Вы только посмотрите, сколько сегодня конкурентов набежало!

Вася не знал, кто такие конкуренты, но догадывался, что этим словом бабушка обругала всех, кто давно позавтракал и уже ходит по пляжу в поисках янтаря. А вдруг они и в самом деле заберут всё, что выбросило море?

– Хватит ёрзать, – недовольно сказала ему бабушка. – Беги на поиски моих будущих украшений, а мы пока что спокойно допьём кофе.

Счастливый Вася схватил свой раскопочный рюкзак и умчался на берег. Когда бабушка с дедушкой присоединились к нему, он с гордостью показал им шесть грязно-коричневых кусочков, каждый не больше яблочного семечка.

– Неплохо для начала, – кивнула бабушка и смахнула их с Васиной ладошки в свою поясную сумку.

Поиск пошёл быстрее, когда дедушка подобрал мокрую ветку, которой он ворошил водоросли, а Вася проворно подбирал крошки янтаря и отдавал их бабушке.

– А это что? – Вася поднял полупрозрачный светло-голубой камушек.

– Бутылочный осколок, – дедушка едва удостоил взглядом его находку.

– Не может быть, – удивился Вася. – Осколки стекла всегда острые, гладкие и блестящие!

– Раньше этот осколок тоже был таким. Наверное, кто-то выбросил бутылку в море, и волны разбили её о прибрежный валун. А потом они долго катали осколки по морскому дну среди песка и камней, пока острый блестящий гладкий кусок стекла не стал округлым, шероховатым и матовым.

Вася загрустил.

– А вдруг в этой бутылке было письмо от какого-нибудь моряка, потерпевшего кораблекрушение?..

Бабушка забрала стеклянный камешек и, покрутив его в пальцах, милостиво кивнула.

– Не янтарь, но тоже неплохо: закажу себе кольцо, и никто не догадается, из чего оно сделано.

– Бутылка разбилась, письмо утонуло, и никто его теперь не спасёт… – вздохнул Вася.

– Прекрати драматизировать моё будущее кольцо! – потребовала бабушка. – Допустим, какой-то воображаемый моряк отправился в плаванье и потерпел кораблекрушение. Сначала он решил поиграть в капитана Гранта – написал записку, закупорил её в бутылку и бросил в море. Но волны тут же разбили бутылку о скалы. Тогда моряк перестал вести себя как неразумный ребёнок. Он достал из кармана телефон в водонепроницаемом чехле, позвонил в службу спасения и вызвал спасателей.

– Его успели спасти? – не унимался Вася. – Он точно не утонул? И его не съели акулы?

– Наш воображаемый моряк был одет в воображаемый спасательный жилет с воображаемым свистком, отпугивающим акул, – успокоил его дедушка.

Вася с облегчением выдохнул и проводил глазами стекляшку, которую бабушка убрала в свою сумку. Когда его взгляд вернулся к полосе прибоя, Вася обмер от счастья.

– Янтарь? – с надеждой спросила бабушка.

– Белемниты!

– Это у которых раковина заворачивается в бараний рог? – уточнила бабушка.

– Нет, – вмешался дедушка, – в бараний рог заворачиваются аммониты, а белемниты это которые называются «чёртов палец».

– Прекрати выражаться при ребёнке! – возмутилась бабушка, не желая слушать оправдания дедушки, что народные названия это не ругательства, а фольклор.

– Раз, два… много белемнитов! – ликовал Вася. – Целых четыре! Четыре с половиной белемнита и ещё один обломочек! Сан Саныч рассказывал, что жёлтенькие белемниты часто принимают за янтарь.

Он аккуратно сложил их в коробку из-под леденцов, которая отлично влезала в боковой карман рюкзака.

– Нашёл чему радоваться, – фыркнула бабушка. – Этого добра у нас и так хватает.

Дедушка ткнул палкой в камень, похожий на небольшое пушечное ядро.

– Смотри!

– Аммониты! – завопил Вася, радуясь встрече со старыми друзьями. – Бабушка, смотри: сразу два бараньих рога!

– Зачем нам эта каменюка? – простонала бабушка.

– Для моей палеонтологической коллекции! А у Сан Саныча в его янтарной коллекции есть янтарь с крошечным аммонитом! Но без янтаря тоже хорошо!

Под бабушкиным неодобрительным взглядом Вася вытер о ветровку ядро с аммонитами и бережно уложил его в рюкзак.

– Теперь мы должны найти трилобита, – заявил Вася, надевая заметно отяжелевший рюкзак.

– А что Сан Саныч рассказывал про трилобитов? – поинтересовался дедушка. – В его коллекции есть янтарь с крошечным трилобитом?

– Про трилобитов Сан Саныч рассказывал, что никто и никогда не находил их в янтаре. Наверное, потому что они слишком давно вымерли. Или не хотели залипнуть в смоле, поэтому никогда не подплывали к берегу, где растут деревья, с которых капает смола.

– Будь они настолько умны, жили бы до сих пор, – фыркнула бабушка.

– Сан Саныч говорит, что трилобиты царствовали на земле триста миллионов лет, – сообщил Вася.

Дедушка усмехнулся:

– По сравнению с ними человеческая цивилизация существует какие-то жалкие секунды. Может, они вымерли от усталости? Вот я, например, так устал, что тоже могу вымереть прямо сейчас.

– Я запрещаю преждевременное вымирание! – нахмурилась бабушка. – Иди посиди на лавочке, трилобит несчастный. Вечно мне приходится делать за тебя грязную работу!

Динозавровое дерево

Бабушка подошла к большой куче водорослей. От её сурового взгляда куча испуганно сжалась, и стайка мокриц осталась на песке без прикрытия. Вася завопил:

– Они сворачиваются в клубочек! Трилобиты тоже так сворачивались!

– Отвратительное зрелище, – проворчала бабушка и приказала мокрицам: – Брысь отсюда!

Вася с умилением посмотрел вслед крошечным броненосцам, уползающим под защиту водорослей.

– Я раньше думал, что они насекомые, вроде жуков, а потом Сан Саныч рассказал, что мокрицы относятся к семейству ракообразных…

– Что это? – перебила его бабушка.

– Это маленькие раки, которые немного похожи на трилобитов,– терпеливо повторил Вася.

– Тьфу на них и на тебя тоже! Я не про мокриц спрашиваю!

Она брезгливо толкнула носком ботинка камень величиной с грецкий орех.

Озадаченный Вася поднял бабушкину находку, и в его руках «грецкий орех» развалился пополам.

– Я неча… – начал было Вася и замер с открытым ртом: разломы невзрачного бурого камня вспыхнули тёплым светом. – Это же… Янтарь!!!

Молниеносным движением бабушка выхватила у него обе половинки солнечного камня.

– Подожди! – взмолился Вася. – Я должен увидеть, что у него внутри!

– Ничего в нём нет!

– А вдруг там трилобит?!! Первый трилобит, которого нашли в янтаре?!!

– Не нашли!

– Мы же договаривались, что янтарь с инклюзами будет мой, а без инклюзов – твой, – чуть не плакал Вася. – А ты мне даже посмотреть не даёшь!

– Мы не договаривались. Это ты решил, что так будет, а я вежливо промолчала.

– Это нечестно!

– Тебе кажется, что это нечестно?!! – вскипела бабушка. – А мне – мне кажется, что нечестно будет, если ты уедешь отсюда с полным рюкзаком ископаемых, а я – с пустыми руками. Ведь это благодаря мне мы сюда приехали!

– Дай хоть посмотреть!

Бабушка неохотно раскрыла ладонь: в каждом куске янтаря виднелся маленький тёмный листочек.

– Видишь? Ни трилобитов, ни аммонитов, только петрушка какая-то.

– Это не петрушка! – взвыл от восторга Вася. – Это листочки динозаврового дерева! Сан Саныч рассказывал, что такие деревья появились на земле в конце палеозоя! Весь мезозой их обдирали динозавры, а они всё равно росли! Динозавры вымерли, начался кайнозой, появились мамонты, кругом ледниковый период, а они всё равно росли! Появились люди, ледниковые периоды все закончились, мамонты вымерли, а деревья всё растут и растут! У них другое название есть, только я его выговорить не могу. Сан Саныч рассказывал, что из их листьев делают лекарство для памяти.

– И я даже знаю, какое, – усмехнулась бабушка. – Гинкго – вот как называется твоё динозавровое дерево. Гинкго било́́ба, одна таблетка после завтрака.

Она обернула носовым платком оба куска янтаря и аккуратно опустила их в свою сумку. Васина надежда на то, что бабушка передумает и отдаст чудесную находку ему, рухнула, как метеорит на головы динозавров.

Мальчик яростно пнул груду пластиковых бутылок, прибитых волнами к большому валуну – так, что они разлетелись в стороны.

– Злишься? – спросила бабушка.

– Очень!

– Я бы на твоём месте не злилась. Я бы на твоём месте была просто в бешенстве!

Вася немножко подумал и согласился с тем, что бешенство больше подходит к тому, что он чувствует. Он бешено затопал ногами по песку, но тут бабушка воскликнула:

– Замри!

Она провела рукой по песку и показала Васе янтарную монетку величиной не больше одного рубля. Внутри совершенно отчётливо виднелась тонкая тёмная полоска. Вася был готов рвать на себе волосы: как он мог не заметить такое сокровище?!!

– Что бы это могло быть… – задумалась вслух бабушка.

Вася выудил из рюкзака «Янтарную летопись».

– Сейчас определим. Может, это сосновая иголка? Или травинка?.. Или?..

– Или крокозябра какая-то, – проворчала бабушка. – Она мне не нравится.

Вася ушам своим не верил. Как кому-то может не понравится найдённый янтарь?!!

– Забирай себе, если хочешь, – снисходительно предложила она.

– Ура!!!

Но тут Вася испугался, что если он будет радоваться слишком сильно, то бабушка может передумать и забрать крокозябру обратно, и он торопливо заговорил:

– То есть, конечно, так себе янтарь, бывают янтари и получше, но я возьму, не выбрасывать же, если нашли… – а сам неудержимо сиял от счастья.

– Если «ура», тогда собери бутылки, которые ты разбросал, и отнеси их в помойку, – велела бабушка.

Вася спрятал крокозябру в карман, сунул книжку под мышку, схватил три бутылки и помчался к мусорным бакам, стоящим в конце пляжа. Первую бутылку он швырнул издалека, и самым невероятным образом попал прямо в бак. Вторая бутылка ударилась о край бака и отлетела в сторону, угодив точнёхонько в рыжего соседа по самолёту.

– Я нечаянно, – Вася торопливо поднял её и вместе с той бутылкой, которая была у него в руках, выбросил в помойку уже без выкрутасов.

– Я так и подумал! – улыбнулся до ушей коллекционер вонючих книг. – Как успехи? У меня за полчаса сто грамм янтарной крошки и никаких находок, заслуживающих внимания. А у тебя? Что-нибудь интересное нашёл?

Рыжий разговаривал с Васей как со взрослым, и мальчику не хотелось признаваться, что все ценные находки сегодня достались бабушке.

– А у меня вот такая крокозябра, – Вася показал забракованный бабушкой янтарь.

Рыжий перестал улыбаться. Словно из воздуха, в его руке появилась лупа. Не спросив разрешения, он цапнул янтарь и принялся его изучать.

– Неплохая находка, – наконец проговорил он. – Я мог бы её купить…

Он вопросительно посмотрел на Васю.

– Я собираю инклюзы, а не деньги, – растерялся мальчик.

– Тогда я готов выменять его на какой-нибудь другой инклюз, – рыжий вернул крокозябру Васе, – Или даже на два: один с мухой, а второй с пауком. А может быть, даже на три…

Это было очень соблазнительное предложение, поэтому Вася изо всех сил замотал головой, чтобы рыжий поскорее замолчал.

– Муха и паук – это здорово, – торопливо сказал Вася. – Но мне нужны некрасивые инклюзы. Что-то вроде крокозябры, чтобы бабушке не понравилось. Понимаете, она хочет украшения заказать… Паука и муху она наверняка себе заберёт… Извините, я пойду, мне пора!..

– Бутылку выбросить не забудь, – засмеялся рыжий. – До встречи!

Вася с недоумением посмотрел на последнюю бутылку, которая почему-то снова оказалась у него в руках, закинул её в бак и потопал к линии прибоя взглянуть, не выбросили волны ещё что-нибудь интересное.

Очень смелая версия

Вася вернулся к бабушке с двумя зажатыми кулаками и вопросом:

– Ты бы обрадовалась, если бы я принёс тебе янтарь с мухой? Или с пауком?

– Я уже не в том возрасте, чтобы радоваться первому попавшемуся насекомому, – сварливо отозвалась бабушка. – И к паукообразным я тоже чрезвычайно требовательна. Что у тебя там?! Выкладывай.

Вася разжал кулаки.

– У меня тут белемнит! И ещё один белемнит! И ещё двенадцать белемнитов, – Вася поправил лямки потяжелевшего рюкзака. – А с пауком мне ничего не попалось, и с мухой тоже. Но я буду стараться. Сан Саныч говорил, что в одном музее есть янтарь с хвостом динозавра. Если я такой найду, ты его тоже себе заберёшь?

– Если это будет хвост какого-нибудь маленького хорошенького динозавра – даже не сомневайся! Закажу из него себе диадему. А если найдёшь янтарь с хвостом диплодока, то сам носи такую диадему.

Вася подобрал ещё две бутылки и снова взял курс на помойку.

– Что такое диадема? – крикнул он на бегу.

– Корона такая!

– Корона?.. – Вася запнулся за камень и грохнулся, чуть не воткнувшись головой в кучу водорослей.

Рюкзак со всем содержимым, включая четырнадцать белемнитов, ударил его по затылку, а в нос ударил резкий запах водорослей.

– Зачем мне корона?.. – прошептал Вася, удивляясь сам себе: только что он бежал, а теперь вдруг лежит животом на песке.

Водоросли пахли так противно, что на них даже смотреть было страшно, поэтому Вася закрутил головой по сторонам, чтобы найти разбежавшиеся бутылки. Одна улетела налево и примагнитилась к такому же пластиковому мусору, а другая укатилась направо, к хороводу валунов. Каменные бока пестрели узором из пятен и чёрточек. Это могли быть белемниты, отпечатки аммонитов и остатки морских лилий… Или даже неизвестные науке беспозвоночные…

– Ушибся? – донёсся до него голос бабушки.

– Неееет! – заорал в ответ Вася.

– Тогда чего разлёгся?

– Я водоросли нюхаю!

Бабушка не обрадуется, если он честно скажет, что лежит и обдумывает, как засунуть в рюкзак огромный валун, чтобы после возращения показать его Сан Санычу…

– Янтарём пахнет?

Вася принюхался.

– Неееет!

Водоросли пахли морем и дохлым черепом. Наверняка там лежит какая-нибудь несчастная мёртвая рыбёшка, а то и целый тюлень. Не уверенный в том, что ему стоит пристально изучать зелёную кучу, Вася осторожно перевёл на неё глаза, но ни одной рыбёшки не заметил, зато…

Он зажмурился и потряс головой. Когда Вася открыл глаза, перед носом по-прежнему лежал большой – с его ладошку – округлый солнечно-жёлтый кусок янтаря! – а в нём… Что это в нём такое? Мальчик с недоумением уставился на свою находку. Одно можно было сказать наверняка: это не хвост диплодока.

– Что ещё бывает в янтаре? – Вася наморщил лоб. – Может, это муха?..

Присмотревшись, он твёрдо решил, что это не муха, потому что никогда не видел мух с палец величиной. К тому же, муха – это насекомое, у неё шесть лапок, а у этого существа две ноги и крылья, причём крылья совсем не мушиные… Вася разглядел что-то похожее на кисти рук на концах странных крыльев… При виде этих крылорук на память приходила… то есть, прилетала… Нет, не муха, и не бабочка, а летучая мышь, или даже птеродактиль! Или не птеродактиль?..

– Все птеродактили – это птерозавры, то есть летающие ящеры… – припомнил Вася. – Птерозавры делятся на длиннохвостых и длинномордых… Сначала появились длиннохвостые рамфоринхи, а потом – длинномордые птеродактили… Ага… Сейчас мы тебя определим!..

В ногах недоопределённого птерозавра запутался хвост, который заканчивался двумя крошечными пёрышками. С мордой тоже всё было ясно: её длина была очень короткая!

– Если бы она была длинная, на неё нельзя было бы нацепить круглый шлем, – прошептал Вася. – Но шлем есть, значит морда короткая и это не птеродактиль…

Через тонкий слой янтаря хорошо был виден прозрачный шлем на круглой голове, под которым отчётливо просматривались три больших глаза… По всем признакам выходило, что Вася нашёл инклюз рамфоринха.

– Если, конечно, бывают рамфоринхи с тремя глазами, – пробормотал Вася.

Наверное, Сан Саныч сказал бы, что это очень смелая версия, но другой у Васи сейчас не было.

– Рамфоринх в шлеме! – прошептал он. – Кому сказать – не поверят!

– Вы не поверите! – услышал Вася дедушкин громкий голос.

Прежде чем вскочить на ноги, мальчик спрятал рамфоринха в рюкзак и тщательно застегнул его.

Дедушкина хитрость

Дедушка торжествовал.

– Я принёс тебе два янтаря, чтобы ты заказала из них какие-нибудь бесполезные финтифлюшки!

Бабушка сосредоточенно рассматривала какой-то предмет, лежащий у неё на ладони, который при появлении дедушки исчез в её сумке.

– Где ты был?! – накинулась она на дедушку. – Не отпирайся! Сначала ты сидел на скамейке, а потом исчез из виду и появился совершенно с другой стороны.

– Сначала я отдохнул, а потом со свежими силами разгрёб тонну водорослей и нашёл для тебя первый янтарь! Потом я разгрёб вторую тонну – и нашёл второй ему в пару! Ну, теперь твоя душенька довольна? – дедушка вручил ей два жёлтеньких, как лимонные чупа-чупсы, шарика.

– Очень интересно, – бабушка сдвинула брови. – Здесь полно янтарной крошки, а ты перелопатил две тонны водорослей и нашёл ровно два крупных кусочка, идеально подходящие для серёг?

– Я не отвлекался на мелочи, – возразил дедушка.

– Какие именно мелочи? – заволновался Вася. – Что ты называешь мелочами? Может, тебе скелет ихтиозавра попадался? Или череп мамонта?

– Может, мне выбросить этот янтарь в море? – воскликнул дедушка. – Туда же, куда я выбросил скелет мамонта и череп ихтиозавра!

– Я тебе выброшу!.. – бабушка сдвинула брови и несколько минут изучала подношение, пока дедушка клялся Васе, что не было никаких скелетов мамонта и черепов ихтиозавра, что он никого не выбрасывал и никогда больше не будет так жестоко шутить со своим внуком.

– Хм… Недурно, – наконец заключила бабушка, – с песчинками-то получше крокозябры будет… Принято!

Она направилась к свободной скамейке, расстелила носовой платок и разложила на нём свои трофеи.

– С будущими серьгами всё ясно, – пробормотала бабушка. – И с кольцом из обкатанной морем стекляшки тоже. Но что делать с обломками листика динозаврового дерева, вот в чём вопрос… Кольцо и кулон? Или кольцо и брошь? А может быть, брошь и кулон? Не мешайте мне, я должна минутку подумать. Идите пока погуляйте – может, ещё чего найдёте. Нет, стойте! Я голодная. Мне нужно чем-нибудь подкрепиться!

Дедушка достал из кармана пакет с бутербродами и выдал всем по бутерброду.

Вася проглотил свою долю через две минуты и с надеждой уставился на бабушку, которая жевала, не отрывая глаз от янтаря, и не замечала, что внук гипнотизирует её голодным взглядом. Зато дедушка заметил и отдал Васе всё, что ещё не успел съесть – то есть, почти целый бутерброд, – а сам встал рядом со скамейкой, сложив руки на груди и разглядывая горизонт.

Вася доел второй бутерброд, нашёл под ногами несколько обломков белемнитов и заскучал.

– Бабушка! Одна минутка прошла час назад!

– Секундочку, – кивнула бабушка.

– Я есть хочу!

– Конечно, – рассеянно отозвалась бабушка, и Васе показалось, что она его даже не слышала.

– Я спать хочу!

– Разумеется… – ответила бабушка, и Вася понял, что ему не показалось. Но это следовало проверить.

– Бабушка, можно я после ужина на крокодиле покатаюсь?

– Безусловно…

Окаменевший дедушка ожил, заулыбался и подмигнул Васе.

– Бабушка, давай поймаем акулу и запустим её в нашей ванне!

– Хорошо…

Дедушка хрюкнул от смеха.

– Мы построим шалаш и будем жить здесь на пляже.

– Да-да…

Убедившись, что бабушка его совершенно не слушает, Вася спросил:

– Можно я оставлю себе янтарь с рамфоринхом в шлеме?

– Ладно…

Дедушка посерьёзнел, но прежде, чем он что-то успел сказать, Вася приложил палец к губам и прошептал:

– У тебя из кармана торчит чек!

Дедушка тут же забыл про рамфоринха. Сначала он поспешно затолкал чек глубоко в карман. Потом покосился на бабушку, вытянул чек, сунул в рот и проглотил.

Вася сделал вид, будто его сейчас стошнит, но дедушка развёл руками и шёпотом сказал: «Так надёжнее».

– Я сразу понял, что ты купил янтарь в магазине, – тихо отозвался Вася. – Потому что у тебя коленки чистые.

Это была правда – чистая, как дедушкины колени. У самого́ Васи с коленками был полный порядок. Это были коленки человека, который сегодня разгрёб тонны и тонны водорослей! Никто и никогда не усомнился бы, что Вася что-то искал на пляже после бури – искал до тех пор, пока не нашёл.

