Жизнь После: Начало Всего
Кирилл Осокин

© Кирилл Осокин, 2025

ISBN 978-5-0068-2736-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРОЛОГ

Все началось, когда мне было 10 лет, стоял жаркий день июля, светило солнце, пели птицы, но в миг все это сменилось гулом сирен и криками людей.

В это время мы с родителями были дома, а в небе летели самолёты и сбрасывали что-то с неба. Началась эвакуация. Военные колоннами заполонили город. Мы решили выехать из города на машине－фатальная ошибка.

Кошмарные пробки, паника и военная техника, это все что я помню с тех лет. Может это и к лучшему, ведь слушая рассказы других выживших, я не понимаю, как мы выжили.

С тех пор прошло десять лет. Ни военных, ни правительства больше не существует, а люди живут небольшими общинами. Спрятавшись в укромных местах, пытаясь не привлекать внимания. Мы так жили. У нас было совсем небольшое поселение возле леса, всего 30—40 человек, но зато у нас было одно преимущество перед другими, в нашем поселении была часть уцелевшего отряда военных. Пять человек, которые умели пользоваться оружием и могли научить других.

Время от времени к нам заглядывали торговцы, двое ребят, которых в лагере называли странниками, у них всегда было много товаров и историй. Казалось, что жизнь налаживается, пока не настал тот роковой день.

Это произошло 12 июля, оставалась всего неделя до нового года. Да, представляете, новый год теперь празднуют летом, в день начала уничтожения человечества.

Так вот, это был обычный день, все занимались своими делами, а я дежурил на смотровой вышке вместе с Андреем. Андрей－мужик лет сорока, один из тех самых военных, это он научил меня всему, что я знаю. Я уважаю и люблю его как собственного отца, который умер, чтобы спасти нас с мамой.

Мы с Андреем были очень близки. Я был рад стоять на соседней вышке, задавая множество вопросов о старом мире. Ведь я мало что помню о мире до катастрофы.

Так прошла половина нашей смены и на горизонте мы заметили двух торговцев, часто заходивших к нам. Мы по рации позвали Мишу. Он отвечал за торговлю, а также управлял складом.

Я хорошо знал этих торговцев и сразу заметил, что сегодня они вели себя странно. Обычно жизнерадостные и разговорчивые люди сегодня выглядели как заражённые. Андрей тоже это заметил. Мы встретились глазами. «Будь готов», －читалось в его взгляде. Мне становилось страшно. Воздух стал тяжелее. Каждая секунда била по нервам. Это продолжалось, пока пришедший Миша немного не разрядил обстановку.

Начались торги. Казалось, все нормально－просто нам показалось, как вдруг один из них рывком выхватил из-за спины автомат － и очередь прошила Мишу насквозь. Я окаменел. Это произошло так резко, что я даже не сразу понял, что случилось. Весь мир рухнул. Пропали чувства. Перед глазами только одно－изрешечённое тело Миши и дикий звон в ушах.

Я видел каждую пулю, попавшую в Мишу－видел всё. Но даже бровью пошевелить не мог. Хорошо, что со мной был Андрей. Он мгновенно расстрелял торговцев. Ещё несколько часов я сидел и смотрел на расстрелянных торговцев, на Мишу, сидел, и не понимал, что происходит. За это время весь лагерь успел встать на уши.

Настроение в лагере стало очень напряжённым. Люди молча работали, стараясь не смотреть в глаза. Лишь редкие перешёптывания за домами нарушали это правило.

Вечером, когда я только собирался сдать смену и отправиться домой, я заметил, что на лагерь надвигается огромная толпа заражённых. Дрожь прошла по телу. Я немедленно сообщил Андрею, а он уже предупредил начальника лагеря. Нас оставили следить за ситуацией, пока все эвакуировались в надёжное убежище.

«Я слышал много рассказов про заражённых, но ни разу не слышал о таких больших толпах. Их там, наверное, сотни», － думал я, нервно посматривая на Андрея.

Он безразлично смотрел в сторону заражённых, надвигавшихся на нас. Но меня беспокоило другое. Я слышал много рассказов о том, что случается, когда он перестаёт быть спокойным. Судя по таким рассказам, когда он выходил из себя, было плохо всем.

Некоторые утверждали, что одного своего напарника он даже убил! Всё из-за того, что тот задавал слишком много вопросов раздражённому Андрею. Вспомнив это, мне стало ещё хуже. Теперь я даже посмотреть в его сторону боялся. Я застыл в одной позе, ожидая команды к эвакуации.

В какой-то момент Коля скомандовал уходить за ними. Я в то же мгновение оказался внизу, а оцепенение ушло так же внезапно, как и появилось. Мы быстро двинулись в сторону отряда.

Как вдруг со стороны безопасного убежища раздался оглушительный рёв. В тот же момент вся округа залилась криками и выстрелами. Андрей решительно бросился вперёд, схватив меня за руку. Напрасно. От отряда остались лишь ошмётки да море крови. Огромные следы монстра уходили дальше в лес, оставляя за собой лишь кровавые лужи и куски тел.

Мы с Андреем решили поскорее убраться отсюда и не оставаться здесь ни на секунду дольше. В этот момент я впервые увидел испуганного и взволнованного Андрея.

Мы отправились к старому домику лесника, где часто отдыхали наши охотники － там было хоть немного безопаснее.

У меня не было ни цели, ни плана － ничего. Было только доверие к Андрею и сильнейший страх за свою жизнь.

Кровавые картины стояли перед моими глазами. Слух заменился диким рёвом чудовища. Я забыл всё, кроме одного － я должен держать Андрея за руку, сжимать её до боли и не отпускать.

Начало странствий

Мы добрались до дома. Андрей остался снаружи, а я решил немного передохнуть и расслабиться, впервые, за час нашего пути.

– Леха! – послышалось снаружи. – Ты в порядке?

– Да, – неуверенно ответил я.

– Ну и хорошо, а то я от тебя ни единого слова за всю дорогу не слышал. В общем, не за этим я тебя позвал, надо кое-что обсудить, – серьёзным голосом произнёс Андрей.

– Что именно?

– Нам надо идти дальше.

– Но может нам остаться здесь, в этом доме, укрепить его и жить спокойно?

– Нет, нельзя.

Таким я его ещё не видел. Было видно, что он потерян и не знает, что делать дальше. Я ничего не ответил. Просто кивнул и тяжело вздохнул.

– Я тебя понимаю, но так нужно. Просто поверь мне.

Я промолчал.

– Ладно, отдыхай. Позже поменяемся, а завтра выдвинемся в сторону ГЭС.

Я ушёл, а сам думал, почему ГЭС? Какая ГЭС? Зачем нам туда? И почему нельзя остаться здесь? Но сон быстро захватил меня, и я уснул.

Мне снилось, как умирали наши друзья, как умирал я и Андрей. Много, много раз подряд. Это продолжалось, пока я наконец не проснулся. Хоть сны были и ужасные, но я отдохнул, показалось, что начал чувствовать себя лучше. Но это чувство быстро покинуло меня. Как только Андрей уснул, я почувствовал тяжёлое давление леса.

Всюду мерещились странные фигуры. Слышалось рычание, хруст веток, даже чей-то голос. Я сидел, стараясь не двигаться и не всматриваться во тьму. Я боялся что-то в ней увидеть. Увидеть сейчас кого-то было моим самым сильным страхом. Время текло невыносимо долго, казалось, что оно тоже замерло, как и я. Холод медленно пробирал до костей моё неподвижное тело и напуганное тело.

Я думал, что будет, если Андрей выйдет из себя. Вдруг он меня убьёт. Вдруг уйдёт без меня. Я останусь один. От этих мыслей я чуть не заплакал, я боялся, что это станет реальностью. Я поспешил избавиться от таких мыслей. Но сразу наткнулся на другие.

Я вспомнил про маму, хоть мы и не были особо близки. Вспомнил про дядю Степу, который всегда всем помогал, про добрую бабушку Люду, которая вязала одежду. Много имён и ситуаций всплыло у меня перед глазами. В голове не укладывалось. Их больше нет. Не будет душевных посиделок и долгих разговоров, теперь у нас даже дома нет! От таких мыслей жуткая тьма леса стала ещё чернее и гуще.

В воспоминаниях я сидел долго. Много плакал, пока резкие звуки со стороны леса не сменяли плачь на страх и безмолвие. Так прошла ночь. Солнце понемногу начинало всходить. Первые лучи вырвали меня из царства мрака. Я сразу разбудил Андрея. Ночной страх сменился спокойствием, хоть и сомнительным.

Мы доели то, что смогли взять из деревни, и Андрей начал посвящать меня в свой план.

– Сначала мы зайдём в деревню и возьмём все что можем. Затем попытаемся выйти к дороге и идти недалеко от неё в сторону Саяно-шушенской ГЭС, а дальше будем смотреть по ситуации.

– А почему именно Саяно-шушенская ГЭС? – Осторожно спросил я.

– Возможно, там ещё кто-то живёт. Они смогут принять нас. Ну а если никого не будет, сделаем там свою базу и будем жить понемногу.

Спорить я не стал. Хоть мне и не верилось, что кто-то там ещё есть.

– Ты готов?

– Д-да, – неуверенно сказал я. После этого мы выдвинулись в путь.

Деревня оказалась свободна. Никаких заражённых. Лишь поломанные дома говорили о происшествии. Мы быстро набили рюкзаки и отправились в сторону трассы. Находиться там было невыносимо. Воспоминания просто разрывали голову. В домах мерещились фигуры знакомых, а вдали слышались их голоса.

Друзей больше нет, никого нет, – не выходило у меня из головы. Я просто не могу поверить в это. Я пытаюсь не заплакать изо всех сил. Но просыпаясь от своих мыслей я понимаю, что слезы все время текли по моим щекам.

Так мы вышли к трассе. Пару кусков асфальта, множество разных трав, цветов и кустарников, теперь это называется трасса. На ней мне стало спокойнее, воспоминания уходили на второй план. Я просто наблюдал за природой, высокими деревьями, разноцветными цветами и зелёной травой. Небо было чистейшее, ветра почти не было, а солнце хоть и светило ярко, но не напекало голову.

Такое странное ощущение. Вроде тебе хорошо и легко, но стоит на миг задуматься, так и жить не хочется. Андрей другой. Он вечно напряжённый, высматривает кого-то. Потревожить его я не решался. Да и был ли в этом смысл? Ответа я не знал.

В такой обстановке мы шли до самого вечера и решили разбить небольшой лагерь немного левее дороги, рядом с камнем прощаний. На таких камнях записывались имена умерших в катастрофе. Огромный камень, высотой метра три, был полностью исписан именами и фамилиями.

– Тут остановимся, – облегчённо сказал Андрей.

Я молча уселся рядом с камнем, а сам думал, почему именно здесь?

– Чего задумался? – Андрей произнёс это так резко, что я дёрнулся. Ком встал у меня в горле.

Андрей был очень неспокоен весь день, я боялся, что он вышел из себя. У него был такой взгляд и тон голоса, что можно было подумать, что он угрожает, а не спрашивает.

– Все нормально? – Аккуратно спросил он.

Я кивнул и медленно выдохнул.

– Но всё-таки, о чем думал? – Также аккуратно спросил Андрей.

– Почему мы здесь остановились? – Дрожащим голосом спросил я.

Андрей задумался.

Как я не любил такие паузы. В такие моменты хотелось исчезнуть, пропасть, убежать. Всё что угодно, лишь бы не слышать тишину и не видеть взгляд Андрея.

Тревожные мысли заполонили голову, но ответ Андрея прервал их.

– Честно говоря, я не знаю, почему выбрал это место. Просто есть ощущение, что тут безопасно. Эти камни не раз были в центре боевых действий.

Тут же я вспомнил недавнюю войну между Охотниками и Церковью.

– И не один камень не разрушился, – продолжал Андрей.

– Понятно, – спокойно сказал я.

Я не верил в чудесную силу камней, просто не хотел спорить с Андреем. Да и сил уже не было. Я свалился набок и уснул.

Так прошёл первый день нашего путешествия. Но сколько нам идти? Что нас ждёт? Почему именно ГЭС? Вопросы оставались без ответов.

Хоть я не верил в силу камня, но что в нем все же было. Что-то, что могло защитить мой сон. Сны о безмятежной жизни заполнили меня. Я был счастлив. Наступило утро, светило яркое солнце, выглядывающее из-за высоченных кедров, поющие птицы. Красота и спокойствие царили на улице, но вдруг я заметил, что Андрей спит. Дрожь пробежала по телу.

Что? Почему он спит? Мы что, всю ночь были без присмотра? Или за нами наблюдал тот, кто заставил Андрея спать? Андрей не мог уснуть сам! Это же его идея – дежурить по ночам. Очень уж это странно. Я решил пока его не будить.

Я развёл костёр и начал искать в рюкзаке тушку небольшого зайца. Хоть в них и было мало мяса, но раньше такая еда считалась деликатесом. Так мне рассказывали. Андрей, наверное, учуяв запах, сразу проснулся, и казалось, был тоже удивлён, что спал.

