Александр Сосновский
Крещение Руси

ГЛАВА 1. Новая миссия

Алексей Новиков стоял у огромного панорамного окна, глядя на невероятный город будущего. Сверкающие башни из стекла и неизвестных материалов уходили высоко в небо, между ними сновали летающие транспортные капсулы, а на горизонте виднелся купол гигантского биосферного комплекса. Прошло три месяца с тех пор, как Амир Хасан привел его в Хранилище Времени – главную базу Хранителей в XXII веке. Три месяца интенсивного обучения, медицинских процедур и адаптации к новому миру.

«Если бы Лена и девочки могли это увидеть», – подумал он с привычной тоской. Несмотря на все чудеса будущего, мысли о семье, оставшейся в XXI веке, не покидали его.

– Привыкаешь? – спросил подошедший Амир. В родном времени он выглядел иначе – выше, стройнее, с едва заметным марсианским акцентом, который больше не нужно было скрывать.

– Не уверен, что когда-нибудь привыкну, – честно ответил Алексей. – У вас тут всё… слишком совершенно.

Амир усмехнулся:

– Поверь, у XXII века достаточно своих проблем. Просто они другие.

Алексей кивнул. За время пребывания в Хранилище он узнал о глобальных экологических катастрофах XXI века, о Великом Переселении, когда миллионы людей были вынуждены покинуть непригодные для жизни территории, о колонизации Марса и Луны, ставшей необходимостью, а не прихотью. Будущее оказалось не таким радужным, как представляли фантасты его времени.

– Совет Хранителей собирается через час, – сказал Амир, прерывая его размышления. – Тебя вызывают.

Алексей напрягся. За три месяца обучения он встречался с полным составом Совета всего дважды – когда его привели в Хранилище и когда завершил базовый курс подготовки Хранителя.

– Что-то случилось?

– Новая миссия, – лаконично ответил Амир. – И она касается тебя лично.

Зал Совета Хранителей поражал воображение. Круглое помещение с двенадцатью креслами, расположенными по окружности, и огромной голографической проекцией Земли в центре. Сейчас на проекции была выделена территория Восточной Европы, а точнее – регион вокруг Киева.

Когда Алексей и Амир вошли, большинство кресел уже было занято. Двенадцать Хранителей – представители разных эпох и цивилизаций, объединенные общей миссией защиты временной линии. Алексей до сих пор знал лишь некоторых из них.

– Хранитель Новиков, – поприветствовала его Элара, председатель Совета, женщина неопределенного возраста с необычными золотистыми глазами. – Благодарим за оперативный отклик.

– Я еще не Хранитель, – напомнил Алексей. – Только прохожу обучение.

– Это формальность, – ответила Элара. – Ваши действия во время осады Пскова и миссии при подписании Ям-Запольского договора уже доказали вашу приверженность нашему делу.

Голографическая проекция изменилась, показывая теперь древний Киев – деревянные постройки, крепостные стены, языческие капища на холмах.

– Киевская Русь, 986-988 годы, – произнес седовласый мужчина, которого Алексей знал как Хранителя Мартина, специалиста по европейской истории. – Ключевая точка бифуркации: выбор веры князем Владимиром.

– Мы зафиксировали серьезное вмешательство во временной поток, – продолжила Элара. – Организация «Новый путь» направила группу агентов во главе с Мирославом Вельтом с целью изменить религиозный выбор Руси.

– Вельт? – переспросил Амир. – Я думал, он в изоляции после последней неудачной операции.

– Был в изоляции, – подтвердил темнокожий Хранитель, которого Алексей видел впервые. – Но его освободили специально для этой миссии. Судя по всему, «Новый путь» придает особое значение изменению этой исторической точки.

Алексей внимательно смотрел на голографическую проекцию. Выбор веры… Даже с его базовыми знаниями истории он понимал значимость этого события для всей российской цивилизации.

– Если Владимир примет не православие, а другую религию… – начал он.

– Вся история Восточной Европы пойдет по иному пути, – закончила за него Элара. – Россия может стать частью исламского мира или западной католической сферы влияния. Это приведет к каскаду изменений, которые затронут всю мировую историю.

– И вы хотите, чтобы я отправился туда? – прямо спросил Алексей.

– Вы идеальный кандидат, Хранитель Новиков, – кивнула Элара. – Вы русский, знакомый с культурой и историей своей страны. У вас есть опыт работы в древнерусском периоде. И, что немаловажно, вы уже сталкивались с агентами «Нового пути».

– Но десятого век… это же на шесть столетий раньше, чем время Ивана Грозного. Язык, обычаи – всё будет другим.

– Вы пройдете ускоренный курс подготовки, – сказал Мартин. – Имплантация лингвистического модуля позволит вам понимать древнерусский язык того периода. Кроме того, с вами отправится опытный Хранитель.

Алексей посмотрел на Амира, но тот покачал головой:

– Не я. У меня будет другое задание. С тобой пойдет Хранитель Ярослава.

Из тени выступила женщина, которую Алексей раньше не замечал. Высокая, с длинными темными волосами, заплетенными в сложную косу, и пронзительными серыми глазами. Она была одета в простую тунику, но держалась с царственной осанкой.

– Ярослава специализируется на древнерусском периоде, – пояснила Элара. – Она будет вашим проводником и напарником.

Женщина кивнула Алексею:

– Можешь звать меня Яра. Я родилась в Киеве XI века, через несколько десятилетий после интересующих нас событий. Мой отец был дружинником при дворе Ярослава Мудрого.

Алексей удивленно моргнул. Он всё еще не привык к тому, что Хранители рекрутировались из разных исторических эпох.

– Когда мы отправляемся? – спросил он, понимая, что выбора у него нет.

– Через три дня, – ответила Элара. – За это время вы пройдете необходимую подготовку и получите всю информацию о миссии.

Голографическая проекция изменилась, показывая теперь лицо человека с острыми чертами лица и холодными голубыми глазами.

– Мирослав Вельт, – произнес Мартин. – Один из лучших оперативников «Нового пути». Психолог, манипулятор, стратег. В отличие от других агентов, с которыми вы сталкивались, он действует тонко, влияя на решения исторических личностей через их окружение. Его специализация – религиозные конфликты и культурные трансформации.

– Он уже в Киеве, – добавила Яра. – Под именем волхва Велемира завоевал доверие в окружении князя Владимира. У нас мало времени.

Алексей глубоко вздохнул, чувствуя, как внутри нарастает знакомое напряжение перед опасной миссией. Но вместе с ним пришло и другое чувство – странное возбуждение. Он отправится в эпоху зарождения русской цивилизации, станет свидетелем одного из ключевых моментов истории своей страны.

– Я готов, – сказал он, выпрямляясь. – Что мне нужно знать о князе Владимире и его времени?

Элара улыбнулась:

– Этим займется Ярослава. А сейчас вам нужно подготовиться к имплантации лингвистического модуля. Медицинский отсек ждет вас.

Когда Алексей и Яра вышли из зала Совета, он не удержался от вопроса:

– Насколько это будет больно?

– Имплантация? – Яра усмехнулась. – Не больнее, чем зубы лечить в твоем XXI веке. Но эффект… к нему придется привыкнуть. Когда чужой язык внезапно становится родным, мозг первое время сопротивляется.

Алексей кивнул, стараясь не показывать нервозность. Несколько месяцев назад он был обычным работником фабрики «Невские грани» из провинциального Пскова 2025 года. Теперь он стоял в центре Хранилища Времени XXII века, готовясь к внедрению технологии будущего в свой мозг перед отправкой в Киевскую Русь десятого века.

Жизнь определенно стала интереснее.

Вечером, после изнурительной процедуры имплантации лингвистического модуля (которая, вопреки обещаниям Яры, оказалась куда болезненнее лечения зубов), Алексей сидел в своей комнате, массируя виски. В голове звучали странные слова и фразы на древнерусском языке, словно кто-то настраивал радиоприемник, перескакивая с волны на волну.

Стук в дверь прервал его мучения. На пороге стоял Амир с двумя стаканами чего-то дымящегося.

– Принес тебе анальгетик, – сказал он, протягивая один стакан. – Помогает после имплантации.

Алексей благодарно принял напиток, который на вкус напоминал травяной чай с медом, но с легким металлическим привкусом.

– Спасибо. Голова раскалывается, словно туда целый словарь затолкали.

– Так и есть, – Амир сел в кресло напротив. – Древнерусский десятого века, плюс базовые знания греческого и латыни, необходимые для той эпохи.

Они помолчали. Анальгетик действовал быстро – головная боль отступала, а вместе с ней приходила странная ясность мыслей.

– Почему ты не идешь со мной? – наконец спросил Алексей. – Мы же хорошая команда.

Амир вздохнул:

– Я бы пошел, но Совет прав – Ярослава для тебя будет лучшим проводником, чем я. Она родилась в той эпохе, понимает ее изнутри.

– А ты?

– У меня другая миссия. Проблемы не только в десятого веке. «Новый путь» активизировался по всей временной линии.

Алексей отпил еще напитка, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло.

– Расскажи мне о Вельте. Что он за человек?

– Опасный, – без колебаний ответил Амир. – Не как Василиск, который действовал грубой силой. Вельт – манипулятор высшего класса. Он изучает слабости людей, их страхи, желания, амбиции, а затем использует это знание, чтобы направить их по нужному ему пути. При этом жертвы даже не осознают, что ими манипулируют.

– И он хочет, чтобы Владимир выбрал… что? Ислам?