Дедушка уважительно посмотрел на Васины грязные штаны, перевёл взгляд на свои брюки с отутюженными стрелками и беззвучно застонал. Только везением можно было объяснить то, что бабушка до сих пор не раскусила его вранья. Конечно, никаких двух тонн водорослей он не разгребал. Во всяком случае, не сегодня.

Сегодня у дедушки были чистые коленки аккуратного человека. Человека, который при первой же возможности сбежал от поисков янтаря на скамейку, перед этим аккуратно протерев её дезинфицирующей салфеткой. Человека, который потихоньку сходил в янтарный магазин при гостинице и проглотил чек, чтобы ничто не выдавало происхождение янтаря.

Но все ухищрения напрасны, если бабушка бросит хотя бы один взгляд на его коленки. Хорошо, что она по-прежнему изучала свои сокровища, не обращая никакого внимания ни на него, ни на внука.

Дедушка сделал полшага, чтобы оказаться у бабушки за спиной, и еле слышно закряхтел, опускаясь на песок.

– Что с тобой?!! – испугался Вася.

– Я должен привести свою маскировку в соответствие с легендой, – с этими словами дедушка на четвереньках двинулся в сторону моря.

– Чего?!!

– И-го-го, – донеслось до него с порывом ветра.

Бонусный янтарь

Когда Вася был совсем маленьким, дедушка часто играл с ним в лошадки. Правда, с тех пор прошло много времени – не меньше пяти лет! – и дедушка совсем разучился скакать галопом. Теперь он медленно брёл по песку, старательно выбирая самые сухие местечки, чтобы поставить туда свои копыта.

Вася тоже встал на четвереньки и поскакал за ним как весёлый жеребёнок. Он в два счёта догнал и обогнал дедушку.

– Ты хочешь испачкаться, чтобы бабушка тебе поверила? – спросил Вася, вставая на дыбы.

– Не хочу, но должен…

Со стоном дедушка выпрямил одну ногу – наверное, хотел посмотреть, достаточно ли он испачкался – но не устоял на трёх копытах и рухнул на кучу водорослей.

Из солидарности Вася упал на песок рядом с ним и признался:

– Я по-честному нашёл янтарь с рамфоринхом в шлеме. Помнишь, кто это такой? Это птерозавр, который не птеродактиль. Сейчас покажу…

– Ты ничего не говорил, я ничего не слышал, – отозвался дедушка не двигаясь. – Похвастаешься при бабушке – и пиши пропало. У тебя ничего не останется, зато у неё появится янтарная комната с прибитым к стене птерозавром и новая шляпа.

– Это совсем крошечный рамфоринх, он не в шляпе, а шлеме, и янтаря там на целую комнату не хватит, только на блюдечко…

Васе отчаянно хотелось вытащить своего рамфоринха из рюкзака и проверить, не приснилось ли ему это янтарное чудо. А вдруг там вовсе не янтарь, а жёлтая прозрачная пластмасса?.. Скорее бы вернуться в гостиницу и закрыться в тёмной ванной с ультрафиолетовым фонариком…

Дедушка брезгливо отпихнул вонючую кучу подальше от себя, упёрся руками в песок, чтобы встать, и вдруг громко захохотал.

– Почему ты смеёшься? – удивился Вася.

Дедушка пошевелил пальцами, и мальчик увидел в песке три лимонных шарика.

– Ой, – сказал Вася, – они похожи на те, которые ты купи…

Дедушка предостерегающе поднял палец.

–… которые ты нашёл для бабушки, – закончил Вася. – Только эти не такие гладкие!

– Зато я нашёл их совершенно бесплатно, – усмехнулся дедушка.

Издалека послышался голос бабушки:

– Хватит валяться на сыром песке! Я вам не прощу, если вы заболеете!

– А если мы тебе подарим ещё три янтаря, ты нас простишь? – закричал Вася.

– Я дёшево не продаюсь! Хотя… Покажите!

Дедушка с гордостью вручил ей находку.

– Хм… Неплохо… И тоже с песчинками… Ты меня обманул! – неожиданно воскликнула она, вместо того, чтобы сказать спасибо.

Вася испугался: неужели бабушка о чём-то догадалась?

Но дедушка невозмутимо ответил:

– Ты совершенно права, дорогая. Впрочем, как всегда. Но мне хотелось бы понять, как именно я тебя обманул?

– Тогда, в первый раз, ты нашёл не два, а пять куска янтаря! Но сначала отдал мне только два!

– А зачем я это сделал? – поинтересовался дедушка.

– Чтобы я мучилась, разумеется! Я вся извелась, пытаясь составить комплект украшений из жалких обломков, которые вы нашли!

– Твоей сверхчеловеческой интуицией и нечеловеческой логикой нельзя не восхищаться, – сообщил дедушка. – Даже я сам ни за что не догадался бы о причинах своего странного поведения! Надеюсь, теперь ты с лёгкостью решишь свою янтарную головоломку.

– Теперь всё сходится, – царственно кивнула бабушка. – Серьги, кольца, брошь, кулон, подвеска…

– Здоро́во! – перебил её Вася. – Теперь скорее побежали в гостиницу! Мне надо проверить мой янтарь! – Покосившись на бабушку, он добавил: – Тот, который тебе не понравился! С крокозяброй.

– Крокозябра ждала сорок миллионов лет и ещё немного подождёт, – неожиданно возразил дедушка, – а я умираю от голода. Скорее ужинать!

Бабушка оценивающе оглядела их и поморщилась:

– С вами нельзя идти в приличное место, потому что вы неприлично грязные. Ну ладно – Вася, он же ребёнок…

– И-го-го! – весело заржал Вася.

– У меня уважительная причина, – оправдывался дедушка, – я искал для тебя янтарь! Искал, пока не нашёл!

– Это тебя не извиняет, – отрезала бабушка. – Ты только посмотри на свои колени! И почему от тебя так невыносимо воняет водорослями?! Какой пример ты подаёшь ребёнку!!!

Дедушка подмигнул Васе и предложил:

– Если в приличное место с нами нельзя, тогда предлагаю пойти в какое-нибудь неприличное место – настолько неприличное, чтобы мы со своими грязными коленками выглядели опрятно и даже элегантно.

Но бабушка наотрез отказалась ужинать в неприличном месте, и всем пришлось возвращаться в гостиницу.

Следствие ведёт дедушка

Стоя на коврике у входной двери, Вася разделся до трусов, а потом в душе долго отмывал песок, который был у него даже на макушке. Когда Вася вышел из ванной, бабушка как раз убирала свой янтарь в сейф.

– Не буду упрощать грабителям жизнь! – провозгласила она. – Пусть ищут ценности среди тухлых водорослей, а не по чистеньким комнатам туристов!

Вася тоже не отказался бы запереть свои сокровища в надёжном месте, но сейф казался слишком маленьким для его рюкзака. Что же делать? Попросить бабушку спрятать в сейф только янтарь с рамфоринхом? Это рискованно: даже если замотать его в салфетки и завязать в пакет, бабушка обязательно спросит, что это такое. Вася мог бы соврать, что это аммонит, с которым надо обращаться с особенной осторожностью, но бабушка непременно заявит, что её внук совершенно не умеет обращаться с хрупкими вещами, и сейчас она покажет ему мастер-класс по упаковке. Поэтому Вася решил не привлекать к рюкзаку внимания и просто накрыть его подушкой, пока бабушка стояла к нему спиной.

– Это ещё что за новости? – тут же разгневалась бабушка, как будто у неё глаза были на затылке. – Немедленно выброси эту грязь с постели! Можно подумать, ты в нём яйца дракона прячешь!

– В книжке Сан Саныча не написано, что здесь можно найти яйца дракона, – возразил Вася. – У меня там только коробка с белемнитами, и ядро с аммонитом, и книжка… ой… Где книжка?!!

Бабушка смотрела на него в упор, поэтому мальчик не стал вытряхивать на пол всё содержимое рюкзака в поисках «Янтарной летописи», а наоборот – засунул голову внутрь. Книги не было! Запах остался, а книга пропала… Хорошо хоть, рамфоринх по-прежнему лежал во внутреннем кармашке.

Вася вытащил голову из рюкзака, застегнул его и только тогда взвыл:

– А-а-а-а!!! Книжка Сан Саныча пропала!

Дедушка посмотрел на бабушку. Вася тоже посмотрел на бабушку.

– На что вы намекаете?!! – фыркнула она. – Я эту книжку пальцем и не тронула! По крайней мере, сегодня.

– Скорее! Мы должны её найти!– Вася выскочил в коридор. – Прямо сейчас!

Но бабушка с ним не согласилась.

– Прямо сейчас ты должен прекратить бегать в трусах по гостинице. Вернись в номер, надень штаны, и мы пойдём поужинать.

– После ужина сразу примемся за поиски, – приободрил внука дедушка. – А ты пока вспоминай, где видел её в последний раз.

Всю дорогу до ресторана Вася по шагам рассказывал сегодняшний день.

– …потом бабушка нашла крокозябру. Я вытащил книгу из рюкзака и поискал похожие фотографии, но ничего такого там не было. Тогда бабушка сказала, что она ей совсем не нравится, отдала её мне и велела выбросить бутылки, которые я пинал. Я держал крокозябру в левом кулаке, а книгу сунул под мышку. Три бутылки я прижал к животу и побежал к мусорке. Первую бутылку я бросил с десяти шагов – и попал! Честное слово, я сам видел, как бутылка упала внутрь! А потом я бросил вторую бутылку, она ударилась о край бака и отскочила в рыжего коллекционера, который был в самолёте, помните?

– Так ему и надо, – хмыкнула бабушка. – Кстати, я не одобряю забрасывание коллекционеров бутылками: люди могут подумать, что я тебя плохо воспитываю.

– Что он там делал, этот рыжий? – нахмурился дедушка. – Искал в мусоре вонючие книги для своей вонючей коллекции?

– Книг у него не было, – припомнил Вася. – Зато была красивая лупа с ручкой из разноцветного янтаря.

– И что же он в неё рассматривал? – спросил дедушка. – Неужели мусорный бак?

Вася даже не улыбнулся, так он был сосредоточен на воспоминаниях.

– Сначала лупы не было, она появилась, когда я рассказал про крокозябру, и он попросил её посмотреть. Хотя… Нет, ничего он не просил, он сам её схватил и долго изучал под лупой. А потом сказал, что хочет её купить.

– Каков наглец! – возмутилась бабушка. – Торговать у ребёнка мою крокозябру – и без меня! Сколько предлагал?

– Нисколько: я сказал, что не буду её продавать.

Бабушка разочарованно хмыкнула. Вася добавил:

– Тогда он предложил её обменять на два инклюза, или даже на три…

– А вот это уже интересное предложение! – оживилась бабушка.

– … Но я отказался, потому что ты бы их у меня отобрала, – вздохнул Вася.

– Как сообразительный мальчик, весь в меня, – усмехнулся дедушка. – Он сказал ещё что-нибудь?

– Сказал «до свиданья». Хотя нет, не «до свиданья», а «до встречи». И ещё сказал: «Мусор выбросить не забудь». Я удивился, потому что думал, что уже все бутылки выбросил, а оказалось, что у меня ещё одна осталась.

Дедушка насторожился.

– Сколько у тебя было бутылок? – переспросил он.

– Три, – уверенно ответил Вася.

– А сколько ты выбросил?

Вася наморщил лоб и долго соображал, загибая пальцы на правой руке

– Четыре…

– А что было потом?

– Я побежал обратно, а он остался возле мусорки… А потом я нашёл два белемнита, а потом ракушки, а потом ещё белемнитов и ракушек…

– А потом ещё белемнитов и ещё ракушек, – подмигнул ему дедушка. – Ну что же, всё ясно. Получается, что ты, как и Никита, выбросил книжку в мусорный бак.

– Это Саша её выбросил, а не Никита, – заспорила бабушка.

– Нет, Никита! – возразил дедушка.

– А я говорю, Саша!

– Я?.. выбросил?.. книжку Сан Саныча?.. в помойку?.. – пролепетал Вася.

– Эту книжку все выбрасывают в мусорный бак, – подытожил дедушка. – Судьба у неё такая.

– Нет, я не мог!.. Это не я!..

– Не расстраивайся, – беспечно посоветовала бабушка. – Пусть переживает тот, кому придётся после ужина шарить в мусорных баках.

– Кто? Кому? – всхлипывал Вася.

– Одно могу сказать точно: это буду не я! – заявила бабушка.

Склад под столом

В ресторане было многолюдно. Посетители, в которых Вася узнавал коллег-искателей по пляжу, наперебой хвастались сегодняшними находками.

Бабушка негодовала, что персонал не обращает на неё внимания. Когда у столика появился человек с картонками меню в руках, она сперва приняла его за официанта. А дедушка, судя по его цепкому внимательному взгляду, не забыл, как выглядел их странный сосед из самолёта, про которого им только что рассказывал Вася.

– Сегодня аншлаг, – улыбнулся рыжий, раскладывая меню перед Васей, бабушкой и дедушкой. – Но если разрешите составить вам компанию, то нас непременно накормят.

– А если обманете, мы съедим вас без ножа и без соуса, – предупредила его бабушка, кивая на свободное место за их столиком.

Через полминуты появился официант с корзиночкой хлеба и маслёнкой, а уже через пять минут каждый из них получил то, что выбрал на ужин.

– Ты целый день ковырялся в песке, а там всяких паразитов больше, чем людей в этом ресторане, – сказала Васе бабушка, даже не пытаясь приглушить голос. – Надеюсь, ты хорошо вымыл руки и почистил ногти, ведь я обещала вернуть тебя родителям точно таким же, каким получила от них – то есть, без глистов.

– Бабушка, перестань! – взмолился Вася. – Честное слово, я хорошо вымыл руки, просто отлично!

– Почему человек за соседним столиком так зло смотрит на нас? – спросил дедушка. – Неужели официант вырвал мой бифштекс прямо у него из зубов?

Рыжий загадочно усмехнулся:

– Не исключено… Впрочем, на мой стейк он смотрит таким же голодным взглядом.

– Я не желаю знать, кто и из чьих зубов вырвал моего угря, но у меня его уже не отнять, – сообщила бабушка.

– А на мои макароны по-флотски никто не смотрит, – пожаловался Вася.

Впрочем, он и сам на них не смотрел, и даже не ел, а просто ковырял вилкой. Потеря книжки совершенно отбила ему аппетит. Что он скажет Сан Санычу?..

– Я в детстве тоже не ел ничего, кроме макарон по-флотски, – сказал рыжий.

– А вы в детстве тоже чужие книжки теряли? – вздохнул Вася.

– Я за свою жизнь потерял миллион чужих книжек! – бодро отозвался рыжий. – Неужели ты тоже?.. Погоди, сейчас угадаю. Ты потерял ту самую книжку, которую я умолял отдать в мой музей?

Вася тяжело вздохнул.

– Дедушка думает, что я выбросил её в мусорку, когда мы с вами разговаривали – там, на пляже.

– У тебя очень проницательный дедушка! – воскликнул рыжий. – Именно так всё и было! Какой удивительный мальчик, подумал я. Отказался продавать и менять свою книгу, а теперь у меня на глазах выбрасывает её в мусорный бак! Если ему так приспичило что-то выбросить, подумал я, почему бы ему не выбросить пустую пластиковую бутылку, которую он так нежно прижимает к себе? Но каждый человек сам выбирает, что и куда бросать!

– Перепутал!.. Вместо бутылки выбросил… – всхлипнул Вася. – Я нечаянно!

– Спокойно, – сказал дедушка. – После ужина я пойду и вытащу её оттуда.

Рыжик замотал головой, всё так же солнечно улыбаясь.

– Я своими глазами видел, как на пляж приехал мусоровоз и забрал весь мусор.

Васины глаза налились слезами.

– Какая потеря! – весело сказал рыжий. – Ничто не сможет её заменить! Разве что… – он опустил руку под стол, – …разве что она!!!

Он торжествующе ударил по столу чем-то прямоугольным, завёрнутым в газету.

– Что это? – без интереса спросил мальчик.

– Не узнал? – удивился рыжий, обдирая газету. – Это же «Янтарная летопись»! Точь-в-точь как твоя, только новая!

– Не может быть… – прошептал Вася, не веря своим глазам.

Бабушка с подозрением посмотрела на книжку, на рыжего и заглянула под стол.

– У вас там книжный магазин?

Расхохотавшись, коллекционер вытащил из-под стола большой кожаный портфель – почти такой же рыжий, как и его хозяин.

– Дополнительные бифштексы в вашем магазине, случайно, не продаются? – поинтересовался дедушка. – Если обшаривание мусорных баков отменяется, я бы, пожалуй, продолжил наш банкет.

Жестом фокусника рыжий выудил из портфеля консервную банку.

– Шпроты! – обрадовался дедушка.

Вася со всех сторон рассматривал обретённую заново книжку. Обнюхал и даже лизнул потихоньку от всех – но не так, как Амфи, а очень аккуратно, кончиком языка. Новенькая, чистенькая, без следов собачьих зубов!.. И он с грустью вспомнил о той, первой «Янтарной летописи», на долю которой выпало столько испытаний.

– Что-то ты не слишком рад, – заметил рыжий.

– В старой книжке была подпись автора…– прошептал Вася. – Мне очень нужно, чтобы книжка была подписана…

Рыжий засунул руку в портфель чуть ли не по локоть, и выудил оттуда сперва консервный нож, который он вручил дедушке, а потом перьевую ручку.

Дедушка нахмурился.

– Подделывать авторские подписи незаконно!

– Мне можно, – ухмыльнулся рыжий.

– Вас зовут Фред? – уточнил дедушка, скосив глаза на обложку.

– Ваша фамилия Картошкин?!! – фыркнула бабушка.

Рыжий Фред Картошкин прижал ладонь к сердцу и раскланялся.

– Тогда закон вас простит, – улыбнулся дедушка, а бабушка потребовала:

– Напишите какое-нибудь романтичное посвящение. Например, «Прекрасной незнакомке в память о встрече на Балтийском берегу»…

Вася очнулся от странного ощущения, что всё происходящее ему снится – очнулся и заорал:

– Нет! Бабушка, нет! На ней должно быть написано: «Старому другу с наилучшими пожеланиями!» Как на книжке Сан Саныча! Он дал её мне, а сам даже ещё не читал, а я… Но я нечаянно, честное слово! Как здорово, что вы мне подарили другую летопись! Теперь я смогу вернуть её Сан Санычу, как будто ничего не было – ни черепа, ни помойки!

Фред стремительно написал несколько слов и вернул книжку Васе.

– Это просто прекрасно, что ты выбросил её нечаянно, – ухмыльнулся он, вручая книжку Васе. – Гораздо хуже было бы, если Саныч попросил тебя выбросить мою книжку в мусорный бак как можно дальше от его квартиры.

И тогда Вася улыбнулся – первый раз за вечер.

Жизнь и смерть крокозябры

Отпив глоточек капучино, бабушка поинтересовалась:

– Почему вы сразу не представились автором «Янтарной летописи»? Зачем было выдавать себя за коллекционера вонючих потрёпанных книг?!

– Затем, что я и есть коллекционер! Я собираю янтарь – с инклюзами и без, а «Янтарную летопись» написал про экземпляры из моей коллекции. И мне как автору очень приятно, что книга не пылится на полке за стеклом, а живёт бурной жизнью вместе со своими читателями! Но кто же из них точил об неё зубы?!

– Его Амфи погрыз, – подал голос Вася, – Амфицион…

– Какая честь! Мою книгу держал в зубах собакомедведь! Как я ей завидую, ведь это один из самых интересных хищников кайнозоя!

Вася засмеялся.

– А зачем вам моя крокозябра? Неужели у вас такой в коллекции нет?

Фред шёпотом сказал:

– Я как коллекционер со всей ответственностью заявляю, что янтаря с крокозяброй ни у кого в коллекции нет! Потому что твоя крокозябра на самом деле ленточный червь! То есть, глист обыкновенный!

Бабушка выронила ложечку.

– Я не ослышалась?!! Какая прелесть! То есть, я хочу сказать, что это просто отвратительно, но меня интересуют подробности. Если это глист, как же он оказался в янтаре?

– Любой червяк может оказаться в янтаре,– прошептал Вася, – он полз по дереву и приполз в смолу, или полз по земле, а сверху на него капнула смола…

Его перебил смех Фреда.

– Как приятно встретить разбирающегося в глистах человека! – сказал он бабушке, приподнимая воображаемую шляпу. – Действительно, ленточный червь не может никуда ползти по земле или по дереву! Это паразит, который живёт внутри своего хозяина и крепко держится за него изнутри всеми своими крючками и присосками. Снаружи он жить не может!

Вася вытянул из кармана янтарь с крокозяброй и посмотрел на неё как на врага.

– Я думал, моя крокозябра – это иголка сосны… Или какая-нибудь гусеница… А она глист и паразит… Как же тогда она в янтаре оказалась, если без хозяина жить не может?

– Весь день голову над этим ломаю, – признался Фред. – Наверное, сорок миллионов лет назад твоя крокозябра спокойно жила в кишечнике рыбы…

– Какой рыбы? – перебил его Вася.

– Например, акулы, – пожал плечами Фред. – Акула плавала по морю, пока её не поймала птица…

– Какая птица?

– Например, чайка. Допустим, это была очень маленькая, прямо таки крошечная акула и очень большая чайка, – уточнил он, не дожидаясь дополнительных вопросов. – Чтобы спокойно съесть свою добычу, очень большая чайка полетела к дереву, растущему на берегу…

– К какому дереву?– спросил было Вася, и тут его осенило: – У меня есть смелая гипотеза: это была сосна! Очень большая чайка полетела к сосне, и там на неё напала другая чайка – она была ещё больше, чем очень большая чайка, она была просто огромная, и она захотела забрать акулу себе! И две чайки вырывали акулу друг у друга и размахивали своими гигантскими крыльями, пока под ними не сломалась ветка, но они не упали на землю, а взлетели, и делили акулу в воздухе, пока она не разорвалась пополам! Тогда крокозябра из живота акулы упала прямо в каплю смолы, которую выделила сосна, чтобы заклеить раны поломанной ветки! А потом налетел шторм, он был такой сильный, что сосна рухнула в море, и утонула вместе со смолой и крокозяброй, и окаменела на морском дне, и лежала там миллионы лет, пока не начался вчерашний шторм, и волны не вынесли крокозябру на берег, и вот она теперь моя!