– Как спалось? – Спросил я, указывая на то, что он должен был дежурить, а не спать.

Андрей молчал.

Но сейчас я не испытывал вчерашнего напряжения, сейчас я чувствовал уверенность в себе и совсем не боялся молчания Андрея.

– Я не знаю, как уснул, – спокойным голосом сказал Андрей.

Он был совершенно спокоен. Почему?! Я хотел упрекнуть его, а ему все равно! Я начинал сердиться. Стоило мне что-то сделать не так, он преподносит это так, будто это катастрофа похуже конца света. А сам?!

– Я понимаю, что виноват, но я не специально, я просто сидел, как обычно, и вот уже утро. И не надо так на меня смотреть, – начал Андрей.

Я не выдержал, я высказал ему все что накопилось. Про то, что меня бесит отсутствие ответов. Бесит он, бесит сама ситуация и его отношение к ней.

Андрей слушал, слушал внимательно, не перебивая и не отвлекаясь, он будто предвидел такую ситуацию и был готов к ней. Когда я закончил, Андрей спокойно спросил:

– Ты всё?

Не такой реакции я ожидал, но сказать мне было нечего. Я кивнул, ожидая извинений.

– Что ж, я понимаю твоё негодование. Оно вполне обосновано, ты недоволен, что я всегда строго относился к тебе и жёстко указывал на ошибки, а сам сейчас взял и допустил очень серьёзную ошибку, которая могла вылиться в плачевные последствия. Но только ты забыл одну истину, которую я тебе тоже всегда говорил. Я могу мягко говорить об ошибках или вообще не обращать на них внимания. Но тогда какой шанс, что ты их забудешь и допустишь снова? Всё-таки мы лучше запоминаем яркие моменты, пусть и не всегда хорошие и приятные. Я извиняюсь за свою ошибку и признаю её.

Я вроде успокоился и облегчённо вздохнул. Но осадок остался. Мы спокойно начали завтрак, как вдруг, из воздуха, появился странный человек. Он был в нескольких метрах от нас.

– Добрый день, потерпевшие! – Весёлым голос поздоровался он.

– Ну привет, – строго произнёс Андрей, казалось, он был готов кинуть в нового знакомого нож, лежащий под рукой.

– Разрешите присоединиться к вам, произнёс незнакомец и положил магазин заводских патронов на калаш.

– Как тебя зовут хоть? – Спросил Андрей и взял патроны.

– Господин зеркало, торговец зеркалами и жизнями, так меня прозвали, а сам я себя называю собирателем историй, или просто Николай Иванович.

– Что ж, присаживайся.

Я все это время молчал и наблюдал за этим, а он так говорил с Андреем как будто меня нет.

– А тебя, парнишка, как называют?

– Леха, – спокойно представился я и протянул руку.

Небольшая, хилая и жилистая рука нового знакомого коснулась моей. Он улыбнулся и начал что-то рассказывать Андрею, уплетая уже готового зайца.

Почему ему дали такие прозвища? Почему он раньше к нам не заходил? Много вопросов у меня было, но спросить я не решался. Просто сидел и разглядывал нашего гостя.

Обычный коричневый плащ с капюшоном, под ним камуфляжная футболка с дырами в некоторых местах. Обычные потрепанные штаны и ботинки. Один шрам пересекающий всю правую щеку и немного достающий до глаза. Странная сумка с картой внутри, небольшой потёртый рюкзак с множеством карманов, забитых всяким барахлом, и довольно толстая серебряная цепочка на шее. Короткие чёрные волосы, голубые глаза и небольшая щетина. Так и выглядел наш новый знакомый.

– Так вы на ГЭС идёте? – Услышал я сквозь свои мысли.

– Ну да, а что? – Спросил Андрей.

– Мне как раз в туже сторону, можем отправиться вместе.

Я не особо был этим доволен, но лучше идти втроём, чем вдвоём. Андрей, наверное, подумал также. Мы закончили трапезу и отправились в путь вместе.

Андрей много говорил с Николаем Ивановичем. А я пытался не вслушиваться и думал о нашем пути. Но в один момент я услышал вопрос от Андрея.

– А почему тебя так называют, как появились твои прозвища?

Я прислушался, а наш путник лишь улыбнулся и начал свой рассказ.

– Я не думал, что придётся это объяснять, но раз уж просите, то слушайте. Что вы видите в зеркале? Наверное, отражение. Я же вижу не только его, но и всю гниль, все пороки и все зло внутри человека. Раньше каждого четвёртого человека, в котором зло преобладало над добром, я убивал. Но теперь у меня есть новая методика. И вскоре вы будете слышать о господине зеркале отовсюду и лишь в хорошем смысле. Что касается другого прозвища. Я много путешествую и собираю истории, которыми могу поделиться. Думаю, я ответил на ваш вопрос.

Андрей побледнел, я тоже насторожился.

– Успокойтесь, заблудшие и потерянные души меня не интересуют. Давайте сменим тему, – произнёс новый знакомый.

Ещё минут двадцать мы прошли в полной тишине. Но в итоге я решил кое-что спросить.

– Ты же собираешь разные истории?

Наш путник будто ждал этого вопроса, он тотчас изменился в лице.

– Конечно, собираю. И готов некоторыми поделиться!

– Тогда может и нашу историю выслушаешь?

– Конечно, я вас выслушаю и все сохраню!

Я начал свой рассказ. После него, новый знакомый рассказывал разные истории о разных людях и мирах. Все они звучали фантастично, но в то же время были очень правдоподобными.

Мы иногда останавливались, чтобы отдохнуть и вот уже начинало темнеть. Сегодняшний день был непохож на вчерашний. Такой спокойный и лёгкий. И Андрей совсем другой, живой и жизнерадостный, даже мне было гораздо лучше.

Я вспомнил детство до катастрофы, те дни были похожи на этот, такие же беззаботные и счастливые. Хоть я и помню немного, но мне всё равно хочется вернуться в то время.

– Тут недалеко есть старые шахты. Они ведут к одному посёлку с хорошими людьми, – резко начал торговец, – я доведу вас до них, а дальше наши пути расходятся, – с явной печалью произнёс он.

Никто не ответил. Вскоре мы дошли до входа и решили немного передохнуть перед рывком. Торговец немного рассказал о деревне и её жителях. Объяснил, как добраться до нужных нам путей и к кому обращаться. Перед прощанием он дал нам по серебряному перстню с интересной гравюрой.

– Желаю вам удачи в вашем нелёгком пути, и пусть вам удастся найти себя после всего, что произошло и произойдёт. － С загадочной улыбкой произнёс он. После чего ушёл во тьму, и лишь посвистывание вдали выдавало его.

– Отправляемся! – С улыбкой произнёс Андрей.

Когда мы зашли в шахту, приподнятое настроение сменилось мёртвой тишиной и запахом гнили. Кромешная тьма окружала нас, заглядывала прямо в душу. Я пытался не подавать виду, но внутри я очень боялся. Вся атмосфера этого места только и говорила, что нам тут не рады.

– Не ссы, – с насмешкой произнёс Андрей, – Обычная заброшенная шахта ничего необычного.

Я тяжело вздохнул.

Старые гнилые балки, брошенные ржавые вагонетки и инструменты. С потолка капала вода, где-то глубоко раздавались странные звуки. Страх и тревога все сильнее захватывали меня.

– Ладно, где-то здесь уже должны быть пути, – сказал Андрей и хлопнул меня по плечу.

И правда в десяти метрах от нас мы заметили дрезину и железнодорожные пути, ведущие вниз. Мы сели на дрезину и отправились в путь.

– Теперь получше? – Спросил Андрей, уже другим голосом.

– Да, так гораздо лучше, хотя все равно тут не очень приятно находиться.

– Понимаю, – с улыбкой произнёс Андрей.

Как нам сказал наш новый знакомый ехать до деревни около трёх часов. Я решил поспать, благо дрезина было довольно большая. Андрей не стал возражать и начал что-то писать в своём блокноте. Разбудил меня скрип старых рельс, это Андрей жал на тормоза, мы приехали.

Новая шахта не казалась такой мёртвой, она была живой и доброй, ухоженная и чистая, не то, что предыдущая. Мы вышли из шахты, и нашему взору открылась огромная деревня, хорошо защищённая и такая живая. Но была одна странность, на улице уже было утро, и светило солнце, хотя вот недавно, был вечер.

– Вот чертовщина, – подумал я.

В деревне нас уже заметили и несколько охранников отправились к нам.

– Вы кто такие, как сюда попали?

– Меня зовут Андрей, это Леша мы на дрезине через шахту приехали.

– Быстро к Миротворцу их, – резко произнёс один из них.

Они повели нас к Миротворцу, про которого нам рассказывал Николай Иванович. Мы не сопротивлялись и вскоре оказались в большом кабинете…

Миротворцы

– Спасибо. Можете выйти, я сам с ними поговорю, – Серьёзным голосом сказал Миротворец.

Перед нами сидел мужик лет 40—45. Просто колоссальных размеров, с грозным и тяжёлым взглядом. На его шее висел большим железным медальном со странной надписью «СВР». Форма его была строгая, но точно не военная. Вероятно, её сделали после катастрофы. Сам он сидел, разбираясь с бумагами.

– Ну и как вы гости дорогие сюда попали? – Сказал миротворец, даже не поднимая глаз.

– На дрезине приехали, через шахты, – спокойно сказал Андрей.

– А ничего, что это тайный проход, про который никто не должен знать?

– Ну, нам про него торговец зеркалами рассказал.

Миротворец резко поднял голову и медленно сказал:

– Ну, вы ребят попали…

В комнате повисла тишина. Миротворец глаз не сводил с Андрея. Андрей ответил тем же.

– Андрей, ты что ли? – Вдруг сказал Миротворец.

– Костя? Ну, ты и постарел, даже не узнал сначала.

– И правда ты, сколько лет сколько зим.

Два давних приятеля крепко обнялись и пожали руки.

– Я многое ожидал увидеть, но тебя точно нет, – радостно проговорил Миротворец.

– А я думал ты помер давно.

– Как же я рад тебя видеть, – ещё раз обняв, сказал Миротворец. – А тебя, малец, как зовут?

– Л-Лёша, – запинаясь, ответил я.

– Что вы тут, собственно, делаете?

После небольшой паузы Андрей решил рассказать все, что случилось с нами и с нашим лагерем. Миротворец слушал спокойно, иногда что-то спрашивая и уточняя, но на моменте, где мы познакомились со стеклянным человеком, он поменялся в лице и прервал Андрея.

– Вы связались с очень опасным существом. От него не стоит ждать ничего хорошего. Просто помните, что однажды он предложит вам помощь и вам нужно будет отказаться, и ни в коем случае не обращаться к нему с просьбой и не просить о помощи. － Миротворец ненадолго прервался.

– Знал я нескольких людей, которым не посчастливилось с ним встретиться. Сначала все хорошо, он добрый и загадочный, но вот он предлагает помощь в каком-то деле, вы соглашаетесь. Всё хорошо, ваша проблема сама собой решается, как по волшебству, а вам надо платить по счетам. И вот тогда он уже не добрый и нихера не загадочный, а злобный и жестокий. Приходит за долгом, так сказать.

Эти люди пропадают без вести или их тела находят иссушенными и изуродованными до неузнаваемости. В общем, не советую вам с ним связываться.

В комнате снова повисла тишина. Я ожидал услышать подобную историю и не сильно удивился, но страшно все равно стало.

– Ладно, давай закроем тему и поговорим о чем-то другом, – сказал Андрей.

Всё в комнате поддержали эту идею, и Андрей с миротворцем решили рассказать о своей дружбе и как они познакомились.

Если говорить коротко, то получается так. До катастрофы Андрей и Костя вместе служили в СВР, попав туда в одно время. И да, Миротворца зовут Костя, как оказалось, в лагере никто не знает этого. Так вот, они служили вместе много лет и были на многих миссиях, где работали в одной команде. Но позже Костя попал в «Заслон» － специальное подразделение СВР, где прослужил много лет. А Андрей, остался в СВР. Вот как получилось, спустя много лет, встретились два давних друга и сослуживца.

– А как ты здесь оказался? – Спросил Андрей.

– Ох… Это долгая история, давай как-нибудь, потом расскажу, а то дел сейчас много. Сейчас, я позову ребят, и вам выделят небольшую комнату и проведут экскурсию по лагерю.

Костя вызвал по рации какого-то Колю и сел перебирать бумаги у себя за столом. Вскоре пришёл Коля и повёл нас к небольшому домику.

– Это ваш дом, вот ключ, как будете готовы пройтись по лагерю, дайте знать, – доброжелательно сказал Коля.

– Сейчас только вещи сбросим и пошли, – сказал Андрей, на что Коля кивнул и сел на лавочку рядом с домом.

Мы быстренько заскочили в домик, выложили вещи, после чего выдвинулись вглубь лагеря.

