# Проклятье трона

Александра Моисеева

Трон Игриса проклят.

После смерти короля пламя священного огня начало угасать – а вместе с ним исчезает последняя магия. В Игрисе нет королев без мужей. И если одна из трёх наследниц не выйдет замуж до конца траура, королевство падёт.

Велария, Ирайя, Элиона.

Три сестры – три пути. Один шанс спасти магию.

Им придётся решать, кого предать, ради кого умереть – и кто они друг для друга на самом деле: соперницы, жертвы или семья.

Пока храм теряет силу, сестры должны раскрыть тайну смерти отца, возродить магию, понять, что важнее – трон или жизнь друг друга. Потому что если пламя погаснет окончательно – Игрис падёт. Навсегда.

"Проклятие трона"– история о любви, власти и выборе, где предательство часто выглядит как спасение, а магия требует самой высокой цены.

## Глава 1

Тени в коридоре сгустились, когда дверь королевских покоев приоткрылась, выпуская сестер из почивальни их отца. Велария вышла, не оглядываясь назад, выпуская Элиону, которая все никак не могла отпустить руки от двери. Ее пальцы, белые от напряжения, разжимались так медленно, будто сопротивлялись тому, что уже произошло. Элиона закрыла лицо руками и встала за сестрой. Велария строгим, но спокойным шагом подошла к командиру королевской стражи Рейнару на расстоянии, чтобы услышать ее слова смог только он.

– Ваше Высочество.. – проговорил командир.

– Король мертв. В покои никого не впускать – прошептала Велария.

Рейнар сразу же отдал приказ стражникам, что стояли недалеко от покоев короля. Двое заняли боевую позицию, будто охраняли не мертвое тело, а вход в сокровищницу.

Элиона облокотилась на стену и медленно стекла по ней на пол.

– Вела, как же так, что нам теперь делать? – просопела девушка с небесно голубыми глазами, смотрящими на сестру, которая как никогда остается непоколебима.

– Все будет хорошо. Это должно было когда-то случиться. Иди в комнату и не выходи до начала совета. Я пришлю за тобой. – Велария была полной противоположностью своей младшей сестры. Темно-карие глаза не передавали ни одной эмоции, а иссиня-черные длинные волосы подчеркивали непоколебимость ее твердой натуры.

Элиона сжимала складки ткани платья у горла, будто пытаясь удержать что-то внутри. Слезы текли по ее лицу беззвучно, оставляя мокрые дорожки на слишком бледной коже. Служанка помогла подняться младшей принцессе, и повела ее по длинному коридору, пока та все оборачивалась на дверь, которая уже больше никогда не откроется. Как только Элиона скрылась в лабиринте замка, Велария разорвала свое молчание. В коридоре остались только люди Рейнара.

– Рейнар, ты знаешь где Ирайя?

– Да, Ваше Высочество. Она вернулась сегодня под утро, и сразу направилась в тренировочный зал в солдатском корпусе. С ней Дарион.

– Хорошо. Соберем совет через пару часов. После приведи ко мне всю прислугу, что обслуживала короля последнюю неделю. Есть подозрение, что его все-таки отравили. – ее голос дрогнул на последнем слове.

– Да, Ваше Высочество. – Рейнар обернулся на стражу, после наклонил немного голову к принцессе, – Принцесса Ирайя еще не знает о смерти короля, вы ей сообщите?

– Крысы замка уже поди разнесли эту новость сквозь закрытые двери и каменные стены, так что она не долго останется в неведении. В крайнем случае узнает на совете. – Велария устало опустила плечи, оперевшись одной рукой на Рейнара, чтобы не упасть. – Я так устала за этот год, хорошо, что все закончилось. Пускай отец спит спокойно.

Велария потерла виски свободной рукой, восстановила баланс между телом и разумом, оттолкнулась от живой стены и тяжелой поступью направилась в глубь замка в сопровождении своего верного слуги и командира королевской стражи Рейнара. Она – старшая сестра, одна из трех наследниц королевства Игрис, единственного королевства, где магия все еще существует в пределах континента.


***


В то время, когда по приказу Веларии королевство готовилось к трауру средняя принцесса выпускала все свои силы на тренировочном паркете. Напротив принцессы стоял мужчина средних лет, его волосы доходили до плеч, на лице сверкала раздражающая улыбка, а в руках он то и дело вертел свой меч, отражая любую попытку нападения. Ирайя сделала резкий выпад вперед, и ее клинок проскользил по лезвию меча Дариона. Он отвел меч в сторону, дав ее движениям дополнительный импульс. Она чуть не упала на него, но вовремя остановилась, однако кинжал все таки выпал из её рук, а он перехватил ее запястья и вывернул руку в неестественном захвате. Принцесса ударила ногой по колену дяди и выбралась из захвата.

– Где твоя сила, принцесса? – С ухмылкой произнес Дарион, кружа как орел над добычей. – Все растеряешь, если так и будешь по ночам сбегать из замка.

– Не лезь не в свое дело, дядя. Лучше следи за своими движениями – притворившись, что идет к стенду с мечами, Ирайя подкралась к Дариону, достала клинок из ножен на бедре и приставила острие к шее. – Враг всегда может зайти со спины, ты же меня этому учил, а сам попался.

– Тогда ты должна знать, что враг может чувствовать твои движения, даже если ты об этом не догадываешься. – Дарион прижал маленький нож свободной рукой к животу принцессы, надавив посильнее, чтобы она почувствовала его через кожаную защиту. Она заметила и его оскал, что отражался на наполированном лезвии, что мог прервать его жизнь за долю секунды – только Дарион лишь ухмылялся. – Это ты попалась. На сегодня с тебя хватит. Держу пари – этой ночью ты не спала.

– Иди к черту Дарион, еще раз говорю, тебя это не касается.– Принцесса оттолкнулась от Дариона и убрала клинок в ножны.

– А твоя сестра знает? – он замахнулся мечом в сторону принцессы.

Сталь снова встретила сталь с пронзительным звоном, разрывающим душное марево тренировочного зала. Ирайя отшатнулась, чувствуя, как капли пота скатываются по вискам, смешиваясь с пылью и гарью. Ее руки горели от напряжения, но она лишь оскалилась, снова бросаясь в атаку.

– Её это тоже не касается. У Королевы своих забот полно, и я очень надеюсь, что ты тоже будешь держать свой язык за зубами, дорогой дядя. – Ирайя произнесла последние слова сквозь зубы, отразив очередной удар и завершая атаку. После сделала кривой реверанс и направилась в сторону двери.

– Она еще не королева. – кинул Дарион.

– Не беспокойся так, кроме нее все равно некому занять это место. Кстати, отец будет очень недоволен, если кто-то поведает ему о твоих промыслах за его спиной. Советую все-таки думать перед тем, как решить извергнуть из своего рта свои гнусные размышления.

– Твой отец.. – Дарион не успел парировать словесный удар. Его взгляд был направлен на открывающуюся дверь тренировочного зала. В дверях стояла девушка, одна из королевских слуг. Она была облачена в траурное платье, голова покрыта черным платком с огненным узором. В ее руках был свиток. Ирайя застыла на месте, и выронила оружие, которое собирала после поединка. Дарион подошел к девушке, забрал свиток. Содержание свитка можно было понять и без прочтения. Черный свиток – символ смерти члена Королевской семьи.

– Твой отец скончался.– Произнес Дарион, убирая в карман маленький конверт, который принесли вместе со свитком – нам нужно идти.

– Куда..

– На совет, нужно принять решение о будущем Игриса.

– Надо сообщить сестрам.

– Твои сестры явно в курсе произошедшего. У нас мало времени, поэтому будь паинькой и иди за мной.

– Дядя, предупреждаю, даже не надейся сесть на трон. Я скорее тебя убью, чем позволю это сделать. – Ирайя отошла от дяди, уворачиваясь от его рук, которые пытались её схватить.

– Даю тебе честное королевское, что никогда не сяду на трон своего брата. А теперь хватит трепаться и пойдем уже.

Дарион схватил Ирайю за руку и потащил за собой по коридорам замка в зал Советов. В помещении за столом уже собрались почти все члены совета, а возле окна стояла Элиона в траурном черном платье с кружевами. Её лицо было бледнее обычного, она смотрела в окно на дворцовый сад, но даже лучи заходящего солнца не могли скрыть её печаль. Она не повернулась, когда в зал входили слуги и осталась также равнодушна к приходу сестры и дяди. Дарион сел за стол, занимая своё место по правую руку от пустующего места правителя. Ирайя все стояла у дверей, не в силах оторвать взгляд от горюющей сестры. Десятки глаз были направлены на принцессу, но единственные глаза, которые она хотела сейчас увидеть, смотрели куда-то вдаль.

– Ваше Величество, – произнес мужчина, вставая из-за стола, когда зашла принцесса, – мы вас заждались.

– Советник Лориан, держите свой язык за зубами, иначе быстро лишитесь и его и головы. В Игрисе будет только одна королева и её имя будет уж точно не Ирайя. – Произнесла принцесса, подходя к Элионе.

– Принцесса, ваш отец, король Маркус только скончался, и на престол должна взойти истинная королева Игриса. – Лориан склонил голову и поклонился, выражая свою благосклонность.

– Я. Не буду. Королевой. Вам это понятно? – отчеканила Ирайя и ее рыжие волосы начали переливаться огнем. Сила, которая была в ней нарастала с каждой секундой, пытаясь вырваться наружу. Ирайя сжала кулаки, успокаивая огонь внутри. – Дядя, это твоих рук дело? Ты же знаешь, что я думаю на счет этого треклятого трона.

– Принцесса, но ваши силы.. огонь.. символ Игриса.. только вам передались они, – очередной советник подбирал слова и одновременно следил за реакцией принцессы, – вы обречете королевство на погибель, если не примите престол.

Ирайя развернулась к советникам и запустила один из своих клинков прямо в советника. Клинок пролетел рядом с ухом и вонзился в стену за ним, капля крови упала на стол. Её мишенью стал Лорд Орим – советник по взаимодействию с западными соседями.

– А еще я владею ножами и кинжалами и следующий может полететь вам прямо в голову. – Ирайя достала из ножен очередное оружие, указала ножом на Орима и медленно провела свою смертельную указку до главного противника Лорда Лориана. – И почему здесь нет Веларии? Кто вы вообще такие, чтобы решать судьбу Игриса? Целый год вы только и делали что молились о смерти моего отца, а теперь хотите посадить меня на престол даже не позвав на совет мою сестру, которая все это время выполняла обязанности Короны и до сих пор является регентом. Или вы так не считаете?

– Принцесса… – начал было Дарион.

Ирайя вновь развернулась к Элионе и провела рукой по ее белоснежным волосам. Элиона вздрогнула от прикосновения, а после прижалась к руке, что успокаивала её в детстве.

