Денис Годленко
Время волка

Пролог.

Сумерки уже сменила ночь. Небо затянулось тёмными облаками, сквозь которые слабый лунный свет пробивался на заснеженный лес. Лёгкое белое одеяло укрывало деревья, землю и старую сторожку оставленную на небольшой лужайке. Эту рощицу изредка посещали разве что лёгкие зимние ветры да белки, резвящиеся на ветках в сосновой чаще. Но сегодняшняя ночь, помимо ветерка и шуршащих грызунов, наполнила чащу ярким светом фонаря, хрустом снега под ногами и громкими зовами некоего Николая.

Незнакомцы вышли из леса на поляну к сторожке, и звуки стали значительно громче. Двое мужчин, одетых в тусклые пуховики и тёплые широкие штаны, остановились на середине опушки. Светя фонарями в разные стороны, они всматривались в темноту, но даже мощные лучи едва пробивали густые тучи.

– Да где его носит? – нервно пробормотал мужчина лет сорока с густыми бровями и гладко выбритым лицом.

Его спутник опустил фонарь, луч света ударил в сверкающий снег. Не спеша он достал из кармана пачку сигарет, вынул одну, закурил с помощью ветрозащитной зажигалки и после медленно убрал всё обратно.

– Где? Где? – сказал он, выпуская дым. – Спит в какой-нибудь канаве у трассы. Я тебе говорю: обыщем лес вдоль и поперёк, вернёмся – и либо найдём его в одной из ям, оставленных теми копателями, либо он уже будет в палатке, сладко спать.

Густобровый нахмурился и раздражённо выдал:

– Да искали уже и у трассы, и дальше прошли! Бедолага, он же полгода не пил, а тут я со своим: «Не пьёшь – значит, меня не уважаешь». А он дурак, податливый на всё такое… Вань, я прямо не знаю, что и думать.

Курящий почесал короткую стрижку, перекатил сигарету в угол рта и плотно сжал её зубами.

– Ну чего ты разнылся? – сказал Иван, выдыхая дым. – Он уже не маленький мальчик, сам решения принимает. Не захотел бы – не пил бы. Всё. Сейчас найдём, обматерим, выпьем, завалимся спать до обеда, а завтра – домой.

Он достал телефон, и его лицо озарил синеватый свет экрана.

– Точнее, уже сегодня. Двенадцать с копейками.

Докурив, он потушил сигарету о снег. Густобровый повернулся, осмотрелся и грязно выругался.

– Не хватало ещё и его потерять! – рявкнул он и оглушительно свистнул. – Вольт, ко мне!

Из-за деревьев показался массивный пёс с рельефными мышцами, вытянутой мордой и заострёнными ушами – помесь стаффордширского терьера с чем-то более диким. Собака, активно перебирая лапами, подбежала к хозяину.

Тот даже немного успокоился, встал на колено, протянул руки к морде пса и игриво потрепал его. Вольт высунул язык, тяжело дыша после пробежки.

– Хороший мальчик, – бормотал хозяин.

Иван подошёл ближе:

– Слушай, Серёг, может, пусть твой волкодав попробует его найти?

Тот с сомнением посмотрел на пса.

– Да куда там… Всего неделю у меня, ничему толком не научил.

– Так и не надо, – настаивал Иван. – У собак это врождённое.

Его уверенность заставила Сергея задуматься. Он провёл ладонью по лицу, и в его глазах читалась усталость.

– Ладно, – буркнул он. – Сначала проверим сторожку, а если ничего – попробуем твоим методом. Договор?

– Договор. Только мы зря время теряем – он либо в палатке, либо в канаве.

– Если так и окажется – пропишу ему знатного леща, – ухмыльнулся Сергей.

Они направились к домику. Вольт шёл рядом, облизывая морду.

Сторожка оказалась хлипкой: прогнившие доски, полуразвалившаяся крыша, дверь, которая, казалось, рассыплется от дуновения.

– Вольт, сидеть. Охранять, – тихо приказал Сергей.

Пёс послушно покрутился на месте и сел.

– Смотри-ка, – удивился Иван. – Всё-таки чему-то научил.

– Да, – протянул собачник. – Но нам ещё многому учиться.

Дверь открылась от слабого толчка волоча за собой пыль. Внутри – комната со ржавой печью, деревянным столом, стульями и старой кроватью в углу. Лунный свет пробивался сквозь щели, освещая ветхий интерьер.

– Лет восемьдесят дому, – предположил Иван. – Послевоенные годы, не иначе. Подвал есть?