Таких мест я никогда не видел. Множество людей, разные здания, смотровые вышки и прочный забор по периметру. Все выглядело надёжно, и явно было создано ещё до катастрофы.

– Как вы уже поняли, вы попали в Лагерь Мира, самое безопасное и спокойное место в этих краях. Справа вы можете увидеть больницу…

– Стой, Коля, давай лучше про сам лагерь что-нибудь расскажешь, – прервал Андрей.

– Хорошо, – ответил Коля, несильно довольный предложением Андрея, – что ж, ещё до войны и нашествия заражённых, этот лагерь был военным объектом. Здесь Миротворец и команда подготавливали людей для службы в армии.

– Это был экспериментальный государственный проект. Я бы назвал его институтом для военных. Поступить сюда было довольно сложно, надо было иметь не только высокую физическую подготовку, но и сдать вступительные задания. Так этот лагерь проработал пять лет и уже должен был выпустить первых специалистов, но тут произошла катастрофа. Мы потеряли связь со всеми государственными организациями и спецслужбами.

– Так миротворец остался тут главным и решил обороняться и защищать людей, за которых нёс ответственность. С того времени укрепили забор, сделали плантации с теплицами и загоны с животными. Больше рассказывать нечего, мы живём спокойно, никого не трогаем, собираем информацию, иногда спасаем людей и расширяем границы, вот и все.

– А с кем вы поддерживаете отношения? – С интересом спросил Андрей.

– Много с кем, с Охотниками, с деревнями в лесах, со сталкерами, с торговцами и с Беретами.

– А что за Береты, ни разу не слышал о них? – Поинтересовался я.

– Это довольно большое объединение, в которое входят много поселений. Они находятся на большой территории, но управляются из одного, неизвестного места. Что ещё? － Коля задумался. －В каждом поселении одинаковые правила и ранги. В общем, что-то похожее на небольшую страну.

– Понятно, спасибо Коля, – сказал я и остановился возле фонтана на небольшой площади.

– А это центр нашего лагеря. Место, где обычно торгуют все странствующие торговцы.

Множество ларьков, фонтан, деревья, забетонированная площадь и лавочки, все это находилось прямо передо мною. Ухоженные деревья давали тень и прохладу, а чистая площадь и лавочки дарили комфорт и удобство. Фонтан доставлял эстетическое удовольствие своим незамысловатым строением, а также служил поильником для небольшой стайки птиц.

– Как же тут красиво, – сказал я, смотря по сторонам.

– Ага, – поддержал Андрей.

– Побудем здесь немного или отправимся на ту сторону лагеря, плантации и фермы посмотрим? － Спросил Коля.

– Давай тут останемся, посмотрим, что продают, – сказал Андрей, уже решивший пойти и купить что-нибудь.

– А у вас тоже за патроны покупают? – Спросил я, думая прикупить что-нибудь.

– Да, но некоторые торговцы могут и обменяться на что-то, – ответил Коля и присел на лавочку позади нас.

Сколько же всего, оружие, экипировка, еда, одежда и украшения. Андрей уже стоял у ларька с экипировкой и болтал с торговцем. Я решил сходить и посмотреть оружие. Хоть у меня уже был калаш, но он был старый и потрепанный. Я подошёл к торговцу, который очень энергично зазывал покупателей к себе.

– Здравствуйте, а что у вас есть? – Спросил я у торговца.

– Все что нужно для счастливой жизни в апокалипсисе! － Бодро отозвался торговец. － Ножи, пистолеты, автоматы, патроны и один эксклюзивный экземпляр － РПГ и 5 зарядов к ней, – радостно говорил торговец, активно жестикулируя.

– А можно этот пистолет посмотреть?

– Конечно, дорогой, смотри какой красивый, заводской сборки, идеального качества! А в руке как лежит, просто сказка, а не пистолет.

– И правда, – сказал я, крутя в руках пистолет, – а есть обвесы какие-нибудь?

– Обижаешь, конечно есть, смотри! Прицелы, глушители, увеличенные магазины и фонарики.

– Круто, а сколько что стоит?

– Сам пистолет 30 патрон, прицелы от 5 до 10, глушители по 10, а увеличенный магазин 15.

– Спасибо! Можете отложить для меня этот пистолет, прицел за 5 и глушитель, я сейчас за патронами схожу и вернусь.

– Конечно, и даже скидку сделаю!

Поскольку заводских патрон у меня было немного, я решил обменять перстень, подаренный мне стеклянным человеком. Я немного походил по площади, и набрел на лавку с украшениями. У прилавка стоял пожилой мужчина.

– Здравствуйте, а вы покупаете украшения?

– Здравствуйте, покупаю.

– Вот такое кольцо, сколько будет стоить?

– Так-так, а где вы его достали?

– Подарили.

– 150 патрон вас устраивает?

– 260 и оно ваше.

– Договорились, – быстро согласился торговец и начал отсчитывать патроны.

－Я так и думал! Стекляшка подарил нам необычные кольца, – подумал я про себя.

– Вот ваши патроны.

– Что же в этом кольце такого особенного? – Решил спросить я, забирая патроны.

– Это кольцо принадлежало Николаю второму, и создано было всего два таких кольца.

– Понятно, спасибо! – Сказал я, не понимая, кто такой Николай второй.

– Ага. Кстати, если подарят второе такое кольцо, продай его мне, заплачу столько же, – посмеявшись сказал торговец.

– Посмотрим, – сказал я и направился к ларьку с оружием.

– О, а вот и мой орёл, ну что, принёс патроны? А то столько народу купить твой пистолет хотели, всем отказал, тебя ждал!

– Конечно, принёс! － Я положил патроны на прилавок. － Давайте ещё пару таких магазинов с патронами.

– Да-да, конечно, ещё по 5 за магазин, – радостно протараторил торговец.

– Давайте 3 магазина.

– А ножи метательные не нужны?

– Нет не надо.

– Давай! За 4 штуки вместе с пистолетом всего 80 патрон, – говорил торговец, крутя ножи в руках.

– Ну ладно, давайте.

– Хорошо, спасибо дорогой, вот тебе кобура в подарок, приходи ещё!

– Спасибо, до свиданья.

Счастливый я направился к Андрею, который сидел с Колей на лавочке.

– Смотри, какую пушку взял, – похвастался я.

– Неплохо, неплохо.

– Там ещё РПГ есть!

– Ты хоть знаешь, сколько она весит?

– Я просто сказать решил, раньше только в рассказах слышал о нем, а сейчас в живую вижу!

– Понятно, я сам помню, как впервые его увидел, так хотелось выстрелить, – сказал Андрей и о чем-то задумался.

– Выстрелил? – Спросил я, сев рядом.

– Выстрелил, и больше не хотел, так шарахнуло, чуть не улетел.

– Прям настолько? – Уточнил я, сев ближе.

– Прям настолько, – сказал Андрей и широко улыбнулся.

– Слушай, а откуда у тебя патроны на этот пистолет, да ещё и с обвесами.

– Я кольцо дорого продал.

– Да? – Удивлённо сказал Андрей.

– А второе сможешь?

– Конечно, могу ещё дороже!

– Давай, попробуй, – сказал Андрей, и отдал кольцо.

－Наверное, он мне не верит, – подумал я и решил продать кольцо за 300 патрон! －Докажу, что не врал.

– Снова здравствуйте!

– Добрый день.

– Вот и второе кольцо, – с широкой улыбкой сказал я и положил кольцо перед торговцем.

– Не может быть, дайте мне посмотреть получше, – сказал удивленный торговец.

Прошло 5 минут. Торговец вновь начинает разговор:

– Не может быть, столько лет не было, и вот появились.

– Бывает такое, только за это кольцо я хочу 300 патрон.

– Конечно, секунду.

Довольный я забрал патроны и пошёл к Андрею.

– Вуаля, вот ваши патроны Андрюша, – довольный собой, я передал патроны Андрею.

– Честно, не ожидал, – сказал Андрей, и отдал 10 патрон Коле.

– А я говорил, что кольцо может столько стоить, – произнёс Коля и пожал мне руку.

– Что будешь брать? – Поинтересовался я и уселся рядом.

– Там такой костюм есть, за 250 патрон, его возьму.

– Как какой-то костюм может столько стоить? – Спросил я.

– Как какой? Усиленный костюм, защищённый, – объяснял Андрей.

– Ладно, покупай. Посмотрим, что это за костюм.

Андрей ушёл, а я остался наедине с Колей.

– Слушай, Коль, а сколько человек тут проживает?

– 485 если не считать вас.

– Много.

– А то.

– А сколько ты тут живёшь Коль?

– С самого начала войны. Вместе с женой и детьми. – Коля улыбнулся, – тут хорошо, спокойно. Стабильная зарплата есть, вы бы тоже оставались тут, а то мало ли что дальше вас ждёт.

– У нас с Андреем свой путь. Мы надолго тут не задержимся, а жаль.

– Силой мы никого не держим, так что могу только пожелать вам удачи.

– Спасибо.

В воздухе повисла небольшая пауза, после чего я продолжил диалог.

– Кстати, Коль, а как ты думаешь, из-за чего все началось? Я думаю, вирус какой-нибудь, вот люди заражёнными и стали, а ты?

– Если судить по данным, полученным во время катастрофы, и данным собранным после, то получается примерно так. － Коля задумался.

– Все началось с беспорядков в большинстве сверхдержав в мире, митинги, налёты и погромы. Вроде людей то было немного, но зато все они были с оружием и у них явно был план.

– Ого.

– Это длилось почти целый день и тут раздался гул сирен. Ядерные ракеты ударили по большинству городов во всем мире. Также были ракеты с какой-то дрянью, которая людей в зомби и превращала. А заражённые, в свою очередь, через укусы распространили эту дрянь.

Я неподвижно сидел, и обдумывал сказанное Колей. И видимо так погрузился в раздумья, что Коля начал беспокоиться.

– Все хорошо? – Спросил он.

– Да, все хорошо. Просто обдумываю все что услышал, – сказал я, немного придя в себя.

– Понимаю, это непросто. Миротворец может тебе больше рассказать, попробуй его спросить, если будет возможность.

Я кивнул и заметил, как радостный Андрей идёт в своём новом костюме. А выглядел он внушительно и прочно. Закрыты все конечности, шлем с противогазом. В таком костюме и зомби не страшны.

– Ну и тяжёлый он, – проговорил Андрей, осматривая свой костюм.

– Наверное.

– Ну, ничего, зато ни одна заражённая падла не пробьёт и не покусает, – сказал довольный Андрей и сел на лавочку.

У них с Колей завязался небольшой диалог, а я просто сидел и наблюдал за местными жителями.

В большинстве своём они были спокойными и никуда не торопились, вели долгие разговоры, смеялись, и выглядели счастливыми. Среди них выделялись только торговцы, зазывающие клиентов. Хотя даже они были не против немного передохнуть от торговли и поговорить друг с другом. В воздухе царили спокойствие и безмятежность.

– Пошли домой, отдохнём, – предложил Андрей, поговоривший с Колей.

– Пошли.

И вот вскоре мы дошли до дома, где и попрощались с Колей. Немного позже мы немного поспали.

Проснувшись рано утром я заметил, что Андрей уже готовится уходить.

– Андрюх, может останемся здесь? – Спросил я, зевая и отходя ото сна.

– Ты знаешь, что я отвечу.

– Но почему, тут же так хорошо.

– Это пока, потом ты обязан работать, потом семья и тебе нужно работать ещё больше, а если кто нападёт?

– А что плохого то в работе? Да и причём тут это?!

– Ты работаешь, получая за это патроны. Только вот где работать ты не выберешь, а пойдёшь, куда определят. И многое другое.

– Откуда ты знаешь, что нельзя выбрать работу? У нас же в лагере мы выбирали чем заниматься, хоть и патрон не получали. И еще! Причём тут вообще работа?

– Мне Коля рассказал. А что касается второго вопроса. － Андрея прервал стук в дверь. В дом вошёл Костя, или же Миротворец.

– Уже уходите?

– Конечно, до ГЭС путь не близкий, – сказал Андрей.

– Слушай, через пару часов из нашего лагеря выдвигается группа, идущая до Абаканской базы беретов, может с ними двинете?

– Нормальные хоть люди? – Уточнил Андрей и сел на кровать.

– Насчёт этого не переживай. － Костя заулыбался. － Бойцы не самые опытные, но как люди просто супер!

– Чёрт с тобой, ладно пойдём с ними.

– Вот и хорошо, а то появились какие-то новые твари, говорят они очень опасны. Буквально неделю назад Охотники рассказывали, что 6 человек из их отряда какая-то тварь убила, а я напомню, что отряды у них по 20 человек, обученных убивать зомби. － Костя сделал небольшую паузу. － Наши разведчики тоже их видели. Они в два раза больше обычного зомби и все покрыты плотными наростами.

– Спасибо, – сказал Андрей.

– Пока ждёте, предлагаю позавтракать. Там же ещё немного о местности расскажу, – сказал Костя, выходя из дома.