Дверь зала советов распахнулась, заставив Дариона замолчать. На лицах членов совета отразился страх. В зал вошла Велария в сопровождении с капитаном королевской стражи. Её темное платье сливалось с тенями за ее спиной, превращая пустоту позади в шлейф от траурного наряда. Велария обвела взглядом всех присутствующих и направилась к единственному пустующему месту за столом. Она села, положила руки на стол, в зале повисла гробовая тишина.

– И что же вы замолчали? Продолжайте, мне очень интересно послушать, что вы обсуждаете на совете, который я назначила после заката солнца. – Велария переводила взгляд с одного советника на другого. – Рейнар, после совета нужно сопроводить наших советников к лекарю, чтобы тот проверил их глаза. С возрастом, кажется, они перестали различать солнечный свет.

Колкая фраза заставила переживать всех собравшихся в этом зале. Глаза советников забегали и то и дело останавливались на тайном зачинщике встречи – Лорде Дарионе.

– Совет принял решение б-бо-большинством голосов, ваше высочество, – Лориан начал заикаться, – провести, п-п-провести срочное собрание. Вы были заняты, но мы предупредили ваших верных слуг о собрании.

– И с каких это пор слуги ответственны за уведомление Правителя об изменении времени и как вы вообще посмели начинать собрание, когда не все члены представлены на нем, лорд Лориан?

– Ваше Высочество, вы же регент.. – Лориан закашлялся, – во времена правления регента, совет имеет большую силу власти, тем более если регент это.. – Он замолчал.

– Ну же, договаривайте.

– Если регент девушка. По законам Игриса..

– Лориан, я не сомневаюсь, что ты лучше всех знаешь законы, поэтому ты должен осознавать, что без моего голоса ваше решение не имеет ни малейшего веса, ведь так? – Велария смотрела на советника, пытавшегося остановить кровь, капающую с уха.

– Принцесса Велария права, советник Лориан – произнес пожилой мужчина по левую руку от принцессы. Это был хранитель свитков Сайрус – главный писарь королевства. – По законам королевства, престол может занять только мужчина. Если по какой-то причине в королевстве не осталось прямых наследников на трон, то принцессе надлежит выйти замуж до окончания месяца траура, дабы сохранить за собой право престолонаследия и продолжить династию королевства. В течение этого месяца выбирается регент из числа совета, но так же допускается регентство принцесс, что, по мне, является более разумным решением.

Голос Сайруса был тих и спокоен. Он оставался верен короне уже более пятидесяти лет, проведя большую жизнь в стенах замка. У него нет семьи, и самыми близкими людьми для него были почивший король Маркус III и его три принцессы, которых он знал с самого детства. Велария никогда не сомневалась в его верности, что не могла сказать о Лориане, который только и делал, что пытался избавиться от нее. Через неделю после начала болезни короля, Велария взяла на себя большую часть правления королевством, и каждую ночь молилась о здравии своего отца в часовне дворцового сада. В одну из таких ночей, пока принцесса была одна, на нее совершили первое покушение. Велария вскочила с колен, когда услышала крики стражников за дверьми часовни. Она не носила собой оружие и осознавала в полной мере, что та ночь могла стать для нее последней. Когда наемники ворвались в часовню, там было темно. На столько темно, что не было видно ни лавочек, ни алтаря ни света восковых свечей внутри. Принцесса все слышала, но ничего не видела и не могла контролировать. Она ощущала себя ветром в этой часовне, будто призрак, что наблюдает из далека за происходящим. Велария очнулась только утром, она лежала на полу часовни, тела наемников были разбросаны у двери в неестественных позах, совершенно не совместимых с жизнью. Капитан Рейнар нашел Веларию, когда та только начала приходить в себя. С того момента он не отходил от нее не на шаг, став её второй тенью. Принцесса знала, что произошло в ту ночь, но не могла никому рассказать о своей тайне, даже своим сестрам. Со временем покушений меньше не становилось, ей приходилось специально заводить наемников в самые темные уголки дворца, чтобы тайна умирала вместе с теми, кто о ней узнавал.

– Спасибо, Сайрус. – Велария одобрительно кивнула головой в его сторону. – Мне требуется вам напомнить, что год назад, когда мой отец оказался при смерти, ни один из вас не взял на себя регентство. Я понимаю, королевство было в отчаянном положении. Торговля с Алорией и Тэркеей приостановилась из-за разрушенного моста, народ голодал, а Лаэрия каждый месяц подсылала шпионов. Но вы оставили Игрис мне и я сделала все, что было в моих силах, чтобы спасти свой народ и вас. А теперь вы решаете без моего голоса кто будет править?

– Принцесса, обстоятельства изменились. – произнес еще один советник, – Год назад мы не знали, что силы вашего отца передались принцессе Ирайе.

– Интересное замечание, Лорд Варион. – Велария была зла, но не на столько, чтобы применять силу по отношению к этим старикам. Её одолевал тремор, по привычке она сложила руки в замок на коленях под столом и сжала кисти до белых костяшек. Сделав глубокий вдох, она перевела свой взгляд на хранителя свитков – того, кто в первую же очередь сообщил ей о том, что Дарион собственнолично изменил время совета. – Сайрус, прошу вас, просветите наших советников, что прописано в законах о престолонаследии Игриса.

Седой мужчина раскрыл перед собой заготовленные свитки с законами королевства, только для вида. Он, с присущей ему спокойностью и терпением, кивнул Веларии и, глядя в глаза всем зачинщикам беспорядка в совете, начал пересказывать статьи закона, знакомого ему наизусть уже с давних времен.

– С момента смерти короля следующего правителя необходимо объявить не позднее конца текущего месяца. Как только закончится тридцать дней скорби, время истечет. Если правитель не будет объявлен до этого момента, то мы будем вынуждены выбрать нового правителя из числа совета. Да, с начала основания Игриса Шероном Первым на престоле не было ни одной девушки и все правители обладали силой огня, что позволяло им поддерживать пламя в храме. Но в законах нет ни слова об обязательном условии, что позволяет Принцессе Веларии после регентства занять престол, если она конечно же, выйдет замуж.

– Хорошо, спасибо Сайрус. – Велария встала, – следующий официальный совет через тридцать дней. Если кто-то хочет сейчас взять на себя бремя Короны и стать регентом на ближайший месяц говорите немедленно.

В зале повисла тишина. Ни один из советников, даже Дарион со своим приспешником Лорианом не хотел сталкиваться с ношей правителя после смерти Короны. Первые дни самые тяжелые, начиная от подготовки похорон и прощальных балов, заканчивая подавлением восстаний на границах и сдерживаниями действий сепаратистов. Траур – тяжелое время, так как до объявления следующего правителя народ схлестывается во мнениях, кто должен быть у власти, вызывая волну негодования, лишние стычки и повышенную тревожность за страну. После смерти четвертого правителя Игриса, народ поджег регента, объявившего себя новым королем во время его прогулки по рынку. Тот всего лишь хотел поприветствовать народ, но жители внутреннего двора знали, что его жестокость и пристрастие к алкоголю может навредить репутации королевства. После этого прецедента личность регента оставалась скрытой вплоть до инаугурации нового короля. Для всех жителей в период траура правит Совет, принимая решения путем голосования. Маркус был шестнадцатым королем Игриса. Принцесса Вела в свои двадцать четыре года взяла на себя тяжелую ношу, прошла через неодобрение народа во время болезни отца. Её спасало то, что король ещё был жив и каждый день был шанс, что он поправится и вернется к правлению, а у принцесс будет время выйти замуж и родить ребенка, чтобы править будучи регентом наследника. Но Король умер и Вела знала, что ситуация с престолонаследием всех беспокоит, ведь ни у одной из принцесс не было не то чтобы ребенка, никто из них до сих пор не был замужем. Мятежей не избежать. Ближайший мужчина королевской крови Дарион – их дядя, двоюродный брат почившего короля. Для совета вполне логично было бы посадить его на трон, если бы не одно «но»: Дарион был рожден с одной маленькой особенностью – он не мог иметь детей, а значит не мог продолжить королевский род. Дарион с самого начала рассчитывал продвигать свои идеи будучи членом совета, ведь так он мог воздействовать на решение короны не беря на себя никакой ответственности за результат. Еще при жизни король оставил Дариона при дворе, зная о его недуге. Он пожаловал ему должность советника по политическим конфликтам, что позволяло ему спокойно перемещаться по соседним королевствам с политическими миссиями и не бояться заточения в темницы в качестве шпиона короны.

Не дождавшись ответа, принцесса-регент покинула зал совета, оставив всех присутствующих с повисшим в воздухе решением, которое она приняла и которое они не в силах были оспорить. Рейнар подошел к принцессам, которые с момента появления Веларии наблюдали за советом со стороны. Ирайя прошла мимо Рейнара, не обращая внимания на капитана, достала второй кинжал и бросила его в Лориана. На этот раз кинжал пролетел прямо над головой, вонзаясь в стену за его спиной.

– Ты, жалкий ублюдок, – Бросилась Ирайя на советника, – и на ком же ты хотел меня женить? Не на себе ли случаем? Грязная, помойная..

Рейнар закрыл рот Ирайе и силой вытащил её из зала. Коридор освещали только факелы на темных стенах. Ирайя заметила, что они тут не одни. Рейнар успел вывести не только её, Элиона стояла неподалеку. Она была все так же грустна и молчалива. Её белые пряди спадали на лицо, закрывая бледное поникшее личико.

– Принцесса, у меня есть прямой приказ вашей сестры, вам немедленно нужно явиться в её покои. – произнес Рейнар, стоя за спиной Ирайи.

– Я еще не закончила с этим..

– Вам не нужно о нем беспокоиться. Это дело вашей старшей сестры, Её Высочество Веларии. Вам нельзя оставаться наедине с членами совета. Любое ваше неверное действие будет расценено ими как мятеж. – Рейнар понизил голос до шепота на последних словах, – Прошу вас, не усложняйте, пойдемте со мной.

Ирайя не смотрела на командира. Её взгляд был прикован к маленькой девушке, которая была не в силах справиться с горем поле потери отца. Беззащитная и хрупкая она стояла у стены и не обращала ни на какие слова. Казалось, что фарфоровая куколка, как называли её служанки, могла разбиться от одного неверного шага.

– Элиона, дорогая, ты можешь идти? – Ирайя подошла к младшей сестре и в очередной раз провела рукой по её голове.

– Да, я в порядке. Пойдем.

