Таша Льнова
Трудное счастье

Глава 1

Петька, хохотал и носился по двору, за Шариком.

Он кинул ему мячик, а пес сбегал за ним и теперь носился от Петьки и не отдавал.

– Шарик! Отдай! – Петька бегал за псом, а тот хитро смотрел на Петьку и убегал.

– Кать! Ты зачем его привела? – глядя в окно на Петьку и Шарика, спросила Валентина Петровна.

– Ну мам! Сегодня выходной, решила, пускай мальчишка хоть на выходных поживет в доме! В детском доме никого не осталось из детей на выходных, а чего он там будет один? Всех разобрали, а его ну никак никто не берет! – Катя подошла к окну и улыбаясь смотрела , как носятся Петька с Шариком.

– Да кто ж такого возьмет то? – сказала Валентина Петровна, вздохнув, – странный он!

– Никакой не странный! – ответила Катя, – хороший мальчик, ну и что, что у него такая внешность! Что теперь? Он добрый, веселый и смышленый! Кто ж виноват, что его природа таким сделала!?

Петька внешне, и правда, был не похож на всех остальных ребят в детском доме.

У Петьки были, мало того что, разительно разные цветом глаза, один был ярко голубой, а второй темно-вишневый, так еще и ресницы и бровь на правой стороне, где был темный глаз были черные, а слева, где был голубой глаз, светлые. А волосы у Петьки были вообще рыжеватого цвета и кудрявились.

Катя смотрела на него и улыбалась. Он был похож на трехцветного котенка.

В детском доме ребятишки и персонал привыкли уже к такому странному раскрасу Петьки, и уже не обращали внимания на это.

Через год Петьке нужно было идти в школу, и как он будет среди других ребят, было пока не понятно.

Катя знала не понаслышке, какими жестокими могут быть дети, и как они могут обидеть ее Петю, да и вообще, как воспримут такой необычный внешний вид мальчика. Она часто думала об этом и сильно переживала за мальчишку.

И Катя решила его потихоньку выводить, так сказать, в свет, и теперь на выходные забирала его к себе, чтобы он мог пообщаться с другими детьми, которые жили в их доме.

Катя давно присматривалась к Пете, как только его привезли в их детский дом, ему тогда было года два.

Ребятишки показывали на него пальцем, и Кате стоило большого труда прекратить это.

Со временем все как-то привыкли к необычному виду мальчишки и перестали обзываться и показывать на него пальцами.

Петька был живой, веселый, но всегда очень сильно переживал, когда приезжающие новые папы и мамы, даже не смотрели в его сторону.

Первое время, когда он начал понимать, что он никому не нравится, он плакал от обиды, и Кате приходилось его долго успокаивать.

– Не плач, мой хороший! Значит, это не твои мама и папа! Вот, когда приедут твои, они сразу увидят, какой ты хороший! – она обнимала его и гладила по голове.

А потом, Петька подрос и сам перестал ходить на эти «смотрины» и всегда убегал и прятался.

Нянечки искали его, но Катя запретила им это делаьб, чтобы не травмировать ребенка и не водить его насильно на эти мероприятия.

– Вы же сами видите, как он потом переживает! – сказала она, – все одно он никому не понравится, и только Пете сделают больно!

И Петьку перестали дергать.

Теперь он тайком, иногда смотрел в окно, как кого-то из ребят детского дома уводили новые родители.

Он уже не плакал и не вздыхал, теперь он точно знал , что он не такой, как все и никому не нужен.

– Ну и ладно! – шептал он, сглатывая подкатывающиеся к горлу слезы, – вырасту, и буду сам жить, один и никто мне не нужен!

Катя видела все это и украдкой вытирала слезы, хотя через ее руки прошло много детских судеб, но вот Петька запал ей в душу и она жалела его, чего, по сути, ей нельзя было и делать, но она ничего с собой не мола поделать.

Кате уже исполнилось тридцать шесть лет, а она так и была одна и, в перспективе выйти замуж, как-то ничего не светило. Да и рожать было уже поздно.

Ну не смогла она найти такого, как ее Володя, которого любила до сих пор, несмотря на то, что прошло уже много времени, и он женился на другой.

С Володей Катя дружила еще с восьмого класса.

Семья Володи тогда переехала откуда-то с другого города, и он первого сентября пришел в их класс.