Мы прошли в большое здание, находящееся на окраине лагеря. Мы оказались в огромном зале. Внутри сидело довольно много людей, и все вставали и отдавали честь Косте, когда он проходил мимо. Нас усадили за небольшой стол, за которым сидели высокопоставленные люди.

– Думаю, Коля рассказал вам немного о ближайших территориях. – Начал разговор Костя.

– Да, немного, – ответил Андрей.

– Опять сидеть и слушать их болтовню, как будто меня нет, – подумал я.

Но мои мысли прервали люди, принёсшие еду. На завтрак у нас была варёная картошка с мясом. Было вкусно. Мясо было жареным, и имело небольшую корочку, которая придавала ему особый вкус, а картошка была мягкой, из-за чего напоминала пюре.

– Как я уже говорил, вы направитесь к Абаканской базе Беретов, до туда дней пять идти.

– Далековато, – вздохнул Андрей.

– Да ладно, Андрюха, в своё время и дальше ходили.

– Тогда заражённых не было.

– Это да, – Костя задумался о чем-то и продолжил говорить, – раз про Беретов и Охотников знаете, давайте про церковь расскажу.

– Валяй. － Ответил Андрей.

– Простым языком это гребанные фанатики и сатанисты, поклоняющиеся заражённым и другим тварям. А если немного разобраться, то это серьёзный противник и сильное объединение с жёсткой дисциплиной и преданностью к своему лидеру. А после недавней войны у них ещё территория увеличилась. По дороге вполне можете их встретить, так что будьте осторожны.

– О них мы тоже немного слышали, но все равно спасибо.

– Ну а остальные объединения довольно мелкие и не значительные, – договорил Костя и приступил к еде. Андрей тоже начал есть.

– Какой всё-таки большой этот зал, – думал я, – такие я видел только до войны, но теперь ощущения были другие. – Я посмотрел на Андрея. – Неужели здешняя работа так страшна, что Андрей не хочет тут оставаться? Или он думает, что на ГЭС лучше? А если и вправду лучше, может он что-то знает?

– Слушай малой, а ты не хочешь тут остаться, – послышалось вдруг.

Я чуть не подавился, голос пропал, и я смог лишь кивать. Андрей посмотрел на Костю и дал понять, что я пойду с ним.

– А что такого, Андрюх? Пусть малой сам поживает, опыта наберётся, жизнь посмотрит! Что его на ГЭС эту тащить?! Нет там ни хрена.

Андрей тяжело вздохнул.

– Ох, не нравится мне это, – подумал я про себя и, проглотив еду, сказал:

– Я с ним пойду, спасибо за предложение.

Андрей ещё раз посмотрел на Костю, потом на меня. Немного подумав, он продолжил завтрак.

– Ну ладно, я никого не принуждаю.

– Может, лучше расскажете, как катастрофа началась?

– Давай, почему бы и нет.

Я с облегчением вздохнул, ведь мне удалось сменить тему и ничего не произошло.

– 19 июля начались бунты и митинги, сначала людей было немного, и цели их были непонятны, недовольство экологией или что-то подобное. – Миротворец что-то вспоминал. – Но после к ним начали присоединяться и обычные жители. Толпа росла и росла.

– Звучит серьёзно.

– Власти пытались разогнать их мирно, но бунтовщики начали стрелять, стреляли по полицейским, по гражданским которые не сними. Черт его знает, откуда они взяли оружие, и почему начали стрелять, но это произошло, и власти стали действовать решительней. Военная техника, перекрывала улицы и районы, но не помогало.

– Припоминаю такое, – смутные обрывки воспоминаний играли в памяти.

– Сумасшедшая толпа уничтожала все, что попадается на пути. После ударили ракеты. Примерно так и было. Разве что мотивы и цели обеих сторон мне не ясны.

– Спасибо, что рассказал.

– Всегда рад, – ответил Костя и продолжил завтрак.

Только тогда я заметил, что Андрей сидит с недовольным и злым лицом, посматривая на нас с Костей.

– Я пойду, прогуляюсь немного, – сказал Андрей и быстро удалился.

– Подходи к главным воротам, скоро отряд отправится, – прокричал ему вслед Костя.

Оставаться наедине с Костей было некомфортно, хоть он и был всегда дружелюбен со мной. Но некое волнение, вызывающее дискомфорт, все ещё оставалось.

– Как я вижу, у Андрея все ещё есть проблемы с эмоциями. Хотя, это все равно лучше, чем было тогда.

– Тогда, это когда? – Поинтересовался я, уже доев свою порцию.

– Точно не помню, но началось это на гражданке, что-то случилось с его младшим братом, а потом и с матерью. Остался он один с женой. Видимо что-то серьёзное, раз уж крышак у него подтекать стал. － Костя задумался, – надо будет как-то узнать, что случилось там. Может ему ещё помочь можно.

– Наверное.

Ну вот, а дело серьёзное! Хоть выбросы гнева и редкие, но когда случаются лучше его не трогать, – медленно проговорил Костя, задумавшись о чем-то.

– Не помню, что бы Андрей такое рассказывал, наверное, тяжело ему об этом говорить, – сказал я, отводя взгляд.

– Парень, ты случайно не знаешь, почему на самом деле Андрей идёт на ГЭС? – Тихо спросил Костя, осмотревшись по сторонам.

– На самом деле?

– Понятно. Почему я думал, что он тебе сказал? – Голос Кости звучал несколько разочарованно.

– О чем ты говоришь?

– Ты же не думаешь, что он просто хочет найти место для новой жизни? У него точно какая-то другая цель, уж мне то поверь! Я этого гада хорошо знаю, – с улыбкой сказал Костя, – только вот какая цель?

– Он говорил только про новое место для жизни.

– Слушай, может он вёл себя странно в последнее время?

– Нет, ничего необычного. Спокойно нёс свою смену, учил меня стрелять и выживать в свободное время, много общался с остальными людьми в лагере.

И тогда я вспомнил все, что произошло в лагере, крупная слеза потекла по щеке, как я не хотел это вспоминать.

– Ладно, прости что напомнил, я знаю, что это тяжело, – произнёс Костя тяжёлым и серьёзным голосом.

– Я в порядке, – проговорил я, вытирая слезы и пытаясь не думать об этом.

– Ну, хорошо, тогда пошли к воротам.

Мы двинулись к выходу. По дороге он немного рассказал о местных бандитах. Конечно, я слышал про бандитов, но не знал, что у них есть свои поселения, о которых мне рассказал Костя.

Андрей уже стоял у ворот, рядом стоял наш отряд － с десять хорошо вооружённых бойцов. Одеты они в костюмы как у Андрея, но со странными рисунками на груди, спине и плечах.

– Что это за рисунки? – Спросил я у Кости, указывая на белых птиц.

– Это наш символ, символ мира, белый голубь.

– Красивые, – сказал я и остановился рядом с Андреем и бойцами.

– Здравия желаем товарищ командир! – Чётко и громко прокричали бойцы.

– Вольно.

– К походу готовы товарищ командир, – проговорил самый крупный из них.

– Хорошо, вот знакомься это Андрей и Леша они пойдут с вами. Я тебе уже говорил. Ребята, это Серега － командир отряда, по всем вопросам к нему, – сказал Костя.

Попрощавшись с Костей, мы выдвинулись в путь.

– Стой, Леха, если что-то пойдёт не так и отряд погибнет, то любой ценой доставь рюкзак Серьги до Беретов, любой ценой. В нем есть небольшой Кейс, это самое важное. Ты понял? – Тихо сказал Костя, остановив меня.

– Понял.

– Хорошо, удачи тебе.

– Пока!

Мы выходили из огромного защищённого лагеря, а я думал над словами Кости. Почему я должен доставить какой-то кейс, и почему что-то должно случиться с отрядом? Они же хорошо подготовлены! А если он в них сомневается? Даже если так, почему он доверяет мне?

Проклятый путь

– Так пацаны, пока вы с нами вы следуете нашим правилам и слушаетесь меня, ясно? – Чётко и строго сказал Сергей, выдернув меня из размышлений.

– Да.

– Да.

– Вот и хорошо, я возвращаюсь в начало группы вы предпоследние, – с таким же тоном произнёс Серега.

– Он всегда такой? – Спросил Андрей у парня, шедшего сзади нас.

– Это да, он один из старых солдафонов, учился в лагере ещё до войны и застал её прямо здесь.

– Понятно, это похоже на Костю – порядок, дисциплина и спокойствие.

– Ха-ха, в этом весь он, кстати, меня Жека зовут.

– Андрей, очень приятно.

Забавно смотреть на то, как Андрей общается с Женей, даже не смотря на него, просто идёт вперёд, а говорит назад.

Да и сам Жека не менее интересный перец. Под защитным костюмом скрывается худощавое маленькое личико, усыпанное морем шрамов и синяков, прям как у бывалых вояк. Все это дополняли короткие чёрные волосы и мелкие коричневые глаза. А также его гордость – щетина. Странно, наверное, гордиться щетиной, хотя может у них это круто, кто его знает.

– Я вот помню, как мы ходили в вылазки за информацией и впервые встретили Охотников, – услышал я сквозь свои мысли.

Это Жека рассказывал какую-то историю. Я не стал вслушиваться и просто любовался природой.

Нас окружал густой зелёный лес, красочные цветы и яркое солнце. Немного вдали слышалось щебетание птиц, а прямо под ногами хруст сырых веток. Только гнусные мысли беспокоили меня. Костя явно дал понять, что прогулка может быть непредсказуемой. Да и его последние слова. Почему вдруг, если весь отряд погибнет, то я выживу? Может он что-то и знает?

– У них там такая база, охренеть можно, – мои мысли прервал голос Жени.

– Ладно, послушаю, – подумал я и начал прислушиваться.

– Окопов куча, рвы, ловушки, колючая проволока и здоровые стены, вот такая у них база! Как сейчас помню, мне двадцать тогда было, и я вообще охренел только от вида базы! – Женя набрал воздуха и продолжил, – но, когда увидел эту базу в обороне! – Воздуха Жене явно не хватало.

– Никто даже до второй линии обороны не дошёл! А это ведь не тупые зомби были, а бригада Кузьмича! Самая отмороженная из бандитских бригад! Так это ещё ладно, они потом лагерь этих бандитов нашли, главаря убили, а весь хабар себе забрали! Вот уже как 5 лет ни слуху, ни духу об этой бригаде.

– Другого от Охотников я и не ожидал, – произнёс Андрей, которому явно нравилось общаться с Жекой.

– Ещё помню, как первый раз на базу Беретов попал, вообще отвал башки! Я сначала подумал, что это просто город непострадавший от бомбёжки, но нет, они отстроили целый город с нуля! Огромные бетонные стены, большие дома и куча магазинов! – Женя прям светился – Круто, что мы снова туда идём! Причём Абаканский аванпост считается самым маленьким, а представь, какой будет Иркутский! Он считается самым большим! Вообще здоровый должно быть! – радостно говорил Женя, размахивая руками.

Так они болтали весь день. Мы шли и шли, дорога казалось бесконечной, но в итоге вечерний привал все же наступил. Как только мы остановились мне дали задание, развести костёр. Вскоре костёр разгорелся, ребята принесли по бревну, на которые мы и сели. День выдался непростой, ноги гудели, а сил почти не осталось.

– Так, Андрей с Лешей дежурят первые, потом Женя и Вадим, все ясно? – Своим строгим голосом сказал Серега.

– Да товарищ командир! – Прокричали Вадим с Жекой, я кивнул, а Андрей просто посмотрел на Серегу и продолжил устраиваться у костра.

– Ладно, может, ты ещё научишься манерам, – надменно сказал Сергей.

Андрей просто кивнул и начал разговор с Жекой.

– Слушай, Женек, а давно ты с этими занудами ходишь?

– Лет пять уже.

– А до этого где был?

– Меня эвакуировали в лагерь, как все началось, пять лет готовился и вот я здесь.

– Неужели сюда так сложно попасть?

– Нет, сюда только с 20 попадают, поэтому и ждал. Жаль, конечно, что раньше не попал. – Немного грустно сказал Женя, – а то все веселье в первые года было, сейчас осталась только скукотища.

– Лучше уж скукотища, чем войны. – Подхватил Вадим.

– Это да, – сказал Женя более серьёзным и грустным голосом.

Настала минута тишины, все молчали и о чем-то думали. Чуть дальше слышался голос Сереги, который отчитывался о сегодняшнем дне Миротворцу, а один из бойцов начинал готовить ужин на разведённом костре.

Я расслабился, запрокинул голову назад и увидел чёрное небо, усыпанное звёздами, маленькими яркими звёздами. Вдали слышались разные шорохи, болтали ребята, что находились подальше от костра, а вскоре и едой запахло. Так хорошо. Расслабление и спокойствие поглотили меня, и я чуть не упал, меня подхватил Андрей и с этого момента молчание возле костра прекратилось.

