Julis Phoenix
404

"404" – ЭТО ИСТОРИЯ О:

· Запретной грани чувств: Сложной, табуированной связи между сводными братом и сестрой.

· Абсолютной жертвенности: Готовности переступить закон и нравственные принципы во имя спасения близкого человека.

· Суровом взрослении: Столкновении подростковых мечтаний с беспощадными реалиями болезни, бедности и выживания.

· Моральном выборе: Тонкой грани между добром и злом, любовью и преступлением, когда все средства кажутся оправданными.

· Хрупкости жизни: О том, как один диагноз может разрушить все планы и заставить пойти на невообразимое.

Julis Phoenix, шесть лет создающий истории, погружает читателя в напряженную атмосферу, где драма семейных отношений переплетается с накалом запретной романтики и опасностью криминального мира. "404" – это не просто код ошибки, это символ сломанной системы, в которой оказываются герои, и их отчаянной попытки найти выход любой ценой.

(М)-Миша. (С)-Саша. (М.М)-Мама Миши(Лена). (П.А)-Папа Антон. (П.Ц)-Продавец. (Л.М)– Левый мужик. (Т.Б)– Таксист бомбила. (В)-Вася. (Р)-Рома. (С.С.П)-Сотрудница скорой помощи. (У)-Учительница. (Н.Н)-Ноу нейм(Работодатель). (Н.Б)-Настя, бывшая. (Д.Д)-Друг Денис. (Н.Д)-Незнакомая девушка (позже было заменено на (К)– Каролина). (М.С)-Мама Саши(Нина). (С.Р)-Сотрудница регистратуры. (Т)-Таксист Сергей. (П.К)-Продавец-консультант. (П.М)-Продавец модемов. (П.К.Ф)-Продавец в кафе. (В.П.Г)-Водитель преступной группировки. (Н.В.П)-Напарник водителя преступников. (Имя/ВК)-Сообщение «ВКонтакте». (Имя/СМС)-Сообщение в мессенджер. (Имя/ТФ)-Разговор по телефону . (Имя/имя(не ограниченное количество)– сказали слово или фразу одновременно.

Глава 1. Самый лучший день.

СЦЕНА 1. КВАРТИРА. УТРО

· ИНТ. КВАРТИРА – РАННЕЕ УТРО

· Рассвет только начинал заливать комнаты жидким, молочным светом. В воздухе висела тишина, густая и сладкая, нарушаемая лишь размеренным похрапыванием из спальни родителей. Солнечный луч, пробившийся сквозь щель в шторах, поймал в свой пыльный столб миллионы кружащихся частиц. В этой предрассветной дремоте весь мир казался замершим, затаившим дыхание.

· Но не для МИШИ. Он проснулся еще до будильника, и по его телу бежали мелкие, радостные токси. Сегодняшний день был вычеркнут в его календаре жирным красным крестом. День, ради которого он жил последний год.

· Он лежал, глядя в потолок, и на его лице расплывалась широкая, почти глупая улыбка. Сегодня он покупал компьютер. Не просто железную коробку, а ключ к другому миру. К мирам, где он мог быть кем угодно – героем, стратегом, победителем. Он встал с кровати, стараясь не скрипеть пружинами, и потянулся. Его комната, маленькая и заставленная старой мебелью, в эти минуты казалась ему преддверием чего-то грандиозного.

· ИНТ. КОРИДОР – МИНУТУ СПУСТЯ

· Миша на цыпочках вышел в коридор. Дверь в комнату САШИ была закрыта. Вчера она, скрипя зубами и явно делая одолжение, буркнула: «Ладно, поеду с тобой, а то ты купишь какую-нибудь хрень и потом реветь будешь». Это была самая большая любезность, на которую она была способна за последние три года жизни под одной крышей.

· Он осторожно приоткрыл дверь. Комната Саши была его полной противоположностью. Хаос, как после урагана: на стуле висело и одновременно лежало сразу три наряда, на столе среди учебников по обществознанию и английскому стояли пустые банки из-под энергетиков, а на стене – постеры с небоскребами Нью-Йорка, которые смотрели на него безразличными стеклянными глазами.

· Саша спала, сжавшись калачиком. Ее светлые волосы растрепались по подушке, а на лице не было привычной маски высокомерия или скуки. Она казалась просто девочкой. Чужой девочкой, с которой его свела судьба и родительские решения.

· (М, тихо): Саш… Эй, просыпайся.

· (С, не открывая глаз, сонно бурчит): Отстань…

· (М): Ты же обещала.

· САША переворачивается на другой бок, натягивая одеяло на голову. МИША понимает, что уговоры бесполезны, и с легким разочарованием закрывает дверь. Они как два разных химических элемента, которые никак не могли создать стабильное соединение. У него – вера в то, что все можно заработать потом и кровью. У нее – холодная, расчетливая цель: получить этот дурацкий аттестат с пятерками не ради знаний, а как единственный пропуск в обещанный отцом Нью-Йорк. Она готова была проглотить любую пилюлю, сыграть любую роль, лишь бы оказаться там, в городе своих грез, подальше от этой серости.

· Но даже эта маленькая неудача не могла испортить МИШЕ настроения. Он шел на кухню, и каждый его шаг отдавался в нем эхом предвкушения. Сегодня был его день. Самый лучший день.

СЦЕНА 2. ПРЕДЫСТОРИЯ. КОРНИ.

· ИНТ. КУХНЯ – УТРО – МОНТАЖ ВОСПОМИНАНИЙ

· Пока МИША наливает себе сок, его взгляд падает на старую, пожелтевшую фотографию на холодильнике. На ней – двое улыбающихся подростков в советской школьной форме. ЛЕНА и АНТОН. Одноклассники. Первая любовь, которая пахла мелом, чернилами и трепетным ожиданием перед выпускным.

· ВОСПОМИНАНИЕ: ШКОЛЬНЫЙ ЗАЛ. Звучит вальс. Молодой АНТОН, неумело, но с обожанием в глазах, кружит ЛЕНУ. Она смеется, запрокинув голову. Кажется, вся жизнь перед ними, розовая и безоблачная.

· Но жизнь, как часто бывает, пошла по другому сценарию. Яркая, дерзкая девчонка из параллельного класса с хриплым смехом и модной прической увела АНТОНА буквально за лето. Та любовь была не вальсом, а порывистым, шквальным ветром – ослепляющим, пьянящим и безрассудным.

· ВОСПОМИНАНИЕ: КОМНАТА В ОБЩАЖИТИИ. Два года жизни на чемоданах. Вечная пыль, пачки сигарет «Беломор» на столе и ссоры, которые начинались из-за пустяков, а заканчивались хлопаньем дверей. АНТОН работал грузчиком, она – продавщицей, но чаще сидела дома. Он ловил на себе странные взгляды соседей, находил в ее сумочке чужие телефонные номера, чувствовал ледяную стену отчуждения. Измены были для нее не трагедией, а нормой, способом убежать от скуки быта, который она сама же и не желала налаживать.