Темноволосый паренек, с удивительно синими глазами и открытой улыбкой, он сразу понравился всем девчонкам, а он взял и сел за ее парту.

– У тебя тут свободно? – спросил он, улыбаясь своей лучезарной улыбкой.

– Да! Садись! – ответила она и слегка покраснела.

Катя не была первой красавицей в классе.

Худенькая, с короткой стрижкой, с конопушками на курносом носу, и зеленоватыми глазами, она была, так сказать, обычной, эдакой незаметной девочкой, на которую мальчишки никогда не обращали внимания, как на предмет воздыхания.

Достоинством Кати было то, что она хорошо училась и при случае всегда давала списать своим одноклассникам домашние задания, из-за этого ее не гнобили и никак не обзывали, хотя круг избранных красавиц в классе был, и между собой они обсуждали ее и смотрели с презрением, как на серую мышку.

Катя знала это, но относилась к этому совершенно спокойно.

– Ну ни всем же быть Брижжит Бордо! – улыбаясь говорила она самой себе, глядя в зеркало.

А вообще-то, в любой девочке всегда есть то обаяние молодости и свежести, которое свойственно им в их возрасте. Даже те же конопушки на носу, будут эдаким шармом, если разобраться, и приведут в восторг паренька, которому понравится такая девушка.

Но именно к Кате за парту и сел прибывший красавец Володя на зависть всем красавицам класса.

У Кати с Володей оказалось много общих интересов.

Оба много читали, и им, было о чем поговорить, пока Володя провожал ее до дома, а это он делал постоянно.

– И чего он нашел в нашей серой мышке? – удивленно перешептывались девчонки.

Так они продружили до окончания школы.

После окончания школы Катя уехала поступать в пед, в соседний город, а Володя, не определившись до конца, куда бы он хотел идти учиться, год отработал на заводе и потом ушел служить в армию.

– Володь, ну как же так? – удивленно спрашивала она его, когда они прощались на перроне.

– Катюш, ничего страшного! Отслужу, а там видно будет! – успокаивал ее он, – может, ума добавится и тогда решу уже точно, куда идти учиться , да и заочно можно учиться и работать.

Катя понимала Володю.

В семье у Володи не все было так радужно.

Отец их бросил и теперь он жил только с мамой, а там еще и сестренка младшая была, так что то, что он пошел работать сразу после школы, было вполне объяснимо.

Никто в классе этих тонкостей не знал. Видели только красивого , умного паренька.

– Ты пиши! Обязательно! – сказала ему на прощанье Катя, – я буду ждать, обещаю!

Катя поступила в институт и все два года, пока Володя служил, она получала от него нежные письма и писала ему сама.

Все шло хорошо. В письмах они уже договорились, что когда Володя отслужит, и Катя выучиться, они обязательно поженятся.

Но вышло все не так, как они мечтали…

После третьего курса, сдав успешно сессию, Катя ехала домой на каникулы и счастливо улыбалась.

Она хорошо сдала сессию, да и Володя должен был уже в начале весны вернуться домой, и она с нетерпеньем ждала встречи со своим любимым.

Было, правда, немного подозрительно, что он перестал писать ей письма, но и это она оправдывала тем, что ему сейчас было некогда.

На вокзале ее никто не встретил, хотя она ждала этого.

Она добралась на автобусе до дома и радостная позвонила в дверь.

– Катюша!! – Валентина Петровна кинулась обнимать дочь, – ну наконец-то! Как сдала сессию? Как твои дела? – мама все спрашивала, и спрашивала, и в этом ее потоке вопросов было что-то не так. Было видно какое-то напряжение. Она отводила глаза в сторону и, обычно сдержанная и не многословная, все говорила и говорила. А отец, вообще, подошел, обнял Катю и глянув на мать, ушел в комнату.

Катя сразу заметила все это и насторожилась.

– Мам! Что случилось? – спросила она.

Валентина Петровна замолчала и опустила голову.

– Ты, только, не волнуйся… понимаешь, так случается в жизни.. Володя..–она замолчала.

– Что с ним? – Катя побледнела.

– Да, нет! С ним все хорошо! Пойдем на кухню, и там поговорим! – Валентина Петровна пошла на кухню, и Катя быстро сбросив туфли, пошла за ней.

– Ну же, говори уже! – Катя села за стол и внимательно посмотрела на нее.

