Акира Танака
Сомнамбула нового света. Том – I

Глава 1: Отсчёт от пятитысячного

Боль приходила волнами – сначала далёкий гул в ушах, потом покалывание в кончиках пальцев, наконец, тяжесть во всём теле. Тацуя медленно открыл глаза, и мир предстал перед ним в стерильной белизне. Он лежал на идеально гладкой каменной плите, укрытый серебристым материалом, который казался одновременно прочным и невесомым. Каждый вдох отдавался эхом в слишком чистом воздухе.

"Доброе утро, спящий."

Голос был ровным, лишённым эмоций, как гудение вентиляции. Тацуя повернул голову – движение далось с трудом, будто мышцы забыли, как подчиняться. Рядом стояла женщина в белом кимоно с высоким воротником. Её лицо было прекрасным и неподвижным, словно выточенным из мрамора.

"Где я?" – его собственный голос прозвучал хрипло и непривычно.

"В медицинском крыле центра реабилитации Протектората." Женщина склонила голову ровно настолько, чтобы это считалось вежливостью. "Меня зовут Химавари. Я буду вашим куратором."

Она подала ему чашу с прозрачной жидкостью. Тацуя сделал глоток – вода была идеальной температуры, без вкуса и запаха. Слишком чистая. Слишком правильная.

"Что случилось? Авария…"

"Авария была пять тысяч лет назад." Химавари произнесла это так же спокойно, как если бы сообщала о погоде. "Вы стали частью программы «Крипта» – проекта по сохранению представителей эпохи до Великого Затемнения."

Пять тысяч лет. Слова повисли в воздухе, не находя отклика в его сознании. Он помнил мокрый асфальт, свет фар, визг тормозов… и всё.

"Как моё состояние?"

"Биологические показатели стабильны. Потребуется время для адаптации." Она плавным жестом указала на панорамное окно. "Но сначала – добро пожаловать в новый мир."

Тацуя с трудом поднялся с плиты и подошёл к стеклу. То, что он увидел, заставило его забыть о боли.

На месте знакомого Киото простирался город-призрак. Узнаваемые очертания храмов и улиц были заключены в странные структуры из белого полимера. По улицам бесшумно скользили каплевидные транспорты. Но самое пугающее было над головой – вместо неба висела сплошная серо-жёлтая пелена, с которой лился холодный, безжизненный свет.

"Где солнце?" – прошептал он.

"Солнце и луна были признаны нестабильными источниками энергии после Великого Затемнения," – объяснила Химавари. "Теперь свет обеспечивают спутники «Аматерасу». Это безопасно и предсказуемо."

Его отвели в жилой сектор – лабиринт одинаковых коридоров с бесшумными дверями. Квартира оказалась просторной, но безликой: встроенная мебель, голые стены, только самое необходимое. На столе лежала стопка одежды из мягкого серого материала и планшет с единственной иконкой «Ориентация».

"Завтра начнётся ваша социальная адаптация," – сказала Химавари на прощание. "Постарайтесь отдохнуть."

Когда дверь закрылась, он впервые остался один. Тишина была оглушительной – ни гула машин, ни шума ветра, ни отдалённых голосов. Совершенная, мёртвая тишина.

В углу комнаты он заметил картонную коробку. Руки дрожали, когда он открывал её. Внутри лежали его вещи: потёртый бумажник с фотографией друзей на фоне Фудзи, ключи от машины, смартфон и пауэрбанк. Всё мёртвое, разряженное за тысячелетия. Он сжал телефон в руке – последнюю нить, связывающую его с прошлым.

На следующее утро его разбудил мягкий световой сигнал. Планшет показывал расписание: завтрак, медицинский осмотр, первый визит в Школу Гармонии.

Столовая поразила его своей безжизненностью. Люди в одинаковой серой одежде молча принимали питательные пасты из стандартных мисок. Тацуя попробовал свою порцию – безвкусная гелеобразная масса, насыщающая, но не приносящая удовольствия.

"Пища оптимизирована для максимальной эффективности," – пояснил робот-раздатчик.

Медосмотр проводило устройство с множеством щупалец. "Мышечный тонус ниже нормы. Рекомендованы ежедневные сеансы лечебной физкультуры."

Школа Гармонии оказалась огромным белым зданием без окон. В аудитории их встретил мужчина с таким же каменным лицом, как у Химавари.

"Добро пожаловать в новый мир," – начал он. "Тысячи лет человечество страдало от войн, бедности, ненависти. Наши предки поняли – корень зла в неконтролируемых эмоциях. Они добровольно отказались от разрушительных страстей, чтобы создать общество истинной гармонии."

На экране показывали кадры "Эпохи Раздора": люди дрались за еду, города горели в огне войн, дети плакали на развалинах.

"Ваша задача – изучить правила нашего общества и стать его частью. Помните – сомнения ведут к дисгармонии, а дисгармония – к разрушению."

