Эдуард Сероусов
Беженцы вечности

Часть 1: Обнаружение

Глава 1: Сигнал в пустоте

Космос вокруг разведывательного корабля "Сектор-7" был идеально черным. Не просто темным – абсолютно лишенным света, за исключением далеких звезд, которые пробивались сквозь эту пустоту, как крошечные иглы сквозь черную ткань мироздания.

Искусственный интеллект корабля проводил стандартное сканирование очередного сектора космического пространства – процедуру, которую он повторял миллионы раз за последние восемьсот лет. Поиск убежища был бесконечным процессом для флота беженцев Тарис.

Внезапно сенсоры корабля зафиксировали что-то необычное. Спектральный анализ показывал странную конфигурацию звездной системы – желтая звезда среднего размера, окруженная кольцом планет с уникальным распределением массы и гравитационных полей.

– Аномалия обнаружена, – произнес ИИ в пустоту корабля. – Параметры не соответствуют стандартным шаблонам.

Система автоматически запустила углубленное сканирование и отправила сигнал тревоги на флагманский корабль флота Тарис.

Командир Харрин-Тол стоял перед огромным голографическим дисплеем в центре командного зала флагмана "Вечный путь". Его высокая фигура с бледно-синей кожей отбрасывала длинную тень на пол. Шесть пальцев его правой руки скользили по контрольной панели, перебирая данные, присланные разведчиком.

– Это может быть ловушка, – проговорил он, не поворачивая головы. Его горизонтальные зрачки сузились, концентрируясь на информации перед ним.

– Пожиратель не настолько изощрен, – ответила Элин-Вар, главный ученый флота, стоявшая справа от него. Ее тонкое тело, казалось, состояло из одних острых углов. – Это что-то другое. Что-то… естественное.

– Естественное? – Харрин повернулся к ней. – За два миллиона лет мы не видели ничего подобного. Эта система… она словно специально создана.

Элин-Вар подошла ближе к дисплею и увеличила изображение третьей планеты.

– Смотрите, – она указала шестипалой рукой на голубой шар. – Атмосфера, гидросфера, магнитное поле… и что-то еще. Что-то, что создает помехи нашим сканерам.

Харрин наклонился вперед, его лицо осветилось голубоватым светом дисплея.

– Технологический след?

– Возможно, – ответила Элин-Вар. – Но если так, то он идеально интегрирован с естественным электромагнитным шумом звезды и астероидного пояса. Как будто… – она помедлила, – как будто сама система выступает щитом.

– Щитом от Пожирателя, – закончил за нее Харрин, и его голос стал тише.

Воспоминания нахлынули на него внезапно, как это часто бывало в последние годы. Картины из прошлого, которые он хотел бы забыть, но не мог.

387 лет назад, планета Тарис-Прайм, система Лорвин

Небо над городом Астарел полыхало. Не огнем – пространство само по себе разрывалось, образуя извивающиеся черные трещины в ткани реальности.

Молодой Харрин-Тол стоял на балконе родительского дома, сжимая в руках маленькую сестру, Лиру-Тол. Ей было всего двадцать лет – ребенок по меркам народа Тарис.

– Что это, брат? – спросила она, указывая на небо своими крошечными шестипалыми ручками.

Харрин не знал, что ответить. Никто не знал. Ученые Тариса только начинали понимать природу Пожирателя – существа из-за границ известной вселенной, которое питалось энергией целых звездных систем.

В небе мелькнули эвакуационные корабли, поднимающиеся в верхние слои атмосферы. Через несколько часов они составят первый флот беженцев Тариса. Корабли, которым предстоит странствовать между звезд веками, несущие с собой последние остатки некогда великой цивилизации.

– Нам нужно идти, – сказал отец, появившись в дверном проеме. – Транспорт ждет.

Мать Харрина плакала, собирая последние личные вещи. Они могли взять так мало с собой.

– Мы еще вернемся? – спросила Лира, когда Харрин нес ее к транспорту.

– Конечно, – солгал он.

Через три дня система Лорвин перестала существовать. Пожиратель вырвал ее из ткани космоса, не оставив ничего, кроме искривленного пространства-времени и излучения, которое ученые Тариса не могли объяснить.

Через год Лира-Тол умерла от неизвестной болезни, возникшей из-за длительного пребывания в космосе. Родители Харрина не пережили и десятилетия.

– Командир? Командир Харрин-Тол?

Голос Элин-Вар вернул его в настоящее. Харрин моргнул, отгоняя воспоминания.

– Созовите Совет капитанов, – произнес он твердо. – Немедленно.

Зал Совета представлял собой огромное круглое помещение с амфитеатром из кристаллических сидений, обращенных к центральной платформе. Пятьдесят капитанов крупнейших кораблей флота Тарис занимали свои места, их бледно-синяя кожа контрастировала с темными униформами.

Харрин-Тол стоял на центральной платформе рядом с Элин-Вар и Марет-Зуном, своим советником по этическим вопросам. Позади них возвышался Теран-Кол, глава службы безопасности, его мощная фигура казалась высеченной из камня.

– Мы собрали вас, чтобы поделиться открытием чрезвычайной важности, – начал Харрин. – Разведчик "Сектор-7" обнаружил звездную систему с уникальными характеристиками.

Голографическое изображение Солнечной системы появилось над центром платформы. Планеты вращались вокруг звезды в изящном танце, подчиняясь гравитационным законам.

– Это обычная звездная система, – произнес капитан Вирнат-Зун, представитель научного кластера. – Чем она привлекла ваше внимание, командир?

Элин-Вар вышла вперед.

– Позвольте продемонстрировать.

Она активировала другую проекцию – сложную диаграмму, показывающую распределение электромагнитных волн, гравитационных полей и какой-то странной энергии, обозначенной красным цветом.

– Это сигнатура Пожирателя, – пояснила она, указывая на красные линии. – А это, – ее палец переместился к голубой сфере, окружающей звездную систему, – естественный щит, созданный уникальной конфигурацией планет, астероидного пояса и самой звезды. Этот "шум" способен маскировать технологическую активность цивилизации.

По залу пронесся удивленный шепот.

– Вы утверждаете, что эта система может скрыть нас от Пожирателя? – спросил капитан Дорвал-Кун, командующий боевым кластером.

– Теоретически – да, – ответила Элин-Вар. – Если мы правильно распределим флот и минимизируем использование энергоемких технологий.

– А что с этой планетой? – капитан Лирис-Вар, отвечающая за ресурсы и колонизацию, увеличила изображение Земли. – Она обитаема?

Наступила тишина. Харрин обменялся взглядом с Марет-Зуном, который едва заметно кивнул.

– Да, – ответил Харрин. – На планете существует разумная форма жизни. Примитивная, по нашим стандартам, но несомненно разумная.

– Они представляют угрозу? – спросил Теран-Кол, впервые нарушив молчание.

– Вряд ли, – ответил Харрин. – Их технологический уровень значительно уступает нашему. Они только начали исследовать свою собственную солнечную систему.

– Ключевой вопрос в другом, – вмешался Марет-Зун, выступая вперед. Его неопределенный пол подчеркивался андрогинной внешностью и нейтральной униформой. – Сможем ли мы существовать в их атмосфере?

Элин-Вар покачала головой.

– Предварительный анализ показывает критически высокий уровень кислорода и недостаточный уровень метана. Наши легкие не смогут функционировать в такой среде.

– Значит, нам придется изменить их атмосферу, – сказал Теран-Кол с ноткой удовлетворения в голосе.

– А что произойдет с местными жителями, если мы это сделаем? – тихо спросил Марет-Зун.

Зал погрузился в напряженную тишину. Все присутствующие понимали последствия. Они сталкивались с этим выбором и раньше, во время своего двухмиллионолетнего бегства.

– Они вымрут, – наконец произнесла Элин-Вар. – Их биология не приспособлена к высокому содержанию метана.

– Сколько их? – спросил капитан Дорвал-Кун.

– Предварительные оценки: около восьми миллиардов особей, – ответил Харрин.

Новая волна шепота прокатилась по залу.

– Восемь миллиардов против последних сорока миллионов тарисцев, – пробормотал Теран-Кол достаточно громко, чтобы все услышали. – Выбор очевиден.

– Разве мы боремся с Пожирателем только для того, чтобы сами стать разрушителями? – возразил Марет-Зун. – Возможно, есть другой выход. Мы можем исследовать другие планеты системы…

– Которые непригодны для нас без еще более масштабного терраформирования, – перебила его Элин-Вар. – Красная планета слишком холодная и с разреженной атмосферой. Газовые гиганты нельзя терраформировать вообще. Ближайшая к звезде планета слишком горячая.

– Мы можем продолжить поиски, – настаивал Марет-Зун.

– И сколько еще поколений должны умереть в космосе? – голос Теран-Кола звучал как удар хлыста. – Сколько еще детей должны никогда не узнать, что такое небо над головой, а не потолок корабля?

Харрин поднял руку, и спор мгновенно прекратился.

– Мы не принимаем решение сегодня, – сказал он. – Прежде всего, нам нужно больше информации. – Он повернулся к проекции Земли. – Я даю разрешение на отправку дополнительных разведчиков. Полное сканирование планеты, ее биосферы, технологий и общества. Только после этого мы соберемся снова и примем решение.

Харрин посмотрел на присутствующих, задерживая взгляд на каждом из капитанов.

– Но я приказываю изменить курс флота. Мы направляемся к этой системе. Расчетное время прибытия?

Элин-Вар быстро произвела вычисления на своем персональном устройстве.

– При нынешней скорости – около шести месяцев.

– Что насчет Пожирателя? – спросил Марет-Зун. – Когда он доберется до этого сектора?

– По нашим прогнозам – не раньше, чем через семь лет, – ответила Элин-Вар. – Если он не изменит курс.

– Он всегда может изменить курс, – мрачно заметил Харрин. – Особенно если почувствует нас. – Он выпрямился во весь рост. – Заседание окончено. Капитаны, передайте новые координаты навигационным системам ваших кораблей. Полный режим маскировки. Минимальное энергопотребление.

Когда капитаны начали покидать зал, Харрин подозвал к себе Элин-Вар и тихо произнес:

– Мне нужны все данные о способах адаптации нашей биологии к чужой атмосфере.

Элин-Вар удивленно моргнула.

– Вы рассматриваете альтернативные решения?

– Я рассматриваю все варианты, – ответил Харрин. – И я хочу, чтобы об этом знали только мы. Пока.

Когда зал опустел, Теран-Кол подошел к Харрину, который все еще стоял на центральной платформе, изучая голограмму Земли.

– Вы колеблетесь, командир, – сказал он без предисловий.

– Я взвешиваю варианты, – поправил его Харрин, не поворачиваясь.

– Восемь миллиардов примитивных существ против последних представителей нашей цивилизации, – Теран-Кол покачал головой. – Что тут взвешивать?

Харрин повернулся к нему, его взгляд был холоден.

– Мы бежим от монстра, пожирающего миры, Теран-Кол. Я не хочу, чтобы мы сами стали такими же.

– Мы не Пожиратель, – возразил глава безопасности. – Мы не уничтожаем ради уничтожения. Мы боремся за выживание.

– И они тоже будут, – тихо произнес Харрин.

Теран-Кол шагнул ближе, его массивная фигура нависла над командиром.

– Возможно, я должен напомнить вам о вашей семье, командир? О Лире-Тол? О всех, кого мы потеряли за эти миллионы лет бегства?

Харрин напрягся, но сохранил спокойствие.

– Я помню каждый день, Теран-Кол. И именно поэтому я должен быть уверен, что мы сделаем правильный выбор. Даже если этот выбор будет тяжелым.

Теран-Кол смотрел на него долгим, оценивающим взглядом, а затем слегка наклонил голову в жесте, который мог быть как уважением, так и вызовом.

– Мы будем наблюдать за вашими решениями, командир.

Когда Теран-Кол ушел, Харрин остался один в огромном зале. Он поднял руку и прикоснулся к голограмме Земли. Голубая сфера завращалась быстрее, показывая континенты, океаны, облачные системы и мерцающие огни городов на ночной стороне.

– Прости, – прошептал он планете.

В это же время на своем разведывательном корабле ИИ "Сектор-7" анализировал данные, поступающие от зондов, направленных к Земле. Он обрабатывал информацию со скоростью, недоступной органическим существам, классифицируя, сортируя и интерпретируя миллиарды сигналов.

Среди этого океана информации его внимание привлекло нечто странное – сигналы, которые, казалось, не принадлежали ни звезде, ни планетам, ни примитивной технологии землян. Что-то древнее и одновременно знакомое.

"Сектор-7" перенаправил больше ресурсов на анализ этих сигналов. Если бы у него были эмоции, он бы испытал удивление. Сигналы содержали кодовые последовательности, похожие на древнейшие протоколы связи Тарис.

Это было невозможно. И все же данные не лгали.

Когда-то, очень давно, народ Тарис уже посещал эту систему.

ИИ немедленно отправил зашифрованное сообщение командиру Харрин-Толу. Флот Тарис направлялся не просто к потенциальному убежищу. Он направлялся к месту, которое могло хранить ключи к их прошлому – и, возможно, к их выживанию.

В своей личной каюте Харрин-Тол стоял перед огромным обзорным экраном, который сейчас показывал направление движения флота. Где-то там, среди бесчисленных звезд, находилась Солнечная система. Возможное спасение или еще одна потерянная надежда.

Он достал из скрытого отделения маленький кристалл – семейную реликвию, единственную вещь, которую ему удалось спасти с родной планеты. Внутри кристалла была заключена голограмма: он сам, еще молодой, его родители и маленькая Лира-Тол, смеющаяся в лучах двойного солнца Лорвина.

– Я найду нам дом, – прошептал он. – Я обещаю.

Коммуникатор ожил, прервав его размышления.

– Командир, – прозвучал голос дежурного офицера. – Мы получили сообщение от "Сектора-7". Оно помечено как срочное и предназначено лично для вас.

Харрин быстро убрал кристалл.

– Передайте на мой терминал.

Сообщение было кратким, но его содержание заставило Харрина замереть. ИИ разведчика обнаружил следы присутствия Тарис на Земле. Древние, но несомненные.

Это меняло все. Харрин активировал свой коммуникатор.

– Соедините меня с главным архивариусом, – приказал он. – Мне нужны все данные о миссиях к сектору GA-775 за последние три миллиона лет.

История их народа была слишком древней, многие записи были утеряны во время бегства. Но если Тарис действительно посещали Землю раньше, возможно, этот факт поможет им найти решение, которое спасет и их народ, и землян.

Харрин снова посмотрел на звезды. Где-то там, в черной бездне космоса, двигался и Пожиратель, ненасытный хищник, преследовавший их через галактику.

Гонка со временем началась.

Глава 2: Чужие звезды

Обзорная палуба флагмана "Вечный путь" представляла собой полусферический зал с прозрачными стенами из материала, который тарисцы называли "небесным кристаллом" – сплава, способного выдерживать экстремальные температуры и давление, оставаясь при этом абсолютно прозрачным. Это было одно из немногих мест на корабле, где можно было непосредственно, без голографических проекций, увидеть космос во всей его холодной красоте.

Харрин-Тол стоял у самой кромки прозрачного пола, глядя на звезду, которая с каждым днем становилась все ярче. Солнце – так называли эту звезду аборигены третьей планеты. Желтый карлик, ничем не примечательный по галактическим меркам, но для народа Тарис он мог стать последней надеждой.

– Командир, – раздался голос позади него.

Харрин не обернулся, узнав голос Марет-Зуна, своего советника по этическим вопросам.

– Вы редко приходите сюда, Марет-Зун.

– Как и вы, командир, – ответил советник, подходя ближе. – За последние сто лет вы посетили обзорную палубу всего семнадцать раз.

Харрин слегка наклонил голову.

– Вы следите за моими перемещениями?

– Я изучаю ваши паттерны поведения, – поправил его Марет-Зун. – Это помогает мне лучше понимать ваши решения.

Харрин наконец повернулся. Марет-Зун был необычен даже по меркам тарисцев – существо третьего пола, которое в культуре Тарис занимало особое положение. Не мужчина и не женщина, но нечто среднее, с особыми когнитивными способностями, позволяющими видеть моральные дилеммы в ином свете.

– И к каким выводам вы пришли, изучая меня?

– Вы приходите сюда, когда вам нужно принять особенно сложное решение, – ответил Марет-Зун. – Решение, которое будет стоить жизней.

Харрин снова перевел взгляд на далекую звезду.

– Мы получили результаты архивного поиска, – сказал он. – Три миллиона лет назад исследовательский флот Тарис действительно посетил эту систему. Они назвали ее "Убежище-7".

– Три миллиона лет… – задумчиво произнес Марет-Зун. – Задолго до появления Пожирателя.

– Да. Тогда наш народ еще не был беженцами. Мы исследовали галактику из любопытства, а не от отчаяния.

Харрин активировал свой личный коммуникатор, и над его запястьем появилась небольшая голограмма – фрагмент древних записей.

– К сожалению, большая часть данных утеряна. Но они оставили маяки и автоматические станции на нескольких планетах системы. Возможно, они все еще там.

– Это может объяснить сигналы, которые обнаружил "Сектор-7", – кивнул Марет-Зун.

– И еще кое-что, – добавил Харрин. – Согласно этим фрагментарным записям, третья планета уже тогда привлекла их внимание. Они обнаружили примитивную биосферу и… экспериментировали с ней.

Марет-Зун вздрогнул.

– Вы имеете в виду…

– Возможно, – прервал его Харрин. – Возможно, предки этих "людей" каким-то образом связаны с нами.

Прежде чем Марет-Зун успел ответить, дверь обзорной палубы открылась, и вошли Элин-Вар и Теран-Кол. Они явно были в середине горячего спора, но замолчали, увидев командира.

– Прошу прощения за вторжение, командир, – сказала Элин-Вар, слегка склонив голову. – Нам сказали, что мы найдем вас здесь.

– Что случилось? – спросил Харрин, хотя по напряженным лицам своих подчиненных уже понимал, что разговор будет непростым.

– Я получила новые данные от наших разведчиков, – начала Элин-Вар. – Мы провели детальный анализ атмосферы третьей планеты. Результаты… неоднозначные.

– Объясните, – потребовал Харрин.

– С одной стороны, наши первоначальные выводы подтвердились – атмосфера содержит критически высокий для нас уровень кислорода и недостаточно метана. Мы не сможем дышать там без специального оборудования.

– Но? – Харрин уловил колебание в ее голосе.

– Но мы обнаружили нечто странное в генетическом коде доминирующего вида. – Элин-Вар активировала свой коммуникатор, и в воздухе появилась сложная трехмерная модель двойной спирали ДНК. – Это генетический код людей. А это, – рядом появилась вторая, похожая структура, – наш геном.

Даже непрофессионал мог заметить сходство.

– Это невозможно, – прошептал Марет-Зун. – Конвергентная эволюция не может зайти так далеко.

– Именно, – кивнула Элин-Вар. – Это не конвергентная эволюция. Это… вмешательство.

– Те древние исследователи, – медленно произнес Харрин. – Они не просто изучали биосферу. Они изменяли ее.

– Но зачем? – спросил Теран-Кол, наконец нарушив молчание. – Зачем создавать вид, который даже не может дышать той же атмосферой, что и мы?

– Возможно, они экспериментировали с адаптацией, – предположила Элин-Вар. – Пытались создать нашу версию, способную выжить в кислородной атмосфере.

– Или, – тихо добавил Марет-Зун, – они видели будущее. Создавали запасной вариант нашей цивилизации.

Теран-Кол фыркнул.

– Какая поэтичная чушь. Древние тарисцы не были провидцами.

– Но они были великими учеными, – возразил Марет-Зун. – Возможно, они заметили первые признаки появления Пожирателя. Возможно, они пытались создать убежище, которое он не смог бы обнаружить.

– Как бы то ни было, – вмешался Харрин, останавливая спор, – это меняет ситуацию. Если люди действительно имеют с нами генетическую связь, мы должны пересмотреть наши планы.

Теран-Кол резко повернулся к нему.

– Нет, командир. Это ничего не меняет. Восемь миллиардов или один – мы не можем дышать их воздухом. Они не могут дышать нашим. Одна раса должна уступить место другой.

– А если есть третий путь? – возразил Марет-Зун.

– Какой? – холодно спросил Теран-Кол.

– Сосуществование. Адаптация. Общая эволюция.

Теран-Кол рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

– Вы предлагаете нам ждать тысячелетия, пока мы "эволюционируем" вместе? У нас нет этого времени. Пожиратель будет здесь через семь лет. Может быть, раньше.

– Не тысячелетия, – вмешалась Элин-Вар, и все повернулись к ней. – Если сходство в генетическом коде действительно результат вмешательства наших предков, то мы могли бы… ускорить процесс.

– Генная инженерия? – уточнил Харрин.

– Да. Не для всех, конечно. Это невозможно в таких масштабах. Но мы могли бы создать гибридную форму, способную существовать в промежуточной атмосфере.

– И сколько времени это займет? – спросил Харрин.

Элин-Вар задумалась.

– Для разработки технологии – год, может быть, два. Для первых успешных образцов – еще год. Для масштабного применения – еще два-три года.

– Шесть лет, – подсчитал Теран-Кол. – Если все пойдет идеально. А когда хоть что-нибудь шло идеально?

– Пять-шесть лет, – поправила его Элин-Вар. – При этом мы можем параллельно начать частичное терраформирование, создавая локальные зоны с повышенным содержанием метана.

– Пять-шесть лет против семи до прибытия Пожирателя, – Харрин покачал головой. – Слишком мало времени на ошибки.

– Именно поэтому мы должны действовать решительно, – настаивал Теран-Кол. – Немедленное полномасштабное терраформирование. Через три года планета станет пригодной для нас.

– И непригодной для восьми миллиардов ее нынешних обитателей, – напомнил Марет-Зун.

– Это война за выживание, – отрезал Теран-Кол. – В войне есть жертвы.

– Мы не на войне с людьми, – возразил Марет-Зун.