– Аккуратно, а то башку проломишь, – весело произнёс Андрей и заулыбался.

– Кстати, Леха, а что это за ожог у тебя на руке? – Спросил Вадим, обративший на меня внимание.

– Да я сам не помню, откуда он взялся.

– А, ну хорошо, а то я слышал, таким образом укусы скрывают.

– Если бы тяпнули за руку, то через пару часов бы уже обратился, так что это точно не укус, – сказал Женя. – А вот версия, что это в церкви татуировку выжгли вполне подходит.

Все покосились на нас с Андреем.

Ой, не нравится мне это, – подумал я.

– Да не ссыте, шутка это, – начал Жека, громко смеясь. – Вы бы видели свои лица!

– Расслабьтесь, шутка это, – проговорил кто-то из толпы.

Я успокоился. Андрей уже вовсю улыбался и посмеивался, как вдруг я заметил, что смеялись все, кроме Сереги. Видно, ему такие шутки не сильно нравились. Он просто покачал головой и ушел.

– Ладно, ребят, шутки шутками, ну а как вы к нам попали, – спросил Вадим.

– У нас деревня была в лесу, на нас напала орда, и мы решили эвакуироваться. Всё собрали, выдвинулись, но кто-то разорвал всех, кто эвакуировался, только мы и остались. – Начал Андрей.

Все немного притихли. Вадим снова спросил:

– А люди странные к вам заходили?

– Ну да.

Все переглянулись. Вадим продолжил:

– Что ж, похоже это церковь постаралась.

– Что? – Переспросил я.

– Похоже, эти сволочи решили и этот сектор подмять, да плохо дело, – говорил Вадим, смотря в пол и почёсывая подбородок.

– Да что происходит! – Снова спросил я уже гораздо громче.

– Что, что! Это церковь на вас своего зверька натравила! Она уже который раз расширяет свою территорию. А все для того, чтобы окружить лагерь мира! Вот что происходит, – сказал Серега своим жёстким и грубым голосом.

Все затихли, а Серега продолжил:

– Именно поэтому мы и идём к Беретам. Чтобы мы вместе смогли напасть на Церковь и уничтожить её раз и навсегда! – Сергей был гораздо эмоциональнее чем раньше. – Для этого нужны огромные ресурсы! Поэтому мы и прёмся убеждать этих баранов. Одних уже убедили, теперь эти остались!

В лагере стояла гробовая тишина, только тресканье костра нарушало её, Серега снова отошёл, а один из бойцов начал накладывать ужин.

– Вы главное не переживайте, мы справимся, – осторожно начал разговор Женя.

– Да, конечно, справимся, – начали поддерживать другие.

– В вас то я не сомневаюсь, – ответил Андрей, – просто от осознания скорой и масштабной войны как-то не по себе.

Я ушел в свои мысли. Теперь понято, почему рюкзак Серёги так важен. А что если они не справятся? Что, если Береты не помогут? От таких мыслей дрожь пробирала до костей. Из этого состояния меня вырвал боец, который раздавал еду. Рома вроде бы его звали.

На ужин у нас была варенная картошка и что-то похожее на курицу. На вкус это было не так вкусно как в лагере, но что тут поделать. Всяко лучше, чем голодным сидеть.

Вскоре я доел и наблюдал за остальными. Я заметил странную татуировку на шее у Сереги, который сидел напротив меня. На ней изображён клоун и написано большими буквами «КИШ». Я решил спросить у Андрея, что она значит, но он сказал, что я ещё маленький.

– Ну и ладно не сильно и хотелось, – подумал я про себя и продолжил присматриваться к бойцам, и их снаряжению.

Я заметил, что у всех абсолютно одинаковое оружие. Но что это за пушки, я так и не понял, таких я раньше не видел.

Так я просидел ещё какое-то время. Кромешная тьма окружила лагерь. Прозвучала команда к отбою, а мы с Андреем остались дежурить.

– Ну, Леха, вдвоем лучше дежурить, а? – Спросил Андрей.

– Думаю, лучше.

Но кто-то из лагеря фыркнул на нас, и мы решили подежурить молча. Так хорошо дежурить вдвоём, гораздо спокойней, чем одному, и даже костёр нам оставили! Правда накрыли его чем-то, чтобы не светил особо сильно, но зато тепло.

Так мы сидели около часа, все уже уснули, а мы дежурили, иногда подбрасывая дров в костёр. Так мы и коротали время, под тихие потрескивания костра и далёкие звуки леса. Как вдруг среди этой гармонии послышался тихий смех. Я посмотрел на Андрея.

– Слышишь? – Тихо спросил он.

– Да, – прозвучало в ответ, но это был не я.

Я резко обернулся, сзади никого не было, повернувшись назад я сразу же увидел старого знакомого.

– И снова здравствуйте! – Весело и задорно поздоровался Николай Иванович.

– Тихо, люди спят, – прошептал Андрей и показал на наш отряд.

– Они не проснутся, можете спокойно говорить.

– Ну, привет, – неловко начал я диалог.

– Вижу кольца вам пригодились, не переживайте, я не в обиде, я все понимаю.

– Зачем пришёл тогда, – спросил Андрей.

– Поговорить и узнать, как вы поживаете. – Николай Иванович приблизился к лицу Андрея. – И я уже всё вижу.

– Что ты видишь? – Спросил Андрей, немного оттолкнув непрошеного гостя.

– Ты все равно не поймёшь, ты ещё маленький.

Андрею эти слова явно не понравились.

– Ну не дуйся, когда-нибудь и ты увидишь.

– Давай ближе к сути. Что тебе надо, стекляшка? – Скрипя зубами, проговорил Андрей.

– Ладно, ладно! – Голос его звучал весело, он наслаждался, – я пришёл, чтобы поговорить о Леше.

– А что я?

– Как я и думал, Андрей ничего тебе не сказал. Ай ай ай, – Стекляшка качал головой. – Ну ладно, пусть он сам расскажет, когда придёт время. Но помни, ты человек особенный и Андрей это знает. – Николай Иванович самодовольно смотрел на Андрея. – Он знает, зачем вы идёте на ГЭС, но не знает, что вас там ждёт, хоть и догадывается.

– О чем ты говоришь? – Спросил я и посмотрел на Андрея, который уже был готов вцепиться в нашего гостя.

– Вижу тут мне не рады. Хорошо, сейчас я уйду, но позже мы снова встретимся, обещаю! – Стекляшка театрально поклонился и исчез. Просто растворился в воздухе. Высоко в небе раздался жуткий смех.

– Ну и дурной он, конечно, – сказал Андрей, смотря в небо. – Ладно, поразвлеклись и хватит, дозор не ждёт.

– Андрей, ты ничего не хочешь мне рассказать?

После этих слов лицо Андрея изменилось, он задумался, смотрел то на меня, то на куда-то вбок, он прикусывал губы и явно нервничал, но наконец, сказал:

– Пока ещё рано, время не пришло.

– Когда время придёт? Что я должен знать? Почему ты молчишь?

– Тихо, не ори, людей разбудишь. Раз сказал потом, значит потом. Я решаю, когда время настанет.

– Ты решаешь, когда я должен узнать что-то о себе, я правильно понимаю?

– Все правильно.

– Да пошёл ты, – сказал я и пошёл вглубь лагеря. Андрей встал с места, я побежал, и споткнувшись упал прямо на Женю.

– Кто здесь? – Ещё сонным голосом проговорил он.

– Это Леха.

– А, ты, а что уже наше время дежурить?

– Да.

– Ну, хорошо, сейчас Вадима подниму, можешь моё место занимать.

– Я с вами подежурю, – сказал Андрей, – что-то не спится.

– Ну как хочешь, но завтра мы план не изменим, если ты не выспишься.

– Это понятно, не впервой.

Я остался наедине с самим собой. Устроился поудобнее и уснул. Сон был странным, я понимал, что сплю, но сон продолжался. Я очутился в открытом космосе, а рядом стоял Стеклянный человек.

– И снова здравствуй, Леша.

– Привет, наверное, – неуверенно сказал я.

– Наконец-то мы можем спокойно поговорить. – Говорил он, ходя из стороны в сторону.

– Может я не хочу с тобой говорить?

– Как-то пусто у тебя во сне, не считаешь? – Говорил Николай Иванович, не обращая внимания на мои слова.

– Как ты сюда попал?

– Это неважно, важно, что нам никто не помешает.

– Что ты собираешься делать? – Волнуясь говорил я.

– Просто поговорить о прошлом. О том, что ты позабыл. – Николай Иванович останавливается, протягивая руку. – Хочешь узнать тайны прошлого?

Я робко протянул руку. Сердце билось чаще, волнение распирало меня изнутри. Через мгновенье мы оказались в странном месте. – Где мы?

– Сейчас все узнаешь, просто иди за мной.

Я промолчал и отправился за Стеклянным человеком. Мы шли по длинному, тёмному коридору, вокруг ни души. Вскоре мы увидели свет в конце коридора. Куда мы идём, что он хочет показать? Может спросить его? – Думал я.

А тем временем мы приближались к проходу, из которого исходил свет. Это был какой-то кабинет, из которого вышли двое мужчин в белых халатах.

– Вот и те, которые нам нужны.

– А они…

– Они нас не видят, не беспокойся, просто смотри. – Сказал Николай Иванович.

Я не понимал, что происходит, но решил послушаться.

– Ну что Витя, как продвигается разработка?

– Если бы ты тоже работал, то продвигалась бы хорошо.

– Понятно. Слышал, что в наш отдел новеньких набрали, со следующей недели будут здесь работать.

– С одной стороны это хорошо, а с другой опять учить их, на вопросы тупые отвечать.

– Витя, ну ты че! Про Славу что ли забыл? Ему только дай повод, всех всему научит! На него новеньких повесим и все.

– Ага, и разболтает им все. Он же тот ещё балабол!

– Ну а что плохого? Он же не прохожим на улице рассказывает.

– Все равно. Есть уровень допуска, и новым сотрудникам все знать не положено, – строго проговорил Витя.

– Ты ещё скажи, что знаешь больше меня, – улыбаясь говорил Женя.

– Ну да. Я главный, и видимо самый адекватный в нашем отделе.

– Смысл от информации, которую кроме тебя никто не знает?

– Хватит. Закрыли тему.

– Ну как хочешь.

– Лучше скажи, ты сегодня со мной едешь или на автобусе?

– Давай с тобой, не хочу ждать автобус этот.

– Вот и хорошо.

И тут все резко пропало. Мы с Николаем Ивановичем снова оказались в космосе. Возникла небольшая пауза.

– Не хочешь сменить окружение? － Вдруг спросил он.

– Что?

– Твой сон, твои правила. Ты можешь менять окружение вокруг.

– Нет, пусть будет космос, – сказал я, размышляя над увиденным ранее.

– Ну как хочешь.

– Ты мне лучше скажи, что это сейчас было?

– Ох, как все запущенно. Сейчас мы наблюдали события прошлого…

– Это и так ясно! Зачем ты это показываешь? Вот, что интересно.

– Успокойся. Я все скажу, просто слушай.

– Я слушаю.

– Я плавно подвожу тебя к твоему прошлому. Не могу же я так просто вывалить на тебя всю информацию.

– Хорошо. Тогда давай дальше.

– Другое дело. Знал ли ты, где он работает?

– Он химик или кто-то в этом роде. Я точно не знаю. У него была эта штука о неразглашении чего-то там.

– О, уже лучше. – Николай Иванович подошел ближе, взяв меня за руку. – Хочешь узнать, чем именно он занимался?

– Сам знаешь.

Стеклянный широко улыбнулся, после чего мы оказались в каком-то кабинете. Вокруг стояло много разного оборудования.

– Смотри Леша, сейчас произойдёт историческое событие.

И тут я заметил Витю и Женю, которые стояли за столом и что-то делали.

– День 698. Образец формулы номер 142 был введён испытуемым. Ждём реакции.

– Что он делает? – Спросил я.

– Это он запись исследований ведёт. Сейчас время немного перемотаю и дальше посмотрим.

Я решил промолчать, так как вообще не понимал, что происходит.

– Прошло два часа сорок восемь минут с введения формулы 142. Реакция в пределах нормы.

– Четыре часа с момента введения. Клетки испытуемого мутировали, сохранив жизнеспособность. Образец номер 142 готов к тестированию на животных.

– Я, я не могу поверить, Витя, у нас получилось!!

– Да, наконец-то!!

Учёные обнимали друг друга, прыгая как малые дети.

– И всё-таки моя формула была правильной! – Улыбаясь говорил Женя.

– А кто её доработал?

– Вы оба молодцы, – сказал крупный мужичек, подошедший к учёным.

– Фух. Слава ты чего пугаешь так?

– Ха-ха-ха, гляжу ты пугливый, Витек, – сказал мужичек широко улыбаясь.

– Это да! Он у нас такой, ха-ха.

– Ладно, юмористы, пойду обрадую начальство. – Сказал Витя, выйдя из кабинета.