Больше принцесса Элиона не проронила ни слова за этот день. Она тяжелее всего переносила смерть отца. Он относился к ней по особенному нежно и трепетно. После того, как её мама умерла в родах, король принял решение воспитывать её сам. Она выросла у него на руках, в то время как старшие сестры были отданы на обучение лучшим учителям королевства. На момент рождения Элионы Веларии было шесть, а Ирайе всего три года.Теперь, спустя восемнадцать лет на них лежала ответственность за целое королевство, и сейчас оно нуждалось в своих принцессах как никогда раньше.

## Глава 2

Велария сидела за столом в своих покоях, когда сестры в сопровождении Рейнара зашли к ней. Запах восковых свечей и лаванды наполнял комнату приятным теплым ароматом. Свет из высокий и узких окон падал на деревянные опоры кровати, оставляя в тени рабочий стол. Траурное платье уже лежало на кровати, а она сама была облачена в темный костюм, на котором были вышиты пламя и солнце – знаки королевства. На пол спадал черный шлейф из кружева, которым она покрыла голову. Её ладони закрывали лицо, руки были облокочены на стол, заваленный бумагами.

– Сестра? – Ирайя подбежала к Веларии и обняла её сзади за плечи. Велария убрала руки от лица, её глаза были наполнены слезами.

– Время пришло и нам пора решать, что делать дальше. – произнесла Велария. Она переводила свой взгляд с одной сестры на другую. Элиона стояла у двери, она была вымотана и Рейнару приходилось держать её хрупкое тело за плечи, чтобы она не упала. – Эли, я знаю, тебе сложно, но прошу тебя, возьми себя в руки. Мы должны быть вместе, должны быть сильными, иначе мы не выживем в этом замке.

Велария выдержала паузу, наблюдая как Элиона не без помощи подходит к кровати и садится на мягкий пуфик, прямо напротив стола.

– Через три дня после похорон в замке пройдет прием по случаю твоего восемнадцатилетия. Мы не можем его отменить, отец последние годы только и говорил об этом дней. – произнесла Велария спокойным и размеренным тоном, будто чтобы не напугать младшую принцессу.

– Я понимаю, – прошептала Элиона.

– Вела, мы не можем перенести этот бал? Она не может простоять и пяти минут без помощи, а ты ей предлагаешь целый день только и делать, что встречать гостей. Да она рухнет после первого же упоминания отца. – Ирайя зашагала по комнате, вскидывая руки с каждой фразой. На ней была все тот же летний солдатский тренировочный костюм, один из тех, которые она тайно просила шить ей вместо платьев у королевской портнихи. Свободная рубаха, приталенные штаны и кожаный корсет с металлическими вставками, каждая деталь её костюма была наполнена тайными ножнами, разработанными специально для её стиля ведения боя. Её длинные запутанные волосы в мелких косичках развивались при ходьбе, то и дело цепляясь за ножны на нарукавниках. – Да, это важное событие, но не сейчас же. Мы можем отпраздновать и после окончания траура.

– Прости Ирайя, мы не можем. В этот день мы будем праздновать день рождение Эли и принимать гостей с соседних королевств, каждый из которых будет так и норовить предложить свою руку и сердце в попытках забраться либо в постель либо на трон. И не мне вам говорить, что это наш единственный шанс быстро найти мужа хотя бы одной из нас.

– Я в этом участвовать не собираюсь, Вела. Если тебе нужен бал, чтобы подобрать себе муженька, не нужно заставлять Эли проходить через все это. Собери бал по случаю твоего регентства и ищи, кто готов тебе ноги целовать. – Ирайя чеканила каждое слово, вкладывая все свое недовольство. Её взгляд следил за каждым движением младшей. – Эли, ты можешь отказаться. У тебя столько же прав, сколько и у нас. Отец поймет, он все видит и он поймет, если ты перенесешь торжество по случаю твоего рождения.

– Я смогу, мне просто нужно выспаться и я все выдержу. Не переживайте за меня, я сделаю это ради него. – Элиона глядела на портрет отца, который возвышался над рабочем столом Велы. Она медленно подняла свое слабое тело с пуфа и подошла к Ирайе. Её холодные и бледные руки обняли горячее тело сестры. – Я же буду там вместе с вами, к чему это беспокойство.

– А что делать с советом? – обратилась Ирайя к Веле, не отпуская младшую сестру из объятьев. – Что это вообще только что было? Я говорила отцу, что в этом замке появился крысиный король. Не буду удивлена, что он и причастен к его смерти.

Волосы Ирайи трескались от напряжения, Эли прижалась сильнее к сестре, и свет медленно гас, успокаивая нарастающий жар внутри. Велария глубоко вздохнула и встала из-за стола. Она подошла к сестрам, положила свои руки им на плечи и прошептала:

– С советом разберусь сама. Держись подальше от Лориана и не спускай взгляда с дяди. У меня есть подозрение, что дело тут не чисто и они знают больше, чем рассказывают нам. – Вела перевела свой взгляд на Эли. – А тебя я просила не выходить из комнаты, пока я за тобой не пришлю.

– Пришла одна из королевских служанок, она сказала, что ты звала меня в зал советов. Я даже подумать не могла, что это не ты. – Прошептала Элиона, склоняя голову от сверлящего взгляда старшей сестры.

– Ладно, день пройдет и все забудется, ночь пройдет и все воздастся. – Велария произнесла любимую фразу их отца, отпустила сестер и обратилась к человеку, что все это время стоял у дверей. – Рейнар, проводи Элиону отдыхать, мне нужно поговорить с Ирайей наедине.

Элиона обняла сестру на прощание, после чего Рейнар помог принцессе покинуть покои старшей принцессы.

– Ирайя..

– Ты хочешь поговорить о том, что было на совете? – Ирайя одернула руки от сестры и отошла на несколько шагов назад. – Я даже подумать не могла, что они хотели предложить мне твоё место. Где я и где корона?

Вела смотрела на сестру, не произнося не слова. Своим молчанием она позволяла высказать все, чего хочет средняя принцесса.

– Я думала, что ты там будешь. Я не посмела бы, клянусь тебе. – Ирайя расхаживала по комнате, эмоционально жестикулируя. Её глаза наливались злостью, когда она начала думать о том, что произошло на совете. – Это все Дарион…Я.. я.. Ты же знаешь меня…

Глаза средней принцессы наливались слезами, она сжимала кулаки не в силах подойти к Веле. Велария же спокойно наблюдала за своей эмоционально младшей сестрой.

– Совет кое в чем прав, Ирайя. – Сказала она.

– Что? Что ты такое несешь? – Ирайя застыла на месте, посередине комнаты.

– У тебя есть то, что должно быть у правителя Игриса. Ты родилась с этой силой, ты родилась королевой. Ни я ни Эли не обладают ничем кроме знаний, поэтому, у нас.. у нас нет выбора. Я могу только помочь тебе не стать жертвой совета – это моя основная цель на ближайшие тридцать дней.

– Нет, я не хочу быть королевой и ты знаешь это. Моё место на поле боя, а не в душных утягивающих корсетах, в которых даже стоять невозможно.

– Я не прошу тебя взять на себя это бремя.– Вела старалась держаться спокойно, то и дело опуская голос, который так и норовил взлететь до небес. – Ладно, у нас еще есть время. Я обещаю тебе, что не буду давить на тебя, просто подумай. Вспомни, что говорил отец о своем пламени, о важности магии для правителя и особенно для народа. Это символ, без него наше королевство просто не выживет. Нас поглотят мятежи, и о Святой Огонь, дай нам сил пережить это время. Пока что мне удается сдерживать совет, но на долго моего влияния не хватит, нам нужна поддержка. – Вела выдохнула, массируя виски, она подняла голову на сестру, которая замерла на месте посреди комнаты. – Впрочем, я хотела поговорить с тобой о другом. Ты сегодня вернулась с рассветом, снова..

– Вела, прошу тебя, не начинай включать старшую сестру. Я не обязана тебе отчитываться. Я совершеннолетняя и могу уходить куда угодно. Ты мне не мать, так что не надо мне читать нотации по поводу моих прогулок. – прошипела Ирайя.

– Ты же знаешь, что на границе с Тэркеей ты беззащитна, а ты бегаешь туда как глупая, маленькая девчонка, которой предложили сладости.

Ирайя не любила разговоров о своих прогулках. Она слушала каждое слово Велы и понимала, что та желает ей только добра, но сдерживание эмоций не было сильной стороной Ирайи. Каждое слово как иголка входили в её тело, проникая в самые потаённые места её души. «Беззащитная», «глупая», «маленькая» – иглы входили все глубже, они задевали её мир, тот пузырь, который она с таким трудом выстраивала столько лет. Тот пузырь, в котором она не была ни наследницей престола, не символом Игриса, ни дочерью короля. Эти иглы вонзались, давили, кололи, и каждое сказанное слово могло стать последним в этом бою с тенью.

– Я даже не знаю кто он, тот, с кем ты пропадаешь по ночам. Я волнуюсь за тебя и не хочу тебя потерять. – Продолжала Вела. – У вас все серьезно? Может, познакомишь нас? А после, как решитесь, можем провести свадебное торжество в дворе замка у яблоневого сада.

– Займись Эли, если так хочешь кого-то опекать! Своей личной жизни нет, а ты в мою лезешь? – Ирайя сорвалась. Её пузырь был под угрозой. Она сжала кулаки, воздух вокруг затрепетал от жара и все свечи, что стояли в темноте, вдруг загорелись красным пламенем. – Мне не нужна ни твоя опека ни твоя корона, и тем более я не собираюсь выходить замуж по твоей команде. Плевать, что говорит совет, плевать на эти законы, плевать на королевские протоколы, плевать на трон, и плевать на ваше всеобщее желание сделать меня марионеткой в руках лордов совета. Да, ты права, я и есть Игрис и я выбираю свободу.

Она махнула рукой, и сжав кулак потушила все огоньки, оставляя комнату в полнейшей темноте. Где-то впереди ударила дверь, оставляя за собой шаги, эхом раздающиеся по пустым коридорам дворцового замка.

Вела осталась одна со своей тенью. Она с тяжестью упала на кровать и из её глаз полились слезы. Она могла позволить себе эти эмоции только когда никого рядом не было. Она кричала в подушку, рвала записи и сжигала их в камине, она до беспамятства напивалась вином, а на утро надевала свою маску регента и старшей принцессы, и все для того, чтобы быть той, в ком нуждалось королевство и её сестры. Мать Велы не была королевой, и ей не позволили остаться в дворце, как только Король решил жениться на матери Ирайи и Эли. Несмотря на это, Веларию растили как будущую королеву, она легко схватывала уроки, что давали лучшие умы королевства, её интересовала политика, а когда она подросла, то уже сложно было не заметить сходства во взглядах между ней и Королем Маркусом III. Только одно останавливало совет от принятия кандидатуры принцессы Веларии – единственной силой, которой она обладала был её ум, в то время как Ирайя с самого рождения была истинным символом Игриса.

