Записки одного самопознанца

От автора

Эти записки я рассматриваю как итог своего более чем 25-летнего пути в самопознании и боевых искусствах. Этот опыт дал мне возможность лучше видеть и понимать собственное устройство в широком смысле слова.

Книга может быть интересно всем, кто задается такими вопросами как: "Кто я?", "Зачем я здесь?", "Как мне раскрыть свои способности?".

Нужно сразу сказать, что книга будет во многом вторична по отношению к тому, что даёт Александр Александрович Шевцов.

Здесь не будет простых "рецептов"; настоящее всегда требует усилия. На правах записок в некоторых местах я буду говорить очень кратко, предполагая, что подробное исследование будет проведено при желании самим читателем.

То о чем будет речь, довольно сложно разложить строго по полочкам, так как "полочки" эти в жизни по состоянию напоминают ветви дерева или стебли лианы. Самопознание подобно освоению боевых искусств – это трудный путь, в том смысле, что придётся потрудиться, но он приводит к настоящим вопросам и открытиям.

Примечания:

В книге будут часто встречаться два понятия, которые могут быть непривычны читателю. Первое – это ви́дение (с ударением на первый слог), о котором будет отдельная глава. Второе – осознавание, здесь имеется в виду способность осознавать себя в том смысле, что не терять самого себя, оставаться хозяином себе в любом жизненном случае и осознанно направлять своё внимание не только во вне, но и в глубь собственного устройства.

Я выложу небольшое видео как пример того, о чём говорю в книге, на нескольких платформах:

МАХ: https://max.ru/join/CkQ3Ql6xf_Q-RrhZU9Hv628qucPtSHBTU9xaO3ac6gA

Телеграмм: t.me/sam_poznanie

https://www.youtube.com/@sam_poznanie

https://rutube.ru/channel/70612553

Раздел 1. Основы

Образы и действительность

Планируя эту главу, я хотел поместить её ближе к середине книги, но потом понял, что тема образов важна именно для начального общего понимания.

На мой взгляд, для самопознания, исследования и понимания самого себя важно принять допущение (пусть для начала теоретически), что сознание – это пространственное явление, оно окружает нас, и в нём мы можем хранить образы, создавать их и можно сказать одухотворять, наполнять собственной силой. Постепенно мы так увлекаемся этой игрой в образы, что во многом оказываемся в их ловушке.

Краткое описание работы нашей памяти такое: мы воспринимаем действительность органами чувств, и чтобы жить и решать свои задачи в этом мире, нам необходимо запоминать (хранить) то, что восприняли. Наше устройство позволяет делать слепки со всего, что воздействовало на нас; эти слепки состоят из тонковещественной среды – сознания, и внутри этой среды мы храним их. Мы можем доставать эти воспоминания, когда это необходимо, и работаем с ними с помощью устройств или можно сказать "тел" таких как разум и мышление.

Физическое тело при этом тоже используется и берет на себя, так сказать, "низкоуровневую" часть этих явлений.

Сразу скажу, что моё понимание этих устройств далеко не полное, и я буду говорить об этом не как о цельной и органичной школе, а как исследователь, которому интересны в данное время определённые части собственного устройства.

Когда я говорю об образах в сознании, то обычное понимание такое: что образ – это что-то особенное, созданное воображением, творческое. Но образы – это почти всё, что позволяет нам так или иначе действовать и думать. Например, у меня сейчас зачесалась пятка; я могу её почесать о другую ногу, об какой-то предмет или одной из рук, а могу терпеть этот "неуют" по причине того, что нахожусь в каком-либо обществе. Это все различные образы действия в моём сознании. А то, что я терпел бы "неуют", это ещё связано с огромными образами, которые можно назвать телами – общественным мышлением и моими личностями.

Если я чувствую нехватку какого-то образа, то для всего меня это подобно телесному зуду, требующему решения; я создаю этот образ всеми доступными средствами или ищу его, например, обучаясь у других людей чему-то новому. В этот миг можно сказать, что я намного живее своего привычного состояния – когда уже знаю, как нужно действовать и просто достаю что-то из памяти. Приблизительно до семи лет мы все очень живо и быстро обучаемся, а потом постепенно теряем это состояние, которое стоило бы сохранить…

Итак, если мы примем, что всё, что мы знаем о мире, хранится в нашей памяти в виде слепков (образов), с которыми мы можем проделывать какие-то действия, то увидеть это можно прямо сейчас, когда вы читаете эти строки. Что происходит? Вы это уже все знали и тогда соглашаетесь с написанным в какой-то мере, или подозревали об этом, или это было одной из ваших собственных теорий. Или наоборот не согласны и считаете, что память хранится в каком-то виде у нас в мозгу. Ваш разум прямо сейчас достаёт образы из сознания, рассматривает их, дорабатывает, делает суждения и выводы, и создаёт новые образы. Например, вы думаете, что эта книга может быть полезна и её нужно продолжать читать, или, напротив, считаете, что это чистейший бред и нужно прекратить.