– Скорее всего. Или западное христианство. Любой вариант, который изменит геополитическую ориентацию Руси. Но я подозреваю, что целью может быть даже не конкретная религия, а раскол. Представь, если бы часть русских земель приняла одну веру, а часть – другую. Это привело бы к вечному противостоянию, ослаблению государства, возможно, даже к его распаду на враждующие княжества.

Алексей задумался. История России, которую он знал, и так была полна трагедий, войн и разделений. Но все же русский народ сохранил единую культурную и духовную основу, во многом благодаря православию.

– Я не особо силен в истории религии, – признался он. – Но понимаю, насколько важным было принятие православия для формирования русской идентичности.

– Уже хорошо, – улыбнулся Амир. – Православие определило не только духовную жизнь России, но и ее геополитическую ориентацию, культуру, архитектуру, живопись, литературу – всё. Измени этот выбор, и ты получишь совершенно другую страну.

Алексей кивнул, внезапно ощутив тяжесть ответственности, лежащей на его плечах. Это была уже не просто миссия по предотвращению локального исторического изменения. Речь шла о защите самих основ русской цивилизации.

– Что ты знаешь о князе Владимире? – спросил Амир, прерывая его размышления.

– Немного. Креститель Руси, равноапостольный святой… – Алексей напряг память. – Кажется, до принятия христианства был известен как жестокий правитель и многоженец.

– Это лишь поверхностный взгляд, – Амир поставил пустой стакан на стол. – Владимир был сложной личностью. Сын князя Святослава и рабыни Малуши, он пришел к власти через братоубийственную войну, свергнув своего брата Ярополка. Жестокий воин, страстный любитель женщин – у него было несколько жен и сотни наложниц. И в то же время – дальновидный политик, понимавший необходимость культурных и религиозных реформ для объединения разрозненных племен в единое государство.

– Звучит как персонаж «Игры престолов», – усмехнулся Алексей.

– В каком-то смысле так и было, – согласился Амир. – Но не забывай, что его решение принять христианство не было чисто религиозным. Это был политический выбор, определивший место Руси между Западом и Востоком.

Алексей допил свой напиток, чувствуя, как проясняются мысли. Древнерусские слова в его голове больше не звучали хаотично – они выстраивались в стройную систему, которую он начинал понимать.

– Когда я увижу Ярославу? – спросил он. – Нам нужно многое обсудить перед отправкой.

– Завтра. Она подготовит тебя ко всем аспектам миссии, – Амир поднялся. – А сейчас отдыхай. Имплантация – серьезная нагрузка на мозг.

Когда Амир ушел, Алексей подошел к окну. Город будущего сиял миллионами огней в вечернем небе. Где-то там, в другом времени, остались его жена и дочери. Он тосковал по ним каждый день. И всё же… странное чувство предвкушения охватило его при мысли о предстоящей миссии.

Он отправится в колыбель русской цивилизации, станет свидетелем момента, изменившего ход истории. Возможно, даже повлияет на этот момент, защитив его от вмешательства извне.

«Интересно, что сказала бы Лена, узнав, что ее муж собирается встретиться с князем Владимиром и поучаствовать в Крещении Руси?» – подумал он с грустной улыбкой.

За окном пролетела светящаяся капсула, оставляя за собой голубоватый след.

С этими мыслями он лег спать, а в его снах уже возникали образы древнего Киева, могучего князя Владимира и таинственного волхва Велемира, чьи холодные голубые глаза, казалось, видели Алексея насквозь.

ГЛАВА 2. Уроки истории

Алексей проснулся от странного ощущения – словно кто-то пытался достучаться до его сознания. Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Комната в Хранилище Времени выглядела совершенно обычно, но в голове звучали слова на языке, которого он раньше не знал.

«Въстани, уже дьнь есть», – произнес внутренний голос, и Алексей с удивлением понял, что фраза означает "Вставай, уже день настал".

Лингвистический модуль активировался окончательно. Теперь древнерусский язык казался ему таким же естественным, как родной. Странное чувство – словно всю жизнь знал что-то, но только сейчас осознал это.

Дверь в комнату отъехала в сторону, и на пороге появилась Ярослава. Сегодня она была одета в простую тунику из грубой ткани, перехваченную кожаным поясом с металлическими накладками. Длинные темные волосы заплетены в сложную косу, украшенную серебряными нитями.

– Доброе утро, Алексей, – сказала она на чистом русском языке XXI века. – Как себя чувствуешь после имплантации?

– Странно, – честно ответил он, поднимаясь. – Словно в моей голове поселился переводчик.

– Это пройдет. Скоро ты перестанешь замечать разницу между языками, – она жестом пригласила его следовать за ней. – У нас мало времени. Нужно подготовить тебя к миссии.

Тренировочный зал Хранилища напоминал смесь исторического музея и голографического театра. Стены могли трансформироваться, создавая иллюзию любого исторического периода с поразительной детализацией.

– Киев, 986 год, – произнесла Ярослава, и пространство вокруг изменилось.

Они оказались на высоком холме. Внизу раскинулся древний город – деревянные постройки, окруженные мощной крепостной стеной с башнями. На вершинах соседних холмов виднелись языческие капища с грубо вырезанными из дерева идолами. Главный из них – огромная фигура Перуна с серебряной головой и золотыми усами – возвышался над городом, внушая трепет.

– Киев был одним из крупнейших городов Европы того времени, – сказала Ярослава, указывая на раскинувшееся внизу поселение. – Центр торговли, ремесел, важнейший пункт на пути "из варяг в греки". При Владимире город активно развивался, укреплялись связи с соседними государствами.

Алексей внимательно рассматривал детали. Люди внизу занимались повседневными делами – торговали на рынке, несли воду, работали в кузницах. Одежда, утварь, оружие – всё выглядело аутентично, словно они действительно перенеслись в прошлое.

– Это точная реконструкция? – спросил он.

– Максимально точная из возможных, – кивнула Ярослава. – Хранители собирали данные веками, включая археологические находки, летописи, устные предания. То, что ты видишь, на 98% соответствует реальному Киеву десятого века.

Она сделала жест рукой, и картина сменилась. Теперь они стояли во дворе княжеского терема – двухэтажного деревянного здания с резными наличниками и высоким крыльцом.

– Княжеский двор. Здесь живет Владимир со своей семьей и дружиной. Здесь же проходят пиры и принимаются важные решения.

На крыльцо вышел крепкий мужчина средних лет с рыжеватой бородой и властным взглядом. Его голову украшал простой золотой обруч – символ княжеской власти.

– Князь Владимир Святославич, – представила Ярослава. – Сын великого воина Святослава и ключницы Малуши. Пришел к власти в 980 году, убив своего брата Ярополка. Безжалостный воин, страстный мужчина, умный политик.

Алексей внимательно изучал фигуру князя. Крепкий, уверенный в себе мужчина, привыкший повелевать. В его осанке чувствовалась властность, а в глазах – природный ум.

– Что нам известно о его характере? – спросил Алексей.

– Противоречивая личность, – ответила Ярослава. – До крещения – жесткий, суровый правитель, известный своей любовью к пирам и женщинам. У него было несколько официальных жен и сотни наложниц. После принятия христианства многое изменилось – он стал более милосердным, щедрым к бедным, отказался от многоженства.

– Звучит как искреннее религиозное преображение.

– Возможно. Но не забывай, что Владимир был прежде всего политиком. Он понимал, что для объединения разрозненных племен в единое государство нужна общая идеология, общая вера. Язычество с его множеством богов уже не отвечало потребностям растущего государства.

Сцена снова изменилась. Теперь они наблюдали заседание княжеской думы. Владимир сидел на резном троне, вокруг него – седобородые бояре и суровые дружинники.

– Это 986 год, – пояснила Ярослава. – Начало «испытания вер». Владимир принимает послов от разных религий, чтобы выбрать новую веру для Руси.

К князю по очереди подходили представители разных религий: мусульмане в тюрбанах из Волжской Булгарии, иудеи из Хазарии, католические миссионеры из Германии, православные монахи из Византии. Каждый расхваливал достоинства своей веры.

– Вот здесь и начинает действовать Вельт, – сказала Ярослава. – По нашим данным, он внедрился в Киев под именем волхва Велемира примерно за год до этих событий. Сумел завоевать доверие в окружении князя, возможно, используя технологии будущего для создания «чудес» и предсказаний.

– А что известно о настоящем выборе Владимира? Почему он в итоге предпочел православие?

– По летописям, решающим фактором стало посольство в Константинополь. Послы Владимира были поражены красотой византийских храмов, особенно Святой Софии. «Не знали, на небе мы или на земле», – так они описали свои впечатления. Кроме того, политический союз с Византией, скрепленный браком с принцессой Анной, был выгоден для укрепления международного положения Руси.

Алексей внимательно наблюдал за происходящим, пытаясь запомнить каждую деталь. Лица бояр, расположение построек, детали одежды – всё это могло пригодиться в реальной миссии.

– А что насчет Вельта? Как он выглядит, каковы его методы?

Ярослава сделала жест, и перед ними возникла фигура высокого мужчины с аскетичным лицом и пронзительными голубыми глазами. Длинные седые волосы и борода придавали ему вид мудреца, но в глазах читался холодный расчет.

– Мирослав Вельт, в Киеве известный как волхв Велемир. Один из лучших оперативников «Нового пути». Психолог, манипулятор, мастер внушения. В отличие от грубых методов Василиска, он действует тонко, влияя на решения людей через их окружение, играя на их страхах, амбициях, желаниях.

