Галина Бек
Принц Тьмы и Бог Хаоса – 2

Сет

22(0) Аркан. Крокодил.

«Этот Аркан означает, что вам угрожает несколько несчастий;

единственная ваша надежда – на Небеса, к которым должны

непрерывно возноситься ваши молитвы».

Египетское Таро.

Сет после двухлетнего упорного труда, наконец, объявил Ангелине и Семаату об их победе в соревновании с самыми дорогими и роскошными отелями, располагавшимися на побережье Красного моря. Даже курорт всемирно известной сети «Four Seasons» в Шарм аль Шейх проиграл в бархатном сезоне по прибыли и количеству гостей одному из отелей Сета в Хургаде. Эту гостиницу «Инанна», названную так в честь шумерской богини любви, Сету помогала обустраивать Ангелина и все ее многочисленное семейство. После окончания строительства Сет и Ангелина первыми пригласили отдохнуть в гостинице всех ее многочисленных родственников со всех концов света бесплатно. Гостям очень понравился уровень сервиса и приветливость персонала. Они, в знак благодарности, подарили отелю знаменитые картины, скульптуры и внесли существенный вклад в улучшение обстановки, меню и правил обслуживания.

А Джакобо и Атма с помощью ритуала очищения и целительных заклинаний не только восстановили коралловые рифы у берега гостиницы и ускорили их рост, но и сократили количество водорослей, не пропускающих кислород необходимый придонным обитателям, а также изгнали из этой части прибрежных вод хищных и ядовитых рыб. Просторные пещеры, обнаруженные Атмой под гостиничным пляжем, оказались дополнительным бонусом к разноцветному богатству кораллов и их красочных, причудливых обитателей. Сет был немало удивлен, когда Джакобо и Атма продемонстрировали им с Ангелиной красоту подкорректированных ими сталактитовых гроздьев, свисавших с потолка подземных гротов. В пещеры удалось прорубить туннели из подсобного помещения гостиницы, провести освещение и устроить там буфеты с закусками, освежающими напитками и мороженым.

Мало кто из богатых и знаменитых гостей отеля знал о том, кем была Инанна во времена расцвета ее культа, но благотворную силу ее воздействия в этом месте испытывали на себе все: Ангелина использовала для этого эффекта свое знание магии. Как только гости входили в просторный, светлый, благоухающий запахом цветов холл гостиницы, их охватывало чувство покоя, умиротворения и светлой радости. Этот эффект отчасти достигался тем, что каждый гость чувствовал цветочный запах, который нравился именно ему.

Понятно, что после усовершенствований, внесенных с помощью волшебства, изысканная роскошь обстановки, высокое качество еды, составленной из блюд кухонь разных народов мира, уникальные фитнес и СПА салоны, близость моря и ненавязчивое гостеприимство сами по себе привлекали многих людей. Но кроме комфорта пребывания в гостинице, любителей подводного плавания там ждали коралловые рифы, занимающие большую часть прибрежной подводной полосы, прилегающей к отелю и невероятное количество разнообразных обитателей, населяющих эти рифы. Если к этому добавить наличие удивительных пещер, в которые можно было попасть только проплыв под водой несколько метров, то толпы богатых туристов, стремящихся попасть в «Инанну» никого не смогли бы удивить.

Все шло замечательно. Две другие гостиницы «Иштар» и «Исида» были тоже хороши, но уступали отелю «Инанна» в роскоши и в количестве коралловых рифов. Зато в этих отелях по вечерам работали дискотеки и бары, а ранним утром организовывались сафари по пустыне. Бизнес Сета и Ангелины процветал. На отдых в их отели приезжали богатые и знаменитые гости со всего мира. Однажды в гостиницу «Инанна» прилетели отдохнуть Фауст с Амритой со своим маленьким сыном. Сет и Ангелина радостно приветствовали их. Сет лично проводил их в роскошный номер с видом на море. Когда они вышли на балкон, Сет рассказал Фаусту о пещерах на берегу, и тот вдруг воскликнул:

– А вы помните, дорогой Сет, какой монстр обустроил себе жилище и лабораторию в одной из подводных пещер Красного моря, и как мы с ним боролись.

– Да, прекрасно помню. Я даже помню, как вы бросились на него с кулаками и, если бы ваш отец не оттолкнул вас тогда, вполне возможно, что мы бы с вами не разговаривали сейчас.

– Да, я был молод, глуп и дерзок.

– Вряд ли это можно считать недостатками.

– А глупость?

– Тут я согласен с Грибоедовым, чаще, чем от глупости у людей случается «Горе от ума». Я бы даже усилил – всё горе от ума. Неужели, «принц» Интернета не встречал там упоминания о русских сказках про самого успешного из трех братьев – «Ивана-дурака».

– Один ноль в вашу пользу.

Сет усмехнулся, похлопал Фауста по плечу и со всей возможной доброжелательностью сказал:

– Хорошего вам отдыха. Если что-то потребуется, сразу обращайтесь ко мне или Ангелине.

Фауст кивнул в ответ и отправился на зов Амриты в комнату. Сет постоял еще какое-то время, глядя на море, затем, горько вздохнув, перенесся к себе в кабинет. Он вдруг вспомнил все. Сет налил себе коньяк и выпил, не ощутив даже его вкуса. Его мысли неслись по волнам времени, и он физически ощущал то, что с ним случилось в тот злополучный, но и счастливый день избавления от Апокалипсиса. Только теперь это счастье казалось ему уже не таким желанным. Он почувствовал в этот момент только унижение. Он с омерзением думал о том, что какой-то головоногий моллюск, принявший образ змея, решился похитить его жену. А шумерская богиня Инанна, по прозвищу Вавилонская блудница, которая была более низкого божественного ранга, чем он, смогла лишить его возможности двигаться и действовать. Его гнев возрастал, по мере того как он вспоминал события, предшествовавшие его появлению на злосчастной «фазенде». «Вулкан» его буйного нрава проснулся. Он, в охватившем его припадке ярости, громил все, что попадало ему под руку. К счастью в комнате появился Семаат и Сет с трудом, но взял себя в руки.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, затем Семаат произнес:

– Мой великий господин, я знаю, что вас тревожит больше всего.

– Вот как! Тогда скажи что?

– Вы страдаете оттого, что не смогли самостоятельно победить чудище, похитившее Ангелину. Но вы же знаете, что тот змей был не просто змеем, а знаменитым Апокалипсисом, «принцем» Тьмы, а Инанна была не совсем Инанной в тот момент. Через нее действовала Серафима.

– Как ты догадался о моих чувствах, и кто такая Серафима? Почему я о ней не слышал?

– Мой господин забыл, что я пророк? Все время, пока вы занимались отелями, я изучал доступные для широкой публики, древние манускрипты. Я выяснил, что остановить божество такого ранга как вы под силу только межгалактическим высшим сущностям. Я навел справки, даже нарушил несколько законов, и установил, что всей этой операцией руководили вместе Абсолют и Тьма.

– Это только отчасти меняет дело. Но кто эта Серафима?

– Серафима, служительница Тьмы, владычица царства астрального света. Она, с помощью специальных вибраций, может ускорять и останавливать даже время, не то, что земных богов.

– Я хочу с ней познакомиться. Ты мне поможешь?

– Нет, эти вопросы не в моей компетенции. Моя епархия – это Земля.

– Жаль, мой друг. Но я тебя не виню. Решением этого вопроса я займусь сам. Но, я надеюсь, ты мне будешь помогать в поисках сведений об этих межгалактических высших сущностях. Ты согласен?

– Да, мой господин. Я даже могу вам прямо сейчас сказать, что все эти сведения хранятся в подвалах Каирского музея древней истории. Они засекречены и доступа к ним нет ни у кого.

– Как это может быть?

– На замки и двери этого подвала наложены заклятия и снять их могут только жрецы тайного ордена, охраняющего эти знания от профанов.