· Развод был горьким, но закономерным финалом. АНТОН ушел с одним рюкзаком, чувствуя одновременно боль и облегчение.

· А через два месяца раздался тот самый звонок. Ее голос в трубке был холодным и деловым.

· (Голос по телефону): Антон. Я беременна. Твоя. Но я ее не хочу. Решай свои проблемы сам. Я не собираюсь портить себе жизнь этими спиногрызами.

· ВОСПОМИНАНИЕ: БОЛЬНИЦА. АНТОН стоит у окна в коридоре роддома. За спиной – плач новорожденной дочери, которую он только что видел через стекло. Крошечная, красная, безумно одинокая. В его груди бушевала буря из гнева, обиды и какого-то животного, всепоглощающего чувства ответственности. Он забрал ее. Снял каморку на окраине, два месяца жил в режиме сумасшедшего дня: работа, больница, пеленки, бутылочки, бессонные ночи. Он был отцом-одиночкой в мире, который не был к этому готов. Он утопал в отчаянии, и единственным якорем была эта маленькая, хрупкая жизнь – САША.

· И тогда, в одну из особенно темных ночей, его пальцы сами набрали давно забытый, но врезанный в память номер.

· ВОСПОМИНАНИЕ: ПАРК. Они встретились спустя год. ЛЕНА сидела на скамейке, все такая же спокойная, с теплыми глазами. Она не говорила «Я же предупреждала». Она просто слушала. А потом спросила: «Можно я посмотрю на нее?».

· ВОСПОНИМАНИЕ: КОМНАТА В СЪЕМНОЙ КВАРТИРЕ. ЛЕНА бережно держит на руках маленькую Сашеньку, качает ее, и ее материнские руки, еще не знавшие своего ребенка, уже знали, как утешить чужого. АНТОН смотрел на них, и впервые за долгие месяцы в его душе наступил штиль. Что-то сломанное и порванное много лет назад начало потихоньку срастаться.

· Они сошлись не со страстью молодости, а с тихой, взрослой нежностью, выстраданной и выверенной горем. Их общий сын, МИША, родился через год. Он был не случайностью, а осознанным выбором, символом новой, настоящей семьи, которая, наконец, обрела свои очертания.

· ВОЗВРАТ В НАСТОЯЩЕЕ. ИНТ. КУХНЯ.

· МИША отрывается от фотографии и делает глоток сока. Он знает эту историю обрывками, чувствует ее напряжение в редких напряженных взглядах между отцом и матерью, в сложном характере сестры. Но сегодня эти тени прошлого не имеют над ним власти. Сегодня – его день. День, ради которого все и затевалось.

СЦЕНА 3. КОМНАТА САШИ. УТРО.

· ИНТ. КОМНАТА САШИ – УТРО

· МИША, подождав секунду после разрешения, толкнул дверь, ещё раз. Комната встретила его знакомым хаосом, который он минут 15 назад не заметил, но сегодня к нему добавился новый, резкий аккорд – сладковато-терпкий запах дешевого вина, который витал в воздухе, смешиваясь с ароматом ее духов и пыли.

· Саша полулежала на кровати, обняв колени. Она была бледной, под глазами легли темные тени, но взгляд ее был ясным и немного насмешливым. На прикроватной тумбочке, среди кип учебников и крошек от печенья, стояла почти пустая бутылка «Полусладкого» с прилипшей к стеклу яркой этикеткой. Она маячила там, как неуместный, кричащий свидетель ночного бунта.

· Взгляд МИШИ задержался на бутылке, потом перешел на сестру. В его голосе прозвучало не столько осуждение, сколько усталое недоумение.

· (М): Это как понимать?

· САША пожала плечами, ее пальцы нервно теребили край одеяла.

· (С): Мих, ну понимаешь… Я вчера рассталась с парнем.

· (М, вздыхая): Но это же не повод пить. В одиночку. В своей комнате.

· САША фыркнула, и в ее глазах мелькнула знакомая колючая насмешка.

· (С): Вот как полюбишь по-настоящему, тогда посмотрю на тебя, засранец.

· МИША поморщился. Ее слова, как всегда, били точно в цель.

· (М): Эй, не выражайся.

· (С, язвительно, поднимая бровь): Тебе ли меня учить? Ты, который в свои пятнадцать мнит себя этаким тружеником-аскетом?

· МИША опустил глаза. Он ненавидел эти словесные перепалки. Они всегда заканчивались его поражением. Он предпочел отступить.

· (М, тише): На самом деле, нет… Прости.

· И тут произошло нечто неожиданное. На губах САШИ дрогнула улыбка. Не язвительная, а какая-то… уставшая и почти что искренняя.

· (С): Да всё хорошо. Главное, что родителям не рассказал.

· (М, с легким вызовом): Я похож на стукача?

· (С, с притворной задумчивостью): Нет… Но мало ли. Вдруг твоя гиперответственность сведет тебя с ума.

· (М): Ну и хорошо.

· В воздухе повисло короткое, но комфортное молчание. Затем САША лениво протянула руку и взяла бутылку, предлагающе потрясла ею. Темно-бордовая жидкость плеснулась внутри, оставляя на стекле густые, тягучие следы.

· (С): Будешь?

· МИША помотал головой, морща нос.

· (М): Нет, спасибо.

· (С, с искренним любопытством): Почему? Боишься, что маменькин сынок не должен?

· (М): Напился уже как-то. Хватило того раза. Больше не хочу.

· Глаза САШИ расширились от неподдельного, почти театрального интереса. Она выпрямилась на кровати.

· (С): Ты пил? И без меня? Предатель!

· МИША невольно ухмыльнулся.

· (М, усмехаясь): Ахах, ну да. С Дэном, в прошлом году, в гараже. Нахваталcя дешевого портвешка, потом всю ночь промучился.

· Лицо САШИ вдруг стало комично-серьезным. Она скрестила руки на груди и откинулась на подушки, демонстративно отворачиваясь.

· (С, с пафосом): Всё. Ты мне не брат больше.

· МИША смотрел на нее, и в его душе боролись раздражение и какая-то странная нежность. Она была невыносимой. Но в такие моменты – еще и по-детски смешной.

· (М, с недоумением): Эй, ты чего? Из-за такой мелочи?

СЦЕНА 4. ФЛИРТ И НАПРЯЖЕНИЕ.

· ИНТ. КОМНАТА САШИ – УТРО

· САША рассмеялась, но в ее смехе прозвучала легкая, почти неощутимая горькая нотка.

· (С): Да ладно, я же шучу. Мы и так не родные, если ты забыл.

· (М, коротко, стараясь не развивать тему): Ок.

· Он перевел разговор на дело, встряхнувшись от ее колкости.

· (М): Ладно, собирайся. Надеюсь, ты не забыла, зачем мы едем.

· САША притворно задумалась, поднеся палец к подбородку, ее глаза игриво блеснули.

· (С): А зачем? Напомни, куриной бошке.