– Какова его цель?

– Скорее всего, склонить Владимира к принятию ислама. Это радикально изменило бы геополитическую ориентацию Руси, связав ее с восточным миром вместо византийского. Альтернативный вариант – западное христианство, что привело бы Русь в орбиту влияния Священной Римской империи. Но возможно, его истинная цель – создать религиозный раскол, когда разные части Руси примут разные религии, что приведет к вечному противостоянию и ослаблению государства.

– Как он может этого добиться?

– Множеством способов. Подменить настоящих послов своими агентами. Повлиять на выбор посольств, которые Владимир отправит для изучения разных религий. Организовать покушение на византийскую принцессу Анну, чтобы сорвать брак с Владимиром. Возможно, использовать технологии будущего для создания «чудес» в пользу той религии, которую он продвигает.

Алексей задумчиво потер подбородок.

– А что насчет ключевых фигур того времени? Кто имел наибольшее влияние на Владимира?

– Прежде всего, его дядя по материнской линии, Добрыня, – Ярослава указала на крепкого мужчину с умным взглядом, стоявшего рядом с княжеским троном. – Опытный воин и мудрый советник. Именно он управлял Новгородом, когда юный Владимир был там посадником. Добрыня поддерживал связи с Византией и склонялся к православию.

Сцена изменилась, показывая другого человека – сурового воина с шрамом через всё лицо.

– Путята, воевода Владимира. Отвечал за военную силу, командовал дружиной. Жесткий, прямолинейный, но преданный князю. Консервативен, долго сопротивлялся отказу от язычества.

Еще одна смена сцены – теперь перед ними предстал седобородый старец в простой одежде.

– Жрец Перуна, верховный волхв Киева. Его имя не сохранилось в летописях, но известно, что он имел огромное влияние на народ. Естественно, был категорически против принятия любой новой религии, особенно христианства, требовавшего уничтожения языческих идолов.

Алексей внимательно изучал каждого персонажа, пытаясь запомнить лица, манеру поведения, особенности речи.

– А что насчет простых людей? Как они отнеслись к крещению?

– По-разному, – ответила Ярослава. – В Киеве большинство подчинилось воле князя, хотя и не без сопротивления. В других городах, особенно в Новгороде, противодействие было сильнее. Известна фраза «Путята крестил мечом, а Добрыня – огнем», отражающая насильственный характер христианизации некоторых регионов.

Голограмма изменилась, показывая сцену массового крещения киевлян в водах Днепра. Тысячи людей стояли в реке, а священники в богатых облачениях совершали обряд.

– Это произошло после возвращения Владимира из Корсуни, – пояснила Ярослава. – Летом 988 года. Ключевой момент в истории Руси – рождение новой христианской цивилизации.

Алексей внимательно наблюдал за происходящим, пытаясь представить себя в этой сцене. Через несколько дней он действительно окажется там, в реальном Киеве десятого века, и от его действий будет зависеть, состоится ли это историческое событие в его первоначальном виде.

– Какой будет наша легенда? – спросил он, поворачиваясь к Ярославе. – Как мы объясним свое появление в Киеве?

– Ты будешь лекарем из дальних земель, – ответила она. – Это проверенная легенда, которая уже работала для тебя в XVI веке. Твои знания современной медицины, адаптированные к средствам того времени, произведут впечатление. Я буду твоей сестрой и помощницей. Мы скажем, что прибыли из Византии, изучив там искусство врачевания.

– Почему именно из Византии?

– Это даст нам преимущество при дворе, особенно когда начнется обсуждение религиозного выбора. Как люди, знакомые с православием, мы сможем достоверно рассказать о нем Владимиру.

Алексей кивнул. План звучал разумно.

– Что еще мне нужно знать о той эпохе? Обычаи, табу, особенности поведения?

– Многое, – улыбнулась Ярослава. – Но не беспокойся, я буду рядом и помогу тебе адаптироваться. Главное – помни, что десятого век был жестоким временем. Жизнь человека стоила недорого. Владимир до крещения был известен своей беспощадностью к врагам. Будь осторожен в словах и действиях.

Она сделала паузу, а затем добавила более серьезным тоном:

– И еще одно, Алексей. Не забывай, что наша миссия – наблюдать и корректировать, а не полностью менять ход событий. Мы должны нейтрализовать влияние Вельта, но не брать на себя роль создателей истории. Каждое значительное вмешательство создает рябь во временном потоке, которая может привести к непредсказуемым последствиям.

– Я понимаю, – кивнул Алексей. – Минимальное вмешательство для достижения максимального результата.

– Именно, – подтвердила Ярослава. – А теперь давай продолжим. У нас еще много материала для изучения.

Голограмма снова изменилась, показывая карту Киевской Руси и соседних государств. Начался новый урок истории, который Алексею предстояло не просто выучить, а прожить в реальности.

Вечером, после долгого дня обучения, Алексей сидел в своей комнате, просматривая голографические записи о Киевской Руси десятого века. Голова была переполнена информацией – имена, даты, события, обычаи, религиозные практики… Он чувствовал себя студентом перед важным экзаменом, только ставкой была не оценка, а судьба целой цивилизации.

Раздался стук в дверь, и на пороге появился Амир с небольшой металлической коробкой в руках.

– Как подготовка? – спросил он, входя в комнату.

– Интенсивно, – ответил Алексей. – Ярослава – требовательный учитель. Но я многое узнал о том периоде.

– Она лучший специалист по Древней Руси, – кивнул Амир, садясь напротив. – Родилась и выросла в той эпохе, а потом провела десятилетия, изучая ее как Хранитель.

Он положил коробку на стол между ними.

– Что это? – спросил Алексей.

– Твое снаряжение для миссии, – Амир открыл коробку. – Ничего футуристического, что могло бы вызвать подозрения в десятого веке, но несколько полезных вещей.

Он достал небольшой кожаный мешочек.

– Лекарский набор. Травы, настойки, простейшие инструменты – всё аутентично для того времени, но эффективнее благодаря нашим знаниям. Поможет поддержать твою легенду лекаря.

Следующим был небольшой серебряный амулет на кожаном шнурке.

– Коммуникатор, замаскированный под обычное украшение. Позволит тебе связываться с Ярославой, если вы разделитесь. Активируется прикосновением и мысленной командой.

Затем Амир извлек из коробки обычный с виду кинжал в простых ножнах.

– Оружие последнего шанса. Выглядит как обычный нож, но лезвие сделано из материала, который не существовал в десятого веке. Прорежет почти любую броню того времени.

Последним предметом был маленький кристалл, похожий на драгоценный камень.

– Аварийный маяк. В случае крайней необходимости разбей его, и спасательная команда Хранителей прибудет в течение минуты. Но используй только в абсолютно безвыходной ситуации – любое появление Хранителей в прошлом создает временные аномалии.

Алексей внимательно осмотрел каждый предмет, запоминая их особенности и способы использования.

– Спасибо, Амир. Это должно помочь.

Амир кивнул, но его лицо оставалось серьезным.

– Есть еще кое-что, о чем ты должен знать, – сказал он после паузы. – Совет не хотел говорить тебе, но я считаю, что ты имеешь право знать.

Алексей напрягся:

– Что именно?

– Это касается твоей семьи, – Амир встретился с ним взглядом. – Во время твоего отсутствия в твоем настоящем прошло больше времени, чем мы предполагали. Почти год.

Алексей почувствовал, как сердце сжалось.

– Год? Но ты говорил, что временные потоки движутся по-разному, что для них прошло всего несколько дней!

– Так и было после твоего первого путешествия в XVI век. Но каждое новое перемещение во времени создает… искажения. Временные линии начинают расходиться. Мы не можем точно контролировать этот процесс.

Алексей встал и начал ходить по комнате, пытаясь осмыслить услышанное.

– Что с ними? С Леной, Дариной, Василисой? Они в порядке?

Амир вздохнул:

– Они живы и здоровы. Но твое исчезновение было для них тяжелым ударом. Особенно для Лены. Полиция, поиски, расследование… Все безрезультатно, конечно.

Алексей остановился, чувствуя, как внутри нарастает гнев.

– Почему ты не сказал мне раньше? Почему Совет скрыл это?

– Мы боялись, что это повлияет на твое решение принять миссию, – честно ответил Амир. – А она слишком важна.

– Важнее моей семьи? – голос Алексея дрожал от сдерживаемых эмоций.

– Важнее миллионов семей, которые никогда не появятся, если история изменится, – твердо сказал Амир. – Я не горжусь этим решением, Алексей. Поэтому и рассказываю тебе сейчас, вопреки указаниям Совета.

Они замолчали. Алексей подошел к окну, глядя на ночной город будущего. Где-то там, в другом времени, его жена и дочери жили без него уже целый год. Что они думают? Считают ли его погибшим? Или, что еще хуже, решили, что он бросил их?

– Есть ли… есть ли способ связаться с ними? – наконец спросил он. – Хотя бы дать знать, что я жив?

Амир покачал головой:

– Слишком рискованно. Любой контакт может создать новые временные аномалии. И привлечет внимание «Нового пути».

– А после завершения миссии? – Алексей повернулся к нему. – Я смогу вернуться к ним?

Амир помолчал, словно взвешивая, сколько правды можно раскрыть.

– Теоретически – да. Но каждое новое путешествие во времени делает возвращение всё более сложным. Временные линии расходятся, создаются альтернативные потоки…

– Говори прямо, Амир, – потребовал Алексей. – Каковы мои шансы вернуться домой после этой миссии?