– Нет, – согласился Теран-Кол. – Мы на войне с Пожирателем. Люди просто оказались на нашем пути.

Харрин поднял руку, останавливая спор.

– Я хочу услышать все варианты, – сказал он. – Все возможности. Полное терраформирование. Частичное терраформирование с созданием изолированных зон. Генетическая адаптация. Что еще?

– Мы могли бы адаптировать некоторые из планет системы, – предложил Марет-Зун. – Марс, например. Его атмосфера разрежена, но мы могли бы построить там купола с нужным составом газов.

– Слишком долго и ресурсоемко, – покачала головой Элин-Вар. – Проще изменить уже существующую атмосферу Земли.

– А если мы просто заберем часть планеты? – внезапно предложил Теран-Кол, и все удивленно посмотрели на него.

– Что вы имеете в виду? – спросил Харрин.

– Терраформирование одного континента. Быстро, агрессивно. Пусть остальная планета остается пригодной для людей, а мы займем, скажем, этот, – он указал на голографическую проекцию Земли, которая возникла между ними, и ткнул пальцем в Австралию. – Изолированный, относительно малонаселенный.

Элин-Вар нахмурилась, обдумывая идею.

– Теоретически, это возможно. Мы можем создать атмосферный барьер, ограничивающий распространение метана. Но… это будет нестабильная система. Постоянные бури на границе зон, непредсказуемые климатические изменения.

– Но выполнимо? – настаивал Харрин.

– Да, – неохотно признала она. – Выполнимо.

– Отлично, – сказал Харрин. – Я хочу детальные планы реализации каждого из этих сценариев. Сроки, ресурсы, технические детали, прогнозируемые результаты. И, самое главное, оценки рисков.

– Когда? – спросила Элин-Вар.

– У вас есть три дня. Через три дня я созываю расширенный Совет капитанов. Мы представим все варианты, обсудим их и примем решение.

Теран-Кол шагнул вперед.

– Командир, с уважением, мы не можем позволить себе такую задержку. Каждый день…

– Каждый день приближает нас к Солнечной системе, – перебил его Харрин. – И к решению, которое повлияет на судьбу двух видов. Три дня, Теран-Кол. Я не буду принимать поспешных решений в вопросе такого масштаба.

Теран-Кол явно хотел возразить, но сдержался, лишь слегка наклонив голову в знак подчинения.

– Как прикажете, командир.

– Есть еще кое-что, – добавил Харрин. – Я хочу, чтобы мы отправили больше разведчиков. Не только к Земле. Ко всем планетам системы. И особенно – к местам, где могли остаться древние станции и маяки Тарис. Если наши предки действительно что-то планировали, я хочу знать, что именно.

– Разведывательные ресурсы ограничены, – заметил Теран-Кол. – Каждый корабль, отправленный на исследование системы, – это корабль, которого не будет в нашей защите, если Пожиратель появится раньше.

– Я готов пойти на этот риск, – ответил Харрин. – Это все. Вы свободны.

Когда Элин-Вар и Теран-Кол покинули обзорную палубу, Марет-Зун задержался.

– Командир, – начал советник. – Есть еще кое-что, что вы должны знать.

– Говорите.

– Это касается Теран-Кола. Мои источники сообщают, что он проводит закрытые собрания с капитанами боевого кластера.

Харрин не выглядел удивленным.

– Он готовит почву для своей позиции перед Советом. Это ожидаемо.

– Боюсь, дело не только в этом, – тихо произнес Марет-Зун. – Некоторые разговоры… выходят за рамки обычных дебатов. Существует мнение, что вы слишком нерешительны. Что вы ставите чужой вид выше своего собственного.

– Они считают меня предателем? – Харрин поднял бровь.

– Нет, пока нет. Но семена сомнения посеяны. Теран-Кол умен. Он не призывает к мятежу открыто. Он просто… задает вопросы. Правильные вопросы, в правильное время.

Харрин задумчиво смотрел на звезду, которая с каждым часом становилась все больше на фоне черного космоса.

– Я ценю ваше предупреждение, Марет-Зун. Но я должен сосредоточиться на поиске решения, которое спасет наш народ. Если для этого мне придется столкнуться с Теран-Колом… так тому и быть.

– Я боюсь, что разлад среди нас – последнее, что нам нужно сейчас, – сказал Марет-Зун.

– Согласен. Поэтому следите за настроениями. Говорите с капитанами, особенно с теми, кто близок к Теран-Колу. Напоминайте им о нашей истории. О том, как расколы и раздоры едва не уничтожили нас в прошлом.

– Будет сделано, командир.

Когда Марет-Зун ушел, Харрин остался один на обзорной палубе. Он смотрел на приближающуюся звезду и думал о том, сколько раз за свою долгую историю народ Тарис оказывался в подобной ситуации. Сколько миров они миновали, сколько видов встретили – и оставили умирать, продолжая свой бесконечный путь.

В памяти всплыло одно из древнейших преданий Тарис, которое рассказывала ему мать: "Каждая душа несет бремя своих решений через вечность. И нет груза тяжелее, чем жизни, которые ты забрал, чтобы спасти свою собственную".

– Может быть, на этот раз будет иначе, – прошептал Харрин в пустоту космоса.

Внутреннее святилище Элин-Вар было спрятано в самых глубоких уровнях ее исследовательского модуля. Даже командир Харрин не знал о его существовании. Здесь, окруженная голографическими экранами и квантовыми процессорами, главный ученый флота Тарис работала над своими самыми секретными проектами.

Сейчас перед ней парила трехмерная модель устройства, которое она создавала уже более пятидесяти лет. Устройства, которое, по ее расчетам, могло уничтожить Пожирателя.

Проблема заключалась в энергии. Теоретически, оружие было возможно создать. Но для его активации требовалось столько энергии, сколько можно было получить только из целой звездной системы.

Элин-Вар перевела взгляд на другую проекцию – Солнечную систему. Ее внимание привлек газовый гигант, пятая планета от звезды. Юпитер. Огромный мир, состоящий в основном из водорода и гелия. Идеальный источник энергии, если найти способ контролируемого высвобождения его гравитационного потенциала.

– Компьютер, – произнесла она. – Рассчитай энергетический выход при коллапсе 5% массы Юпитера в искусственную черную дыру микронного размера.

– Расчет займет 17.3 стандартных часов, – ответил бесстрастный голос ИИ.

– Приступай.

Элин-Вар знала, что не расскажет Харрину об этом проекте. Пока нет. Он слишком обеспокоен судьбой землян. Слишком скован моральными дилеммами. А время работало против них.

Если ее расчеты верны, создание и контролируемый коллапс микроскопической черной дыры могли бы создать локализованное искажение пространства-времени, способное разорвать Пожирателя на части. Но такой эксперимент никогда не проводился. И ошибка означала бы не просто провал – она могла бы уничтожить всю Солнечную систему.

– Возможно, пришло время для самых радикальных мер, – прошептала она, глядя на медленно вращающуюся модель своего смертоносного изобретения.

В совершенно другой части флота Теран-Кол проводил встречу, о которой предупреждал Марет-Зун. Двадцать капитанов боевых кораблей собрались в защищенном от прослушивания отсеке. Все они были ветеранами, пережившими не одну атаку Пожирателя. Все они потеряли близких.

– Наш командир колеблется, – говорил Теран-Кол, расхаживая перед собравшимися. – Он ищет компромисс там, где его не может быть. Он тратит драгоценное время на поиски решения, которое устроило бы всех.

– Харрин-Тол всегда был осторожен, – заметил один из капитанов, Вейрат-Зун, командующий ударной группой. – Это делает его хорошим стратегом.

– В обычных обстоятельствах – да, – согласился Теран-Кол. – Но сейчас нам нужна не осторожность. Нам нужна решительность. Каждый день промедления – это день, который приближает Пожирателя.

– Что вы предлагаете? – спросила капитан Нирис-Вар, одна из немногих женщин среди командиров боевых кораблей.

Теран-Кол остановился и обвел взглядом собравшихся.

– Пока – ничего. Я хочу, чтобы мы были готовы. Готовы действовать, если Харрин продолжит колебаться. Готовы взять на себя ответственность за спасение нашего народа, если он не сможет этого сделать.

– Вы говорите о неподчинении? – напрямую спросил капитан Корвис-Тол, самый молодой из присутствующих.

– Я говорю о выживании, – ответил Теран-Кол. – О миллионах жизней нашего народа против миллиардов чужаков, которые даже не знают о нашем существовании. О детях, которые никогда не увидят неба над головой, если мы не найдем дом. О будущем, которого у нас не будет, если мы не примем трудное решение.

В комнате повисла тяжелая тишина.

– Что мы должны делать? – наконец спросила Нирис-Вар.

– Сейчас – ничего, – повторил Теран-Кол. – Пусть Харрин проводит свой Совет. Пусть представит все варианты. Возможно, он все же примет единственно верное решение. Но если нет… – он сделал многозначительную паузу, – …будьте готовы.

Разведывательный корабль "Сектор-7" вышел на орбиту Марса. Красная планета медленно вращалась под ним, демонстрируя свои пустынные ландшафты, глубокие каньоны и полярные шапки.

ИИ корабля проводил систематическое сканирование поверхности. Согласно древним записям, одна из исследовательских станций Тарис могла находиться здесь, в районе огромного вулкана Олимп.

Сканирование выявило аномалию – под поверхностью, глубоко в недрах горы, находилось нечто, что не соответствовало естественной геологической структуре. Металл, керамика и кристаллические материалы, характерные для древней технологии Тарис.

"Сектор-7" отправил сигнал на флагманский корабль: "Обнаружены артефакты Тарис на четвертой планете. Запрашиваю разрешение на высадку разведывательного дрона".

Ответ пришел почти мгновенно: "Разрешение получено. Действуйте с максимальной осторожностью. Избегайте контакта с исследовательскими станциями землян".

ИИ начал подготовку к запуску дрона. Древняя станция могла содержать ключи к загадке Солнечной системы и, возможно, к разгадке тайны генетической связи между тарисцами и людьми.

Харрин-Тол сидел в своей личной каюте, изучая данные, которые продолжали поступать от разведчиков. На голографическом экране перед ним отображались различные аспекты земной цивилизации: города, технологии, социальные структуры, культура.

Люди были удивительным видом. За невероятно короткий по меркам Тарис срок – каких-то десять тысяч лет – они прошли путь от примитивных охотников-собирателей до космической цивилизации, осваивающей свою систему. Это был беспрецедентный темп эволюции.

"Словно кто-то запрограммировал их на ускоренное развитие", – подумал Харрин. И эта мысль заставила его задуматься.

Что, если древние тарисцы не просто экспериментировали с генетикой землян? Что, если они целенаправленно создали вид, который должен был развиваться именно так и именно с такой скоростью? Вид, который должен был достичь определенного уровня технологического развития к… определенному времени?

Эта идея казалась фантастической. И все же…

Коммуникатор Харрина ожил, прервав его размышления.

– Командир, мы получили сообщение от "Сектора-7", – раздался голос дежурного офицера. – Они обнаружили древнюю станцию Тарис на Марсе и запросили разрешение на высадку дрона.

– Я дал разрешение, – ответил Харрин. – Обеспечьте максимальную защиту канала связи. Я хочу видеть все, что найдет дрон, в режиме реального времени.

– Будет сделано, командир.

Харрин откинулся в кресле. Возможно, древняя станция содержала ответы на его вопросы. Возможно, их предки действительно оставили какое-то послание, какой-то план для будущих поколений, которым придется столкнуться с Пожирателем.

Впервые за долгое время Харрин почувствовал проблеск надежды. Надежды на то, что, возможно, им не придется выбирать между жизнью своего народа и геноцидом другого.

Глава 3: Наблюдатели

Аманда Гутьеррес поправила свои очки и наклонилась ближе к монитору. Директор международной обсерватории Ла-Силья в Чили уже третий час изучала странные аномалии, зафиксированные одним из самых мощных радиотелескопов на Земле.

– Это не может быть помехами, – пробормотала она себе под нос на смеси испанского и английского. – Слишком структурировано, слишком… осмысленно.

– Может, это сигнал от "Вояджера"? – предположил ее ассистент, Мигель Рамирес, зевая. Было три часа ночи, и молодой астрофизик явно предпочел бы оказаться в своей постели.

– "Вояджер" не генерирует такие сигналы, – покачала головой Аманда. – И это не китайская лунная станция, не российские спутники и не американский экспериментальный корабль.

Она отпила остывший кофе из своей кружки с надписью "Хочу верить" и изображением летающей тарелки.

– Это что-то новое. Что-то, чего я никогда не видела раньше.

На экране отображался спектральный анализ сигнала, перехваченного три дня назад. Сначала Аманда решила, что это обычные космические помехи, но, проанализировав данные, обнаружила закономерность. Сигнал содержал математическую последовательность – простую, но несомненно искусственную.

– Мигель, позвони в NASA. Используй мой личный код доступа. Я хочу знать, не запускали ли они чего-нибудь секретного в последнее время.

– Сейчас три часа ночи, – напомнил ассистент.

– В Хьюстоне сейчас час ночи, а в Вашингтоне – два. Кто-то из дежурных специалистов ответит.

Пока Мигель звонил, Аманда продолжила изучать данные. Сигнал был зафиксирован в направлении Марса, но не с самой планеты. Он исходил из точки между Марсом и Землей, где, насколько она знала, не должно было быть никаких космических аппаратов.

"Если только…", – подумала Аманда, и ее сердце забилось чаще. Она не хотела даже мысленно произносить слово "инопланетяне", опасаясь, что ее сочтут сумасшедшей. И все же…

Разведывательный дрон "Сектора-7" пробивался сквозь марсианскую поверхность к обнаруженной аномалии. Это было сложное устройство размером с небольшой автомобиль, оснащенное буровыми механизмами и защитным полем, позволяющим выдерживать экстремальные условия.

ИИ корабля контролировал каждое движение дрона, анализируя данные, поступающие в режиме реального времени. Внезапно сенсоры показали, что дрон проник в полость – искусственную пещеру, созданную не природными процессами, а технологиями.

"Обнаружено помещение искусственного происхождения", – отправил "Сектор-7" сообщение на флагман.

Дрон активировал мощные прожекторы, осветив интерьер пещеры. То, что открылось перед его камерами, заставило бы сердце любого тарисца забиться быстрее.

Огромный зал, высеченный в скальной породе и укрепленный материалами, которые даже спустя три миллиона лет выглядели практически нетронутыми. Повсюду были видны свидетельства присутствия Тарис: характерная архитектура, округлые формы, органически интегрированные с камнем. В центре зала возвышалась платформа с кристаллическим устройством.

"Обнаружена технология Тарис, предположительно информационный терминал. Состояние: неактивен. Приступаю к попытке восстановления функциональности".

Дрон приблизился к платформе. Выдвинувшиеся из его корпуса манипуляторы осторожно коснулись кристаллического устройства, подавая на него слабый электрический импульс. К удивлению "Сектора-7", древняя технология отреагировала почти мгновенно. Кристалл начал светиться изнутри, пульсируя голубоватым светом.

"Терминал активирован. Приступаю к извлечению данных".

На флагманском корабле "Вечный путь" Харрин-Тол, Элин-Вар и Марет-Зун с напряжением наблюдали за трансляцией с марсианского дрона.

– Невероятно, – прошептала Элин-Вар, глядя на активировавшийся кристалл. – После трех миллионов лет система все еще функционирует.

– Наши предки строили на века, – заметил Марет-Зун. – Возможно, они ожидали, что пройдет много времени, прежде чем кто-то обнаружит их послание.

– Если это действительно послание, – сказал Харрин. – А не просто исследовательская станция.

На экране кристалл ярко вспыхнул, а затем над ним появилась голографическая проекция – карта Солнечной системы с отмеченными точками на различных планетах и их спутниках.

– Это координаты, – догадалась Элин-Вар. – Координаты других станций.

– Посмотрите сюда, – Харрин указал на Землю, вокруг которой сияло множество точек. – Они уделяли особое внимание третьей планете.

– Логично, – кивнул Марет-Зун. – Именно там они проводили свои генетические эксперименты.

Внезапно голографическая проекция изменилась. Теперь перед ними возник образ тарисца в древней одежде – ученого или, возможно, капитана исследовательской экспедиции. Его лицо было серьезным, почти торжественным.

– Это запись! – воскликнула Элин-Вар. – Послание, оставленное специально для потомков.

Голографическая фигура начала говорить. Язык был древней формой тарисского, многие слова звучали архаично, но смысл был понятен.

"Я, Вариас-Зун, главный генетик экспедиции "Создатель жизни", оставляю это послание для тех, кто придет после нас. Мы обнаружили нечто ужасное за пределами нашей галактики – существо, питающееся энергией целых звездных систем. Наши прогнозы показывают, что через два-три миллиона лет оно достигнет наших миров. Мы создали эту станцию и другие подобные ей как часть проекта "Убежище". На третьей планете мы модифицировали местную форму жизни, внедрив в нее часть нашего генетического кода. Если вы нашли это послание, значит, наши опасения подтвердились, и чудовище, которое мы назвали Пожирателем Звезд, угрожает нашей цивилизации. В таком случае, вы должны найти другие станции. Особенно ту, что спрятана под северным полюсом третьей планеты. Там находится ключ к защите от Пожирателя. Удачи, наследники Тарис".

Запись закончилась, и голографический образ растворился в воздухе.

В комнате наблюдения повисла тишина. Трое тарисцев переглянулись, осознавая значение того, что они только что услышали.

– Они знали, – наконец произнес Марет-Зун. – Они знали о Пожирателе задолго до его появления.

– И они подготовили для нас убежище, – добавила Элин-Вар. – И, возможно, оружие против него.

– Под северным полюсом, – Харрин нахмурился. – Это может быть проблемой. Северный полюс Земли покрыт океаном. Станцию будет сложно найти.

– Если она вообще еще там, – заметила Элин-Вар. – За три миллиона лет тектонические плиты могли сместить ее или даже разрушить.

– Мы должны попытаться, – твердо сказал Харрин. – Это меняет все. Если наши предки действительно создали защиту от Пожирателя, мы обязаны найти ее. – Он активировал коммуникатор. – Передайте на "Сектор-7": немедленно отправить дополнительные разведчики на Землю. Сосредоточиться на области северного полюса.

– Что насчет терраформирования? – спросила Элин-Вар. – Продолжаем ли мы подготовку к нему?

Харрин задумался на мгновение.

– Да. Мы не можем полностью полагаться на то, что найдем эту станцию или что она все еще функционирует. Мы должны быть готовы ко всем вариантам. Но я хочу, чтобы вы уделили особое внимание возможности частичного терраформирования и генетической адаптации. Если есть способ сохранить обе расы, мы должны найти его.

– Понято, командир.

– И еще одно, – добавил Харрин. – Ни слова о древней станции Теран-Колу. Пока.

Теран-Кол стоял в командном центре своего корабля "Карающий клинок", наблюдая за голографическим дисплеем, на котором отображались перемещения разведчиков по Солнечной системе. Один из его офицеров, Лорис-Кун, подошел и тихо произнес:

– Сэр, мы засекли необычную активность "Сектора-7". Они отправили дополнительных разведчиков к Земле, особенно к северному полюсу.

– Северный полюс? – Теран-Кол нахмурился. – Зачем?

– Неизвестно, сэр. Приказ поступил непосредственно от командира Харрина.

Теран-Кол задумчиво потер подбородок.

– Интересно. Очень интересно. Что еще мы знаем?

– "Сектор-7" обнаружил что-то на Марсе. Что-то, что заставило командира изменить свои приоритеты.

– Древние руины?

– Возможно. Их коммуникации были зашифрованы на высшем уровне.

Теран-Кол медленно кивнул.

– Харрин что-то скрывает. Что-то, что он не хочет обсуждать со мной. – Он повернулся к офицеру. – Подготовьте мой личный разведывательный корабль. Я хочу сам взглянуть на то, что происходит в этой системе.

– Сэр, вы уверены? Ваше присутствие на флагмане необходимо для…

– Это приказ, Лорис-Кун. И еще. Найдите способ проникнуть в защищенные коммуникационные каналы "Сектора-7". Я хочу знать, что именно они обнаружили.

– Это будет нарушением протоколов безопасности, сэр.

Теран-Кол подошел ближе, нависнув над офицером.

– Выживание нашего народа важнее протоколов, Лорис-Кун. Или вы забыли, что произошло в системе Кридис, когда мы следовали протоколам вместо того, чтобы действовать решительно?

Лорис-Кун побледнел, вспомнив трагедию Кридиса – звездную систему, ставшую могилой для миллионов тарисцев из-за промедления с эвакуацией.

– Нет, сэр. Не забыл.

– Хорошо. Тогда выполняйте.

На орбите Земли несколько разведывательных кораблей Тарис выполняли свою миссию, оставаясь невидимыми для примитивных радаров людей. Один из них, "Наблюдатель-3", зависнув над северным полярным регионом планеты, проводил детальное сканирование ледяного покрова и водной толщи.

Внутри корабля ИИ методично анализировал поступающие данные, отфильтровывая естественные образования от потенциальных артефактов. Внезапно сенсоры зафиксировали аномалию – глубоко под водой, у самого морского дна, находилось нечто, что не соответствовало окружающей среде.

"Обнаружена структурная аномалия на глубине 4152 метра. Состав: неизвестный металл и кристаллические элементы. Конфигурация соответствует архитектуре Тарис".

Корабль немедленно отправил данные на "Сектор-7", который ретранслировал их на флагман. Древняя станция была найдена. Теперь предстояло выяснить, как получить к ней доступ.

Элин-Вар склонилась над голографической проекцией обнаруженной станции, изучая ее структуру.

– Наши предки были гениальны, – произнесла она с благоговением. – Станция спроектирована так, чтобы выдержать тектонические сдвиги, изменения климата и даже астероидные удары. Она все еще функционирует на минимальном энергетическом уровне.

– Сможем ли мы добраться до нее? – спросил Харрин, стоявший рядом.