· (М, уже слегка раздражаясь): Мы вчера договорились ехать мне за компьютером.

· (М, с легким укором): Пить меньше нужно, чтобы всё помнить.

· (С, заливисто смеясь): Ахахах! Повёлся! Я просто проверяла.

· (С, спрыгивая с кровати): Ок, сейчас соберусь.

· (М): Хорошо. Буду ждать на кухне.

· Он уже повернулся к двери, когда ее голос остановил его, тихий и намеренно сладкий.

· (С): Не останешься тут?

· МИША обернулся, не понимая.

· (М): Зачем?

· САША сделала невинное лицо, но в ее глазах плясали чертики.

· (С): Ну как зачем… Глянуть, как я переодеваюсь.

· МИША покраснел. Воздух в комнате вдруг стал густым и напряженным. Он почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Это была опасная игра.

· (М, сдавленным голосом): Ты издеваешься?

· (М, глядя в пол): Ты же знаешь, что у меня… давно никого не было. И ты специально издеваешься.

· САША ухмыльнулась, получив желаемую реакцию. Она подошла ближе, ее голос стал ядовитым и тихим.

· (С): Ну да. С тех пор, как тебя побил тот старшак в школе, на тебя девки не ведутся. Помню.

· Она ткнула в его самое больное место, в старый, не заживший до конца шрам юношеского унижения. МИША сглотнул.

· (М, кисло): Спасибо, что напомнила.

· (С, слащаво): Пожалуйста!

· (С, снова меняя тактику, с игривой заботой): Так что… хоть бы на меня смотрел. И руку радовал.

· МИША, пытаясь сохранить остатки достоинства, буркнул, отводя взгляд:

· (М): Успею.

· Глаза САШИ расширились от внезапного любопытства. Она уловила подтекст.

· (С): Не поняла. Такое уже было?!

· МИША замялся, снова попавшись на ее удочку.

· (М): Нуу…

· САША покачала головой с преувеличенным разочарованием.

· (С): Всё. С вами ясно, мистер.

· (М, тут же сдаваясь): Прости.

· (С, с внезапной снисходительностью взрослой женщины): Нет причины для извинений. Это нормально… в твоём возрасте.

· (М, вспыхивая): В твоём?! Ты на год всего лишь старше!

· (С, с торжествующим видом): Но факт же, что старше.

· (М, сдаваясь): Угу.

· (С, поворачиваясь к шкафу): Ладно, я одеваться. А то мы так до следующего дня будем болтать.

· ИНТ. КУХНЯ – МИНУТЫ СПУСТЯ

· МИША вышел на кухню, чувствуя себя так, будто прошел через минное поле. Воздух здесь пах кофе и спокойствием. Он прислонился к холодильнику, пытаясь отдышаться и прогнать из головы ее слова, ее взгляд, ее игру.

· Прошло около десяти минут. Дверь в коридор скрипнула, и вышла САША. Она преобразилась. На ней были обтягивающие черные лосины и простая белая футболка, которая в утреннем свете казалась ослепительно чистой. Ее волосы были небрежно собраны в хвост, открывая шею. Она выглядела свежо, дерзко и по-летнему легко.

· Из-за стола на нее посмотрела ЛЕНА (М.М.) с чашкой кофе в руках. Ее материнский взгляд сразу же выхватил потенциальную проблему.

· (М.М., с беспокойством): Дочка, не замерзнешь? На улице ветрено.

· САША лишь махнула рукой, проходя к выходу.

· (С): Нет, Лен. Всё нормально.

· (М.М., вздохнув): Ну, как знаешь…

· МИША, спеша избежать ненужных препирательств, вступил в разговор.

· (М): Мам, лето же сейчас. Не должна она замёрзнуть.

· (М.М., с материнской мудростью): Погода обманчивая сейчас. Стоит обращать внимание на прогноз.

· САША, уже стоя в дверях, обернулась с беззаботной улыбкой.

· (С): А что с погодой? Всё норм с погодой.

· МИША фыркнул, поддерживая ее.

· (М): Ахах, действительно.

· Он потянулся за рюкзаком.

· (М): Ладно, мам, мы пошли.

· (М.М., тепло): Удачки вам там.

· (М): Спасибо.

· (С, уже из коридора): Спасибо!

· Дверь закрылась, оставив ЛЕНУ одну на кухне с ее кофе и тихим, смутным беспокойством, которое всегда вызывала у нее эта странная, натянутая близость между ее сыном и его сводной сестрой

СЦЕНА 5. ПОЕЗДКА В ЦУМ.

· ЭКСТ. УЛИЦА – ДЕНЬ

· МИША и САША вышли из тесного, но уютного мира своего частного дома в Москве 2023 года. Воздух был наполнен странной смесью летней утренней росы и запаха бензина. Город жил своей суетливой, нервной жизнью. Рекламные щиты кричали о новых акциях, но взгляд то и дело натыкался на заклеенные витрины или объявления «специальных ценах» для «дружественных стран». Санкции, инфляция, ощущение нестабильности – все это витало в воздухе, как густой смог. В их семье эот период называли трагедией. Трагедией для всех. Смотреть, как на твоих глазах рушатся жизни по обе стороны, было невыносимой болью, о которой предпочитали молчать.

· САША похлопала себя по карманам джинсов и скривила губы.

· (С): Блин, опять забыла сигареты дома.

· МИША покачал головой, смотря на проезжающую мимо иномарку с заклеенной звездой на логотипе.

· (М, безразлично): Ты как всегда в своём репертуаре.

· (С, махнув рукой): Ладно, пох. Новые куплю.

· ЭКСТ. АВТОБУСНАЯ ОСТАНОВКА – ДЕНЬ

· Им повезло – они подошли как раз к подъехавшему старенькому автобусу, в салоне которого пахло сыростью и дезинфекцией. Нашли два свободных места у окна. Автобус тронулся, покачиваясь на разбитой дороге.

· САША, глядя в запотевшее стекло, спросила:

· (С): Ты решил, где будем брать?

· МИША, сияя, достал телефон.

· (М): Да, в «ЦУМе». Там сейчас акция, и выбор самый большой.

· (С): Ок.

· ИНТ. ЦУМ – ТРЕТИЙ ЭТАЖ – ДЕНЬ

· Спустя сорок минут они вышли из автобуса и затерялись в толпе покупателей огромного торгового центра. «ЦУМ» поражал своим блеском, контрастируя с унылой московской улицей. Они поднялись на лифте на третий этаж, и перед ними открылся рай для геймера: ряды мерцающих мониторов и системных блоков с хищными подсветками, похожие на космические корабли.

· МИША замер на пороге, его глаза расширились.

· (М, почти шёпотом): Вауу… Сколько тут всего…

· К ним тут же подошел ПРОДАВЕЦ-КОНСУЛЬТАНТ (П.Ц) в строгом жилете с логотипом.

· (П.Ц, вежливо улыбаясь): Вам что-то подсказать?

· МИША, стараясь говорить уверенно, выпалил:

· (М): Да, есть какое-нибудь ПК в сборе за… полмиллиона?