– Около 30%, – неохотно признался Амир. – И с каждой новой миссией они будут уменьшаться.

Алексей сжал кулаки. Тридцать процентов. Меньше трети. И это если всё пройдет идеально.

– Ты всё еще хочешь участвовать? – спросил Амир после долгой паузы. – У тебя есть право отказаться.

Алексей глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться и мыслить рационально. Отказ от миссии не гарантировал возвращения к семье. А если Вельт преуспеет в своих планах, то изменится вся история России. Возможно, в той новой реальности его семья вообще не будет существовать.

– Я сделаю это, – наконец сказал он. – Но не ради Совета Хранителей или абстрактной «правильной истории». Ради Лены, Дарины и Василисы. Ради их будущего, даже если меня не будет рядом с ними.

Амир кивнул с видимым облегчением:

– Я знал, что ты так решишь. Но ты заслуживал знать правду.

Он встал, собираясь уходить, но остановился у двери:

– Ещё кое-что, Алексей. Я не могу обещать, что ты вернешься к семье. Но я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе. Даже если придется нарушить правила Совета.

ГЛАВА 3. Погружение в прошлое

Утро отправления наступило слишком быстро. После бессонной ночи, проведенной в размышлениях о семье и предстоящей миссии, Алексей чувствовал себя разбитым. Но когда он вошел в транспортационный зал Хранилища, усталость отступила, сменившись концентрацией и решимостью.

Зал представлял собой огромное круглое помещение с куполообразным потолком. В центре располагалась платформа, окруженная светящимися кольцами из неизвестного металла. Вокруг суетились техники, настраивая оборудование и проверяя показания приборов.

Ярослава уже ждала его. Сегодня она была одета в простое льняное платье с вышивкой, характерной для зажиточных женщин Киевской Руси. Волосы заплетены в косу и спрятаны под головной убор – повойник. На шее – серебряный амулет, такой же, как выдали Алексею.

– Готов? – спросила она, окидывая его внимательным взглядом.

Алексей кивнул, поправляя свою одежду – простую рубаху из грубого полотна, штаны из домотканой материи, кожаные сапоги и плащ, перехваченный на плече фибулой. На поясе висел кинжал, подаренный Амиром, а за спиной – небольшая сума с лекарскими принадлежностями.

– Насколько это будет… болезненно? – спросил он, глядя на светящуюся платформу.

– Первый раз всегда тяжелый, – честно ответила Ярослава. – Особенно при перемещении на такое большое расстояние во времени. Но ты справишься.

К ним подошел Амир, держа в руках небольшой контейнер.

– Последние приготовления, – сказал он, открывая контейнер. Внутри лежали две капсулы, наполненные светящейся голубоватой жидкостью. – Темпоральный стабилизатор. Поможет вашим организмам адаптироваться к резкому перемещению во времени.

Алексей взял одну из капсул. Она была теплой на ощупь и слегка пульсировала, словно живая.

– Прими непосредственно перед прыжком, – инструктировал Амир. – Действует мгновенно.

Совет Хранителей в полном составе присутствовал при отправке. Элара выступила вперед:

– Хранитель Новиков, Хранитель Ярослава, ваша миссия критически важна для сохранения временной линии. Вы отправляетесь в один из ключевых моментов формирования русской цивилизации. Помните: ваша задача – нейтрализовать влияние агентов «Нового пути» и обеспечить естественный ход исторических событий.

– Мы понимаем важность задачи, – ответила Ярослава с легким поклоном.

– Координаты установлены на весну 986 года, окрестности Киева, – продолжила Элара. – Это даст вам время внедриться в общество до начала «испытания вер». Вы будете поддерживать связь с Хранилищем через коммуникаторы, замаскированные под амулеты. В случае крайней необходимости используйте аварийный маяк.

Техники закончили приготовления, и платформа в центре зала засветилась ярче.

– Пора, – сказал Амир, пожимая руку Алексею. – Удачи, друг. И помни: что бы ни случилось, ты делаешь это не только ради истории, но и ради своей семьи.

Алексей кивнул, не доверяя своему голосу. Вместе с Ярославой они поднялись на платформу. Кольца вокруг начали вращаться, набирая скорость, а свечение усилилось.

– Приготовься, – сказала Ярослава, доставая свою капсулу со стабилизатором. – Когда я скажу, прими капсулу и закрой глаза.

Кольца вращались всё быстрее, сливаясь в сплошной световой круг. Воздух наполнился странным гудением, а платформа под ногами начала вибрировать.

– Сейчас! – скомандовала Ярослава.

Алексей принял капсулу и закрыл глаза. В тот же миг его тело пронзила острая боль, словно каждая клетка разрывалась на части, а затем собиралась заново. Он почувствовал, как теряет ощущение пространства и времени, проваливаясь в бесконечную пустоту.

А потом всё закончилось.

Первое, что почувствовал Алексей, – запах. Свежий весенний воздух, наполненный ароматами трав и цветов. Затем пришли звуки – пение птиц, шелест листвы. И наконец, он ощутил твердую землю под ногами и теплые лучи солнца на лице.

– Добро пожаловать в 986 год, – сказала Ярослава, стоявшая рядом. В отличие от Алексея, она выглядела совершенно спокойной, словно перемещение во времени было для нее обычным делом. – Как себя чувствуешь?

– Голова кружится, и немного тошнит, – признался Алексей. – Но в целом… лучше, чем я ожидал.

– Стабилизатор помогает, – кивнула Ярослава. – Без него ты бы сейчас лежал без сознания. Первый прыжок назад всегда самый тяжелый, особенно на такое расстояние.

Она огляделась, оценивая обстановку.

– Нам нужно спуститься к дороге, – сказала она, указывая на пыльную тропу, уходящую вдаль. – Там проходят торговые караваны. Присоединимся к одному из них – так будет менее подозрительно.

Они начали спускаться с холма. Алексей шел осторожно, всё еще привыкая к ощущениям. Каждый шаг отдавался в голове тупой болью, но с каждой минутой становилось легче.

– На всякий случай, напомню тебе нашу легенду, – произнесла Ярослава, увидев болезненное состояние напарника. – Ты – лекарь Алексей из Царьграда, я – твоя сестра Яра. Мы изучали искусство врачевания у византийских мастеров и теперь путешествуем по миру, предлагая свои услуги. Услышали о великом князе киевском и решили предложить ему свои умения.

– А если спросят подробности о Константинополе?

– Я жила там несколько лет, когда была Хранителем-стажером, – ответила Ярослава. – Знаю город достаточно хорошо, чтобы ответить на любые вопросы. А твой лингвистический модуль включает базовые знания греческого, так что сможешь поддержать разговор.

Они вышли на дорогу и увидели приближающийся караван – несколько повозок, груженных товарами, в сопровождении вооруженных охранников. Ярослава подняла руку, привлекая внимание.

Караван остановился. Вперед выехал бородатый мужчина на крепком коне – видимо, старший в группе.

– Кто такие? – спросил он, подозрительно оглядывая незнакомцев.

– Путники из Царьграда, – ответила Ярослава на древнерусском. – Я – Яра, а это мой брат Алексей, искусный лекарь. Держим путь в Киев, к княжескому двору.

Купец окинул их оценивающим взглядом.

– Из Царьграда, говоришь? – он перешел на ломаный греческий. – Χαίρετε, ξένοι. (Приветствую вас, чужестранцы.)

– Χαίρετε και εσείς, καλέ κύριε, – ответил Алексей, удивляясь, как легко с языка слетают незнакомые слова. – Ταξιδεύουμε μακριά και είμαστε κουρασμένοι. (Приветствуем и вас, добрый господин. Мы проделали долгий путь и устали.)

Купец удовлетворенно кивнул, возвращаясь к русскому:

– Что ж, похоже, вы действительно из Царьграда. Можете присоединиться к нашему каравану. До Киева полдня пути, к вечеру будем у ворот.

Он указал на одну из повозок:

– Можете ехать там. Только плату вперед – серебром или товаром.

Ярослава достала из своей сумки небольшой браслет:

– Этого хватит?

Купец взял украшение, внимательно осмотрел, даже попробовал на зуб, и кивнул:

– Хватит. Залезайте, скоро тронемся.

Они забрались в повозку, груженную мешками с зерном и тюками с тканями. Места было немного, но после перемещения во времени даже это казалось роскошью.

– Всё идет по плану, – тихо сказала Ярослава, когда караван тронулся. – К вечеру будем в Киеве. Нужно найти жилье и начать устанавливать контакты.

Алексей кивнул, разглядывая проплывающие мимо пейзажи. Леса, перемежающиеся с полянами, небольшие деревушки вдоль дороги, крестьяне, работающие на полях… Всё выглядело одновременно чужим и странно знакомым – словно иллюстрация из учебника истории ожила перед глазами.

– Это действительно происходит, – пробормотал он. – Я на самом деле в Киевской Руси десятого века.

– И у нас есть работа, – напомнила Ярослава. – Мирослав Вельт уже здесь, уже влияет на события. Нам нужно его найти и нейтрализовать его воздействие.

Алексей вспомнил холодные голубые глаза на голографическом изображении Вельта. Где-то в Киеве этот человек из будущего уже плел свои интриги, стремясь изменить ход истории. И только они могли ему помешать.

Караван медленно двигался по дороге к Киеву – колыбели русской цивилизации, месту, где вскоре должен был произойти выбор, определивший судьбу целого народа на тысячелетие вперед.