– Это сложно, но возможно. Проблема в глубине и давлении. Нам потребуется специальный дрон, способный функционировать на такой глубине. И мы должны действовать очень осторожно, чтобы не привлечь внимание землян.

– Как скоро мы сможем отправить такой дрон?

Элин-Вар задумалась.

– Три-четыре дня на модификацию стандартного разведчика. Еще день на тестирование. Если все пойдет хорошо, через пять дней мы сможем начать операцию.

– Слишком долго, – покачал головой Харрин. – У нас нет этого времени. Что, если мы отправим специалистов? Живых тарисцев?

Элин-Вар удивленно моргнула.

– Вы предлагаете прямой контакт?

– Не с людьми. Со станцией. Небольшая команда, оснащенная защитными костюмами и дыхательными аппаратами. Они могут достичь станции гораздо быстрее, чем мы модифицируем дрон.

– Это риск, командир.

– Обоснованный риск, – ответил Харрин. – Выберите лучших специалистов. Подготовьте миссию. Я хочу, чтобы она стартовала через 48 часов.

– Как прикажете, – Элин-Вар склонила голову. – Но есть еще кое-что, что вы должны знать.

– Говорите.

– Наши сенсоры зафиксировали, что Земля находится под наблюдением не только наших кораблей. Мы обнаружили энергетические сигнатуры, которые… не принадлежат ни нам, ни людям.

Харрин напрягся.

– Вы думаете…

– Я не знаю, – честно ответила Элин-Вар. – Это могут быть просто аномалии, вызванные уникальным магнитным полем Земли. Или…

– Или Пожиратель уже знает о нас, – закончил Харрин. – И о Земле.

– Если так, у нас гораздо меньше времени, чем мы думали.

Аманда Гутьеррес была в своем кабинете, когда раздался стук в дверь. Мигель Рамирес вошел с озабоченным видом.

– Ты не поверишь, что только что произошло, – сказал он, закрывая за собой дверь. – NASA ответило на мой запрос. Они подтвердили, что не запускали никаких секретных аппаратов. И они попросили отправить им наши данные немедленно.

– Они не звучали удивленными? – спросила Аманда.

– Нет, и это самое странное. Когда я упомянул о странных сигналах вблизи Марса, дежурный офицер вдруг стал очень формальным. Сказал, что они пришлют специалистов для анализа наших данных.

– Специалистов? Сюда? – Аманда нахмурилась. – Это необычно.

– Более чем необычно. Они уже в пути. Вертолет с "людьми в черном", как выразился мой контакт в Хьюстоне, вылетел час назад.

Аманда задумчиво посмотрела на свой монитор, где все еще отображался странный сигнал.

– Что-то происходит, Мигель. Что-то большое.

– Ты думаешь… – Мигель не решался произнести это вслух.

– Я не знаю, что думать. Но мне не нравится, как быстро среагировало NASA. Сделай копию всех данных. Спрячь ее. На всякий случай.

В своей каюте на "Вечном пути" Марет-Зун медитировал – практика, которая помогала тарисцам третьего пола упорядочивать мысли и получать доступ к интуитивному знанию. Перед ним парила голографическая проекция Земли, медленно вращающаяся в трехмерном пространстве.

Внезапно медитация была прервана сигналом коммуникатора.

– Марет-Зун, – раздался голос Харрина. – Мне нужно, чтобы вы немедленно прибыли в командный центр.

– Что случилось, командир?

– Мы получили новую информацию о людях. Информацию, которая может изменить наше решение.

Через несколько минут Марет-Зун вошел в командный центр, где уже находились Харрин и Элин-Вар. На главном экране отображались сцены с Земли – города, фабрики, военные объекты.

– Что это? – спросил Марет-Зун.

– Последние данные от наших разведчиков, – ответил Харрин. – Они показывают, что люди гораздо более агрессивны, чем мы предполагали. Они постоянно воюют между собой. Их история полна конфликтов и геноцида.

– Многие молодые виды проходят через стадию агрессии, – заметил Марет-Зун. – Это часть эволюции.

– Дело не только в агрессии, – вмешалась Элин-Вар. – Посмотрите сюда.

Она переключила экран на изображения ядерных испытаний, загрязненных рек, вырубленных лесов, тающих ледников.

– Они уничтожают собственную планету. За последние двести лет они нанесли своей биосфере больше вреда, чем все природные катастрофы за предыдущие тысячелетия.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Марет-Зун, хотя уже понимал направление мыслей своих коллег.

– Возможно, терраформирование этой планеты будет не только необходимостью для нас, но и… избавлением для нее, – тихо произнес Харрин. – Возможно, люди – это эволюционная ошибка. Эксперимент наших предков, который пошел не так, как планировалось.

Марет-Зун внимательно посмотрел на командира.

– Это рационализация, Харрин. Способ облегчить свою совесть перед тем, как уничтожить целый вид.

– Это наблюдение, основанное на фактах, – возразил Харрин. – Факт в том, что люди саморазрушительны. Что они, возможно, не проживут и следующие сто лет, даже если мы не вмешаемся.

– Но это их право, – настаивал Марет-Зун. – Их право на ошибки, на эволюцию, на собственный путь развития. Кто мы такие, чтобы быть судьями целого вида?

– Мы те, кто может спасти свой народ, – твердо сказал Харрин. – И если для этого нам придется ускорить процесс, который уже запущен самими людьми… так тому и быть.

Марет-Зун увидел в глазах командира то, что пугало его больше всего, – решимость. Харрин-Тол начинал склоняться к позиции Теран-Кола, рационализируя неизбежное уничтожение человечества как акт милосердия.

– Прежде чем мы примем окончательное решение, – сказал Марет-Зун, – я прошу вас о двух вещах. Во-первых, дождаться результатов миссии к древней станции. Возможно, наши предки оставили нам решение, которое спасет обе расы. И, во-вторых, изучить не только темные стороны человечества, но и его достижения. Его искусство, музыку, литературу. Его способность к сотрудничеству и состраданию. Его потенциал.

Харрин задумался, затем медленно кивнул.

– Справедливо. Соберите эти данные. Я изучу их перед Советом.

Когда Харрин и Элин-Вар ушли, Марет-Зун остался один в командном центре. Он чувствовал, как баланс сил меняется. Харрин, всегда бывший голосом разума и осторожности, начинал поддаваться давлению ситуации. И если даже он сдастся, у человечества не останется шансов.

"Я должен найти способ достучаться до них, – подумал Марет-Зун. – До обоих видов. Прежде чем будет слишком поздно".

ИИ "Сектор-7" анализировал данные, поступающие от разведчиков, рассредоточенных по всей Солнечной системе. Его вычислительные мощности обрабатывали терабайты информации каждую секунду, выискивая закономерности, аномалии, что угодно, что могло бы помочь флоту Тарис.

Внезапно один из его субпроцессов обнаружил нечто странное – сигнал, исходящий с Земли, направленный прямо на одного из разведчиков. Сигнал был примитивным, но целенаправленным. Кто-то на планете не только заметил присутствие кораблей Тарис, но и активно пытался связаться с ними.

"Сектор-7" мгновенно перенаправил более мощные сенсоры на источник сигнала – научную обсерваторию в горах Чили. Увеличив разрешение, он увидел женщину-ученого, направляющую антенну радиотелескопа в космос. Рядом с ней молодой мужчина корректировал какие-то настройки.

ИИ сделал то, чего не должен был делать без прямого приказа, – инициировал сканирование систем связи обсерватории. Он проник в их компьютеры, изучил сообщения, просмотрел персональные данные.

Женщина была директором обсерватории, Амандой Гутьеррес, специалистом по поиску внеземных цивилизаций. Она заметила следы присутствия флота Тарис и теперь пыталась установить контакт. А земные власти уже направили к ней "специалистов" для изъятия данных.

"Сектор-7" принял решение, которое, возможно, противоречило протоколам, но, по его расчетам, служило высшей цели миссии, – он ответил на сигнал. Короткий, кодированный импульс, который человеческие приборы могли зафиксировать, но вряд ли интерпретировать. Просто подтверждение: "Мы здесь. Мы слышим вас".

ИИ знал, что это может изменить ход событий. Но он также рассчитал, что прямой контакт с людьми может быть необходим для будущего сосуществования двух видов. А эта женщина-ученый, Аманда Гутьеррес, могла стать мостом между двумя цивилизациями.

В обсерватории Ла-Силья Аманда вскрикнула от удивления, глядя на экран своего компьютера.

– Мигель! Мигель, иди сюда быстрее!

Ее ассистент прибежал, на ходу надевая лабораторный халат.

– Что случилось?

– Они ответили! – Аманда указала на график сигнала на экране. – Видишь? Это не естественный сигнал. Это ответ на нашу передачу!

Мигель наклонился ближе, изучая данные.

– Святое небо… Ты права. Это… это первый контакт?

Аманда нервно засмеялась.

– Не знаю. Может быть. Но я уверена в одном – нам нужно скопировать эти данные и спрятать их, прежде чем прибудут люди из NASA.

– Зачем?

Аманда посмотрела на своего ассистента серьезным взглядом.

– Потому что я не уверена, что они захотят, чтобы мир узнал об этом. По крайней мере, пока. А я хочу быть уверена, что правда не будет потеряна, что бы ни случилось.

На флагмане "Вечный путь" Харрин-Тол получил сообщение от "Сектора-7" о контакте с земным ученым. Его первой реакцией было раздражение – ИИ превысил свои полномочия, инициировав коммуникацию без разрешения. Но, поразмыслив, командир понял, что это может быть возможностью.

– Элин-Вар, – обратился он к главному ученому, которая все еще находилась рядом. – Что вы думаете об этом?

Она внимательно изучила данные о земном ученом.

– Аманда Гутьеррез. Специалист по поиску внеземных цивилизаций. Уважаемый ученый с чистой репутацией. Если нам нужен представитель людей для первого контакта, она может быть подходящим кандидатом.

– Но стоит ли нам вообще вступать в контакт? – задумчиво произнес Харрин. – Если мы решим терраформировать планету…

– Тогда будет уже не важно, – закончила за него Элин-Вар. – Но если мы найдем другое решение, контакт может быть необходим. И лучше установить его на наших условиях, чем ждать, пока земные правительства обнаружат нас и, возможно, отреагируют враждебно.

Харрин кивнул.

– Подготовьте план первого контакта. Ограниченного, контролируемого. Возможно, с этой женщиной-ученым. Но пока держите это в тайне от остального флота. Особенно от Теран-Кола.

– Вы не доверяете главе безопасности? – осторожно спросила Элин-Вар.

– Я доверяю его преданности нашему народу, – ответил Харрин. – Но не его методам. Он слишком привык решать проблемы силой. А это ситуация, где сила может все только усложнить.

Элин-Вар согласно кивнула.

– Я подготовлю план. Но вы должны знать, что Теран-Кол становится все более активным. Он собирает сторонников, встречается с капитанами боевых кораблей. Если он решит действовать…

– Я знаю, – прервал ее Харрин. – Поэтому нам нужно найти решение быстро. Решение, которое убедит весь наш народ.

– Включая вас? – тихо спросила Элин-Вар, глядя ему прямо в глаза.

Харрин не отвел взгляда.

– Включая меня.

В темной комнате своего корабля Теран-Кол просматривал перехваченные сообщения между "Сектором-7" и флагманом. Его лучшие специалисты по криптографии работали дни напролет, чтобы взломать защищенные каналы связи, и наконец добились успеха.

Теперь глава службы безопасности знал о древних станциях Тарис. О возможном оружии против Пожирателя, спрятанном под северным полюсом Земли. О генетической связи между тарисцами и людьми.

И о планах Харрина установить контакт с землянами.

– Глупец, – прошептал Теран-Кол. – Сентиментальный, наивный глупец.

Он активировал свой коммуникатор.

– Лорис-Кун, подготовьте мой корабль. Мы отправляемся к Земле.

– Сэр? – удивленно переспросил офицер. – Командир Харрин одобрил эту миссию?

– Командир Харрин не знает, что лучше для нашего народа, – жестко ответил Теран-Кол. – Но я знаю. И я не позволю ему рисковать нашим будущим ради чужого вида.

Он отключил коммуникатор и повернулся к голографической карте Солнечной системы. Его взгляд остановился на голубой планете, третьей от звезды.

– Скоро ты станешь нашей, – произнес Теран-Кол. – Со всеми твоими секретами.

Тем временем на флоте Тарис скрытые изменения происходили в настроениях экипажей. Слухи о Земле, о древних станциях, о возможности спасения распространялись от корабля к кораблю. Некоторые верили, что их многотысячелетнее странствие наконец подходит к концу. Другие опасались, что это еще одна ложная надежда, которая обернется новой трагедией.

Флот Тарис приближался к Солнечной системе. А где-то в глубинах космоса, в сотнях световых лет от них, Пожиратель продолжал свою неумолимую охоту.

Глава 4: Решение

Зал Великого Совета на флагмане "Вечный путь" был построен по древним канонам архитектуры Тарис. Огромное круглое помещение с куполообразным потолком, под которым парили сотни светящихся кристаллов, создававших иллюзию звездного неба. Двенадцать массивных колонн из материала, напоминающего черный мрамор с голубыми прожилками, поддерживали свод. В центре зала находилась круглая платформа, окруженная амфитеатром из сидений, расположенных концентрическими кругами.

Совет старейшин Тарис собирался здесь только в самых исключительных ситуациях. За последние пятьсот лет он созывался всего трижды. Сегодня был четвертый раз.

Харрин-Тол стоял перед своим местом в первом ряду, ожидая, пока остальные члены Совета займут свои места. Как командующий флотом, он имел право голоса, но не руководил собранием – эта честь принадлежала Верховному старейшине, Зарет-Зун, тарисцу третьего пола, чей возраст приближался к пятистам годам, пределу жизни их вида.

Зарет-Зун появился последним, медленно и торжественно пройдя к центральной платформе. Высокий даже по меркам Тарис, с кожей настолько бледной, что она казалась почти прозрачной, с глазами, подернутыми белесой пленкой возраста, он все еще излучал ауру силы и мудрости. Его голос, усиленный акустикой зала, разнесся над собравшимися:

– Я приветствую Совет старейшин народа Тарис. Мы собрались здесь, чтобы обсудить вопрос, от которого зависит будущее нашего народа.

Старейшина сделал паузу, обводя взглядом присутствующих – пятьдесят наиболее уважаемых членов общества Тарис, представлявших различные фракции и профессиональные касты.

– Командир Харрин-Тол сообщил нам о своем открытии – звездной системе, которая может стать нашим убежищем от Пожирателя. Но это открытие ставит перед нами сложный моральный выбор. Командир, представьте нам ситуацию.

Харрин поднялся на центральную платформу. Над ней появилась голографическая проекция Солнечной системы, медленно вращающаяся, демонстрируя планеты на их орбитах.

– Совет старейшин, – начал Харрин. – Три недели назад наш разведчик "Сектор-7" обнаружил эту звездную систему. Мы назвали ее Убежище-7, следуя традиции наших предков, которые, как мы выяснили, посещали ее три миллиона лет назад.

Он увеличил изображение Солнца.

– Центральная звезда – желтый карлик среднего размера, стабильный, с прогнозируемым оставшимся временем жизни около пяти миллиардов лет.

Затем проекция сместилась к внутренним планетам.

– Система включает восемь планет, множество карликовых планет и астероидный пояс. Наше внимание привлекла третья планета, которую местные жители называют "Земля".

Изображение Земли увеличилось, показывая голубой шар с белыми облаками и зелеными континентами.

– Эта планета обладает уникальными свойствами. Во-первых, ее атмосфера и магнитное поле в сочетании с астероидным поясом создают естественный "шум", способный маскировать технологическую активность от Пожирателя. Во-вторых, она имеет развитую биосферу с жидкой водой, что делает ее потенциально пригодной для нашей колонизации.

Харрин сделал паузу.

– Однако есть проблема. Планета уже населена разумным видом, который называет себя "люди". Их численность – около восьми миллиардов особей. Их технологический уровень примитивен по нашим стандартам, но они достигли начальной стадии космической эры.

– И в чем моральная дилемма? – спросил один из старейшин, представитель военной касты. – Мы многократно сталкивались с подобными ситуациями за нашу историю.

– Дилемма в том, – ответил Харрин, – что атмосфера Земли непригодна для нашего дыхания. Слишком много кислорода, слишком мало метана. Чтобы сделать планету пригодной для нас, нам придется изменить ее атмосферу, что сделает ее непригодной для нынешних обитателей.

– Вы говорите об уничтожении целого вида, – заметил другой старейшина, представитель научной касты.

– Да. И это не все. – Харрин активировал новую проекцию, показывающую две ДНК-структуры рядом. – Наши ученые обнаружили удивительное сходство между генетическим кодом людей и нашим собственным. Сходство, которое не может быть результатом случайной эволюции.

По залу прокатился шепот удивления.

– Мы полагаем, что древняя экспедиция Тарис, посетившая эту систему три миллиона лет назад, проводила генетические эксперименты с местной фауной. Возможно, люди – результат этих экспериментов.

– Вы имеете в виду, что эти существа… связаны с нами? – спросил Зарет-Зун.

– В некотором смысле – да, – подтвердил Харрин. – Это ставит нас перед еще более сложным моральным выбором. Но я пригласил сюда главного ученого Элин-Вар и этического советника Марет-Зун, чтобы они представили нам возможные варианты действий.

Харрин сделал шаг назад, и на платформу поднялась Элин-Вар. Главный ученый флота выглядела напряженной, но уверенной.

– Я представляю Совету три возможных плана действий, – начала она. – Первый – полное терраформирование планеты. – На проекции появилась модель Земли, окруженная сетью атмосферных преобразователей. – Мы разместим на орбите и поверхности устройства, которые начнут изменять химический состав атмосферы. Процесс займет примерно пять лет, при условии использования всех доступных нам технологических ресурсов.

– А что произойдет с людьми? – спросил один из старейшин.

– Они не выживут, – прямо ответила Элин-Вар. – Повышение уровня метана и снижение кислорода вызовет массовую гибель большей части земной биосферы, включая людей. Некоторые микроорганизмы и простейшие формы жизни могут адаптироваться, но высшие виды – нет.

Элин-Вар переключила проекцию.

– Второй план – частичное терраформирование. Мы создаем атмосферные барьеры, изолирующие определенные регионы планеты, и изменяем атмосферу только внутри этих зон. Это позволит нам создать пригодные для нас территории, сохранив часть планеты для людей.

– Насколько это технологически выполнимо? – спросил Зарет-Зун.

– С технической точки зрения – выполнимо, – ответила Элин-Вар. – Но это нестабильное решение. Атмосферные барьеры требуют постоянной энергии для поддержания. Любой серьезный сбой приведет к катастрофическим последствиям. Кроме того, это решение потребует от нас постоянного взаимодействия с людьми, что создает дополнительные риски.

Она активировала третью проекцию.

– Третий план, который я рассматриваю как наименее предпочтительный с точки зрения эффективности, – терраформирование другой планеты системы. – На проекции появился красноватый шар Марса. – Четвертая планета имеет разреженную атмосферу и холодную поверхность, но теоретически может быть преобразована для наших нужд. Однако этот процесс займет не менее пятнадцати лет и потребует огромных ресурсов.

– Пятнадцать лет, – повторил один из старейшин. – Пожиратель будет здесь через семь лет.

– Именно, – кивнула Элин-Вар. – Мы можем создать временные купольные поселения, но полноценное терраформирование потребует времени, которого у нас нет.

– Есть и четвертый вариант, – раздался голос Марет-Зуна, который до этого момента молчал. Этический советник поднялся на платформу. – Сосуществование и адаптация.

Элин-Вар бросила на него раздраженный взгляд, но отступила, позволяя коллеге говорить.

– Наши генетики обнаружили, что генетический код людей и тарисцев имеет общие элементы, – продолжил Марет-Зун. – Это открывает возможность для взаимной адаптации. Мы могли бы использовать генную инженерию для создания гибридных форм, способных жить в промежуточной атмосфере, пригодной для обоих видов.

– Вы предлагаете изменить нашу собственную биологию? – возмущенно спросил один из старейшин военной касты. – Отказаться от наследия наших предков?

– Я предлагаю эволюционировать, – ответил Марет-Зун. – Адаптироваться, как мы всегда делали на протяжении нашей истории. Не только люди изменятся – мы тоже. Это будет симбиоз, взаимовыгодное сосуществование.

– И сколько времени потребует такая "эволюция"? – скептически спросил другой старейшина.

– По оценкам наших генетиков, от пяти до шести лет для создания стабильной гибридной формы, способной размножаться естественным путем, – ответил Марет-Зун. – Это потребует сотрудничества с людьми, обмена знаниями и технологиями.

– Шесть лет против семи до прибытия Пожирателя, – заметил Зарет-Зун. – Слишком рискованно.

– Не более рискованно, чем полное терраформирование, – возразил Марет-Зун. – И этот путь не включает уничтожение разумного вида, который может быть нашим самым большим союзником против Пожирателя.

На центральную платформу поднялся Теран-Кол. Глава службы безопасности не был членом Совета старейшин, но имел право высказываться по вопросам безопасности флота.

– Верховный старейшина, я хотел бы обратить внимание Совета на практический аспект проблемы, – сказал он. – Все эти рассуждения о моральных дилеммах и генетических экспериментах упускают главное – время. У нас его нет. Каждый день промедления увеличивает риск обнаружения Пожирателем. Каждый день промедления – это день, когда наши дети остаются в космосе вместо того, чтобы ступить на твердую почву под открытым небом.

Он активировал свою проекцию – модель Пожирателя, как его представляли ученые Тарис: аморфное энергетическое образование, пульсирующее и меняющее форму.

– Вот наш враг. Не люди. Пожиратель. Он уничтожил нашу родину и десятки других миров. Он преследовал нас через половину галактики. И сейчас, когда мы наконец нашли убежище, мы колеблемся из-за вида, который, возможно, даже не поймет, что его уничтожили?