– Душераздирающая история, – пробормотала бабушка.

– Это акулораздирающая история, а не душераздирающая, – возразил дедушка.

– Какой полёт фантазии! – зааплодировал Фред.– Браво! Где вы взяли такого сообразительного мальчика?!

Бабушка поджала губы.

– Его безответственные родители уехали в командировку и подбросили его нам.

– Что значит «подбросили»?! – перебил её дедушка. – Дети – это подарок!

– Подарок – это когда с бантиком и можно в магазин вернуть, если чек сохранился, – фыркнула бабушка.

Вася насупился.

– Нет у меня никакого бантика, – буркнул он.

– Вот я и говорю, что ты далеко не подарок, – отозвалась бабушка.

– Мне кажется, вас не очень интересуют ленточные черви, – подмигнул ей Фред. – А ведь этот инклюз мог бы стать жемчужиной моей коллекции. Вы не будете возражать, если я предложу обменять его на что-нибудь более привлекательное. На янтарь с мотыльком, например?

– Разумеется, буду! – заявила бабушка.

– Она всегда возражает, – пояснил дедушка в ответ на молчаливое удивление Фреда. – Я не припомню случаев, когда бы она не нашла возражений. Даже когда я утверждаю, что дважды два равно четыре, она всё равно не согласна.

– Отныне это не инклюз, а педагогический материал, – заявила бабушка. – Этот глист в янтаре будет жить на обеденном столе и служить всем напоминанием, что надо мыть руки перед едой!

– Бабушка, ты эту крокозябру мне отдала! Значит, она теперь моя. Я не хочу, чтобы она напоминала мне мыть руки перед едой. Лучше пусть она напоминает о маленькой акуле и двух гигантских чайках.

Дедушка закашлял, чтобы скрыть свой смех.

Фред с восторгом сказал:

– Какая сложная педагогическая ситуация!

Бабушка смерила их высокомерным взглядом и сказала:

– Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним. Идёмте! Завтра нам рано вставать.

– Уже улетаете? – просиял Фред. – Очень жаль! А я, пожалуй, задержусь. Вдруг мне повезёт, и я тоже найду крокозябру или что-нибудь ещё, не менее интересное. Передавайте привет Санычу!

Успешная проверка

Вернувшись в номер, Вася первым делом попросил у бабушки ультрафиолетовый фонарик.

– Ты же не думаешь, что твой глист фальшивый? – прищурилась она.

– Не называй его так, – взмолился Вася, – пусть останется крокозяброй!

– Никому и в голову не придёт подделывать ленточного червя в янтаре! – настаивала бабушка.

– Вот и зря, – возразил дедушка. – Интерес Фреда Картошкина показывает, что такой инклюз достаточно редкий и ценится выше всяких насекомых.

Судя по бабушкиному лицу, она осталась при своём мнении, но фонарик из своей сумки всё-таки достала и велела дедушке погасить свет.

– Настоящая! – воскликнул Вася, едва луч фонарика упал на крокозябру, и она засветилась голубоватым светом.

– Иначе и быть не могло, – отозвалась довольная собой бабушка.

Вася хотел незаметно спрятать фонарик в карман, чтобы потом под одеялом посветить на янтарь с рамфоринхом, но именно в этот момент дедушка щёлкнул выключателем, а бабушка заявила:

– Отдай фонарик, теперь моя очередь!

Пришлось вернуть его бабушке. Она вынула из сейфа обе половинки «грецкого ореха» с листочком динозаврового дерева, весь полученный от дедушки янтарь и кучу найденной Васей янтарной мелочи. Не обращая внимания на протесты дедушки, бабушка снова велела погасить свет и принялась внимательно изучать свои сокровища под ультрафиолетом.

Васе ужасно хотелось спать, но ещё больше ему хотелось проверить свою находку. Он ломал голову, как бы намекнуть бабушке, что пора освободить фонарик, но торопить её, конечно, не рискнул. Бабушка почувствовала его нетерпение и велела не стоять у неё над душой, а чистить зубы и ложиться в кровать.

Ждать фонарика лёжа в кровати было ещё труднее. Вася потёр глаза и достал смартфон проверить переписку в чатах.

Чат «Динозавры онлайн»

Кариназавр: Сан Саныч!!! Вы где? САН САНЫЧ!!!

Женязавр: не кричи, не в лесу)

Кариназавр: А если он завтра не вернётся???

Женязавр: а что завтра?

Кариназавр: Кружок у нас завтра! Я брошку бабушкину принесу!

Сашазавр: это аргумент… Таймыр подождёт…

СанСанычезавр-рекс: динозавры, салют! Таймыр на связи!

Васязавр: вам Фред Картошкин привет передавал! Автор вашей книжки!

СанСанычезавр-рекс: ого! где ты его встретил?

Васязавр: я его везде встретил! в самолёте! и на пляже! и в ресторане!

Кариназавр: Картошкин))) смешная фамилия))

Женязавр: а имя тебе норм, да?)))

Сашазавр: Фред… очень странное имя…

СанСанычезавр-рекс: На самом деле он Фёдор, но его в деревне с детства дразнили «Фредина-вредина»)))

Васязавр: В какой деревне???

СанСанычезавр-рекс: в которой мои бабушку с дедушкой живут. Меня к ним однажды на каникулы отправили. Мы с дедом собирались на рыбалку, я пошёл копать червей в огород, и вдруг выкопал кусочек янтаря. А потом ещё один, и ещё, пока бабушка не прогнала: ей грядки дороже всех на свете ископаемых)) Вечером я притворился, что лёг спать, и снова пошёл копать, а там уже в темноте уже кто-то другой лопатой машет. Так и познакомились)) Это соседский внук оказался, он тоже с детства янтарём интересуется.

Женязавр: хайп))) вы ему своим янтарным тараканом хвастались?))

СанСанычезавр-рекс: к тому времени я уже без манипулятора модификапутиса остался((

Васязавр: это шутка была??? что его инопланетян отобрал???

СанСанычезавр-рекс: для шуток это слишком серьёзная тема))) Мне пора в обратный путь. Вертолёт уже машет крыльями))) До завтра, динозавры!

Вася хотел рассказать друзьям про сегодняшние янтарные находки, но никак не мог выбрать, с чего начать – с рамфоринха, с листочка динозаврового дерева или с крокозябры? Он задумался и незаметно для себя заснул.

Двадцать девятый

Проснулся Вася, когда самолёт уже шёл на посадку.

– Я думал, мне всё приснилось, – зевнул Вася. – Приснилось, как вы меня в гостинице будили. Приснилось, как мы на такси в аэропорт ехали. И посадка в самолёт тоже приснилась. Скорей бы домой! Мне сегодня обязательно нужно книжку дочитать, чтобы вечером вернуть её Сан Санычу вместо потерянной.

Дедушка подмигнул ему.

– А мне приснилось, что я съел твой завтрак, – он закрыл столик и стряхнул крошки с колен.

– Лучше бы тебе приснилось, что ты спишь, – сказала бабушка. – Теперь не жалуйся, что не выспался.

Но дедушка ни на что не жаловался, даже когда выгружал тяжёлые рюкзаки из такси и поднимался с ними в подъезд.

Вася сразу почувствовал, что сегодня лифт едет особенно долго.

– Безобразие, – проворчала бабушка. – Уже полчаса едем.

– Как будто в аэропорт возвращаемся, – засмеялся Вася.

Тут двери лифта наконец открылись, и стало понятно, что они приехали на какой-то чужой этаж, не на свой. Вася посмотрел в окно, из которого открывался вид на крыши домов и макушки деревьев.

– Ой… – прошептал он. – Как будто мы снова в самолёте летим…

– Двадцать девятый, – дедушка показал на табличку с номером этажа.

Бабушка с негодованием воскликнула:

– Ну, и кто из вас промахнулся, когда нажимал на кнопку пятого этажа?!!

– Только не я, – защищался дедушка, – у меня руки заняты рюкзаками, мне нажимать было нечем.

– И не я, – сказал Вася. – Вы меня первым в кабину втолкнули и в самый угол зажали. Бабушка, ты, наверное, сама перепутала и нечаянно нажала на другую кнопку.

– Нонсенс, – ответила бабушка. – Я не могла нажать кнопку двадцать девятого этажа. Да будь у меня даже закрыты глаза и сломан палец, я бы всё равно попала на кнопку пятого этажа!

– Очень трудно перепутать числа пять и двадцать девять, – неожиданно согласился с ней дедушка.

Вася растерялся:

– Но почему же тогда мы сюда приехали?

– Возможно, сгорели какие-то контакты в панели лифта, – развёл дедушка руками, в которых он по-прежнему держал рюкзаки.

– Что ты этим хочешь сказать? – возмутилась бабушка. – Что это я их сожгла?!

– Я хочу сказать, – дедушка открыл дверь, ведущую на лестницу, – что кнопка двадцать девятого этажа залипла, и нам придётся спускаться до пятого пешком. О, мои бедные колени!

Первым вниз по лестнице пошёл Вася. Бабушка спускалась следом за ним. Настроение у неё окончательно испортилось, она то покрикивала на внука, чтобы он не путался под ногами, то требовала не спешить и категорически запрещала ему спотыкаться.

– Почему рюкзаки такие тяжёлые, будто в них камни? – простонал дедушка, замыкающий их маленькую колонну.

– Потому что в них камни, – проворчала бабушка.

– Это не камни, а окаменелости, – запротестовал Вася. – Они все не влезли в мой рюкзак, поэтому я немного положил в твой и в бабушкин. Хочешь, я тебе помогу?

– Не надо, – прокряхтел дедушка. – Мне сразу стало легче, когда я узнал, что это окаменелости, а не какие-то ненужные камни. Ну-ка, напомни, кого ты там нашёл?

Вася так долго перечислял свои свеженайденные сокровища с берега Балтийского моря, что спуск до пятого этажа пролетел незаметно.

(Не) один дома

Вернувшись домой, дедушка упал на диван и притворился спящим, и Вася последовал его примеру. Впрочем, это не помогло.

– Хватит изображать дохлых опоссумов! – Бабушка за ногу стащила Васю на пол. – Нашему миру не хватает красоты, но я знаю, как с этим бороться. Вперёд, к ювелиру!

Вася заныл:

– Где мои мама с папой? Скорей бы они вернулись из своей командировки! Они меня любят и не стали бы таскать меня по ювелирам, а разрешили спокойно сидеть дома и читать умную книгу. Я же должен сегодня вернуть её Сан Санычу!

Тут Вася немного приврал, но только потому, что очень хотел остаться дома наедине с ультрафиолетовым фонариком и янтарём с рамфоринхом. И «Янтарную летопись» дочитать, разумеется.

И бабушка сдалась.

– Ну, если ты действительно будешь читать свою книжку…

– А что мне ещё делать-то! – радостно перебил её Вася. – Мне больше и делать-то нечего! Но вы там давайте не слишком долго, ладно? К обеду вернётесь?

– Ничего не могу обещать, – холодно отозвалась бабушка. – В холодильнике сосиски и молоко, на столе хлеб, спать ложись вовремя.

– Мне вечером в кружок! – испугался Вася, но дедушка его успокоил:

– Твой кружок – это мой единственный шанс вернуться домой до заката солнца, и я его не упущу. Мы вернёмся вовремя, чего бы мне это ни стоило!

Бабушка пристально на него посмотрела, и Вася понял, что эти слова обойдутся дедушке очень дорого.

– Воду выключай! И свет тоже выключай! При пожаре или потопе хватай телефон, спускайся по лестнице на улицу и вызывай спасателей, – велела бабушка Васе, выходя из квартиры.

– Фонарик! – спохватился он, выскакивая следом за ней на лестничную площадку. – Отдай мне фонарик! Я… Мне… – Вася отчаянно соображал, как бы выкрутиться, чтобы и фонарик получить, и про рамфоринха не говорить. – Мы в кружке будем исследовать Каринину брошку!

– Перед кружком и отдам, – она вызвала лифт, ставя точку в разговоре, но внуку на помощь опять пришёл дедушка.

– Вечером ты об этом напрочь забудешь, – сказал он бабушке.

– Я никогда и ничего не забываю!

Но всё-таки она вынула фонарик из сумочки и вручила его Васе со словами:

– Не потеряй и не сломай, он мне ещё понадобится. А теперь возвращайся в квартиру и не забудь закрыть дверь на замок!

Двери лифта открылись, и тут Вася вспомнил:

– Двадцать девятый этаж!!!

Дедушка застонал и повернулся к двери, ведущей на лестницу, а бабушка ожидаемо разгневалась. Но она, наверное, слишком сильно хотела заказать себе украшения, потому что с ворчанием отправилась вниз пешком.

Вася щёлкнул замком и запрыгал на одной ножке. Наконец-то!..

Он схватил свой рюкзак и пробежался по квартире в поисках самого тёмного места. Комнаты и кухня были залиты ярким утренним светом, поэтому пришлось обосноваться в ванной. Он аккуратно положил на пол янтарь с рамфоринхом и фонарик, полюбовался своей идеальной подготовкой к исследованию и высунулся из ванной, чтобы погасить свет.

– Ой… – вырвалось у него, когда прямо перед своим носом он увидел бабушку, которая, по его соображениям, уже должна была выходить из подъезда на улицу, а не звенеть ключами в прихожей.

– Где мои очки? И что ты делаешь в ванной? – бабушка с подозрением уставилась на Васю.

– Я?.. Я это… Мою руки!

– Сам догадался или крокозябра подсказала?!

– Конечно, крокозябра, – не стал спорить Вася. – А ещё я выключаю воду. И свет! – Он демонстративно щёлкнул выключателем. – Сейчас поищем твои очки. Как ты могла их забыть? Ты же никогда и ничего не забываешь! Ты так быстро спустилась до первого этажа и поднялась обратно?

– Нонсенс! Если бы я спустилась до первого этажа, то подниматься обратно пришлось бы твоему деду. Почему ты стоишь столбом? Немедленно найди мои очки! Кстати, не читай лёжа в кровати. И не ешь на диване. Не пей молоко из холодильника, – не умолкала бабушка, пока Вася метался по квартире, разыскивая пропажу. – Сколько можно ждать?! Не понимаю, как ты собираешься искать динозавров, если не можешь откопать такую мелочь, как очки!

– Динозавры большие, а очки маленькие! Я всё проверил, их нигде нет! Может, дедушка взял?

Бабушка задумалась на секунду и величественно кивнула.

– Разумеется, это он виноват! Я же ему так и сказала: «Не забудь взять мои очки!»

– Не сиди в телефоне и не виси в компьютере! – напоследок приказала она и вышла.

Вася с облегчением выдохнул и снова щёлкнул замком. Беготня за очками навела его на мысль, что для осмотра янтаря ему наверняка пригодится лупа. В отличие от бабушкиных очков, которые могли оказаться где угодно, лупа всегда лежала на своём месте – у дедушки на тумбочке.

Когда Вася возвращался к ванной, дверь квартиры снова открылась.

– Бабушка! Что ты ещё забыла?

– Это не она, это я всё забыл, – подмигнул ему дедушка.

– А что именно ты забыл? Очки?

– Очки я, к сожалению, не забыл. Я забыл бабушкин зонтик.

– Там же нет дождя! Солнышко светит!

– Совершенно с тобой согласен, но бабушка не готова рассматривать это как смягчающее обстоятельство, – усмехнулся дедушка, снимая с вешалки зонтик.

– А больше ты для неё ничего не забыл? – озабоченно спросил Вася. – Шляпу от солнца, салфетки, воду?..

– …отвёртку, микстуру от кашля, компас, фотографию Эйнштейна, горные лыжи, карту Ульяновской области, фарфоровую статуэтку, рулетку, канистру с бензином, акваланг и часы с кукушкой! – усмехаясь, продолжил дедушка. – Беда в том, что заранее никогда не угадаешь. Эх, с каким бы удовольствием я бы сейчас сидел дома, рамфоринха со шлемом в лупу разглядывал… Чуть не забыл, – спохватился он уже с лестницы, – тебе велено не открывать дверь чужим людям и не бросать из окна мусор.

Вася опять закрыл дверь на замок и немного подождал, но в третий раз никто из них не вернулся.

Рамфоринх на кнопочном управлении

Вася прикрыл за собой дверь ванной, опустился на колени и щёлкнул кнопкой фонарика. Луч ультрафиолета осветил янтарь с рамфоринхом, и у мальчика перехватило дыхание.

– Зелубоватый!!!

Он хотел сказать «зелено-голубоватый», но от волнения слова слиплись. Можно было не сомневаться, что это самый настоящий янтарь! По крайней мере, со стороны хвоста.

В левой руке Вася держал фонарик, а в правой лупу. Свободными оставались только коленки, но ими никак не удавалось перевернуть рамфоринха на другую сторону. Вася зажал фонарик в зубах, и оказалось, что так гораздо удобнее: теперь он правой рукой держал лупу, а левой – крутил янтарный диск.

– Пасть большая, но зубов не видно… Интересно, он кусался или нет? Две дырочки – это для дыхания… Глаза большие, чёрные, круглые, три штуки…

Он присмотрелся. Три или два?.. Нет, всё-таки два… Третьим глазом ему показалась кнопка на шлеме, которая пришлась как раз посерединке между двумя глазами.

Сфокусированный лупой луч ультрафиолета попал точнёхонько в правый глаз рамфоринха, и глаз… Глаз вдруг зажмурился!.. Вася вздрогнул, луч перескочил в левый глаз, и тот тоже зажмурился. Теперь никто не мог бы сказать, большие глаза у рамфоринха или маленькие, круглые или квадратные, потому что всё, что осталось на их месте – это две черточки! И только кнопка на шлеме осталась такой же большой и круглой, как и была.

От изумления Вася разинул рот. Он совершенно забыл, что в зубах у него зажат фонарик – и тот, конечно же, выпал прямо на рамфоринха!!! Вася даже не успел испугаться, что хрупкий янтарь сейчас разлетится вдребезги, как послышалось: «клац!» – и фонарик почему-то погас…

Если бы события разворачивались не так стремительно, Вася непременно бы догадался, что фонарик погас оттого, что упал кнопкой вниз. Но всё происходило слишком быстро, и мальчику было уже не до фонарика и не до янтаря, потому что кто-то – или что-то – ударило его в лоб. Удар был такой силы, что Васина голова откинулась назад, потянула за собой всего Васю, и мальчик опрокинулся, толкнув спиной дверь ванной комнаты. От напора дверь распахнулась, и Вася выпал в коридор.

Если бы коридор напротив ванной был широкий, то Вася бы упал навзничь и спокойно бы лежал и глядел в потолок, ни о чём не беспокоясь. Но коридор был очень узкий, и Вася никак не мог там разлечься во всю свою длину, поэтому он упирался затылком в противоположную стенку и волей-неволей смотрел на чёрную фигуру, возникшую во мраке ванной комнаты.

Фигура угрожающе хрипела и свистела, а Вася мучительно соображал, почему это пугающее существо кажется ему знакомым. Где-то он уже разглядывал эти крылоруки… И длинный хвост… И круглую голову в круглом шлеме он совершенно точно видел… Но тогда, когда он всё это рассматривал, оно не казалось таким страшным, потому что…

– Не может быть… – прошептал Вася, – он же был таким маленьким!..

Держась подальше от опасности, поближе к стенке, Вася встал на ноги и, собрав всю свою смелость, спросил:

– Это ты? Мой рамфоринх? Почему ты так вырос?

Свист и потрескивание были ему ответом.

– Ты чего там застрял? Выходи!

Вася сделал приглашающий жест, и чёрная фигура шагнула в коридор. На свету она уже не казалась огромной. Шлем делал рамфоринха чуть выше Васи, а крылоруки – чуть шире в плечах, но под чёрным комбинезоном отчётливо угадывались очертания тощего туловища, и мальчик совсем перестал его бояться.

Рамфоринх свистнул, хрюкнул и заговорил человеческим голосом:

– Янтарь быть мой. Я быть в нём заархивирован много циклов.

– Ты в нём быть?.. – переспросил ошеломлённый Вася.– Ты быть кто?!!

– Я быть уменьшен и законсервирован в смоле. Ты нажать увеличительно-уменьшательную клавишу, – он показал на чёрную кнопку, которую Вася принял за третий глаз. – Я разархивироваться. Теперь я быть снова живой и большой.

– Я ничего не нажимать, – пробормотал Вася и тут же догадался, что это его падающий фонарик ударил по кнопке и запустил какой-то процесс, увеличивший рамфоринха. – То есть… Ладно, я нажал… Но я нечаянно!.. Я хотел сказать: пожалуйста, мне не жалко… Слушай, а почему ты сначала хрипел, а теперь нормально разговариваешь? Ну, почти нормально…

– Я иметь автоматический переводчик. Он опоздать включаться. Быть вероятность повреждения смолой.

– Мне бы такой переводчик! – позавидовал Вася. – Я бы с ним в смолу не полез… Я бы его для школы берёг… А ты давно заа… – он с трудом вспомнил нужное слово: – заархивировался давно? А зачем? Рамфоринхи, они же в мезозое водились, да? Так с мезозоя в янтаре сидишь? Ой, ты же, наверное, не знаешь, что такое мезозой! Как я сразу не сообразил… Понимаешь, это такое название. Его придумали не динозавры, и не птерозавры, и не морские ящеры, а геологи! Сейчас я тебе про всё него расскажу! Мезозой – моя любимая геологическая эра, он начался…

– Ты быть дурак? Ты думать, я жить в длительность ящеров? – перебил его рамфоринх.