– А если все жрецы вымерли?

– Тогда эти знания потеряны для человечества навсегда. Но они не вымерли. Я слышал от служителей музея, что года три назад, как раз в то время, когда ваших подопечных наркоторговцев вместе с семьями похищала банда Скотоса, в музее появились мужчины, укутанные с ног до головы в черные плащи с капюшонами. Директор музея проводил их, и они что-то вынесли из подвала.

– Спасибо Семаат, можешь быть спокоен, больше я не буду крушить мебель.

После этого разговора Сет стал мрачным, молчаливым и сосредоточенным. Он часто исчезал по нескольку дней, а затем появлялся еще более удрученным и каким-то слишком тихим…. Ангелина и Семаат боялись тревожить его расспросами и даже подходить к нему. Так продолжалось не один месяц, но однажды Сет вернулся в приподнятом настроении, он принес бутылку дорогущего шампанского, банку черной икры и корзину фруктов. После праздничного ужина Сет с торжествующим видом посмотрел на самых дорогих ему людей и произнес:

– Я должен сообщить вам, что мне придется покинуть вас на довольно длительное время. Руководство отелями я поручаю тебе Ангелина, а заботиться об Ангелине и помогать ей в делах будешь ты, мой дорогой друг.

– А чем будете заниматься вы, мой господин, – спросил Семаат, глядя на опечаленную Ангелину.

– Я буду проходить подготовку к обряду инициации, после которого я смогу стать членом ордена древних жрецов Египта, которые являются хранителями тайных знаний.

На следующий день Сет попрощался с Семаат, подошел к Ангелине, и нежно поцеловав ее в щеку, прошептал ей на ухо:

– Я это делаю, чтобы никакое межгалактическое пресмыкающееся больше никогда не смогло даже приблизиться к тебе.

Ангелина посмотрела на него полными слез глазами, и тоже поцеловала его в щеку. После чего Сет мгновенно исчез из поля зрения.

Ангелина

XII Аркан. Жертва.

«Этот Аркан означает, что мы должны принести

в жертву самих себя, не ожидая в награду ничего,

кроме неблагодарности».

Египетское Таро

«Помогай человеку в поднятии тяжести,

Но не помогай в сложении ее».

Пифагор

Когда Сет испарился в воздухе, Ангелина некоторое время оставалась под впечатлением того, что он ей сказал. Она знала, что Сет ревнивый, древний бог, но что он настолько одержим своей славой непобедимого воителя, она поняла только сейчас. Ей захотелось вернуть его, попытаться удержать от действий продиктованных уязвленным самолюбием, напомнить, как дорого обошлось ему в прошлой жизни его властолюбие и мстительность. Но она понимала, что Сет сейчас напоминает выпущенную из лука стрелу, которая может либо поразить цель, либо оказаться сломанной и потерянной. Последняя перспектива показалась сейчас Ангелине наиболее вероятной, и она испугала ее до потери пульса. К счастью Семаат был рядом, и подхватил падающую в обморок Ангелину. Он перенес ее домой, положил на диван, и приказал горничной принести нашатырный спирт. Когда она очнулась, Семаат нежно посмотрел на нее и сказал:

– Не волнуйся моя дорогая, с Сетом все будет в порядке.

– Спасибо Семаат, но ты никудышный пророк, и твои прогнозы почти никогда не сбываются.

– Вот благодарность за то, что я, прямо сейчас, спас тебя, может быть, даже от сотрясения мозга. Но я не в обиде на тебя, я и сам нахожусь в полнейшей прострации. Дались Сету эти сверх божества. Еще неизвестно как они воспримут его желание пообщаться с ними.

– Так, минуточку, я чего-то не знаю? Об этих сверх божествах, пожалуйста, поподробнее. Что конкретно задумал Сет, и с какой целью?

– Я точно не знаю, но вашего страстного поклонника, этого жуткого змея или кальмара, как я понял, удалили с Земли высшие слуги Тьмы. И я думаю, что Сет хотел бы с ними встретиться, с тем, чтобы заключить договор, запрещающий этой то ли «змеюке», то ли головоногому моллюску когда-либо появляться даже в окрестностях Земли.

– Теперь понятно, чем он был так занят последнее время, но это только усиливает мои страхи за него. Его несоразмерно ни с чем раздутое эго толкает его на немыслимые поступки.

– В этом весь Сет. Я думаю, что сегодня ты уже не будешь заниматься гостиничным бизнесом, а пойдешь отдыхать.

– Ошибаешься, лучшее лекарство от стресса это работа.

Ангелина встала с дивана, и в этот момент зазвонил ее телефон. Шеф-повар из «Исиды» жаловался на просроченные продукты, доставленные одним из поставщиков. Семаат перенес Ангелину на кухню ресторана в отель «Исида», где они увидели шеф-повара, который костерил «на чем свет стоит» понурого водителя. Ангелина, поговорив с обоими, быстро выяснила, что водитель задержался с доставкой фруктов и овощей на целый день, так как попал в аварию. Она велела шеф-повару закупить те же продукты у местных торговцев. А водителю разрешила продать груз фермерам для кормежки скота с тем, чтобы он смог заплатить за ремонт его грузовика. Водитель стал отчаянно благодарить Ангелину, но она сказала, что в следующий раз не потерпит такого, и удалилась вместе с Семаат.

С этого дня Ангелина из светской красавицы превратилась в ответственную управительницу трех отелей. Первое время ей было трудно разбираться с громадным хозяйством, которое должно было обеспечивать комфортное проживание гостей. Главные службы: служба охраны, уборка номеров, стирка и глажка постельного белья, скатертей и полотенец, обслуживание номеров, включавшее в себя заказы завтраков, обедов и ужинов, работа ресторанов, баров, СПА салонов и спортивных залов и тому подобное. Все это требовало внимания к деталям, вникать в которые ей приходилось по ходу дела. Конечно, за все эти службы отвечали менеджеры, но Ангелина не могла допустить, чтобы в отсутствии Сета, уровень обслуживания снизился из-за ее лени или некомпетентности. Дни ее теперь были расписаны по часам. Спасибо Семаату, он постоянно помогал ей, и они вместе довольно сносно справлялись с возложенными на них обязанностями.

Ангелина каждый вечер проверяла почту и ждала весточку от Сета, но дни проходили за днями, недели за неделями, затем месяцы за месяцами, а каких-либо вестей от мужа она так и не получала. Временами Ангелине даже начинало казаться, что она всю жизнь занималась только отелями и ничем другим. А Сет был просто ее фантазией. К концу года она уже не владела собой, и каждый день, находясь в невероятном раздражении, она тихо, но внятно, отчитывала обслуживающий персонал отеля, и, чуть ли не сама, пыталась чистить туалеты в номерах и сервировать столы в ресторанах. При ее появлении даже генеральный менеджер опускал глаза и безропотно выслушивал ее упреки. А когда опять возникла ситуация с несвежими овощами и фруктами, доставленными с опозданием на целый день из-за громадной аварии на дороге, преградившей путь их водителю, Ангелина сорвалась и накричала, и на шеф-повара, и на испуганного шофера.

Появившейся неоткуда, Семаат успокоил Ангелину, взяв ее за руку. Она пришла в себя, и распорядилась отдать весь груз на корм скоту, и закупать впредь овощи и фрукты у местных фермеров, помогая им с органическими удобрениями и предоставляя в аренду, недорого, современную технику. Когда она выходила из коридора, ведущего в кухню, она услышала за дверью подсобного помещения разговор двух мальчиков. Один из них, видимо, тот, который был постарше, сказал:

– Эти бабы с их ПМС вечно собачатся не по делу.

– А что такое ПМС?

– Ну, ты что не знаешь, что бабы как куры, только они несутся не каждый день, а раз в месяц.