· (П.Ц, с профессиональным энтузиазмом): Есть, конечно! Прямиком к нам. Вот смотрите, самый новый, на прошлой неделе завезли. Флагманская сборка.

· Он подвел их к мощному черному корпусу с фиолетовой подсветкой. Монитор был изогнут, как взмах крыла.

· (М, восхищенно): Красивое сочетание… А по играм примерно что может тянуть?

· (П.Ц): Всё. По играм его должно хватить лет на пять, если не больше. В общем, зависит от игр, но даже самые требовательные будут летать.

· (М, загибая пальцы): Сколько памяти?

· (П.Ц): 32 Гб оперативки, и 4 ТБ внутренней SSD. При желании можно докупить и поставить больше.

· МИША не мог поверить своим ушам. Его мечта материализовалась прямо перед ним.

· (М, с надеждой в голосе): Можно… протестировать?

· (П.Ц): Да, конечно!

· Продавец ловко запустил компьютер. Рабочий стол был чистым и блестящим. Он щелкнул по иконке «Red Dead Redemption 2» – игра была установлена специально для тестов. Через мгновение экран погрузился в невероятно детализированный мир Дикого Запада. Пейзажи сменялись сочными цветами, тени ложились идеально, а движение было шелково-плавным даже на максимальных настройках.

· МИША смотрел, затаив дыхание.

· (М, выдохнул): Ваууу… На максимальных… Ни единого фриза и лага… А картинка какая красивая…

· (П.Ц, с гордостью): 8K.

· МИША обернулся к САШЕ, ища подтверждения.

· (М): Саш, что думаешь?

· САША, обычно ко всему равнодушная, смотрела на экран с одобрением.

· (С): Неплохо, скажу я тебе. По сравнению с компом моего друга, у которого «Майнкрафт» вылетает, этот – просто космос.

· Этой фразы было достаточно. МИША расправил плечи.

· (М, твердо): Беру.

· ЭКСТ. УЛИЦА – ДЕНЬ

· С тяжелой, но невероятно желанной коробкой в руках они вышли из ЦУМа. Теперь очередь была за САШЕЙ. Она огляделась и, заметив подходящего по виду мужчину лет тридцати, уверенно подошла к нему.

· (С, с обаятельной улыбкой): Мужчина, не купите пачку сигарет? Деньги дам.

· Она протянула ему купюры.

· Мужчина (Л.М.). немного удивленный, но не отказал. Через минуту он вернулся из ларька с пачкой «Chapman Coffee». САША взяла сигареты с благодарным кивком.

· Зажигалка щелкнула, она сделала глубокую затяжку, выпуская струйку дыма в прохладный московский воздух. Путь домой предстоял долгий, но сегодня ничто не могло омрачить их настроение. Ни санкции, ни тревожные новости, ни сложное прошлое. У МИШИ был его компьютер. А у САШИ – ее сигарета. И на какое-то время этого было достаточно

СЦЕНА 6. ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ И НАЧАЛО ИГРЫ.

· ЭКСТ. УЛИЦА У ЦУМА – ДЕНЬ

· Они вышли с тяжелой коробкой на улицу, и яркий солнечный свет ударил им в глаза. У обочины, чуть в стороне от официальной стоянки такси, стояла потрепанная «Тойота Камри» с затемненными стеклами – классический «бомбила». МИША, поймав взгляд водителя, постучал костяшками пальцев по стеклу.

· (М): Не заняты?

· Водитель (Т.Б), мужчина с усталым лицом и в кепке, кивнул, отпирая двери.

· (Т.Б): Нет. Едем?

· (М, загружая коробку на заднее сиденье): Да.

· ИНТ. МАШИНЫ – ДЕНЬ

· В салоне пахло старым табаком и освежителем воздуха с ароматом «хвои». Двадцать минут пути пролетели под монотонный стук двигателя и тихое шипение радио, где ведущий обсуждал очередные экономические новости. МИША все это время не сводил глаз с коробки, стоявшей между ним и Сашей, как с величайшим сокровищем.

· ЭКСТ. ИХ ДОМ – ДЕНЬ

· Машина остановилась у знакомого забора. МИША расплатился наличными, и они, наконец, вынесли заветный системный блок во двор.

· (С, потягиваясь): Я думала, этот процесс с компом будет более утомительным. Торги, сомнения…

· (М, с облегчением): Да нет, главное – сразу на месте протестировать и всё станет ясно.

· (С, с легкой усмешкой): Ну, пошли. Сейчас посмотрим, во что ты так хотел поиграть, что работал целый год ради этой покупки.

· (М, сияя): Сейчас покажу.

· ИНТ. ДОМ – КУХНЯ – ДЕНЬ

· В доме пахло свежезаваренным чаем и чем-то домашним, пекущимся. Родители не спали. ЛЕНА (М.М) и АНТОН (П.А) сидели на кухне за столом, на котором стоял самовар и тарелка с печеньем.

· (М.М, с теплой улыбкой): Удачно съездили?

· (М, с гордостью): Конечно!

· (П.А, с искренним интересом): Ну, показывай, что накупил.

· (М, уже бегом направляясь в свою комнату): Давайте я сейчас всё подключу, а вы потом придете, посмотрите?

· (Все хором): Хорошо.

· ИНТ. КОМНАТА МИШИ – ДЕНЬ

· Следующие пятнадцать минут прошли в священнодействии. МИША с сосредоточенным видом инженера-монтажника распаковывал провода, подключал монитор, системный блок, клавиатуру и мышь. Комната преобразилась: мерцающий сине-фиолетовый свет от корпуса компьютера отбрасывал замысловатые тени на стены, уставленные старой мебелью и постерами с играми. Наконец, все было готово. Он позвал всех.

· Семья ввалилась в комнату. АНТОН свистнул, оценивая мощный корпус с подсветкой.

· (П.А): Ого-го!

· (М.М, восхищенно): Красота какая… Совсем как в магазине.

· (С, подходя ближе и тыча пальцем в монитор): Ну а теперь показывай, ради чего всё это затевалось.

· МИША запустил лаунчер и с азартом начал составлять список закачек: «Grand Theft Auto V», «Watch Dogs», «Hitman 3», «Fortnite», «Arma 3», «Call of Duty: Warzone», «Far Cry». Полоски загрузки поползли вправо, одна за другой.

· (С, скептически глядя на список): Ого. Тут скачиваний на двое суток, не меньше…

· (С, развалившись на его стуле): Долго нам придется ждать, чтобы увидеть работоспособность на играх. Исключая ту, что уже есть.

· (М, уверенно): Да нет, интернет хороший. К вечеру должно всё установиться.

· Он посмотрел в окно, где светило солнце, и внезапно осознал, что его грандиозный план на день подошел к паузе.

· (М): Можно пока пойти погулять.

· (С, подняв бровь): Хорошая идея. Ты куда пойдешь?

· (М, пожимая плечами): Не знаю пока. А что?