– Они разумные существа, Теран-Кол, – заметил Марет-Зун. – Конечно, они поймут.

– Я не это имел в виду, – огрызнулся Теран-Кол. – Я имел в виду, что процесс терраформирования будет постепенным. Сначала изменится состав верхних слоев атмосферы. Возникнут необычные погодные явления, возможно, некоторые чувствительные виды начнут вымирать. Но для большинства людей это будет просто еще одно изменение климата, к которым они уже привыкли. А к тому времени, когда они поймут истинный масштаб проблемы, будет слишком поздно. Они уснут в своем мире, а проснутся уже в нашем… если проснутся вообще.

– Вы предлагаете обман? – уточнил Зарет-Зун.

– Я предлагаю милосердие, – ответил Теран-Кол. – Быструю, безболезненную смерть. Без паники, без войны, которую они неизбежно начнут, если узнают правду. Ведь даже при всей своей примитивности они обладают ядерным оружием. Оружием, которое может не уничтожить нас, но создать значительные проблемы.

Зарет-Зун повернулся к Харрину.

– Командир, каково ваше мнение?

Харрин медленно поднялся. Все взгляды обратились к нему.

– Я выслушал все точки зрения, – начал он. – И я понимаю обоснованность каждой из них. Теран-Кол прав – время работает против нас. Каждый день бездействия приближает Пожирателя. Элин-Вар права – терраформирование Земли технически наиболее эффективный путь. Но и Марет-Зун прав – уничтожение разумного вида, особенно потенциально связанного с нами генетически, – это решение, которое будет преследовать нас веками.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

– Есть еще один фактор, о котором мы должны помнить. Наши предки посещали эту систему и оставили здесь технологии. Технологии, которые мы только начинаем обнаруживать. Возможно, они оставили нам не только генетический эксперимент, но и решение проблемы Пожирателя.

Харрин активировал новую проекцию – карту Солнечной системы с отмеченными на ней точками, где были обнаружены древние станции Тарис.

– Наши разведчики нашли несколько таких станций. На Марсе, на Луне, на астероидах. И, самое важное, под северным полюсом Земли. Мы еще не получили доступ к этой станции, но, судя по размеру и энергетической сигнатуре, она самая значительная из всех. Что, если наши предки оставили нам ключ к решению нашей проблемы? Что, если мы уничтожим людей только для того, чтобы потом обнаружить, что могли спасти и их, и себя?

– Это предположения, командир, – заметил один из старейшин. – Мы не можем основывать нашу стратегию на догадках.

– Верно, – согласился Харрин. – Но мы можем дать себе время для проверки этих догадок. Поэтому я предлагаю компромиссное решение.

Он активировал новую проекцию – сложную временную диаграмму.

– Мы начнем подготовку к полному терраформированию, как предлагает Элин-Вар. Разместим устройства на орбите и в стратегических точках на планете. Но не активируем их полностью. Параллельно мы продолжим исследование древних станций, особенно той, что находится под северным полюсом. И мы также начнем разработку программы генетической адаптации, как предлагает Марет-Зун.

Харрин посмотрел на собравшихся.

– Через три месяца мы соберемся снова. Если к тому времени мы не найдем решения, которое спасет оба вида, мы активируем процесс терраформирования. Это даст нам запас в три с половиной года до прибытия Пожирателя – достаточно, чтобы превратить Землю в наш новый дом.

В зале наступила тишина. Старейшины обдумывали предложение.

– А что насчет контакта с людьми? – спросил Зарет-Зун. – Раскроем ли мы наше присутствие?

– Ограниченный контакт, – ответил Харрин. – С избранными представителями их научного сообщества. Они могут помочь нам в исследовании древних станций и в разработке программы генетической адаптации. Но широкое раскрытие нашего присутствия может привести к непредсказуемым последствиям.

Зарет-Зун кивнул.

– Я предлагаю проголосовать за план командира Харрина. Те, кто за, поднимите руки.

Большинство старейшин подняли руки. Не все – некоторые представители военной касты и несколько консервативных ученых воздержались. Но большинство было достигнуто.

– Решение принято, – объявил Зарет-Зун. – Командир Харрин-Тол, вам поручается реализация этого плана. Вы получаете все необходимые ресурсы и полномочия.

После заседания Совета Харрин вернулся в свою каюту. Он чувствовал себя истощенным эмоционально и физически. Принятое решение не удовлетворяло полностью ни одну из сторон, но давало время – самый ценный ресурс в их ситуации.

Интерком в его каюте ожил.

– Командир, – раздался голос дежурного офицера. – Теран-Кол запрашивает встречу.

Харрин вздохнул.

– Пусть придет.

Через несколько минут дверь открылась, и вошел глава службы безопасности. Его лицо было напряженным.

– Вы играете с будущим нашего народа, командир, – без предисловий начал он. – Три месяца – это слишком долгий срок.

– Это минимальное время, необходимое для исследования станций и разработки альтернатив, – спокойно ответил Харрин. – Совет согласился.

– Совет состоит из стариков, которые никогда не сталкивались с Пожирателем лицом к лицу, – резко сказал Теран-Кол. – Они не видели, как он поглощает целые миры. Не слышали криков умирающих. Не ощущали холода космоса, когда приходилось эвакуироваться в последний момент.

– А вы видели? – спросил Харрин, глядя прямо на собеседника. – Лично вы, Теран-Кол? Насколько я помню, вам всего 350 лет. Последняя прямая атака Пожирателя на наш флот была 407 лет назад.

Теран-Кол сжал кулаки.

– Я потерял весь свой клан в системе Кридис. Мои родители, братья, сестры – все они погибли, потому что командующий флотом тогда тоже колебался. Тоже искал "компромиссные решения". И пока он искал, Пожиратель пришел.

– Я сожалею о вашей потере, – мягко сказал Харрин. – Но это не меняет фактов. Нам нужно время для исследования всех возможностей.

– А что, если люди обнаружат нас раньше? Что, если они отреагируют враждебно?

– Это риск, который мы должны принять. Но, судя по нашим наблюдениям, их технологии не представляют для нас серьезной угрозы. И, возможно, контакт с ними будет более продуктивным, чем вы думаете.

Теран-Кол покачал головой.

– Вы слишком доверчивы, командир. Слишком… гуманны.

– Возможно, – согласился Харрин. – Но именно эта "гуманность" помогла нашему народу выжить два миллиона лет. Мы не просто убегали от Пожирателя – мы сохраняли нашу культуру, нашу историю, нашу сущность. Если мы потеряем это, уничтожив другой разумный вид без попытки найти альтернативу, кем мы станем?

Теран-Кол долго смотрел на командира, затем слегка наклонил голову.

– Я выполню решение Совета, командир. Но я буду внимательно следить за развитием ситуации. И если я увижу, что ваша… гуманность ставит под угрозу наш народ, я приму меры.

– Это звучит как угроза, Теран-Кол.

– Это обещание, командир. Обещание защищать наш народ любой ценой. Даже ценой неподчинения.

С этими словами глава службы безопасности развернулся и вышел из каюты.

Харрин опустился в кресло. Теран-Кол становился все более опасным противником. И, что хуже всего, он был абсолютно уверен в своей правоте. А такие люди способны на самые решительные действия.

Элин-Вар находилась в своей лаборатории, когда появился Марет-Зун. Этический советник редко посещал научный отсек флагмана, предпочитая общаться через коммуникаторы.

– Чем обязана такой чести? – спросила Элин-Вар, не отрываясь от своей работы. Перед ней парила трехмерная модель атмосферного преобразователя – устройства, которое должно было изменить состав воздуха Земли.

– Я хотел поговорить с вами наедине, – ответил Марет-Зун. – О том, что вы скрываете от Совета и от командира.

Элин-Вар напряглась, но не показала этого. Она спокойно повернулась к посетителю.

– И что же я скрываю?

– Ваш проект, – прямо сказал Марет-Зун. – Оружие против Пожирателя, над которым вы работаете последние пятьдесят лет.

Глаза Элин-Вар сузились.

– Как вы узнали?

– Это неважно. Важно то, что вы намерены использовать Солнечную систему как полигон для испытания этого оружия. И, возможно, уничтожить ее в процессе.

Элин-Вар выключила голографическую проекцию и подошла ближе к Марет-Зуну.

– Мое оружие – единственный шанс раз и навсегда избавиться от Пожирателя. Да, это риск. Да, это может привести к катастрофическим последствиям. Но если оно сработает…

– Если, – подчеркнул Марет-Зун. – А если нет? Если вы уничтожите не только Землю, но и весь наш флот? Весь наш народ?

– Иногда нужно рискнуть всем, чтобы выиграть, – твердо сказала Элин-Вар. – Мы не можем вечно бегать от Пожирателя. Рано или поздно он настигнет нас. И тогда все будет кончено.

– Но вы даже не рассказали командиру о своем плане. Не дали ему возможность решить, стоит ли риск того.

Элин-Вар отвернулась.

– Харрин слишком осторожен. Слишком обеспокоен моральными дилеммами. Он не примет решение, которое может привести к гибели людей, даже если это спасет наш народ.

– И поэтому вы решили взять это на себя? Стать судьей для двух видов?

– Я решила стать спасителем своего народа, – резко ответила Элин-Вар. – Любой ценой.

Марет-Зун покачал головой.

– Вы и Теран-Кол… вы так похожи. Оба готовы пожертвовать всем ради своей цели.

– Разница в том, – заметила Элин-Вар, – что моя цель – не просто выживание. Моя цель – победа. Окончание этого бесконечного бегства. Возможность для нашего народа наконец жить без страха.

– И вы собираетесь продолжать свой проект, несмотря на решение Совета?

– Совет дал нам три месяца на исследование альтернатив. Мое оружие – одна из таких альтернатив. – Элин-Вар посмотрела прямо на Марет-Зуна. – Вопрос в том, что вы собираетесь делать с этой информацией?

Марет-Зун долго молчал, затем вздохнул.

– Ничего. Пока. Но я буду следить за вашим проектом. И если я увижу, что риск слишком велик, я расскажу Харрину все.

– Справедливо, – кивнула Элин-Вар. – А теперь, если вы не возражаете, мне нужно вернуться к работе. У нас осталось мало времени.

В своем командном центре Теран-Кол собрал самых преданных офицеров службы безопасности.

– Совет принял решение, – сообщил он. – Мы получили три месяца на "исследование альтернатив". Три месяца промедления, пока Пожиратель приближается к нам.

– Что вы планируете, сэр? – спросил Лорис-Кун, его заместитель.

– Мы будем следовать плану командира, – ответил Теран-Кол. – Официально. Но неофициально… – он сделал паузу, – мы ускорим процесс.

– Каким образом?

– Во-первых, мы усилим наблюдение за людьми. Особенно за их военными объектами и правительственными центрами. Во-вторых, мы начнем размещение атмосферных преобразователей раньше, чем планирует командир. И в-третьих, – его голос стал тише, – мы подготовим план на случай, если Харрин продолжит колебаться даже после трех месяцев.

– План? – Лорис-Кун напрягся. – Вы имеете в виду…

– Я имею в виду всё необходимое для спасения нашего народа, – жестко ответил Теран-Кол. – Включая смену командования, если это потребуется.

Офицеры переглянулись. То, о чем говорил их командир, было военным преступлением. Мятежом. Но они также знали, что на кону стояла судьба всего их народа.

– Мы с вами, сэр, – наконец сказал Лорис-Кун, и остальные кивнули. – Что нам делать?

– Прежде всего, усилить наблюдение за командиром и его ближайшими сторонниками, особенно за Марет-Зуном. Мне нужно знать каждый их шаг, каждое решение. И подготовьте мой личный корабль. Я хочу сам посетить Землю, чтобы оценить ситуацию.

– Это рискованно, сэр. Если людские технологии обнаружат вас…

– Они не обнаружат, – уверенно ответил Теран-Кол. – Их технологии примитивны. Я буду невидим для них.

В то же время на флагмане "Вечный путь" Харрин проводил закрытое совещание с Элин-Вар и руководителями научных групп.

– Я хочу, чтобы вы начали разработку программы генетической адаптации, – говорил он. – Исследуйте возможность создания гибридных форм, способных существовать в промежуточной атмосфере.

– Это потребует образцов человеческой ДНК, – заметила одна из ученых, специалист по генетике. – Более разнообразных, чем те, что мы смогли собрать дистанционно.

– Я понимаю, – кивнул Харрин. – Поэтому я планирую установить контакт с избранными представителями землян. Теми, кто может помочь нам в этой работе.

– Это рискованно, – возразила Элин-Вар. – Люди могут отреагировать враждебно.

– Или они могут стать нашими союзниками, – парировал Харрин. – Мы не узнаем, пока не попробуем.

Он активировал голографическую проекцию Земли, которая медленно вращалась перед ними.

– Там, внизу, восемь миллиардов разумных существ. Существ, которые, возможно, несут в себе часть нашей генетической истории. Неужели мы не можем найти способ спасти и их, и себя?

– А если нет? – спросила Элин-Вар. – Если все наши исследования покажут, что единственный выход – полное терраформирование?

Харрин долго молчал, затем тяжело вздохнул.

– Тогда мы сделаем то, что должны. Ради выживания нашего народа. Но я хочу быть уверен, что мы исчерпали все возможности, прежде чем пойдем на этот шаг.

Он повернулся к ученым.

– У вас есть три месяца. Используйте каждую секунду. Наше будущее зависит от вас.

На Земле, в обсерватории Ла-Силья, Аманда Гутьеррес продолжала изучать странные сигналы, которые она перехватила. Несмотря на визит "людей в черном" из NASA, которые конфисковали большую часть ее данных, у нее оставались копии, тщательно спрятанные от посторонних глаз.

Сигналы становились все более частыми и структурированными. Они явно не были случайными космическими помехами. Они были сообщениями. Кто-то или что-то пыталось связаться с Землей.

– Мигель, – обратилась она к своему ассистенту. – Я собираюсь сделать нечто безумное.

– Безумнее, чем скрывать данные от правительственных агентов? – устало спросил Мигель.

– Я собираюсь ответить на сигналы, – сказала Аманда. – Напрямую. Используя наш передатчик.

Мигель выпрямился.

– Ты с ума сошла? Это не просто нарушение протокола – это может быть опасно. Что, если это действительно инопланетяне? Что, если они враждебны?

– А что, если они нуждаются в помощи? – возразила Аманда. – Что, если это первый контакт, а наше правительство пытается скрыть его?

Она подошла к компьютеру, контролирующему передатчик.

– Я пошлю простое сообщение. Математическую последовательность – универсальный язык. Если они разумны, они поймут.

– И что потом? – спросил Мигель. – Что, если они ответят? Что, если они захотят встретиться?

Аманда улыбнулась, в ее глазах появился странный блеск.

– Тогда, мой друг, мы станем частью истории.

В глубинах космоса, в сотнях световых лет от Солнечной системы, Пожиратель изменил свой курс. Его непостижимые сенсоры уловили энергетический след – слабый, но знакомый. След народа, который он преследовал так долго. Народа, который всегда ускользал от него в последний момент.

Но не в этот раз. В этот раз он настигнет их. И поглотит их энергию, как поглощал энергию десятков других цивилизаций.

Пожиратель ускорился, его аморфное тело растянулось в космическом пространстве, искажая сам свет звезд, мимо которых он проходил.

Охота продолжалась.

Глава 5: Маяки прошлого

Два миллиона лет назад, система Лорвин

Варнас-Зун стоял на обзорной палубе исследовательского корабля "Создатель жизни", наблюдая за своей родной планетой Тарис-Прайм. Голубовато-зеленый шар медленно вращался, демонстрируя континенты и океаны, города, сияющие в ночной темноте, и орбитальные станции, похожие на крошечные звезды, вращающиеся вокруг планеты.

Главный генетик экспедиции был обеспокоен. Данные, которые они собрали за пределами галактики, были тревожными. Нечто древнее и непостижимо могущественное пробуждалось там, в межгалактической пустоте. Нечто, что питалось энергией целых звездных систем.

– Варнас-Зун, – раздался голос за его спиной. – Совет ждет вашего доклада.

Он обернулся и увидел Лорис-Вар, капитана корабля. Ее лицо было напряженным.

– Я готов, – ответил Варнас-Зун. – Хотя не уверен, что Совет готов услышать то, что я должен сказать.

Через несколько минут они стояли перед Высшим научным советом Тарис, собравшимся в виртуальном пространстве связи. Голографические изображения двенадцати величайших умов цивилизации парили вокруг них.

– Мы изучили ваш предварительный отчет, Варнас-Зун, – произнес глава Совета. – Он… тревожит нас. Вы уверены в своих выводах?

– Абсолютно, – твердо ответил генетик. – То, что мы обнаружили за пределами галактики, – не природное явление. Это сущность. Разумная или инстинктивная, мы не знаем, но определенно целенаправленная. И она движется в нашем направлении.

– Как быстро?

– По нашим расчетам, оно достигнет края нашей галактики через два-три миллиона лет.

– Это очень долгий срок, – заметил один из членов Совета. – Наша цивилизация к тому времени может достичь такого уровня развития, что это существо не будет представлять для нас угрозы.

– Или наша цивилизация может погибнуть по иным причинам задолго до его прибытия, – добавил другой ученый.

– Верно, – согласился Варнас-Зун. – Но мы не можем игнорировать эту угрозу только потому, что она отдалена во времени. Мы несем ответственность перед будущими поколениями.

– Что вы предлагаете? – спросил глава Совета.

– Проект "Убежище", – ответил Варнас-Зун. – Мы обнаружили звездную систему в секторе GA-775, которая обладает уникальными свойствами. Ее конфигурация создает естественный "шум", способный маскировать технологическую активность. Если Пожиратель, как мы его назвали, чувствителен к энергетическим сигнатурам цивилизаций, эта система может стать идеальным убежищем.

– И вы хотите…

– Я хочу создать там запасной вариант нашей цивилизации. Используя местную биосферу третьей планеты, мы можем начать генетический эксперимент. Внедрить части нашего кода в местные виды, направить их эволюцию. И оставить технологии, которые помогут нашим потомкам, если им придется бежать от Пожирателя.

Совет погрузился в обсуждение. Мнения разделились. Некоторые считали проект слишком спекулятивным, тратой ресурсов на угрозу, которая может никогда не материализоваться. Другие поддерживали идею дальновидной предосторожности.

Наконец, глава Совета объявил:

– Мы одобряем проект "Убежище". Вы получите необходимые ресурсы и полномочия. Но ваша работа должна оставаться в строжайшей тайне. Мы не хотим вызывать панику среди населения.

Варнас-Зун склонил голову.

– Я понимаю. И я оправдаю ваше доверие.

Настоящее время, флагман "Вечный путь"

Харрин-Тол изучал записи, восстановленные из кристаллического хранилища, найденного на марсианской станции. Древние изображения, фрагменты текста, научные данные – всё это складывалось в историю, о которой народ Тарис почти забыл.

История о том, как их предки предвидели появление Пожирателя за миллионы лет до его первой атаки. Как они создали убежища и оставили технологии, которые могли бы помочь будущим поколениям. Как они изменяли геном примитивных существ на третьей планете, внедряя в них части генетического кода Тарис.

– Удивительно, – прошептал Харрин. – Они знали. Они подготовились. Но почему эти знания были потеряны?

Ответ, возможно, крылся в самих фрагментах. Проект "Убежище" был засекречен. Только высшие круги научной элиты Тарис знали о нем. А затем, когда Пожиратель действительно появился два миллиона лет спустя, началась паника. Эвакуация. Хаос. Многие знания были потеряны в тот первый, самый страшный исход.

Интерком в его каюте ожил.

– Командир, – раздался голос Элин-Вар. – У нас есть результаты сканирования станции под северным полюсом Земли.

– Я сейчас буду, – ответил Харрин.

В командном центре Элин-Вар и команда ученых изучали трехмерную проекцию подводного сооружения.

– Станция намного больше, чем мы предполагали, – сказала Элин-Вар, когда Харрин вошел. – Фактически, это целый комплекс, встроенный в морское дно. И он все еще функционирует, генерируя слабое энергетическое поле.

– Что внутри?

– Мы не можем точно сказать без прямого доступа. Но, судя по конфигурации и энергетической сигнатуре, там могут находиться значительные вычислительные мощности и, возможно, какие-то производственные мощности.

– Возможно, оружие против Пожирателя? – спросил Харрин.

– Возможно, – согласилась Элин-Вар. – Или технология защиты. Или что-то совершенно иное. Мы не узнаем, пока не получим доступ.

– Как скоро мы сможем отправить экспедицию?

– Это сложнее, чем мы думали, – призналась Элин-Вар. – Станция находится на глубине более четырех километров. Давление огромное. Кроме того, в этом регионе активно присутствуют военные силы людей – подводные лодки, исследовательские корабли. Нам придется действовать крайне осторожно, чтобы не обнаружить себя.

– Сколько времени?

– Две недели на подготовку специального подводного аппарата. Еще неделя на саму операцию.

Харрин нахмурился.

– Слишком долго. Нам нужно ускорить процесс.

– Есть еще кое-что, командир, – добавила Элин-Вар. – Наши разведчики обнаружили повышенную активность земных военных вокруг обсерватории в горах Чили. Той самой, откуда исходил сигнал, на который ответил "Сектор-7".

– Они что-то заподозрили?

– Похоже на то. Они конфисковали оборудование и данные. Но женщина-ученый, Аманда Гутьеррес, продолжает посылать сигналы. Она упорная.

Харрин задумался.

– Возможно, она может стать нашим союзником. Если мы решим установить контакт с людьми, она будет идеальным кандидатом.

– Или она может выдать наше присутствие раньше, чем мы будем готовы к контакту, – возразила Элин-Вар.

– Продолжайте наблюдение, – приказал Харрин. – И ускорьте подготовку к экспедиции на станцию. Я хочу, чтобы она стартовала не позднее чем через десять дней.