– А как идёт обучение наших новеньких? – Спросил Женя у мужичка.

– Все идёт хорошо. Кстати, может им рассказать, что у нас получилось?

– Нет, Слава, тут я соглашусь с Витей, рассказывать пока не стоит.

– Ну ладно. Но, когда я закончу их обучение, все расскажем.

– Хорошо, договорились.

Тут мы снова вернулись в космос. Определённые мысли вертелись в голове, но верить не хотелось.

– И как тебе? – Практически сразу спросил Стеклянный.

– Никак. Непонятно нихрена! Говори прямо!

– Я скажу так, твои мысли верны. – Сказал он, приблизившись к моему лицу.

– Попрошу не прижиматься ко мне. – Сказал я, сделав шаг назад.

– То есть тебя волнует дистанция, а не то, что твой отец повинен в уничтожении человечества?

– А это не надо! Допустим, что он его создал. Но мне кажется, что виноват тот, кто использовал этот вирус, не думаешь? По твоей логике создатель оружия повинен во всех убийствах.

– Оружие можно использовать и как средство защиты. А вот вирус только убивать и могут.

– Ну допустим, и что дальше? Мне идти каяться в грехах своего отца или что?

– Терпенее. Мы ещё не закончили.

Вдруг появилось два кресла, которые стояли друг напротив друга. Николай Иванович сел на одно из них.

– Ну давай уже. Хватит тянуть. – Сказал я, садясь на второе.

– Как ты уже понял, это была первая рабочая версия вируса. Позже, примерно через полгода, была готова последняя версия, которая и накрыла мир.

– И зачем мне это знать?

– Может не будешь перебивать и дашь рассказать до конца?

– Ну говори.

– В это же время разрабатывалось лекарство от этой дряни. Его сделали. Прямо сейчас довольно большая партия хранится в одном укромном месте. Но забрать её пока не получится.

– Почему нельзя забрать это лекарство?

– Ты все узнаешь, но позже. – Стеклянный широко улыбнулся, встав с кресла. – А сейчас прощай. – Сказал он, растворившись в поклоне.

– Стой!

И тут я проснулся, на улице было утро.

– Подъём, все встаём, выдвигаемся через 30 минут, – послышался громкий и грубый голос Сергея.

Я встал. Немного осмотревшись, заметил Андрея, Женю и Вадима, которые закончили готовку завтрака, начиная спорить о чем-то.

– Да я тебя легко сделаю. – Слышался весёлый голос Жени.

– Ага, посмотрим, шкет. – Бодро отвечал Андрей.

– Насчёт чего спорите? – Спросил я.

– Ты представляешь, этот мелкий думает, что сможет в армреслинге меня победить, – говорил Андрей.

– В чём?

– Ну, это, эм, короче сейчас увидишь, – сказал Женя.

– Готов?

– Да.

– Давайте на счёт три. – Говорил Вадим. – Раз, два, три.

Схватка началась. Женя сразу же перешел в стремительную атаку. Андрей сопротивлялся, постепенно проигрывая. Вскоре его рука была прижата к пню.

– Ну, ты даёшь, конечно, такой хилый, а сил на двоих хватит.

– Здесь главное скрутить правильно.

– А также спасибо Андрею Рудольфовичу. – Добавил Вадим.

– А это кто?

– Сейчас расскажу, только еду раздадим. – Ответил Вадим.

К этому времени подошли остальные бойцы. Начался завтрак. Вроде это была картошка, а может быть и нет, хотя какая разница, если на вкус это как земля. Но все ели с большим аппетитом.

Начало вставать солнце, озаряя своими лучами росу на траве, бодрые лица ребят и странное месиво в тарелке. Было тихо, слышались только постукивания ложками о тарелки, тихие завывания ветра и треск догорающего костра. Вскоре я отдал свою порцию Вадиму, сказав, что наелся и решил собрать свои вещи. Когда я вернулся, многие из ребят уже доели и начали сворачивать лагерь и засыпать костёр.

– Ну так кто этот Андрей Рудольфович? – Спросил Андрей у Вадима.

– Можно сказать, что он главный тренер у нас.

– Андрей Рудольфович не просто тренер, это единственный русский немец в округе, – перебил Женя.

– Говорят, что он с Миротворцем ещё в детстве был знаком. Жили они на одной улице, слушали одну музыку и учились в одном классе, – подхватил Вадим.

– Да? Что-то он мне такого не рассказывал.

– Они разругались, когда Миротворец в армию уходил. Не помню, из-за чего, но это и не важно, – сказал Вадим.

– Ну так вот, когда начальник наш вернулся в эти края он лагерь этот основал. Потом зять его, чинуша местный, помог лагерь к госбюджету подвязать. Примерно в это время они помирились, и Андрей Рудольфович заезжать туда стал. – Женя задумался.

– Он тренировки тематические проводил. Скучно на них точно не было, – сказал Вадим. – А как движуха с заражёнными началась, его к нам и эвакуировали.

– Да это ещё что, – перебил Женя, – ты вспомни, как он с отрядом за музыкой своей ходил, сколько тварей они перебили ради колонок и флэшек.

– Это да.

– А почему немец то? – Спросил я.

– Все просто. Он песни на немецком слушает и сам язык хорошо знает. Порой как что скажет, сиди и думай, обругал или поздоровался.

– Ты про взгляд его не забывай, – сказал Вадим.

– А, ну это да. Он после того как скажет на немецком что-то, состроит серьёзную мину и сидит, смотрит прямо в глаза, благо не долго, секунд через двадцать не сдерживается и смеётся.

– Так, хватит разговоров, шагом марш собираться! – Прогремел голос Сереги.

На этом наш диалог и закончился. Не прошло и пяти минут, как все бойцы собрались, выстроившись в колонну. Сергей возглавлял эту колонну.

– Так, на сегодня цель дойти до Пеньков, желательно до ночи, поэтому не тупим и двигаемся хорошим темпом. Для новеньких, Пеньки – это деревня, где мы остановимся на ночлег. Есть вопросы?

– Нет товарищ командир! – Хором прокричали ребята, и я вместе с ними.

– Ну вот, один почти готов, второй остался, – сказал Серега, глядя на Андрея и улыбаясь.

– Готов к походу, товарищ командир, – с издёвкой сказал Андрей и низко поклонился, разводя руки в стороны.

– Ладно, шагом марш!

Колонна двинулась. Андрей шёл молча, не разговаривая ни с кем. После вчерашнего, мне несильно хотелось с ним разговаривать, поэтому я был не против молчания Андрея. Я погрузился в мысли.

Вот что всё-таки хотел сказать Николай Иванович? К чему он это все рассказывал, чего хотел добиться? Ненавижу эти загадки! Почему нельзя просто сказать Леша ты что-то там, делай то, то не делай, зачем все эти загадки? Может он вообще наврал?

Почему так сложно. Почему Андрей не хочет мне что-то говорить, он же точно что-то знает, а рассказывать не хочет. Это вообще нормально? Не рассказывать человеку о нем же, как же я зол на Андрея, я просто готов оторвать ему башку. Но тогда я не узнаю что-то важное, что же делать, как разговорить его? Надо будет подумать, но не сейчас. Сейчас надо смотреть по сторонам, а то сожрут, – мысленно сказал я сам себе, перестав мусолить вчерашний разговор.

Освободившись от своих мыслей, я стал наблюдать за прекрасной природой. Высоченные раскидистые кедры, густая зелёная трава и небо, заполненное чёрными тучами, за которыми скрылось утреннее солнце.

Отряд шёл тихо, никто не разговаривал. Все шли настороженно, а в воздухе пахло смертью и трупным ядом. Высоко в небе прогремел гром. Поднимался ветер. Настроению отряда не давал падать Серега, точнее он запретил волноваться и приказал спокойно двигаться дальше, несмотря ни на что.

– Так ребята, мы приближаемся к концу разведанной тропы, смотрим в оба. Концентрация только на пути и ни на чем больше. Леша, идёшь рядом со мной, – рявкнул Серега.

Такому решению я был очень рад, рядом с Серегой я чувствую себя спокойно, в нем чувствуется жёсткость и решительность, он меня защитит, я уверен.

Но даже рядом с ним волнение не проходило, а каждый хруст ветки вдали все ещё пугал. Так, в полном напряжении и сосредоточенности, мы шли около четырёх часов. Я был готов упасть прямо в грязь и лежать так весь день, только Серега рядом подбадривал меня и говорил, что скоро привал. Ноги отказывались идти, каждый шаг давался с большим трудом.

В какой-то момент мы заметили заброшенную деревню, что находилась несколько в стороне от тропы. На многих домах и заборах вовсю росла трава и деревья, а в некоторых домах обвалились крыши и упали стены. К моему удивлению заражённых в деревне было много, штук пятьдесят. Быстрым и тихим шагом мы поспешили дальше по тропе. Машинально я оглядывался назад еще минут десять. Ещё через час Сергей объявил небольшой привал. Двоих бойцов он отправил готовить, а ещё двух бойцов послал на небольшую разведку дальнейшего пути.

Когда я присел на землю я думал, что уже не встану, ноги так болели, что даже шевелить ими было больно.

– Ну как ты? – Спросил у меня Серёга и присел рядом.

– Я-то нормально, а вот ноги…

– Не боись, не отвалятся, – улыбаясь сказал он, – это нормально, ты же раньше не ходил так далеко.

– Ну да.

– Ладно, мне идти надо, а ты пока посиди тут, – с улыбкой произнёс Серёга.

– Конечно, посижу, как я уйду, – подумал я про себя.

С каменными ногами то нелегко уйти. Но, кажется, у остальных таких проблем нет, все спокойно ходят, и кажись совсем не устали. Тут Серёга позвал всех обедать. Он же и помог мне встать.

– Ты не садись. Лучше стоя поешь, а то опять не встанешь. – Сказал Сергей.

Непривычно есть стоя, но ноги на удивление болели не так сильно. Я облокотился на дерево, и начал обедать. На вид это был суп, но в нем было так мало ингридиентов, что это скорее был бульон. Вскоре вернулись наши разведчики, что-то сказали Сергею и приступили к обеду. Я быстро закончил с супом и решил немного походить вокруг ребят, чтобы размять ноги.

Вскоре, по рации с Серегой связался Костя. О чем они говорили, я не понял, но это явно было что-то серьёзное.

– Так ребята, сейчас мне сообщили о том, что карательный отряд церкви был замечен в пяти километрах и движется в нашу сторону. В связи с этим мы сходим с тропы, и пройдём через Старый Бар. Все ясно?

– Да товарищ командир!

На этот раз кричали все, даже Андрей, который был взволнован и посматривал на меня.

– Старый бар? Это что? И что за карательный отряд?

– Потом Леша, потом, – нервно произнёс Серега, и сказал всем есть быстрее и собираться в путь.

В мгновенье тарелки опустели и отряд был готов к походу. Мы пошли прямо вглубь леса. Я так же шёл рядом с Серегой и решил ещё раз спросить про старый бар.

– А что за Старый Бар?

– Не лучшее место, в котором мне приходилось находиться. В последний раз, когда я там был, мы с отрядом помогали им от бандитов отбиваться, и отбились, всех до единого перебили, – говорил Серега погружаясь в воспоминания, – Конечно, мы делали это не бесплатно, но когда пришло время платить, они решили нас убить, ну а мы что, мы люди простые. – Сергей неловко посмеялся, – взяли и пустили всех ублюдков под нож, как бандитов, – сказал Сергей, явно помрачнев, – с тех пор там ни души, зато тварей тьма, да и вообще опасное это место. Люди туда не заходят, а одноименная деревня опустела.

– Сколько их было?

– В баре вояк двадцать, в деревне около 50 человек, но их мы не тронули. Разобравшись с охраной и забрав обещанное, мы ушли оттуда, и больше никогда не возвращались.

– Много ваших погибло? – Неуверенно спросил я.

Только Вильгельм, молодой парнишка, недавно в отряд попал, так рад этому был, – в этот момент скупая слеза потекла по грубой и покалеченной коже Сергея, первый раз его каменное лицо изменилось, но лишь на миг, в секунду оно приняло исходное положение, и он продолжил, – вспомнили, и хватит, ты же ещё про карательный отряд спрашивал?

– Да, конечно, – тихо сказал я.

– Про церковь ты уже знаешь?

– Да, мне Миротворец рассказывал.

– Это хорошо, проще будет, – сказал Серега и немного задумался. – Смотри, у церкви отряды делятся на виды, есть просветительные, переговорные и карательные. Названия неофициальные, но все их так называют, по прямому их назначению, так сказать. Теперь несложно догадаться, что карательные занимаются всякими грязными делами, чаще всего это задание кого-то убить или взять в плен.

– А сколько у них человек в отряде?

– В этом двадцать, а иногда бывает и больше. Но страшнее то, что они те ещё садисты и любят помучить людей. А как они это делают, даже рассказывать страшно, – Серега сделал небольшую паузу и продолжил, – они никогда не отступают, даже если боец останется один, он будет биться до конца. Почему? Хрен его знает. Может, потому что у них мозги промыты, или они смерти не боятся, кто их знает.