После лекции Тацуя решил прогуляться. Улицы были столь же безжизненны, как и интерьеры. Искусственные деревья цвели неестественно яркими цветами, но ни один лепесток не шевелился на ветру – потому что ветра не было.

У небольшого искусственного пруда он заметил девушку. В отличие от других, она не была бесстрастной. Её пальцы осторожно касались лепестков искусственных цветов, а в глазах читалось живое любопытство.

"Вы новый?" – она заметила его взгляд.

Он кивнул, пытаясь скрыть удивление. "Тацуя."

"Юки." Она улыбнулась, и это была первая настоящая улыбка, которую он видел в этом мире. "Я работаю техником в системе жизнеобеспечения."

Они разговорились. Юки оказалась дочерью одного из "архитекторов" – создателей нового общества.

"А правда, что в ваше время люди… целовались?" – спросила она внезапно.

Вопрос застал его врасплох. "Да. И не только."

"А зачем?" – в её глазах читалось неподдельное любопытство. "Нам говорят, что физические контакты распространяют болезни и вызывают эмоциональную нестабильность."

"Это… способ быть ближе. Показать чувства."

"Чувства…" Она произнесла это слово тихо, как запрещённое заклинание. "Иногда я сомневаюсь в некоторых правилах."

Их разговор прервал резкий звук сирены. Лицо Юки сразу стало таким же бесстрастным, как у всех.

"Комендантский час. Вам нужно возвращаться."

Возвращаясь домой, Тацуя чувствовал странное оживление. В этом мёртвом мире нашёлся человек, способный чувствовать. Возможно, он не одинок.

Вечером он снова взял в руки телефон. Мёртвый экран отражал его лицо. Где-то в этом городе должны быть технологии, способные оживить эту связь с прошлым.

Внезапно за окном что-то мелькнуло. Быстрое движение в переулке. Он прильнул к стеклу – в тени стояло сутулое существо с бледной кожей и слишком длинными руками. Мутант. Существо посмотрело прямо на него, и в его глазах читался не животный ужас, а осознанный интерес.

Тацуя отшатнулся от окна. Первый день в новом мире подходил к концу, но вместо ответов у него было только

больше вопросов. И первый из них – что на самом деле скрывается за идеальным фасадом этого общества?

Глава 2: Шёпот из прошлого

Тусклый свет, имитирующий утро, разлился по комнате ровным заревом. Тацуя лежал с открытыми глазами, вслушиваясь в гул вентиляции – единственный звук, нарушающий оглушительную тишину нового мира. Прошлой ночью ему снились обрывки воспоминаний: тёплый смех друзей за столом, вибрация телефона в кармане, терпкий вкус настоящего кофе из уличного ларька. Проснувшись, он снова сжал в ладони холодный корпус смартфона – немой свидетель исчезнувшей эпохи.

Он поднялся с кровати, и его босые ноги коснулись тёплого пола с подогревом. Комната автоматически отреагировала на его движения – стены излучили мягкий белый свет, а на голографическом дисплее появилось стандартное меню. С осторожностью первооткрывателя он прикоснулся к иконке «Питание».

– Каковы ваши гастрономические предпочтения? – прозвучал механический голос.

– Предпочтения? – переспросил Тацуя. – Я бы просто хотел позавтракать.

– Выберите тип питания: стандартная питательная паста, обогащённая белковая смесь или витаминный гель.

Он с тоской вспомнил аромат жареного риса и мисо-супа, но выбрал стандартный вариант. Через мгновение в стене открылось небольшое отверстие, из которого появилась чаша с безвкусной серой массой.

Завтрак занял не больше пяти минут. Тацуя подошёл к коробке со своими вещами и снова принялся изучать их. Бумажник. Кредитные карты, которые теперь были просто кусочками пластика. Фотография, где он с друзьями поднимался на Фудзи – все загорелые, уставшие, но счастливые. Ключи от машины, которая давно обратилась в прах. И наконец – смартфон и пауэрбанк.

Он провёл пальцем по мёртвому экрану.

– Как же тебя оживить? – прошептал он.

Внезапно дверь в его апартаменты бесшумно отъехала. На пороге стояла Юки в простом сером кимоно, но сегодня её лицо освещала робкая улыбка.

– Я подумала… что тебе может понадобиться помощь с ориентацией, – сказала она, слегка краснея. – У новых жителей часто возникают трудности с технологиями.

Тацуя кивком пригласил её войти. Юки вошла с осторожностью, осматривая комнату так, будто видела её впервые.

– Ты работаешь с системами жизнеобеспечения, верно? – спросил он. – Может быть, ты знаешь, как работают энергетические системы здесь?

Её глаза загорелись профессиональным интересом.

– Конечно. Вся энергия распределяется через централизованную сеть. У каждого жилого модуля есть терминал для подключения.