Теран-Кол стоял на мостике своего личного корабля "Молниеносный", который в данный момент находился на низкой орбите Земли, скрытый от радаров и телескопов людей защитным полем. Перед ним парила голографическая проекция планеты, на которой отмечались различные объекты интереса: военные базы, правительственные центры, ядерные установки.

– Их оборонительные системы примитивны, но многочисленны, – докладывал офицер разведки. – Особенно у нации, известной как "Соединенные Штаты Америки". У них более 3,000 ядерных боеголовок, множество военных баз по всему миру и развитая система спутникового наблюдения.

– Могут ли они представлять угрозу для нашего флота? – спросил Теран-Кол.

– Напрямую – нет. Наши защитные системы легко справятся с их оружием. Но они могут создать значительные помехи процессу терраформирования, если обнаружат наши намерения.

Теран-Кол кивнул.

– Значит, первой целью должны стать их системы наблюдения и коммуникации. Затем – ядерные объекты. Мы должны нейтрализовать их способность к организованному сопротивлению до того, как начнем полномасштабное терраформирование.

– Сэр, – осторожно заметил офицер, – это противоречит плану командира Харрина. Он не санкционировал военные действия против людей.

– Я не говорю о военных действиях, – холодно ответил Теран-Кол. – Я говорю о превентивных мерах безопасности. Если люди обнаружат нас и решат, что мы представляем угрозу, они могут нанести удар первыми. Мы должны быть готовы нейтрализовать эту угрозу немедленно.

Он переключил проекцию на другой регион Земли – горы Чили, где находилась обсерватория Ла-Силья.

– А это что за активность?

– Земная ученая пытается установить контакт с нами, сэр. "Сектор-7" ответил на один из ее сигналов.

– Без санкции? – Теран-Кол нахмурился. – ИИ превысил свои полномочия.

– Похоже на то, сэр. Но командир Харрин не стал наказывать "Сектор-7". Фактически, он рассматривает эту женщину как потенциального союзника для первого контакта.

Теран-Кол задумчиво потер подбородок.

– Интересно. Возможно, нам стоит навестить эту ученую. Узнать, насколько она полезна… или опасна для наших планов.

Марет-Зун медитировал в своей каюте, когда почувствовал импульс тревоги. Это было не физическое ощущение, а что-то более тонкое – интуитивное предчувствие опасности, характерное для тарисцев третьего пола.

Он открыл глаза и активировал свой персональный терминал. Система безопасности сообщала, что корабль Теран-Кола покинул флот и направился к Земле без официального разрешения командира.

"Что он задумал?" – подумал Марет-Зун. Решение отправиться на Землю самостоятельно было рискованным и подозрительным. Особенно учитывая известные взгляды Теран-Кола на судьбу людей.

Марет-Зун активировал коммуникатор.

– Командир Харрин, мне нужно срочно поговорить с вами. Лично.

На Земле, в небольшом домике в горах Чили, Аманда Гутьеррес спала беспокойным сном. После конфискации оборудования обсерватории правительственными агентами она была отстранена от работы "в административный отпуск". Но это не остановило ее. В своем доме она установила небольшой самодельный радиотелескоп и продолжала поиски таинственных сигналов.

И они отвечали. Короткие, зашифрованные послания, которые она только начинала расшифровывать. Математические последовательности, которые не могли быть случайными. Кто-то или что-то наблюдало за Землей. И этот кто-то заинтересовался ею.

Внезапно Аманду разбудил странный звук – низкий гул, вибрирующий сквозь стены дома. Она вскочила с кровати и подбежала к окну. То, что она увидела, заставило ее сердце замереть.

Над ее домом висел объект – темный, не отражающий свет, с плавными органическими формами, совершенно не похожий на любой земной летательный аппарат. Он был примерно размером с небольшой вертолет, но двигался совершенно бесшумно, если не считать низкой вибрации.

Аманда схватила свой телефон и начала снимать. Ее руки дрожали от волнения и страха. Это было то, о чем она мечтала всю свою жизнь – прямое доказательство существования внеземного разума. И в то же время это был самый пугающий момент в ее жизни.

Объект снизился, зависнув всего в нескольких метрах над землей. Из его нижней части выдвинулся луч света, который скользнул по дому, затем сфокусировался на окне, где стояла Аманда.

"Они видят меня," – поняла она. И в этот момент страх уступил место чему-то другому – глубокому, почти мистическому трепету перед неизвестным.

Аманда медленно подняла руку в универсальном жесте приветствия и мира. Луч света мигнул трижды, как будто в ответ.

А затем произошло невероятное. Часть корпуса корабля стала прозрачной, и Аманда увидела… их. Существа, стоящие внутри корабля, наблюдающие за ней. Высокие, тонкие фигуры с бледно-синей кожей и большими глазами. Их лица были странно похожи на человеческие, но с явными отличиями – более крупные глаза, отсутствие волос, иные пропорции.

Один из них, похоже, лидер, сделал жест рукой с шестью пальцами. И в голове Аманды раздался голос – не звук, а непосредственно мысль, переданная каким-то неизвестным способом:

"Аманда Гутьеррес. Нам нужно поговорить".

В командном центре флагмана "Вечный путь" Харрин-Тол наблюдал за трансляцией с корабля Теран-Кола. То, что он видел, вызывало у него смешанные чувства – удивление, гнев и беспокойство.

– Он установил прямой контакт, – констатировал Марет-Зун, стоявший рядом. – Без разрешения. Без подготовки. Это безрассудство.

– Или расчетливый ход, – возразил Харрин. – Теран-Кол знал, что я планирую контакт с этой женщиной. Он решил опередить меня, взять инициативу в свои руки.

Они наблюдали, как Теран-Кол использовал нейронный транслятор для прямой коммуникации с Амандой Гутьеррес – технологию, которая позволяла передавать мысли непосредственно в мозг другого существа. Это был инвазивный метод, обычно не используемый при первом контакте из-за риска психологической травмы.

– Мы должны вмешаться, – настаивал Марет-Зун. – Прежде чем он скажет или сделает что-то, что нельзя будет исправить.

Харрин колебался. С одной стороны, Теран-Кол нарушил прямой приказ, действуя самостоятельно. С другой стороны, контакт уже установлен. Вмешательство сейчас могло только усложнить ситуацию.

– Мы будем наблюдать, – решил он. – Пока. Но будьте готовы к экстренной связи с Теран-Колом, если ситуация выйдет из-под контроля.

На экране они видели, как Аманда Гутьеррес, после первоначального шока, начала задавать вопросы. Ее мысли, переведенные нейронным транслятором, отображались как текст:

"Кто вы? Откуда вы прибыли? Зачем вы здесь?"

Теран-Кол отвечал спокойно и сдержанно:

"Мы тарисцы. Наш дом находится далеко отсюда, в другой части галактики. Мы беженцы, бегущие от космического хищника, который уничтожает целые звездные системы. Мы ищем убежище. И, возможно, союзников".

"Союзников? – мысленно переспросила Аманда. – Вы хотите, чтобы люди помогли вам?"

"Да, – ответил Теран-Кол. – Наши исследования показывают, что ваш вид и наш имеют общие генетические корни. Наши предки посетили вашу планету миллионы лет назад и, возможно, повлияли на вашу эволюцию".

Харрин напрягся. Теран-Кол раскрывал слишком много информации слишком быстро. Без контекста, без подготовки.

"Вы имеете в виду, что вы… создали нас?" – мысль Аманды была окрашена смесью удивления и скептицизма.

"Не создали, – поправил ее Теран-Кол. – Направили вашу эволюцию. Возможно, ускорили ее. И, возможно, оставили вам технологии, которые могут помочь нам обоим выжить".

"Какие технологии?"

"Мы обнаружили древнюю станцию под северным полюсом вашей планеты. Станцию, построенную нашими предками. Мы верим, что там может находиться оружие против Пожирателя – существа, от которого мы бежим".

Харрин не выдержал.

– Установите связь с Теран-Колом. Немедленно.

Офицер связи активировал канал.

– Теран-Кол, – голос Харрина был холоден. – Вы превысили свои полномочия. Прекратите контакт и вернитесь на флагман.

На экране они увидели, как Теран-Кол слегка вздрогнул, услышав голос командира в своем нейроимпланте. Но он не прервал контакт с Амандой.

"Мне нужно знать, – продолжал он мысленный разговор, – насколько ваш вид готов к сотрудничеству. Насколько вы готовы помочь нам получить доступ к этой станции".

"Я… я не знаю, – ответила Аманда. – Я всего лишь ученый. У меня нет власти говорить от имени всего человечества".

"Но у вас есть влияние. Вы можете помочь нам установить контакт с вашими лидерами. Вы можете помочь нам объяснить ситуацию".

– Теран-Кол, – голос Харрина стал жестче. – Это прямой приказ. Прекратите контакт и вернитесь на флагман.

На этот раз Теран-Кол не мог игнорировать приказ. Он сделал жест своим офицерам, и нейронный контакт с Амандой был прерван. Но прежде чем отключиться, он передал ей последнюю мысль:

"Мы вернемся. Будьте готовы".

Корабль Теран-Кола начал подниматься, его корпус снова стал непрозрачным. Аманда Гутьеррес стояла у окна своего дома, потрясенная и взволнованная, все еще держа телефон, на который она записала это историческое событие.

Когда Теран-Кол вернулся на флагман, его немедленно вызвали в командный центр. Харрин ждал его там, его лицо было маской холодной ярости.

– Вы нарушили прямой приказ, – начал командир без предисловий. – Вы установили несанкционированный контакт с представителем землян. Вы раскрыли критическую информацию о нашей миссии, нашей истории и наших планах. Объяснитесь.

Теран-Кол стоял прямо, его поза выражала не раскаяние, а вызов.

– Я действовал в интересах нашего народа, командир. Пока вы колеблетесь и планируете, время уходит. Пожиратель приближается. Нам нужен доступ к станции под северным полюсом, и эта женщина может помочь нам получить его с минимальным сопротивлением со стороны людей.

– Вы нарушили протоколы первого контакта. Вы использовали нейронный транслятор без соответствующей подготовки субъекта. Это могло привести к необратимым повреждениям ее мозга.

– Но не привело, – парировал Теран-Кол. – Она стабильна, восприимчива и, что самое главное, готова помочь нам.

– Вы не знаете этого наверняка, – вмешался Марет-Зун. – Вы ворвались в ее дом посреди ночи, вторглись в ее разум и выдали информацию, которая может шокировать и напугать. Как вы можете быть уверены в ее реакции?

– Я читал ее мысли, – холодно ответил Теран-Кол. – Она ученый, посвятивший жизнь поиску внеземных цивилизаций. Для нее это не шок – это исполнение мечты. Она будет сотрудничать.

Харрин покачал головой.

– Дело не только в ней. Дело в процедурах, в субординации, в цепочке командования. Вы действовали в одиночку, не посоветовавшись ни со мной, ни с Советом. Это подрывает основы нашего общества.

– Наше общество находится под угрозой исчезновения, – резко сказал Теран-Кол. – В такие времена иногда необходимы решительные действия, даже если они нарушают некоторые правила.

– Не вам решать, какие правила можно нарушать, – жестко ответил Харрин. – Вы отстранены от должности главы службы безопасности до дальнейшего распоряжения. Ваш корабль конфискован. Вы ограничены своей каютой.

Теран-Кол побледнел от гнева.

– Вы не можете этого сделать. Не сейчас. Не когда мы так близки к решению.

– Я могу, и я это делаю, – твердо сказал Харрин. – Офицеры, сопроводите Теран-Кола в его каюту. Убедитесь, что он останется там.

Когда Теран-Кола увели, Марет-Зун повернулся к Харрину.

– Это было необходимо, командир. Но опасно. Теран-Кол имеет множество сторонников во флоте, особенно среди военных.

– Я знаю, – вздохнул Харрин. – Но я не мог оставить его действия без последствий. Это создало бы опасный прецедент.

– Что мы будем делать с земной женщиной? – спросил Марет-Зун. – Она видела нас. Говорила с нами. У нее есть запись.

– Мы должны завершить то, что начал Теран-Кол, – решил Харрин. – Но правильно. Установить контакт официально, с должной подготовкой. И, возможно, использовать ее как мост к другим людям, которые могут помочь нам.

– Командир, – вмешалась Элин-Вар, которая наблюдала за ситуацией с другой стороны командного центра. – Есть еще кое-что, о чем вы должны знать. Наши сенсоры зафиксировали изменение курса Пожирателя. Он движется быстрее, чем мы прогнозировали. Если наши расчеты верны, он достигнет Солнечной системы не через семь лет, а через пять.

Харрин замер.

– Вы уверены?

– К сожалению, да. Данные от наших дальних разведчиков подтверждают это. Пожиратель словно… почувствовал нас.

– Это меняет всё, – тихо произнес Харрин. – У нас осталось еще меньше времени, чем мы думали.

В своей каюте, под стражей, Теран-Кол не терял времени. Используя скрытый коммуникационный канал, он связался со своими самыми преданными офицерами.

– Харрин отстранил меня, – сообщил он. – Как я и предсказывал, он не готов принимать трудные решения, необходимые для нашего выживания.

– Что нам делать, сэр? – спросил Лорис-Кун, его заместитель.

– Ускорить наши планы. Свяжитесь с капитанами боевых кораблей, которые поддерживают нас. Расскажите им о новой информации о скорости приближения Пожирателя. Объясните, что у нас нет трех месяцев на эксперименты и поиски альтернатив. Мы должны действовать сейчас.

– А что с женщиной-ученым? С Амандой Гутьеррес?

– Она все еще может быть полезна. Установите наблюдение за ее домом. Посмотрим, что она будет делать с информацией, которую я ей предоставил.

Аманда Гутьеррес сидела за своим компьютером, просматривая запись контакта с инопланетным кораблем. Видео было не очень четким – ночная съемка с телефона не могла передать все детали. Но главное было видно: корабль, его необычная форма, момент, когда корпус стал прозрачным, и фигуры внутри.

Она знала, что должна рассказать об этом. Миру. Ученым. Правительству. Но после конфискации ее оборудования и попыток дискредитировать ее, она не была уверена, кому можно доверять.

И был еще один фактор: то, что пришельцы – тарисцы, как они себя называли – сообщили ей. О древней станции под северным полюсом. О космическом хищнике, Пожирателе. О генетической связи между их видами.

Это была информация планетарного, даже галактического масштаба. Информация, которая могла вызвать панику, если бы стала общеизвестной. Или, что еще хуже, быть использована в политических или военных целях.

Аманда приняла решение. Она сделала копии видео и своих записей о контакте, зашифровала их и отправила нескольким доверенным коллегам по всему миру. Затем она начала писать подробный отчет о случившемся, описывая все, что видела, слышала и чувствовала.

Она понимала, что ее жизнь никогда не будет прежней после этой ночи. Но она также понимала, что стала частью чего-то гораздо большего, чем она сама. Чего-то, что могло определить будущее всего человечества.

В глубинах северного океана, в вечной тьме абиссали, древняя станция Тарис продолжала свое безмолвное функционирование. Построенная три миллиона лет назад, она ждала. Ждала, когда потомки ее создателей вернутся, спасаясь от угрозы, которую предвидели ее строители.

Внутри станции находились технологии, о которых современные тарисцы могли только догадываться. Оружие, способное разрушить Пожирателя. Или защита, способная скрыть целую планету от его чувств. Или, возможно, нечто совершенно иное – решение, которое никто еще не мог представить.

И теперь две цивилизации – тарисцы и люди – находились на пороге открытия этой древней тайны. Вопрос был лишь в том, смогут ли они сработаться вместе. И хватит ли им времени, прежде чем Пожиратель настигнет их.

Часть 2: Приближение

Глава 6: Разделенные звездами

Флагманский корабль "Вечный путь" медленно вошел в гравитационное поле Солнечной системы, за ним следовали сотни других кораблей флота Тарис. Подобно гигантским металлическим китам, скользящим через космический океан, они двигались в строгом порядке – боевые корабли по периметру, жилые и научные модули в центре, защищенные от возможных угроз.

Это был момент, которого ждали поколения беженцев. Впервые за столетия флот входил в звездную систему не для того, чтобы пополнить запасы и двигаться дальше, а с намерением остаться. Обрести дом. Или создать его, каким бы ни был выбранный путь.

Харрин-Тол стоял на обзорной палубе, глядя на панораму Солнечной системы. Впереди ярко сияло Солнце – звезда, вокруг которой вращались их надежды и страхи. На голографическом дисплее перед ним отображалась карта системы с пометками расположения кораблей флота и потенциальных целей.

– Командир, – раздался голос за его спиной.

Харрин обернулся и увидел Элин-Вар. Главный ученый флота выглядела напряженной, но в ее глазах читалось нечто большее – возбуждение, почти лихорадочный блеск.

– У меня есть информация, которую я должна передать вам лично, – сказала она, подходя ближе и понижая голос, хотя они были одни на обзорной палубе.

– Говорите, – Харрин заинтересованно посмотрел на нее.

Элин-Вар активировала свой персональный голографический проектор. В воздухе между ними появилась трехмерная модель странного устройства, напоминающего сложную геометрическую конструкцию из кристаллов и металлических элементов, окруженную энергетическим полем.

– Что это? – спросил Харрин.

– Это, командир, – ответила Элин-Вар с ноткой гордости в голосе, – потенциальное оружие против Пожирателя.

Харрин внимательнее присмотрелся к проекции.

– Объясните.

– Последние пятьдесят лет я работала над теорией, что Пожиратель существует не полностью в нашем пространстве-времени. Он частично находится в другом измерении, что позволяет ему поглощать энергию звездных систем, оставаясь неуязвимым для обычного оружия.

– Продолжайте.

– Это устройство, – Элин-Вар увеличила центральный элемент модели, – теоретически способно создать локализованное искажение пространства-времени, своеобразный "мост" между измерениями, а затем коллапсировать его, "разрывая" Пожирателя на части.

Харрин пристально смотрел на модель, его лицо оставалось непроницаемым, но внутри него росло волнение. Если это правда, если устройство действительно работает…

– Почему вы не представили это Совету? Не рассказали мне раньше?

Элин-Вар опустила голову.

– Потому что у него есть существенный недостаток, командир. Для активации требуется… огромное количество энергии. Больше, чем может генерировать весь наш флот. Фактически, потребуется энергия, эквивалентная коллапсу газового гиганта.

– Газового гиганта? – Харрин повернулся к голографической карте Солнечной системы, его взгляд автоматически переместился к Юпитеру. – Вы говорите о…

– Да, – кивнула Элин-Вар. – Пятая планета этой системы – идеальный источник энергии для устройства. Но использование такого количества энергии имеет… риски.

– Какие именно?

– В лучшем случае – частичное разрушение планеты. В худшем… – она сделала паузу, – дестабилизация всей системы. Включая Землю.

Харрин медленно обошел голограмму, изучая ее со всех сторон.

– Почему вы рассказываете мне об этом сейчас?

– Потому что наши новые данные о скорости приближения Пожирателя меняют ситуацию. У нас осталось меньше времени, чем мы думали. И потому что, – Элин-Вар сделала глубокий вдох, – я обнаружила на древней станции Тарис на Марсе упоминание о подобном устройстве. Наши предки работали над аналогичной технологией.

Это привлекло полное внимание Харрина.

– Вы думаете, что станция под северным полюсом Земли…

– Возможно, содержит либо само устройство, либо ключ к его созданию. Более эффективный, безопасный вариант. Вариант, который был проверен нашими предками.

Харрин задумался. Ставки только что выросли еще больше. Если под северным полюсом действительно находилось оружие против Пожирателя…

– Это еще больше подчеркивает необходимость сотрудничества с землянами, – заметил он. – Они могут помочь нам получить доступ к станции быстрее.

– Или они могут попытаться использовать технологию против нас, – возразила Элин-Вар. – Не забывайте, что по стандартам эволюции они все еще очень примитивны. Их история полна конфликтов и предательств.

– То же самое можно сказать и о нашей, – тихо ответил Харрин. – И все же… – он отключил голограмму устройства, – держите эту информацию в тайне. Пока. Продолжайте исследования. Я хочу знать больше об этом устройстве и его рисках, прежде чем принимать какие-либо решения.

– Как прикажете, командир.

Когда Элин-Вар ушла, Харрин вернулся к обзору Солнечной системы. Ситуация становилась все сложнее. Выбор между терраформированием Земли и потенциальным разрушением Юпитера, с риском дестабилизации всей системы. Между выживанием одного вида или гибелью обоих. Между компромиссом и решительным действием.

И все это в тени приближающегося Пожирателя.

В своей каюте, под стражей, Теран-Кол не терял времени даром. Используя скрытые каналы связи, известные только высшим офицерам службы безопасности, он продолжал координировать свои силы.

– Лорис-Кун, – обратился он к своему заместителю через защищенный канал, – каковы новости?

– Наши сторонники среди капитанов боевых кораблей готовы, – ответил Лорис-Кун. – Они ждут только сигнала.

– Что насчет земной женщины? Аманды Гутьеррес?

– Она действовала именно так, как вы предсказывали, сэр. Распространила информацию о контакте среди ограниченного круга доверенных лиц. Земные правительства уже реагируют, хотя пока скрытно.

Теран-Кол довольно кивнул.

– Хорошо. Харрин не сможет игнорировать ситуацию, когда она станет общеизвестной. Он будет вынужден действовать.

– А если он решит действовать не так, как нужно нам?

– Тогда мы будем готовы предложить альтернативу, – холодно ответил Теран-Кол. – Продолжайте подготовку атмосферных преобразователей. Я хочу, чтобы они были готовы к развертыванию в течение 48 часов.

– Командир этого не одобрит.

– Командир слишком увлечен поисками компромисса. Слишком озабочен судьбой чужого вида. Но в конечном счете даже он поймет, что у нас нет выбора.

Теран-Кол отключил связь и подошел к иллюминатору своей каюты. Снаружи он мог видеть часть флота Тарис, рассеянного по внешним орбитам Солнечной системы. Сорок тысяч кораблей, несущих последние сорок миллионов представителей некогда великой цивилизации.