– А ты не обзывайся, – насупился Вася. – Откуда же ты взялся, если не из мезозоя?

– Я ходить в пространстве и времени. Я быть инопланетян.

– Ух ты! Здо́рово! !! А почему ты шлем не снимаешь? Тебе наш воздух не подходит?

По комбинезону пробежал зелёный огонёк.

– Состав воздуха быть приемлемым, – сообщил рамфоринх.

Часть шлема, закрывающая его морду, втянулась наверх. Вася приподнялся на цыпочках: сквозь прозрачный шлем было видно, как она легла вторым слоем на темечко, а чёрная кнопка, похожая на третий глаз, оказалась теперь на макушке.

Приглашение в путешествие

Вася с восторгом уставился на своего гостя.

– Настоящий инопланетян!.. А я… я… Я быть палеонтолог! Юный палеонтолог! Меня Вася зовут!

Рамфоринх фыркнул и зашипел.

– Ты чего? – насторожился Вася.

– Быть моё имя. Ты не выговорить. Автоматический переводчик не переводить. Ты звать меня Ян.

– Ян-инопланетян! – засмеялся Вася. – Я сначала думал, что ты птеродактиль….

Ян перебил его сердитым шипением:

– Ян быть не птеродактиль!

– Да я уже понял! Но если ты инопланетян, почему ты похож на нашего земного рамфоринха?

– Мои предки иметь легенда. Много циклов назад мы жить на этой планете, а потом улететь к другой звезде.

– Ничего себе… То есть, вы сначала жили здесь, а потом переехали… А почему ты вернулся?

– Я ходить в пространстве и времени. Я смотреть.

Ян принялся ходить туда-сюда по коридору, подёргивая хвостом, на кончике которого болтались два красных пёрышка.

– Ходить… – повторил Вася. – Смотреть… А-а-а-а! Я понял: ты гулять! Путешествовать! Погоди, ты куда?

Но Ян уже повернул за угол так уверенно, будто был у себя дома, и Вася побежал за ним.

Рамфоринх стоял посреди Васиной комнаты и глазел по сторонам. Он скользнул взглядом по подоконнику, где лежал маленький камешек с отпечатком ракоскорпиона. Отвернулся от тумбочки с банкой, на дне которой лежали перламутровые аммониты и трилобит. Не удостоил внимания стеллаж, заваленный белемнитами. Моргнул при виде хрустальной конфетницы с крокозяброй, красовавшейся на письменном столе. Чуть задержался, рассматривая полку со стадом пластилиновых диплодоков. Но при виде картины, на которой был изображён тираннозавр, Ян заметно заволновался.

Вася приосанился. Он очень гордился своей работой. Тираннозавр грозно сверкал глазами и скалил зубы, но главным его достоинством были самые настоящие ископаемые зуб и коготь динозавра. Зуб Вася приклеил к нарисованной пасти, а коготь – на самый длинный палец правой передней лапки.

– Он быть неправильный размер, – показал Ян на тираннозавра. – Я его видеть. Он быть больше. Намного больше.

– Я знаю, что тираннозавры очень большие, только где ж я такой лист бумаги возьму?.. – вздохнул Вася, и тут до него дошёл смысл слов инопланетянина. – А ты не врёшь?.. Ты по-честному видел тираннозавра?! Настоящего живого тираннозавра?!! И как он?.. Что он?.. Почему он… – Вася хотел спросить, почему настоящий живой тираннозавр отпустил Яна целым и невредимым, но решил, что это было бы невежливо.

– Большой. Голодный. Злой. Хотеть меня съесть. Я от него уходить, – Ян машинально дотронулся до похожего на часы браслета на левой крылоруке.

– «Уходить»?!! Подожди, как это… Ты от него просто ушёл?!! Вот так вот ногами взял и ушёл от тираннозавра?!!

– Я уходить во времени. Далеко уходить! Туда, где жить они.

Ян шагнул к подоконнику и ткнул пальцем в камень с отпечатком ракоскорпиона.

– Он тоже быть неправильный размер. Он быть больше. Меньше, чем тот, – Ян кивнул на тираннозавра, – но больше, чем этот, – он снова постучал по Васиному ракоскорпиону.

– У меня раньше больше был, – отозвался Вася, вспоминая каменюгу с отпечатком большого ракоскорпиона, которую папа еле дотащил до палеонтологического музея. – Меньше, чем тираннозавр, конечно, но больше, чем этот малыш. Ну и как тебе настоящий живой ракоскорпион?

– Большой. Голодный. Злой. Он тоже хотеть меня съесть. Я от него тоже уходить, – Ян снова коснулся браслета.

– Куда? То есть, в когда? В какое время?

– В туда, – Ян подошёл к полке и небрежно толкнул крайнего диплодока, за которым повалилось всё пластилиновое стадо. – Ты сделать неправильный размер. Они быть больше. Больше всех. Их быть много. Большие. Голодные. Злые. Они хотеть меня съесть. Я от них уходить.

– Не может быть! Диплодоки травоядные, они веточками питались, листиками и папоротниками!

– Я лучше знать. Ты их не видеть, а я видеть. Я сидеть в папоротнике и видеть.

– Везёт тебе! И тираннозавра видел, и с диплодоками встречался! Ходишь куда хочешь – из мезозоя в палеозой и обратно… – Вася мечтательно вздохнул.

Ян улыбнулся, показав мелкие острые зубы.

– Хотеть со мной? Мы вместе ходить в пространстве и времени.

– Ой… А так можно?!!

– Я задавать пространственно-временные координаты в перемещатель, – Ян легонько постучал пальцем по браслету. – Потом я взять тебя за руку и уменьшать нас двух, – он показал на свою макушку, куда переехала круглая чёрная кнопка, похожая на третий глаз. – Потом я нажать на перемещатель, – он кивнул на браслет, – и мы ходить. Сейчас. Быстро.

– Ой… Погоди… Я не знаю… Мне надо подумать…

– Ты быть не настоящий палеонтолог, – с презрением отозвался Ян. – Настоящий палеонтолог не думать! Он радоваться и сразу уходить в пространство и время. Я знать. Я собирать палеонтологов. Я даже драться с палеонтологом!

– Ты собирал палеонтологов? – удивился Вася. – Куда? На конференцию, что ли? А дрался зачем?

– Я забирать его добычу. Он не давать. Я драться.

Ян порылся в кармане на правой коленке комбинезона и вытащил оранжевый, как долька мандарина, янтарь. Внутри темнело похожее на лепесток ромашки туловище с круглой головой на вытянутой шее. Вася потянулся к нему, чтобы рассмотреть, но Ян так зыркнул на него, что мальчик отдёрнул руку.

– Шесть длинных лапок, – прошептал Вася, – и усики-антенны…

Несомненно, это был инклюз насекомого, но какого?.. Когда он жил, что кушал на обед, как попал в смолу?

– Хотеть увидеть? Тогда ходить со мной! Ты увидеть, как получиться этот янтарь! – и он спрятал мандариновый янтарь обратно.

Вася жалобно сказал:

– Я очень хотеть увидеть… Но я же обещал бабушке, что буду сидеть дома и читать книжку…

Детский скафандр Васи

Ян заметно разозлился. Он покрутил головой по сторонам и схватил с Васиного стола крокозябру.

– Когда ты ходить со мной, я тебе это вернуть, – пообещал он, и крокозябра исчезла следом за насекомым в янтаре мандаринового цвета. – Хотеть увидеть динозавров? Или ты хотеть трилобитов? Или мамонтов? Выбирать! Выбирать быстро!

– Я не могу выбирать! Я хотеть всех! Я… Мне… Стой!.. Подожди!.. Я сейчас! Только с друзьями посоветуюсь! – он схватился за смартфон.

Чат «Монстры на свободе»

Васязавр: помогите!!!!!! Палеозой или мезозой? Или вообще кайнозой??? Трилобиты или мамонты??? Или вообще диплодоки???

Сашараптор: ???

Никитлодок: ты принимаешь воображаемые экскурсии слишком близко к сердцу.

Васязавр: они не воображаемые! Они настоящие!!!!

Сашараптор: значит, у тебя есть машина времени… и ты всё время о ней молчал???!!!!!

Каринацератопс: Сашка, ты заболел?!! Откуда у Васи машина времени???

Женяптерикс: бабушка в магазине купила)))

Васязавр: нет! сам нашёл!

Сашараптор: на твоём месте должен быть я… всегда мечтал найти машину времени… как она выглядит?

Васязавр: как инопланетян! Инопланетян с перемещателем! Перемещает по времени и пространству!!!

Сашараптор: не знал, что ты тоже любишь фантастику…

Васязавр: а ещё он похож на птерозавра! Только не птеродактиля! А на рамфоринха!!!

Женяптерикс: ты офигел?

Каринацератопс: Вася, у тебя температура сорок градусов и бред. Надеюсь, ты уже в больнице. Кстати, не инопланетян, а инопланетянин

Васязавр: Я здоров и дома! Его предки жили в мезозое! а потом улетели на другую планету!!

Никитлодок: Уточню: ты себя хорошо чувствуешь и у тебя дома рамфоринх с другой планеты, у которого есть устройство для перемещения по пространственно-временному континууму?

Васязавр: что такое континуум????

Сашараптор: забей на континуум… Ты чего дома сидишь??? тащи его к нам!!! и машину времени не забудь!!!

Каринацератопс: вы все заболели

Васязавр: я не могу к вам! у меня бабушка с дедушкой ушли((( а я им обещал, что буду читать книжку Сан Саныча(((

Женяптерикс: бери книжку, бери своего римфахррр…. как это пишется??? – и айда в парк!

Сашаптерикс: ты обещал читать? больше ничего не обещал?

Васязавр: я обещал не пить молоко в холодильнике! и еще много чего! всё не помню((

Сашазавр: молоко неудобно пить в холодильнике… я пробовал… не повторяй моих ошибок…

Никитлодок: Женя, ты молодец! Вася, вспоминай: ты обещал не ходить с рамфоринхом в парк?

Васязавр: про рамфоринха и про парк ничего не было!

Никитлодок: я так и думал. Помнишь, где мы в парке встречались? Найдёшь дорогу? Книжку не забудь! Я прослежу, чтобы ты её читал.

Каринацераптор: Я так и знала, что вы без меня жить не можете)) специально у собачьей площадки встречаетесь, чтобы я тоже пришла))

Женяптерикс: чур, без собакомедведей!

Каринацерапатор: и без улиток!!!

Никитлодок: и без черепов!!!

Сашазавр: и без бабушек… и без дедушек…

Васязавр: только рамфоринх и мы!!! Ой, а вдруг он не захочет?..

Вася поднял глаза на инопланетянина, нетерпеливо расхаживающего по комнате.

– Тебя зовут в парк! – выпалил он.

– Кто звать? – насторожился Ян.

– Мои друзья – юные палеонтологи!

Против Васиного ожидания, Ян обрадовался:

– Я собирать много палеонтологов!

– Этих палеонтологов уже не надо никуда собирать, – засмеялся Вася. – Они уже сами в палеонтологический кружок собрались! Только… Как же ты на улицу выйдешь?..

– Климат быть не проблема. Жарко, холодно, вода, камни, ветер – комбинезон защищать.

– Погода сегодня хорошая, просто ты похож на… – Вася запнулся, подбирая слова, которые не обидят Яна. – Ты выглядишь, как инопланетно-ископаемый турист. Я боюсь, что все прохожие будут тебя фотографировать и фотографии отправлять на канал «Городские происшествия». У меня бабушка с дедушкой на него подписаны, там всегда что-нибудь интересное показывают, вроде крокодила в канализации. Но если бабушка увидит меня на улице рядом с тобой, она подумает, что я украл ящера из музея, и его надо спасать. А дедушка подумает, что меня поймал инопланетянин, и что спасать надо меня. Смотри!

Вася потащил сопротивляющегося Яна к зеркалу – пусть сам увидит, что инопланетянин мезозойской наружности и юный палеонтолог, внешне похожий на обыкновенного мальчика, очень странно выглядят рядом друг с другом.

– А потом, – прогнозировал Вася, – потом бабушка с дедушкой будут спорить и поругаются, а я этого не люблю. Пожалуйста, давай я тебя переодену, как будто ты человек! Люди никого не интересуют, и тебя никто фотографировать не будет.

Вася кинулся к своему шкафу и протянул Яну чёрную футболку с птеродактилем, но тот раздражённо зашипел и защёлкал зубами.

– Ты чего? – удивился Вася. – Птеродактилей не любишь? Так бы сразу и сказал, – он снова нырнул в шкаф. – С ракоскорпионом тоже не пойдёт?.. А с мамонтом?.. Нет?.. Понял, про тираннозавра не спрашиваю… Трилобиты не пытались тебя преследовать? Ой… Что я нашёл!!!

Вася вытащил из шкафа пушистый зелёный комбинезон-кигуруми: от капюшона до кончика толстого хвоста тянулся ярко-красный гребень, а на спине трепыхались маленькие крылышки. Мальчик расплылся в улыбке.

– Мне его бабушка сшила! Я играл дракончика на новогоднем утреннике в детском саду!

Ян яростно замотал головой.

– Я быть большой инопланетян! Я не носить детский скафандр!

– А я тебе и не предлагаю! – обиделся Вася за дракончика и влез в комбинезон, приговаривая: – Если рукава повыше подвернуть, то никто не заметит, что они короткие! А штанины можно закатать! И зелёные носки надеть! С тираннозаврами! – добавил он специально, чтобы позлить Яна.

Мальчик натянул носки и накинул на голову капюшон и вернулся к зеркалу. Рамфоринх шёл за ним, повторяя:

– Я не носить твою одежду!

– Ну и не надо! Если ты не хочешь маскироваться, тогда я сам замаскируюсь!

Инопланетный нытик

Теперь зеркало отражало двух детей, один из которых был небрежно переодет в дракончика, зато второй уделил заметно больше внимания своему маскарадному костюму и старательно загримировался, чтобы никто не мог догадаться, кто он – ящер или инопланетянин.

– Ура-а-а-а!– Вася раскинул руки как крылья. – Я дракон! Нет, лучше я буду рамфоринх! Чего ты бормочешь?

– Если бы мои предки не улететь с этой планеты, то они бы умереть от стыда за тебя. Ты быть плохой рамфоринх!

Но Вася его не слушал. Весело напевая: «Мы идём в парк! На слёт юных палеонтологов и птерозавров!», он бросил в рюкзак книжку и смартфон и, схватив Яна за крылоруку, вытащил недовольного рамфоринха из квартиры. Закрыл дверь на замок, вызвал лифт, и тут весь его энтузиазм куда-то подевался.

– Может, всё-таки бабушку с дедушкой дождаться? – нерешительно спросил дракон у рамфоринха. – Только я не знаю, когда они вернутся…

– Бабушка с дедушкой тоже быть юные палеонтологи? – осведомился Ян.

– Нет, они пенсионеры.

– Я не собирать пенсионеров. Я собирать юных палеонтологов. Это есть перемещатель? – Ян с опаской заглянул в приехавший лифт.

– Это лифт. Мы спустимся на нём вниз до первого этажа, а дальше будем перемещаться ногами. Заходи, не бойся!

Ян шагнул одной ногой в лифт и остановился в нерешительности. Нетерпеливый Вася нажал на первый этаж, и двери сомкнулись, зажав заднюю ногу рамфоринха вместе с хвостом. От неожиданности Ян захрипел, как будто его прищемили за шею, и задёргался, пытаясь вернуть себе ногу.

– Ой… – Вася поспешно нажал на кнопку открытия дверей, и лифт отпустил свою добычу.

Получив обратно свою ногу, Ян потерял равновесие и грохнулся. Двери лифта снова закрылись.

– Я уходить! – взвыл Ян.

Он лежал на полу кабины лифта, судорожно взмахивая крыльями, как будто хотел сделать снежного ангела. – Я уменьшаться и перемещаться!

– Не надо перемещаться! – испугался Вася.

Многократно извиняясь, он поднял Яна, отряхнул комбинезон, поправил крылья и потрёпанные хвостовые перья. Рамфоринх немного успокоился и забился в угол, чтобы оказаться как можно дальше от дверей лифта, и тут Вася вспомнил: кнопка! Залипшая кнопка!!!

Вася начал беспорядочно тыкать на все кнопки, но лифт уже вёз их на двадцать девятый этаж.

– Ты меня обмануть! – запаниковал Ян, ненадёжное спокойствие которого моментально испарилось, как только он почувствовал, что лифт движется не вниз, а наверх. – Ты перемещать меня к динозаврам!

– Если бы к динозаврам можно было уехать на лифте, я бы туда два раза в день катался, – вздохнул Вася, – а может, даже три. Я не обманывал, а забыл, что у нас лифт испортился и всех увозит на двадцать девятый этаж. Эх… Опять придётся долго спускаться вниз по лестнице…

На двадцать девятом этаже рамфоринх с воплями выскочил из кабины.

– Посмотри в окно, – предложил Вася. – Если бы лифт увёз тебя в палеозой, ты бы увидел не деревья, а папоротники. А если бы лифт увёз тебя в мезозой, ты бы увидел, как мимо окна пролетают птеродактили, хоть ты их и не любишь. Но, к сожалению, мы в самом конце кайнозоя на двадцать девятом этаже. Мы на двадцать девятом, а нужно на первый. Пошли на лестницу.

Вспомнив о своём обещании бабушке, он открыл книжку.

– «В камнях, из которых был сложен фундамент древней крепости, нашли отпечатки десяти беспозвоночных животных, ранее никем не описанных, – прочитал мальчик вслух и споткнулся, хорошенько врезав рамфоринху по спине «Янтарной летописью».

– Перебирать ногами быть устаревший метод перемещаться! – прошипел недовольный Ян.

– Именно поэтому люди изобрели лифт… «Палеонтологи обнаружили в янтаре мумифицированный фрагмент хвоста динозавра», – Вася задумался. – Что значит «мумифицированный»? Это как ты?

– Я быть не мумифицированный! Я быть уменьшенный!

Вася попытался представить себе мумифицированного динозавра, но воображение почему-то подсовывало ему белого бегемотика с маленьким хвостиком. Мальчик тряхнул головой и вернулся к книжке.

– Смотри, тут картинка! «Палеонтологи исследуют найденный в янтаре крошечный череп древнего зубастого летающего хищника». Это как ты?

– Я быть не крошечный! Я быть взрослый!

Три минуты они спускались молча, пока Ян не спросил:

– Приходить скоро?

– Ага. Ещё через столько же. «Инклюзы блох крайне редки в янтаре и представляют большую научную ценность для исследования, особенный интерес представляют гигантские блохи, которые паразитировали на птеродактилях и…

Вася ещё не успел дочитать, а Ян уже разозлился.

– Сам ты быть блохастый птеродактиль!

– Ты чего, обиделся, что ли? – удивился Вася. – Там вообще ничего про рамфоринхов не написано, только про птеродактилей и динозавров. Слушай дальше! «Благодаря янтарю палеонтологи выяснили особенности строения крыла мезозойских птиц».

– Я быть не птица! Птицы быть плохие! Хуже птеродактилей! Мои предки иметь легенда! Много циклов назад мы жить на этой планете! Птицы преследовать нас! Мы улететь к другой звезде!

Вася наконец догадался, что цитаты из «Янтарной летописи» почему-то не радуют Яна.

– Тебе книжка не нравится? Или ты не любишь, когда тебе вслух читают, как маленькому?

– Я быть не маленький! Я быть взрослый!

Сердито топая, рамфоринх осилил ещё несколько ступенек и простонал:

– Я больше не мочь спускаться ногами!

– Тогда спускайся руками, у тебя же крылья есть!

– Я быть представитель технологичной цивилизации! Мы не летать!

– Разучились, что ли?!! – от удивления Вася выпустил книжку из рук.

«Янтарная летопись» ударила его по ноге и закувыркалась вниз, пересчитывая ступеньки.

– Мы презирать махать крыльями! Мы перемещаться силой научной мысли!

– Так чего ж мы тогда по лестнице идём? – простонал Вася, хромая следом за книжкой. – Перемести нас на пятнадцать минут вперёд, чтобы мы сразу оказались в парке!

– Ты не понимать принцип работы перемещателя! Он не работать на сверхмалые перемещения!

– Жалко… – Вася поднял книжку, которая стала заметно потрёпаннее и грязнее. Он нежно обтёр её рукавом. – Тогда давай скорее, а то ребята нас уже ждут.

Ян сердито засопел. Спустившись на несколько пролётов, он заявил:

– Я передумать! Я хотеть спускаться в лифте!

– Я тоже хотеть спускаться в лифте! – воскликнул Вася. – Но лифт хотеть увезти нас на двадцать девятый этаж! А я не хотеть третий раз за день спускаться пешком с двадцать девятого этажа! Хватит ныть, мы уже пришли.

Мезозойский дикарь

Вася вышел из подъезда с уверенностью, что все трудности уже позади. До парка идти всего десять минут, никаких лифтов на пути, разве что-то может пойти не так?

Он поздоровался с соседкой, кормившей голубей, и обернулся к Яну.

– Только руками не маши… – начал было Вася, но опоздал.

– Птицы, я презирать вас!

Ян расправил крылоруки и случайным, но метким ударом выбил злосчастную «Янтарную летопись» из Васиных объятий. Книжка шлёпнулась прямо в центре голубиной стаи, и мезозойские вопли рамфоринха утонули в шумном хлопанье крыльев взлетевшей стаи. На книжке, на асфальте и на шлеме Яна расцвели белые кляксы.

– Перемещаться! – взвизгнул Ян и шлёпнул себя по шлему, как будто хотел прихлопнуть комара на макушке. – Я уменьшаться и перемещаться!