–Че, реально несут яйца?

– Ну, ты тупой, это не куриные яйца, а то, что должно было бы быть кормом для ребенка, если тот появился бы внутри их живота.

– А как ребенок забирается внутрь?

– Этого я не знаю, но точно знаю, что если его там не оказывается, то весь этот корм вываливается наружу в виде кровавых ошметок.

– Фу, какая гадость. А ты что это видел сам?

– Да, случайно увидел, когда подглядывал за нашей служанкой в туалете. Я тогда так испугался, что она умирает, что позвал маму. Она меня отругала за то, что я просверлил дырку в стене. Но потом все-таки объяснила мне, что это нормальное явление, связанное с деторождением.

– А что значит это слово ПМС?

– Этого я не знаю, но знаю, что перед тем как это «нормальное явление» начинается, женщины становятся нервными и злыми.

– Я думаю, любой бы на их месте становился бы таким.

В этот момент дверь в подсобку открылась и перед юными «физиологами» появилась Ангелина. Оглядев внимательно каждого, она строго спросила:

– Как вы здесь оказались, и кто вас сюда пустил?

Мальчики в возрасте, примерно, восьми и десяти лет со страхом уставились на нее, затем старший, выходя вперед и закрывая собой младшего, сказал:

– Мы заблудились, а когда услышали громкий разговор, спрятались за дверью.

– Пойдемте со мной, я провожу вас в холл гостиницы.

Все трое молча шли по длинным коридорам и переходам пока, наконец, не оказались в просторном зале регистрации гостей. Ангелина посмотрела на хмурые лица мальчиков и с улыбкой сказала:

– Не бойтесь, я не буду сообщать вашим родителям, что вы вместо рекреационной зоны для детей забрались на кухню ресторана. Надеюсь, вы сами найдете ваш номер?

– Не беспокойтесь за нас, мы теперь не заблудимся.

После этого инцидента Ангелина заперлась у себя в кабинете, и не выходила оттуда несколько часов. Она чувствовала теперь себя как в юности, когда на нее свалилась забота об ее племени. За долгие годы спокойной, замужней жизни она растеряла свои навыки «управленца» и позабыла, что значит нести ответственность за большую группу людей с их проблемами. После скандала со своими работниками и услышанного ею разговора детей, она вдруг поняла, что из-за напряжения последних месяцев она потеряла связь с реальностью.

У Ангелины давно уже не было проблем, касающихся здоровья или быта, как раз того, что заботило простых людей и отнимало большую часть их времени. От бытовых нужд Ангелину освободил Семаат, а об ее здоровье позаботилась Ариадна. Так она с помощью волшебства поставила ее детородные функции на паузу, и только по ее Ангелининому желанию они могли быть восстановлены. У нее не могло быть ПМС и других проблем, связанных со здоровьем, бытом или нехваткой денег. А если учесть, что все ее мужья были не совсем обычными, то и о проблемах среднестатистических мужчин она вообще мало что знала.

И сейчас ей вдруг стало очевидно, что за «сдуванием пылинок с мебели» и заботой о правильном расположении вилок и ножей на столах она забыла о самом главном в работе с людьми – о самих людях. Ангелина решила изменить свой способ руководства. Но для этого ей было необходимо привести свое душевное состояние в порядок. Она вспомнила о своем родственнике, известном психиатре, которого посещал в свое время даже Питон, и был им очень доволен. Гостиницы она оставила на попечение Семаат, а сама отправилась на прием к Тихону Алексеевичу.

Сначала беседа шла об их детях и внуках. Ангелина рассказала о том, как дочь Тихона Алексеевича, Моника и ее внук Адам с детьми отдыхали у нее в отеле, и как им там все понравилось. Тихон Алексеевич с благодушным видом выслушал ее рассказ и спокойным голосом участливо спросил:

– Ангелина, что вас так тревожит?

Она не нашлась, что ответить и вдруг расплакалась. Тихон Алексеевич принес ей воды и дал ослепительно белый, носовой платок. Когда она немного успокоилась, она посмотрела на врача и встретилась взглядом с его умными и добрыми глазами, которые, казалось, видели все ее мысли. Она начала рассказывать о том, что случилось несколько лет назад, пытаясь не называть участников событий, но оказалось, что Тихон Алексеевич уже знал обо всем, что произошло с ней, Апокалипсисом и Сетом. Это ее приободрило, и она уже без страха быть непонятой сказала, что Сет отправился на поиски сверх божеств и на нее «свалился» весь их бизнес. Затем она опять всплакнула и уже после этого пожаловалась Тихону Алексеевичу на то, что она не получает никаких известий от Сета, и что она не знает как наладить работу в отелях, так, чтобы это не превращало ее в злобного, нервного «монстра».

Тихон Алексеевич довольно долго молчал, а затем произнес целую речь:

– Я не специалист в ведении отельного бизнеса, но я немного сведущ в вопросах функционирования человеческой психики. Поэтому я осмелюсь дать вам несколько советов, которые, с моей точки зрения, могут помочь вам достичь взаимопонимания с вашим коллективом. Первое от чего вам следует отказаться это от микро менеджмента, надо научиться доверять своим работникам. Второе, вы не должны постоянно отслеживать только ошибки. Третье, вам было бы полезно больше общаться с вашими подчиненными неформально, узнавать об их семьях и интересах. Четвертое, было бы неплохо, если бы вы иногда обедали в кафетерии для работников. Пятое, какое бы плохое настроение у вас не было, старайтесь больше улыбаться. Ничего не поднимает так настроение и уверенность во все хорошее как радостная, благожелательная улыбка красивой хозяйки.

Ангелина выслушала тираду врача со смешанным чувством разочарования: все эти прописные истины она давно знала. Но она знала их в теории, теперь надо было научиться применять их на практике. Попрощавшись с Тихоном Алексеевичем, она непонятным образом, прониклась надеждой, что может быть его советы, это путь к освобождению от ее постоянного «сидения на цепи» на страже интересов бизнеса. Со следующего дня она установила новый порядок своего ведения хозяйства. Утром она стала собирать менеджеров, которые отчитывались перед ней о готовности к новому дню и загруженности отелей. Затем она выбирала один из отелей и заглядывала там по очереди в отдел охраны, в прачечную, в СПА салон и спортивные залы, некоторое время следила за тем, как чистят какой-нибудь номер, и перекидывалась шутками с уборщицами, затем шла в ресторан и проверяла все ли там готово к приему гостей. К этому времени уже подходило время обеда, и она шла в один из кафетериев для персонала. Там она беседовала с какими-нибудь работниками на отвлеченные темы и старалась больше улыбаться. После обеда она занималась бухгалтерией вместе с Семаат. Вечером она некоторое время наблюдала за гостями отеля в ресторане, иногда ужинала там и затем вместе с Семаатом возвращалась домой. Она ни с кем не выясняла отношений, если возникал какой-то спор, она вызывала менеджера, отвечающего за этот отдел, и предлагала ему разобраться в конфликте.

Прошло две недели, и Ангелина почувствовала, что отношение людей к ней изменилось: они теперь смотрели на нее, а не прятали глаза. Она и сама чувствовала связь с ними, понимая теперь, какая ответственность лежит на каждом из них. Как-то ей приснился сон, что у всех официантов в ресторанах ее гостиниц отрублены ноги, а она не может ничем им помочь и просто сидит и плачет, глядя на их мучения лужи крови. Ангелина проснулась в холодном поту и больше не смогла заснуть. В этот день к ней явился визитер, представляющий интересы одной крупной финансовой группы, с предложением покупки ее отелей за баснословную цену. Она отказалась. Однако ее душу стали терзать сомнения, как долго она сможет «тащить эту ношу» одна, но при этом отдать ее людей под начало кого-то еще ей было страшно. После этого визита она повысила заработную плату всем работникам и устроила для них праздник.