· САША посмотрела на него, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на скуку и желание развеяться.

· (С): Могли бы вместе прогуляться. А то дома скучно, пока твои игрульки качаются.

· Предложение было неожиданным, но желанным.

· (М): Ок, пошли. Можно в магазин сгонять.

· (С, уже вставая): Пошли.

· И они вышли из комнаты, оставив компьютер наедине с его тихим гудением и ползущими вправо полосками загрузки, которые сулили вечер, полный новых миров. А пока что их ждал их собственный, реальный мир, и в нем вдруг стало чуть светлее.

Глава 2. Самый худший вечер.

СЦЕНА 1. УГРОЗА.

· ЭКСТ. УЛИЦА, ПОДХОД К МАГАЗИНУ – ВЕЧЕР

· Вечерний воздух был еще теплым, но в нем уже витала предгрозовая напряженность. МИША и САША шли по знакомому маршруту, тротуар был пустынным и освещенным тусклыми фонарями. Эйфория от покупки еще не отпустила их, они болтали о пустяках, и мир казался им если не дружелюбным, то хотя бы нейтральным.

· Позади них, вынырнув из-за угла гаража, как тени, возникли две фигуры. ВАСЯ и РОМА. Им было по восемнадцать, но жизненный износ читался в их глазах, потухших и агрессивных, в неопрятной одежде и резких, угловатых движениях. Они завязали с жизнью рано – первая рюмка водки за гаражом, первый шприц в заброшенном доме, и понеслось. Их мир сузился до поиска дозы и легкой наживы.

· Увидев Мишу и Сашу – он, с дорогой курткой и одуревшим от счастья видом, она – дерзкую и красивую, – они почуяли легкую добычу. Их шаги ускорились, грубые подошвы зашлепали по асфальту.

· (В, хриплым, пропитым голосом): Эй, мелочь! Стоять, блядь!

· МИША инстинктивно шагнул вперед, прикрывая Сашу. Его сердце заколотилось, но в голосе он попытался сохранить спокойствие.

· (М, обернувшись): Какие-то вопросы?

· РОМА, более коренастый и молчаливый, подошел вплотную. От него пахло потом и перегаром.

· (Р, тыча пальцем Мише в грудь): Вопросы сейчас будут у тебя.

· ВАСЯ, хихикая, обошел их сбоку, блокируя путь.

· (В, скаля кривые желтые зубы): Деньжат подкинь, а? На пивко. Или мы тебя так подкинем, что ты копыта откинешь, ахахаха!

· САША, несмотря на страх, не смогла сдержать язвительности. Это была ее защитная реакция.

· (С, с ледяным презрением): Остроумно. Даже очень. Только вот харизме еще надо поучиться. И гигиене.

· Слова попали в цель. Лицо РОМЫ перекосилось от злобы.

· (Р, рыча, поворачивается к ней): Ты вообще закрой свой рот, шавка!

· МИША резко дернулся, его собственный страх мгновенно испарился, сменившись жгучей обидой за сестру.

· (М, оттесняя Рому плечом): А вот тут осторожнее!

· САША, испугавшись его порыва, потянула его за рукав.

· (С, тихо, испуганно): Мишань, не обращай внимания. Просто идем.

· Но МИШУ было уже не остановить. Унижение от их слов, животный страх за Сашу и накопившееся за годы напряжение вырвались наружу.

· (М, срывающимся голосом): Как это?! Они тут оскорбляют, угрожают, а я должен молчать и делать вид, что ничего не происходит?!

· Он вырвал руку и встал между Сашей и двумя громилами, его кулаки сжались. Воздух накалился до предела, и стало ясно, что слов уже недостаточно. Худший вечер в его жизни начался с этого тихого щелчка разума, когда он понял, что драки не избежать.

СЦЕНА 2. СХВАТКА И ПЕРЕЛОМ.

· ЭКСТ. УЛИЦА – ВЕЧЕР

· (Р, с притворным непониманием, разводя руками): Кто издевается? Мы? Мы просто по-соседски поговорить хотели.

· МИША, чувствуя, как по спине бегут мурашки, пытается вставить последний разумный аргумент. Его голос напряжен, но пока еще держится.

· (М): Пацаны, если не хотите проблем, идите куда шли. Не надо лишнего.

· ВАСЯ закатывается своим хриплым, безрадостным смехом.

· (В): Ахахах! И какие же ты проблемы сделаешь, сопляк? Ты на нас милицию позвонишь?

· (Р, наступая ближе, его лицо искажается злобой): Ты угрожать собрался нам? Серьезно?

· ВАСЯ скользит взглядом по Саше, и в его глазах вспыхивает грязный, хищный огонек.

· (В): Да что с него взять… А вот сучка-то что нужно.

· И происходит то, что переламывает все. ВАСЯ резко, с силой шлепает Сашу по ягодицам. Унизительный, грубый звук хлопка кажется на тихой улице выстрелом.

· Для МИШИ мир сужается до точки. Ярость, горячая и слепая, смывает все остальные чувства. Он с криком бросается на Васю, но тот, опытный в уличных драках, легко уклоняется и наносит два быстрых, точных удара: первый – под дых, второй – в челюсть. Воздух с свистом вырывается из легких Миши, в глазах темнеет, и он, захлебываясь, падает на асфальт.

· (В и Р): А ну полежи, падла!

· Боты будто с железными носками обрушиваются на его бок, спину, ноги. Каждый удар – это вспышка белой, обжигающей боли. Он слышит, как Саша кричит, ее голос высокий и полный чистого ужаса: «Помогите! Кто-нибудь!». Но в ответ – лишь гулкий звон в ушах и хриплое дыхание нападающих.

· САША, видя, как бьют ее брата, забывает о страхе. Слепая ярость заставляет ее броситься на Рому, она изо всех сил бьет его по лицу. Но ее удар – это отчаяние, а его реакция – отточенный рефлекс. РОМА даже не шелохнулся, лишь повернул голову и с размаху, коротким и жестким ударом, ответил ей прямо в щеку. Хрусткий, костный звук. Саша отлетает назад и падает, прижав ладонь к распухающему лицу.

· МИША, плюющий на асфальт алой кровью, видит это. И в этот момент в его сознании что-то щелкает. Боль, страх, унижение – все это сгорает в одно мгновение, оставляя лишь холодную, ясную пустоту и адреналин, звонящий в крови. Он поднимается. Медленно, не обращая внимания на удары ногами, которые теперь кажутся далекими и незначительными. Он поднимается, как автомат, у которого отвели предохранитель.

· Он встает во весь рост. Его глаза, полные ледяной ненависти, устремлены на Васю. Тот застывает на мгновение, удивленный. Этого мгновения хватает. Короткий, как плеть, удар Миши приходится точно в подбородок. Голова ВАСИ запрокидывается, и он, не издав ни звука, оседает на землю, как подкошенный.