Она подошла к стене и провела рукой над почти невидимой панелью. Проекция энергетической схемы комнаты появилась в воздухе.

– Видишь? Это основной порт. Отсюда питание поступает на все устройства.

Тацуя сглотнул, чувствуя, как учащается пульс.

– А можно подключить что-то… нестандартное?

Юки нахмурилась.

– Нестандартное? Что ты имеешь в виду?

Он медленно поднял смартфон и пауэрбанк. Девушка смотрела на устройства с любопытством, смешанным с опаской.

– Это… артефакты из прошлого, – прошептала она. – Их использование не одобряется.

– Мне не нужно их использовать, – сказал Тацуя. – Я просто хочу… оживить их. Хочу видеть фотографии. Вспомнить.

В её глазах боролись страх и сочувствие. Наконец она кивнула.

– Есть техническая лаборатория, где мы тестируем новое оборудование. Там есть универсальные адаптеры… Я могу попробовать найти подходящий.

В этот момент в комнате прозвучал мягкий сигнал.

– Внимание. Начало ориентационной программы через тридцать минут. Присутствие обязательно.

Юки встревожилась.

– Нам нужно идти. Школа Гармонии… опоздания там не прощают.

Путь через стерильные коридоры занял около десяти минут. Школа Гармонии оказалась огромным белым зданием, лишённым каких-либо украшений. В аудитории их уже ждала группа из двадцати человек – таких же «новых», как и Тацуя. Их лица отражали смесь страха, растерянности и любопытства.

Учитель появился бесшумно. Это был мужчина лет сорока с идеально гладким лицом и пронзительным взглядом.

– Я – наставник Корэто, – представился он. – Сегодня мы начнём изучение основ нашего общества. Начнём с самого важного – почему мы отказались от вашего мира.

Голографический экран ожил, показывая изображения древних городов, охваченных пламенем.

– В вашу эпоху человечество было рабом эмоций. Гнев, жадность, ревность – эти чувства управляли вами, вели к войнам, страданиям, хаосу.

Тацуя сжал кулаки под столом. На экране теперь показывали людей, сражающихся за еду, плачущих детей на развалинах.

– Наши предки поняли: чтобы выжить, нужно отказаться от этой животной природы. Мы создали общество, основанное на разуме, логике и гармонии.

Один из слушателей, молодой парень, поднял руку.

– Но как вы смогли заставить людей отказаться от чувств?

Наставник улыбнулся – холодной, безжизненной улыбкой.

– Мы не заставляли. Мы показали им путь к совершенству. Эмоции – это болезнь, и мы нашли лекарство.

Тацуя не выдержал.

– А что насчёт любви? Радости? Творчества? Разве это тоже болезнь?

В аудитории повисла напряжённая тишина. Корэто медленно повернулся к нему.

– Любовь – это гормональный импульс, предназначенный для продолжения рода. Радость – химическая реакция в мозге. А творчество… – он сделал паузу, – …чаще всего вело к нарушению гармонии. Вспомните, сколько конфликтов вызывали разные идеологии в искусстве.

– Но без этого нет человека! – возразил Тацуя. – Мы чувствуем, мы создаём, мы любим – это то, что делает нас людьми!

Лицо наставника оставалось невозмутимым, но в его глазах вспыхнула опасная искра.

– Ваши заблуждения понятны. Вы продукт своей эпохи. Но здесь, в Протекторате, мы эволюционировали вне таких примитивных концепций.

После занятия Юки схватила Тацую за рукав.

– Ты не должен был так открыто противоречить ему! Наставники имеют большую власть.

– Кто они такие, чтобы решать, что правильно чувствовать, а что нет?

Она отвела его в укромный уголок коридора.

– Ты не понимаешь. Здесь всё по-другому. Сомнения… сомнения считаются заразными.

В её голосе прозвучала неподдельная тревога. Тацуя впервые заметил, как дрожат её пальцы.

– Почему ты так беспокоишься? – спросил он мягче.

Юки оглянулась по сторонам и понизила голос до шёпота.

– Моего старшего брата… забрали два года назад. За «неподобающее любопытство». Я больше никогда его не видела.

Эта исповедь повисла между ними тяжёлым грузом. Тацуя понял, что за идеальным фасадом этого общества скрывается что-то тёмное и пугающее.

– Прости, – сказал он. – Я не хотел…

– Не извиняйся, – перебила она. – Просто… будь осторожен.

Они договорились встретиться после окончания занятий. Остаток дня прошёл в изучении «основ гармонии» – скучных, монотонных лекций о преимуществах полного контроля над каждой сферой жизни.

Вечером, вернувшись в свою комнату, Тацуя снова остался наедине с мёртвым телефоном. Но теперь у него появилась надежда. Юки незаметно сунула ему в руку небольшой металлический предмет – универсальный адаптер.

– Лаборатория закроется через час, – прошептала она. – У нас есть немного времени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.