– Это голуби, а не птеродактили, – вздохнул Вася, – их даже маленькие дети не боятся. Ты же большой рамфоринх, забыл? Это не они тебя должны гонять, а ты – их! Погоди, сейчас я тебя почищу.

Он сорвал два листика боярышника и быстренько стёр со шлема и с плеча рамфоринха птичий помёт. Ян затравленно посмотрел на кружащуюся в воздухе стаю, пытаясь взять себя в крылоруки. Убедившись, что он стоит на месте и не дёргается, Вася подобрал «Янтарную летопись» и потратил целых пять листочков боярышника, чтобы на ней не осталось и следа белых клякс.

– Сейчас мы перейдём дорогу по подземному переходу… – бубнил Вася таким успокаивающим голосом, какой только смог из себя выдавить.

Покажется ли безопасным этот переход рамфоринху? Не испугает ли его инвалид, играющий на аккордеоне? Или старушка, продающая цветы в горшках? Или парень с овчаркой, собирающий деньги на корм собаке?.. Боится ли Ян собак так же сильно, как птиц?..

Машин на дороге не было – наверное, стояли на перекрёстке со светофором, и Васе задумался: может, лучше дойти до наземного перехода, где точно не будет овчарок, аккордеонов и герани? Мальчик уставился на проезжую часть, размышляя о всех возможных способах безопасно перейти улицу. Неизвестно, о чём размышлял Ян, но почему-то он шагнул на проезжую часть – наверное, решил, что сейчас самый подходящий момент, чтобы перебраться через дорогу.

Васины мысли сдуло громким резким гудком клаксона: светофор выпустил машины на свободу, и теперь они ехали по дороге сплошным потоком. Вася вцепился в черный комбинезон и вытащил Яна обратно на тротуар. Рамфоринх в ужасе уставился на мчащиеся мимо грузовики, уже поднимая руку к макушке.

– Стой! Это машины, а не тираннозавры! – завопил Вася. – Они полезные, возят людей и грузы, пусть они ездят по дороге, а мы пойдём другим путём!

Он потянул Яна в подземный переход, и тот неохотно пошёл за ним, шипя про надоевшие лестницы.

– Иди быстро и не смотри по сторонам! – велел Вася, крепко держа рамфоринха за крылоруку.

Проходя мимо инвалида, Вася приложил палец к губам, и тот удивлённо опустил аккордеон себе на колени. Не доходя двух шагов до старушки, Вася яростно замотал головой, чтобы она не приставала к нему со своими горшками, и та испуганно перекрестилась.

Успешно миновав инвалида со старушкой, Вася воодушевился и, несмотря на весь страх перед лохматой овчаркой, скомандовал ей: «Фу, нельзя лаять!» Собака захлопнула пасть и молча проводила взглядом странных мальчиков в странной одежде.

Поднимаясь по лестнице, Вася с облегчением выдохнул и помахал свободной рукой юным палеонтологам, которые стояли у выхода из перехода.

– Явились-не запылились! – приветствовала их Женя.

– Я думала, вы сегодня уже не придёте, – фыркнула Карина.

– Юные палеонтологи приветствуют представителя внеземного разума! – торжественно заявил Никита.

– Вы-вы-вы где застряли? Тут десять минут от твоего дома идти!

– И ещё десять минут с двадцать девятого этажа спускаться, – сказал Вася в своё оправдание.– А может, даже пятнадцать или вообще полчаса.

– Ты живёшь на двадцать девятом этаже? – переспросил Никита.

– Круто! – позавидовала Женя, а Карина посмотрела на Васю с недоверчивым удивлением.

Вася вздохнул.

– Я живу на пятом, просто в лифте кнопка залипла, и теперь он всех увозит на двадцать девятый этаж. Когда уезжали в аэропорт, всё было нормально, а сегодня, когда мы вернулись, он нас наверх утащил, и пришлось нам с бабушкой, дедушкой и рюкзаками топать по лестнице вниз на пятый. А когда мы с Яном вышли из квартиры, я об этом забыл, и снова на двадцать девятый этаж уехал…

Вдруг Ян вытянул крылоруку, как будто хотел показать на летевшую мимо ворону, и с кончика его пальца сорвалась молния. Истошно каркнув, птица рухнула в траву, а в воздухе закружились серые пёрышки.

– Это не инопланетянин, это дикарь какой-то мезозойский! – возмутилась Карина. – У нас тут цивилизованный кайнозой, и по воронам электрическими разрядами стрелять нельзя!

– Мо-мо-может, он хочет захватить Землю? Во многих фантастических книгах написано, что инопланетяне хотят захватить Землю. Тогда без стрельбы не обойтись…

Вася сердито напустился на Яна:

– Если хочется пострелять – тогда перемещайся в мезозой и стреляй там по тираннозаврам, если не боишься! Тираннозаврам всё равно, они уже давно вымерли.

– Тираннозавр быть опасный. Где быть опасность, я уходить. Ракоскорпион быть опасный. Я опять уходить. Диплодок быть опасный. Я снова уходить. Ворона быть не опасный. Я стрелять.

– Я понимаю ход его рассуждений! – с восторгом сообщил Никита. – Он хочет сказать, что при опасности он убегает, а стреляет только в тех, кто не представляет угрозы.

– А как же голуби? – повернулся Вася к рамфоринху. – Ты хотел уходить от голубей, ты не пытался стрелять в них…

– Их быть много! Нельзя стрелять, надо уходить! Мои предки иметь легенда: много циклов назад мы жить на этой планете, а потом птицы начали преследовать нас, и мы улететь к другой звезде.

Сомнительная легенда

– Ты эту легенду уже сто раз рассказывал, – буркнул Вася, но Никита неожиданно воодушевился:

– Это подтверждает мои мысли! Теорию вытеснения птерозавров птицами можно считать почти доказанной!

– По-по-погоди, теоретик, – вмешался Саша. – Ты не хочешь спросить, как именно его предки улетели на другую планету?

Карина пожала плечами.

– О чём тут спрашивать? Замахали крыльями и улетели.

– Красиво, наверное, было, – вздохнула Женя. – Я так и представляю это летящее мимо Сатурна стадо рахмо… Как вы это выговариваете вообще?!

Вася прикрыл глаза и тоже увидел стаю рамфоринхов, летящих через всю Солнечную Систему в другую галактику…

– У-у-улетели?!! – покатился со смеху Саша. – В космос?!! Там же безвоздушное пространство! Никто не может летать на крыльях в безвоздушном пространстве, даже рамфоринхи!

– Вы портить легенду моих предков! – разозлился Ян. – Я уходить!

– Не надо уходить, мы нечаянно, – извинился Вася.

Женя ноготком осторожно постучала рамфоринха по шлему, заставив Яна отпрыгнуть в сторону.

– Чего шапку не снимаешь? – поинтересовалась она.

– Не стучать! – прошипел Ян. – Ты его разбить!

– Мы не будем разбивать легенды и шлемы, – пообещал Никита и выразительно посмотрел одним глазом на Женю, а вторым на Сашу. – И мы попробуем начать наше знакомство заново. Добро пожаловать на Землю, уважаемый инопланетянин!

Под напором Никитиной вежливости Вася вспомнил правила хорошего тона, которые ему старательно прививала бабушка, и пробормотал:

– Знакомьтесь, это Ян. А это мои друзья Никита, Саша, Женя и Карина.

– Палеонтологи? – уточнил Ян. – Я собирать палеонтологов.

– Может, ты не заметил, но мы, вообще-то, сами собрались, без твоей помощи,– смерила его высокомерным взглядом Карина. – Вася, где ты его взял?

– В куче водорослей после шторма, – честно сказал Вася.

– Фууу, – отшатнулась Карина.

– На-на-на твоём месте должен быть я, – с завистью сказал Саша, – конечно, если бы догадался искать инопланетян в водорослях…

– Я его не искал, – признался Вася. – То есть, я не его искал. Я искал янтарь с инклюзами. Я же не знал, что бывает янтарь с инопланетяном!

– Я тебе не верю! – воскликнула Карина. – Это какой же огромный янтарь должен быть, чтобы в него поместился инопланетян с хвостом и шлемом! То есть, я хотела сказать, инопланетянин!

– Когда он сидел в янтаре, то был во-о-от таким маленьким… – Вася нарисовал пальцем кружок вокруг своей ладошки.

– Ты его вырастил?! – взвизгнула с восторгом Женя. – Научи меня, как это сделать! Я хочу увеличить Гастона! Немножко! В два раза! Или больше!

– Это не я… – начал было объяснять Вася, но его перебил Саша.

– Е-е-если Гастона увеличить в два раза, то его двадцать пять тысяч зубов тоже увеличатся? Тогда у него пятьдесят тысяч зубов будет? Или у него останется двадцать пять тысяч зубов, но каждый зуб станет в два раза больше?

Никита усмехнулся.

– Если Женя увеличит Гастона в два раза, тогда Карина вырастит своего собакомонстра до тираннозавра. Вася, не рассказывай им ничего! Ты обещал бабушке, что будешь читать книжку? Вот и читай!

Вася молча закивал. Ничего не рассказывать сейчас было гораздо проще, чем рассказывать! Он демонстративно уткнулся носом в «Янтарную летопись».

– Вася меня не выращивать, – заявил Ян. – Меня выращивать перемещатель. Вася нажать на кнопку, и я увеличиться.

– Я так и знала, что это всё-таки Вася, – заметила Карина, – хоть он и отпирается.

– Я нечаянно, – сказал Вася, не поднимая глаз. – Я просто уронил на него ультрафиолетовый фонарик…

Но Женя не поверила ему.

– Спорим, если на меня уронить фонарик, то я не вырасту?! И ты тоже не вырастешь. И Никитос, и Карина, и Сашка – никто не вырастет! Где твой фонарик?

– Одного фонарика мало, – сказал Вася, безуспешно пытаясь сосредоточиться на книжке. – Ещё нужна увеличительная кнопка. Видите, у Яна на макушке?

Женя снова протянула руку к шлему Яна, но рамфоринх увернулся, прошипев при этом что-то сердитое.

– Это не только увеличительная кнопка, – Вася захлопнул «Янтарную летопись». – Это ещё и уменьшительная кнопка. Если Ян нажмёт на неё, то снова уменьшится, а если он ещё и на перемещатель нажмёт, то сразу переместится в другое время и место. Вы не представляете, как трудно было его привести сюда! Он всего боится и всё время хочет переместиться отсюда куда подальше!

Никита сделал ещё одну попытку установить контакт двух цивилизаций:

– Мы очень гордимся тем фактом, что вы, дорогой инопланетянин, начали своё знакомство с жителями нашей планеты с нас – с представителей науки палеонтологии! Я уверен, что путь в будущее начинается с познания прошлого!

– Я собирать палеонтологов, – прошипел Ян.

Женя хрюкнула от смеха.

– Зря стараешься, Никитос: он есть быть плохо понимать твой этикет!

Бойко чирикая, над ними пролетела стая воробьёв, и рамфоринх спрятался за толстым стволом старого дуба.

Карина нахмурилась.

– Объясните мне, почему он разговаривает на русском языке?

– Ко-ко-контакт устанавливает, – пояснил Саша. – Если бы он говорил на другом языке, мы бы ничего не поняли.

– Я не про это! Откуда он его знает? – Карина покосилась на рамфоринха.

– В школе выучил, – легкомысленно предположила Женя.

– Э-э-это фантастика! – сказал Саша. – Если на его планете в далёкой-далёкой галактике в школе учат русский язык, значит, они и в самом деле планируют захватить Землю.

– У него автомобильный переводчик, – сказал Вася, не спускавший глаз с рамфоринха. – То есть, автоматический… Ой, там белки прискакали! Сейчас он опять испугается!

– Ян, скорее иди сюда, к нам! – Никита спас инопланетянина от нападения земных белок, но взамен потребовал информацию. – Расскажи, на основании какого алгоритма функционирует твой лингвистический конвертер?

Рамфоринх непонимающе взглянул сначала на него, потом на Васю, но тот только развёл руками: мол, сам не знаю, о чём речь.

Женя покрутила пальцем у виска.

– Никитос, ты сам-то понял, что сказал?! Конверт какой-то… Ну откуда у инопланетяна конверт?!! Все конверты на почте!

– Не конверт, а конвертер! Лингвистический! – чуть не потерял терпение Никита. – Я хотел спросить, как работает автоматический переводчик Яна!

– Быстро работать, – нехотя отозвался Ян.

– Это заметно, – согласился Никита. – Но как именно?

– Очень быстро работать. Мгновенно!

Земные неприятности инопланетян

Расспросы прервала промчавшаяся мимо овчарка. Она неслась со здоровенной веткой в зубах, не обращая внимания ни на инопланетян, ни на детей, и даже не затормозила, когда ветка ударила Яна под коленки с такой силой, что он упал на землю. Разумеется, рамфоринх сразу потянулся к макушке, но от потрясения опять промахнулся мимо своей уменьшительно-увеличительной кнопки.

– Ничего личного, – утешил его Никита, – она могла уронить кого угодно, тебе просто не повезло. Но это не повод перемещаться, ведь мы только начали устанавливать контакт. Я бы хотел услышать, как проходила эволюция на твоей планете, задать несколько вопросов по органической химии…

Оглушённый падением и вопросами Ян позволил поднять его и отряхнуть. Карина намекнула:

– Скоро занятие по дрессировке закончится, и оттуда столько собак выскочит, что…

Женя перебила:

– …что наш дёрганый фарорих… Как вы это выговариваете?… Короче, столько собак, что Ян ливнет отсюда со всеми своими кнопками!

– Мы этого не допустим, – твёрдо сказал Никита, и они перебрались подальше от собачьей площадки, устроившись на качелях рядом с песочницей и детской горкой.

Никита собирался продолжить допрос, но тут вмешался Саша.

– Те-те-теперь моя очередь. Ян, расскажи принцип действия твоей машины времени!

Рамфоринх непонимающе взглянул на него.

– Он спрашивает, как работает перемещатель, – снова перевёл Вася.

– Быстро работать, – отозвался Ян.

– По-по-подробности давай! – потребовал Саша.

– Очень быстро работать. Мгновенно!

Саша почесал затылок и попробовал задать вопрос по-другому.

– Ч-ч-что происходит, когда ты перемещаешься? Ты совершаешь гиперпрыжок? Или искривляешь пространство? Это какая-то разновидность квантовой телепортации или…

В этот момент Карина, которая совершенно не интересовалась фантастикой и поэтому не была увлечена разговором, увидела, что Ян опять тянется к макушке.

– Стоять! – скомандовала девочка. – То есть, сидеть!

Прямо на них мчался маленький велосипед. От неожиданности Вася выронил «Янтарную летопись», и это было всё, что он успел сделать. Хорошо, что Саша быстро вскочил и прикрыл собой Яна, а Никита и Женя поймали нервного рамфоринха за оба запястья. Дальше всё происходило одновременно: Саша взвыл от боли, свалившийся с велосипеда ребёнок заплакал, а Ян, отчаянно дёргаясь, требовал: «Отпустить меня! Я уходить!»

– Фу! Сидеть! Тихо! – скомандовала Карина. – Хватит орать! Ребёнка напугаете!

– Ян, не бойся, – подбадривал Вася рамфоринха, – детёныш человека – это не грузовик и не ракоскорпион.

– Это детёныш грузовика какой-то… – простонал Саша, потирая живот.

– Ути-пути, кто у нас такой холёсий, – сюсюкала Женя, возвращая маленького велосипедиста за руль.

Когда малыш уехал, Ян кинул затравленный взгляд на кучу детей, шустро нарезающих круги вокруг песочницы, и простонал:

– Уходить.

– Слабак! – засмеялась Женя.

– Как ты, такой нежный, собрался захватывать Землю? – фыркнула Карина.

– Я не захватывать Землю! Я собирать палеонтологов!

– Е-е-если бы я собирался захватывать Землю, я бы тоже нипочём не признался!

Никита споткнулся о лежащую на земле «Янтарную летопись». Впрочем, после того, как на ней потоптались один за другим все юные палеонтологи и Ян, было довольно трудно определить, что это вообще за книга, такая она была грязная. Никита протёр её своим носовым платком и с молчаливым укором вручил Васе.

– Почему вы думаете, что он хочет захватить Землю? – спросил Никита у друзей.

– И-и-инопланетяне так часто поступают, – пояснил Саша.

– Так поступают только плохие инопланетяне, – заступился Вася за Яна. – Хорошие инопланетяне прилетают, чтобы дружить.

– У тебя есть документы, что ты хороший инопланетян? – спросила Женя, протягивая руку к карману на комбинезоне Яна.

Рамфоринх шарахнулся и зашипел.

– Саш, мне за тебя стыдно, – заявил Никита. – Как фанат фантастики ты должен знать, что инопланетяне прилетают не только для колонизации Земли, но и для обмена достижениями научно-технического прогресса. Давайте мы продолжим контакт двух цивилизаций в безопасных условиях.

Мезозоя и Палеозоя

Никита направился к трибунам футбольного поля, откуда доносились крики «Гол!» и «Мазила!», и все медленно пошли за ним.

– Я устала ходить по парку, – пожаловалась Карина. – От вашего прогресса нет никакой пользы! Почему этот дурацкий перемещатель не может нас переместить туда, куда мы идём уже целых пять минут?!

С неожиданным энтузиазмом Ян предложил:

– Я переместить вас на много циклов назад! Мы держаться за руки, я нажимать уменьшительную кнопку и активировать перемещатель…

– Ха!– перебила его Женя. – Ты не мой краш! Но если ты угостишь меня мороженым и пригласишь в кино, я подумаю, держаться с тобой за руки или нет. Кстати, я хочу в конец палеозоя, когда гастроподы появились.

– А я хочу в начало кайнозоя, когда появились амфиционы, – заспорила было Карина, но вдруг нахмурилась. – А это вообще законно, во времени путешествовать? Мне кажется, это запрещено, иначе бы все это делали. Между прочим, в парке полно камер наблюдения. Я не хочу, чтобы меня арестовали!

Саша так удивился, что даже заикаться перестал.

– Нельзя запретить машины времени! Потому что машин времени нет!

Женя засмеялась:

– Ты ещё скажи, что у нас инопланетян нет!

Никита неохотно признал:

– Я ничего не знаю о законе, запрещающем перемещения во времени, но это не значит, что его нет.

Они даже не успели подойти к скамейке, а по шлему Яна уже чиркнул вылетевший с площадки мяч. Карина сердито прикрикнула на футболистов:

– Смотреть надо, куда бьёте! Чуть в меня не попали!

А Вася с Никитой натренированными движениями схватили рамфоринха за запястья, причём «Янтарная летопись» опять оказалась на земле.

– Спокойно, – монотонно забубнил Вася, – это просто мяч, он уже улетел.

Карина закатила глаза.

– Здесь совершенно невозможно разговаривать! – простонала она. – А тоже хочу кое-что спросить. Как далеко… то есть, как глубоко он заходил в прошлое, сколько амфиционов видел…

– М-м-мне надо про машину времени договорить, – не сдавался Саша.

– А мне про увеличение улиток, – напомнила Женя.

– Мы должны найти какое-нибудь спокойное место, – сказал Никита.

– Церковь подойдёт? – предложила Женя. – Туда не пускают собак, велосипедистов и футболистов.

– И-и-или кладбище, – развеселился Саша.

– С ума сошёл?! – испугалась Карина. – Я не пойду на кладбище, даже если вы будете оттуда перемещаться к амфиционам!

– А в библиотеку пойдёшь? – спросил Вася. – Там никому не разрешают шуметь, поэтому там очень спокойно.

Подумав про библиотеку, он вспомнил про книжку Сан Саныча. Как назло, при падении она попала в какую-то коричневую лужицу, оставшуюся от… Откуда здесь эта лужа, если дождя уже несколько дней не было?.. Вася с опаской принюхался: пахло растаявшим шоколадным мороженым. Мальчик порадовался, что уронил книжку рядом с футбольной площадкой, а не с собачьей. Достал из рюкзака упаковку салфеток и попытался оттереть «Янтарную летопись», но только размазал грязь по обложке. Эх!.. Теперь новую книжку от старой отличало разве что отсутствие запаха и отметин зубов. А ведь совсем недавно она была такая чистенькая!..

«Я буду аккуратнее», – мысленно пообещал себе Вася и убрал книжку в рюкзак, чтобы прекратить её злоключения. В рюкзаке её никто не покусает и не провоняет!

– В библиотеку? – фыркнула Карина. – Там не только шуметь, там и разговаривать не разрешают!

– Предлагаю пойти в кружок, – сказал Никита.

– До начала занятия ещё три часа, – напомнила Карина. – Нас не пустят.

– Зависит от того, кто сегодня администратор, – возразил Никита.

– На-на-наверняка Палеозоя, – вдохнул Саша. – Тогда без шансов… Если она доброе дело сделает, то потом всю ночь спать не будет.

– Кто быть Палеозоя?!! – поинтересовался Ян.

– Администратор Дома юного туриста, где у нас занятия кружка проходят, – объяснил Вася. – На самом деле её зовут Зоя Павловна, но все называют её Палеозоей. Она очень пожилая и очень вредная. Не то, что Мезозоя. То есть, Зоя Михайловна.

– Зоя Михайловна быть молодая и добрая? – уточнил Ян.

Женя хихикнула:

– Не очень молодая и не очень добрая, но если сегодня работает она, можем считать, что мы уже в кружке.

– То-то-точно, – согласился Саша. – С Мезозоей можно договориться.

– В кружке вы перемещаться со мной? – настаивал Ян.

– Ну, не знаю, – сказала Карина. – Я с Амфи погулять хотела…

– А я бабушке с дедушкой обещал, что буду читать книжку… – вспомнил Вася и похолодел от страха: руки были пустые. Где же она?! Куда делась «Янтарная летопись»? Прошло несколько очень неприятных секунд, прежде чем он вспомнил, что убрал её в рюкзак.