***


Солнце опустилось за горизонт, и в окнах хижин Игриса начали загораться лампадки. Вела сидела на крыше одного из постоялых дворов, что располагался в отдалении от главных улиц. Дом имел четыре этажа, именно поэтому с крыши можно было увидеть всю столицу. Принцесса смотрела вдаль, она наблюдала за ходом огней, загорающихся один за одним. Жрец королевского храма совершал свой вечерний ритуал. Он проходился по улицам, чтобы зажечь масленые факелы на тесных и темных улочках. В Игрисе никогда не было темно, но народ еще не знал, что эта ночь будет светлее, чем все ночи за последние тридцать лет.

В эту ночь Велария впервые за долгое время позволила себе сбежать из замка. Впервые за год она вздохнула полной грудью и могла наблюдать за жизнью своего народа, быть рядом с ними. Жрец двигался бесшумно, но увидев его, жители выбегали из своих домов, принося благодарности и восхваляя хранителей огня за их жертвенность Короне. Однако большинство восхвалений так и остались на языках, недосказанные и уже им не нужные. Жители Игриса смотрели в сторону королевского двора и плакали.

Ровно в полночь по стене замка начали расплываться огненные змеи. Стены пылали в огне, замок плакал, прощаясь со своим Королем. Огненные стрелы одна за другой взлетали в небо. Они рисовали картины жизни, что гасли друг за другом. Тридцать два выстрела. Ровно столько Король Маркус Третий правил самым могущественным Королевством на континенте.

Принцесса мяла в руках платок, убирая любое проявление чувств на её лице. Она одна, снова одна, одна против всех. Как защитить сестер, кому можно доверять, кто уже строит планы на её жизнь и смерть? Столько вопросов без ответов, которые рано или поздно придется решать, когда она вернется в замок. Но сейчас она могла быть одной из местных жителей.


– Сочувствую, Вела. – Велария повернулась на голос и увидела своего давнего друга.

– Привет, Бакки, а я тебя ждала. – Принцесса обняла парнишку, что был чуть старше Элионы.

– Могла бы сказать, что придешь сегодня, я бы захватил пирог. Маманя как раз напекла вкусный с вишней. – Бакки присел рядом с принцессой на пологую крышу. – Давненько я тебя не видел.

– Тяжелый год выдался. Смотрю, ты тоже вырос, уже не тот слюнявый мальчишка. – Бакки грозно посмотрел на нее и в доказательство своей мужественности согнул руку, показывая мышцы. – Ай, Бакки-Бакки, решил меня соблазнить?

Вела наблюдала, как с лица мальчишки слазит ухмылка, сменяясь сначала на недовольство, а после расползаясь в смехе.

– А у меня есть шанс стать королем, Вел, а? – Вела изобразила задумчивость, считая звезды на небе.

– Эх, Баккерт, было бы все так просто.

Бакки обнял Веларию, позволяя ей раствориться в его объятьях. Они познакомились девять лет назад, когда Баккерту было десять. Тем вечером он заметил на крыше постоялого двора девчонку, что прыгала с балки на балку все ближе к крыше таверны. Когда он добежал до таверны Вела уже успешно провалилась в дырявую крышу, попортив припасы таверны на целый месяц. Он помог отработать ей долг, когда ей не удавалось сбежать из замка. С тех пор он следил за крышами, не только чтобы по ним никто не бегал, но и за их состоянием. Вела по началу выплачивала ему за работу из своих сбережений, а спустя пару лет ей удалось договориться с казначеем о выделении средств из королевской казны.

Коморка Баккерта располагалась напротив постоялого двора. На выплачиваемое жалование он мог себе позволить жилье и получше, чем одна койка да уставший матрас, но он не уезжал, так как только из этого окна он мог следить за появлением долгожданных гостей ночного Игриса. Они виделись не часто. После отработанного долга в таверне Веларии пришлось туго в замке. Она не могла рассказать, где пропадала, но один из её учителей видел, как она прощалась с Бакки и наказала молодую принцессу за безрассудство и отсутствие королевской выправки поркой розгами – десять ударов по каждой ладони. Это было не единственное наказание, и далеко не самое страшное, что пришлось перенести старшей принцессе. Однако, сейчас она даже благодарна за все своим учителям. Они сделали все возможное, чтобы Король Маркус Третий гордился своей дочерью.

Вела часто прокручивала последние слова своего отца. Он сказал ей, что любил её, даже несмотря на то, что все были против её нахождения в замке. Она пыталась понять, были ли эти слова его предсмертным бредом или он пытался что-то сказать ей. Король до последнего вздоха сжимал руку принцессы своими грубыми пальцами, а его взгляд был направлен на Элиону. Король знал, что уходит и прощался с дочерьми, что были рядом.

– Жрецы пересекли реку на границе и завтра утром прибудут к стенам замка. – проговорил Бак, не отрывая головы от плеча Веларии.

– Спасибо, Бак. – Вела поцеловала парня в щеку в знак благодарности. – Эти фанатики как обычно уже в курсе всего, а отец умер только несколько часов назад.

– У них есть свои люди среди видящих. Вам бы в совете тоже такой бы не помешал.

– Вряд ли кто-то из видящих захочет покинуть Актаар, чтобы быть пешкой в руках советников Игриса. Ни для нас, ни для них это ничем хорошим не кончится. – Велария поднялась с крыши, отряхнула портки, протянула руку, но та так и осталась висеть. Баккерт в одно движение поднялся и поцеловал протянутую руку принцессы.

Велария обняла своего друга. Мальчишка, что когда то помог ей с оплатой долга, уже стал прекрасным коренастым парнем. В голове принцессы пробежала мысль, что пора бы ему найти жену. Она знала, что чувствует Бак по отношению к ней. Да и она понимала, что испытывает к нему самые теплые чувства. Только будущее, что рисует Баккерт не совпадает с уже давно нарисованными картинами Её Величества принцессы Веларии ни по цветам, ни по настроению, ни по размеру картин.

– Вела, – Бак задержал принцессу за руку в момент, когда она собиралась уже уходить и снова прислонил тыльную сторону её ладони к своим губам, – Ты знаешь, где меня если что можно найти. Не скучай по моим поцелуям, принцесса.

– Наглец ты, Баккерт. – Засмеялась принцесса. – Я всегда буду ждать нашей следующей встречи.

Велария спустилась с крыши по лестнице, что сделал для нее Бак, когда она в очередной раз чуть не свалилась, пока пыталась карабкаться по выступам на каменной кладке. За постоялым двором заканчивалась улица, оставляя в темноте сарай и уличные кладовые. Воспользовавшись моментом, когда никто из посетителей не мог ей заметить, она проскользнула мимо окон прямиком к лесу, что пролегал вплоть до северных ворот.

Рейнар ждал её. Велария стягивала с себя плащ. Теперь она снова была старшей принцессой регентом королевства Игрис.

– Они уже в пути. Прибудут завтра утром на рассвете. – Её слова были адресованы Рейнару. Она снова натянула на себя маску. Не останавливаясь она скинула плащ капитану и направилась в сторону покоев. – Позаботься о том, чтобы ни один из этих фанатиков не бродил по замку без сопровождения. Лучше бы, чтобы они вообще не покидали стен своего храма.

– Примем меры, Ваше Высочество.

## Глава 3

На вечер третьего дня были назначены Королевские похороны. Подготовкой к прощанию занималась лично принцесса Велария. С рассветом из Фирестана прибыли жрецы огня, чтобы провести ритуал строго по протоколу. Жрецы не любили находиться на территории Игриса, хотя все были выходцами из этого королевства. Если у кого-то из местных жителей после совершеннолетия появлялись силы огня, которых было достаточно для того, чтобы разжечь огонь без помощи зажигательных веществ, они отправлялись в паломничество на наиболее отдаленные территории от королевств, на границу с Пустошами, чтобы не потерять свои силы. На территории Игриса находился лишь один жрец, который помогал правителю поддерживать вечное пламя в храме. Храм находился во внутреннем дворе замка. Его белый камень снаружи был холодным и бесчувственным, внутри же стены были очень горячими от векового огня и темными от копоти и нагара. На территории храма была всего одна коморка, точнее, исповедальня, где служитель проводил большую часть времени.

Жрец имел право выходить из этого храма только для выполнения своих обязанностей, одной из которых являлось ежедневное, или, точнее сказать, ежевечернее зажигание огней на улицах Игриса. Сам храм возвели не так давно, но с тех времен прошло уже триста лет. Триста лет назад, после Великой Войны что оставила все королевства, кроме Игриса без магии первые жрецы заставили принца пожертвовавшего своей жизнью короля возвести им место, которое должно быть похоже на храмы в Фирестане. С тех пор жрицы приходят служить по очереди, проводя ровно три года в единении с самим собой. Они не опасны для народа, но их вера казалась маниакальной и пугающе свирепой. Они жили ради магии, помогали королю поддерживать пламя и были готовы убить любого, кто смеет посягнуть на магическое наследие.

В храме начиналась и заканчивалась жизнь каждого правителя. У священного огня Король приносил клятву верности, и именно этот священный огонь поглощает правителя после смерти. Круг баланса не нарушался ровно с того момента, как каменные глыбы поднялись из земли, ломая плиты, меняя природу, местность. Так появились Пустоши. О них запрещено говорить, дабы не навлечь на себя немилость Священного Огня, поэтому в свитках нет достоверно точной информации о землях, а жрецы принимают обед молчания на время службы, так что даже если ты пришел помолиться, можешь не надеяться на приятную беседу.

В Пустошах нет ничего живого, жизнь там просто не может существовать. Говорят, двести лет назад десятый правитель Игриса направился в Пустоши, чтобы опровергнуть все слухи и после расширить границы своего королевства за счет этих территорий. Однако, неделей позже тело Короля обнаружили у подножья водопада у храма Актаар. Он был один, от его войска не осталось и следа. Король чудом остался жив, но падение с большой высоты полностью лишило его памяти. Он не вернулся в Игрис, передав трон своему сыну, а сам остался в храме. Он стал первым мужчиной в храме, которому позволили остаться и жить у подножья его второй жизни. Однако, легенды не всегда передают точные сведения, может Король и не выжил, может его тело нашли уже бездыханным, а его сын решил не пугать народ смертью Короны и неизвестными землями, так что ему было проще сказать, что Король потерял память, а пустоши опасны, потому что войско не вернулось. Король же вернулся потому что он был отмечен самим Огнём. С тех пор записи в летописях о десятом правителе исчезли, как и сам король, что был сначала благословлен, а после помилован Огнем. Однако, если пройтись по рынку ранним утром, случайно наткнуться на лавку со специями под названием «Гавр и специи» и зайти в нее еще до открытия, то можно за прилавком найти хозяина лавки, который каждое утро рассказывает легенды Игриса своим внукам, правнукам и даже праправнукам. О возрасте Гавра тоже слагают легенды, так как никто не знает, когда он родился. Для всех жителей он всегда продавал специи в своей лавке. Говорят, Гавр провел свою молодость на границе с Пустошами, где тьма вступила в борьбу с огнем внутри него, и теперь после этого он не может умереть. Это все легенды, но мы вами знаем, что в каждой легенде есть доля правды.