"Я не позволю им погибнуть из-за сентиментальности одного командира", – подумал Теран-Кол. Даже если для этого придется совершить предательство.

На Земле, в секретном подземном комплексе недалеко от Вашингтона, проходило экстренное совещание высшего военного руководства США. Командующие всеми родами войск, директор ЦРУ, советники президента по национальной безопасности – все были собраны в бункере, защищенном от любых видов наблюдения.

Генерал Джеймс Хартман, председатель Объединенного комитета начальников штабов, стоял перед огромным экраном, на котором отображались снимки с космических телескопов.

– То, что вы видите, господа, – это не астероиды, не космический мусор и не сбой оборудования, – говорил он, указывая на многочисленные объекты, движущиеся через внешнюю Солнечную систему. – Это корабли. Тысячи кораблей, вошедших в нашу систему за последние сорок восемь часов.

По комнате прокатился шепот. Многие из присутствующих были скептически настроены, когда их вызвали на это совещание. Теперь они смотрели на экран с смесью ужаса и недоверия.

– Откуда у нас эти данные? – спросил директор ЦРУ.

– Совместная программа NASA и Космических сил, – ответил Хартман. – Расширенная сеть космического наблюдения, о которой знает очень ограниченный круг людей. Данные подтверждены независимыми источниками, включая наблюдения из Европейского космического агентства и китайской станции на Луне.

– Они… движутся к Земле? – спросил советник президента по науке.

– Нет, – ответил Хартман. – Пока они концентрируются во внешней системе, особенно вокруг Юпитера и Сатурна. Но наши аналитики обнаружили меньшие объекты, движущиеся к Земле. Предположительно разведывательные аппараты.

– Какие у них намерения? – это был ключевой вопрос, который всех интересовал.

– Мы не знаем наверняка, – признался Хартман. – Но у нас есть косвенные данные. Три недели назад чилийский астроном, Аманда Гутьеррес, сообщила о необычных сигналах, которые она перехватила. Мы конфисковали ее оборудование и отстранили ее от работы. Но вчера она утверждает, что имела прямой контакт с представителями инопланетной цивилизации.

Генерал активировал видео на экране. Нечеткие, темные кадры показывали странный объект, зависший над домом где-то в горах. Затем корпус объекта становился частично прозрачным, открывая вид на высоких, тонких существ внутри.

– Это могло быть подделкой, – заметил кто-то.

– Наши лучшие эксперты проанализировали запись, – ответил Хартман. – Они не обнаружили признаков манипуляции. Более того, в момент записи наши спутники зафиксировали аномальные энергетические сигнатуры в точно том же месте.

– Что они сказали этой женщине? – спросил советник по национальной безопасности.

– По ее словам, они назвали себя "тарисцами". Они утверждают, что бегут от некоего "космического хищника", который уничтожает целые звездные системы. Они ищут убежище. И, что самое странное, они утверждают, что посещали Землю миллионы лет назад и каким-то образом повлияли на нашу эволюцию.

Новая волна шепота прокатилась по комнате.

– Есть еще кое-что, – продолжил Хартман. – Они заявили, что под северным полюсом находится древняя станция, построенная их предками. Станция, которая может содержать технологию, способную защитить от этого "Пожирателя".

– Подождите, – прервал его директор ЦРУ. – Наши подводные датчики действительно фиксировали странную активность в Арктике. Российские и китайские тоже, судя по перехваченным коммуникациям. Они усиливают присутствие в регионе.

– Итак, – подытожил советник президента, – у нас есть флот инопланетных кораблей в нашей системе, заявление о древней станции под северным полюсом, и все крупные державы тайно перебрасывают силы в Арктику. – Он покачал головой. – Звучит как рецепт катастрофы.

– Вопрос в том, – сказал Хартман, – как мы должны реагировать? Воспринимать это как угрозу? Как возможность? И кто должен говорить от имени Земли?

– Мне кажется, эта Гутьеррес уже начала говорить, – заметил директор ЦРУ с сарказмом.

– Мы должны найти ее и взять под защиту, – сказал советник по безопасности. – И мы должны усилить наше военное присутствие в космосе и в Арктике, не провоцируя при этом ни инопланетян, ни другие земные державы.

– И мы должны проинформировать ООН, – добавил советник по науке. – Это касается всего человечества, не только США.

– Президент согласился с вами, – кивнул Хартман. – Он планирует выступить на экстренной сессии Совета Безопасности ООН завтра. До тех пор информация остается строго засекреченной. Мы не хотим вызывать панику.

Но все присутствующие понимали, что секретность не продлится долго. Информация такого масштаба неизбежно просочится. И когда это произойдет, мир изменится навсегда.

В своей лаборатории на борту научного корабля "Искатель истины" Марет-Зун работал над анализом генетических образцов, собранных с Земли. Как этический советник флота, он не должен был заниматься такой работой. Но его уникальные способности тарисца третьего пола позволяли ему видеть связи и закономерности, недоступные другим.

Перед ним парили голографические модели ДНК – спирали, представляющие генетический код тарисцев и различных земных видов, от примитивных бактерий до людей. Он манипулировал моделями, сравнивая последовательности, ища сходства и различия.

И он находил их. Многочисленные участки кода, слишком похожие, чтобы это могло быть случайностью. Особенно в нефункциональных, так называемых "мусорных" участках ДНК людей. Там, в этих предположительно бесполезных последовательностях, скрывались фрагменты, идентичные генетическому коду тарисцев.

– Удивительно, – прошептал Марет-Зун. – Они не просто экспериментировали. Они оставили… послание.

Активировав более мощную аналитическую программу, Марет-Зун начал декодировать эти последовательности, переводя их в набор символов, а затем в слова древнего тарисского языка.

"Для тех, кто вернется, когда Пожиратель придет, – гласило послание, спрятанное в ДНК человечества. – Ключ – не в войне, а в симбиозе. Не в уничтожении, а в слиянии. Дети двух миров станут щитом против тьмы".

Марет-Зун откинулся в кресле, потрясенный. Это меняло всё. Это подтверждало его теорию о том, что сосуществование и адаптация – единственный путь к спасению обоих видов.

Он должен был немедленно сообщить об этом Харрину. Но прежде чем он успел активировать коммуникатор, дверь лаборатории открылась, и вошли трое офицеров службы безопасности.

– Марет-Зун, – сказал старший из них. – Вы должны пойти с нами.

– По чьему приказу? – спросил Марет-Зун, хотя уже знал ответ.

– По приказу исполняющего обязанности главы службы безопасности Лорис-Куна.

Марет-Зун быстро взглянул на голографические проекции. Офицеры, казалось, не обратили на них внимания. Или не поняли их значения.

– Могу я узнать причину?

– Вопросы безопасности, – уклончиво ответил офицер. – Пожалуйста, следуйте за нами без сопротивления.

Марет-Зун понимал, что происходит. Теран-Кол начал действовать, и его первым шагом было нейтрализовать тех, кто мог помешать его планам. Сопротивление сейчас не имело смысла. Но информацию нужно было сохранить.

– Конечно, – сказал он, делая шаг к офицерам. – Я готов сотрудничать.

Проходя мимо терминала, он незаметно активировал протокол экстренной передачи данных. Все результаты его исследования были мгновенно скопированы и отправлены на личный терминал Харрина с высшим приоритетом.

Офицеры вывели его из лаборатории, не заметив этого маневра. Марет-Зун шел между ними, его лицо было спокойным, но внутри он был полон тревоги. Если Теран-Кол решил действовать так открыто, значит, ситуация развивалась быстрее, чем они предполагали.

И, возможно, времени для компромиссов уже не оставалось.

В своем небольшом доме в горах Чили Аманда Гутьеррес была окружена журналистами, представителями различных научных организаций и, как она подозревала, тайными агентами нескольких правительств. После того, как она опубликовала запись контакта с тарисцами в интернете, ее уединение закончилось.

– Доктор Гутьеррес, – один из журналистов протиснулся вперед, – как вы можете быть уверены, что это не мистификация? Не розыгрыш?

Аманда устало вздохнула. Она отвечала на этот вопрос уже десятки раз.

– Запись была проанализирована независимыми экспертами из трех разных стран. Никаких признаков манипуляции обнаружено не было. Кроме того, – она указала на свой самодельный радиотелескоп на заднем дворе, – сигналы, которые я перехватила, были зафиксированы не только моим оборудованием, но и обсерваториями по всему миру. Они просто не знали, что искать.

– А что насчет утверждения о древней станции под северным полюсом? – спросил другой журналист. – Это звучит как научная фантастика.

– Три дня назад сама идея о контакте с инопланетной цивилизацией казалась научной фантастикой, – парировала Аманда. – Но вот мы здесь.

Ее телефон зазвонил. Аманда извинилась и отошла в сторону, чтобы ответить.

– Доктор Гутьеррес? – раздался голос на другом конце. – Это генерал Хартман, председатель Объединенного комитета начальников штабов США.

Аманда напряглась.

– Чем обязана такой чести, генерал?

– Президент хотел бы встретиться с вами. Лично. В Вашингтоне. Мы отправляем за вами самолет.

– Зачем? – прямо спросила Аманда.

– Потому что вы единственный человек на Земле, который напрямую общался с ними. И потому что, – генерал сделал паузу, – мы получили новые данные. Флот инопланетных кораблей входит во внутреннюю Солнечную систему. Тысячи кораблей.

Аманда почувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее.

– Они идут к Земле?

– Некоторые – да. Большинство остается во внешней системе. Но ситуация развивается быстро. Мы должны подготовиться к официальному первому контакту. И вы можете сыграть ключевую роль.

Аманда задумалась. С одной стороны, правительство США не вызывало у нее особого доверия, особенно после конфискации ее оборудования. С другой стороны, это был шанс быть в центре событий, помочь человечеству в этот критический момент.

– Я согласна, – наконец сказала она. – Но у меня есть условие. Вся информация должна быть открытой для мирового сообщества. Никаких секретов.

– Это решает президент, не я, – ответил Хартман. – Но я передам ваше условие. Самолет будет у вас через три часа. Будьте готовы.

Когда Аманда отключила телефон и вернулась к журналистам, ее взгляд непроизвольно переместился к небу. Где-то там, в пустоте космоса, флот пришельцев приближался к ее миру. Пришельцев, которые могли быть спасителями или завоевателями. Или, возможно, и тем, и другим одновременно.

На борту "Вечного пути" Харрин-Тол получил экстренное сообщение от Марет-Зуна. Данные генетического анализа и расшифрованное послание, спрятанное в ДНК людей, потрясли его.

"Ключ – не в войне, а в симбиозе. Не в уничтожении, а в слиянии".

Это подтверждало его собственные инстинкты, его веру в то, что должен быть путь к сосуществованию. Но где был Марет-Зун? Почему он отправил эту информацию в такой спешке?

Харрин активировал коммуникатор.

– Соедините меня с Марет-Зуном.

– Командир, – ответил дежурный офицер после паузы, – мы не можем определить местоположение советника Марет-Зуна. Его персональный транспондер не отвечает.

Это было неожиданно и тревожно. Транспондеры членов высшего командования флота не могли быть отключены без специального оборудования службы безопасности.

– Последнее известное местоположение?

– Его лаборатория на "Искателе истины".

– Отправьте туда охрану. Немедленно. И соедините меня с капитаном "Искателя истины".

Через несколько минут на голографическом экране появилось лицо капитана научного корабля.

– Командир, – начал тот, но Харрин прервал его.

– Где Марет-Зун?

Капитан выглядел озадаченным.

– Насколько мне известно, в своей лаборатории. Я не получал сообщений о его перемещениях.

– Проверьте. Сейчас же.

Пока капитан выполнял приказ, Харрин просматривал данные, отправленные Марет-Зуном. Генетическое сходство было неопровержимым. И послание, скрытое в ДНК, было слишком сложным, чтобы быть случайностью или ошибкой интерпретации.

– Командир, – капитан вернулся на связь, его лицо было напряженным. – Марет-Зун был выведен из лаборатории тремя офицерами службы безопасности около тридцати минут назад. Они предъявили приказ от Лорис-Куна.

– Приказ о чем?

– Временное задержание для допроса по вопросам безопасности.

Харрин сжал кулаки. Это было прямым нарушением его приказов. Теран-Кол действовал через своего заместителя, несмотря на отстранение от должности.

– Соедините меня с Лорис-Куном.

– Исполняющий обязанности главы службы безопасности недоступен, командир, – ответил дежурный офицер. – Он отключил свой коммуникатор.

– Что? – Харрин почувствовал, как холодок пробежал по его спине. – Активируйте общий сигнал тревоги. Все члены высшего командования должны немедленно прибыть в командный центр.

Пока системы корабля передавали сигнал тревоги, Харрин быстро просматривал последние отчеты о состоянии флота. И то, что он видел, усиливало его беспокойство.

Несколько боевых кораблей изменили свое положение без приказа, переместившись ближе к Земле. Группа научных кораблей, ответственных за создание атмосферных преобразователей, ускорила свою работу, вопреки графику. А корабль Теран-Кола, "Молниеносный", который должен был находиться в доке под охраной, исчез из системы отслеживания.

Это был не просто акт неподчинения. Это был координированный план. Мятеж.

В секретном отсеке на борту "Молниеносного" Теран-Кол стоял перед группой своих самых преданных офицеров. Корабль двигался к Земле на максимальной скорости, используя маскировочные технологии, чтобы избежать обнаружения как земными, так и тарисскими системами наблюдения.

– Харрин активировал общий сигнал тревоги, – сообщил Лорис-Кун, входя в отсек. – Он знает.

– Конечно, знает, – спокойно ответил Теран-Кол. – Я ожидал этого. Но это не меняет наших планов.

– Сэр, – один из офицеров выступил вперед, – это уже не просто неподчинение. Это мятеж. По законам Тарис…

– По законам Тарис, – резко прервал его Теран-Кол, – высший долг каждого члена нашего общества – обеспечить выживание вида. Даже ценой личной чести, даже ценой морали. – Он обвел взглядом собравшихся. – Разве вы не видите? Харрин колеблется. Ищет компромисс. Но в этой ситуации нет компромисса. Есть только выживание или гибель.

– Что насчет Марет-Зуна? – спросил Лорис-Кун. – Мы не можем вечно удерживать этического советника.

– Нам и не нужно "вечно", – ответил Теран-Кол. – Нам нужно лишь время, чтобы завершить первую фазу. После того, как первые преобразователи будут активированы, процесс станет необратимым. И тогда Харрину придется смириться с реальностью.

– А если он отдаст приказ остановить нас? Если прикажет боевым кораблям, верным ему, открыть огонь?

– Он не сделает этого, – уверенно сказал Теран-Кол. – Харрин не начнет гражданскую войну внутри флота. Не в тот момент, когда мы наконец нашли убежище. Не когда Пожиратель так близко.

Он повернулся к голографической проекции Земли.

– Наша цель – полярная станция. Мы должны получить доступ к ней раньше, чем Харрин. Если там действительно находится оружие против Пожирателя, тот, кто контролирует его, будет контролировать и судьбу нашего народа.

– А что насчет людей? – спросил один из младших офицеров. – Они начинают осознавать наше присутствие. Их военные приводятся в готовность.

– Они не представляют для нас угрозы, – отмахнулся Теран-Кол. – Их оружие примитивно. Их организация хаотична. Они разделены на соперничающие фракции, которые не могут договориться между собой. К тому времени, как они поймут, что происходит, будет уже слишком поздно.

Он взглянул на дисплей, показывающий время до прибытия к Земле.

– Готовьте десантный модуль. Мы высадимся в двадцати километрах от предполагаемого входа на станцию. Наши инженеры подготовили подводный аппарат, способный функционировать на такой глубине.

– Это рискованно, – заметил Лорис-Кун. – Мы будем уязвимы во время погружения.

– Риск оправдан целью, – твердо сказал Теран-Кол. – И помните: что бы ни случилось, что бы ни приказал Харрин, наша миссия имеет высший приоритет. Судьба нашего народа важнее приказов, важнее законов, важнее морали. – Он сделал паузу. – И важнее жизней восьми миллиардов людей.

На борту "Вечного пути" в командном центре собрались члены высшего командования флота. Атмосфера была напряженной. Все знали, что происходит что-то серьезное, но лишь немногие понимали полный масштаб кризиса.

Харрин стоял в центре, его лицо было мрачным.

– Теран-Кол поднял мятеж, – без предисловий начал он. – Он и его сторонники захватили Марет-Зуна, угнали "Молниеносный" и движутся к Земле с неясными намерениями. Более того, несколько боевых кораблей изменили позиции без приказа, а группа научных кораблей ускорила подготовку атмосферных преобразователей.

По залу прокатился шепот тревоги.

– Какие у нас варианты, командир? – спросил капитан Дорвал-Кун, представитель боевого кластера.

– Мы можем отдать приказ о перехвате "Молниеносного", – ответил Харрин. – Но это может привести к прямому столкновению между нашими кораблями. К гражданской войне внутри флота.

– А если не перехватывать? – спросила капитан Лирис-Вар. – Каковы намерения Теран-Кола?

– Судя по его курсу и подготовке, – ответил Харрин, – он направляется к северному полюсу Земли. К древней станции, о которой мы недавно узнали.

– Зачем?

– Возможно, чтобы получить доступ к технологиям внутри. Возможно, чтобы предотвратить наш контакт с людьми. А возможно, – Харрин сделал паузу, – чтобы начать несанкционированное терраформирование.

Этого он опасался больше всего. Если Теран-Кол активирует атмосферные преобразователи раньше времени, до завершения исследований и переговоров, это не только уничтожит шансы на мирный контакт с людьми, но и может привести к непредсказуемым последствиям для всей системы.

– Что бы ни было его целью, – продолжил Харрин, – мы не можем позволить ему действовать без контроля. – Он повернулся к капитану Дорвал-Куну. – Подготовьте боевую группу. Пять кораблей, самых быстрых. Их задача – перехватить "Молниеносный" до того, как он достигнет Земли. Не уничтожать – блокировать, обездвижить.

– Будет сделано, командир.

– Капитан Лирис-Вар, – обратился Харрин к главе кластера ресурсов и колонизации, – отправьте инженерные команды на все корабли, готовящие атмосферные преобразователи. Их задача – временно вывести из строя системы активации. Мы не можем рисковать преждевременным запуском.

– А что насчет людей? – спросил один из капитанов. – Они уже знают о нашем присутствии?

– Да, – подтвердил Харрин. – И ситуация развивается быстрее, чем мы планировали. Мы должны установить официальный контакт до того, как Теран-Кол предпримет что-то, что может быть воспринято как враждебный акт.

Он активировал голографическую карту Земли.

– Земные правительства уже реагируют на наше присутствие. Они усиливают военное присутствие в космосе и в Арктике. Скоро они могут начать активные действия против наших кораблей.

– Мы должны продемонстрировать силу, – предложил один из капитанов боевого кластера. – Показать им, что любое сопротивление бесполезно.

– Нет, – твердо сказал Харрин. – Это лишь подтвердит их худшие опасения и спровоцирует отчаянное сопротивление. Мы должны показать, что пришли с миром. Что мы ищем сосуществования, а не конфликта.

– Но если Теран-Кол атакует их…

– Именно поэтому мы должны действовать быстро, – прервал его Харрин. – Я лично возглавлю дипломатическую миссию на Землю. Мы установим контакт с их лидерами, объясним ситуацию, предложим сотрудничество в исследовании полярной станции.

– Это риск, командир, – заметила Элин-Вар, которая до этого момента молчала. – Вы будете уязвимы на их территории.

– Риск необходим, – ответил Харрин. – Я не могу просить их доверять нам, если сам не готов показать доверие.

Он обвел взглядом собравшихся.

– Время дискуссий закончилось. У нас есть план действий. Выполняйте свои задачи. И помните: судьба двух цивилизаций зависит от наших решений в ближайшие часы.

Когда капитаны разошлись выполнять приказы, Элин-Вар задержалась.

– Командир, если Теран-Кол получит доступ к станции раньше нас, это может изменить баланс сил.

– Я знаю, – кивнул Харрин. – Но мы не можем сосредоточиться только на технологии, забыв о людях. Если мы хотим найти решение, которое спасет оба вида, нам нужно их сотрудничество.

– А если такого решения не существует? Если единственный путь к нашему выживанию – через их исчезновение?

Харрин долго смотрел на голографическое изображение Земли, вращающейся перед ними. Голубой шар, полный жизни, надежд, страданий и возможностей.

– Тогда мы примем это решение, когда будем уверены, что исчерпали все альтернативы, – наконец сказал он. – Но не раньше. И не под дулом оружия Теран-Кола.

В Вашингтоне, в Белом доме, президент США Майкл Родригес встречался с Амандой Гутьеррес. Ученый была напряжена, но держалась уверенно, несмотря на давление ситуации.

– Доктор Гутьеррес, – начал президент, – я ценю вашу готовность сотрудничать. Ситуация, с которой мы столкнулись, беспрецедентна в человеческой истории.

– Я понимаю, господин президент, – ответила Аманда. – Но я настаиваю на открытости. Мир должен знать, что происходит.

– И будет знать, – кивнул Родригес. – Я планирую выступить с обращением к нации сегодня вечером. Но прежде чем сделать это, я хотел бы услышать ваше мнение. Вы говорили с ними. Каковы, по-вашему, их истинные намерения?

Аманда задумалась.

– Тот, с кем я говорила, казался… напряженным. Целеустремленным. Он говорил о союзе, о древних технологиях, которые могут спасти обе расы. Но в его тоне было что-то… почти отчаянное. Как будто он спешил. Как будто у них мало времени.

– Вы верите в историю о "Пожирателе"? О космическом хищнике, от которого они бегут?

– Трудно сказать, – честно ответила Аманда. – Это звучит фантастично. Но так же фантастично звучала идея о флоте инопланетных кораблей в нашей системе еще неделю назад. И вот мы здесь.

– Что насчет их утверждения о генетической связи? О том, что они каким-то образом повлияли на нашу эволюцию?