Маскировка

Для проверки он заглянул в рюкзак, и лицо его вытянулось. Вася вытащил смартфон и с ужасом уставился на экран.

– Ты чего? – удивился Никита, но проследил направление его взгляда и понимающе кивнул. – Пять пропущенных звонков, да?

– Сто восемьдесят четыре, – прошептал Вася. – Я забыл включить звук и ничего не слышал… – Экран смартфона в его руке засветился и тут же погас. – Сто восемьдесят пя… Ой, он разрядился…

– Те-те-теперь можно никого ни о чём не предупреждать, – бодро закончил Саша. – Идём в кружок!

Карина закатила глаза.

– Я устала ходить туда-сюда, поедем на автобусе!

Женя ехидно пропела:

– А это законно, инопланетянам на автобусах ездить?!

– Чуть не забыл, – спохватился Никита. – Саша, принёс маскировку?

Саша кивнул и снял рюкзак.

– Даже не думайте, что я надену какой-нибудь дурацкий кигуруми, – настороженно предупредила Карина.

– А я надену! – обрадовалась Женя. – Что там у тебя? Дракон, чебурашка, единорог? Показывай!

– Где ты взял столько кигуруми и что это такое? – озадачился Никита, а Женя скорчила смешную физиономию:

– Ну ты нуб! Про кигуруми не знаешь! Это кавайный комбинезон, как у Васи!

– Не-не-нет у меня никаких кигуруми, только маски, – сказал Саша. – Потому что птерозавр-инопланетянин будет привлекать внимание. А дети в масках не будут.

«Бабушка непременно сказала бы, что в детях с масками нет ничего привлекательного», – подумал Вася, но тут же вспомнил про своё нарушенное обещание сидеть дома и загрустил.

Саша выбрал рыбью морду с мощными челюстями. Женя проворно выхватила из рюкзака маску, напоминающую утиную голову, с широким клювом и красным наростом на макушке. Никите досталась маска добродушно улыбающегося диплодока. Он поторопил Карину:

– Магазин закрывается. Попозавром будешь?

Услышав такое, Вася сразу повеселел.

– Попозавр?!! Это динозавр с большой попой, да?!!

Саша и Женя захохотали, а Карина сердито топнула ногой.

– Не смешно! Сам ты попозавр!

Никита поправил очки:

– Карина права, ничего смешного здесь нет. Во-первых, попозавр не динозавр, а ящер, который был гораздо ближе к крокодилам, чем к динозаврам. А во-вторых, он получил своё название потому, что нашли его в районе реки Попо-аги.

Вася постарался сделать серьёзное лицо, но это было очень трудно, потому что крокодил с большой попой это всё равно смешно, даже если он живёт в реке Попо-аги. Похоже, что Женя и Саша тоже об этом думали, потому что они продолжали тихонько похрюкивать от смеха. И только Ян стоял с каменной мордой – наверное, встроенный переводчик не смог перевести ему, почему название «попозавр» такое смешное.

Карина заявила:

– Не буду я надевать никакие уродские маски!

– Ну и не надо. Будет лучше, если ты будешь без маски, – неожиданно согласился Никита, и настроение у Карины сразу улучшилось.

– Потому что так видно, какая я красивая, правда? – подсказала она.

– По-по-потому что так видно, что мы не инопланетный десант, который собирается захватить землю, – засмеялся Саша, и Никита кивнул:

– Так видно, что мы просто дети, которые играют в ящеров. Если бы мы все были в одинаковых масках и одинаковых комбинезонах, это бы настораживало.

– Бабушка говорит, что её пугают дети в одинаковой школьной форме, – улыбнулся Вася, но улыбка тут же сползла с его лица: при мысли о бабушке настроение портилось.

Женя посочувствовала:

– Вечером влетит, да? Мне бы влетело… Бабушкин номер помнишь? Диктуй, я сейчас напишу ей, что ты в порядке.

– Ты соображаешь вообще? – округлила глаза Карина. – Она же тебе будет звонить!

– Не-не-не будет, – вмешался Саша, – если сообщение будет анонимным. Давай сюда, я сам отправлю.

Он взял Женин смартфон и повернулся ко всем спиной.

– Что за секретики? – возмутилась Женя. – Научился сам – научи товарища!

– Подумаешь, – фыркнула Карина. – Да я и без анонимности знаю, как закрыться от обратных звонков. Вася, давай я твоему дедушке сообщение напишу, пока этот хакер телефон ломает.

– Записывай номер! – обрадовался Вася. – А что ты ему напишешь?

– Что у тебя всё хорошо, – Карина зацокала ноготками по клавиатуре.– А потом я внесу его номер в чёрный список, и он мне никогда не дозвонится,

Ухмыляющийся Саша вернул Жене смартфон. По его довольному лицу всем стало понятно: бабушка теперь тоже знает, что у Васи всё хорошо.

– Наш автобус, – предупредил Никита. – Надеваем маски и ведём себя тихо и скромно, чтобы не привлекать ненужного внимания.

Он надел свою диплодоковую маску, Саша – рыбью морду, а Женя, весело кудахтая, натянула утиную голову.

Подъехавший автобус распахнул двери, и Ян попятился.

– Я быть представитель высокотехнологичной цивилизации. Я презирать такие перемещатели.

– Ну конечно, твой личный перемещатель гораздо круче, – фыркнула Карина и первой вошла в салон автобуса, бросив через плечо: – Почему бы тебе не переместиться в кружок и не подождать нас там?

– Перемещатель не работать на сверхмалые перемещения, – прошипел Ян.

– Упс, мы забыли, – сказала Женя с притворным раскаянием. – Тогда залезай и не выпендривайся.

Она втолкнула рамфоринха в автобус и, пользуясь возможностью, дёрнула его за хвостовое перо.

– Зачётный хвостик, – хихикнула Женя, а Ян возмущённо захрипел и взмахнул крылоруками.

– Ты-ты-ты-просил привлекать внимания или наоборот? – переспросил Саша, и диплодок Никита огорчённо покачал головой.

Заяц в шлеме

Разумеется, на них уставились все пассажиры автобуса. Все, кроме очкастого парня, который не отрывался от планшета. Когда две девушки с разноцветными волосами начали щёлкать камерами смартфонов, Вася застеснялся и достал из рюкзака «Янтарную летопись». Ехать было недолго, всего четыре остановки, но и дочитать осталось совсем немного.

– Детишки на Хэллоуин едут, – заметил пожилой мужчина. – Нехорошо. Чужой праздник, не наш.

– Хэллоуин осенью, а сейчас лето, – напомнила дама в соломенной шляпе. – Впрочем, дети тоже на нормальных детей не похожи, квадроберы какие-то.

– Квадроберы? – переспросил дед с палками для скандинавской ходьбы. – Это что за звери? У нас такие не водятся. Может, из цирка сбежали? Или их в зоопарк надо вернуть?

Очкастый парень поднял глаза от планшета и невежливо предложил всем отцепиться от детей, которые наверняка едут на открытие фестиваля компьютерных игр.

Старушка с томиком Пушкина уведомила весь автобус, что никогда бы не позволила своему внуку Сене играть на компьютере. Сидящий у неё на коленях маленький Сеня выплюнул соску и отчаянно заревел.

– Контролёр идёт, – предупредил Никита. – Все проезд оплатили?

Юные палеонтологи вспомнили, что они не участники шоу монстров, а обычные пассажиры, и начали рыться по карманам и рюкзакам. Все, кроме Яна, который то и дело беспокойно озирался и выглядывал в окно – наверное, контролировал, чтобы автобус не переместил его в палеозой к ракоскорпионам.

– Предъявите ваши транспортные карты, – потребовал усатый контролёр. – И куда ж вы такие красивые намылились? В театре выступать? Сказку «По щучьему веленью ставите?»

– Почему именно «По щучьему веленью»? – переспросил Никита, почему-то не возражая насчёт выступления в театре.

– Потому что «Кота в сапогах» из вас не получится! – загоготал контролёр. – Вот царская дочка, – кивнул он на польщённую Карину и ткнул Сашу пальцем в живот: – Ты, зубастый, щукой будешь, а ты кем? – повернулся он к Жене.

– Я буду Курочкой Рябой, – сердито отозвалась Женя, а Вася, которого никто не спрашивал, заявил, что он дракон Смауг.

– Я так и понял, – отмахнулся контролёр и с притворной ласковостью спросил Яна: – А ты у нас кто? Зайчик?

Среди пассажиров автобуса, с интересом наблюдавших за этой клоунадой, послышались смешки: «Где ты зайца в шлеме видел?!», «Заяц-космонавт!» и «С таким зайчиком на волков можно охотиться!»

– Ты быть дурак? – спросил в ответ рамфоринх.

Пассажиры захохотали в голос, и контролёр обиделся.

– Чего ржёте, я при исполнении! Заяц – это же безбилетник по-нашему, по-контролёрски! – Он грозно навис над Яном: – Где твоя транспортная карта?!

«Янтарная летопись» свалилась на пол. Ян и дёрнуться не успел, а Вася и Никита уже держали его за руки.

Карина спокойно сказала:

– Детям до семи лет проезд бесплатный.

– Пусть аквариум свой с головы снимет! – не сдавался контролёр. – Посмотрим, сколько ему лет!

– Я быть большой инопланетян! – не вовремя принялся отстаивать свою честь и достоинство Ян. – Большой инопланетян носить на голове шлем! Аквариум не носить!

Карина и глазом не моргнула.

– А вы спросите, может ли он заплатить штраф, – предложила она. – Если сможет – значит, он взрослый, а если у него денег нет – значит, он ещё маленький мальчик, а дети ездят бесплатно.

– Я быть взрослый представитель высокоразвитой цивилизации!

Контролёр зловеще захохотал и поклялся высадить его на следующей же остановке, но тут за рамфоринха неожиданно вступились пассажиры автобуса.

– Совесть у тебя есть?! – пристыдил контролёра пожилой мужчина. – У детей праздник, а ты их как котят на улицу выгоняешь. – И строго сказал юным палеонтологам: – Но чтоб в последний раз! У нас и без Хэллоуина хороших праздников хватает – вот будут святки, тогда рядитесь хоть в чёрта лысого.

– Святки зимой, а сейчас лето, – напомнила дама в соломенной шляпе. – Но мы же не расисты, правда? Квадроберы тоже люди, – подмигнула она контролёру.

Старушка с томиком Пушкина уведомила весь автобус, что она никогда бы не позволила своему внуку Сене работать контролёром. Несчастный Сеня снова выплюнул соску и взвыл пожарной машиной.

Дед погрозил контролёру своими палками для скандинавской ходьбы и приказал ему возвращаться в зоопарк, потому что таким зверям место за решёткой.

Две девушки с разноцветными волосами захихикали и сфотографировали контролёра.

Очкастый парень поднял глаза от планшета и предложил отцепиться от детей, которые опоздают на открытие фестиваля компьютерных игр, если их высадят из автобуса.

По таким дружным напором контролёр дрогнул и сам высадился из автобуса, булькая от негодования.

– Следующая наша, – подсказал Никита, и Женя весело заорала:

– Остановка Хэллоуин! Просьба квадроберам покинуть вагон!

Саша подхватил:

– Пе-пе-пересадка на летающую тарелку! Рейс Земля – Альфа Центавра стартует через пять минут!

– А зачем нам на Альфу Центавра? – спросил Вася, поднимая с полу «Янтарную летопись» и соображая, удобно ли будет на ходу читать в летающей тарелке. – Что там такое?

Очкастый парень поднял глаза от планшета.

– Как это «что»? Открытие фестиваля компьютерных игр, разумеется!

Новенький из театрального кружка

От остановки до Дома юного туриста, где занимался палеонтологический кружок, идти было всего две минуты. Карина выговаривала Яну:

– Почему я одна должна выкручиваться?! Ты мог бы соврать, что тебе шесть лет, и ты ещё маленький!

– Я быть большой! – отбивался рамфоринх. – Я взрослый инопланетян! Маленькие инопланетяне не уметь врать. Большие инопланетяне уметь врать!

– Во-во-вот сейчас непонятно было, – озадачился Саша. – Если ты умеешь врать, то зачем сказал, что ты взрослый?

– Парадокс получился, – догадался Никита. – Он не может соврать, что он маленький инопланетянин, потому что маленькие инопланетяне не умеют врать!

– Мезозоя на воротах! – предупредила Женя.

– Есть идея, – прошептал Никита. – Контролёр подумал, что мы будем играть в театре, помните?

Юные палеонтологи закивали, и Никита выпалил:

– Мы скажем Мезозое, что мы готовимся к спектаклю!

Перед входом в Дом юного туриста стояла женщина-администратор со стаканчиком кофе в одной руке и вафельным рожком с мороженым в другой. Увидев разношёрстный отряд монстров, она поперхнулась и закашлялась.

– Добрый день, Зоя Михайловна! – поздоровался Никита. – Сценические костюмы не помешали вам узнать членов палеонтологического кружка?

– Я вас, оболтусов, в любом виде опознаю. А это кто, новенький, что ли? – кивнула она на Яна.

–Это Ян, он из театрального кружка. Мы ставим спектакль для фестиваля, «Фантастическая эволюция» называется, Ян нам помогать будет.

– Страшненький какой, – с уважением заметила Мезозоя. – Молодец, сразу в гриме пришёл! Кариночка, а ты чего без маски?

– А я режиссёр, – не моргнув глазом, заявила Карина, и Женя с Сашей потихоньку захихикали.

– Рановато вы сегодня, – нахмурилась Мезозоя.

– Зоя Михайловна, нам порепетировать надо, – просительно сказал Никита. – Давайте я сам ключ возьму, я знаю, где он висит, а когда наш руководитель придёт, он за него распишется.

Мезозоя покосилась на свои руки, занятые кофе и мороженым.

– Ну, если в порядке исключения… Только, чур, не безобразничать!

Никита взял со стенда ключ, и все чинно проследовали следом за ним в кабинет, где проходили занятия юных палеонтологов, причём Вася на всякий случай держал рамфоринха за крылоруку.

Едва Никита открыл дверь, Женя с облегчением стащила маску.

– Спектакль окончен!

– У-у-уважаю, Никитос! Ты голова! – хлопнул друга по плечу Саша и тоже снял маску. – Уф, наконец-то. Проходи, не стесняйся! – сделал он приглашающий жест Яну.

Карина царственно кивнула.

– Спасибо за приглашение, – сказала она, отодвигая рамфоринха в сторону.

Ян не спешил войти. Просунул шлем в дверь, он настороженно осматривал стол, стулья вокруг него, висящие на стенах таблицы и плакаты…

– Это быть спокойное место? – поинтересовался он. – Мы перемещаться отсюда? Никто не беспокоить?

– Да погоди ты перемещаться! – Вася потащил его к раковине, где стоял тазик с бурой непрозрачной водой. – Смотри, что покажу! Узнаёшь?!!

– Что это быть?

– Да ты что! Это же аммонит юрского периода! – Вася нашарил в тазике здоровенного аммонита и приподнял его, чтобы показать Яну, но не удержал тяжёлую окаменелость – аммонит выскользнул и булькнулся обратно в грязную воду, обрызгав рамфоринха.

Карина косо посмотрела на тазик и на рамфоринха.

– Странно, что ты его не узнал, – с подозрением сказала она. – В юрском периоде все рамфоринхи только такими и питались.

Вася взболтал воду, и гордо сказал:

– Настоящая юрская глина! Бабушка всегда сердится, когда я пачкаюсь на раскопках, потому что юрская глина не отстирывается!

Женя тоже посмотрела на Яна с сомнением.

– В юрском периоде все рамфоринхи наверняка были по уши перемазаны глиной. Как ты вообще вылез из нашего мезозоя таким чистеньким?..

Она ущипнула его за рукав комбинезона, и Ян с шипением отскочил в сторону.

Саша оглядел его с макушки шлема до ромбиков хвоста.

– Ты-ты-ты в палеозое в каком периоде был? В каменноугольном, да? И тоже не испачкался?

Васе тоже захотелось спросить Яна о чём-нибудь.

– Ты в кайнозое индрикотериев видел? Какого они цвета? Коричневые или разноцветные?

– Большие! Голодные! Злые! Они хотеть меня съесть. Я от них уходить.

Тщательно подбирая слова, Никита сказал:

– Ты только не подумай, что мы тебе не верим… Но нам было бы интересно посмотреть на какие-нибудь доказательства твоих перемещении.

– Короче, пруфы давай, – потребовала Женя.

– Что быть пруфы? – поинтересовался рамфоринх.

– Фо-фо-фотки, например, – подсказал Саша. – Или твой автоматический переводчик не знает, что такое фотки?

Женя быстро достала свой смартфон.

– Смотри, вот мой Гастон, – показала она фотографию своего любимчика. – Гастон – это гастропода, они и в палеозое водились, и в мезозое, и в кайнозое. Видел таких?

Ян покачал шлемом, и Карина торжествующе заявила:

– Никому кроме тебя эта мелочь брюхоногая не интересна! А вот если он по-честному перемещался в начало кайнозоя, то собакомедведей не мог не заметить, – она тоже достала свой смартфон. – Признавайся, таких лапочек видел?

Ян терпеливо просмотрел двадцать фотографий Амфициона и сказал:

– Таких не видеть…

– Я так и знала, что ты всё врёшь! – обрадовалась Карина. – Ты не был в кайнозое!

– …я видеть других.

Ян нажал на верхнюю пуговицу комбинезона, и на столе перед ними появилось объёмное изображение оскалившейся огромной собаки с мощными челюстями.

Вася ойкнул, Женя взвизгнула: «Лютоволк! Как живой!», а Саша взвыл от восторга:

– Го-го-голограмма! Настоящая голограмма!

–Не может быть, – прошептал Никита, – это же ужасный волк…

– Мой Амфи выглядит гораздо ужаснее, – Карина сделала шаг назад. – А этот… Фу, дворняжка какая-то.

Пожирая голограмму глазами, Никита скороговоркой сообщил:

– Ужасный волк генетически не является волком, это мегахищник, который охотился на мегафауну плейстоцена…

– Нормально скажи, чем он лучше гастроподы? – попросила Женя.

Никита собрался с мыслями и объяснил так понятно, как только мог:

– Плейстоцен – это время, которое называют ледниковым периодом. Мегафауна – это мамонты, гигантские ленивцы и другие очень крупные животные, которые почти все вымерли.

– Жесть… Для тебя кто вымер, тот и лучше?! – возмутилась Женя.

Несколько минут в кабинете стоял страшный шум: Никита оправдывался, что не желает смерти Гастону, Саша закидывал Яна вопросами про устройство голографического проектора, Карина доказывала Васе, что собакомедведи гораздо лучше ужасного волка, потому что древнее. Никто не слышал, как открылась дверь, и вошла Мезозоя.

Первый акт «Фантастической эволюции»

Мезозоя уставилась на голограмму.

– Вы зачем сюда чучело притащили?! У нас с понедельника инвентаризация, а вы мне такую свинью подложили!

– Это не свинья, а мегаволк из ледникового периода, – поправил её Вася.

– Думаете, я мультики не смотрю? – обиделась Мезозоя. – Не было в «Ледниковом периоде» никакого мегаволка! Мамонт был, и ленивец тоже, и саблезубый тигр был, а мегаволка не было!

– Никаких саблезубых тигров вообще никогда не было! На самом деле их звали смилодоны! – просветил её Вася.

– Вот ещё новости, – не поверила ему Мезозоя, – смилодонов каких-то придумали!..

Ян догадался выключить голограмму, и, к облегчению Мезозои, мегахищник из плейстоцена растворился в воздухе.

– Говорили, что репетировать будете, а сами фокусами балуетесь, – на всякий случай Мезозоя заглянула под стол, чтобы убедиться, не спряталось ли туда неучтённое чучело.

– Проекторы в театральном кружке просто крутяк! – громко сказала Женя специально для Мезозои.

Саша исподтишка показал ей поднятый вверх большой палец, подмигнул Карине и тоже громко сказал:

– П-п-проверка технического оборудования закончена! Режиссёр может продолжать репетицию!

– Так бы сразу и сказали, что это галлюцинация, – заметно подобревшая Мезозоя подтащила к себе стул. – Сто лет в театре не была. Вы репетируйте, репетируйте, я вам мешать не буду.

Юный палеонтологи в растерянности смотрели то друг на друга, то на Мезозою.

– Второй акт! – наконец объявила Карина, вспомнив, что режиссёром назначили её.

– Погодите, я же так не пойму ничего, – спохватилась Мезозоя. – А в первом-то чего было?

Никита монотонным голосом заговорил:

– В первом акте спектакля «Фантастическая эволюция» инопланетянин прилетает на землю для изучения эволюционных процессов. Он знакомится с земными школьниками, которые рассказывают ему, что в истории Земли выделяют два крупных периода. Первый период это докембрий, который также называют криптозоем – то есть, эра скрытой жизни. Это самая ранняя часть геологической истории Земли, которая длилась около четырёх миллиардов лет. Палеонтологи долго считали докембрий безжизненным: первые организмы не имели скелета, и их следы очень трудно было обнаружить. Но именно в это время на земле появилась органическая жизнь, поэтому важнейшие открытия у нас ещё впереди.

– Ни-ни-никитос, не увлекайся, – попросил Саша, но Никита помотал головой и продолжал:

– Второй период называется фанерозой, что значит «эра видимой жизни»: у организмов появились скелеты, и находить их стало гораздо легче. Фанерозой делится на палеозой, мезозой и кайнозой…

Женя притворно захрапела, но Никиту это не смутило.

– В палеозойскую эру жизнь развивалась сначала в воде, а потом вылезла на сушу…

Вася боялся моргнуть. Он чувствовал, что, если опустит веки, то сразу заснёт.