Жрецы прибыли точно в то время, о котором говорил Баккерт. За строем жрецов неспешно двигалась повозка, наполненная священным деревом, которое использовалось для ритуала сжигания. Ровные бревна были перевязаны красными лентами, каждая из которых была украшена огненными вышивками. Над повозкой был натянут черный пропитанный маслом тент. Жрецы предпринимали все меры, чтобы дерево прибыло в исходном виде, не допуская попадания ни прямых солнечных лучей ни дождевых капель.

Рейнар в выходном траурном облачении стоял у северо-восточных ворот, ожидая приближающихся гостей Игриса. Ему потребовалось только кинуть один взгляд на стражников, чтобы они встали по стойке «смирно», прижали копья и прекратили любые переговоры. Вся стража проходила строгую подготовку, но в лагере обучения королевской стражи был упор на защиту королевской семьи, а не на военную выручку для участия в сражениях. Все это сказывалось и на поведении стражи. Каждый стражник на конец обучения должен обладать навыками королевского этикета, знать всех членов королевской семьи, понимать политическую обстановку, основных противников Игриса не только за пределами королевства, но даже в пределах замка. Именно из королевских стражников можно было попасть на службу сначала во внешний двор, после во внутренний, а если покажешь себя с лучшей стороны и будешь держать язык за зубами, можно было уйти в королевский шпионаж, или стать командиром королевской стражи, как Рейнар. Однако сам командир еще во времена обучения был переведен из внешнего двора во внутренний, а уже через два года был поставлен на эту должность. Выше него только отец, Лорд Вейс, который уже двадцать лет является главнокомандующим армии Игриса при дворе. Ни у кого не возникает ни единого сомнения, кто займет место лорда Вейса после его гибели, да не позволь Священный Огонь этому случится в ближайшее время. Не смотря на своё положение, Рейнар обладает гораздо большими преимуществами, нежели обладал бы другой командир на его месте. Велария росла с ним с самого детства и, после его назначения, Король попросил его охранять его принцессу. Ему было позволено находиться с принцессой наедине, что не позволял королевский протокол, после ухудшения состояния Короля, Велария уже сама не отпускала его далеко, что позволило присутствовать на собраниях Совета и узнавать одному из первых обо всех происшествиях как в замке и королевстве, так и за его пределами. Рейнар обладал властью и силой, с помощью которой можно было заручиться поддержкой некоторых членов совета, а после за один вечер совершить переворот и свергнуть действующую королевскую семью с трона. И Велария знала это.

Рейнар поприветствовал верховного жреца огненного храма Фирестана и протянул ему руку. Жрец окинул взглядом молодого мужчину, снял с головы красный капюшон плаща, приложил руку к сердцу и неглубоко наклонился. Не произнеся не слова он уже не обращал внимания на капитана. Его взгляд устремлялся за ворота, где возле храма стоял жрец, с момента единения которого именно в этот день прошло три года. Жрецы удалились в храм.

Капитан проводил гостей взглядом, после чего расставил по периметру своих парней, дабы «не допустить протечки из храма». Он тяжело вздохнул, сегодня его ждал очень длинный день.

Траурная процессия по Королю начнется, когда солнце будет в зените и закончится только после заката. Процедуры требуют прощание с короной по полному жизненному циклу солнца от рассвета до заката.


***

Окна жилых комнат завешаны плотной тканью. Служанки носились вокруг принцесс, подготавливая их туалет к выходу в свет. Велария откинула ткань с одного окна несмотря на запреты королевских устоев и попыталась вдохнуть полной грудью. Воздуха не хватало то ли от переживаний, то ли от перетянутого корсета. Во дворе стражник следовал за жрецом, который пытался подойти к центральному входу в замок. Вела усмехнулась и отпустила ткань. Подол траурных покрывал рухнул на пол, по комнате раздался звон стеклянных шаров, утяжелителей, о каменный пол.

– Вела, мы будем ждать тебя внизу. – Сестры видели, как она ночью вернулась в облачении нижних сословий Игриса, как шла в свои покои. Они хотели зайти к ней, но стража у покоев не пустила их. С самого утра она не произнесла им не слова, и, самым верным решением казалось оставить её до окончания похорон. Они понимали, что она несет на себе огромный груз и не хотели лишний раз её тревожить, и чем больше она молчала, тем сильнее пугала всех в замке.

Велария лишь кивнула служанке. Та достала из сундука три кулона и протянула Ирайе и Элионе.

– Наденьте их перед тем как зайти в храм. – Старшая принцесса смотрела то на портрет отца, то разглядывала мозаичные узоры на полу.– Это кулон вашей матери.

– Откуда? – Ирайя была в растерянности. Велария молчала.

– Ваше Высочество, позвольте рассказать. – служанка склонила голову в ожидании ответа. Принцесса кивнула головой и сделала жест рукой, который просил оставить её одну.

Сестрам было тяжело. Тяжело от смерти отца, тяжело от состояния старшей принцессы, тяжело от тайн, в которые их не посвящали. Они покинули покои и Ирайя потянула служанку по коридору подальше от спальни Веларии.

– Выкладывай! – выдавила из себя Ирайя. Элиона прижималась к сестре и со страхом в глазах ждала рассказ служанки.

– Я не много знаю, но все расскажу. – Ирайя так сильно сдавила руку служанке, что по щеке той пролилась слеза. – Это кулон вашей матери, его камень разделили на две части, а цепочку переплавили. Ходят слухи среди слуг, что когда король прихворал, он постоянно звал к себе старшую принцессу. Вам о болезни еще тогда не сообщили. Принцесса выходила из его покоев то злая, то расстроенная, то опустошенная, но ни разу на её лице не было радости или хотя бы удовлетворения от разговора. Я полагаю, что именно тогда он отдал ей кулон и просил сделать все необходимое.– Сестры смотрели на служанку и будто бы не смели перебить ту, что раскрывала чужую тайну. – Только не говорите принцессе, что я вам рассказала о слухах среди слуг. Она просила меня передать вам кулоны и сообщить только то, почему кулона два, когда как у вашей матушки был всего один.

– Это все? – Ирайя крутила в руках два кулона. Служанка кивнула и опустила голову в почтении. – Тогда иди.

Ирайя подождала, когда служанка скроется из виду, повернула сестру к себе спиной, откинула её белоснежные волосы и надела кулон на шею младшей принцессе. Свой же кулон она засунула в карман на талии, что скрывался под поясом из темной ленты.


***

Комната опустела. Даже хорошо, что сестры ушли и не стали задавать лишних вопросов. Как она будет смотреть им в глаза, она обещала оберегать их, защитить королевство, но что если у неё не получится? Лорд Вейс ожидал принцессу во внутреннем дворе, окна её покоев выходили на эту сторону, она видела, что он пришел раньше оговоренного времени.

Лорд Гаррик Вейс, главнокомандующий армии, во время подготовки похорон был вынужден перенаправить всех своих бойцов к стенам замка, дабы не допустить мятежей, что и так вспыхивали за эту ночь не один десяток раз по всему королевству. Вейс выглядел моложе своего возраста, что не раз ему говорили девушки питейных заведений и кабачков. Ему льстило женское внимание, однако его положение требовало оставаться всегда на чеку. Этой ночью ему не дали расслабиться и один из его ребят выдернул лорда из теплых и мягких объятий девушки. Натягивая портки, он то и дело возмущался, на сколько ситуация должна быть критичная, что ему даже не дали закончить начатое. Однако ситуация действительно была неординарной: движение жрецов не соответствовало положению дорог на картах. Жрецы то виляли по местностям, приближаясь к критически минимальному расстоянию от опасных зон, то срезали путь и за пару часов преодолевали дорогу, которая должна была занять пол дня.

Вейс с момента их прибытия следил за каждым шагом красных мантий, но ничего подозрительного не было. Жрецы почти не выходили из храма. Только один зачем то пытался прорваться сквозь стражников в город, все твердя, что он больше не жрец, что ему это не нужно, что он хочет домой. Жреца в итоге вырубили и отнесли отдыхать в выделенную людскую. Несуразное зрелище.

– Лорд Вейс, вы хорошо выглядите. – Велария встала по левую руку от лорда. Её взгляд был направлен в сторону храма, будто она пыталась выбрать себе жертву для преследования. Вейс в ответ изобразил незаметный приветственный поклон головой,задерживая свой взгляд на украшениях принцессы, которые сверкали ярче пламени.

– К чему все это, принцесса?

– Ты же знаешь, что крысы сбегаются на сыр, Гаррик. Но мое колье это приманка для более крупной и опасной падали.

– На кого положили глаз?

– Один из жрецов, он мне не нравится. Мне сказали, что он общался с Дарионом, а это никогда ни к чему хорошему не приводило.

– Мне проследить за ним?

– Нет, я уже расставила уши. – Велария похлопала Вейса по плечу и направилась к саду.

Вейс поражался с этой девушки. Её ум и тактика могли посоревноваться с тактикой лучшего стратега Континента. Это прозвище прижилось к Вейсу, но ему было обидно, что так считают только на некоторых территориях, конечно же, не включая Игрис. На его счету более десятка выигранных сражений, а также более сотни побед в поединках один на один. Когда его сын и принцесса Велария были еще малы, чтобы принимать участи в политической жизни, Гаррик Вейс обучал их шахматам, игре в Го, шашкам, нардам и всем подобным играм, где важно просчитывать свой ход на несколько шагов вперед. Он часто вспоминал, как после проигрыша Рейнар переворачивал доску и убегал прочь из комнаты, чтобы поиграть в более мужские вещи – например побиться со стражниками на деревянных мечах.

Вейс следовал за принцессой на небольшом отдалении. Это позволило ему наблюдать за картиной со стороны. Он замечал косые взгляды на принцессу как стражи, так и жрецов и некоторых гостей, прибывших в замок еще до смерти короля. Вейс оставался в тени от посторонних глаз, но не так далеко, чтобы не слышать разговор.

– Ваше Величество.. – начал было один из гостей.

– На мне еще нет короны, дорогая. – перед ней стояла юная графиня Алорийская. Она была младшей тетей отца текущего правителя Алории. Самой ей было слишком далеко до престола, поэтому своими поездками по соседям она пыталась заручиться поддержкой и найти себе друзей при королевских дворах.