· МИША уже поворачивается к Роме. Тот, увидев падение напарника, с ревом бросается на него. Но Миша видит его движение, как в замедленной съемке. Он ставит блок, отводя руку Ромы, и наносит два контр-удара: первый – глубоко в солнечное сплетение, вышибая из груди Ромы весь воздух со звуком «бух», второй, ребром ладони, – в переносицу. Раздается глухой, влажный хруст. Слезы ручьем льются из глаз Ромы, смешиваясь с хлещущей из носа кровью, и он, давясь собственными соплями и кровью, падает без сознания рядом с Васей.

· Тишина. Слышно только тяжелое, прерывистое дыхание Миши. Он подходит к Саше, его руки трясутся.

· (М, хрипло): Ты как?

· САША медленно отнимает руку от лица. Щека алая, но в глазах нет и тени страха, только дикое облегчение и что-то новое – уважение.

· (С, пытаясь улыбнуться): Бывало и хуже.

· (М, опуская голову): Спасибо… что заступилась. Дура.

· Он помогает ей подняться. Она шатается, и он ее поддерживает. И вдруг она обнимает его. Обнимает так крепко, как никогда раньше, прижимаясь к его грязной, окровавленной куртке. Он замирает, а потом медленно, неуверенно, обнимает ее в ответ. Они стоят так посреди темнеющей улицы, двое испуганных, избитых подростков, и в этом объятии рушится трехлетняя стена непонимания и холодности. Проходит минута, другая. Мир вокруг замер.

· (М, наконец, нарушая молчание): Как-то… и в магазин уже не особо хочется.

· (С, тихо смеясь, всхлипывая): Ахах… Согласна.

· (С, вытирая слезы и смотря на него): Пошли домой. У меня кое-что есть, чтобы снять стресс.

· (М, с легкой ухмылкой): Я догадываюсь, что.

· (С, серьезнея): Ахах… Это нам обоим сейчас действительно поможет.

· Он смотрит на её распухшую щеку.

· (М, заботливо): Лицо сильно болит?

· (С, морщась): Не совсем. Терпимо. И синяка, думаю, не будет под глазом… А у тебя даже спрашивать не буду. И так знаю, что всё болит.

· (М, гримасничая): Ахах… Пройдет.

· Они делают несколько шагов, и САША останавливается, глядя перед собой.

· (С, тихо, почти шепотом): Слушай… Я хочу извиниться. За то, что наговорила утром. Что ты не родной и всё такое… Это было… глупо и подло.

· МИША смотрит на нее, и в его сердце что-то тает.

· (М, мягко): Да всё хорошо. Забудь.

· И они идут дальше. Но теперь они идут в обнимку, поддерживая друг друга – он, прихрамывая, она, прижимаясь к нему. Остаток дороги домой они преодолевают молча, но это молчание – самое честное и значимое общение в их жизни. Тень хулиганов, лежащих на асфальте, осталась позади, а впереди, в вечерних сумерках, рождалась новая, хрупкая и настоящая связь. Теперь они относились друг к другу не как к сводным, а как к самым родным людям на свете – брату и сестре, прошедшим через огонь.

СЦЕНА 3. ВИНО И ШОКОЛАД. ИСЦЕЛЕНИЕ.

· ИНТ. ПРИХОЖАЯ – ВЕЧЕР

· Они вошли в дом, пытаясь принять как можно более невинный вид, но их выдавало все: грязная, помятая одежда, запекшаяся кровь под носом у Миши и распухшая, алая губа Саши.

· ЛЕНА (М.М), выходившая из кухни с пустой чашкой, замерла на месте, ее лицо вытянулось от ужаса.

· (М.М, испуганно): А это что еще у вас с лицами? Не поделили что-то? Или упали и ударились об порог магазина?

· МИША, отводя взгляд, пробормотал, протирая рукавом рот:

· (М): Нет, всё в порядке. Встретили старых знакомых, немного пообщались.

· (М.М, с нарастающей паникой, подходя ближе): А почему тогда у тебя всё лицо в крови, а у Саши губа разбита?! Вы же дрались!

· САША шагнула вперед, пытаясь своим обычным легкомысленным тоном снять напряжение:

· (С): Лен, честно, мы просто дурачились по дороге. Я оступилась, он меня ловил, в итоге оба шлепнулись. Ничего страшного.

· ЛЕНА смотрела на них с невероятным недоверием, ее взгляд метался между их лицами. Она все понимала, но видела, что они не хотят говорить. Вздохнув, она сдалась.

· (М.М, с обреченностью): Ладно… Как знаете. Идите, приведите себя в порядок.

· ИНТ. КОМНАТА САШИ – ВЕЧЕР

· Саша закрыла дверь в свою комнату, прислонилась к ней спиной и выдохнула, закрыв глаза. Адреналин начал отступать, и ее захлестнула волна усталости и странного, щемящего счастья.

· Она подошла к шкафу и на цыпочках достала с верхней полки спрятанную бутылку дешевого полусладкого вина. Затем, с особой осторожностью, словно святыню, вытащила из-под стопки старых тетрадей небольшую коробку. В ней лежали несколько плиток шоколада. Это был ее стратегический запас на самые важные дни.

· ВОСПОМИНАНИЕ: МАРИУПОЛЬ. Перед ее внутренним взором проплыли образы солнечного Мариупольского причала, ласкового моря, вкус того самого шоколада «ROSHEN», который они покупали с отцом в киоске. Город был полон жизни, цвета и света. А потом пришли новости. Бомбежки. «Азовсталь». Руины. Она заперлась тогда в этой самой комнате и рыдала до тех пор, пока у нее не кончились слезы. Она оплакивала не просто город, а его людей – тетю Иру из цветочного магазина, веселого парня Егора, который катался на скейте у моря… Все они могли быть под завалами, могли быть среди тех, кого хладнокровно их же правительство называло «жертвами». Она ненавидела этот период, ненавидела тех, кто его развязал, и тех, кто не смог его остановить. Каждый день она тайком проверяла списки выживших, и каждый день ее сердце сжималось от страха.

· Эти шоколадки были последней ниточкой, связывающей ее с тем, мирным, счастливым прошлым. Она берегла их, как талисман, и не могла найти достаточно веского повода, чтобы их открыть.

· Но сегодняшний день стал таким поводом.

· Сегодня она поняла нечто гораздо более важное. Пока в ее жизни есть человек, который готов поднять ее с асфальта, встать против двоих отморозков и принять ее извинения, – у нее есть семья. Настоящий брат. И это давало ей силу жить дальше, несмотря на боль, тоску и ужас происходящего в мире.

· Она смотрела на плитки шоколада, и ее глаза наполнялись слезами. Это были слезы боли за прошлое, за всех, кого она, возможно, потеряла. И в то же время – слезы счастья и огромного облегчения от того, что она обрела здесь, в этой комнате, в этом доме. Она жалела о каждой колкости, каждой насмешке, брошенной в адрес Миши. Она думала, что раз они не родные по крови, то и вести себя можно как с чужим. Как же она ошибалась.