– Спасибо, что рассказал, Сережа, – сказал я, обдумывая слова Сережи.

– Никогда не называй меня так. – Резко прозвучал голос Сергея.

– Так точно!

– Вот, то что надо. И кстати, теперь смотри в оба, мы приближаемся к Старому Бару.

Я кивнул, и подняв глаза, узрел покалеченную природу Старого Бара. Поваленные деревья, выжженная земля и видимо не сгоревшие кости на ней, разваленные укрепления и множество следов пуль на стволах деревьев. И чем ближе мы приближались к старому бару, тем мрачнее становилось обстановка вокруг. На деревьях висели повешенные люди, десятки людей, где-то вдали слышались крики и звуки пальбы. Земля под ногами хрустела, а само тело дрожало при каждом шаге. Жуткие силуэты прятались за деревьями, исчезая как только посмотришь в их сторону.

– Внимание, мы приближаемся к перекрёстку, смотрим в оба! Если пропустим его, останемся тут навсегда! – Прозвучал грозный голос Сергея, он звучал уверенно, разрывая тревогу и иллюзии.

Но этого не хватало. Страх и давние воспоминания одолевали отряд. Некоторые бойцы бормотали что-то себе под нос, и даже сам Серега стал нервно подёргиваться. Крики вдали били по ушам, голова сильно болела. Отряд замедлил шаг. В какой-то момент я услышал, как кто-то читает молитву позади меня.

– Быстро прекратить! Сосредоточиться на местности! – Прикрикнул Серега.

В тот же момент молитва прекратилась, но легче от этого не стало, ведь впереди виднелись зараженные. Они нас ещё не заметили, но это был лишь вопрос времени. Отряд остановился.

– Так, всем слушать. – Не громко произнёс Сергей. – До перекреста с указателем рукой подать, но падлы заражённые стоят там же. Поэтому…

Голос Сергея расплывался. Я перестал его понимать. Зрение также дало сбой и поплыло волнами. В один миг все резко пропало, а я очнулся бегущим под руку с Сергеем.

– Что… – Попытался сказать я. Голова жутко болела.

В ответ Сергей лишь цыкнул. Немного оглянувшись назад я заметил крупный указатель и много расстрелянных заражённых. Мы стремительно отдалялись от указателя, и чем сильнее мы отдалялись, тем более живой становилась природа. Постепенно отряд перешёл на быстрый шаг.

– Теперь можно и поговорить, – немного отдышавшись сказал Сергей.

– Что произошло?

– Кто бы знал. Взгляд у тебя был пустой, ты не реагировал на нас. Благо хоть ноги у тебя шли.

– Чего?

– Да, звучит странно, – Сергей усмехнулся. – Смотри. Когда я потянул тебя ты сделал несколько шагов. Тогда я и подумал, что можно будет просто тянуть тебя за собой. Так ты и бежал со всеми.

– А бежали мы от кого?

– Устроив перестрелку мы прилично так нашумели. Кто знает, кто бы пришёл на этот шум.

– Ну да. Логично.

– Ты как вообще? Я про самочувствие.

– Башка болит. Думается как-то не очень. В остальном нормально вроде.

– Понятно. Если что, сразу говори мне.

– Ага.

Отряд постепенно приближался к Пенькам. Вокруг снова появилась зелёная трава и пропали крики вдали, они сменились чириканьем птиц и стуком топора. Серега, услышав этот звук, с облегчением выдохнул и сказал:

– Поздравляю бойцы, десять минут и мы на месте.

Пеньки

Вскоре мы нашли источник звука, это были двое мужчин с двумя старыми потрепанными топорами, в старых тельняшках. На вид они были очень похожи, у обоих были пышные усы, чёрные волосы, испачканные в смоле, и уставший вид.

– Приветствую работяг, – начал разговор Сергей.

– Здорова, офицер, какими судьбами у нас?

– Переночевать надо нам.

– Это можно, идите прямо и за холмиком деревню увидите.

– Спасибо.

– Бывайте, вояки.

Мы двинулись вперёд. Прямо за холмом мы заметили средних размеров деревню. Тем временем на улице уже темнело, и огни деревни начали зажигаться один за другим. Вскоре мы подошли к воротам. Это были большие, толстые сосновые ворота, а над ними стояли две смотровые вышки.

– Вы кто такие, зачем пожаловали? – Послышалось с вышки.

Это был молодой парнишка, лет двадцати, мой ровесник, видимо на вышке он был один, и был явно напуган нашим приходом.

– Мы из Лагеря Мира, на ночлег пришли.

– Сейчас спрошу, пускать вас или н-нет.

– Ну ёлки палки, скажи Паше, что Серега пришёл, пусть комнаты готовит и баню.

– П-подождите.

– Ну, ждём, что ещё делать.

Вскоре, после криков из рации ворота отварились, и мы вошли вовнутрь.

– П-простите, не знал, я на посту недавно.

– Нечего солдат, на этот раз прощаю, – сказал Серега, зайдя в лагерь.

Пеньки – это довольно красивая деревня, расписные, деревянные фонари и бревенчатые дома. Довольно чистые и просторные улицы. Чувствовалась дружелюбная и спокойная атмосфера.

Серёга скомандовал идти за ним, и мы двинулись вглубь деревни. Пока мы шли, я заметил расписной колодец, что-то похожее на склад брёвен, место, где их пилят на доски, а также закрытые лавки на большой площади. Это была главная площадь, а в её центре росло огромное и широченное дерево.

Мы прошли через всю деревню, и снова пришли к её окраине. Виднелся двухметровый деревянный забор, заострённый на верхушках брёвен, рядом с ним стоял большой двухэтажный дом, а справа находилось небольшое бревенчатое строение. Я, было, хотел спросить, что это, но человек, вышедший из большого дома, прервал меня.

– Кого я вижу! Серый и компания, какими судьбами?! – Радостно говорил он, разводя руки в стороны.

– Я тебя тоже рад видеть, Паша.

Они крепко пожали руки, и обнялись.

– Так, а это что за новые лица?

– Лёша. – Сказал я, протянув руку.

– Паша, приятно познакомиться.

Он пожал мне руку и подошёл к Андрею.

– Паха.

– Андрей.

– О, Андрюха, у меня знакомый с таким же именем. Ладно, че пойдёмте, покажу вам ваши хоромы.

Этот Паша, человек очень особенный, таких я раньше не встречал. Он носил тонкие, свисающие усы, длинные волосы, связанные в хвостик и золотые кольца на пальцах. Был одет в простую рубаху и штаны, а также говорил с небольшим акцентом. Он пожал руку каждому в нашем отряде, и мы пошли к большому зданию.

Внутри было просторно, на полу лежали большие расшитые ковры, а на одной из стен на гвоздиках висела сабля, самая настоящая. Паша говорил, что это сабля его прадеда, хотя на вид, она была совершенно новая, начищенная до блеска, с расписной рукоятью, инкрустированной драгоценными камнями. Полюбовавшись ей, мы поднялись на второй этаж.

– Вот ваши комнаты, максимум по 6 человек в комнату, а ты, Серёга, идёшь со мной, для тебя есть особенная комната.

– Ребята, располагаемся, я схожу, вещи сброшу, и жду всех в бане. Нужно сегодня отдохнуть хорошенько, чтобы завтра до Нациков дойти, или до Красных, если хорошо пойдём.

Серега ушел, а мы решили осмотреть наши комнаты. В них стояли по три двухъярусные кровати, небольшой стол и шкаф.

На полу лежал огромный ковёр, прямо, как и на стене, а возле каждой кровати стояла небольшая керосиновая лампа. Мы не стали их зажигать, а лишь сбросили вещи, и пошли в баню. Но перед выходом, я решил посмотреть в довольно большое окно, из которого открывался прекрасный вид на всю деревню.

– Красиво, – тихо сказал я и вышел из комнаты вслед за остальными.

Возле выхода нас остановил Паша.

– У вас все для бани есть?

– У нас с Лешей нет.

– Хорошо, тогда возьмёте все в бане, – сказал Паша, и после небольшой паузы продолжил, – Ах да, насчёт Сереги, он сказал, что подойдёт попозже, а пока пойдёмте, я все покажу.

До этого в бане я не был, и мне было очень интересно, что это такое. Помню, Андрей как-то говорил, что в бане моются и парятся, и что там жарко. Вот сейчас и проверим, что это за баня.

Как только мы вошли в баню, я почувствовал, как там жарко, на стенах была засохшая смола, и небольшие полочки с полотенцами и одеждой.

– Так ребята, смотрите вот ваша полка, тут все сбрасывайте, на этой трусы и полотенца, кому надо берите, где какая вода там написано, есть вопросы?

– Нет, – сказал кто-то из ребят.

– Если нет, я пошёл, бывайте.

Попрощавшись с Пашей, мы с Андреем взяли по полотенцу, и пошли в соседнюю комнату.

– Ребята, парилка маленькая, поэтому давайте подолгу не сидим, – сказал Вадим, встав перед дверью в парилку.

В бане было и так жарко, а они ещё и в парилку идут, вот ненормальные, – подумал я.

Я решил быстро помыться и пойти отдыхать, но пришёл Серега.

– Ну что Леха, готов париться?

– Я, пожалуй, просто помоюсь, да пойду, – сказал я, смотря в пол.

– Ну уж нет, не попарившись, ты отсюда не уйдешь, тем более, после парилки ноги болеть перестанут.

– Ладно, попарюсь, – вздохнув сказал я. Верил я ему не особо, но и отказать я не мог.

Бойцы со временем выходили из парилки, все красные как помидоры, и каждый обливался ледяной водой, надеюсь, мне не придётся так делать.

Через какое-то время и я пошёл в парилку, вместе с Серёгой, Андреем и Женей. Такой жары я никогда не видел, на градуснике было ровно 100 градусов.

Да тут и свариться недолго, – подумал я, но выходить не стал.

Ребята сидели спокойно, казалось, будто им совсем не жарко, хотя пот с них тёк рекой.

Парилка была очень маленькой, буквально стоит ступенька, на ней тазик с водой и ковшиком, камни, которые лежат на печке и немного места справа от печки. Там на полу я и сидел, в единственном клочке прохлады среди адского пекла, в котором сидели довольные бойцы.

Наконец, Сергей скомандовал на выход. Наконец-то, а то складывалось ощущение, что мы сидели там целую вечность, но вдруг я услышал то, чего так не хотел услышать.

– Леха, обливаться шагом марш.

– Может не надо?

– Боец, вы не слышали команды?

И тут кто-то сзади облил меня ледяной водой. И знаете, я представлял, что будет хуже, но могу сказать, что мне даже понравилось.

– Ну как?

– Нормально.

– А ты боялся, теперь мыться и встречаемся на первом этаже в зале.

После мытья я взял с полки новую нижнюю одежду, переоделись, после чего вместе с ребятами пошли в дом. Уже на пороге пахло какой-то выпечкой. Идя на запах, мы оказались в большом зале, где уже сидел Сергей и несколько других бойцов. Через время собрались все, и Серега начал свою речь.

– Ребята, у меня для вас важная новость. Карательный отряд церкви идёт за нами. Они уже нашли наш след и завтра направятся сюда. Наш разведчик возвращается на базу, поэтому дальнейшей информации не будет, и нужно что-то решать. Рано или поздно они нас нагонят, и боя не избежать.

– А Пеньки нам не помогут? – Спросил Андрей.

– Я не могу подвергать лагерь опасности, я в ответе за людей, которые здесь живут, и не могу рисковать, – сказал Паша, вошедший в зал.

– Может Нацики нам помогут? – Выкрикнул Женя.

– Я бы не наделся, – проговорил Сергей, и подперев голову рукой, о чем-то задумался.

Я, было, хотел спросить кто такие Нацики, но Андрей, сидевший рядом шепнул, что сейчас не стоит, лучше потом.

– У меня есть идея, – начал разговор Паша, подойдя к Сергею, – есть один вариант.

– Валяй.

– Я знаю того, кто сможет нам помочь, – Паша сделал паузу, – ты знаешь, о ком я.

– Ты хочешь просить этого ублюдка о помощи? – Прокричал Серега.

– Какие ещё варианты есть, а Серега!? Ты пойми, я и сам не сильно хочу его вызывать, но какие варианты ещё есть?!

– Не нравится мне это, но таким отрядом мы их точно не перебьём, – сказал Серега, и погрузился в размышления.

Зал погрузился в тишину. Кто-то кусал пальцы, отчаянно выдумывая другой выход из ситуации. Кто-то напряжённо, скорее нервно, смотрел по сторонам, пока Сергей не разорвал тишину.

– Хорошо, вызывай свою стекляшку! – Сказал он, ударив по столу.

– И не обязательно так грубо, можно просто Николай Иванович, – раздался голос из неоткуда, и в зал вошёл стеклянный человек.