– Прошу меня извинить, Ваше Высочество, – графиня прочистила горло. – я всего лишь хотела вас поприветствовать и пожелать вам долгих лет жизни. – Но они были знакомы с графиней достаточно, чтобы принцесса сразу поняла, то графиня приехала не только принести свои соболезнования и пожелать принцессам здравия.

– Желаю и вам того же, графиня.

– На самом деле, у меня к вам есть дело. – «Еще бы» – подумала Велария, наблюдая за маленькой девушкой, что из гоготуньи превратилась в тихую мышку. – Вы же, наверное, слышали, что в ночь после смерти вашего короля мятежники взорвали мост, соединяющий торговые пути от Игриса на противоположную сторону реки. Сейчас, единственными вашими партнерами остались торговцы из Алории. Многие товары, которые вы получали из Лаэрии и Тэркеи остались недоступными для вас. Я предлагаю вам торговый союз от лица Алории. Благодаря нашему союзу, Игрис может избежать восстаний, возможных сейчас из-за нарушения торговых потоков.

– А вы довольно забавная, графиня. – Велария еще раз кинула на нее свой взгляд, после чего продолжила свой путь по саду, логично ожидая, что графиня пойдет за ней. – Складывается ощущение, что за разрушением моста стоят те, кому это выгодно. Вы так не думаете?

– Я все таки предпочитаю думать, что это мятежники, что хотят помешать вашему совету принять неверный выбор. – Графиня последовала за принцессой.

– Что же по вашему есть тот самый «неверный выбор»?

– Ваш Совет может пойти против вашего желания и желания принцесс. Согласитесь, что это недопустимо. Вам просто необходимо выйти замуж. Если вы позволите, я могу направить лучших мужчин Алории.

– О нет, дорогая. В этом нет необходимости. Советники не на столько глупы, чтобы принимать такие опрометчивые решения.

– Раз вам не нужна моя помощь в этом вопросе, Принцесса, тогда, прошу вас, дайте ответ о торговом союзе, как примите решение. Клянусь своей жизнью, принцесса, я на вашей стороне. А сейчас, мне нужно откланяться.

Вейс наблюдал со стороны. Он видел настороженные взгляды жрецов, на принцессу и графиню. Они были мастера тайной жизни, но от Вейса не скроется ни один колой взгляд. Вейс уже заметил жреца, что действительно странно себя вел. За все время прогулки Веларии он накидывал капюшон, то спускал на плечи, открывая себе обзор на принцессу.

Велария прошлась по саду, останавливаемая через каждые несколько шагов гостями замка, обошла фонтан и направилась к черному входу. Вейс уже ждал её.

– Графиня предлагала вам союз. – Вейс наклонил голову, высматривая кого-то впереди.

– Именно, Вейс. Алория слаба, а брак принцесс с алорийским мужчиной несомненно повысит статус страны на этой политической страны. Моя воля и я бы никогда не вышла бы замуж. Скорее драконы проснутся, чем на меня повесят оковы брака.

– Ха-ха! Не говорите глупостей, принцесса. Драконов не существует, ха-ха! – Вейс закатился в смехе, хватаясь рукой за свой живот. – Хотя, в моём детстве мне рассказывали историю, что во времена, когда не было пустошей, драконы действительно существовали.

– Лорд Вейс, главнокомандующий армией Игриса, а верит в драконов! – Велария подхватила его заразительный смех.

– Ради вашего счастья я найду и разбужу драконов, принцесса. – Вейс склонил голосу в уважительном поклоне. Велария положила ему руку на плечо в качестве благодарного жеста.

Велария собиралась уходить, но один из королевской стражи подошел к Вейсу и тихо, чтобы никто не слышал, передал послание, после чего скрылся в лабиринтах королевского двора. Улыбка сошла с их лиц.

– Принцесса, жрецы приглашают вас в храм для проведения первого обряда.

## Глава 4

Тяжелые каменные двери храма сомкнулись за Веларией с глухим эхом. Внутри было темно. Тьма здесь была почти живая – она дышала, шептала, звала, будто в ней были души тех, кто помнит всех правителей Игриса.

Стены храма были выложены черным обсидианом, так гладко отполированным, что в них отражался огонь из сотен лампад, горящих вдоль прохода. Ветер не проникал в эти коридоры, поэтому огнь тихо освещал путь, подрагивая только от проходящих мимо жрецов. Пол же был выстлан из белого мрамора, от этого был слышан каждый шаг, которая делала Велария. Она остановилась на мгновение, чтобы проверить, слышны ли шаги её сопровождающего, но он будто парил над полом, не оставляя ни единого звука эху храма.

Длинный коридор становился шире и через несколько метров примыкал к просторному залу, в центре которого стоял постамент. Постамент был украшен старыми рунами и представлял собой каменную глыбу. Плитки вокруг постамента не было, поэтому казалось, будто он возник здесь задолго до появления храма.

Велария медленно подходила все ближе к постаменту, на котором спал вечным сном Король Маркус III. Его лицо было открыто – спокойное, почти живое, словно он просто уснул после долгого похода. Плащ правителя был застёгнут на груди, и только тонкая лента из золотых нитей связывала его руки. Нить не давала магии покинуть его тело, что после смерти должна будет поглощена священным огнем.

По правую сторону уже стояли младшие принцессы в траурном облачении. Велария заметила кулон на шее Элионы, отчего её губы невольно дрогнул в улыбке. Лицо Ирайи было как камень, она смотрела на отца, но невозможно было прочесть ни одну эмоцию, которую она сейчас испытывала. Велария остановилась между ними.

Они уже попрощались с отцом. Они уже пережили его смерть. Сейчас им нужно пережить последний день, когда они могут смотреть на него. Им нужно пережить день похорон.

Из мрака выступили жрецы – молча, точно тени. Один нес серебряную чашу, второй – кинжал, на рукоядке которого были такие же руны как и на постаменте, а в руках третьего был свиток. За ними шагал Верховный жрец. Его красный плащ отличался от облачения остальных жрецов. На его красном плаще узоры пламени были вышиты золотыми и черными нитями, а подол украшали молитвы хранителей огня. Жрецы оставили свои предметы у изголовья и встали по одному с каждой из сторон постамента. Верховный жрец рукой показал принцессам проследовать за каждым из них и занять места перед жрецами. Велария взяла за руку Ирайю, оставив Элиону стоять на месте. Ирайя заняла место у подножия постамента, напротив Верховного, а Велария подошла к левой стороне.

– Мы провожаем короля. Мы провожаем отца. Мы провожаем сына. – Начал Верховный жрец. – Священный огонь твоего тела да не покинет нас, да поможет воскреснуть новой силе, да не позволит тьме поглотить нас.

Начался ритуал. Кровь каждой из принцесс наполнила чашу, оставляя на их руках неглубокий порез. Верховный жрец под молитвы слуг огня перелил кровь в стеклянную колбочку и вложил её в руки королю. В оставшейся крови он смочил три факела и зажег их от священного огня. Огонь вспыхнул, но тут же погас. Коридоры и залы храма, что раньше хранили тишину, сейчас наполнились перешептываниями слуг огня. Жрец вздохнул и направился к выходу.

– Принцесса Велария, нам нужно поговорить. – Произнес Верховный, проходя мимо регента.

– Я уважаю вас, но если сведения касаются отца, то прошу вас произнести все здесь, в присутствии моих сестер. – Велария была непреклонна. Жрец остановился.

– Наш разговор будет касаться будущего короля, а не его прошлого. Не усложняйте ситуацию и давайте поговорим наедине.

Велария переглянулась с сестрами, получила от них одобрительные кивки и направилась в исповедальню. От сестер их отделяла кованая перегородка в мелкий узор. Это позволяло контролировать безопасность принцессы, не нарушая конфиденциальности разговора.

– Принцесса, по протоколу мне необходимо вас предупредить. Ранее, мы не встречались с таким. Мы знали, что этот момент когда то настанет, но не думали, что так скоро.

– На что вы намекаете?

– Магия угасает. – Жрец замолчал и склонил голову. – Полагаю, вы знаете что это означает для всех нас.

– Да, я уведомлена о последствиях. – Принцесса смотрела на своих сестер, на отца через небольшие отверстия в решетке и не знала, следует ли рассказывать об этом. – Это все, что вы хотели мне рассказать?

– Да, Ваше Высочество.

– Думаю, вы знаете, что нужно делать. – Велария выходила из-за перегородки и, обернувшись на жреца, взглянула в его глаза, – Согласно протоколу, вы обязаны завершить ритуал. Вы ведь знакомы с последствиями его несоблюдения, верно?

Жрец сильнее натянул капюшон плаща, закрывая глаза. Шепот его слов не не должен был донестись до ушей её высочества.

– Без магии не будет и защиты Игриса. Не будет защиты и всех остальных королевств. Мы все подохнем как крысы в сточной канаве. Без огня вы не сможете его сдержать.

Но он донесся.

– Я уважаю вас, но.. – Велария не успела закончить. Жрец резко обернулся.

– Если магия покинет Игрис, то стена падет и нам уже ничто не поможет. – После этих слов жрец закончил первый этап ритуала прощания.

***

Город готовился к последнему шествию почившего короля через город. Король Маркус III, правитель, что тридцать лет управлял королевством, сохранял покой своего народа до самого последнего дня. Сегодня он отправится в свой последний путь, совершая прощание с миром людей, навстречу Священному Огню.

После первого ритуала, проведенного по всем правилам только в кругу кровных родственников, ворота королевского двора открыли для народа. Толпа нахлынула прямиком ко Храму. В сам храм никого не пускали, но сквозь открытые двери хорошо просматривался широкий коридор и постамент, на котором лежало тело короля.

Ворота открывали всего на несколько часов, позволяя народу быть ближе к королевской семье, позволяя людям разделить их тяжелую ношу. Однако, именно эти несколько часов были самыми сложными для слуг и стражников, так как не все приходили только с добрыми намерениями. Многие пытались проникнуть внутрь замка то через кухню, то через конюшню, то прямиком через главный вход. Исход был один – таких проныр кидали в темницу, откуда мало кто когда выходил живым. Нет, их не убивали тюремщики, отнюдь, за ними следили и даже кормили. Однако, в темнице редко когда убирались, отчего живые посетители просто умирали от запаха отходов и разлагающихся тел. Тюремщики Игриса заходили в темницу только в плотных тканевых масках, чтобы уберечь себя от едкого запаха, и только для того, чтобы принести еду и проверить заключенных, стараясь как можно быстрее убраться из этих мест наружу.

Все время, пока народ разгуливал по королевскому двору, принцессы находились в тронном зале. Велария восседала на отцовском троне и выслушивала отчет о прошедших мероприятиях и подготовке к шествию.