· Стиснув зубы, чтобы не разрыдаться, она взяла бутылку и две заветные плитки шоколада – «ROSHEN» и «Свiточ». Сегодня они будут не просто едой. Они будут ритуалом. Ритуалом прощения, принятия и начала новой жизни.

· ИНТ. КОМНАТА МИШИ – ВЕЧЕР

· Миша сидел на кровати, смоченной салфеткой пытаясь стереть кровь с лица, когда дверь открылась. В проеме стояла Саша с бутылкой вина и шоколадом в руках. Ее распухшее лицо озаряла нерешительная, но самая искренняя улыбка за все три года их знакомства.

· (С, тихо): Ну что, будешь?

· Миша посмотрел на нее, на шоколад, который он раньше видел только украдкой, и понял, что это нечто большее, чем просто сладость. Это жест высшего доверия и примирения.

· (М, кивая): Буду.

· И в этот момент он почувствовал, что все синяки и ссадины того стоили.

СЦЕНА 4. ВМЕСТЕ. ФОРТНАЙТ, ВИНО И ВОСПОМИНАНИЯ.

· ИНТ. КОМНАТА МИШИ – ВЕЧЕР

· Комната освещалась лишь мерцающим экраном монитора и мягким светом настольной лампы. Воздух пах пылью от нового оборудования и сладковатым ароматом шоколада. В дверном проеме появилась САША, держа в одной руке бутылку, а в другой – две плитки шоколада, как драгоценные реликвии.

· (С, с легкой улыбкой): А вот и я. С подкреплением.

· МИША, уже успевший кое-как умыться и сменить окровавленную футболку, сидел перед монитором. На экране красовался яркий, сочный интерфейс «Fortnite».

· (М, с гордостью демонстрируя): А у меня как раз всё установилось. Уже зашёл проверить. Всё летает!

· (С, ставя вино и шоколад на стол, с интересом смотрит на экран): О, помню, на телефоне в него как-то играла. Графика, конечно, не та.

· (М, пододвигая ей кресло): На компе в сто раз круче. Попробуй.

· (С, пожимая плечами): Ну… Хорошо.

· Она села за стол, ее пальцы неуверенно легли на клавиатуру и мышь. МИША подвинулся и сел на кровать рядом, наблюдая. После паминутного привыкания к управлению, ее движения стали увереннее.

· (М, с одобрением): А у тебя неплохо получается. Для новичка.

· (С, с привычной бравадой): Конечно, я в шутерах мастерица. Чутьё.

· Вдруг МИША наклонился вперед.

· (М, указывая на экран): Смотри, сзади тебя бежит кто-то!

· (С, хладнокровно): Вижу. Всё, готов пацанчик.

· Она резко развернула камеру, сделала несколько точных выстрелов, и противник упал.

· Прошла одна катка. И еще одна. А когда на экране появилась надпись «Победа! #1», Миша не сдержал возгласа.

· (М, с восторгом): Да ты крутая! С первого раза топ-1! Я неделю учился, чтобы так научиться!

· Он смотрел на сестру с новым, неподдельным уважением. В его груди расправлялось теплое чувство гордости за нее.

· САША отодвинула мышь и повернулась к нему, ее глаза блестели от азарта и вина.

· (С): Ну, а теперь перейдем к главному. Снимать стресс.

· Она налила темно-рубинового вина в две простые чашки – его, с треснувшей эмалью, и свою, с кошачьим принтом. Затем с торжественным видом вскрыла фольгу плитки «ROSHEN». Аромат качественного какао смешался с запахом вина.

· (С, поднимая свою чашку, ее голос стал тише и серьезнее): Ну что… За семейное воссоединение.

· (М, чокаясь с ней): За воссоединение.

· Они сделали по нескольку глотков. Вино было терпким и сладким. Миша взял квадратик шоколада. Он растаял на языке, нежный и насыщенный.

· (М, с удивлением): Вкусная… Я такую у нас в магазинах не видел.

· (С, глядя на плитку с тоской): Это украинская. до «СВО», я успела слегка запастись ими. Про запас.

· (М, разглядывая обертку): А там, получается, делают получше, чем у нас?

· САША горько усмехнулась, ее взгляд стал отсутствующим.

· (С): Там… всё получше было, чем у нас. Казалось бы, братский народ, а… другое, но теперь страна которую я любила превратилась в монстра, и жаль людей у которых нет выбора, настоящие украинцы остались дома, а “патриоты” сбежали в Европу, теперь оттуда ядом давятся состоящим из антироссийской пропаганды.

· МИША посмотрел на нее и осторожно спросил:

· (М): Жаль, что я не поехал тогда вместе с вами в Мариуполь.

· (С, оживляясь): Да… Там так классно было… Море. Оно пахло по-другому, не как здесь. И люди другие – приветливые, улыбчивые. Даже водители маршруток были вежливы.

· (М, поддерживая разговор): А после… после всего этого, хочешь еще раз побывать в Мариуполе?

· Глаза САШИ вспыхнули решимостью.

· (С): Конечно! Я бы там даже жить осталась. Если бы его… отстроили.

· (М): Ого… Видимо, реально там тебе понравилось, я думаю что наши его отстроят и будет ещё лучше.

· Он придвинулся ближе, его искренний интерес был для нее лучшим лекарством.

· (М): А расскажи… что вы там делали? Какой был распорядок дня? И какие самые лучшие моменты оттуда?

· САША откинулась на спинку кресла, закрыла глаза, позволив воспоминаниям нахлынуть на нее. На ее лице появилась улыбка, первая по-настоящему счастливая улыбка за долгое время.

· (С, погружаясь в прошлое): Мы когда приехали, поселились в маленькой гостинице прямо у моря… Утром я просыпалась от шума чаек и включала телевизор. Смотрела мультики на «Новому каналі» или по «Тет»… Я их очень любила. Хоть я и не понимала украинской мовы до конца, но мне было всё так близко и как-то… понятно. Без перевода. Как будто это был мой родной язык, который я где-то забыла.

(С, оживляясь еще больше, ее глаза блестят от восторга, смешанного с горечью): Потом днём мы почти всегда гуляли по городу. Я же, как ты знаешь, любительница всяких журнальчиков, старых, бумажных. И вот я увидела на углу киоск «Преса» – такой яркий, заваленный газетами и журналами. Среди всего этого разноцветья я заметила журнал «Барвінок». Мне так понравилась его обложка, яркая, с каким-то милым рисунком… Я попросила папу мне его купить. Он, конечно, без вопросов купил.

(Она делает глоток вина, словно смакуя и воспоминание, и его вкус). (С):Я начала листать его вечером, в гостинице… И это был просто волшебный мир! Там есть ВСЁ, что только душе угодно! Любишь интересные факты о животных или анекдоты – они там есть. Любишь красивые стихи или захватывающие истории – пожалуйста. Любишь анонсы новых фильмов или мультиков – и это там есть. Увлекаешься коллекционированием марок или хочешь узнать что-то новое о растениях – там есть и рубрики для этого! Это же просто сокровищница!