К вечеру, повозки поднялись на зеленый холм, поросший молодой травой. Внизу, примерно в полуверсте, раскинулся город, обнесенный деревянной стеной с башнями. За городской стеной виднелись крыши домов, а на самом высоком холме возвышался княжеский терем и капище с огромной статуей Перуна.

– Киев, – прошептал Алексей, с трудом веря своим глазам.

Спустившись с холма, караван подошел к киевским воротам. Солнце клонилось к закату, окрашивая деревянные стены города в золотистые тона. У ворот толпились люди – торговцы, крестьяне, ремесленники, воины. Стражники внимательно осматривали входящих, иногда требуя плату за проход.

– Что теперь? – спросил Алексей, когда они спустились с повозки.

– Нужно найти жилье, – ответила Ярослава. – В городе должны быть постоялые дворы для приезжих.

Они поблагодарили купца за помощь и направились к воротам. Стражники – крепкие мужчины в кольчугах, с копьями и щитами – окинули их подозрительными взглядами.

– Кто такие? Зачем в Киев? – спросил один из них, преграждая путь.

– Лекарь Алексей из Царьграда и сестра его Яра, – ответила Ярослава. – Прибыли предложить свои услуги княжескому двору.

– Лекарь, говоришь? – стражник прищурился. – А что лечить умеешь?

– Раны, горячку, хвори женские и детские, зубную боль, – начал перечислять Алексей. – В Царьграде у лучших мастеров учился.

Стражник потер подбородок, словно что-то обдумывая, затем кивнул:

– Что ж, проходите. Только знайте: к князю просто так не попасть. Сперва к воеводе Путяте идите, он решит, достойны ли вы княжеского внимания.

– Где найти воеводу? – спросил Алексей.

– В детинце, у княжеского терема. Но сегодня уже поздно, придете завтра. А ночь можете провести на постоялом дворе у Микулы – вон там, за торговой площадью.

Стражник указал на двухэтажное деревянное здание в глубине улицы. Поблагодарив его, Алексей и Ярослава прошли через ворота и оказались в городе.

Киев десятого века был шумным, живым организмом. Узкие улочки, вымощенные деревянными плахами, двух-трехэтажные срубы зажиточных горожан, простые избы бедняков, лавки ремесленников, торговые ряды… Всюду сновали люди – мужчины в простых рубахах и портах, женщины в сарафанах и повойниках, дети, собаки, куры. В воздухе стоял смешанный запах дыма, готовящейся пищи, навоза, дубленых кож и множества других ароматов средневекового города.

– Впечатляет, правда? – тихо спросила Ярослава, заметив, как Алексей крутит головой, разглядывая всё вокруг. – Киев один из крупнейших городов Европы этого времени.

– Это… невероятно, – признался Алексей. – Одно дело видеть реконструкции и совсем другое – оказаться здесь по-настоящему.

Они прошли через торговую площадь, где, несмотря на приближающуюся ночь, всё еще кипела жизнь. Торговцы предлагали свои товары – меха, ткани, глиняную посуду, украшения, оружие. Где-то играл гусляр, собирая вокруг себя толпу слушателей. Бородатый мужчина в странном одеянии, расшитом непонятными символами, громко вещал что-то о воле богов и приближающихся переменах.

– Волхв, – пояснила Ярослава, проследив за взглядом Алексея. – Языческий жрец. Они имеют большое влияние в народе.

– Это Вельт? – напрягся Алексей.

– Нет, это обычный волхв. Вельт действует тоньше и ближе к власти. Мы найдем его, но сначала нужно обустроиться.

Они подошли к постоялому двору – двухэтажному срубу с крытым крыльцом и резными наличниками на окнах. Внутри было шумно и многолюдно. За длинными столами сидели путники и местные жители, ели, пили, громко разговаривали. В углу трое мужчин играли в какую-то настольную игру, похожую на шашки. Воздух был насыщен запахами жареного мяса, хлеба и меда.

К ним подошел плотный мужчина с окладистой бородой – видимо, хозяин.

– Чего желаете, добрые люди? – спросил он, оглядывая незнакомцев.

– Комнату на двоих и ужин, – ответила Ярослава. – Мы издалека, из Царьграда.

– Из Царьграда? – брови хозяина поползли вверх. – Надолго к нам?

– Как получится, – уклончиво ответил Алексей. – Я лекарь, ищу работу при княжеском дворе.

– Лекарь? – хозяин заинтересовался. – Это хорошо. У князя Владимира как раз нет постоянного лекаря, с тех пор как старый Никифор помер зимой. А княжна Предслава часто хворает, да и сам князь после зимнего похода кашляет.

Алексей и Ярослава переглянулись. Это была ценная информация.

– Комната у меня есть, хорошая, на втором ярусе, – продолжил хозяин. – Серебром платить будете или товаром?

Ярослава достала еще один серебряный браслет:

– Этого хватит на неделю?

Хозяин взял украшение, внимательно осмотрел его и кивнул:

– Хватит. Идемте, покажу вашу комнату, а потом спускайтесь ужинать.

Комната оказалась небольшой, но чистой. Два ложа, покрытые меховыми одеялами, сундук для вещей, столик у окна, глиняный кувшин с водой. Окно выходило на главную улицу, откуда доносился шум вечернего города.

– Располагайтесь, – сказал хозяин. – Ужин внизу, когда будете готовы.

Когда он ушел, Ярослава тщательно осмотрела комнату, проверяя, нет ли щелей в стенах или других мест, откуда их могли бы подслушать.

– Кажется, достаточно безопасно, – наконец сказала она, садясь на одно из лож. – Завтра пойдем к воеводе Путяте. Если повезет, он представит нас князю.

– А что насчет Вельта? – спросил Алексей. – Как мы его найдем?

– Если он действительно влиятельная фигура при дворе, о нем будут говорить. Нужно слушать, собирать информацию. Сегодня за ужином попробуем разговорить хозяина и других посетителей.

Алексей кивнул, снимая с плеча суму с лекарскими принадлежностями и проверяя ее содержимое. Всё было на месте – травы, настойки, простейшие инструменты, бинты из чистого льна.

– Ты действительно будешь лечить людей? – спросила Ярослава, наблюдая за его приготовлениями.

– Конечно, – ответил Алексей. – Это не только часть нашей легенды, но и способ завоевать доверие. К тому же, я реально могу помочь многим людям здесь. Мои знания современной медицины, даже адаптированные к средствам десятого века, намного опережают местные практики.

Ярослава улыбнулась:

– Ты изменился, Алексей. Когда Амир впервые привел тебя в Хранилище, ты был растерян и подавлен. Теперь ты выглядишь… увереннее.

– Жизнь в XVI веке и три месяца подготовки в XXII веке меняют человека, – усмехнулся Алексей. – К тому же, теперь у меня есть цель. Защитить историю, чтобы защитить будущее моей семьи.

Его лицо стало серьезным.

– Амир рассказал мне, что в моем времени прошел почти год. Лена и девочки… они, наверное, думают, что я погиб или бросил их.

Ярослава положила руку ему на плечо:

– Мы сделаем всё возможное, чтобы ты вернулся к ним. Но сначала нужно выполнить миссию.

Алексей кивнул, собираясь с мыслями.

– Ты права. Давай спустимся на ужин и попробуем что-нибудь узнать о ситуации при дворе.

В общем зале постоялого двора было шумно и многолюдно. Они нашли свободные места за одним из длинных столов и заказали ужин – жареное мясо, хлеб, овощи и медовуху. Еда оказалась простой, но сытной, а напиток – крепким и сладким.

Постепенно Алексей и Ярослава разговорились с соседями по столу – купцом из Новгорода, странствующим ремесленником и местным кожевником. Разговор естественным образом перешел к новостям города и княжеского двора.

– Говорят, князь Владимир задумал что-то важное, – сказал купец, отхлебывая из кружки. – С боярами и старейшинами часто совещается.

– О чем совещается? – как бы между прочим спросил Алексей.

Купец понизил голос:

– О вере новой. Говорят, хочет князь от старых богов отказаться, новую веру принять. Только никак решить не может, какую.

– А что народ думает? – поинтересовалась Ярослава.

– Народ разное думает, – вмешался кожевник. – Кто-то говорит, что нельзя от дедовских богов отказываться, гнев их будет страшен. Другие считают, что князю виднее. А волхвы против, конечно. Особенно Велемир.

Алексей и Ярослава переглянулись. Вот оно – первое упоминание их цели.

– Велемир? – как можно более равнодушно спросил Алексей. – Кто это?

– Волхв новый, – ответил кожевник. – Появился около года назад, откуда – никто не знает. Говорит, что из северных земель пришел. Сначала простым волхвом был, потом предсказал засуху, и она случилась. Потом княжичу Святополку жизнь спас, когда тот с коня упал и чуть шею не сломал. С тех пор в почете при дворе, к князю вхож.

– И что он думает о новой вере? – спросила Ярослава.

– Говорит, что боги разгневаются, если князь от них отвернется, – ответил кожевник. – Но странно говорит, не как другие волхвы. Не грозит карами, а рассуждает мудро, с примерами из разных земель. Многие его слушают.

– А сам князь к нему прислушивается? – поинтересовался Алексей.

Кожевник пожал плечами:

– Кто ж его знает? Князь Владимир – человек скрытный. Но Велемира не прогоняет, значит, слушает.

– А что насчет других вер? – спросила Ярослава. – Какую князь склоняется принять?