– Ваше Высочество, за последний час в темницу было направлено четверо. Среди них был младший принц Лаэрии. Что нам делать, принцесса? – дворцовый стражник, один из людей Рейнара, стоял на против трона с явным замешательством на лице.

– Надеюсь, вы не бросили его в темницу? – Велария напряглась. – Разместите его в казарме, а после необходимо направить письмо Королю Лаэрии, господину Керну о том, что его сын опять попался. Укажите, что его сын будет выслан из Игриса в Лаэрию после похорон.

Главный писарь уже заворачивал письмо, оставив на сгибе королевский штамп. Письмо дойдет до границы с Лаэрией уже сегодня вечером. Этому принцу едва исполнилось шестнадцать, но за последний год он побил все рекорды по проникновению на территорию замка. Благодаря нему Рейнар сменил большую часть охраны, ужесточил правила и заделал бреши. Принц ни разу не сделал ничего плохого, поэтому каждый раз его отправляли домой с посланием от регента Игриса.

– Что на счет шествия, все готово? – Велария не сводила глаз со стражника.

– Да, Ваше Высочество. – Стражник развернул свиток. – На западе был возведен постамент из бревен, привезенных жрецами. Путь от дворца до постамента займет четыре часа. На всем пути расставлены стражники из военного запаса королевства. Жрецы закончили последние ритуалы омовения и ожидают в храме.

– Хорошо. Где мои сестры, я не видела их после храма. – Велария обращалась скорее к Рейнару, чем к остальным. Её голос был тише, чем когда она говорила со стражником или писарем.

– Мне позвать их? – Спросил Рейнар.

– Нет, не нужно. Не думала, что этот день мы проведем раздельно. – Принцесса опустила голову и тихо произнесла – Теперь так будет всегда?

На этот вопрос никто не посмел ответить. Она встала с трона, не обращая внимания на склонившихся и отходящих с её пути прислуг и стражи, и направилась к королевским покоям.

Во всем замке было тихо. Она подошла к покоям Элионы и прислонилась ухом к двери. Звонкие голоса её сестер наполняли комнату, озаряя светом душу Веларии, которой только и нужно было, чтобы эти девочки не чувствовали печали.

– Мама всегда заплетала мне такие косы. – послышался голос Ирайи. – Тебе тоже подойдет. Ты у нас особенная и это скрывать нельзя.

– Я не особенная, я просто больна. – Послышался тихий голос Элионы.

– Да что это за болезнь такая? Тебя природа наградила! Ты бела как снег, такие как ты очень нравится мужчинам! – Ирайя раздалась в смехе, видимо щекотя Элиону, так как она тоже начла смеяться.

Вела не хотела, чтобы это заканчивалось и не могла сейчас их прервать. Она решила, что пошлет к ним служанку, чтобы та позвала их на шествие и прощание.


***

Ворота храма распахнулись. Солнце уже клонилось к горизонту, и длинные тени легли по вымощенной камнем дороге, ведущей к западной границе Игриса.

Во главе колонны шли жрецы. В их руках – один факел, зажжённый от священного пламени храма. Огненное пламя было ровным, без колебаний. Несколько слуг несли за ними сосуды с пеплом, масло и ткани для обряда. Следом шли три принцессы.

За ними – стража. Шесть человек несли гроб, покрытый тканью с гербом королевской династии. Движения были точными, шаг выверенным. Никто не говорил. Члены совета замыкали основную часть процессии, а за ними – остатки королевского двора, представители знати и народ Игриса. Шли все. Кто-то нес лампады, кто-то просто опустил голову.

Шествие двигалось медленно. Замок остался позади, дороги опустели. Шли через сад, затем по узкой тропе мимо старой стены, через западные врата, к обрыву, с которого открывался вид на земли за пределами королевства. Там, где начиналась пустота и всегда дул ветер.

У обрыва, на высокой скале, был возведён постамент. Его сложили из того самого дерева, что привезли жрецы: чёрное, плотное, напитанное маслами, а поверх – каменное ложе, покрытое пепельными узорами и цепями из закалённого серебра.

Когда гроб опустили на постамент, три жреца обошли его по кругу, произнося слова древней Клятвы Огня. Их голоса были низкими и странно синхронными, будто они слились воедино, переплелись между собой и закрепили эту связь священным договором.

Верховный жрец остановился перед постаментом, лицом к обрыву.

– Во славу Священного Огня и мудрости правителя Игриса, – произнёс он. – В память о прошлом, с верой в будущее. Огонь привел его в этот мир, огонь заберет его обратно. Да не покинет нас пламя.

– Да не покинет нас пламя! – Скандировал народ.

После этого принцессы по очереди подошли к своему отцу. Теперь это точно был последний раз. Как только Элиона отошла от постамента и присоединилась к сестрам, жрецы зажгли ленты, пропитанные маслом, что тянулись от постамента к факелу. Пламя пошло по ним быстро. Верховный жрец продолжал читать слова обряда, своей молитвы Священному Огню.

Когда огонь добрался до основания, он вспыхнул высоко – быстро, точно. Пламя охватило дерево, ткань, всё, что было приготовлено. Гроб начал исчезать в языках пламени. Никто не отводил взгляда. Свет огня был ровным, сильным. Ветер тянул дым к небу. Запах горящего масла смешался с ладаном. Когда костёр погас, остался лишь пепел. Жрецы собрали его в урну из черного камня и передали трем сестрам. Они приняли её молча.

***

Обряд был завершён. Обратно все возвращались в полнейшей тишине.

Самый длинный день в за последние тридцать лет подошел к концу. Вечер медленно затягивал небо. Первые звезды зажигались – над замком, над городом, над теми, кто теперь должен был жить дальше. Ритуал завершен, но в городских часовнях еще всю ночь будут читать поминальные по королю.

Король ушёл. Игрис остался. Надолго ли?

## Глава 5

Ещё одна тяжелая ночь должна была оказаться позади. Стражники выдохнули после доклада о том, что происшествий по время дня прощания с Королем Макрусом III не было. Сегодня всем был положен хороший отдых. В конюшне как обычно был всего один ночной конюх, который ровно в полночь уходить чистить стойла. Воспользовавшись моментом, темный плащ мелькнул в ночи и проскользнул мимо ничего не подозревающего конюха. Он даже и носом не повел, достанется же ему утром за пропажу лошади – продумал темный плащ и аккуратно вывел вороного из крайнего стойла. Конюх почуял неладное, когда всадник уже оседлал коня и умчался галопом в сторону леса. Ущелье было ближайшим путем к границам с тремя королевствами: Тэркеи, Лаэрии и Фирестана. Обычно, торговцы из Тэркеи добирались на мосту, но он был разрушен в ночь смерти короля, и беглец знал об этом.

Рыжие пряди выбивались из-под капюшона темного плаща. Она скакала как можно быстрее по дороге, которую за последний год выучила наизусть. Звезды освещали путь, когда она спускалась в ущелье. Внизу было ярче, чем на других дорогах, так как луна и звезды отражались от реки, освещая путь. Но также здесь было и опаснее, так как ущелье являлось по сути нейтральной территорией для четырех королевств, включая Игрис.

Раньше все это было землями Игриса, раньше и королевств не было кроме Игриса. Игрис был столицей, главным городом Континента, который имел высшую власть при принятии решений из-за близости жрецов огня к правящей семье. Сами жрецы как тогда, так и сейчас находятся в Фирестане – центре поклонения Священному Огню. На остальных землях находились города поменьше, например Лаэрия. Город, в котором по легенде когда-то была магия, но другая по своей сути. Земли Лаэрии состояли на половину из озер, болот, рек и туманов. Большая часть этих мест сейчас уже пересохла, но река, что протекает через ущелье вдоль всего континента берет исток именно из земель Лаэрии.

Тэркея – королевство, что было захвачено во время магического разлома семейством разбойников. По уже сложившейся традиции, престол наследует сильнейший, и это поспособствовало напряженным отношениям с соседними королевствами. Каждый новый правитель пытался укрепить свою власть, но, сыновья были проворнее, или, лучше сказать, сильнее в тактической борьбе, что приводило к быстрой смене власти. Нынешний правитель Тэркеи даже не стоял в очереди на престол, пока маленький принц не отказался от своей участи. В шестнадцать лет, после кончины его отца (несмотря на то, что его отец был в отличном здравии в последнее время) Кайден IV Тэркийский отказался от своего законного трона в пользу своего дядюшки Хароса, брата своей матушки (тоже покойной, как ни странно).

Ирайя приближалась к границе на нейтральных землях. Рассвет был уже близко, времени оставалось все меньше и меньше. Приближаясь все ближе к лесному массиву, она начала различать до боли знакомый домик. Охотничий домик. В окне горит лампадка. Ирайя привязала своего вороного в отдалении от домика среди деревьев и уже пешком обошла постройку, проверяя, не шел ли кто-то по её следу. Все чисто.

Принцесса сняла нож с пояса, чтобы перекрепить его на ногу. Но, не успела она подняться, как к её шее был приставлен другой нож.

– Принцесса, вы опоздали. – произнес мужской голос, и остриё ножа оцарапало нежную шею Ирайи, пуская капельку крови.

– Я осматривала территорию, принц. – Ирайя вышла из захвата, выбивая из руки лезвие. Нож упал вне зоны досягаемости, что позволило ей получить преимущество в рукопашном бою. Она отползла от противника и потянулась за кинжалом на ноге, но его там не оказалось.

– Это ищешь, принцесса? – молодой парень крутил в руках то, что еще недавно принадлежало огненной принцессе. – Если хочешь вернуть его, то тебе придется постараться.

Принц зашел в домик, убирая трофейное лезвие к остальным «не трофейным» и довольно потертым. Ирайя не теряя не секунды вбежала следом за наглым мужчиной в тесное помещение. Она налетела на него со спины, сбивая своим телом его с равновесия. Принц дернул её за руку, развернулся и, удерживая её за шею, прижал к противоположной стене.

Зеленые глаза горели огнем, но с каждой секундой девушка таяла и становилась все более мягкой и покладистой. Она смотрела на него взглядом, который никому не показывала в пределах Игриса. Ирайя подняла руку к шее принца и притянула его к себе. Его дыхание обжигало её кожу, словно раскаленный металл. Она впитывала в себя это ощущение, будто в этом дыхании и была её жизнь.

Его пальцы сжались на её шее, не причиняя боли, но удерживая на месте. Он опустил свой лоб к её лбу. В этом касании было все – и нежность, и отчаяние, и страх, и обещание, что они снова встретятся. Время длилось бесконечно и за долгое время Ирайя впервые позволила себе быть слабой. Он почувствовал это и притянул её к своим губам.

– Я так скучал по тебе, – Принц шептал ей нежности, каждый раз разрывая поцелуй на секунду, чтобы сказать то, что он не мог сказать никому, кроме нее. – Я подготовил все для нашего маленького путешествия.