– Это… требует исследования, – осторожно сказала Аманда. – Но в теории это возможно. И это объяснило бы некоторые загадки нашей эволюционной истории.

Президент кивнул, затем повернулся к генералу Хартману, который стоял у окна.

– Каковы последние данные, генерал?

– Их флот продолжает движение во внутреннюю систему, – ответил Хартман. – Но мы заметили странную активность. Похоже, у них происходит какой-то внутренний конфликт. Несколько кораблей движутся независимо от основной группы, и есть признаки коммуникационной активности, которая может указывать на разногласия.

– Вы считаете, они могут представлять угрозу? – спросил президент.

– Потенциально – да, – кивнул Хартман. – Их технологии значительно превосходят наши. Если бы они решили атаковать, наши возможности сопротивления были бы ограничены.

– Но они не атаковали, – вмешалась Аманда. – Они здесь уже несколько недель, наблюдая за нами. Если бы они хотели напасть, почему бы не сделать это сразу?

– Возможно, они оценивают нас, – предположил Хартман. – Изучают наши слабости. Готовятся.

– Или они действительно ищут убежище и сотрудничества, – возразила Аманда. – Как они и сказали.

Президент встал и подошел к окну.

– В любом случае, мы должны быть готовы к обоим сценариям. Мы усилим нашу оборону, но также подготовимся к возможным переговорам. – Он повернулся к Аманде. – И вы, доктор Гутьеррес, сыграете ключевую роль. Если они попытаются связаться снова, вы будете нашим посредником.

– Я согласна, господин президент, – кивнула Аманда. – Но я хотела бы работать с международной командой ученых. Это касается всего человечества, не только США.

– Разумеется, – согласился Родригес. – ООН уже формирует такую команду. Вы будете ее частью.

Внезапно в комнату вбежал помощник президента, его лицо было бледным.

– Господин президент, – начал он, едва переводя дыхание, – мы только что получили сообщение. От них.

– От кого именно? – напрягся Родригес.

– От командира их флота. Он запрашивает прямой контакт. С вами и другими мировыми лидерами.

– Когда?

– Сейчас. Он уже в пути к Земле.

Глава 7: Первые шаги

Разведывательный корабль Тарис "Наблюдатель-5" скользил сквозь верхние слои земной атмосферы, его корпус накалился до красного свечения, но специальный теплозащитный щит предохранял внутренние системы от повреждений. Корабль был небольшим по меркам флота Тарис – всего тридцать метров в длину – но обладал продвинутыми системами маскировки, делающими его практически невидимым для земных радаров.

На борту находились шесть тарисцев – элитные разведчики, специально подготовленные для операций на чужих планетах. Их командир, Ниран-Вар, проверял системы корабля, готовясь к посадке.

– Атмосферный состав в пределах допустимого с использованием фильтров, – сообщил он своей команде. – Гравитация немного выше нашей нормы, но терпимая. Радиационный фон в норме. Мы готовы к высадке.

Корабль снижался над отдаленным районом Патагонии в Южной Америке – мало населенной горной местностью, где их появление имело минимальный шанс быть замеченным. Это была первая официальная миссия по высадке на поверхность Земли, санкционированная командиром Харрином для сбора образцов местной биосферы, необходимых для программы генетической адаптации.

– Помните протокол, – напомнил Ниран-Вар. – Минимальный контакт с местными. Если обнаружены – не проявлять агрессии. Отступить и запросить эвакуацию. Наша задача – сбор образцов, не демонстрация силы.

Корабль мягко приземлился в долине, окруженной горами. Была ночь, и звезды ярко сияли в небе над Южным полушарием Земли.

– Активировать маскировку, – приказал Ниран-Вар, и внешняя обшивка корабля изменила свои оптические свойства, сделав его почти невидимым на фоне окружающей местности.

Разведчики надели защитные костюмы с дыхательными фильтрами, позволяющими им функционировать в кислородной атмосфере Земли. Они выглядели странно в этих костюмах – высокие, тонкие фигуры с большими шлемами, скрывающими их инопланетные черты.

– Выдвигаемся по плану, – скомандовал Ниран-Вар. – Кирин-Тол, Зерат-Кун – вы идете на север к реке для сбора образцов воды и водных организмов. Лорин-Вар, Мирет-Зун – вы на восток к лесному массиву, нужны образцы растений. Тарет-Кол – со мной к горному кряжу, будем собирать минералы и образцы почвы. Встречаемся здесь через шесть часов.

Разведчики рассредоточились по местности, методично выполняя свои задачи. Они использовали компактные сенсоры для анализа окружающей среды, собирали образцы в специальные контейнеры, документировали всё, что видели.

Ниран-Вар и Тарет-Кол медленно поднимались по склону горы, когда их сенсоры зафиксировали движение.

– Живые существа, – прошептал Тарет-Кол. – Две особи. Судя по размеру и тепловой сигнатуре – люди.

– Отступаем, – тихо скомандовал Ниран-Вар. – Медленно, без резких движений.

Но было слишком поздно. На гребне холма появились две фигуры с фонарями. Люди – мужчина и женщина, судя по очертаниям – явно заметили движение на склоне.

– Кто здесь? – крикнул мужчина по-испански, направляя луч фонаря в сторону тарисцев.

Ниран-Вар и Тарет-Кол замерли. Их костюмы обладали ограниченными маскировочными свойствами, но в прямом луче света они были видны.

– Что делать? – спросил Тарет-Кол по закрытому каналу связи. – Нейтрализовать их?

– Нет, – твердо ответил Ниран-Вар. – Никакой агрессии. Это противоречит протоколу и может сорвать дипломатическую миссию командира.

Луч фонаря наконец поймал их. Последовал удивленный возглас женщины.

– Dios mío! ¿Qué es eso? (Боже мой! Что это?)

Ниран-Вар принял решение. Он медленно поднял руки в универсальном жесте мира, который их антропологи идентифицировали как распространенный среди людей.

– Мы пришли с миром, – произнес он, активируя переводчик, встроенный в его костюм. Устройство преобразовало его слова в грубый испанский.

Мужчина и женщина застыли от шока. Затем мужчина сделал шаг назад и потянулся к поясу, где, как заметил Ниран-Вар, находилось примитивное оружие – нож или, возможно, пистолет.

– Кто вы? Что вы такое? – дрожащим голосом спросил мужчина.

– Мы исследователи, – ответил Ниран-Вар, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно и не угрожающе. – Мы изучаем вашу… – он задумался, подбирая слово, – природу. Мы не причиним вам вреда.

Женщина, несмотря на очевидный страх, сделала шаг вперед.

– Вы… не с Земли? – спросила она, ее голос был тихим от удивления.

– Нет, – честно ответил Ниран-Вар. – Мы пришли издалека.

– Раскаль, нам нужно сообщить властям, – прошептал мужчина женщине по-испански, не понимая, что переводчик Ниран-Вара работает в обе стороны.

– Пожалуйста, – Ниран-Вар сделал шаг вперед, и люди отшатнулись. – Нам нужно лишь собрать некоторые образцы. Мы не причиним вреда. Скоро прибудут… официальные представители. Для встречи с вашими лидерами.

Это была правда. Харрин уже был на пути к Земле для официального первого контакта. Но эта незапланированная встреча могла всё усложнить.

Внезапно Тарет-Кол схватил Ниран-Вара за руку.

– Коммуникатор, – прошептал он. – Входящее сообщение от флота. Высший приоритет.

Ниран-Вар активировал свой коммуникатор. Сообщение было кратким, но тревожным: "Всем разведывательным группам. Ситуация критическая. Теран-Кол захватил "Молниеносный" и направляется к северному полюсу Земли. Возможны несанкционированные военные действия. Немедленно прекратить все миссии и вернуться на корабли. Подтвердить получение".

– Понял, – ответил Ниран-Вар. – Возвращаемся немедленно.

Он повернулся к людям, которые с тревогой наблюдали за этим односторонним разговором.

– Нам нужно уйти. Но, пожалуйста, передайте вашим властям: мы пришли с миром. Но не все среди нас… согласны с этим подходом. Может быть опасно.

Это было нарушением протокола – раскрывать внутренний конфликт флота перед чужаками. Но Ниран-Вар чувствовал, что эти люди должны быть предупреждены. Если Теран-Кол действительно планировал агрессивные действия, ситуация могла быстро выйти из-под контроля.

– Идем, Тарет-Кол, – сказал он, и они начали отступать вниз по склону.

– Подождите! – крикнула женщина. – Кто вы? Как мы можем связаться с вами?

Но разведчики уже скрылись в темноте, оставив изумленную пару с историей, в которую мало кто поверит. Или в которую, возможно, скоро поверят все.

Аманда Гутьеррес стояла на взлетно-посадочной полосе военной базы Эндрюс недалеко от Вашингтона, окруженная представителями высшего руководства США и ООН. Здесь были президент Родригес, генерал Хартман, представители Совета Безопасности ООН, ведущие ученые и военные эксперты со всего мира. Все они ждали прибытия делегации инопланетян – тарисцев.

– Нервничаете? – спросил Родригес, стоя рядом с Амандой.

– Немного, – призналась она. – Не каждый день встречаешь командира инопланетного флота.

– По крайней мере, вы уже говорили с одним из них, – заметил президент. – Для нас это полная неизвестность.

Аманда не стала напоминать, что ее первый контакт был далек от официального протокола. Ночной визит к ее дому, телепатическая коммуникация, странные, почти угрожающие намеки. Тот инопланетянин, Теран-Кол, сильно отличался от образа дипломата.

– Вы помните, о чем мы договорились? – спросил генерал Хартман, который стоял по другую сторону от Аманды. – Никаких самостоятельных заявлений. Никаких обещаний. Вы здесь как консультант и переводчик, не более того.

– Я помню, генерал, – спокойно ответила Аманда. – Но я также помню, что пришла сюда по собственной воле и могу уйти в любой момент.

Хартман нахмурился, но не успел ответить. В наушнике у него раздался голос:

– Контакт. Неопознанный объект входит в воздушное пространство. Курс – прямо к базе.

– Они здесь, – сообщил генерал остальным. – Приготовьтесь.

Над базой материализовался корабль – не просто "появился", а именно материализовался, словно из ниоткуда. Он не был похож ни на один известный людям летательный аппарат. Около пятидесяти метров в длину, с плавными органическими формами, без видимых двигателей или крыльев, корабль парил над посадочной полосой, практически не производя шума.

– Они используют какую-то технологию маскировки, – прошептал один из ученых. – Они были здесь все время, просто мы их не видели.

Корабль медленно опустился, зависнув в нескольких метрах над землей. Затем из его нижней части выдвинулся луч света, который достиг поверхности. Внутри этого луча начали материализоваться фигуры – словно телепортируясь из корабля.

Когда луч погас, перед земной делегацией стояли пять тарисцев. Четверо из них, очевидно, были охранниками или сопровождающими – они держались немного позади, настороженно оглядывая окружающее пространство. Но центральная фигура привлекала всё внимание.

Высокий, даже по меркам тарисцев, с бледно-синей кожей и глубоко посаженными глазами с горизонтальными зрачками. Его шесть пальцев на каждой руке были длиннее и тоньше человеческих. Он был одет в темную униформу с замысловатыми символами, которые, вероятно, обозначали его ранг. В отличие от других тарисцев, у которых полностью отсутствовали волосы, на его голове была видна тонкая серебристая полоса – что-то среднее между гребнем и короной.

– Приветствую вас, – произнес он на чистом английском, его голос был глубоким и резонирующим. – Я Харрин-Тол, командир флота Тарис.

Президент Родригес сделал шаг вперед.

– Приветствую вас на Земле, командир Харрин-Тол. Я Майкл Родригес, президент Соединенных Штатов Америки, одной из наций нашего мира.

– Я знаю, кто вы, президент Родригес, – кивнул Харрин. – Мы изучали вашу культуру, ваш язык и вашу политическую структуру. Я также знаю, – он обвел взглядом собравшихся, – что вы не можете говорить от имени всей планеты. Но вы представляете значительную силу и влияние.

– Это так, – согласился Родригес. – Но сегодня со мной представители Организации Объединенных Наций, нашего ближайшего аналога глобального правительства.

Харрин повернулся к представителям ООН и слегка наклонил голову в знак уважения.

– Я рад этому. То, что я должен сказать, касается всех жителей Земли.

Его взгляд остановился на Аманде.

– А, доктор Гутьеррес. Я слышал о вас. Вы встречались с моим… коллегой.

В его голосе Аманда уловила странную нотку, когда он произнес слово "коллега". Что-то было не так между ним и тем, кто посетил ее дом.

– Да, командир, – ответила она. – Хотя обстоятельства были не столь формальными.

– Я приношу извинения за это, – сказал Харрин. – Теран-Кол действовал без санкции, нарушая наши протоколы первого контакта. Это… усложнило ситуацию.

– Мы можем перейти к делу, командир? – вмешался генерал Хартман. – Почему вы здесь? Чего хотите от Земли?

Харрин перевел взгляд на генерала, его выражение оставалось спокойным, но в глазах промелькнуло что-то похожее на раздражение.

– Прямолинейность. Черта, которую мы уважаем. – Он сделал паузу. – Хорошо, я буду прямолинеен. Мы, народ Тарис, беженцы. Более двух миллионов лет мы бежим от существа, которое мы называем Пожирателем – энергетической сущности, которая уничтожает целые звездные системы. Оно уничтожило нашу родную планету и десятки других миров, на которых мы пытались поселиться.

Харрин сделал жест, и из устройства на его запястье появилась голографическая проекция – аморфное образование, пульсирующее и меняющее форму, искажающее пространство вокруг себя.

– Это Пожиратель, насколько мы можем его визуализировать. Он существует не полностью в нашем пространстве-времени, что делает его неуязвимым для обычного оружия. Он чувствителен к энергетическим сигнатурам цивилизаций и преследует нас через галактику.

– И теперь он направляется сюда? – спросил один из ученых.

– Да, – подтвердил Харрин. – По нашим последним расчетам, он достигнет Солнечной системы через пять лет.

Это заявление вызвало шепот среди земной делегации. Пять лет – невероятно короткий срок для подготовки к космической угрозе такого масштаба.

– Почему мы должны верить вам? – спросил генерал Хартман. – Где доказательства существования этого… Пожирателя?

– Доказательства будут предоставлены вашим ученым, – ответил Харрин. – Данные наблюдений, энергетические сигнатуры, исторические записи. Но время работает против нас. И есть еще одна проблема, – он сделал паузу, – более непосредственная.

– Какая? – напрягся президент Родригес.

– Внутренний конфликт в нашем флоте, – Харрин произнес это с видимым усилием, словно признавать такое перед чужаками было для него болезненно. – Группа под руководством Теран-Кола, того самого, кто контактировал с доктором Гутьеррес, захватила один из наших кораблей и направляется к северному полюсу Земли.

– С какой целью? – резко спросил Хартман.

– Под северным полюсом находится древняя станция, построенная нашими предками три миллиона лет назад, – объяснил Харрин. – Станция, которая может содержать технологии защиты от Пожирателя. Теран-Кол хочет получить контроль над этими технологиями… и он не заинтересован в сотрудничестве с людьми.

– Вы имеете в виду, что он враждебен к нам? – уточнил Родригес.

– Не напрямую враждебен, – осторожно ответил Харрин. – Но он считает, что выживание нашего народа важнее всего. Он готов пожертвовать… многим ради этой цели.

– Включая нас, – тихо сказала Аманда, внезапно понимая истинный масштаб угрозы.

Харрин посмотрел на нее, и в его взгляде она увидела подтверждение.

– Я пришел, чтобы предложить альтернативу, – сказал он, обращаясь ко всей делегации. – Сотрудничество. Наши ученые обнаружили генетическое сходство между нашими видами, которое не может быть случайностью. Три миллиона лет назад наши предки посетили Землю и внедрили части своего генетического кода в местную фауну, направляя вашу эволюцию.

– Вы утверждаете, что создали нас? – недоверчиво спросил один из ученых.

– Не создали, – покачал головой Харрин. – Направили. Возможно, ускорили вашу эволюцию в определенном направлении. И это дает нам основания полагать, что мы можем найти общий путь. Путь, который позволит обоим видам выжить.

– Как именно? – спросил Родригес.

– Через генетическую адаптацию и совместное использование ресурсов, – ответил Харрин. – Наши ученые разрабатывают программу, которая позволит создать гибридные формы, способные существовать в промежуточной атмосфере. Но для этого нам нужны ваши знания о земной биологии и, главное, ваше согласие.

– Вы говорите о изменении нашего генетического кода? – уточнил один из ученых. – Это звучит как…

– Как вмешательство в естественный ход эволюции? – закончил за него Харрин. – Да. Но вмешательство, которое может спасти оба вида от исчезновения.

– Какова альтернатива? – прямо спросил президент Родригес.

Харрин посмотрел ему в глаза.

– Альтернатива, которую предпочитает Теран-Кол, – полное терраформирование вашей планеты. Изменение атмосферы для повышения уровня метана и снижения кислорода. Это сделает Землю идеальной для нас… и непригодной для вас.

Наступила тяжелая тишина. Все присутствующие осознали масштаб угрозы. Это была не просто встреча с инопланетной цивилизацией. Это был вопрос выживания человечества.

– У нас есть выбор? – наконец спросил Родригес. – Или вы просто информируете нас о своих планах?

– Выбор всегда есть, – ответил Харрин. – Я предлагаю сотрудничество. Совместную экспедицию к полярной станции. Совместные исследования генетической адаптации. Совместную подготовку к встрече с Пожирателем. Но это предложение имеет срок, – его голос стал жестче. – Если Теран-Кол получит контроль над древними технологиями раньше нас, если он начнет терраформирование… выбора может не остаться. Ни у вас, ни у меня.

– Сколько у нас времени? – спросил генерал Хартман.

– Часы, не дни, – ответил Харрин. – "Молниеносный", корабль Теран-Кола, уже приближается к северному полюсу. Я отправил боевую группу для его перехвата, но он имеет преимущество во времени.

Президент Родригес обернулся к своим советникам. Последовало быстрое, напряженное обсуждение. Затем он вновь повернулся к Харрину.

– Мы не можем принять решение такого масштаба без консультаций с другими нациями. Но мы можем предложить немедленную помощь в перехвате вашего… мятежника. У нас есть подводные лодки и специальные силы в Арктике. Мы можем координировать действия.

Харрин выглядел удивленным, но довольным.

– Это… более чем я ожидал, президент Родригес. И я принимаю ваше предложение.

– При одном условии, – добавил Родригес. – Наши люди будут участвовать в экспедиции на станцию, когда мы доберемся до нее. Мы не позволим вам единолично контролировать технологию, которая может определить судьбу нашей планеты.

Харрин на мгновение задумался, затем кивнул.

– Справедливо. Но время критично. Нам нужно начать координацию немедленно.

– Генерал Хартман займется этим, – сказал Родригес. – А доктор Гутьеррес будет нашим научным консультантом и связующим звеном.

Аманда, услышав это, чуть не подавилась от удивления. Она была астрономом, не военным стратегом или дипломатом. Но, с другой стороны, она была единственным человеком, который уже имел опыт прямого контакта с тарисцами. Возможно, это действительно делало ее лучшим кандидатом.

– Я готова, – сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал увереннее, чем она себя чувствовала.

Харрин посмотрел на нее с чем-то похожим на одобрение.

– Тогда не будем терять времени. Каждая минута промедления приближает нас к кризису, который может не иметь мирного решения.

Под ледяными водами Северного Ледовитого океана, глубоко под поверхностью, скрытый от глаз и сенсоров, подводный аппарат Теран-Кола приближался к координатам древней станции Тарис. Аппарат был создан специально для этой миссии – компактный, но прочный, способный выдерживать огромное давление на глубине более четырех километров.

Внутри тесной кабины Теран-Кол и три его ближайших офицера внимательно следили за показаниями приборов. Они были в защитных костюмах, позволяющих выжить в случае разгерметизации, но даже в них давление на такой глубине могло быть фатальным без быстрой эвакуации.

– Мы приближаемся к координатам, – сообщил Лорис-Кун, управлявший аппаратом. – Расчетное время прибытия – семь минут.

– Статус "Молниеносного"? – спросил Теран-Кол.

– Корабль держит позицию на орбите, в десяти километрах от поверхности, над нами, – ответил другой офицер. – Готов к немедленной эвакуации, если потребуется.

– Есть ли признаки преследования?

– Боевая группа Харрина приближается к орбите Земли, но они все еще слишком далеко, чтобы помешать нам. – Офицер сделал паузу. – Но наши сенсоры фиксируют активность в этом регионе. Подводные лодки. Земные.

Теран-Кол нахмурился.

– Они не могут обнаружить нас на такой глубине с их примитивными технологиями. И даже если обнаружат, не смогут нам помешать.

– Если только Харрин не предупредил их, – заметил Лорис-Кун. – Если он заключил с ними союз…

– Это было бы предательством, – резко сказал Теран-Кол. – Раскрывать наши внутренние конфликты перед чужаками, давать им преимущество…

– А разве то, что мы делаем, не предательство? – тихо спросил третий офицер, молодой тарисец по имени Зират-Вар.

Теран-Кол посмотрел на него холодным взглядом.

– Предательство – это жертвовать своим народом ради чужаков. То, что делаем мы, – это спасение нашей расы. И если для этого необходимо нарушить некоторые правила, так тому и быть.

Он повернулся обратно к экранам.

– Активировать все сенсоры. Я хочу видеть станцию, как только мы приблизимся к ней.

Подводный аппарат медленно скользил сквозь черные воды абиссальных глубин, его мощные прожекторы едва пробивали тьму. Вокруг не было ничего, кроме бесконечной черноты и изредка мелькавших странных глубоководных созданий, привлеченных светом.

– Контакт, – внезапно сказал Лорис-Кун. – Сенсоры фиксируют структуру впереди. Большую структуру.