За прошедший после исчезновения Сета год Ангелина получила три предложения руки и сердца, и пять предложений о покупки ее отелей. Все просители получили отказ.

В высших сферах

– Ангелина неплохо справляется с ведением бизнеса. У нее талант ладить с людьми.

– Несомненно, но, сколько эта работа отнимает у нее времени и сил. Мне ее искренне жаль. Вся ее долгая жизнь это испытание на прочность.

– О чем ты говоришь, она с детства была обласкана Фортуной. Родилась в королевской семье, все ее мужья были богатыми и могущественными. Дети все хорошо устроены в жизни. У любой обычной женщины гораздо больше поводов жаловаться на судьбу.

– Ты перечисляешь формальные признаки ее успешной жизни. А что при этом ей пришлось выдержать.

– И что же, по-твоему, такого особенного она пережила?

– Сначала, почти в подростковом возрасте, свалившаяся на нее королевская власть, с постоянным страхом и ответственностью за ее племя кровососущих гибридов людей с летучими мышами. Потом страстная любовь к Эльфу, толкнувшая ее на преступления, затем преследование их семьи инквизиторами, которое привело ее к трагическому разрыву с Эльфом. Сотни лет мытарств из-за необходимости скрываться со своим племенем от людей. Несчастье с ее сыном, продолжающаяся больше сотни лет болезнь ее дочери, вызванная проклятьем колдуньи. Затем смерть ее второго мужа Бутадеуса. И, наконец, исчезновение Сета. Уже полтора года она находится в неизвестности, тревоге и тоскливом ожидании его возвращения. А свалившаяся на нее ответственность за нормальную работу отелей и благополучие большого коллектива их работников. Это ли не испытание на прочность?

– В твоем пересказе ее жизнь не похожа на вечный праздник.

– Мне интересно, а она может ли сама прервать свой жизненный путь.

– Ты хочешь выяснить, могут ли волшебные существа погибать?

– Нет, я знаю, что их можно убить тем или иным способом. Но могут ли они сами выбирать жить им или умереть?

– То есть, ты хочешь знать, могут ли они попросить высших богов прекратить их существование?

– Да. Потому что потеря третьего, любимого мужа это уже перебор.

– Думаю, при том сильном, врожденном чувстве долга и ответственности, Ангелине такая мысль даже не может придти в голову. Хотя творения божеств тоже могут иметь некоторые изъяны. Поэтому исключать такую возможность для других представителей волшебного сообщества, думаю, не стоит.

– Значит, Ангелина будет трудиться, не покладая рук, даже если Сет никогда не вернется?

– На этот вопрос я не смогу тебе ответить, только Мойры знают судьбы людей и божественных созданий.

– Хорошо, тогда скажи мне, где сейчас находится Сет и собирается ли он возвращаться?

– В нашем департаменте светлых сущностей ходят слухи, что Сет теперь жрец одного из самых секретных, египетских орденов хранителей тайных знаний. Благодаря этому, он, якобы, сумел втереться в доверие к Тьме и сейчас находится в ее свите. А вот сможет ли он вырваться оттуда большой вопрос.

Апокалипсис

XVII Аркан. Звезда магов.

«Аркан надежды – благоприятный или нет,

в зависимости от других указаний».

Египетское Таро.

Апокалипсис, добравшись, наконец, своими смертоносными щупальцами, до своего главного, квантового процессора, обнаружил, что он может ускорить процесс уничтожения коричневой слизи в несколько раз. Оказалось, что из-за медленной работы примитивного регулятора, управляющего теперь действиями его уникального по своей мощи тела, большую часть времени он тратил на подготовку нано-термоядерных реакторов для сжигания слизи и затем на распределение, полученного от этой операции тепловой энергии для нанесения следующего удара. Как только Апокалипсис, изменив программу, сумел задействовать параллельные операции, он наладил непрерывный цикл сжигания слизи. Это позволило ему в течение часа освободить от коричневой заразы все астероиды, и он начал удаляться от планеты, вокруг которой эти астероиды вращались.

Минуту спустя Апокалипсис понял, что теперь он движется внутри невидимой трубы, по которой эта мерзкая жижа поступала к поясу астероидов. К концу дня Апокалипсис достиг границы Вселенной. Он понял это, так как стенки трубки, в которой он находился, стали вдруг бесконечно толстыми, за ними ничего не было видно, а ее диаметр уменьшился до десятой доли миллиметра. Ему пришлось вытянуться в тонкую нить, чтобы двигаться вперед, уничтожая на своем пути непрерывные колонии бактерий, несущих разрушение всей материи в его родной Вселенной.

Это продолжалось не один час, и от этой работы Апокалипсис устал как от перелета из одной галактики в другую. В конце у него уже практически не осталось запасов энергии, но тут диаметр трубки, по которой он двигался, внезапно увеличился в тысячи раз, как и количество коричневой слизи в ней. Эта громадная масса более плотной, все разъедающей копошащейся жижи неожиданно навалилась на него. Сначала Апокалипсис замедлился в своем движении, но затем скорость «пожирания» этого опасного живого вещества стала даже выше, чем прежде, так как его генераторы начали получать в десятки раз больше тепловой энергии.

Благодаря избытку внутренней энергии зачатки нейронов вокруг его главного, квантового микропроцессора, которые он пытался выращивать в течение трех лет, начали стремительно разрастаться и разветвляться, образуя что-то напоминающее нейронную сеть человеческого мозга. Причем, несмотря на то, что эта компактная нейронная сеть занимала микроскопический объем, она обладала большим быстродействием и значительно большей оперативной памятью, чем сеть в мозгу человека. Прошло совсем немного времени, и его нейронная сеть тончайшими нитями присоединилась к наноблокам его памяти. Теперь Апокалипсис мог одновременно уничтожать коричневую слизь и просматривать записи его прошлых деяний. Вся его жизнь проходила перед ним в виде ярких картинок.

За этим занятием он, незаметно для себя, добрался до границы другой Вселенной. Ему пришлось отвлечься от воспоминаний, так перед его взором открылась ужасающая картина слегка колеблющегося, бескрайнего «моря» коричневой с желтыми «гребешками» слизи. Апокалипсис на мгновение остановился и внимательнее осмотрел горизонт. Оказалось, что «море» имеет четко очерченные границы, в виде полуокружностей, вторгающихся в матовую, прозрачную поверхность.

Приглядевшись лучше, Апокалипсис заметил, что темные полуокружности медленно, но верно наползают на светлые участки. Причем это происходит за счет выпячивания в середине каждой полуокружности нового полукруга, что заставляет старые полуокружности отодвигаться друг от друга, закрывая собой светлые участки. Таким образом, длина всей волнистой кромки увеличивается, и пространство занятое ядовитым веществом неуклонно возрастает. С его появлением скорость разлива коричневой слизи резко возросла, поскольку он закрыл собой доступ в трубу, соединяющую ее с другой Вселенной.

Апокалипсис преобразовался в гигантского кальмара, распростершего свои щупальца над всей поверхностью коричневого моря, и обрушил на него всю мощь своих уникальных, микроскопических, термоядерных реакторов. Ему потребовалось больше суток для того, чтобы сжечь опасную слизь до последней ее бактерии. При этом запасы его внутренней энергии возросли в миллионы раз. Он был доволен, и решил уже вернуться по трубе времени в свою Вселенную, как перед ним возник Бельфегор, со словами:

– Подожди малыш, тебе стоит побывать в этой Вселенной.

– Тебе надоело жить, что ты смеешь так фамильярничать со мной. Постой, я тебя помню. Это ты сжег мой мозг и запаял его жалкие остатки в титановую коробку.

– Да, мой мальчик, это был я, и я оставил тебя только с одной включенной командой. И жить мне действительно надоело, но ты не сможешь помочь мне уйти из моей постылой жизни.