– У него завтра свадьба! – как-то отрывисто сказала Валентина Петровна и с тревогой посмотрела на дочь.

– В смысле, свадьба? У Володи? – Катя, аж, задохнулась от своего вопроса. Потом глубоко вздохнула, как бы набираясь сил. – И кто она?

– Так, Маринка, его соседка! – ответила Валентина Петровна.

– Маринка?… Маринка!… Ааа, понятно! Первая красавица класса…. и… дочка директора магазина! Понятно! – Катя резко встала и пошла в свою комнату.

– Катюша! Да погоди ты! – Валентина Петровна побежала за ней, но Катя захлопнула двери и рухнула на кровать.

Слез не было, было такое ощущение, что вдруг все высохло внутри нее и теперь горело, сжигая все то прекрасное, что до этого цвело, когда она думала о своем Володе.

Она лежала , и молча, смотрела в стену.

– Катюш! – Валентина Петровна стояла у закрытой двери и настороженно прислушивалась, – Кать!

– Все нормально! – услышала она, – я нормально! – Катя распахнула двери, – ты только не переживай! Я в порядке! Переживу!

– Пошли я тебя покормлю! – тихо сказала мама и ушла.

Катя вернулась в комнату и остановилась напротив зеркала.

В зеркале стояла стройная девушка, с модной прической, и грустными глазами.

За время обучения в институте , она изменилась, повзрослела.

По совету своей подружки Анечки, с которой они сдружились и жили в одной комнате, Катя сделала модную стрижку и покрасила волосы в плотный русый цвет, что выгодно подчеркнуло ее личико. Вот правда косметикой она так и не пользовалась. Оказалось, что у нее аллергия на любую косметику и только губы она красила розовой помадой, но и это делало ее ярче.

– Ничего, Катюш! – успокоила ее Аня, – я же тоже не пользуюсь и глаза не крашу! Просто мне не нравится, да и могу внезапно глаз почесать! – смеясь, сказала она, – так что, будем естественными!

Катя уныло смотрела на себя в зеркало и грустно улыбалась.

– Естественная ты моя! Вот и не стало моего счастья! И как жить дальше?

Она переоделась в домашний халатик и пошла на кухню.

Ночью она ревела, уткнувшись в подушку.

На нее навалилось то бессилие, когда понимаешь, что не можешь ни чем себе помочь, и она выливала это бессилие слезами.

Впереди было лето и каникулы.

Через два дня Катя собралась и уехала в деревню, чтобы никого не видеть и не слышать.

В деревне у них был дом, оставшийся от бабушки, и летом они ездили туда, выращивали картошку и различные овощи.

– Будут там хозяйничать и, за одно, и отдохну от городского шума и от людей! – сказала она родителям.

Вернулась она в город в начале августа загорелая и с сумками овощей.

– Привет всем! Вот! Смотрите, чего я там нарастила! – она выкладывала на стол помидоры, огурцы, баклажаны и один кабачок. – Я, конечно, привезла бы больше, но вам придется самим съездить и привезти остальное, я просто не утащу! – и она засмеялась.

Валентина Петровна немного настороженно посмотрела на Катю, но та улыбалась и была веселой.

Катя собралась ехать обратно на учебу в середине августа, и перед отъездом папа дал ей денег, чтобы она купила себе осеннюю курточку, старая совсем уже износилась.

Она пошла в большой магазин, чтобы присмотреть себе обновку.

Выбор был большой, и Катя примеряла то одну, то другую и крутилась перед зеркалом.

И тут в зеркало она вдруг увидела Володю с Мариной. Марина капризно что-то говорила ему и когда повернулась боком Катя заметила, что Марина поправилась с талии, а это означало , что они ждали пополнения.

Чтобы быть не замеченной, Катя отошла в сторону и начала перебирать куртки, ожидая, когда эта парочка уйдет из отдела.

Она выглянула из своего укрытия и тут же встретилась с глазами Володи.

Марина в это время выбирала что-то из одежды , а он так и застыл, глядя на нее.

Катя быстро отвернулась и убежала из магазина, так ничего и не купив.

– Ну что ж, видать, тому быть! – тихо сказала она, – ладно! Завтра схожу и еще раз по выбираю!

В середине августа Катя с обновкой уехала.

После окончания института Катя с Аней пошли работать в местный детский дом.

Почему такой выбор они сделали?