Мы создаем какие-то образы постоянно на основе того, чем уже заполнен наш разум или мышление, и делаем выборы, направленные в ту или иную сторону, наполняя вновь созданные образы собственной силой, чтобы помнить и действовать исходя из выбора.

Некоторые наши решения, хранящиеся в виде образов в сознании, настолько сильны, что мы можем забыть их на осознанном уровне, но сила в этих образах будет подспудно управлять всей нашей жизнью, например, в плане поведения с другими людьми.

Я хочу говорить сейчас не о поведении, а обратить внимание на нашу способность использовать образы и то, к чему нас это приводит, если мы хотим познавать самих себя.

Всё, что мы знаем о себе и об окружающем мире – это образы в нашем сознании. Как при этом мы видим действительность? Возьмём случай: если я взял в руки палку, ведь я вижу саму палку как действительный предмет и одновременно образы того, что можно с ней сделать – бросить, распилить, воткнуть в землю или нанести ею удар. Свои действия я буду выверять с действительностью: если палка в руках гнилая, то многие действия, которые приходят мне на ум, отмету как неподходящие.

Это понятно – так работает разум, и с вещами из материальной вселенной всё будет происходить в какой-то степени по этому сценарию.

Если взять пример другого образа: обида, которая может захватить человека на долгие годы – это уже личностный пример. Здесь всё намного сложнее; мы попадаем в такие образы как в ловушки и можем очень долго искать выход, создавая новый образ, который поможет освободиться, или осознав ловушку выйти из неё каким-то иным способом.

Постепенно обучаясь тому, как жить в окружающем мире – будь то природа или различные общественные миры – я всё больше теряю необходимость создавать новые образы и понятия. Всё постепенно становится понятным и в какой-то степени управляемым. Можно сказать, что я укутываюсь в огромное количество образов как в материю, защищающую меня от действительного мира. Но защита эта работает в обе стороны: я перестаю видеть действительный окружающий мир. Взрослея, я уже не способен обучиться чему-то по-настоящему новому в плане своих собственных способностей – ведь это тоже действительность, о которой я уже всё знаю. Постепенно теряется способность смотреть на что-то "новыми глазами", та которая ещё была в детстве.

Вот краткое описание одной из ловушек, в которой я обнаруживаю себя, когда начинаю задумываться о самопознании.

Только родившись мы совершенно не способны выживать в этом мире, но мы полны ви́дения и жизненной силы. Привыкнув к постоянству этого мира, мы научились использовать память, чтобы создавать любые образы, окружая себя ими и используя их. Образ подобен ключу от замка, но как ключ он не подходит к любому замку. А мы упорно пытаемся применять один и тот же ключ ко многим замкам и переживаем из-за того, что он не подходит.

Мы увлеклись играми с образами, отошли от ви́дения к зрению и слишком много своей жизненной силы растеряли в этой битве за выживание.

Можем ли мы жить без образов? Полагаю, что ответы на такие вопросы лежат за пределами естественно-научного мировоззрения. Возможно то, что мы приходим в этот мир ничего не помня о том, откуда пришли, говорит именно о нашей способности жить в мирах без памяти и образов? Те более тонкие миры по отношению к нашему могут казаться сном или мороком, но если задуматься и посмотреть, как бы из того мира – то может быть всё наоборот?

Часто засыпая, мы мгновенно создаем целый мир, наполненный образами – мир сна. Будучи ещё детьми, мы, не осознавая этого, выращиваем себе и наполняем содержанием такие тонкие "тела" как разум и личности; эти способности есть у нас изначально: кто мы?

Ви́дение

Нужно пояснить, что я имею в виду, говоря о раскрытии или потере ви́дения (здесь ударение на первый слог; у меня чаще звучит устаревшая форма слова – ви́денье). Есть такое понимание, что нужно, к примеру, чувствовать противника в бою, или чувствовать опасность, чувствовать своего близкого человека. Что означает это требование? Чем и что мы чувствуем?

Допустим, помимо физического тела у нас есть более тонкие тела выходящие за его пределы, благодаря которым можно чувствовать что-то не касаясь этого. Мы можем не знать о существовании таких тонких тел, не верить в них, или не осознавать, но при этом вполне неплохо использовать их способности.