– … Мезозой называют временем динозавров. Но падение астероида привело к вымиранию морских, летающих и наземных ящеров, за исключением птиц…

– Мои предки иметь леге… – начал было рамфоринх, но Никита снова помотал головой.

– … и начался кайнозой, который называют временем млекопитающих…

Вася принялся изучать плакаты на стенах кабинета. Чтобы не заснуть с открытыми глазами, он изо всех сил старался не прислушиваться к занудному голосу Никиты.

– Эволюция Земли заинтересовала инопланетянина, и он предлагает школьникам на машине времени переместиться в докембрий для изучения самого неисследованного периода Земли. Но они отказываются, потому что должны готовиться к итоговой контрольной работе по окружающему миру…

Васин взгляд, блуждающий по стенкам кабинета, случайно упал на Мезозою.

Её голова склонилась на бок, как будто она внимательно слушала, но веки были опущены. Мезозоя спала.

– Вы обманывать меня! – взвизгнул Ян.– Вы готовиться к итоговой контрольной работе! Вы не перемещаться!

Юные палеонтологи зашикали на него со всех сторон.

– Тихо! Разбудишь!

Женя прошептала:

– Я сама чуть не вырубилась. Никитос, ты это нарочно?

Карина прошипела:

– Конечно, нарочно! Представляете, мы бы сейчас заснули, а он с Яном переместился в этот свой дофанерозой.

– Не дофанерозой, а докембрий, – шёпотом ответил Никита. – Не буду скрывать, что этот период интересует меня больше других…

– Фиг тебе, а не докембрий! – тихо рассердилась Женя. – Перемещаемся в палеозой: я хочу посмотреть на первых гастропод.

Карина топнула ногой.

– Не на что там смотреть! Первые гастроподы выглядят точь-в-точь как последние! Что мы, улиток не видели, что ли?! Смотреть надо на амфиционов, потому что они вымерли! Перемещаемся в кайнозой!

Мезозоя всхрапнула, и Никита снова монотонно заговорил:

– …оставшись без компании, легкомысленный инопланетянин перемещается на своей машине времени в начало кайнозоя, где на него нападает стая нелетающих птиц фороракосов.

– Мои предки иметь ле…

– Страх перед пернатыми хищниками гонит его в палеозойские воды, откуда уже тянут к нему свои хелицеры голодные ракоскорпионы, и спастись ему удаётся только в уютном безопасном докембрии…

Вася понял, что ещё немного, и все окажутся в уютном безопасном докембрии, хотят они того или нет. Наверняка Земля до начала фанерозоя была интересным местом, если Никита так хочет туда переместиться. И палеозой Васе тоже нравился, но не из-за гастропод, как Жене, а благодаря трилобитам – шутка ли, царствовать на земле триста миллионов лет! В кайнозое, кроме любимых Карининых амфиционов, которые немного пугали Васю, были ещё и милые мамонты, и огромные добродушные индрикотерии, но всё-таки, всё-таки… Хватит колебаться, надо высказать своё мнение!

– Пожалуйста, давайте переместимся к динозаврам, в мезозой! – взмолился Вася. – Там хорошо! Там и папоротники, и диплодоки, и…

– Гастроподы! Амфиционы! Палеозой! Кайнозой! – упирались Карина и Женя.

– А?! Что такое?!! – вздрогнула во сне Мезозоя, и Никита забубнил:

– … сбой машины времени не позволяет инопланетянину переместиться в древнейший и самый загадочный эон в истории Земли, и он застревает в мезозое – времени, когда ужасные древние ящеры охотились за гостями из будущего на суше, в море и в воздухе…

– Мои предки…

Никита отмахнулся от рамфоринха как от назойливого комара. Он внимательно посмотрел на Мезозою и, убедившись, что снова её убаюкал, заявил:

– Вы заметили, что предпочтения распределились равномерно?! У нас есть желающие переместиться в каждый из четырех периодов времени – докембрий, палеозой, мезозой и кайнозой. Поскольку наши голоса равновесны, то в этом голосовании нет победителей. Но у нас есть Саша, который пока что не высказал своего мнения! Как только он его выскажет, тогда равновесие прекратится, и время перемещения будет выбрано по перевесу голосов!

Багаж временны́х путешественников

Под тяжёстью вопросительных взглядов Саша поёжился, почесал нос и виновато вздохнул.

– Фа-фа-фантастику я всё-таки люблю больше, чем палеонтологию… Прости, Никитос, но за докембрий можно не беспокоиться: когда ты им займёшься, никакой скрытой жизни там не останется. Палеозой уже неплохо исследовали, и мезозой тоже нормально изучен. В кайнозое мы вообще сами живём, он будет продолжаться и продолжаться, пока какого-то мощного геологического события не произойдёт. А что будет через миллионы миллионов лет – никто не знает! И не раскопать, и в музее не посмотреть… Понимаете, я не хочу в прошлое. Я хочу в будущее. Поэтому я голосую за перемещение на миллиард лет вперёд!

Карина фыркнула.

– Ну вот, Сашка высказал своё бесполезное мнение, и ничего не определилось. Равновесие продолжается!

– Не-не-нет, я ещё не всё высказал, – мотнул головой Саша. – Я хотел напомнить, что инопланетянина к нам Вася привёл. Так что пусть Вася сам выбирает, куда перемещаться. Вася, а не мы. Теперь всё.

Никита медленно кивнул.

– Это справедливо.

Женя неохотно согласилась:

– По-чесноку, ага.

Карина скрестила на груди руки и отвернулась. Постояла немножко, дёрнула плечом и повернулась обратно.

– Ладно, мезозой так мезозой.

Сам не свой от счастья Вася быстро, пока она не передумала, сказал:

– Ян, мы решили: перемещаемся в мезозой! Что нужно делать?

Не успел рамфоринх и пасти раскрыть, как его опередил Никита.

– Как что? Собираться! Тёплые вещи брать не будем, в мезозое не холодно. Нужен запас питьевой воды, консервы…

– …шоколад, колбаса, хлеб, макароны, котелок, – подхватила Женя.

– …геологические молотки, каски, компас, – продолжил Вася.

– …палатка, спальники, электрическая мухобойка, – добавила Карина.

– Ра-ра-рации нам нужны! – закончил Саша. – Ружья! Сигнальные ракеты! «Зоопарк юрского периода» не смотрели, что ли?

Начался шумный спор о том, продадут ли им в магазине ружья и сигнальные ракеты, но Ян помешал юным палеонтологам прийти к единому мнению.

– Всё быть ненужно. Я перемещать вас ненадолго. Мы посмотреть и возвращаться.

Рамфоринх поставил всех в круг, как будто собирал хоровод вокруг ёлки. Он велел Саше взять за руку Никиту, Никите – Карину, Карине – Женю, Жене – Васю, а Саше и Васе свободными руками держаться за запястья его крылорук.

– Я нажать кнопку, и мы уменьшаться. Потом я нажать перемещатель, и мы перемещаться.

И тут послышался насмешливый голос проснувшейся Мезозои – голос, от которого у юных палеонтологов разжались руки и немножко задрожали коленки.

– Вы свою «Фантастическую эволюцию» кому показывать будете? Ясельной группе детского сада, что ли? Сразу видно, что шлемоносец ваш из театрального кружка, а не из наших. Это в театр налегке ходят, а к походу надо основательно готовиться: идёшь на час – хлеба бери на день. Идёшь на день – хлеба бери на неделю. А вы?!! В мезозой с пустыми руками собрались! «Не верю!» – как говорил… Погодите, кто так говорил? Амалицкий? Вернадский?.. Тьфу, совсем заработалась! В общем, сейчас я вам с собой кой-чего положу для достоверности, а то ваше представление и смотреть-то никто не захочет.

Мезозоя вышла, продолжая ворчать. Юные палеонтологи ещё несколько минут потрясённо молчали, пока Карина не спросила:

– Мне показалось, или она действительно сказала, что принесёт нам походное снаряжение?

Из коридора послышалось:

– …хорошо, что мы не в театре, а в Доме юного туриста! У нас тут снаряги столько, что хоть в мезозой, хоть на Луну…

– Мо-мо-может, она с нами хочет? Возьмём её с собой? – спросил Саша.

Ян разозлился:

– Она быть не палеонтолог.

– Зато наверняка опытный походник, – заступился Никита.

Вася представил себе Мезозою в юрском периоде. Да, она бы запросто развела костёр из древовидных папоротников и приготовила на нём шашлык из стегозавра. А если бы к ним на огонёк заглянул тираннозавр, она бы прогнала его как бродячую собаку. Мальчик задумался вслух:

– Почему она хочет нам помочь?

– Чтобы избавиться от нас, – уверенно сказала Карина.

– Интересно, чем мы ей помешали? – удивилась Женя. – Тут ведь ещё и юные геологи занимаются, и юные туристы, и археологи, и биологи…

Саша скорчил зверскую рожу.

– Е-е-если отправить юных палеонтологов к динозаврам, юных геологов – на Луну за полезными ископаемыми, юных археологов – на раскопки Атлантиды, юных биологов – за тихоходками в жерло вулкана, а юных туристов – на перевал Дятлова, тогда она сможет сегодня уйти домой пораньше!

Вася подумал, что Сан Саныч назвал бы это смелой версией. И что это слишком коварный план для человека, который с утра до вечера выдаёт ключи от кабинетов и следит, чтобы никто из театрального кружка не проник в Дом юного туриста, замаскировавшись под птерозавра.

– Я не ожидал от неё сотрудничества, – признался Никита. – Обычно взрослые не одобряют путешествия детей на машине времени без присмотра.

Саша заговорщицки прошептал:

– Мы-мы-мы назвали её Мезозоей, и теперь она провожает нас в мезозой!

– А Палеозоя провожала бы нас в палеозой, – фыркнула Карина.

– Мезозоя смотреть, как мы перемещаться? – уточнил Ян.

Карина сделала большие глаза.

– С ума сошли? Я при ней никуда перемещаться не буду!

– А что такого-то? – удивилась Женя.

– Она же думает, что это спектакль, – объяснила Карина.

– Ну и пусть думает! – засмеялась Женя, и Саша вместе с ней:

– Пока она думает, мы уменьшимся и переместимся!

Карина покрутила пальцем у виска.

– Если она поймёт, что спектакль зашёл слишком далеко в прошлое, она тебя за ногу поймает и обратно из мезозоя вытащит! А если нечаянно ногу оторвёт, то скажет, что так и было!

Никита согласился:

– Если Мезозоя решит, что перемещения во времени нарушают правила поведения в Доме юного туриста, она вмешается любым способом, который сочтёт эффективным.

– Раз ты такой умный, придумай, что нам делать! – потребовала Карина.

Никита приоткрыл рот и поправил очки. Было очевидно, что он что-то придумал! Но Никита помолчал немного, а потом закрыл рот и задумчиво хмыкнул. Когда это повторилось ещё два раза, Вася догадался, что придумывание затягивается. И тут его осенило.

Вася робко сказал:

– Я не такой умный, как Никита, но я придумал.

Он начал что-то шептать на ухо Карине, которая сначала хмурилась, но потом смирилась и слушала внимательно.

– Тихо! – прошипела Женя.– Она возвращается!

Второй первый акт «Фантастической эволюции»

Мезозоя вернулась в кабинет с огромным рюкзаком, который она небрежно несла на одном плече. Рюкзак ощетинился лопаткой, топориком, пилой, шампурами, к нему были пристёгнуты сидушки и спальники, а сбоку болтались закопчённые котелок и чайник.

– Эх вы, путешественники, – ворчала она. – Разве зрители поверят, что вы куда-то собрались – хоть в мезозой, хоть на раскопки, когда у вас из багажа только телефоны! Проектор приготовили, шлем на голову нацепили, а про достоверность забыли!

Лёгким движением плеча она сбросила рюкзак на ногу Яну. Рамфоринх захрипел и засвистел от боли.

– У вас в театральном все такие нежные? – усмехнулась Мезозоя.

Приподняв рюкзак одним пальцем, она окинула юных палеонтологов оценивающим взглядом и выбрала следующую жертву.

Саша молча позволил надеть рюкзак ему на плечи, даже не заикнувшись о том, как ему тяжело. Не пикнул он и тогда, когда Мезозоя перестала придерживать рюкзак, и тот всей своей тяжестью потянул Сашу назад.

– Да что ж такое-то, – проворчала Мезозоя, торопливо подхватывая рюкзак одной рукой и Сашу другой.

Не долго думая, она ногой подтащила к себе стул и примостила рюкзак так, чтобы он всей своей тяжестью стоял на сиденье.

– Можете дальше репетировать, – велела она, усаживаясь на соседний стул, чтоб присматривать за поведением норовистого рюкзака.

– Спасибо, Зоя Михайловна так гораздо лучше, – поблагодарил её Никита.

– С рюкзаком круче, – согласилась Карина. – Но я – как режиссёр! – считаю, что вы – как актёры!! – очень!!! – очень плохо играли. Как-то несерьёзно… Слишком весело, что ли… Правда, Зоя Михайловна?

– Весело? – переспросила Мезозоя.

Никита растерянно моргнул.

– Со-со-со-со-со…– ошарашенный Саша никак не мог закончить свою мысль.

– Совсем офигела?!! – помогла ему Женя.

– Как режиссёр, – повысив голос, продолжала Карина, – как режиссёр, я напомню вам, что мы ставим научно-фантастический спектакль. А получается… получается самодеятельность какая-то! Как в детском саду! В ясельной группе!!! «Не верю» – как говорил этот, как его…

Никита наконец сообразил, к чему она клонит, и подхватил:

– Я понял! Надо ещё порепетировать, чтобы спектакль стал более научным и менее фантастическим! Кстати, ты заметила, как много внимания мы уделили фанерозою? А вот к докембрию отнеслись слишком поверхностно!

– Ага, – мрачно подтвердила Карина, которой не хотелось углубляться в докембрий даже понарошку. – Будем повторять первый акт, пока нормально не получится. Режиссёр я или нет?!

Девочка грозно сдвинула брови и покосилась на Мезозою: ну как, она поверила? испугалась?

Испугалась Мезозоя или нет – это осталось загадкой, но в том, что она поверила в серьёзность режиссёрских намерений Карины, сомнений не было.

– Короче, Станиславский… – Мезозоя поднялась на ноги. – Я всего один акт посмотрела, а уже так отдохнула, что можно и к работе возвращаться. Скоро юные биологи на свой кружок придут, надо проследить, чтобы они сюда флоры и фауны посторонней не притащили. Вы пока репетируйте, а когда ко второму акту перейдёте – сразу меня зовите.

Васе показалось, что она не хочет больше ничего слышать про докембрий с фанерозоем.Мезозоя вышла, плотно закрыв за собой дверь.

– Мезозоя слилась! – потёрла руки Женя.

– Васина идея сработала, – констатировал Никита.

– Ге-ге-гениально! Вася, ты молоток! – похвалил его Саша.

– Геологический молоток, – фыркнула Карина.

Юные палеонтологи радовались так, как будто сегодня были удачные раскопки, и они нашли скелет динозавра.

– Перемещаться! – напомнил Ян.

Он велел юным палеонтологам построиться в хоровод и взяться за руки, совершенно забыв о том, что одного из них обнимает за плечи тяжёлый рюкзак.

– Мо-мо-момент, – сказал Саша, дёргаясь, – только рюкзак сниму.

Но рюкзак не хотел так просто сдаваться. Саша с трудом выкрутился из-под одной лямки и изогнулся, развернувшись лицом к своему врагу. Он отцепил десяток шампуров, вцепившихся в него своими загнутыми ручками, и скинул рюкзак мощным броском через плечо. Саша даже не подозревал, что кто-то хочет ему помешать в этой освободительной борьбе.

Битва с рюкзаком

Очередная задержка на пути к перемещению просто взбесила Яна, и он попытался остановить полёт рюкзака. Но схватка была неравной, и единственное, чего добился рамфоринх – это изменения траектории рюкзака: вместо того, чтобы приземлиться на пол, багаж кайнозойских путешественников по времени рухнул на Яна, тщедушного представителя мезозоя. И не просто рухнул, а повалил его, придавив всем своим весом.

Вася остолбенел от ужаса. На девочек эта картина тоже произвела впечатление: Женя взвыла от смеха, а Карина закатила глаза, всем своим видом показывая, насколько её бесит дурацкое поведение инопланетян, – то есть, ни сочувствия, ни помощи рамфоринху от них было не дождаться. И только Никита сообразил, что Ян не сможет выбраться из ловушки, в которую он сам себя уронил.Всё случилось очень быстро. Только что Ян стоял за спиной у Саши, и вот уже из-под лежащего на полу рюкзака с одной стороны торчат шлем и две тонкие лапки, а с другой стороны подёргиваются мозолистые ступни и хвостовые перья.

Никита схватился за лямку рюкзака, чтобы стащить его с Яна, но рюкзак отчаянно цеплялся за рамфоринха пилой с одной стороны и топориком с другой, угрожая отпилить крылоруку и отрубить хвост. Тогда Никита попробовал приподнять этот тяжкий груз, но Мезозоя не для того собирала миллион самых нужных вещей, чтобы какой-то очкастый умник мог вот так запросто приподнять их без посторонней помощи.

А Саша, по-прежнему стоя лицом к стулу, спиной к друзьям, с наслаждением потянулся, размял уставшие плечи, по-гагарински скомандовал: «По-по-поехали!» – и только тогда обернулся.

Он не сразу понял, куда исчез Ян и почему Никита суетится вокруг лежащего на полу рюкзака. От стоящего столбом Васи, недовольной Карины и согнувшейся в три погибели от смеха Жени по-прежнему было мало толку.

Хорошо, что Никита не стал тратить слов на объяснения, а коротко попросил друга:

– Ты поднимаешь рюкзак с одной стороны, я – с другой, и мы переносим его подальше от межгалактического дипломатического скандала.

– Пять сек! – спохватилась Женя. – Я сфотать не успела!

Но Саша и Никита уже пыхтели под тяжестью рюкзака, а Ян, с которого сняли тонну груза, лежал и возмущённо хрипел, даже не пытаясь встать.

Карина язвительно поинтересовалась:

– Ты до завтра собираешься отдыхать или мы всё-таки будем сегодня перемещаться?

Вася помог рамфоринху подняться, Саша и Никита отдышались, Женя вытерла выступившие от смеха слёзы, и они снова выстроились в хоровод.

Ян проследил за тем, чтобы все крепко держали друг друга.

– Мы все держаться! – он с силой сжал вместе руки Саши и Никиты, как будто хотел, чтобы они слиплись. – Я уменьшать и перемещать! – и он сжал руки Васи и Жени.

Но стоило ему отойти, чтобы проверить сцепление рук Никиты и Карины, как Вася отцепился от Жени и схватился обеими руками за голову.

– Ой… – начал он… – Мы же забыли…

– Нет! Мы ничего не забыть! – рявкнул Ян. – Держаться за руки! Я уменьшать!

– Да погоди ты! – прикрикнул на него Вася. – Мы же забыли про Сан Саныча!

И рамфоринх, который только что был вне себя от ярости, вдруг отступил.

– Точняк, даже не вспомнили, – согласилась Женя.

– Не-не-не понимаю, как так вышло, – сказал Саша.

– Он бы наверняка проголосовал за докембрий, – прошептал Никита.

– Я бы на месте Сан Саныча нас не простила, – сообщила Карина.

Ян стоял очень растерянный, как будто не он только что бесновался и хватал всех за руки.

– Сан Саныч? Вы знать Сан Саныча?!!

– Ха! – воскликнул Саша, и это прозвучало убедительнее, чем если бы он начал доказывать, что знает Сан Саныча уже несколько лет.

– Конечно, мы его знаем, – закивал Вася, – Сан Саныч руководитель нашего кружка.

– Он, между прочим, потомственный палеонтолог, – авторитетно произнёс Никита, а Карина добавила:

– И коллекционер! Он с детства собирает янтарь с инклюзами. Интересно, что он скажет, когда узнает, что ты – тоже инклюз? – она ехидно улыбнулась. – А может, про тебя даже в книжке написано?

Карина открыла лежащую на столе «Янтарную летопись». С отвращением перелистывая страницы, она поморщилась:

– Фууу… Вася, что ты с ней сделал?!! Она выглядит ещё хуже чем та, которую погрыз Амфи!

– Где он быть? – беспокойно спросил Ян, оглядываясь.

– Кто, Амфи? – переспросила Карина. – Дома, конечно.

– Где быть Сан Саныч?!! – завопил рамфоринх.

Вася задумался: где может быть Сан Саныч? На улице? В автобусе? В подзёмном переходе? Где бы он ни был, наверняка он уже приближается к Дому юного туриста, потому что скоро будет шесть часов вечера, а он никогда не опаздывает на занятия.

– Где!!! Сейчас!!! Быть!!! Сан Саныч!!!

– Ты чего такой нервный? – удивилась Женя. – Расслабься! Он скоро будет.

Саша тоже попытался успокоить Яна:

– Се-се-сейчас мы дождёмся Сан Саныча и переместимся вместе с ним.

Но вместо того, чтобы успокоиться, рамфоринх окончательно распсиховался.

– Вы быть не палеонтологи! Палеонтологи не ждать Сан Саныча! Палеонтологи перемещаться сейчас!

Побег

За несколько часов, проведённых рядом с Яном, Вася очень устал от его непредсказуемости. Кто бы мог подумать, что рамфоринхи такие капризные!

Мальчик твёрдо сказал:

– Если мы до сих пор не переместились, то ничего страшного не случится, если мы ещё немного подождём Сан Саныча.

– О-о-он идёт! – выглянул в окно Саша.

– Совсем рядом! – подтвердил стоящий рядом с ним Никита. – Уже ко входу в здание подошёл.

– Где? – переспросил рамфоринх и почему-то метнулся не к окну, а к двери, но открывать не стал, а наоборот, повернул вертушку замка.