– Что? Но мы же тебя ещё не…

– Знаю, знаю, просто проходил неподалёку и решил в гости зайти, помочь друзьям.

– Мы тебе не друзья, – с угрожающим тоном проговорил Сергей.

– Как хочешь, Сережа, как хочешь, – сказал Николай Иванович, подходя к столу, – излагайте свою просьбу, обратился он к Паше.

– Видишь ли, за ними идёт карательный отряд церкви…

– И вам надо, чтобы я от них избавился.

– Ну да.

– Боюсь, я не смогу вам помочь, только задержать их на один день, но точно не избавиться.

– Почему?

– Паша, Пашка, есть такие люди, в дела которых я не вмешиваюсь просто так, но сейчас, я вижу, что вам действительно нужна моя помощь. Я задержу их ровно на день. А обойдётся это вам в одного человека.

– Иди в тюрьму. Я Васе сообщу. Только давай быстро, пожалуйста. – Голос Паши дрожал, его энергичность пропала на глазах. Он был похож на преступника, который молил палача о милосердии.

– Это уже зависит от того, что зеркало покажет, – сказал он играючи, с жуткой улыбкой на лице. – Предлагаю пожать руки.

Паша молча протянул руку. Николай Иванович же радостно вцепился в неё и исчез.

– Сука! – Со злостью сказал Паша, пнув стул. Ноги его заметно дрожали. Не сказав больше ни слова, он удалился.

Все молчали, гробовая тишина заполнила комнату. Был слышен лишь вой ветра и неочетливая ругань этажом выше. И только полненькая кухарка, вошедшая в комнату, прервала это.

– Здравствуйте, вот ваш ужин, овсянка.

Она прошла, расставляя каждому тарелки, ложки и небольшую булочку. Сходив ещё пару раз на кухню, она спросила:

– Нужен хлебушек кому-то? Или варенье?

– Спасибо матушка, нечего не надо, – проговорил Сергей и даже немного улыбнулся.

Кухарка ушла, сказав, что тарелки позже сама заберёт.

– Ну, хорошо, значит завтра можно спокойно двигаться дальше, – начал Серёга, – попробуем дойти до Речников, а там на лодке.

– Можно узнать, а почему маршрут так поменялся? – Спросил Вадим, которого поддержали все остальные бойцы.

– Объясняю, Миротворец договорился с ними. Они нас подбросят до Речинска, а оттуда мы к Беретам. Ну а мы банду у них под базой уничтожим. Обратно также, но там уже нас свои встретят, и заплатят за проезд.

– Хорошо, товарищ командир, – единым голосом сказал весь отряд.

Доев вкусный ужин, омраченный появлением Николая Ивановича, мы вернулись в комнаты и уложились спать. И тут то я вспомнил, что хотел спросить про Нациков, и решил спросить Жеку.

– Жень, а про каких Нациков говорили сегодня?

– Ну, это сокращённо, полностью Националисты они будут. Всех кроме своих ненавидят, убивают, избивают, в общем, не стоит с ними связаться, – сказал Женя и сделал небольшую паузу, – сейчас у них главарь некий Палач, слышал, он больше 200 человек убил, а пытал и того больше.

К их же счастью зомби они ненавидят тоже, поэтому истребляют их пачками, хотя много людей от этого у них тоже погибает. У них пару деревень под контролем, и они как раз были на нашем старом маршруте, но видно не судьба тебе с ними встретиться.

– Они и правда, всех чужих убивают?

– Как я слышал не всех, бойцов и купцов они не трогают, но и в деревню не пускают, а убивают одиноких путников в основном. Ещё у них есть договорённость с другими поселениями, что им заключённых другой национальности присылают, в обмен на ресурсы. Вот такие вот они, Националисты.

– Спасибо, Жень.

– Пожалуйста.

Я стал обдумывать этих Националистов. В моей голове просто не укладывалось, что можно убить человека из-за Национальности, что за бред?

И ведь такие люди и правда есть, даже целые поселения, кошмар. Размышления продолжались долго, я даже представил, как освобождаю пленных из лагерей Националистов, но сон все же взял верх, и я уснул крепким сном. А во сне я снова встретил стеклянного человека.

– Привет, Леша.

– Эх, ну что тебе опять надо?

– А что, я тебе надоел?

– Да, надоел, приходишь каждую ночь, поспать не даёшь!

– Ну не сердись, просто снова хочу тебе что-то показать.

– Ну, давай, – вздохнув сказал я.

Мгновенье и мы оказались в каком-то помещении, где были комнаты, перекрытые решётками.

– Где мы на этот раз?

– Совсем рядом, в Пеньках, это их местная тюрьма. Это такое место, где живут преступники. Здесь они работают на благо лагеря, хоть и не по собственной воле.

– Но я же ещё не спросил, что такое тюрьма.

– Я заранее. О, смотри, – сказал Стеклянный человек, после небольшой паузы.

Я увидел, как стеклянный человек идёт вдоль решёток.

– Это ты?

– Да, пришёл за оплатой.

Я вспомнил про сегодняшний договор между Пашей и Николаем Ивановичем, и решил молча понаблюдать за развитием событий.

Николай Иванович подошёл к заключённому, который уже плакал, так как знал, кто и зачем идёт, он умалял, падал на колени, но все без толку.

Стеклянный человек прижал его к стене, обхватив рукой шею, а второй рукой достал зеркальце, совсем небольшое, с позолоченной ручкой и такой же рамкой вокруг стекла. И смотря то в зеркало, то на заключённого, начал свой монолог.

– Ну что Матвей, смотрю, не очень порядочную жизнь ты вел, убил невинного, обманывал людей, воровал… Очень жаль, не хотел я сегодня людей мучить.

– Постой, я же и помогал людям, – вскрикнул заключённый на последнем издыхании.

Николай его отпустил, и говорит:

– Правда? Сейчас посмотрим. Так, помог девушке на огороде, отлынивая от своей работы, очень достойный поступок. – Николай Иванович похлопал в ладоши. – Что ещё? А, ну и главная твоя добродетель, накормил бездомного, и то, потому то сам наелся. – Стекляшка на время замолчал, с интересом рассматривая заключённого.

– Нет в тебе добра, ни капли, ты жалкий вор, убийца и бездельник, заботящийся только о себе! Ты будешь помирать медленно, чувствуя все свои грехи, – сказал Николай Иванович и улыбнулся.

После этих слов, Николай, снова схватил беднягу за горло, и поднёс зеркало прямо к его лицу. Тот завопил, забарахтался не в силе вырваться из смертельного хвата.

Постепенно кожа у него облезала, оголяя мясо, а позже и кости, он вопил, все сильнее и сильнее, пока не рассыпался вовсе. Николай собрал его кости в небольшой мешочек, куда они каким-то образом влезли, и растворился в воздухе.

– Такова плата за ваши жизни, – сразу начал он диалог.

– Что ты с ним сделал?

– Убил, не видел, что ли?

– Зачем мне это показывать?

– Это совет, поступать правильно, хорошо относиться к людям и животным, вот и все.

– Больше похоже на угрозу.

– Для кого угроза, для кого напутствие.

– И много ты людей так убил?

– Я не считал, но знаю, что много, а мог бы ещё больше, но у меня есть и другие дела, помимо убийств. – Весело говорил он.

– Это какие же?

– А вот это тебе знать не обязательно.

– Ну тогда скажи, почему тебя Николаем зовут.

– Странный ты конечно, меня тоже мои родители так назвали, а остальные имена уже простые люди придумали.

– Где сейчас твои родители?

– Мертвы.

– Прости.

– Это уже в прошлом, а прошлое не должно касаться будущего, – медленно проговорил Николай Иванович, и замолчал.

– Как скажешь.

– Увы, я вынужден откланяться, до встречи, Лёша, – Сказал стеклянный человек после небольшой паузы.

– Пока, Коля, – сказал я, сомневаясь в правильности моего решения общаться с ним.

Николай исчез, а я проснулся, была глубокая ночь, все спали. Я пытался уснуть, но жуткие картины всплывали у меня в голове. Какой же ужас он творил с тем заключённым, и со многими другими. Такие мысли посещали меня ещё около двадцати минут, я представлял, как он пытает Андрея, Серегу, мне казалось, он наблюдает за мной, и только ждёт, когда я сделаю что-то не так, чтобы появиться из неоткуда и убить.

Но все-таки мне удалось уснуть, мне снова снились кошмары, и я просыпался и снова засыпал, но наконец, настало утро, ночная гробовая тишина рассеялась, снизу слышались шаги людей, и появился слабый запах еды.

В нашей комнате я проснулся первый, вскоре проснулись и остальные ребята. Ноги у меня все ещё болели. Все таки Серега соврал. И стоило мне его вспомнить, как он же вошёл в комнату.

– Минута на сборы. Встречаемся в зале, где сидели вчера, – быстро проговорил он и удалился.

Я решил сразу пойти вниз, и даже встретил Пашу по дороге.

– О, здоров малой, ик, – протянул Паша, и икнул, от него несло перегаром, и он явно был очень пьян, а в руке у него была бутылка.

– Здравствуйте.

– Я вот помню, у меня племяш был, тоже мелкий такой, женился в 20 и развёлся через год, весёлый такой парнишка был, ик. А я ему ещё и говорил, не женись, ик, погубит тебя эта женщина, но нет, говорит, люблю я её, ик, и все. – Пробубнил он, отпив немного из бутылки.

– Так и застрелил его её отец, после того как они развелись. Вот такие вот они бабы, ик, тьфу!

Я промолчал, не понимая, зачем он это рассказывает.

– Ладно, мелкий, пойду я.

И чуть ли не падая, он пошёл вперёд. Находясь на первом этаже, я услышал, как Паша спорит с каким-то мужиком, но судя по звукам, тому удалось уложить Пашу спать.

– Странный он какой-то, – подумал я, и отправился в зал.

А в зале уже сидело несколько ребят, и я решил сесть рядом с Серегой и поспрашивать его насчёт Речников.

– Доброе утро.

– Привет, Лёшка.

– Слушай Сережа, а ты вчера про Речников говорил, можешь рассказать о них побольше?

Серега тяжело вздохнул, и сказал:

– Давай хотя-бы Серега, но только не Сережа, хорошо?

– Так точно.

– Ну вот, а насчёт Речников могу рассказать, – сказал Серега, и покашляв в кулак продолжил, – Короче, эти перцы сколотили себе лодок, несколько больших катеров, и плавают себе по Енисею да торгуют. В конфликты особо не лезут, пытаются сохранять нейтралитет. По реке людей перевозят, не бесплатно конечно, от чего у них и лагерь не бедный, живут они там хорошо, хоть и пашут как проклятые. – Сергей задумался.

А, ну и повезло им ещё, что Енисей из берегов вышел, а то тяжко бы им пришлось.

– То есть вышел из берегов?

– Шире река стала, и ещё новые русла открылись. Наверное, потому что бомбили хорошо, хотя может, и землетрясения сильные были. А, ну и дамбы же разрушились некоторые, может из-за этого ещё.

Тут в зал зашла вчерашняя кухарка, и принесла на большом подносе кастрюлю с кашей, и поставив её на стол, начала раскладывать кашу по тарелкам.

– Мм, рисовая, – протянул Серега, и расплылся в улыбке.

К этому времени остальные ребята уже зашли в зал. Кухарка удалилась, и Серега начал ставить цели на день и не только.

– Как я уже говорил вчера, мы идём до Речников, и дойти до вечера нужно обязательно. Как придём, переночуем и утром отправимся по души бандитов, разберёмся с ними, и по реке до Речинска, а потом и до Беретов. Всё понятно?

– Да товарищ командир.

– Ой, ребята, напугали, что кричите? – Сказала кухарка, вошедшая в зал.

– Простите, не хотели, – также синхронно прокричали бойцы.

– Я это, блинов принесла, и самовар с чаем, кружки можете в вон том шкафчике взять.

Кухарка ушла, явно удивившись синхронности парней, а мы начали завтрак.

– Полчаса на еду, и собираемся на улице, – строго проговорил Серега, и принялся за кашу, я тоже не стал медлить, и принялся за еду, налив себе чай.

Каша была сладенькая, не то, что у нас в лагере, каждая ложка таяла во рту, а небольшой кусочек маслица, только улучшал вкус. Если говорить про чай, нечего особенного выделить не могу, просто травяной чай из самовара, точно не портивший вкус каши и блинов.

При утреннем свете интерьер зала можно было рассмотреть гораздо лучше, чем вчера вечером. Позади стола стоял огромный шкаф, прям как у бабушки, мама ещё назвала его «старой советской рухлядью».

Тут же тяжёлая слеза потекла по щеке. Так странно, ей такие вещи не нравились, но видя их я вспоминаю её улыбку и любовь. Странная штука – воспоминания… Я даже и попрощаться и не успел… Я бы разревелся, если бы парней не было рядом, но казаться слабаком не хотелось, и я решил поговорить.

– Слушай, Серёга, а не знаешь, зачем тут ковры на стенах висят?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.