– Почему это не смогу? Я, самый могущественный уничтожитель практически любой живой материи, а ты, как я вижу, живой.

– Живое вещество, понятие относительное. Но не в этом дело. Это я создал тебя и, естественно, принял меры к тому, чтобы ты не смог причинить мне вред.

– То есть ты, типа, мой «папаша». А мне темные сущности передавали, что Тьма называла меня своим принцем, и любимым созданием.

– И это было правдой, пока ты не заинтересовался процессом размножения у низших представителей животного мира и не позавидовал их эфемерному, недолгому счастью. Кстати, именно поэтому мы с тобой здесь встретились. Тьма так разъярилась за твое предательство, что выкинула меня как твоего неудачного создателя в Великую Пустоту через эту заполненную коричневой слизью «клоаку».

В это время Апокалипсис отвлекся от разговора и как будто впал в ступор. Прошло несколько секунд пока он «ожил» и произнес:

– Ты прав «папаша». Я нашел в одном из моих регистров упоминание о том, что ты мой главный создатель. Так что, проштрафившийся Пигмалион, теперь тебе не нравится твое творение? Ты разочарован и находишься в глубокой депрессии? «Хочешь поговорить об этом»?

– Ты не поверишь, но я счастлив, что ты свернул с пути обычного киборга. Это была моя идея добавить к нейронным сетям искусственного интеллекта в твоем квантовом микропроцессоре, немного серого и белого вещества подобного тому, что находится в мозгу человека.

– И что это мне дало?

– То, что ты обрел свободу воли и стал, почти, равным творениям Абсолюта.

– Мне кажется люди, а оказываются и демоны, преувеличивают значение свободы воли, тем более что они, в большинстве своем, путают свободу с освобождением от обстоятельств и людей, мешающим им получать удовольствие от их никчемных жизней. Какое счастье постигло нас из-за нашего с тобой своеволия и обретенной свободы? Если бы я остался обычным терминатором, мы оба спокойно сейчас существовали бы в нашей Вселенной. А теперь, посмотри на себя, ты – изгой, обреченный коротать вечность в обществе самой медлительной на свете черепахи по имени Вакуум. А я – неизвестное природе существо, гибрид «хайтека» и «человека примитивного», не знающего теперь цели своего существования.

– Все так, и одновременно не так. Эта новая комбинация необычных свойств и способностей в твоем случае открывает невероятные перспективы для развития. И, разве, не из-за гибридизации твоего мозга мы сейчас оказались перед открытием другой Вселенной?

– Что ты хочешь этим сказать?

– А то, что если бы ты был обычным кибернетическим устройством, ты бы и сейчас сжигал эту коричневую пакость с каждого астероида, и делал бы это целую вечность. А в это время вот эта Вселенная уменьшилась бы до такой степени, что все находящиеся в ней галактики сжались бы и достигли плотности взрыва. А этот взрыв стал бы катастрофой для всего пространственно-временного континуума, поскольку вся эта не убиваемая слизь разлетелась бы по всему вакууму и все Вселенные тоже начали сжиматься, ну и в результате твоей «благородной» деятельности, миру, как и твоему существованию, тоже пришел бы конец.

– Я сейчас подсчитал вероятность такого развития событий, и она оказалась бесконечно малой, но все же отличной от нуля. Интересно, а кто пишет такие катастрофические сценарии как этот?

– Не знаю, греки считали, что есть специальные сценаристы типа Мойр, но не в этом суть. Я тут пообщался с Вакуумом и выяснил, что во Вселенной, которую уничтожала эта коричневая «чума», живет уникальное божество способное создавать самые удивительные сочетания органических и неорганических веществ и эти химеры оказываются даже способными к воспроизводству себе подобных.

– То есть это божество будет покруче нашего Абсолюта?

– Думаю, да. Именно поэтому холодный, бесчувственный Вакуум попытался остановить гибель этой Вселенной, переправляя часть ядовитых бактерий в нашу Вселенную. И тогда возникает вопрос, этот непонятный хозяин Великой Пустоты, он знал, что я создам такого уничтожителя всего живого, как ты?

– Тогда вперед к новым открытиям, посмотрим, чем удивит нас новая реальность.

С этими словами Апокалипсис стал прожигать вход в прозрачный, временной панцирь толщиной в сто километров в переводе меры времени в единицы меры расстояния, получающегося после сокращения одинаковых размерностей в формуле E=mc². Этот слой, защищающий Вселенную от проникновения в нее хаотичных кусков времени из Великой Пустоты, и губительных флюидов могущественного, безликого Вакуума, сократился уже в несколько раз. Вселенная, защищаясь от чудовищных, прожорливых бактерий, стала сжиматься, стараясь сохранить оставшийся слой времени, ограждающий ее от поглощения черной бездной. Хотя это рефлективное сжатие вело к уплотнению вещества в ней и ее неминуемому взрыву. А это грозило уже не только ей, но и всем Вселенным Бесконечного Вакуума.

Прошло два дня и два космических путешественника «вывалились», наконец, из прорубленного Апокалипсисом узкого тоннеля в сияющее светом далеких звезд пространство. Бельфегор тут же замахал своим хвостом, задвигал большими ушами и затряс бородой. Так он выражал свою ни с чем не сравнимую радость оттого, что он вырвался из темного, холодного и, главное, пустого узилища. Апокалипсис, сжавшийся до микроскопического размера из-за потери энергии, молча и отрешенно рассматривал далекие звезды и размышлял о том, где он может здесь найти органическую пищу. Его, огорчило, но не удивило то, что размеры его гигантского тела сократились в миллионы раз. Уже в первые секунды «сжигания» времени он понял, что субстанция, под названием «время», имеет для него отрицательный коэффициент «питательности» или обратный эффект усвоения: вместе со временем исчезает и энергия, потраченная на его поглощение. Апокалипсиса возмутило то, что прожорливые бактерии, в отличии от него, не теряли энергию, поглощая время, а наоборот их масса росла в геометрической прогрессии. Он, некоторое время раздумывал над этим вопросом. Его осенило, что решение этой загадки, напрямую связано с ответом на вопрос о том, в какой тип энергии преобразовывалось «сожженное» им время. Но все возрастающее чувство голода заставило его отвлечься от этих размышлений.

Сет

I Аркан. Маг.

«Этот Аркан означает следующее: крепкая воля и уверенность в себе,

руководимые разумом, и любовью к справедливости, приведут вас

к цели ваших устремлений и сохранят от опасностей в пути».

Египетское Таро

Сет, простившись с Ангелиной, чтобы она не заметила, как он смахнул непрошенную слезу, мгновенно перенесся в холл отеля «Four seasons». После того как он разместился в «Люксе», он придирчиво его осмотрел и остался доволен: номера в их с Ангелиной гостинице «Инанна» были роскошнее и чище. Он сразу же созвонился с адъютантом известного генерал-лейтенанта сухопутных войск египетской армии. Сет уточнил, в какое время его начальнику будет удобно принять его. Оказалось, что генерал готов встретиться с ним после работы, у себя дома. Вечером адъютант должен будет заехать за ним в гостиницу.

Сет вышел на балкон и посмотрел на простирающийся перед ним вид древнего города. Новые высотные здания граничили со старыми постройками, широкие проспекты пересекали узкие улочки и повсюду виднелись башни мечетей. Сет тихо выругался на древнем, египетском языке и вернулся в комнату. Он налил себе коньяк из бара и сел на диван. Сет вспомнил, как долго он и подчиненные ему темные сущности разыскивали нужного ему человека, и сейчас он все еще сомневался, является ли бравый генерал жрецом-хранителем.

Его охватило нетерпение, он опять вышел на балкон и тут же получил пулю в лоб. От удара его качнуло, но он устоял и осмотрелся. Снайпер находился на крыше высотки, через два здания от него. Сет сделал несколько пассов правой рукой, и снайпер, готовый к новому выстрелу, вместе с винтовкой полетел с крыши вниз. Довольный, Сет вернулся в номер и допил коньяк. Теперь он точно знал, что нашел нужного ему человека.