– Вот этого не ведаем, – вмешался ремесленник, до сих пор молчавший. – Говорят, приглашены иноземцы от разных вер – и от болгар волжских с их верой басурманской, и от немцев с их верой латинской, и от хазар с их верой иудейской. Их князь выслушает, потом, наших послов в дальние земли отправят, чтобы сами посмотрели, как там люди богам поклоняются.

– И когда это будет? – спросил Алексей.

– Скоро, – ответил купец. – Может, через неделю, может, через две. Как раз вовремя вы прибыли, если к княжескому двору хотите попасть.

Разговор перешел на другие темы, но Алексей и Ярослава уже получили ценную информацию. Вельт, под именем волхва Велемира, уже занял влиятельное положение при дворе и, судя по всему, пытался повлиять на религиозный выбор князя.

Когда они вернулись в свою комнату, Ярослава активировала коммуникатор, замаскированный под амулет. Тихий голос Амира заполнил пространство:

– Ярослава, Алексей, как прошло прибытие?

– Успешно, – ответила Ярослава. – Мы в Киеве, легенда работает. Завтра попытаемся получить аудиенцию у воеводы Путяты, а через него – у князя.

– Что насчет Вельта?

– Он здесь, – сказал Алексей. – Под именем волхва Велемира. Уже около года при дворе, имеет влияние на князя и его окружение.

– Его цель?

– Судя по всему, пытается сохранить язычество или направить выбор Владимира в сторону ислама, – ответила Ярослава. – Князь пригласил иностранцев разных конфессий, далее планирует отправить своих людей, чтобы посмотрели, как проводятся богослужения, узнали о влиянии религии на местах.

– Это соответствует историческим данным, – подтвердил Амир. – В 986-987 годах Владимир принимал послов и отправлял свои посольства. Ключевой момент – впечатления послов от православного богослужения в Константинополе. Если Вельт повлияет на состав посольства или исказит их отчет, это может изменить решение князя.

– Мы постараемся внедриться в окружение князя до отправки посольств, – сказала Ярослава. – Возможно, даже войти в состав одного из них.

– Действуйте осторожно, – предупредил Амир. – Вельт опасен именно своей способностью манипулировать людьми. Он может распознать вас как угрозу.

– Мы будем осторожны, – заверил Алексей. – Завтра начнем активные действия.

– Удачи, – сказал Амир перед тем, как связь прервалась.

Ярослава спрятала амулет и повернулась к Алексею:

– Нам нужно отдохнуть. Завтра важный день.

Алексей кивнул, но сон не шел. Лежа на жестком ложе, он смотрел в потолок и думал о предстоящей миссии. Где-то в этом древнем городе находился человек из будущего, стремящийся изменить ход истории. И только от них с Ярославой зависело, сможет ли он осуществить свой план.

За окном шумел вечерний Киев десятого века – колыбель русской цивилизации, место, где вскоре должен был произойти выбор, определивший судьбу целого народа на тысячелетие вперед.

ГЛАВА 4. При княжеском дворе

Утро выдалось ясным и теплым. Алексей проснулся от звуков просыпающегося города – криков петухов, голосов торговцев, скрипа телег. Через небольшое окно в комнату проникали солнечные лучи, освещая простую обстановку.

Ярослава уже не спала. Она сидела у окна, заплетая свои длинные волосы в традиционную косу.

– Доброе утро, – сказала она, заметив, что Алексей проснулся. – Как спалось на древнерусском ложе?

– Жестковато, – признался Алексей, потирая затекшую шею. – Но я выспался. Что у нас по плану?

– Сначала завтрак, потом идем в детинец к воеводе Путяте. Нужно произвести хорошее впечатление, чтобы он представил нас князю.

Они спустились в общий зал, где уже собрались постояльцы на завтрак. Хозяин подал им горячую кашу, хлеб, сыр и квас. Еда была простой, но сытной.

За соседним столом сидел пожилой человек с длинной седой бородой, одетый в простую, но добротную одежду. Он с интересом наблюдал за Алексеем и Ярославой.

– Из Царьграда, говорят? – наконец спросил он, подсаживаясь к ним.

– Да, – кивнул Алексей. – А вы?

– Я Микула, купец. Много лет торгую с Царьградом, хорошо знаю тамошние обычаи, – старик прищурился. – Мне сказали, ты лекарь?

– Верно, – подтвердил Алексей. – Учился у лучших мастеров Константинополя.

– И что лечить умеешь?

– Многое, – Алексей перечислил различные болезни и травмы, которые мог лечить с помощью своих знаний и имеющихся средств.

Старик внимательно выслушал, затем кивнул:

– У меня внук хворает. Третий день жар, кашель, слабость. Местные знахари не помогают. Посмотришь?

Алексей переглянулся с Ярославой. Это был шанс заработать репутацию в городе.

– Конечно, – ответил он. – Где живет твой внук?

– Недалеко отсюда, в купеческой слободе. Можем пойти прямо сейчас.

– Сначала нам нужно к воеводе Путяте, – вмешалась Ярослава. – А после полудня брат посмотрит твоего внука.

Старик нахмурился, но согласился:

– Хорошо. Буду ждать вас в полдень у своего дома – спросите у любого, где живет купец Микула, вам покажут.

Когда старик ушел, Ярослава тихо сказала:

– Это хороший шанс. Если вылечишь внука уважаемого купца, о тебе быстро узнают в городе. Может даже дойти до княжеского двора.

– Надеюсь, ничего серьезного, – ответил Алексей. – С моими средствами я могу вылечить простуду или легкую инфекцию, но не что-то вроде пневмонии в тяжелой форме.

Закончив завтрак, они отправились в детинец – центральную, укрепленную часть города, где находились княжеский терем, дома знати и главные храмы. Детинец располагался на высоком холме, откуда открывался вид на весь город и реку Днепр.

У входа в детинец стояла стража – суровые дружинники в кольчугах, с копьями и щитами. Они внимательно осматривали всех входящих.

– Куда и зачем? – спросил один из стражников, преграждая путь.

– К воеводе Путяте, – ответил Алексей. – Я лекарь из Царьграда, прибыл предложить свои услуги княжескому двору.

Стражник окинул их подозрительным взглядом:

– Оружие есть?

Алексей показал свой нож:

– Только это, для лекарских дел.

Стражник кивнул:

– Ждите здесь.

Он отошел и вскоре вернулся с человеком в богатой одежде, который представился помощником воеводы.

– Следуйте за мной, – сказал помощник. – Воевода Путята сейчас занят с князем, но скоро освободится.

Они прошли через детинец, мимо богатых домов бояр и дружинников. Вокруг сновали слуги, ремесленники, воины. В центре возвышался княжеский терем – двухэтажное деревянное здание с резными наличниками и высоким крыльцом. Рядом стояли хозяйственные постройки, конюшни, оружейные.

Помощник воеводы привел их в небольшое строение рядом с теремом:

– Подождите здесь. Воевода придет, когда освободится.

Когда он ушел, Алексей огляделся. Комната была простой, но чистой – стол, несколько лавок, оружие на стенах. Через окно виднелся княжеский двор, где слуги и дружинники занимались своими делами.

– Что мы скажем воеводе? – тихо спросил Алексей.

– Правду, частично, – ответила Ярослава. – Что ты лекарь из Византии, ищешь службу при дворе могущественного правителя. Упомяни, что лечил знатных людей в Константинополе. Если потребуются доказательства твоего искусства, предложи вылечить кого-нибудь из его людей.

Ждать пришлось долго. Наконец дверь открылась, и вошел крепкий мужчина средних лет с суровым лицом, изрезанным шрамами. Его простая, но добротная одежда указывала на высокий статус, а на поясе висел богато украшенный меч.

– Я Путята, воевода князя Владимира, – сказал он, окидывая пришельцев оценивающим взглядом. – Говорят, вы из Царьграда?

– Да, господин, – ответил Алексей, слегка поклонившись. – Я Алексей, лекарь, а это моя сестра Яра. Мы прибыли в Киев, чтобы предложить свои услуги великому князю.

– Лекарь? – Путята прищурился. – У нас хватает своих знахарей и волхвов.

– Я учился у лучших врачевателей Константинополя, – сказал Алексей. – Знаю секреты, неведомые местным лекарям. Лечил знатных людей, даже родственников императора.

Это была ложь, но убедительная. Путята, казалось, заинтересовался.

– И что же ты умеешь такого, чего не умеют наши?

Алексей начал рассказывать о методах лечения, которые он якобы изучил в Византии. Большинство из них были на самом деле современными медицинскими практиками, адаптированными к средствам десятого века, но для Путяты они звучали как чудеса.

– Хм, – воевода потер подбородок. – Звучит впечатляюще. Но слова – это одно, а дела – другое. Докажи свое искусство.

– С радостью, господин, – ответил Алексей. – Есть ли кто-то из ваших людей, кто нуждается в лечении?

Путята задумался, затем кивнул:

– Мой помощник Ратибор уже неделю мучается от зубной боли. Ни один знахарь не смог помочь. Если ты избавишь его от боли, я представлю тебя князю.

– Приведите его, и я помогу, – уверенно сказал Алексей.

Воевода отдал распоряжение, и вскоре в комнату вошел молодой дружинник с опухшей щекой. Он держался за лицо и выглядел измученным от боли.

Алексей достал из своей сумы лекарские принадлежности и подозвал Ратибора:

– Сядь и открой рот. Я посмотрю, что с твоим зубом.

Дружинник неохотно повиновался. Алексей осмотрел его рот и обнаружил воспаленный зуб с глубокой кариозной полостью.