Он посветил на пол, ища люк.

– Не до этого сейчас, – отмахнулся Сергей. – Коли здесь нет, холод нарастает – надо идти.

– Смотри, – вдруг прервал его Ваня, указывая на стопку рамок у стены.

– Нам, так-то, нужно нашего друга найти, – недовольно кинул собачник.

– Да, пять секунд, любопытно же, – произнёс Ваня, поднимая запылившуюся стопку.

На портретах – мужчины с ружьями и один и тот же зверь: не пёс, а волк.

– Лесники? – предположил Иван.

– Похоже.

– Странно… – прищурился Сергей.

– Что?

– Двенадцать хозяев, а зверь один. Волки-то сколько живут? Лет пятнадцать от силы. А этот всех пережил?

– Долгожитель, – усмехнулся Ваня.

Сергей поморщился.

– Ненормально это. И морда у него…

Снаружи грохнуло.

Старое дерево рухнуло с глухим ударом. Мужики вздрогнули.

– Ветер, – пробормотал Иван, но тревога не отпускала.

– Я уже от холода протрезвел, а теперь до утра не усну, – сказал Сергей.

Они вышли. Тучи сгустились, холод колол лицо. Вольта на месте не было. Он стоял в нескольких шагах и пристально смотрел в чащу.

– Вольт, ты чего? – позвал Сергей.

Пёс не отвлекался. Воздух наполнился напряжением. Стало тихо – слишком тихо. Они отключили фонари, не решившись посветить во тьму.

– Вольт… – шепнул хозяин.

Внезапно пёс рявкнул во всю глотку, что было странно, – он очень редко издавал хоть какие-то звуки, а через мгновение рванул в лес.

– Стоять!

Но зверь уже исчез во тьме. Один миг, и лай сменился визгом, затем – звуками глухого, мокрого хруста.

Из темноты вылетела голова Вольта, приземлившись прямо у их ног.

Рваные края, застывший ужас в глазах, кровь, растекающаяся по снегу. Страх сковал, мысли улетучились, теперь были только инстинкты.

– Бежим! – завопил Ваня.

Ноги подкашивались, но они бежали, не разбирая дороги. Ваня, спотыкаясь о корни, рванул Сергея за рукав: что-то мелькнуло между деревьями слева.Не человек – слишком высокое, слишком резкое в движениях, будто тень не от мира сего.

– Направо! – закричал Иван, но было поздно.

Тварь появилась будто из воздуха. На секунду во мраке блеснули острые когти на длинных пальцах, скользнувшие по стволу сосны, оставив глубокие борозды. Они развернулись, побежали в сторону от существа, и поначалу знакомый лес превратился в стену из высоких непроходимых деревьев. Пронизывающий ветер бил в спину, тень всё так же мелькала меж стволами деревьев спереди, справа, слева. Ком подступал к горлу, прерывистое тяжёлое дыхание перемешалось с хрустом снега под ногами. На секунду, обернувшись, взгляд Сергея поймал жёлтые глаза. Они бежали наугад, только бы оторваться от чудовища. Иван грязно выругался. Стало ясно, что бестия гонит их в ловушку, словно охотник, который загоняет дичь прежде чем убить.

– Осторожно! – завопил Ваня.

Земля ушла из-под ног – овраг. Собачник кувырком полетел вниз, подорвался с земли, безмолвная тишина, друга нет рядом. Сергей аккуратно обернулся, осмотрелся по сторонам и тихонько пошёл в сторону на поиски товарища. Стало спокойнее, но тело всё так же дрожало. – Ваня! – проблеял Сергей.

Остановился от капли, упавшей ему на лысину. Он неуверенно включил фонарь и увидел перед собой лужу крови. Дрожащими руками посветил наверх и разобрал голову Ивана, нанизанную на ветку, рядом внутренности раскиданные по ветвям словно рыбацкая сеть. Дыхание перехватило, Сергей попятился, споткнулся о корень и всхлипывая отползал назад. Остановился лишь когда, почувствовал звериное дыхание позади, холодные когти, окроплённые кровью, прикоснулись к его шее, в следующую секунду раздался резкий лязг, будто кто-то разрезал дыню. Больше он ничего не чувствовал, голова с мерзким, склизким звуком сползла на снег, и вокруг разлилась алая лужа.

Врямя волка.

– Останови здесь, – сказал Дмитрий.

– Будешь закупаться здесь? – поинтересовался Юра, останавливая машину.

– На ближайшие километры нет супермаркетов, так что да, я наберу припасов здесь. Потому как ещё один паёк я не осилю.