– Ты перепутал, – засмеялась Женя, – ты закрыл дверь, а её надо открыть.

– Перемещаться! Перемещаться!

Но Женя, не слушая его, уже повернула вертушку в обратную сторону и толкнула дверь в коридор.

– Упс… Мезозоя Сан Санычу на нас жалуется! Или хвалит? Не поняла, отсюда плохо слышно…

Ян оттолкнул Женю и захлопнул дверь, снова закрыв её на замок.

– Ты чего? – удивился Вася. – Открывай! А то Сан Саныч войти не сможет!

Ян бросился было к окну, но перед ним стеной стояли Саша и Никита, с удивлением наблюдавшие за нарастающей паникой рамфоринха.

– Что с тобой? – спросил Никита.

– Мо-мо-можно подумать, что ты боишься Сан Саныча!

С отчаянным визгом «Сан Саныч птеродактиль!» Ян ударил себя кулаком сначала по макушке, потом по браслету.

Вася моргнул: ему показалось, что в глазах у него помутилось. Но с глазами было всё хорошо, это сгустился и потемнел воздух вокруг Яна, которого закрутило, словно он попал в вертикальный водоворот. Или как будто он решил сделать сальто… а потом ещё одно… и ещё!..

Вася вдруг понял, что сейчас рамфоринх начнёт перемещаться, не дожидаясь никого – ни юных палеонтологов, ни Сан Саныча. А как же мезозой?!! Он же обещал!!!

Если бы на кону стояло перемещение в докембрий, Вася не рискнул бы останавливать кувыркающегося в воздухе рамфоринха. Но мезозой!.. От мезозоя Вася отказаться не мог, слишком дорог он был его сердцу.

Мальчик попытался схватить Яна за комбинезон. Руки соскальзывали, но он всё-таки смог уцепиться за карман на правой коленке рамфоринха. Обрадованный успехом Вася потянул рамфоринха на себя – прочь из кувыркового водоворота. Это оказалось ужасно тяжело, как будто он тащил бегемота из болота. Нет, пожалуй, ещё тяжелее – как будто он вытаскивал диплодока с илистого мелководья!

–Х-х-хвост! – крикнул Саша. – Хвост оторвёшь!

– Хвост затянуло! Бросай его! – скомандовал Никита.

Вася встревожился. Какой хвост? Куда затянуло? И вспомнил: кигуруми! Он же в костюме хвостатого дракончика! Вася бросил взгляд через плечо, но зелёный пушистый хвост с красным гребнем был в полном порядке. А когда мальчик снова повернул голову к рамфоринху, то не узнал его: такой страшной стала оскаленная морда Яна, такие у него оказались мощные челюсти с мелкими острыми зубами!..

«Интересно, у него ядовитые зубы?» – подумал Вася сначала, а потом он подумал, что рамфоринх его сейчас цапнет.

Похоже, эта мысль пришла в голову не только ему.

Пронзительно заверещала Женя, и что-то пытался сказать Саша.

– Пусти его! Не держи! – крикнул Никита.

Ян широко распахнул рот, как будто хотел откусить Васе голову, но тут Карина рявкнула:

– Фу!!! Плохой рамфоринх! – и она с размаха шлёпнула Яна по морде книжкой Сан Саныча. – Фу, я сказала!

Щёлкающий зубами рамфоринх улетел обратно в водоворот, а на пол рядом с Васей опустилось пёрышко в форме ромбика.

– Ой… – прошептал Вася. Он только теперь вспомнил, что у Яна тоже был хвост – причём настоящий, а не плюшевый. Это не про Васин хвост кричали ребята! Это хвост Яна попал в воздуховорот и оторвался, когда Вася вытаскивал рамфоринха!

– Я нечаянно… – прошептал Вася.

Ян кувыркнулся ещё пару раз, и Вася увидел, как опускается стекло его шлема, как чёрная уменьшительно-увеличивающая кнопка возвращается на своё место, как Ян бьёт себя кулаком между глаз и начинает стремительно уменьшаться.

Через несколько секунд рамфоринх стал маленьким, как Васин мизинец, и с лёгким хлопком исчез.

У Васи всё хорошо

Дверь открылась.

– Вы опоздали!!! – завопили дети хором.

– И вам тоже добрый вечер, – улыбнулся Сан Саныч. – Сейчас семнадцать часов пятьдесят шесть минут. Васины бабушка с дедушкой, которых я обогнал, тоже будут здесь раньше восемнадцати ноль-ноль. Судя по выразительным лицам, у вас найдётся, чем нас удивить, поэтому я попрошу продержаться ещё несколько минут, чтобы два раза не рассказывать.

Юные палеонтологи уже набрали воздуха, чтобы обрушить на него невероятные новости. Но слова Сан Саныча заставили их сдуться, застонав от разочарования и нетерпения.

– Ой… – прошептал Вася, скручивая какой-то чёрный лоскут, непонятно как очутившийся у него в руках.

– Совершенно согласен насчёт «ой», – сказал Сан Саныч. – Представляешь, как я был потрясён, когда вышел из самолёта и включил телефон, а там девяносто четыре пропущенных звонка от твоей бабушки, и сто шестнадцать от твоего дедушки.

– Сто шестнадцать звонков? На дедушку не похоже, – Вася подёргал загадочный лоскут, как будто проверял его на прочность. – Наверное, у бабушки разрядился свой телефон, и она отобрала дедушкин, чтобы вам дозвониться.

На лицо Сан Саныча набежала тень, и Вася понял, что угадал правильно.

– Бабушка очень переживала, что ты ей не отвечаешь, особенно, когда получила сообщение с неизвестного номера, в котором говорилось «У Васи всё хорошо, он поймал инопланетянина»…

Женя и Саша захихикали, но Сан Саныч невозмутимо продолжал:

– … Беспокойство её возросло, когда она увидела тебя среди участников шествия рептилоидов…

– Среди кого? – переспросил Вася.

– Существ, похожих на рептилий. Так написали в одном популярном интернет-канале и выложили фотографии детей в маскарадных костюмах, сделанные в каком-то автобусе. По словам твоей бабушки, сначала она узнала комбинезон зелёного дракончика, собственноручно сшитый ею несколько лет назад, и только потом – мальчика, на котором он был. И – удивительное совпадение! – администратор Зоя Михайловна только что доложила мне, что вы притащили в кружок рептилоида из театрального кружка.

– Ме-ме-мезозоя орлиный глаз, – с восхищением сказал Саша.

Карина, равнодушная к беспокойству Васиной бабушки, по-прежнему листала «Янтарную летопись», с отвращением разглядывая грязные и мятые страницы. Когда концентрация отвращения на её лице достигла максимума, она захлопнула книжку и вручила её Сан Санычу.

– Мальчишки совершенно не умеют аккуратно обращаться с хорошими вещами, – пожаловалась Карина.

Сан Саныч озадаченно уставился на обложку, которую украшали мокрые пятна и дырки, напоминающие следы от выдернутых гвоздей.

– Где он?!! – послышался крик из коридора.

Вася узнал голос бабушки, а через секунду и она сама ворвалась в кабинет.

– Я спрашиваю, где он?!!

– Его давно нет, вы опоздали, – отозвалась Карина. – Он переместился.

– Куда?!! – по инерции спросила бабушка, которая уже увидела Васю и теперь пыталась понять, куда он переместился, если вот он, стоит прямо перед ней, и говорит:

– Привет, бабушка! Ну как, заказала свои украшения?

– Куда он переместился? – повторила ничего не понимающая бабушка.

– Я откуда знаю? – Карина пожала плечами. – В мезозой, наверное. А может, на свою планету.

Аккуратно обогнув остолбеневшую бабушку, в кабинет вошёл Васин дедушка. Он внимательно осмотрел всех присутствующих, подмигнул Васе и с заметным облегчением сказал:

– Я очень рад, что полученное мной сообщение «У Васи всё хорошо, его поймал птерозавр» соответствует действительности только в первой части.

Карина задрала нос и сделала вид, что не понимает, о каком сообщении идёт речь.

– Давайте сверим показания, – предложил дедушка. – Вы, юная барышня, утверждаете, что Вася переместился в мезозой или ещё дальше. Но все мы сейчас видим его здесь, в этой комнате. Хотелось бы понять, вы намеренно вводите нас в заблуждение или это случайность? Или это не Вася, а кто-то другой, принявший его облик?

Карина задрала нос ещё выше, и ничего не ответила.

Дедушка подошёл к внуку, потрогал его за плечи, словно проверяя, Вася ли это, и крепко обнял его.

– Впрочем, наиболее вероятный вариант – что мы говорим о разных людях, – закончил он свою мысль.

– Точняк, о разных! – закивала Женя. – Только он не людь. В смысле, не человек.

– Кто? Вася? – переспросила бабушка, с сомнением оглядев внука. Она даже потыкала мальчика пальцем, словно проверяя его на человечность.

– Да что вы всё про Васю! – возмутилась Карина. – Как будто больше поговорить не о ком!

Женя сладким голосом пропела:

– Кариночка не любит, когда говорят не о ней.

– Не ссорьтесь, девочки, – остановил их Сан Саныч. – Кто объяснит нам, что происходит?

Саша уныло сказал:

– Та-та-так уже ничего и не происходит…

– Я объясню, – сказал Никита. – Только сначала вы, Сан Саныч, скажите: знакомы ли вы с инопланетянином, который называет себя Яном?

Краткое содержание предыдущих серий

Этот вопрос прозвучал как утверждение, и немножко как обвинение, и юные палеонтологи заволновались, переводя глаза с Никиты на Сан Саныча. И даже Васины бабушка с дедушкой перестали смотреть на Васю и тоже посмотрели на Сан Саныча. Только Сан Саныч ни на кого не смотрел.

– Почему ты так решил? – спросил он, немного помолчав.

– Не обращайте внимания, Никитос заболел и бредит, – фыркнула Карина.

– Ни-ни-никитос, ты гений! – воскликнул Саша и объяснил Сан Санычу: – Потому что Ян вас боялся!

На лице у Сан Саныча появилось очень странное выражение, как будто он был немного смущён, но доволен собой.

– Да, – ответил Сан Саныч коротко, и Саша завопил:

– Те-те-теперь всё понятно!

Васина бабушка ядовито заметила:

– Ну, хоть кому-то из присутствующих всё понятно. А ты не притворяешься? Что именно тебе понятно?

– По-по-понятно, что Ян боится Сан Саныча! Он как про него услышал, сразу по комнате забегал, даже про перемещатель свой не сразу вспомнил от страха.

Карина возразила:

– Ян вообще ужасный трус! Он же всех боялся – и птиц, и собак, и футболистов, и детей на велосипедах!

Саша поморщился, как будто в него снова врезался маленький, но очень опасный велосипедист.

– Псих дёрганый! – согласилась Женя. – Чуть что, сразу хватался за свой перемещатель!

Никита снял очки и протёр их.

– Сильнее всего он испугался, когда услышал имя Сан Саныча.

– С-с-сдрейфил как никогда! – поддержал его Саша. – С перепугу даже забыл, что в любой момент может улететь в другое место и время! Метался по кабинету, а про свой перемещатель вспомнил, только когда дверь уже открывалась… Птеродактилем вас обругал.... Сан Саныч, расскажите, почему он вас так боится?

– Непременно расскажу, – пообещал Сан Саныч. – Сразу после того, как вы мне расскажете, откуда он здесь взялся?

– Вася привёл! – ответил ему дружный хор юных палеонтологов.

Вася пока что не понимал, гордиться ему своим поступком или чувствовать себя виноватым.

Сан Саныч вопросительно взглянул на него, и мальчик сбивчиво заговорил, теребя лоскут, который порядком обтрепался за этот разговор.

– Он в янтаре был, я его на пляже нашёл… – Тут Васе пришлось сделать оговорку специально для бабушки: – …нашёл и сразу про него забыл! Там столько всего произошло, разве всё упомнишь! Сначала думал, что это муха… А потом, что не муха… А если не муха – значит, птерозавр. Мы же про них разговаривали совсем недавно, у костра… Я всё помню: если хвост длинный и морда круглая – значит, не птеродактиль, а рамфоринх… Дома я сразу… – Вася покосился на бабушку, и она ответила ему долгим внимательным взглядом. – Дома я сразу сел читать книжку «Янтарная летопись», а там, прямо как вы, Сан Саныч, тоже говорили!.. Там написано, что надо на янтарь посветить ультрафиолетовым фонариком! А я-то чуть не забыл! Выключил в ванной свет, включил фонарик, и тут он ка-а-ак зажмурился! Я так… так… – Вася хотел сказать «испугался», но вовремя подобрал другое слово, за которое ему не было стыдно: – Я так удивился, что даже фонарик уронил. Подумал, что сейчас янтарь разобьётся, и совсем… совсем удивился, да… А потом я удивился ещё больше, потому что он мне по голове врезал так, что я в коридор выпал… – Вася уронил лоскут и тут же снова его поднял, чтобы завязать из него узелок, а потом развязать и снова завязать.

– Кто зажмурился? Кто врезал? – не выдержала бабушка.

– Рамфоринх… А потом мы с ним познакомились, и оказалось, что его зовут Ян и он совсем не страшный… То есть, не совсем страшный…

Дедушка наставительно сказал:

– Ты сразу должен был понять, что это плохой рамфоринх, потому что хорошие рамфоринхи никого по голове не стучат, а с плохим нечего и знакомиться.

Бабушка добавила:

– А если бы ты сразу отдал янтарь с плохим рамфоринхом мне, я бы его перевоспитала, не вынимая из янтаря!

– Я не догадался, – вздохнул Вася, наматывая лоскут на палец. – Я сначала думал, что это я стукнул его по голове, потому что я нагнулся за фонариком. И только потом понял, что это не я его стукнул, а он меня стукнул, потому что увеличился. А увеличился он потому, что фонарик упал на его увеличительно-уменьшительную кнопку. Он с другой планеты и перемещается во времени и пространстве. Он позвал меня с ним …

Бабушка снова перебила его:

– И ты, конечно, сразу ему сказал, что обещал своей бабушке, что будешь сидеть дома и читать книгу!

Но вместо Васи ей ответил дедушка:

– Я совершенно точно помню, что про «сидеть дома» речи не было! Он обещал, что будет читать книгу! Вася, ты ведь сдержал слово? Ты читал книгу?

– Честное слово! Я везде читал книгу! Когда мы с Яном спускались с двадцать девятого этажа, я читал книгу! Когда мы с Яном шли в парк, я читал книгу! Когда мы бегали по парку, чтобы найти там спокойное место, я тоже читал книгу! И в автобусе я читал книгу, и даже здесь немножко почитал её!

– Ну вот, – удовлетворённо сказал дедушка. – Наш внук честный человек: обещал читать – и читал!

Бабушка сердито хмыкнула и продолжила допрос:

– А что вы с этим самым Яном делали на двадцать девятом этаже?

– Бабушка, разве ты забыла, что у нас лифт сломался и всех увозит на двадцать девятый этаж?!

– Если кто об этом забыл, так это ты! – парировала бабушка. – Дурная голова ногам покоя не даёт. И рукам тоже. За что ты мучаешь эту тряпку? От неё уже одни лохмотья остались! И почему у вас янтарь на полу валяется?

– Какой янтарь? – растерялся Вася. – Нет здесь никакого янтаря…

И тут бабушка подняла и с негодованием предъявила ему то, чего здесь никак не могло быть.

Возвращение реликвии

Вася растерянно уставился на крокозябру. Как она оказалась в Доме юного туриста? Она должна лежать дома, на столе, в хрустальной вазочке… Он не приносил её сюда и уж тем более не бросал на пол/..

Юные палеонтологи и Сан Саныч с любопытством столпились вокруг, спрашивая:

– Кто это? Что это?

Бабушка не на шутку обиделась.

– Если она тебе больше не нравится, я возвращаю её себе!

И тут Вася всё вспомнил.

– Это не я! Это Ян её сюда притащил! Он её у меня ещё дома забрал и в карман спрятал! А когда начал уменьшаться и перемещаться, я его за карман поймал! – Вася предъявил лоскут, который по-прежнему держал в руках.

– Ты оторвал карман инопланетянину? – сдвинула брови бабушка.

– Нет! Я просто поймал его! Карман сам оторвался, и крокозябра выпала на пол…

– Дайте посмотреть! – не дожидаясь разрешения, Карина схватила янтарь. – Что за крокозябра такая? На травинку похожа… Или на сосновую иголку…

Вася замялся. Слово «крокозябра», конечно, совершенно не научное, настоящие палеонтологи такими терминами не пользуются, но он никак не мог назвать её ленточным червём – просто язык не поворачивался!.. А вот бабушка не стеснялась никаких названий.

– Это настоящий глист, а не травинка и не сосновая иголка, – усмехнулась она. – Ленточный червь, который заводится у детей в животе, если они не моют руки перед едой!

– Бабушка… – простонал Вася, а Карина с отвращением отбросила янтарь:

– Фу-у-у! Предупреждать надо! Зачем вы мне его подсунули!? Какая гадость!

– Сама ты гадость! – заступилась Женя за себя и за Васю, который от потрясения не мог и слова вымолвить.

Он молча упал на пол и пополз на четвереньках, разыскивая неизвестно куда улетевшую крокозябру.

Саша Карину тоже не похвалил.

– Ни-ни-никто тебе ничего не подсовывал! Сама хапнула, мне даже посмотреть не дала! И вообще, нечего тут Васиным янтарём разбрасываться! Вот принесёшь своего глиста – и кидай его куда хочешь, а с чужими аккуратнее надо обращаться!

– Нет у меня нет никаких глистов, – возмутилась Карина.

– Про глистов не знаю, а совести у тебя точно нет! – заключила Женя. – Вася, не бойся, сейчас мы найдём твою крокозябру, каким бы червём она не была, хоть ленточным, хоть шнурковым.

Сан Саныч кашлянул.

– Во имя биологической истины я должен заявить, что шнурковых червей не бывает.

– Блин, обидно, – отозвалась Женя, – так хорошо придумала, а их не бывает!

Женя и Саша ползали по полу, продолжая переругиваться с Кариной, которая брезгливо протирала руки антибактериальными салфетками и совершенно не хотела признавать, что поступила нехорошо, выбросив чужого глиста. Никита не вмешивался в ссору, сосредоточенно размышляя о чём-то. Наконец он поднял глаза на Сан Саныча:

– Если это глист, как же он в янтаре оказался? В янтаре обычно оказываются беспозвоночные животные и позвоночные – если они маленькие и слабые. Но ведь ленточные черви сами в янтарь попасть не могут, потому что не разгуливают отдельно от своих хозяев, как дождевые черви или гусеницы…

Сан Саныч одобрительно кивал, слушая его рассуждения.

– У меня есть смелая гипотеза! – поспешил поделиться Вася. – Крокозябра жила в животе у маленькой акулы, которая никогда не мыла своих плавников перед едой, поэтому у неё завелись глисты. И вот однажды эту акулу поймала очень большая чайка. Она хотела сесть на сосну и съесть акулу, но другая чайка, которая была ещё больше, решила отобрать у неё добычу. И они отнимали друг у друга акулу, пока не сломали сосну, а потом победила дружба, и акула порвалась пополам. Крокозябра упала в смолу, а сосна упала в море. Все утонули, окаменели и превратились в янтарь, а потом шторм выбросил крокозябру на берег…

Кабинет огласил дружный вопль Саши и Жени.

– Е-е-есть!

Вася увидел две грязные ладошки, и в глазах у него потемнело от ужаса: на каждой лежал кусочек янтаря!

– Пополам разбилась… – простонал он, но Женя сунула ему под нос целёхонькую крокозябру, и Вася с облегчением выдохнул: кружок янтаря по-прежнему был величиной с десятирублёвую монету, не уменьшившись ни на копейку.

– Разрешите?.. – попросил заинтересованный Сан Саныч.

Он аккуратно взял крокозябру и пошёл к окну, чтобы рассмотреть её на свету, бормоча непонятные слова, из которых Вася разобрал только «сенсация».

– Я-я-я не понял, если крокозябру нашла Женя, кого же тогда нашёл я? – спросил Саша, показывая всем кусочек янтаря – оранжевый, как долька мандарина. Внутри темнело туловище с круглой головой на вытянутой шее.

– Это насекомое, – уверенно ответил Вася, – у него шесть лапок и усики-антенны.

– Са-са-сам вижу. Откуда оно здесь взялось?

Вася снова показал лоскут, оторванный от комбинезона рамфоринха.

– Тоже из кармана. Ян хвастался, что подрался с каким-то палеонтологом и отобрал у него янтарь.

Никита взял трофейное насекомое у Саши.

– Какие длинные ножки… И какая крупная голова… Интересно, какой это вид?

– На таракана похож! – засмеялась Женя, и Карина топнула ногой:

– Мы на сегодняшнем занятии собирались мою брошку рассматривать, а не глистов с тараканами!

Дедушка переспросил:

– Инклюз принадлежал палеонтологу и при этом похож на таракана? И вы до сих пор не поняли, что это за вид?!! Эх вы, следопыты! Это же…

Дедушка сделал паузу и торжествующе обвёл взглядом всех присутствующих, но бабушка не дала ему насладиться триумфом.

– Это же элементарно! – вмешалась она. – Готова поспорить, что он называется манипулятор модификапутис.

Сан Саныч повернулся к ним так стремительно, что крокозябра соскользнула с его ладони. Ленточный червь мог бы совершить ещё один – возможно, последний! – полёт на пол, если бы шустрая Женя не успела его подхватить.

– Не может быть! – прошептал Сан Саныч, забирая у Саши свою реликвию. – Столько лет прошло!.. Здравствуй, мой хороший! – он поцеловал янтарную спинку.

Юные палеонтологи радостно завопили, а Никита напомнил:

– Вы обещали рассказать, как познакомились с Яном!