Да потому что, как оказалось, Аня до пяти лет воспитывалась в этом детском доме.

Это потом ее удочерили и она уже дальше жила в нормальной семье, где ее все любили, но память о тех пяти годах у нее так и осталась.

Об этом никто не знал, и только Кате Аня, однажды, рассказала, когда зашел разговор, куда после окончания она собирается идти работать.

– Я, в свой детский дом! – сказала она.

– В смысле, свой? – удивленно спросила Катя, – у тебя же нормальная семья, вроде?

– Ну да! Это сейчас, у меня, замечательные мама и папа, но до пяти лет я росла в детском доме! От меня отказались еще в роддоме! – Аня улыбнулась, – хочу вернуться и работать там! Я помню, что нам всегда не хватало этого материнского тепла и внимания! Нас же много было, а нянечек и воспитателей мало, вот мы и липли к ним, пока маленькие были! А сколько слез пролито было, когда одного гладят по голове, а ты стоишь и видишь, что не тебя обняли! Понимаю, что всех не обнимешь, но хоть частичку тепла я смогу им дать!

– А если, свои пойдут, тогда как?– спросила Катя.

– И что? Я всех любить буду! Для меня дети все одинаковые и всех любить надо! Пускай хоть немного тепла, но они заслужили! Да и сейчас больше стали забирать детишек и это хорошо! В общем, я уже определилась!

– Ты знаешь, а я тоже с тобой пойду! Возвращаться к себе в город пока не хочу! Поработаю тут, а потом посмотрю, что и как!

Катя отработала три года и вернулась к себе в город.

Она устроилась воспитателем в местный детский дом, куда ее с удовольствием взяли, тем более, что она привезла хорошую характеристику от директора детского дома, где она раньше работала.

И вот уже столько лет она работала в этом детском доме и считала свою работу самой замечательной и нужной. Правда, в личном плане у нее так ничего и не сложилось, хотя у нее был претендент еще там в городе, когда она училась, но она так и не смогла забыть своего Володю.

– Катюш, ну чего ты никак не забудешь его? – спросила ее однажды Валентина Петровна, – ну столько лет уже прошло, а ты так и не устроила свою личную жизнь! Да и родить уже поздно! Ну и зачем все это?

– Мам! Давай, не будем, о грустном! Видать, я вот такая однолюбка! Ну не могу я представить рядом с собой кого-то другого! Ну, такая я! – она обняла ее, – а дети? Так у меня целая куча моих малышей и я их всех люблю!

Где-то внутри себя Катя уже приняла решение, что Петьку она, все-таки, заберет себе, и стала потихоньку собирать документы в тайне, от родителей.

Она знала, что папа, точно будет не против, ну а мама…., мама все равно будет на ее стороне, если это случится.

Катя стояла и смотрела в окно, думая о своем и тут немного насторожилась.

Во дворе к Петьке подошли два мальчика, явно постарше его с футбольным мячом и они стояли и о чем-то разговаривали.

Шарик с мячиком в зубах сидел и внимательно смотрел, то на Петьку, то на мальчишек.

Катя уже решила выбежать из квартиры, но мальчишки поговорили и пошли на спортивную площадку, которая находилась недалеко от дома.

– А может, я и напрасно боюсь, и у него все будет хорошо! – улыбаясь, подумала она и пошла на кухню, где Валентина Петровна готовила обед.

– Ну и чего там? – спросила она Катю.

– Пошел с мальчиками гонять футбол! Придет, все сам расскажет! – ответила Катя и начала нарезать салат.

– Да дай Бог, чтобы все было хорошо! – сказала Валентина Петровна.

Через час Катя выглянула из окна и позвала Петю.

– Петя! Иди обедать!

Петька прибежал запыханный и весь мокрый.

Шарик крутился под ногами с мячиком в зубах.

– Так! Шарик, мячик! – Катя протянула руку, и пес послушно отдал его ей, – на кухню, бабушка там тебе косточки положила! – Шарик, улыбнулся во всю пасть, и умчался. – А ты, в ванную, умываться, мыть руки и тоже на кухню, обедать будем!

Когда все пообедали, Катя отослала Петю немного отдохнуть.

– Давай, мой хороший, иди ка немного отдохни! Спать не обязательно, но полежать нужно! – сказала она ему.

Петька как-то тяжело вздохнул, но спорить не стал. По детдомовскому расписанию у них в это время, как раз, был тихий час.