Юра одобрительно кивнул и улыбнулся.

– Если будет что-нибудь съедобное, возьми и мне, а то я тоже ощущаю дикое нежелание есть то, что осталось от пайков.

– Хорошо, – кивнул Дима. – Я так понимаю, «съедобное» – это какой-нибудь пирожок с мясом, сосиска в тесте и сладкая газировка?

– Поразительная точность, – отметил водитель.

– Я ненадолго.

Он вышел из машины, чуть размял плечи, поправил плотную чёрную кожаную куртку – на рукавах и плечах растянулись серебристые линии, похожие на металлические вставки, – и поправил русые волосы средней длины.

На здании серого цвета красовалась разноцветная вывеска «Магазин "Заря"»; точнее, когда-то она была разноцветной, судя по изрядно потрескавшейся краске. Парень вошёл, остановился у входного коврика и оббил немного подтаявший снежок с тяжёлых на вид ботинок, кивком поприветствовал людей, стоящих у кассы, которые о чём-то шептались. Отойдя к холодильнику с напитками, Дима попытался прислушаться, но его обычный слух не позволял чётко разобрать, что они говорят. Тогда он включил часы на запястье. На экранчике появилось несколько полосок; над одной из них была аббревиатура «УС». Он выкрутил индикатор на максимум, и звуки вокруг стали слышны так хорошо, будто он стоял вплотную к двум пожилым женщинам и продавцу.

– Слыхали, да? – бормотала одна из бабушек. – Там уже из области всех подтянули. Сегодня утром видела, как машины с мигалками неслись в сторону леса, ну, где Ваньку и Серёжку нашли.

Вторая старушка закатила глаза. – Ой, вот делать им нечего, как пьянь всякую по канавам в лесу искать.

– Да что ты такое говоришь, Вера, – возразила первая женщина. – Ваня и Серёжа выпивали, как все, в меру, а так ребята работящие, вон дома себе отстроили какие. А алкаши – это вот Семён Любкин, Толик, который ходил, копейки собирал на шабашках, Виталик, который чуть Маринку за бутылку не зарезал, – вот это алкаши! А Ваня и Серёжа – ну, хорошие ребята.

– Ну, Валентина, не знаю, хорошие от пьянки в лесу не замерзают, – уверенно отрезала старушка.

– Так они и не замёрзли, – продолжала Валя. – Разорвали их волки или ещё звери какие.

– Ого, как! А сегодня говорили, что от холода подохли. Вот люди мелят, что попало.

Продавщица чуть осмотрелась и наклонилась ближе к женщинам.

– Ой, бабоньки, если бы помёрзли или зверьё разорвало, дело никому не было бы…

– А что тогда? – удивились старушки.

– Убили их, – прошептала кассирша. – Только кто и зачем – не знают пока, вот и расследовать будут.

Бабушки охнули, покачали головами и собрались уходить.

Дима отключил «УС», взял два тонизирующих напитка, пару товаров с выпечкой, лежавших на столике возле холодильника, и направился к кассе. Вновь кивком поприветствовал бабушек и отдал покупки кассиру.

– А вы у нас новый, что ли? – уточнила Валентина. – А то я вас здесь раньше не видела.

– Я следователь, – доброжелательно сказал Дима. – Приехал разобраться, что здесь произошло.

– А… – протянула она. – Вот, Вера, видишь, следователь тоже на месте. Из области?

– Из области.

– Вот и слава богу, – бормотала Вера. – А то одно дело, когда волки пьянь всякую грызут, а другое – когда людей люди убивают.

– Вы так уверены, что это убийство? – спросил Дима, складывая продукты в пакет.

– Так говорят, – перебила продавец. – Те, кто видел их, говорят – жуть: тела без головы, а от одного и вовсе ничего не осталось.

Дима внимательно слушал.

– Поначалу-то все на зверей валили, а то волки уж больно дикие у нас, – продолжала продавщица.

– И что же в них такого дикого?

– Да вот, помню, с месяца два назад у подруги сидела, а у неё дом хороший, с забором, ну, метра полтора точно. И выхожу – уже ночь, домой пора, ну и она меня провожает. Так мы как только вышли, зверюга повернулась, зарычала, а потом как прыгнет через забор! Я там чуть со страху не умерла, у подруги и осталась на ночь. Потом ещё всю ночь вой слышала.

– И вправду интересные волки.

– Так сколько уже мучаемся со зверьём-то, – вставила Вера. – Они здесь всегда были. Ну, когда и загрызут кого, а когда и совсем не слышно их.