– У тебя гнилой зуб, – сказал он. – Нужно очистить его и положить лекарство, которое уберет боль.

Из своей сумы Алексей достал несколько инструментов и флакон с настойкой, которую приготовили для него в Хранилище Времени. Это был мощный анестетик, замаскированный под обычное травяное лекарство.

– Сначала выпей это, – он протянул Ратибору небольшую чашу с настойкой. – Это уменьшит боль.

Дружинник выпил лекарство и через несколько минут с удивлением заметил, что боль начала утихать. Затем Алексей тщательно очистил полость зуба специальным инструментом и заполнил ее смесью трав с антисептическими свойствами.

– Готово, – сказал он, закончив процедуру. – Боль должна уйти полностью к вечеру. Если через три дня снова начнет болеть, приходи ко мне.

Ратибор осторожно потрогал щеку и с изумлением посмотрел на Алексея:

– Боль почти прошла! Это чудо!

Путята наблюдал за процедурой с нескрываемым интересом.

– Впечатляет, – признал он. – Никто из наших лекарей не мог помочь Ратибору.

– Это лишь малая часть того, что я умею, – скромно ответил Алексей. – В Константинополе я лечил раны, горячку, женские болезни, детские хвори.

Воевода задумчиво кивнул:

– Что ж, я сдержу слово. Сегодня вечером князь устраивает пир. Я представлю тебя ему. Приходите к закату к княжескому терему.

– Благодарю, господин, – поклонился Алексей. – Мы будем.

Когда они вышли из детинца, Ярослава тихо сказала:

– Отлично сработано. Первый этап пройден. Теперь нужно произвести впечатление на князя.

– Надеюсь, у него не разболятся зубы прямо на пиру, – усмехнулся Алексей. – Не уверен, что смогу повторить этот трюк без подготовки.

– У тебя есть время до вечера, чтобы подготовиться, – заметила Ярослава. – А сейчас нам нужно к купцу Микуле. Если вылечишь его внука, это добавит тебе репутации.

Дом купца Микулы находился в зажиточной части города. Это был просторный двухэтажный сруб с хозяйственными постройками и небольшим садом. Когда они подошли, сам хозяин уже ждал их у ворот.

– Наконец-то, – проворчал старик. – Внуку всё хуже. Идемте.

Он провел их в дом и поднялся на второй этаж, где в небольшой комнате на ложе лежал мальчик лет десяти. Ребенок был бледен, его лоб покрывала испарина, а дыхание было частым и затрудненным.

Алексей сразу перешел к осмотру. Он проверил пульс, температуру, осмотрел горло и грудную клетку, прослушал дыхание.

– Как давно он болен? – спросил Алексей.

– Четвертый день, – ответил Микула. – Сначала просто кашлял, потом начался жар. Сегодня утром стал задыхаться.

Алексей кивнул. Симптомы указывали на бронхит или начинающуюся пневмонию – опасное состояние в эпоху без антибиотиков.

– Мне нужна горячая вода, чистые ткани и мед, – сказал он, доставая из своей сумы несколько пакетиков с травами.

Пока Микула отдавал распоряжения слугам, Алексей приготовил отвар из трав с мощными противовоспалительными свойствами. К счастью, в его наборе были травы, эффективность которых была научно доказана и в XXI веке.

– Нужно поить его этим отваром каждый час, – сказал он, передавая чашу Микуле. – А этой мазью растирать грудь.

Затем Алексей устроил что-то вроде ингаляции – поставил рядом с ложем мальчика котел с горячей водой, в которую добавил травы, и накрыл ребенка и котел тканью, создавая импровизированную паровую камеру.

– Пусть дышит паром, – объяснил он. – Это поможет очистить легкие.

После процедуры мальчику стало немного легче. Его дыхание выровнялось, а жар немного спал.

– Я оставлю лекарства и объясню, как их применять, – сказал Алексей купцу. – Если всё делать правильно, через два-три дня ему станет значительно лучше. Но я приду проверить его завтра.

Микула был впечатлен:

– Ни один из местных знахарей не смог так помочь. Чем я могу отблагодарить тебя, лекарь?

– Мне не нужна плата, – ответил Алексей. – Но если ты знаешь что-нибудь о волхве Велемире, я был бы благодарен за информацию.

Старик удивленно поднял брови:

– О Велемире? Зачем тебе это?

– Я слышал, что он влиятельный человек при дворе. Если я буду служить князю, полезно знать, с кем придется иметь дело.

Микула огляделся, словно проверяя, не подслушивает ли кто, и понизил голос:

– Велемир – странный человек. Появился около года назад, никто не знает откуда. Говорит, что с севера, но речь у него не северная. Быстро завоевал доверие при дворе, особенно после того, как спас княжича Святополка. Многие считают его великим мудрецом, но есть и те, кто ему не доверяет.

– Почему? – спросила Ярослава.

– Слишком… необычный он. Знает вещи, которые обычный человек знать не может. Говорит странно, не как другие волхвы. И еще… – Микула снова огляделся, – ходят слухи, что он против новой веры, которую князь хочет принять. Но не открыто выступает, а тайно влияет на князя и его окружение.

– А какую веру, по слухам, князь склоняется принять? – спросил Алексей.

– Разное говорят, – пожал плечами купец. – Одни – что греческую, другие – что латинскую, третьи – что басурманскую. Князь держит свои мысли при себе. Послов от разных вер собирается принимать, а скоро, говорят, отправит своих людей посмотреть, как в разных землях богам поклоняются.

Это подтверждало информацию, которую они уже получили. Алексей кивнул:

– Спасибо за рассказ. Я приду завтра проверить твоего внука.

Когда они вышли на улицу, Ярослава тихо сказала:

– Похоже, Вельт действует точно по плану. Внедрился, завоевал доверие и теперь пытается повлиять на выбор князя.

– Нам нужно встретиться с ним, – задумчиво произнес Алексей. – Оценить, насколько он продвинулся в своих планах.

– Возможно, сегодня на пиру у князя, – ответила Ярослава. – Если Велемир действительно влиятелен при дворе, он наверняка будет там.

К вечеру они вернулись в детинец. Княжеский двор был ярко освещен факелами. У входа в терем стояла стража, пропуская только приглашенных. Увидев Алексея и Ярославу, один из стражников окликнул воеводу Путяту, который как раз проходил мимо.

– А, лекарь из Царьграда, – кивнул воевода. – Идите за мной, я представлю вас князю.

Они вошли в просторный зал, где уже собрались гости – бояре, дружинники, купцы, иноземные гости. В центре стоял длинный стол, уставленный яствами и напитками. Во главе стола сидел князь Владимир – крепкий мужчина с рыжеватой бородой и властным взглядом. Рядом с ним – несколько молодых людей, вероятно, его сыновья, и пожилой мужчина, которого Алексей по описанию узнал как Добрыню, дядю князя.

Путята подвел их к князю и поклонился:

– Великий князь, позволь представить тебе лекаря Алексея и его сестру Яру из Царьграда. Лекарь излечил Ратибора от зубной боли, которую никто из наших знахарей не мог унять.

Князь Владимир окинул пришельцев внимательным взглядом:

– Из Царьграда, говоришь? И что же привело тебя в Киев, лекарь?

– Слава о великом князе киевском дошла до самого Константинополя, – ответил Алексей, слегка поклонившись. – Я решил предложить свои услуги могущественному правителю, о мудрости которого говорят во всех землях.

Лесть была грубоватой, но, судя по довольному выражению лица Владимира, попала в цель.

– И что же ты умеешь? – спросил князь.

– Многое, великий князь, – ответил Алексей. – Лечу раны, горячку, женские и детские болезни, зубную боль. Знаю секреты врачевания, неведомые местным лекарям.

– Хм, – Владимир потер подбородок. – У нас как раз нет постоянного лекаря с тех пор, как старый Никифор умер. А дочь моя Предслава часто хворает.

– Я был бы счастлив помочь княжне, – поклонился Алексей.

– Посмотрим на твое искусство, – кивнул князь. – А пока садитесь за стол, отведайте моего хлеба-соли.

Им указали места за столом, не слишком близко к князю, но и не в самом конце. Это было хорошим знаком – их принимали с уважением, хотя и с осторожностью.

Пир был в самом разгаре. Слуги разносили блюда – жареное мясо, рыбу, хлеб, овощи, мед, вино и медовуху. Гусляры играли веселые мелодии, а скоморохи развлекали гостей шутками и трюками.

Алексей внимательно наблюдал за собравшимися, пытаясь выявить Вельта. Его взгляд привлек высокий человек с седой бородой, сидевший недалеко от князя. Он был одет как волхв – в длинную рубаху, расшитую странными символами, с амулетами на шее. Но в отличие от других волхвов, которых Алексей видел в городе, этот выглядел ухоженным, даже изысканным. А главное – его пронзительные голубые глаза выделялись на фоне других присутствующих.

– Это Мирослав Вельт, – Ярослава кивнула головой в сторону волхва. – Смотри, держится как уверенно, сидит близко к князю. Видимо, его положение при дворе действительно прочное.

В этот момент Вельт, словно почувствовав их взгляды, повернул голову и встретился глазами с Алексеем. На мгновение его взгляд стал острым, оценивающим, но затем он вежливо кивнул и вернулся к беседе с сидевшим рядом боярином.

– Он заметил нас, – прошептал Алексей. – Интересно, распознал ли он в нас угрозу?

– Возможно, – ответила Ярослава. – Будь осторожен. Вельт опасен именно своей способностью читать людей.