Через пятнадцать минут Катя заглянула в комнату. Петька спокойно сопел на диване , а на коврике около дивана спал Шарик.

– Ну вот, и молодцы! – улыбнулась она и пошла на кухню.

Вера Петровна сидела за убранным столом и пила чай.

– Дочь! Сядь! – сказала она Кате, – я смотрю, ты, все-таки, надумала брать Петю себе?– она вопросительно смотрела на Катю.

– Вообще-то, да! – Катя села напротив, – пускай хоть одного сделаю счастливым! Усыновлять не дадут, а вот опекунство оформлю, а там видать будет! Зато, он будет жить с нами! Я уже документы собрала, только от вас согласие нужно! – Катя смотрела на мать. – живем-то все вместе, и от вас нужно согласие!

– Ну, а что? Давай, чего писать, напишем! Мы разве, с дедом против? Пускай у нас такой вот внук будет! – она улыбнулась, – давай уже, чего писать-то? Деед! Иди ка сюда! – крикнула она.

Когда Петька понял, о чем ему сказала мама Катя, он даже не поверил своим ушам.

– Так это чего? Я, что ли, буду у вас дома теперь жить? Вот прям, как родной? И бабушка Валя и деда будут моими? – он сидел напротив Кати и смотрел на нее своими разными глазами и в них светились лучики.

– Вот прям самым родным! – засмеялась Катя, – мы завтра пойдем в одно место, где дяди и тети будут тебя спрашивать твоего согласия, чтобы я тебя забрала из детского дома! Так, ты там им и скажишь согласен ты жить с нами или нет!

– Я? Да я.. – Петька вдруг уткнулся в Катю и прижался к ней. Потом поднял голову и размазал по щекам слезинки. – Я согласен…. и очень !

– Не плач, сынок! – Катя сама была готова расплакаться, но старалась улыбаться, – я тебе обещаю, все теперь будет хорошо!

Так в Катиной семье появился любимый сын и внук Петька.

Катя с утра уходила на работу, а Петя оставался на попечении дедом.

– Бабуль! Там Лешка с Сашкой пришли, можно я пойду в футбол поиграю? – Петька нетерпеливо выглядывал в окно, где стояли те два мальчика, с которыми он теперь дружил.

– Иди, сынок! Только помни, через два часа обед! – Валентина Петровна чмокнула его в макушку.

Петька сдружился с ребятами.

Лешка был старше его на два года и был выше ростом, а Сашка был на год старше, но был худощав и тоже ниже Лешки.

Они , конечно, вначале удивленно рассматривали Петькину внешность, но потом это все как-то сгладилось и теперь они всегда вместе носились по футбольному полю.

На дворе стояло лето, народу во дворе было мало и кроме них на поле никого не было.

Валентина Петровна периодически выглядывала в окно, чтобы видеть Петьку.

– Чего ты мать, все переживаешь? – Виктор Иванович тоже выглянул в окно, – пацан, как пацан! Ну и что, что у него глаза разные, мозги то у него в порядке! Я вон вчера с ним книжку читал, так он сам уже читать умеет, и буквы все уже знает! Так что, нормальный у нас внук! А то, что вот такой, так не потеряется зато! Заметный! – усмехнулся он.

Валентина Петровна опять выглянула в окно и насторожилась.

– Дед! Ты поглянь! А ну-ка, иди ка! Там пацаны взрослые пришли и чего-то пристают к мальчишкам. – взволнованно сказала она, стоя у окна.

Дед глянул в окно.

– Погоди мать! Пускай сами разберутся! Дворовая жизнь пацанистая вот такая! Пока свою силу не покажешь, так и будут шпынять! – сказал он, но остался смотреть, что же будет дальше, и даже окно открыл нараспашку.

А на площадке, действительно, напротив мальчишек стояли два пацана, лет по двенадцать и не отдавали им мяч.

– Это кто у нас тут такой страшный появился? – один из пацанов, ухмыляясь, смотрел на Петьку, – у тебя случаем голубой глаз не стеклянный?

– Нет, не стеклянный! – ответил Петька, – а тебе какая разница? Мячик отдай!

– Ты мне еще поговори! –прицыкнул на него второй, – ты откуда взялся, Циклоп!

– Я не Циклоп! – Петька набычился. За все время его еще никто так не называл.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.