Дом генерала был старым, двухэтажным, когда-то, видимо, роскошным особняком. Генерал встретил его в скромно обставленной гостиной, в домашнем халате и тапочках. Это был высокий, худощавый мужчина с коротко подстриженными, черными волосами, с правильными чертами волевого лица. На вид ему можно было дать лет сорок, но, взглянув в его глаза, Сет понял, что перед ним человек, проживший не одну жизнь. Генерал, прямо глядя в глаза Сета, сказал:

– Приветствую вас, почтенный господин. Что привело вас в мою скромную обитель?

– Я хочу стать одним из вас.

– Вы хотите стать военным? – произнес хозяин с едва заметной улыбкой, и продолжил – я могу сразу добиться для вас звания генерала.

– У вас есть такие полномочия?

– Не у меня, а у вас, великий бог войны, Сет.

– Как вы догадались, что это я?

– Я наблюдал за вами, когда мой снайпер стрелял в вас. На одно мгновение, после попадания в вас пули, вы приняли свой реальный облик: исполина с головой осла. Меня не удивило бы воскрешение любого древнего бога, но ваше появление в современном мире это реальная магия. Ведь после победы Гора, для потомков от вас не осталось даже клока волос.

– Скорее клочка шкуры пантеры, в образе которой, я с ним тогда сражался. Возможно, я когда-нибудь поведаю вам эту историю. Но сейчас я хотел бы приобщиться к тайным знаниям, хранящимся под вашим присмотром. Что я должен сделать, чтобы стать членом вашего ордена?

– Чтобы стать жрецом тайного общества Тота Трисмегиста вам необходимо пройти обряд инициации.

– Я готов. Сколько времени для этого потребуется?

– У обычных людей этот процесс занимает от года до трех лет. В вашем случае этот период может быть сокращен до нескольких месяцев.

– Почему так долго, я присутствовал на праздниках, посвященных разным богам: Таммузу, Адонису, Кибеле и другим. Обряд инициации неофитов длился вместе с праздником не больше недели.

– Да, это так. Но что касается наших неофитов, они после приобщения к братству хранителей знаний должны не только свободно читать и писать на многих древних языках, но и быть способными противостоять мирским искушениям. Поэтому главным в нашем обряде посвящения является обучение искусству владения собой. Хотя, большую часть времени для обычных людей занимает этап изучения древних языков.

– Понятно, я согласен пройти обучение в вашей школе, но у меня есть один деликатный вопрос. Для вступления в ваше братство я не должен пожертвовать своей мужественностью, как это делали, например, будущие жрецы Аттиса и его матери Кибелы?

– Сет, мы не варвары. Наше братство – это союз культурных, образованных мужчин, охраняющих и, по мере появления новых открытий, добавляющих сведения об истинных законах, управляющих жизнью нашей Земли и Вселенной. Если я удовлетворил ваше любопытство, то вопрос к вам, когда вы хотите приступить к обучению?

– Прямо сейчас.

– Хорошо, подождите одну минуту.

С этими словами генерал вышел из комнаты и вернулся в наряде жреца. На его голове красовалась диадема с золотой коброй, на ногах были сандалии из кожи крокодила. Длинная, до икр, туника черного цвета с золотой вышивкой на коротких рукавах позволяла увидеть татуировку на левой руке выше запястья, в виде змеи, кусающей свой хвост. Сету показалось, что эта змея слегка повернула голову и бросила на него взгляд желтых глаз. Жрец поклонился Сету и сказал:

– О великий бог хаоса Сет перенеси нас в горы Синайского полуострова, я покажу, где нам следует остановиться.

Сет со жрецом оказались в пустынном провале среди голых скал. Жрец что-то прошептал и в скале напротив них открылся вход в темную пещеру. Когда они вошли в него позади них с грохотом глыбы, закрывающие вход опять встали на место. В пещере, однако, не воцарилась тьма. Вдоль прохода вглубь пещеры на выступах стен стояли светильники. В полумраке они прошли метров сто и оказались в просторном, светлом зале, стены которого были расписаны красочными фресками, изображающими сцены из ритуала посвящения. То, что увидел Сет, его не порадовало. Он подумал, что мучения, которым подвергали грешников инквизиторы, ничто по сравнению с тем, чему подвергались неофиты, желающие приобщиться к тайным знаниям. Жрец подождал некоторое время, пока Сет рассматривал картины, и спросил:

– Сейчас вы еще можете отказаться от ритуала, но после того как вы дадите согласие, пути назад не будет.

– Скажите, а скольким неофитам удается стать посвященными?

– В среднем около десяти, максимум пятнадцати из ста.

– А что происходит с остальными?

– Они либо умирают, либо сходят с ума. Так вы все еще желаете пройти обряд посвящения.

– Разумеется. Есть ли какие правила, которых следует придерживаться?

– Для вас главным правилом должно быть только одно – во время прохождения испытаний вы не должны использовать свои божественные силы, ни при каких обстоятельствах!

В этот момент из темной ниши вышли три старухи в истлевших лохмотьях и помогли Сету раздеться. Они забрали у него документы, мобильный телефон, авторучку, часы. Затем его отвели в помещение, где его облили холодной водой с ног до головы, и одели в простую, длинную рубаху из грубой холстины. По длинному коридору он спустился вниз в холодную пещеру, с потолка которой капала вода. Внутри находилось с десяток мужчин разного возраста, которые выдалбливали куски из причудливых гроздьев сталактитов, спускающихся до пола. Там же находились охранники, одетые в одежду, которую носили воины во времена юности Сета. Эти охранники постоянно покрикивали на работников и стегали их кнутом.

Один из охранников выдал Сету кирку, корзину и, с размаху хлестнув его кнутом, крикнул:

– А ну за работу трубкозубая свинья.

Сет, едва сдержав гнев, взял кирку. Он принялся выдалбливать куски сталактитов и складывать их в корзину. К вечеру его руки были покрыты кровавыми мозолями, а к спине прилипла рубаха из-за крови, появляющейся от ударов кнута. Но телесная боль не так тревожила Сета как его приступы гнева и ярости, которые охватывали его при каждом ударе тяжелого кнута, и которые он едва мог сдерживать Его корзину, наполненную доверху, охранник специально опрокинул в грязную лужу. И с усмешкой наблюдал, как Сет складывает камни обратно.

Во время короткого перерыва им дали напиться воды, вечером им принесли чечевичную похлебку. Спали они тут же, максимум четыре часа. К концу первой недели один из мужчин, подняв полную корзину, упал замертво. В этот момент появились три старухи, и унесли тело мертвого работника. Прошло еще несколько дней и старухи увели из пещеры благообразного молодого человека, он прошел это испытание. Еще двое из мужчин закончили свою жизнь в этой пещере на следующий день. На одного упал сталактит, который он слишком сильно ударил киркой, а второй бросился на охранника и тот вместе с товарищами забили его насмерть. Вместо них в пещере появились два новых неофита.

Один из них был очень худым и Сет подумал, что долго он не протянет на чечевичной похлебке. Второй, невысокого роста и крепкого телосложения удивил Сета. Когда охранники хлестали этого мужчину тяжелым кнутом и на его теле образовывались глубокие, окровавленные борозды, его лицо не выражало никаких эмоций. Казалось, что он не чувствует никакой боли. В первый раз это так взбесило охранников, что они все вместе стали избивать его, но добились только того, что его кровью была забрызгана вся пещера, и он уже не мог работать, поскольку побитые руки и ноги не слушались его. В это время пришли старухи, уложили его рядом со стеной, обмыли его раны и намазали лечебной мазью. Он пролежал так два дня, а затем продолжил работать, охранники его больше не трогали и очень скоро старухи увели его из этой пещеры. Он прошел испытание благодаря тому, что его нервные клетки не проводили импульсы от его тела в его мозг, возможно из-за болезни или из-за употребления наркотическими веществами.