Но почему я говорю "видеть", а не "чувствовать"? На мой взгляд, это намного точнее отражает действительность. Ведь даже если я почувствовал что-то, оно становится осознанным тогда, когда в эту часть себя я посмотрел каким-то внутренним взором. Пусть короткий миг, но я созерцал нечто в себе или снаружи и могу теперь действовать в соответствии с увиденным. Вот об этой способности – видеть что-то не телесным зрением, я говорю.

На мой взгляд, именно здесь нужно искать понимание талантливости человека в чем-либо. Почему получая одни и те же знания как информацию мы так различны в своих действиях и достижениях? Я полагаю, что причину можно рассмотреть в том, насколько мы способны использовать свое ви́дение, насколько мы способны углубляться своим созерцанием в определенном направлении.

Для меня эта тема тесно переплетается с тем, как учиться самопознанию. В начале пути необходимо взять школу, позволяющую понимать самого себя, знать своё устройство, иметь представление о способностях, которые хотелось бы раскрыть на этом пути.

Начальная школа необходима. И по большей части как первые шаги это будет набор необходимых образов в сознании. Например, считаю, что на этом пути потребуется способность рассуждать и быть точным в своих рассуждениях. Думаю, что очень полезно научиться видеть силы через боевые движения; подробнее об этом буду говорить дальше.

Школа важна так же, как путь, который не позволит заблудиться в дебрях самого себя. Но если я хочу прийти к самопознанию – выбором должно быть именно оно, а не школа как сообщество или большой образ, в котором удобно и спокойно находиться.

Но что будет после того, как начальная школа освоена? Я считаю, что к следующим шагам нужно быть готовым заранее. А дальше необходимо заняться способностью видеть действительность. И в этом пути набранные изначально образы могут стать ловушкой; их, как первые ступени лестницы, нужно оставить позади. В дальнейшем движении набор знаний как образов в памяти уже не сможет привести к действительности.

Образ никогда не равен действительности, как бы нам этого ни хотелось. Как слепок с настоящего или выведенное рассуждением понятие, образ может быть предельно точным и он может указывать на что-то, но также может перекрывать собой то, что необходимо видеть.

А значит, как бы мы ни накапливали собственные знания о действительном мире, они будут в какой-то степени подходить к миру вещества, но мир души намного сложнее и тоньше. И сама ткань образов в дальнейшем движении может закрывать меня от самого себя. Действительность нужно видеть и для этого очищать и раскрывать своё ви́дение.

Кратко опишу пару примеров использования ви́дения. Первый – это народные заговоры. Я, например, научился у своей бабушки заговаривать прыщи и чирьи (фурункулы). Если описывать, что я при этом делаю, то не понятно, как это может работать. Берётся палка с сучком или любая доска в которой виден сучок. Я вращаю пальцем последовательно вокруг сучка и чирья и шепчу, делая всё по три раза: "Как сук сохнет, как сухарь сохнет, так и чирей сохни." Говорить при этом нужно шёпотом, почти не слышно или совсем не слышно, видимо, так сила будет вкладываться туда, куда нужно.

Кажется, это всего лишь слова и действия, почему же это работает и как? Я считаю, что дело здесь именно в нашей способности видеть. Когда я это делаю, я не представляю, что чирей высохнет, в том смысле, что здесь не нужен какой-то красочный образ в сознании – образ может быть помехой. Когда я делаю это, я использую ви́дение и вижу не физическим зрением.

Как вижу, и что? Откуда берётся это ви́дение, из чего оно складывается? Что это за действо, как и куда при этом добавляется сила? Что это за сила? Я не буду сейчас пытаться отвечать на эти вопросы и задам ещё один не менее важный: можно ли вообще ответить на эти вопросы определённо, завершённо и сделать это словами?

Сам этот пример с заговором к самопознанию не имеет прямого отношения, поскольку я взял когда-то эту способность как состояние у своей бабушки и пока не совсем вижу, как и что здесь происходит. Желание собирать такие состояния тоже может стать ловушкой, способной увлечь и увести меня от самого себя. Хотя они могут быть полезными и рабочими, но я хочу двигаться дальше – к ви́дению и знанию.

Следующий пример – это созерцание работы разума. Разум можно и нужно описывать как орудие и накопленные понятия и образы действий. Но для того чтобы по-настоящему его понять, не обойтись без ви́дения его напрямую – хоть это редко удается, и мало что остаётся от этого созерцания "в руках", словно ловишь постоянно ускользающую лису за хвост. Это рождает ещё вопросы: как получается, что я будучи маленьким ребенком создаю довольно сложное орудие и при этом совершенно не умею его созерцать в себе?

Я буду говорить о разуме в следующих главах.