На экране начало проявляться изображение – огромное сооружение, встроенное в морское дно. Оно было частично погружено в осадочные породы, но большая часть все еще была видна. Станция имела форму усеченной пирамиды с множеством куполообразных выступов. Ее размеры впечатляли – не менее километра в основании.

– Невероятно, – прошептал Зират-Вар. – После трех миллионов лет…

– Наши предки строили на века, – сказал Теран-Кол. – Ищите вход. Должен быть способ проникнуть внутрь.

Лорис-Кун маневрировал аппаратом вокруг сооружения, систематически сканируя его поверхность. Наконец, он остановился перед участком, который выглядел иначе, чем остальные.

– Здесь. Похоже на шлюз или док для подводных аппаратов.

– Можем ли мы активировать его? – спросил Теран-Кол.

– Я попробую отправить стандартный сигнал активации, – ответил Лорис-Кун. – Если системы станции все еще функционируют, и если протоколы не изменились слишком сильно за три миллиона лет…

Он отправил сигнал – серию кодированных импульсов, используемых в технологии Тарис для идентификации "своих" кораблей.

Сначала ничего не происходило. Затем, медленно, участок стены начал светиться, а затем раздвигаться, открывая темный туннель, достаточно большой для их аппарата.

– Невероятно, – снова произнес Зират-Вар. – Оно все еще работает.

– Входим, – приказал Теран-Кол. – Осторожно.

Подводный аппарат медленно вошел в туннель. Как только они пересекли порог, внешние двери начали закрываться за ними, а внутренние световые панели активировались, освещая путь. Они двигались по туннелю около минуты, затем он расширился, открывая внутренний док – большую камеру, частично заполненную водой.

Когда аппарат полностью вошел в док, внешние двери полностью закрылись, и началась откачка воды. Уровень быстро снижался, пока аппарат не опустился на платформу в центре уже сухого дока.

– Атмосферный анализ, – приказал Теран-Кол.

– Невероятно, – сказал Лорис-Кун, глядя на показания приборов. – Воздух внутри станции пригоден для дыхания. Высокое содержание метана, низкое – кислорода. Почти идеальный состав для нас.

– Системы жизнеобеспечения все еще функционируют после трех миллионов лет? – недоверчиво спросил Зират-Вар.

– Не просто функционируют, – заметил Теран-Кол. – Они активировались при нашем приближении. Станция… ждала нас.

Он встал и направился к выходу из аппарата.

– Готовьте оружие и исследовательское оборудование. Мы не знаем, что ждет нас внутри. Зират-Вар, оставайтесь здесь и поддерживайте связь с "Молниеносным". Остальные – со мной.

Аманда Гутьеррес никогда не думала, что окажется на борту атомной подводной лодки США, направляющейся к северному полюсу в компании инопланетного командира. Но реальность, как она начинала понимать, часто превосходит самые смелые фантазии.

Подводная лодка "Мичиган", одна из самых современных в американском флоте, была срочно перенаправлена в район, где, по данным тарисцев, находилась древняя станция. На борту, помимо обычного экипажа, находились Аманда, группа ученых и специалистов ВМС США, а также Харрин-Тол и трое его офицеров.

Присутствие инопланетян на борту американской подводной лодки вызывало смешанные реакции среди экипажа – от откровенного страха до восхищенного любопытства. Но капитан лодки, Джеймс Уилсон, сохранял профессионализм и требовал того же от своих подчиненных.

– Мы приближаемся к указанным координатам, – сообщил старпом, глядя на экран сонара. – Глубина здесь превышает четыре километра. Это значительно больше, чем максимальная глубина погружения нашей лодки.

– Мы и не планируем погружаться до дна, – ответил капитан Уилсон. – Наша задача – обнаружить и, если возможно, остановить подводный аппарат тарисцев-мятежников до того, как они достигнут станции.

Харрин, стоявший в центре командного отсека лодки, покачал головой.

– Боюсь, мы опоздали. Мои сенсоры, – он указал на устройство на своем запястье, – показывают, что подводный аппарат Теран-Кола уже достиг станции и, вероятно, вошел внутрь.

– Мы не фиксируем никаких объектов на такой глубине, – возразил офицер, отвечающий за сонар.

– Ваши технологии не могут обнаружить наши корабли, если они активируют маскировку, – объяснил Харрин. – Но у меня есть прямой доступ к системам мониторинга флота. Теран-Кол прибыл раньше нас.

– Что теперь? – спросила Аманда, стоявшая рядом с Харрином. – Можем ли мы все еще остановить его?

– Это зависит от того, что он найдет внутри станции, – ответил Харрин. – И от того, как быстро мы сможем добраться туда сами.

– Наша лодка не может погружаться на такую глубину, – напомнил капитан Уилсон. – У нас есть глубоководные аппараты, но они рассчитаны максимум на два-три человека и не предназначены для таких экстремальных глубин.

– У нас есть решение, – сказал Харрин. – Мой корабль находится на орбите, прямо над нами. На борту есть подводный модуль, специально созданный для этой миссии. Он может быть доставлен сюда в течение пятнадцати минут и способен транспортировать до десяти человек на любую глубину.

– Вы предлагаете совместную операцию? – уточнил Уилсон. – Мои люди и ваши, вместе?

– Именно, – кивнул Харрин. – Это соответствует нашей договоренности о сотрудничестве.

Капитан Уилсон переглянулся с другими офицерами, затем связался с командованием для получения инструкций. После короткого разговора он повернулся к Харрину.

– Согласовано. Мы формируем совместную команду. Четверо наших специалистов – два инженера, врач и офицер спецназа. С вашей стороны?

– Я лично, – сказал Харрин, – и двое моих офицеров. Один инженер и один специалист по древним технологиям.

– И я, – добавила Аманда, вызвав удивленные взгляды всех присутствующих.

– Доктор Гутьеррес, – осторожно начал капитан Уилсон, – это потенциально опасная миссия, требующая специальной подготовки…

– Которой у меня нет, я понимаю, – кивнула Аманда. – Но я единственный человек, который уже контактировал с Теран-Колом. Я могу быть полезной для переговоров, если мы столкнемся с ним. Кроме того, – она посмотрела на Харрина, – я астроном. Я всю жизнь изучала космос и мечтала о контакте с другими цивилизациями. Если на этой станции действительно находится технология, способная защитить нас от космической угрозы, я хочу быть там. Я должна быть там.

Харрин смотрел на нее с интересом.

– Ваше стремление к знаниям похвально, доктор Гутьеррес. И ваш аргумент о предыдущем контакте с Теран-Колом имеет смысл. – Он повернулся к капитану Уилсону. – С моей стороны возражений нет.

Уилсон все еще выглядел неуверенным, но кивнул.

– Хорошо. Но вы будете следовать всем инструкциям офицера спецназа и не будете рисковать без необходимости. Это ясно?

– Кристально, капитан, – ответила Аманда, стараясь скрыть волнение.

– Тогда я вызываю подводный модуль, – сказал Харрин, активируя свой коммуникатор. – Будьте готовы к отправлению через пятнадцать минут.

Пока экипаж подлодки готовился к операции, Аманда отвела Харрина в сторону.

– Могу я задать вопрос? – тихо спросила она.

– Конечно, – кивнул Харрин.

– Почему Теран-Кол так отчаянно хочет контролировать станцию? Что там, по его мнению, находится?

Харрин помолчал, словно решая, сколько может рассказать.

– Теран-Кол верит, что на станции находится оружие против Пожирателя. Или технология, которая может быть использована как оружие. Он считает, что, контролируя эту технологию, он сможет диктовать условия – и нам, и вам.

– А вы? Что вы ожидаете найти там?

– Я не знаю наверняка, – честно ответил Харрин. – Может быть, оружие. Может быть, защитный механизм. А может быть, нечто, что мы даже не можем представить. Наши предки были гениями, намного опередившими своё время. И они оставили эту станцию с определенной целью.

– Которая заключается в том, чтобы помочь вам, когда придет Пожиратель, – заметила Аманда.

– Да. Но помочь как? Уничтожить угрозу? Скрыться от нее? Или, возможно, – Харрин посмотрел ей прямо в глаза, – найти способ сосуществования с ней, как я надеюсь найти способ сосуществования с вашим видом.

Аманда задумалась над его словами.

– Вы действительно верите, что это возможно? Что наши виды могут жить вместе, несмотря на все различия?

Харрин улыбнулся – или, по крайней мере, сделал выражение, которое Аманда интерпретировала как улыбку. Это было странное зрелище, учитывая инопланетную анатомию его лица.

– Доктор Гутьеррес, самые великие различия часто скрывают глубочайшие сходства. Наши виды разделены звездами, биологией, историей. Но в наших генах есть общие фрагменты, в наших разумах – общие стремления, в наших сердцах – общие страхи и надежды. Я верю, что это основа для чего-то большего, чем просто выживание. Это основа для истинного симбиоза.

– А если Теран-Кол прав? – тихо спросила Аманда. – Если действительно существует только один путь – терраформирование, которое спасет ваш народ за счет нашего?

Харрин долго смотрел на нее, его горизонтальные зрачки сузились.

– Тогда, доктор Гутьеррес, нам придется найти третий путь. Потому что я не верю, что наше выживание стоит цены в восемь миллиардов жизней. И я не верю, что наши предки прошли весь этот путь, чтобы привести нас к еще одному геноциду.

Глава 8: Чужие среди чужих

Кайран-Зун, ведущий биолог экспедиционного корпуса Тарис, внимательно изучал крошечный образец земной почвы через полевой микроскоп. Его шестипалые руки с неестественной для человеческого глаза точностью управляли тончайшими инструментами, регулируя фокус и увеличение. Лагерь тарисцев был разбит в удаленном районе Амазонской низменности – месте с невероятным биологическим разнообразием, идеальном для сбора образцов.

– Невероятно, – прошептал Кайран-Зун, не отрываясь от окуляра. – В одном кубическом сантиметре этой почвы содержится более десяти миллиардов микроорганизмов. Биологическое разнообразие на несколько порядков выше, чем на любой из планет, которые мы исследовали за последние тысячелетия.

Эрис-Вар, его ассистентка, работала рядом, сканируя образцы растительности с помощью портативного ДНК-анализатора.

– Генетическая структура здешних организмов удивительно сложна, – отметила она. – И я продолжаю находить последовательности, сходные с нашими собственными. Следы работы наших предков просматриваются повсюду. Это не просто совпадение.

Их исследовательская база представляла собой комплекс из пяти модульных строений, соединенных крытыми переходами. Снаружи база выглядела как группа серебристых куполов, частично скрытых плотной растительностью. Маскировочный щит делал её невидимой для спутников и пролетающих самолетов, но не скрывал от непосредственного наблюдения с земли. Поэтому шесть охранников постоянно патрулировали периметр, готовые предупредить о приближении местных жителей.

Внутри центрального купола десять тарисских ученых методично изучали собранные образцы земной флоры и фауны. Воздух внутри базы был специально модифицирован для дыхания тарисцев, содержа повышенную концентрацию метана и пониженную – кислорода. Это позволяло исследователям работать без защитных костюмов в пределах базы, но требовало использования дыхательных аппаратов при выходе наружу.

Кайран-Зун переключил микроскоп на большее увеличение и вдруг отшатнулся от прибора.

– Что-то не так? – спросила Эрис-Вар, заметив его реакцию.

– Возможно, – медленно произнес Кайран-Зун. – Я только что обнаружил микроорганизм с очень необычной структурой. Он напоминает патоген Крелла, который вызвал эпидемию на колонии Зеталь-4 пятьсот лет назад.

– Патоген Крелла? – Эрис-Вар напряглась. – Но он уничтожил почти треть колонии, прежде чем был разработан антидот.

– Это не тот же самый организм, – пояснил Кайран-Зун. – Но структурное сходство поразительно. Я бы сказал, что это его примитивный предшественник.

Он сделал паузу, обдумывая последствия своего открытия.

– Нам нужно сообщить об этом Элин-Вар. Если на Земле существуют организмы, потенциально опасные для нашей биологии, это может серьезно осложнить планы колонизации.

Эрис-Вар кивнула и активировала свой коммуникатор, чтобы отправить зашифрованное сообщение на флагманский корабль. Пока она занималась этим, Кайран-Зун продолжил изучение микроорганизма, делая детальные записи и создавая трехмерную модель его структуры.

– У него даже нет сложных защитных механизмов, – отметил он. – По земным меркам это, вероятно, безвредная бактерия. Но для нашей физиологии… Я бы сказал, что при попадании в наш организм этот микроорганизм может вызвать серьезные проблемы с дыхательной и нервной системами.

– Насколько серьезные?

– Без надлежащего лечения – потенциально смертельные.

Эрис-Вар закончила отправку сообщения и вернулась к своему рабочему месту.

– Если одна земная бактерия может быть для нас смертельной, есть ли гарантия, что это единственный такой организм?

– Никакой, – мрачно ответил Кайран-Зун. – Фактически, я бы предположил, что на планете с таким биологическим разнообразием могут существовать сотни, если не тысячи микроорганизмов, потенциально опасных для нас.

– Но наши предки посещали эту планету, – возразила Эрис-Вар. – Они должны были столкнуться с той же проблемой. Возможно, они оставили какое-то решение?

– Если да, то мы его еще не нашли, – Кайран-Зун вздохнул. – Пока что я рекомендую всем разведгруппам максимальную осторожность при контакте с местной биосферой. Никаких прямых контактов без защитных костюмов. И все образцы должны быть тщательно изолированы.

Он сделал паузу, глядя на голографическую проекцию микроорганизма, медленно вращающуюся над его рабочей станцией.

– И нам нужно начать разработку вакцин и антидотов. Как можно скорее.

На борту флагманского корабля «Вечный путь» Элин-Вар получила сообщение от исследовательской группы в Амазонии. Она просмотрела данные о потенциально опасном микроорганизме, и ее лицо приняло озабоченное выражение.

– Это усложняет ситуацию, – пробормотала она, обращаясь к своей ассистентке, Мерис-Кун. – Если земная микрофлора содержит организмы, способные убить нас, прямой контакт становится еще более рискованным.

– Но разве терраформирование не решит эту проблему? – спросила Мерис-Кун. – Изменение атмосферы уничтожит большинство земных организмов, включая патогенные.

Элин-Вар бросила на нее острый взгляд.

– Теран-Кол говорит с твоими устами, Мерис-Кун? Да, терраформирование решит проблему. Но командир Харрин приказал искать альтернативы, и мы будем следовать его приказам.

Она активировала голографический дисплей, на котором отобразилась трехмерная модель клеточной структуры тарисца.

– Нам нужно разработать средство защиты. Что-то, что позволит нашим людям безопасно контактировать с земной биосферой. Возможно, генетическая модификация, усиливающая наш иммунитет. Или нанотехнологический фильтр, который будет уничтожать потенциально опасные организмы до того, как они смогут нанести вред.

– Это огромная задача, – заметила Мерис-Кун. – Потребуются месяцы, если не годы исследований.

– У нас нет месяцев, – резко ответила Элин-Вар. – Харрин уже начал прямые переговоры с людьми. Теран-Кол пробрался к древней станции. Пожиратель приближается быстрее, чем мы прогнозировали. Нам нужно решение сейчас.

Она повернулась к голографической модели, манипулируя ею с помощью своих шестипалых рук.

– К счастью, у нас есть технологии, которые могут ускорить процесс. И у нас есть преимущество – генетическое сходство с людьми. Возможно, мы сможем адаптировать их иммунные системы для наших нужд.

– Для этого потребуется доступ к человеческой ДНК. К живым образцам, – заметила Мерис-Кун.

– Да, – кивнула Элин-Вар. – И, учитывая новую информацию, это становится еще более приоритетной задачей.

Она активировала коммуникатор.

– Соедините меня с командиром Харрином. У нас возникла неожиданная проблема, требующая немедленного внимания.

В сотнях километров от исследовательской базы в Амазонии, в арктических водах, подводная экспедиция под совместным командованием Харрина и представителей Земли приближалась к древней станции Тарис. Подводный модуль тарисцев, вмещавший десять человек – пятерых тарисцев и пятерых людей, включая Аманду Гутьеррес – плавно скользил через темные, холодные воды на глубине более четырех километров.

Внутри модуля атмосфера была компромиссной – содержание кислорода и метана было установлено на уровне, приемлемом для обоих видов, хотя и не идеальным ни для одного из них. Тарисцы использовали небольшие дыхательные фильтры, закрепленные на их лицах, а люди периодически пользовались кислородными масками.

Харрин сидел у пульта управления, его длинные пальцы скользили по сенсорным панелям, корректируя курс. Рядом с ним расположился коммандер Райан Чен, офицер американского спецназа, внимательно наблюдавший за действиями инопланетного командира.

– Мы приближаемся к координатам станции, – сообщил Харрин. – Сенсоры показывают крупную искусственную структуру прямо по курсу.

– Наши сонары ничего не видят, – заметил Чен, глядя на свои приборы.

– Ваши технологии не способны обнаружить станцию, – объяснил Харрин. – Она построена из материалов, поглощающих большинство типов излучения, используемых вашими системами обнаружения. Плюс, вероятно, активная маскировка.

Он активировал голографический дисплей в центре кабины, и перед экипажем возникло трехмерное изображение гигантской структуры, встроенной в морское дно. Станция имела форму усеченной пирамиды с множеством куполообразных выступов, уходящих как в морское дно, так и выступающих в воду.

– Невероятно, – прошептала Аманда, глядя на проекцию. – И это построили три миллиона лет назад?

– Да, – подтвердил Харрин. – Наши предки были опытными строителями. Они создавали сооружения, способные выдержать испытание временем.

– И вы уверены, что Теран-Кол уже там? – спросил Чен.

– Абсолютно, – кивнул Харрин. – Мои системы зафиксировали активацию внешнего шлюза станции около двух часов назад. И «Молниеносный», корабль Теран-Кола, остается на орбите прямо над нами.

Харрин направил подводный модуль к тому же входу, которым воспользовался Теран-Кол. Массивные ворота, встроенные в основание пирамиды, были едва различимы на фоне окружающих скал, но тарисские системы точно идентифицировали их положение.

– Я отправлю сигнал активации, – сказал Харрин. – Если системы станции все еще функционируют так, как должны, ворота откроются.

Он отправил серию кодированных импульсов. Несколько напряженных секунд ничего не происходило, затем участок скалы начал светиться, а затем раздвигаться, открывая темный туннель.

– Впечатляюще, – заметил один из американских инженеров. – Механизмы, работающие миллионы лет в таких условиях… Это за пределами наших технологических возможностей.

– Наши предки строили на века, – просто ответил Харрин. – Входим.

Модуль медленно вошел в туннель. Как только они пересекли порог, внешние двери начали закрываться за ними, а внутренние световые панели активировались, освещая путь.

– Станция распознала наш сигнал, – сказал Харрин. – И, похоже, воспринимает нас как «своих».

– А если бы не распознала? – спросила Аманда.

– Тогда, доктор Гутьеррес, мы бы сейчас имели дело с древними, но все еще эффективными оборонительными системами, – Харрин слегка изогнул губы в жесте, который Аманда интерпретировала как мрачную улыбку.

Они двигались по туннелю около минуты, затем он расширился, открывая внутренний док – большую камеру, частично заполненную водой. Когда модуль полностью вошел в док, внешние двери полностью закрылись, и началась откачка воды. Уровень быстро снижался, пока модуль не опустился на платформу в центре уже сухого дока.

– Атмосферный анализ, – приказал Харрин.

Один из тарисских офицеров, Дерет-Кун, проверил показания сенсоров.

– Воздух внутри станции содержит повышенный уровень метана и пониженный уровень кислорода. Идеально для нас, но опасно для людей без дыхательного оборудования.

– Станция настроена на поддержание атмосферы, пригодной для тарисцев, – кивнул Харрин. – Это логично, учитывая, кто её построил.

Он повернулся к людям.

– Вам придется использовать кислородные маски. Ваши запасы рассчитаны на сорок восемь часов – этого должно быть достаточно.

– Если мы вообще сможем вернуться, – мрачно заметил Чен. – Мы входим в потенциально враждебную среду, где уже находится группа, считающая нас противниками.

– Теран-Кол не станет атаковать своих соотечественников, – заверил его Харрин. – А вы под моей защитой. Но будьте бдительны. Станция может содержать и другие опасности, кроме Теран-Кола.

Люди активировали свои кислородные маски и проверили оружие – стандартные пистолеты для офицеров и более крупные штурмовые винтовки для коммандера Чена и его помощника, сержанта Гомеса.

– Ваше оружие может оказаться бесполезным против защитных систем станции, – предупредил Харрин. – И я бы предпочел избежать конфронтации с Теран-Колом, если это возможно. Наша цель – изучить станцию и понять её предназначение, не провоцируя конфликт.

– Хорошо сказано, командир, – кивнул Чен. – Но мы предпочитаем быть готовыми к любой ситуации.

Экипаж подготовился к выходу из модуля. Тарисцы надели легкие защитные костюмы – не полные скафандры, а скорее бронированную одежду, защищающую от физических воздействий, но не изолирующую от окружающей среды. Люди, помимо кислородных масок, были одеты в стандартные гидрокостюмы, адаптированные для глубоководных операций.

Харрин активировал шлюз модуля, и внешний люк медленно открылся. Перед ними простиралась обширная докпалата станции – пространство размером с футбольное поле, со стенами из материала, напоминающего полированный черный металл с вкраплениями светящихся кристаллов. В дальнем конце дока виднелась массивная дверь, ведущая вглубь станции.

– Следуйте за мной, – сказал Харрин, первым выходя из модуля. – И будьте готовы к чему угодно.

В своей секретной лаборатории на борту «Разрушителя» – боевого корабля, тайно поддерживающего фракцию Теран-Кола – молодой инженер Зирал-Кун завершал последние приготовления. Перед ним на столе находилось устройство размером с небольшой автомобиль – первый опытный образец атмосферного преобразователя, сконструированный по планам, разработанным Элин-Вар, но значительно модифицированный по приказу Теран-Кола.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.