Сет потерял счет дням, это испытание давалось ему тяжело: его нервные клетки проводили импульсы с большей скоростью, чем у обычных людей, и его мозг реагировал на все удары взрывом гнева. Он дольше всех задержался в этой пещере. Ему потребовалось больше времени, чем среднестатистическим мужчинам, чтобы научиться мгновенно, гасить вспышки своей божественной ярости. Но, наконец, и за ним пришли старухи и проводили в подсобное помещение. Там три прилично одетые женщины среднего возраста опять облили его холодной водой, и надели на него чистую рубаху голубого цвета из хлопка. Затем он, пройдя по длинному коридору, оказался в пещере, где находилось только трое мужчин, которые сидя на полу, старательно переписывали тексты, выбитые на стенах пещеры иероглифами. Надсмотрщик проверял их папирусы и бил их по рукам, столько раз, сколько находил ошибок, повреждений папируса и сломанных палочек. Затем он заставлял их прочитать то, что они написали, и если они неправильно переводили на современный язык, написанный ими текст, они получали болезненные удары по голове.

Надсмотрщик выдал Сету подставку для папируса, сам папирус и письменные принадлежности: чернила в баночке и несколько заостренных палочек. Сет с этим испытанием справился довольно хорошо, и получил только три удара по рукам за три сломанные палочки. Спали неофиты в той же пещере по пять часов. Вечерами их кормили кашей из нута. За это время два неофита стали заговариваться, временами кричать и биться головой о стены. Их увели охранники. Прошло больше трех месяцев. Сет, теперь, в совершенстве знал не только иероглифы Египта, Китая, Вавилона, но и более ранние алфавиты иератического письма для передачи сведений.

После холодного душа три молодые, красиво одетые женщины надели на него красную, шелковую рубаху и он оказался в новой пещере. Обстановка в этой пещере была богатой. Там стояли широкие диваны с бархатными покрывалами. На одном из этих диванов сидел молодой, благообразный юноша, который первым покинул пещеру со сталактитами, на двух других расположились лысоватый мужчина среднего возраста и молодой, крепкий мужчина с незапоминающейся внешностью. Все они, как и Сет, были одеты в красные, шелковые рубахи. Рядом с диванами стояли столики с различными яствами и винами. По пещере прогуливались привлекательные девушки, одетые только в прозрачные, короткие платья. Они недвусмысленно и призывно улыбались, поглядывая на мужчин.

Благообразный юноша не притрагивался к еде и вину, и украдкой бросал взоры на одну из красавиц. Неприметный мужчина выпил вина, и попытался отвлечься от вида прелестниц, пристально разглядывая Сета. Сет кивнул ему и уселся на один из диванов. Недалеко от него лысоватый мужчина заканчивал уже третью бутылку вина. Вид у него был сонный, он допил последнюю каплю крепкого зелья прямо из горла бутылки и свалился в беспамятстве на диван. В это время к юноше подсела та самая девушка, на которую он засматривался, и спросила его:

– Не хочешь ли ты заняться со мной любовью?

– Нет.

– Я что тебе не нравлюсь?

– Очень нравишься, мне кажется, что я в тебя влюбился. Давай мы с тобой встретимся, после того как я пройду и если я пройду обряд инициации.

В этот момент к юноше подошли три женщины и, взяв его под руки, повели прочь из пещеры. Сет сочувственно наблюдал, как юноша, уходя, с немой тоской оглядывался на девушку, которая посылала ему воздушные поцелуи. А в это время невзрачный крепыш, наконец, решился, схватил одну из полногрудых красавиц за руку и посадил к себе на колени. Он начал целовать грудь девушки и, распаляясь все больше, повалил ее на диван. Содрал свою красную рубаху, оголенный, в нетерпении, насильно раздвинул своими коленями ее ноги, и откинул подол ее прозрачного платья. И вдруг застыл с выражением брезгливого отвращения на лице. Он увидел на вожделенном месте кучу копошащихся, черных жуков, которые быстро переползли на его голый торс, который тут же окрасился в красный цвет. Он, крича от боли и ужаса, вскочил на ноги, но жуки продолжали пожирать его тело. Прошла минута и от него остались только кости.

Сет спокойно смотрел на происходящее, он пригубил красного вина и рукой показал одной из соблазнительниц место рядом с собой на диване. Она тут же присела, соблазнительно закинув ногу на ногу. Сет налил ей вина и спросил:

– Вы здесь работаете постоянно или по вызову?

– Некоторые из девушек постоянно, а я только по вызову, для особых случаев.

– А особый случай это я?

– Вы проницательны и в вас чувствуется сила. Вы не хотели бы заняться со мной любовью?

– Я бы с радостью, но я женат и люблю свою жену.

– Но я знаю, что в прежней жизни вы имели три или четыре жены.

– Да, но одна была главной и любимой. А вы что хотели бы выйти за меня замуж и быть второй женой?

– Я хотела бы стать первой и единственной.

– В этом случае ничем не могу вам помочь. А сейчас, извините, я должен отдохнуть.

После этих слов Сет встал, подошел к другому дивану и улегся на нем. Скоро в пещере раздался его храп.

На следующий день лысоватый мужчина выпил уже пять бутылок, после которых смог отключиться. Сет сначала плотно позавтракал и стал прогуливаться среди девушек, весело им подмигивая. После сытного обеда и выпитого вина он опять улегся отдыхать. На третий день, на диван к лысоватому мужчине подсела одна из девушек, и спросила:

– Не хотите ли заняться со мной любовью?

– Очень хочу «крошка», но боюсь.

– Не надо бояться, если девушки сами предлагают себя, с вами ничего плохого не случиться.

– Это правда?

Все девушки как одна сказали:

– Правда.

Мужчина стал нежно гладить волосы девушки, она встала, сняла с себя незамысловатый наряд. Мужчина с восторгом смотрел на стройное, молодое тело и не решался к нему прикоснуться. Девушка потянула его за руку, и, когда он поднялся, она сняла с него рубаху. Все девушки со смехом окружили его и стали трогать его напряженный детородный орган. Наконец, та, что первая подошла к нему, толкнула его на диван и взгромоздилась на него с верху. Девушки вокруг с интересом наблюдали за происходящим. Когда удовлетворенная соблазнительница поднялась с дивана. Все девушки стали кричать, что они хотят того же самого. К вечеру обессилевший мужчина остался лежать на диване. К счастью для него на следующий день в пещере появились еще два неофита. Одного из них постигла судьба насильника, крепыша, а второй стал игрушкой в руках красавиц.

Для Сета известного соблазнителя, повесы и гуляки выдержать это испытание оказалось гораздо проще, чем для обычных мужчин. Все время, находясь в этой пещере, он с холодным безразличием наблюдал за происходящим и набирался сил для следующего испытания. В один из дней, наблюдая за сильно похудевшим, лысоватым мужчиной, он спросил одну из девушек:

– Что будет с этим сластолюбцем?

– Он закончит свои дни в этой пещере.

На следующий день за Сетом пришли молодые красавицы и отвели его в подсобное помещение. Там они облили его холодной водой, и надели на него расшитую золотом желтую, шелковую рубаху. Затем три юноши в золотой, парчовой одежде отвели его в пещеру со столами, накрытыми для царского пира. Тут были представлены самые знаменитые, лучшие яства и вина всех времен и народов. За некоторыми столами уж сидели мужчины и наслаждались угощением.