(М, с растущим интересом, подпирает подбородок рукой): Ого, правда? Прям абсолютно всё, что хочешь, можно найти?

(С, энергично кивая): Да! Уверена, любой человек, любого возраста, нашёл бы там что-то своё, что его зацепит. Это же не просто развлечение, это… как друг, который всегда знает, что тебе интересно.

(М, задумчиво): Круууто… Я бы почитал такое. Даже несмотря на то, что оно на другом языке. Я бы, может, даже начал учить украинский из-за этого.

(С, с теплой, одобрительной улыбкой): А он не такой уж и сложный, как кажется. Многие слова похожи. Если бы ты слышал, как красиво они говорят… за исключением западной Украины.

(Ее лицо на секунду омрачается, голос становится тише и жестче). (С):И с того дня я в общем-то каждый месяц их покупала, пока мы были там. Я даже привезла стопку этих журналов домой, в Россию… Только вот проблематично это было на нашей таможне.

(Она с силой отламывает еще кусок шоколада). (С):Пограничники прицепились к ним. Один, усатый такой, с каменным лицом, тыкал в обложку пальцем и говорил, что это, типа, «пропаганда» и чуть ли не «нацизм». А я ему сказала, что это обычные детские журналы, которые учат доброму и хорошему. А потом, сама не знаю зачем, добавила… (она передразнивает свой дерзкий тон) «Между прочим, у нас такие душевные и умные журналы, к сожалению, не делают, либо таких мало».

(МИША замирает, представляя эту сцену). (С):Он там просто офигел от этих слов. У него аж глаз задёргался. Папа потом мне сказал, что весь побелел, думал, что нас сейчас развернут и не пустят домой из-за какой-то дурацкой стопки бумаги… Но, видимо, он просто отстал, не захотел возиться. Выбросил бы мне их на глазах, наверное, но… видимо, у него есть дети, и он не стал продолжать конфронтацию. Так я и привезла их. Они у меня до сих пор тут, в шкафу.

Она указывает взглядом на свой шкаф. Эти журналы стали для нее не просто памятью о поездке, а символом сопротивления глупости и абсурду, символом того, что что-то светлое и настоящее все же можно пронести сквозь любые кордоны.

(С, с теплой улыбкой): Я потом притащу тебе несколько номеров, почитаешь. Уверена, тебе понравится.

(М, с надеждой): А в интернете их нет? Скачать можно?

(С, с грустью качая головой): Нет… Еще в 2019-м редакция журнала закрылась. Собственно, и их сайт тоже. А всё потому, что детей перестали интересовать бумажные издания. Они начали проводить больше времени в телефонах, забив на книги и журналы. Прогресс, что поделаешь.

(М, искренне): Жаль. Ну, я и в бумажном с удовольствием полистаю. Как-то… душевнее.

(С, вновь возвращаясь к воспоминаниям): Вооот! А вечером мы приходили обратно в номер, ужинали, и я смотрела по телевизору «СТБ», «1+1» и… «Q-tv».

(М, оживляясь): Про «Q-tv» я как-то слышал! Говорят, был очень популярным развлекательным подростковым каналом. А в 2017-м вместо него в эфир вышел какой-то другой.

(С, с легкой горечью): Да… Всё лучшее рано или поздно исчезает. Как и тот город…

(МИША вдруг замолкает, его лицо становится серьезным. Он смотрит на Сашу, и в его глазах читается неподдельный страх). (М,тихо, почти шепотом): Надеюсь, что ты… не исчезнешь. Ты у меня одна. И лучше… никогда не будет.

(Его голос дрогнул на последних словах. САША видит его искренний испуг, его незащищенность. Ее сердце сжимается). (С,мягко, ласково, как маленькому): Мишань… Куда же я теперь исчезну? Я теперь всегда буду рядом. И не плачь, всё хорошо.

(Она наклоняется и нежно целует его в щёку, а затем крепко-крепко обнимает, чувствуя, как он напряжен. Она не может дать ему точных гарантий, что с ней всегда будет всё хорошо – жизнь слишком непредсказуемая штука, и никогда не знаешь, что случится через минуту. Но ей всего шестнадцать, и она не собирается никуда уходить. Ближайшие годы она планирует быть рядом. Тем более, парня у неё больше нет, а значит, появилось больше свободного времени, которое она с радостью посвятит брату).

(М, прижимаясь к ее плечу, глухо): У меня… просто плохое предчувствие. Очень плохое.

(С, отстраняясь, чтобы посмотреть ему в глаза): Почему? Что такое?

(М, не в силах объяснить): Не знаю… Мне просто кажется, что скоро что-то произойдет. Что-то плохое. И от этой мысли становится очень страшно. До слез.

(С, гладя его по волосам): Если что-то и произойдет… значит, так суждено. Мы не можем это контролировать.

(М, с внезапной, почти отчаянной решимостью, сжимая ее руку): Просто знай. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом. Я тебя не оставлю. Обещаю.

(С, тронутая до глубины души, улыбается сквозь навернувшиеся слезы): Как мило… Спасибо, солнышко.

(МИША вдруг замечает пустую бутылку на столе и смотрит на часы). (М,с легким удивлением): Ого… Я даже не заметил, как мы выпили всю бутылку. И, представляешь, трезвые сидим.

(С, усмехаясь): Ну да. Вино не пьянит, просто… расслабляет. Снимает напряжение.

(М, зевая): Двенадцать ночи… Завтра в школу, у меня экзамен. И последний день перед летними каникулами, как никак.

(С, потягиваясь): Угу… Надо закругляться, а то завтра проспим оба. (Она встает и направляется к двери,но на пороге оборачивается). (С):Я пойду тогда купаться и спать. Сладких снов, солнышко.

(Она снова обнимает его быстро, по-сестрински, и выходит, оставив дверь приоткрытой).

(М, глядя ей вслед): Сладких снов…

(МИША садится за компьютер, чтобы его выключить. Взгляд его падает на иконку «ВКонтакте», где мигает значок нового сообщения. Он открывает его. Отправитель – «No name». Сообщение короткое и деловое: «Интересна подработка с огромным доходом? Мы подбираем программистов на создание приложений и дополнительных услуг.»

(МИША, уставший и скептически настроенный, тут же отвечает, даже не вдумываясь:) (М/ВК):Спасибо, не интересует.

(Он закрывает браузер, глушит компьютер и ложится спать, даже не подозревая, что это холодное, безликое сообщение – это первая ниточка, которая вскоре начнет тянуться к нему из темноты, обещая решение всех будущих проблем и требуя взамен его душу).

Глава 3. Как школа, так и плохо становится.

· ИНТ. КОМНАТА САШИ – УТРО

· Раннее утро пробивалось сквозь шторы, обещая обычный школьный день. Будильники отзвенели, и МИША, с трудом открывая глаза, почувствовал ломоту во всем теле. Синяки, полученные вчера, проступили на коже багрово-синими пятнами. Он выполз из кровати, почистил зубы и, накинув футболку, решил зайти к Саше перед школой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.