Пир продолжался. Князь Владимир, известный своей любовью к застольям, был в хорошем настроении. Он громко смеялся, поднимал тосты, иногда вступал в разговор с гостями.

В какой-то момент к их столу подошел Добрыня, дядя князя – пожилой, но еще крепкий мужчина с умными глазами.

– Лекарь из Царьграда, говоришь? – спросил он, садясь рядом с Алексеем. – И давно ли ты покинул Константинополь?

– Около двух месяцев назад, господин, – ответил Алексей.

– И что говорят в Царьграде о нашем князе? – Добрыня внимательно смотрел на Алексея, словно проверяя его.

– Говорят, что князь Владимир – мудрый правитель, объединивший многие племена под своей властью, – дипломатично ответил Алексей. – Говорят также, что он ищет новую веру для своего народа, что свидетельствует о его дальновидности.

Добрыня удовлетворенно кивнул:

– Верно говорят. Князь понимает, что для великого государства нужна единая вера. Старые боги хороши для отдельных племен, но не для державы, которую строит Владимир.

– А какую веру князь склоняется принять? – осторожно спросил Алексей.

Добрыня внимательно посмотрел на него:

– А ты сам какой веры придерживаешься, лекарь?

– Я изучал разные веры, – уклончиво ответил Алексей. – В Константинополе познакомился с христианством греческого обряда и нахожу в нем много мудрости.

– Хм, – Добрыня потер подбородок. – Интересно. Князь тоже проявляет интерес к вере греческой. Но решение еще не принято. Скоро он отправит послов в разные земли, чтобы они своими глазами увидели, как люди поклоняются своим богам.

– Мудрое решение, – кивнул Алексей. – Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

– Именно, – согласился Добрыня. – А ты, лекарь, мог бы быть полезен при дворе. У князя много детей, и некоторые часто болеют. Особенно дочь Предслава. Если сможешь помочь ей, князь щедро наградит.

– Я сделаю всё, что в моих силах, – заверил Алексей.

Добрыня собирался сказать что-то еще, но в этот момент к ним подошел волхв Велемир. Вблизи он выглядел еще более внушительно – высокий, с прямой осанкой и пронзительным взглядом.

– Добрыня, – сказал он с легким поклоном, – князь зовет тебя.

Пока Добрыня шел к князю, Велемир остался стоять рядом с Алексеем и Ярославой.

– Лекарь из Царьграда, – произнес он, и Алексей отметил, что его древнерусский был безупречным, но с едва уловимым акцентом. – Интересно. Что привело тебя так далеко от дома?

– Желание служить великому правителю, – ответил Алексей, встречая взгляд Вельта.

– Только ли это? – Велемир слегка наклонил голову. – Или, может быть, тебя интересует выбор веры, который скоро сделает князь?

Алексей почувствовал, как напряглась рядом Ярослава. Вельт был прямолинеен в своих подозрениях.

– Я лекарь, не проповедник, – спокойно ответил Алексей. – Меня интересуют болезни и их лечение, а не религиозные споры.

– Но ты ведь знаком с верой греческой, – Велемир не отводил взгляда. – В Царьграде трудно остаться в стороне от христианства.

– Я изучал разные веры, как часть образования, – сказал Алексей. – Знание обычаев и верований помогает понять причины болезней и способы их лечения.

Велемир улыбнулся, но его глаза остались холодными:

– Мудрый подход. Но знаешь, лекарь, иногда лучшее лекарство – это верность традициям предков. Новые веры часто приносят с собой новые болезни… духовные болезни.

– Каждая вера имеет свои достоинства, – дипломатично ответил Алексей.

– Возможно, – кивнул Велемир. – Но не каждая вера подходит для нашего народа. Князь должен выбрать мудро, учитывая не только духовные, но и мирские последствия своего решения.

С этими словами он слегка поклонился и отошел, оставив Алексея и Ярославу обмениваться тревожными взглядами.

– Он подозревает нас, – тихо сказала Ярослава. – Будь осторожен. Вельт не тот человек, с которым стоит открыто конфликтовать.

Алексей кивнул, наблюдая, как Велемир возвращается к князю и что-то говорит ему на ухо. Владимир кивнул и бросил взгляд в их сторону.

Пир продолжался до поздней ночи. Когда гости начали расходиться, к ним подошел один из княжеских слуг:

– Князь желает видеть лекаря завтра утром. Его дочь Предслава нездорова. Приходите к восходу солнца.

– Мы будем, – кивнул Алексей.

Когда они вышли из терема и направились к выходу из детинца, Ярослава тихо сказала:

– Это наш шанс. Если ты вылечишь княжну, мы получим доступ к ближнему кругу князя. Сможем влиять на его решения, противодействуя Вельту.

– Надеюсь, у княжны нет ничего серьезного, – ответил Алексей. – С моими средствами я могу вылечить многое, но не всё.

– Судя по историческим данным, Предслава пережила этот период, – успокоила его Ярослава. – Так что, скорее всего, ничего смертельного.

Они шли по ночному Киеву, размышляя о предстоящих испытаниях. Где-то в этом древнем городе Мирослав Вельт плел свои интриги, стремясь изменить ход истории. И только они могли ему помешать.

ГЛАВА 5. Княжна Предслава

Утро началось рано. Едва первые лучи солнца коснулись крыш Киева, Алексей и Ярослава уже были на пути к княжескому терему. Город только просыпался – торговцы открывали лавки, ремесленники растапливали печи, слуги несли воду из колодцев.

У входа в детинец их уже ждал воевода Путята.

– Вовремя, – кивнул он. – Князь не любит ждать, особенно когда дело касается его детей.

Он провел их через двор к терему. На этот раз они вошли через боковой вход, ведущий в женскую половину дома. Здесь было тише и уютнее – стены украшены вышитыми полотенцами, пол устлан коврами, в воздухе витал аромат трав и цветов.

В просторной светлице их ждал князь Владимир. Без вчерашней пиршественной пышности он выглядел более человечным – обычный мужчина средних лет, обеспокоенный здоровьем дочери.

– Лекарь, – кивнул он Алексею. – Дочь моя Предслава больна уже третью неделю. Наши знахари и волхвы не могут помочь. Посмотришь ее?

– Конечно, великий князь, – поклонился Алексей. – Что с ней?

– Слабость, жар по вечерам, кашель, – ответил Владимир. – Ест мало, спит беспокойно. Худеет на глазах.

Симптомы могли указывать на множество болезней – от обычной затяжной простуды до туберкулеза. Алексей мысленно перебирал возможные диагнозы и способы лечения.

– Позволь мне осмотреть княжну, – сказал он.

Владимир кивнул и жестом подозвал пожилую женщину, очевидно, нянюшку:

– Проводи лекаря к Предславе.

Когда Алексей собрался идти за нянюшкой, князь остановил Ярославу:

– Ты останешься здесь.

– Это моя сестра и помощница, – возразил Алексей. – Она помогает мне при лечении.

Владимир нахмурился:

– У дочери моей есть служанки, если понадобится помощь. Чужой женщине незачем видеть княжну в болезни.

Алексей и Ярослава обменялись быстрыми взглядами. Разделяться было рискованно, но настаивать – значило вызвать подозрения.

– Как скажешь, великий князь, – уступил Алексей.

Нянюшка провела его через несколько комнат в небольшую светлицу, где на широком ложе, укрытая меховыми одеялами, лежала девушка лет пятнадцати. Несмотря на болезнь, было видно, что она красива – тонкие черты лица, длинные светлые волосы, рассыпанные по подушке.

– Княжна Предслава, – представила нянюшка. – Лекарь из Царьграда пришел тебя осмотреть.

Девушка слабо улыбнулась:

– Из Царьграда? Далеко же ты шел, лекарь.

– Для того, чтобы помочь тебе, княжна, никакой путь не будет слишком далеким, – ответил Алексей, подходя к ложу. – Позволишь осмотреть тебя?

Предслава кивнула. Алексей начал осмотр, стараясь быть максимально тактичным и профессиональным. Он проверил пульс, температуру, осмотрел горло, прослушал дыхание, ощупал лимфатические узлы.

– Давно ты болеешь, княжна? – спросил он, продолжая осмотр.

– С конца зимы, – ответила Предслава. – Сначала просто кашляла, потом начался жар по вечерам. Теперь всё время слабость, нет аппетита.

– Кто-то еще в тереме болел подобным образом?

– Нет, только я, – девушка закашлялась, и Алексей заметил, что она прикрывает рот платком. На белой ткани остались едва заметные розоватые следы.

Это был тревожный признак. Алексей осторожно попросил:

– Можно посмотреть твой платок, княжна?

Предслава с некоторым смущением протянула ему платок. Алексей внимательно осмотрел его и обнаружил следы крови – небольшие, но отчетливые.

Симптомы складывались в картину, которая его тревожила: длительный кашель, вечерний жар, общая слабость, кровь в мокроте. Всё указывало на туберкулез – смертельно опасную болезнь в эпоху без антибиотиков.

Но была и хорошая новость: судя по состоянию Предславы, болезнь находилась на ранней стадии. С правильным лечением у нее был шанс.

– Что скажешь, лекарь? – спросила княжна, внимательно наблюдая за его лицом. – Я умираю?

– Нет, княжна, – уверенно ответил Алексей. – Твоя болезнь серьезна, но излечима. В Константинополе я видел подобные случаи и знаю, как помочь.

Он достал из своей сумы несколько пакетиков с травами и флаконов с настойками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.