– Кай, стой. У меня есть новости и они не самые приятные. – Ирайя отстранила светловолосого парня от своих губ. – Я не смогу уехать в ближайший месяц. Траур по отцу – я должна быть в замке, этого требует протокол.

– К черту протокол, Ирайя! Я отказался от престола, это не так сложно, как ты думаешь. Игрис не пропадет без своей огненной девочки. Эта девочка теперь моя, и я её уже поимел и привязал к своему сердцу. – Кай не останавливался. Он спускался от её губ по шее все ниже к ключицам, оставляя влажный след на коже принцессы.

– У нас будут проблемы. – Ирайя не останавливала его, у них было мало времени. – За мной уже следят. Я уверена, где-то поблизости бродит один из следаков сестры. Всю дорогу я чувствовала их своей спиной, но так и не смогла найти.

– Расслабься, поговорим позже. – Прошептал Кай где-то на уровне пупка. Он схватил её за бедра и перенес к столу. Ирайя села по удобнее на край стола, обхватила его тело ногами и потянула на себя его губы, утягивая их вдвоём в телесное наслаждение.

Мир перестал существовать за пределами их дызания. Он двигался уверенно, будто боялся только одного – что у них отнимут то время, что они проводят наедине со своими желаниями.

Ирайя чувствовала, что с каждым движением внутри пробуждается огонь. На кончиках её пальцев засверкали искры и она все сильнее впилась ногтями в деревянную столешницу. Кай шептал её имя, наслаждаясь её дыханием. В этот вечер никто не посмел потревожить их ритуал.

Когда солнце начало подниматься из-за горизонта, через витражное окно пустились солнечные зайчики, прямо на лица принца и принцессы, пробуждая от недолгого сна и нежных объятий. Ирайя старалась возвращаться в замок до рассвета, но не сегодня. Уже на протяжении года она совершает побеги в лесной домик, чтобы насладиться тем, чего ей не хватало – любви. Они встретились полтора года назад, на балу в Лаэрии, в честь рождения нового наследника маленького королевства. Кай пригласил рыжеволосую девушку на первый танец и больше не смог ни оторвать от нее глаз, ни отпустить её руку. После пятого совместного танца и легкого диалога они спустились по каменной лестнице в кухню, пробежали мимо кухарок по темному коридору, и, прячась от стражников, забежали за ближайшую дверь. Это оказалась небольшая кладовая с мешками муки и зерна. Они смотрели друг на друга, изучали взглядом каждый сантиметр тела друг друга. Ирайя начала развязывать свой кожаный корсет, что надевала вместо кружевного поверх платья. Как только корсет упал на пол, Кай поднял Ирайю за бедра, и уложил на ближайшие мешки. Мука взлетела в воздух белым облаком, закрывая обзор на все вокруг.

С того момента они искали возможность встретиться, спрятаться от любопытных взглядов, уединится в темном уголке. Их влекло друг к другу и ничего не могло им помешать. Первое время они не знали, кто из них кто. Только через пол года после первой встречи, когда они нашли этот лесной домик, они рассказали, кто есть кто на самом деле. Никто из них был не удивлен. Ирайя только рассмеялась от их ситуации, что принц Тэркийский доставляет удовольствие принцессе Игриса. Принц, чей дядя является королем Королевства, что ненавидит Игрис всей душой. Кай же смотрел с восхищением на девушку, о которой раньше только слышал. Он редко посещал торжественные мероприятия, особенно в соседних королевствах. Только после совершеннолетия, спустя два года после отказа от престола он смог спокойно пересекать границу и наслаждаться свободой. Однако, Король Тэркеи все равно не хотел его далеко отпускать, поэтому назначил его на военную службу на границе. Домик он нашел именно тогда, когда проверял территорию нейтральных земель. Расположение прекрасное – недалеко от границ с королевствами, но не на столько близко, чтобы быть замеченными патрулирующими стражниками. С трех сторон домик спрятан за деревьями, а с северной стороны он оброс мхом и был скрыт от пристального взгляда ветками ближайших деревьев. Они решили, что это идеальное место.

Спустя время в домике начали появляться предметы уюта, подушки, одеяла. Они часто оставались там ночевать, пару раз им даже удалось провести вместе несколько дней подряд. Места немного: стол да стулья посередине, печка напротив входа и рядом соломенный настил, покрытый тканью, одеялом и подушками, которые были втихаря вывезены из комнаты принцессы. Вот и все убранство дома молодых принца и принцессы – их убежища. Они старались не разводить печь днем, чтобы не привлекать внимания дымом из печной трубы. Все их встречи были скрыты в ночи, и единственными свидетелями их страстей были звезды, луна и ветер.

– Нам придется поговорить рано или поздно. – Ирайя лежала рядом и выводила пальцем круги на его груди. Подняв голову наверх, она увидела серьезный взгляд Кайдена. – Мы же знали, что это не навсегда. И ты был согласен на это. Ни один из наших родственников не даст согласие на наш брак.

– Я уже говорил тебе, что мы можем сбежать. – Кай посмотрел ей в глаза, и, встретившись с его взглядом, она опустила голову обратно на его плечо.

– Это не выход. Я не смогу покинуть Игрис. Совет прижал нас со всех сторон и только и ждет, когда мы с сестрами отдалимся друг от друга, чтобы расправиться с нами поодиночке. – Ирайя поднялась с настила, накинула рубашку и, отвернувшись от Кайдена, начала собирать свои вещи. – Игрис не Тэркея, Кай. У вас правит Харос, и ни один член совета не посмеет пойти против него, а у Игриса есть только мы, и единственный шанс спасти мой дом – это быть с сестрами вместе, пока Вела не выйдет замуж.

– Ты можешь выйти за меня. – Ирайя резко обернулась от неожиданной фразы. Кай сидел на настиле, облокачиваясь на руки за спиной. Он был все такой же голый, спокойный и невозможный в своей уверенности. Утренний свет ложился на его плечо, где сиял шрам от ожога, что оставила ему принцесса на одном из первых свиданий. Ирайя застыла на месте и не могла оторвать от него взгляд. – Я тебя люблю, огонёчек.

– Не время для шуток, Кай. – Она отвернулась к окну, её дыхание участилось. – Мы уже обсуждали это. Никто не даст согласие на наш брак. И, я не готова, все последующее.. это непосильная ноша для меня.

– Мы можем пожениться в Фирестане в одном их храмов огня. – продолжал он спокойным голосом, почти мечтательным. – Жрецы закрепят наше желание соединить души в вечном пламени. И нам не нужно будет больше прятаться. Ты станешь королевой Игриса. Я буду рядом как твой муж и покорный слуга. В этом много плюсов, огонёчек, ну, посмотри же на меня.

Слезы выступили у нее на глазах. Она сжала руки в кулак, чтобы сохранить спокойствие, но не могла. Желания, что были озвучены принцем Тэркийским были и её желаниями. Ирайя почувствовала на своих плечах нежное прикосновение рук Кайдена. Он провел ладонями вниз по телу, и дойдя до сжатых в кулак ладоней, прикоснулся губами к её шее. Он нежно разжал её пальцы и соединил их руки не прекращая покрывать поцелуями её тело. Он знал, что творится у нее в душе, он знак как её успокоить, и, что самое главное, она знала, что он единственный, кто знает её настолько хорошо.

– Завтра у Элионы день рождения. Я не хочу оставлять её в такой день. Но после бала я свободна. – Ирайя развернулась к Каю и взглянула на него своими глазами, красными и заплаканными. – Если ты тоже свободен, то буду ждать тебя здесь с заходом солнца.

Кай рассмеялся от счастья и, подхватив её на руки, закружил по домику.

– Я сделаю тебя самой счастливой королевой на свете. Я так тебя люблю! – Кайден опустил её на настил и накрыл её тело своим.

– Я тоже тебя люблю, Кай. – Это было первое признание Ирайи. В тот момент она призналась в своих чувствах не только Кайдену, но и самой себе.

Некоторое время они просто лежали, слушая дыхание друг друга. Мир вокруг будто замер, позволив им насладиться этой хрупкой тишиной.

– Огонечек, – Кайден заговорил тихо, но в его голосе звучала уверенность, что заставляла принцессу смотреть на него иначе, чем на всех остальных. – Я же знаю, что ты боишься. Боишься за сестер, за Игрис, за долг, что держит тебя на привязи. Но если есть трудности, значит есть и решение.

Он поднялся, сел рядом и взял её руки в свои. Его ладони были теплыми, живыми.

– Когда мы поженимся, – продолжил он, глядя ей прямо в глаза, – ты получишь возможность стать первой Королевой Игриса. Ты будешь уже не чьей-то дочерью, не временной правительницей, не марионеткой в руках в Совета, а той, кто вдохнет жизнь в своё королевство и свой замок. И тогда, я обещаю, стены королевского замка больше не услышат шепот интриг за твоей спиной.

Он улыбнулся, едва незаметно, но так, чтобы сердце Ирайи дрогнуло.

– Стены будут слышать только смех. Детский смех, Огонёчек! Наших детей. И их звонкие голова будут бегать по залам, топот их ножек разбудит даже старые фолианты и древние свитки. Твой замок снова станет домом, тебе больше не придется убегать и искать убежища, ты сможешь просто жить, а твой народ вспомнит, что такое радость.

– А если я не справлюсь? – спросила она едва слышно. – Если все рухнет, сгорит, как только я прикоснусь…

– Я всегда буду рядом, – ответил он спокойно. – Я возьму тебя за руку и помогу поднять голову, чтобы ты увидела, что мир не заканчивается на одном неверном решении. Я всегда буду рядом с тобой.

Кайден дотянулся до поясной сумки и достал из кармана маленький мешочек. Он протянут его Ирайе.

– Что это? – спросила она.

– Это символ моей любви к тебе. – Ирайя достала кулон, который состоял из двух камней.

– Красный рубин – это ты, – Кайден указал на один из камней. – Мой огонь.

– А синий сапфир – это ты, – ответила она, улыбаясь сквозь слезы. – Моё спокойствие.

Я хотел отдать тебе его в день, когда мы поженимся, но понял, что не могу терпеть ни минуты дольше. Ирайя подняла взгляд. Её глаза были красными от слез, но теперь в них была надежда.

– Пусть все будет так, как ты сказал. – произнесла она. – Послезавтра все изменится.

Кайден обнял её и прижал к себе, как будто боялся, что она растворится, если он её отпустит. Ирайя же позволила себе сделать шаг в неизвестность и впервые за долгое время этот шаг не пугал её.

## Глава 6

Несмотря на траур, что будет продолжаться еще в течение двадцати семи дней, в замке Иргиса намечалось торжество. Соблюдая последнее желание почившего короля, регент И