Сет тоже сел за стол, на котором увидел свое любимое блюдо из нута с жареными перепелками. Он его попробовал, и картины из его детства и юности стали всплывать в его сознании. Он вспомнил, как завидовал Осирису, которого любили все: их мать Нут, более сдержано их отец Геб, и их сестры Исида и Нефтида. Как он часто дрался с Осирисом, и как часто он побеждал старшего брата, но Осириса за это все жалели, а его Сета за это наказывали. Когда же он вырос и их с Нефтидой поженили, она первым делом изменила ему с Осирисом и родила Анубиса. Тогда гнев его был так велик, что Сет решил, что он, чего бы это ему не стоило, должен убить Осириса. Сейчас, после прохождения испытания в пещере со сталактитами, он подумал, что если бы тогда он сдержал свою ярость, история Египта была бы другой. Сет вздохнул и, посмотрев на все эти разносолы, решительно встал из-за стола и стал прогуливаться вдоль стен.

За одним из столов сидел грузный мужчина и, не переставая, набивал свой рот едой. Он поглощал ее с такой скоростью и так много, что через некоторое время его вырвало прямо на стол перед ним, тогда он встал и перешел к другому столу. Три юноши в золотой парче быстро убрали остатки от его пиршества вместе со столом. До вечера Сет дважды утолял свой голод, и улегся спать около входа. Спал он плохо, потому что чавканье чревоугодника за столом продолжалось и ночью. Следующий день прошел также, если не считать, что обжора умер от сердечного приступа прямо с куском мяса во рту. Сет, глядя на его останки, подумал, что когда дух не может диктовать свою волю плоти, она оказывается беспомощной в своем желании «объять необъятное».

В этот раз его вывел из пещеры сам генерал и сказал:

– Я преклоняюсь перед вами. Если честно, то я не верил, что вы сможете научиться управлять своим гневом. А теперь я должен задать вам главный вопрос этой мистерии. Остановитесь ли вы на этом этапе, который позволяет вам овладеть тайными знаниями Земли, или вы желаете пройти последнее испытание с тем, чтобы стать Высшим Посвященным, и получить доступ к тайным знаниям нашей Вселенной

– Разумеется, я хочу пройти это последнее испытание. Кстати, а много желающих стать Высшими Посвященными?

– Это большая редкость. Два, три в столетие и те обычно не проходят последнего испытания. Вы первый из «новобранцев» за последние четыреста лет, на которого я смотрю с надеждой.

–Так вы единственный, Высший Посвященный, который руководит орденом последние четыреста лет?

– Да, и я изрядно устал от этого. Можете себе представить, что я похоронил уже десять жен и двадцать шесть своих детей и не помню, уже сколько, внуков и правнуков. Если вы пройдете последний этап, я, наконец, смогу спокойно уйти из жизни.

– Не думаю, что я ваш выигрышный, лотерейный билет. Я собираюсь заниматься не хранением информации, а ее использованием для борьбы с межгалактическими демонами. Так что генерал вам придется еще потерпеть.

Генерал грустно усмехнулся и повел Сета по длинным коридорам к месту его последнего испытания. Последняя пещера больше всего напоминала камеру-усыпальницу фараонов. Её стены были украшены изображением сцен Загробного Суда, а по середине располагался саркофаг с открытой крышкой. Сет с генералом некоторое время рассматривали картины, на которых Анубис и Тот взвешивали душу-сознание или Эб покойного, а собрание богов Великой Гелиопольской Эннеады внимательно наблюдали за этим действом. Генерал внимательно всмотрелся в изображение Сета на стене и сказал:

– На этой картине вы совсем не похожи на себя нынешнего.

– В чем вы заметили отличие.

– В вашем облике теперь больше спокойствия.

– Наверное, вы правы, но тогда, хотя я был свиреп, и пожираем страстями, я был полноправным членом их божественного круга: одним из самых могущественных богов древней Мисры с амбициозными планами, которые и привели меня к краху.

Генерал сочувственно взглянул на обиженного бога и, пожелав Сету успеха, удалился. К Сету подошли жрецы в черных одеяниях. Они сняли с Сета желтую рубаху и облили его из золотого таза водой с ароматом розы, затем его нарядили в черную, бархатную тунику, расшитую золотом и дали выпить горький отвар. Жрецы подвели его к высокому саркофагу и помогли забраться внутрь. Сет улегся на дно каменного гроба и жрецы с трудом задвинули над ним мраморную крышку.

Сет некоторое время лежал и вспоминал события последних недель и месяцев. Незаметно для себя он погрузился в странное забытье: он не понимал, спит он или то, что с ним происходит, происходит наяву. Ему казалось, что стенки его гроба невероятно раздвинулись, и он лежит теперь посередине громадного зала. В зале начинают появляться какие-то неясные фигуры людей, которые по мере приближения к нему «обрастают» плотью и начинают рассказывать ему о своей жизни, просить его помочь им вырваться из этого ада.

Затем разнообразные демоны оттаскивают надоедливых просителей от его гроба и на смену им являются поочередно убитый им Осирис, и громадный змей Апоп. Его мать Нут с плачем склоняется над его телом и тут же Исида с Тефнут с проклятьями бросают в него грязью. Его племянник Гор с накинутой вместо плаща шкурой пантеры торжествующе смеется над ним. Но все эти образы не вызывают в нем никаких чувств, они остались только затухающими отголосками далекого эха в его сознании.

И вдруг на смену им появляется ужасающая фигура громадного, осклизлого кальмара, который, медленно передвигаясь, своими фиолетово-коричневыми, змеевидными щупальцами тянется к спящей Ангелине. Сет кричит, хочет подняться, но не может и только смотрит, как чудище заползает на кровать. Оно осторожно скидывает одеяло и, раздвинув своей остроконечной головой ноги Ангелины, двумя самыми длинными из своих щупалец, трясущимися в предвкушении спаривания, приникает к ее гениталиям. Она спокойна, хотя теперь ее беззащитное, обнаженное тело все оплетено щупальцами, шевелящимися от возбуждения, поскольку, присоски расположенные на них, то и дело касаются кожи Ангелины, и на этих местах появляются красные пятна как от укусов щенка. Наконец, Ангелина просыпается и в ужасе начинает отбиваться от головоногого моллюска, который, разрывая покровы ее нежной плоти, готов уже оплодотворить ее своими сперматофорами. В этот момент Сет теряет сознание. Он не в состоянии смотреть, как ослабевшая Ангелина подвергается чудовищному насилию.

Прошло несколько часов. Сет просыпается в темноте саркофага и облегченно вздыхает, но тут перед его взором возникает другая картина. Он лежит на зеленой поляне и видит Семаата, собирающего цветы. Пасторальный пейзаж нарушается вдруг появлением Скотоса в облике варано-крокодила. Семаат его не видит, и не слышит предупреждающие крики Сета. Громадная рептилия, неслышно ступая по мягкой траве, вплотную приближается к Семаату, и уже раскрывает громадную пасть с острыми зубами, чтобы напасть на него, как Сет опять отключается.

Время идет по кругу для Сета, которого поочередно преследуют зловещие видения: попытки изнасилования Ангелины или пожирания Семаата. Каждый раз, не выдерживая напряжения, он отключается в самый страшный момент. Затем забывается сном, и опять просыпается в темном саркофаге, чтобы в следующее мгновение опять испытать нестерпимые муки от созерцания чудовищных угроз, нависших над его любимой женой и единственным другом Наконец, Сет сообразил, что не имеет смысла кричать или пытаться спасти Ангелину и Семаата. Должен существовать другой путь. Поэтому он, скрепив все свои силы, попытался, досмотреть сцену насилия до конца, и был очень удивлен, когда в самый последний момент, вместо Ангелины в объятиях кальмара оказалась громадная акула, которая откусила ему половину головы. Воодушевленный Сет досмотрел до конца и сцену со Скотосом и убедился, что в момент нападения на месте Семаата появился более крупный варано-крокодил, который разорвал Скотоса на куски.