– Это как лесника последнего не стало, так и побесились, – сказала Валентина. – А то до этого было кому пострелять их да и припугнуть.

– Точно, – подтвердила Вера. – Ну, как только мужик этот странный пропал, так и начались эти проблемы волчьи.

– А в чём странность мужика и куда пропал? – поинтересовался парень.

Старушки синхронно пожали плечами, и Вера снова начала бормотать.

– Так никто не знает, куда. Это недавно произошло. Вроде как обращались о пропаже, но больше не слышала – искали его или нет, не знаю. А чего в нём странного – так это то, что с людьми вообще не общался: ни мы его не знали, ни он нас. Только раз в неделю придёт за продуктами – и дальше в избу свою.

Дима потёр подбородок с лёгкой щетиной и взял пакет с продуктами.

– Ну что, спасибо за информацию, – всё так же доброжелательно сказал парень.

– Знали бы что ещё, так сразу рассказали бы, товарищ следователь, – заверила его Валентина.

– Ну, а так что знаем, то и говорим, – продолжала Вера.

– В расследовании всё пригодится, так что ещё раз спасибо. А мне нужно идти, там коллега уже заждался.

Дима вновь кивнул на прощание и направился к выходу. Выйдя из магазина, он окинул местность взглядом. Магазин находился в самом начале посёлка. Сама деревня была небольшая, с разношёрстными домами: здесь могли встречаться как ветхие избушки с деревянными ставнями, так и вполне современные дома с крышей из металлочерепицы и высокими заборами, о которых упоминала в своих рассказах продавщица. А вокруг – высокие сосновые и еловые деревья.

Парень уселся в машину и передал пакет Юре. Тот охотно принял его и мигом закопался внутри, проверяя, чем он сейчас перекусит.

– Чего ты так долго? – поинтересовался он, продолжая исследовать пакет.

– Я собирал сведения.

– И как? Что удалось узнать?

– Только слухи.

– Слухи в нашем деле – сводные братья фактов.

Юра забрал свою еду, выложил её на подставку возле приборной панели и тронулся. Парни почти синхронно открыли банки с напитком и выпили, сопроводив это звуками явного удовольствия. Юра снял шерстяную шапку, потрепал немногочисленные чёрные волосы, но печь в машине работала на всю, так что он решил, что тёмно-коричневую куртку тоже стоит расстегнуть.

– Может, лучше тише сделаешь? – предложил Дима.

– Не, я себя знаю: на пару градусов ниже – и тут же холодно станет. Я лучше чуть пожарюсь, зато потом выйду на улицу – и вообще никакие морозы мне не страшны будут.

Дима распаковал пирожок и с аппетитом укусил. Водитель сделал то же самое, с удовольствием прожёвал и сказал:

– Ну ладно, это гораздо лучше, чем паёк. Не зря остановились.

– Я же говорил. И это только проба, позже закупимся помасштабнее.

Юра вздохнул и потёр ладонью своё брюхо – не сильно большое, однако от того, как быстро он умял выпечку, оно чуть вздулось.

– Мне кажется, я на несколько дней вперёд наелся, – улыбаясь, сказал он. Вытерев пару капель пота со лба, он посмотрел на Диму. – А здорово вам, да?

– В чём именно? – осведомился парень.

– Ну как вы… определённо сильнее и быстрее, чем мы, обычные сотрудники, температуру тела контролировать можете. А если ещё чего понадобится, то вон, часики «Квазар» предоставят такую возможность.

– Да, это так, – Дима выдержал паузу. – Однако мы платим за это свободой. С того момента, как мутации успешно завершились, я стал заложником своей профессии. Конечно, меня бьют не плетью и не заставляют таскать огромные валуны, но хорошо дают понять, что мне никогда не жить как обычному человеку. – Глаза его наполнились тоской, которую парень старался неумело скрыть. – Знаешь, я всегда мечтал о доме, детях и том самом дереве во дворе. Мне всё это не светит. Но каждый раз, выезжая на очередную задачу, я верю, что, избавившись от ещё одной твари и защитив людей, я дам возможность человечеству построить как можно больше домов, посадить как можно больше деревьев и вырастить как можно больше счастливых детей.

– Я… Я не хотел поднимать эту тему, – робко проговорил Юра. – Я лишь хотел выразить восхищение тобой и… и твоей стойкостью. Несмотря на всё, что случилось, ты остаёшься человеком, да ещё и дружелюбным и весёлым к тому же! Не представляю, как бы я ездил на задания без тебя и твоих историй.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.