Мировоззрение. Настоящая учеба

Наше ви́дение всегда много шире способности разума охватить то, что мы видим каждый миг. Нам хотелось бы научиться чему-то окончательно, разложить всё по полочкам и наслаждаться покоем. Но библиотека разума постоянно достраивает собственные полочки, переименовывает их, сжимает или растягивает. Разум постоянно трудится над созданием новых понятий и никак не может принять, что в нас самих настолько большая сложность, что она не впишется ни в какие рамки или библиотеки.

Как прийти к настоящему прикладному самопознанию, которое вряд ли можно освоить как информацию в каком-то учебном заведении? Думаю, что по-настоящему самопознание возможно лишь в жизни, в различных, обычных и не очень, жизненных случаях. Самопознание возможно, если я смогу перевести себя в состояние поиска вопросов и задач, направленных на меня самого. Эти задачи могут подходить для разума или быть за пределами его возможностей.

Необходимо стать искренним с самим собой и научиться видеть задачи во всём. Например, какое значение будут иметь раскрытые мною способности, если я не могу понять близких мне людей и вместе прийти к счастью, если не способен сделать это задачей и решать её? Или возможно ли на самом деле самопознание, если я элементарно не обеспечил себя необходимым и не умею стоять на своих ногах во всех смыслах?

Чтобы двигаться в направлении самопознания, необходимы некоторые основы, такие как мое собственное мировоззрение. Мировоззрение можно увидеть как большой образ, который я постепенно создал или принял и теперь нахожусь в нём, смотрю из него на действительность. Отличительная черта этого образа в том, что он придаёт определённое значение тому, что я вижу. Во многом оно складывается само по себе по мере моего взросления. И сейчас, когда я осознанно решил познавать себя, его необходимо сделать живым, подвижным и восприимчивым к новому. Так, чтобы не пропускать случаи, которые приносят уроки и задают новые вопросы.

Опишу собственный пример такого случая. Это достаточно личный опыт; он может показаться странным и возможно для кого-то неприемлемым именно в плане мировоззрения. Но попробуйте посмотреть на это со стороны самопознания – я не знаю на самом деле в полной мере, как я устроен, не знаю я и полного устройства мира, иначе бы не стоял вопрос о самопознании. Для меня это означает, что всё необходимо исследовать и подвергать постоянному вопросу. То, как я вижу этот случай сегодня, может дополниться и углубиться завтра.

Случай: Мне снился довольно странный сон; странность заключалась в большом количестве "ужастиков", обычно в снах у меня не бывает чего-то жутковатого. Здесь же какие-то странные проявления наполняли весь сон. Местами эти "ужастики" были, можно сказать, карикатурными: какие-то ожившие мертвецы, змеи, гробы.

Все это меня не пугало, но со временем как-то озадачило и появилось желание в этом разобраться. "Разобрался" я довольно быстро – каким-то способом я почуял откуда исходят странности моего сна. Приблизился к стене здания, мимо которого проходил, и начал разрушать эту стену руками. Стена поддалась на удивление быстро, и в образовавшейся пробоине я обнаружил нишу с каким-то полноватым и лохматым человеком внутри.

Я мгновенно понял, что причиной странностей моего сна был именно этот человек. Я схватил его за шкирку, после чего выкинул его из своего сна. Само "выкидывание" было простым действием – как будто я просто бросаю его на некоторое расстояние; но этот "лохматый человек" действительно был выброшен из моего сна. И при этом я сам почти сразу проснулся.

Лежа на постели, я начал ощущать по телу постепенно нарастающие волны ужаса, которые проявлялись как сивон – мурашки идущие по всему телу. Такого сильного сивона я, пожалуй, не ощущал ещё в своей жизни. Эти волны шли откуда-то снаружи, и я довольно быстро понял, что их направляет кто-то – то есть какая-то сущность находящаяся рядом.

При этом мой разум пытался создать образ этой сущности; мне виделось трёхно́гое существо. Но я понимал, что разуму просто требуется что-то понятное, и на самом деле эта сущность бестелесная – в том смысле, что не имеет плотного тела. И эти волны ужаса она направляет, похоже, потому что в ответ получает от спящего частицы его силы, которые идут от вызванного страха. И она как бы пьёт эту силу.

Есть способы, как прогнать такие сущности или закрыться от них, но в данном случае я почему-то не хотел ими пользоваться.

Я постарался перейти в состояние созерцательности и начал смотреть в себя и в эти приходящие снаружи волны. Проходя, они заставляли тело сковываться и покрываться мурашками. В дальнейшем я постараюсь описать свой опыт работы с силами и обращения к тонким телам, который позволил мне взглянуть на эти волны ужаса как на силу и перестроиться так, что я начал их "преобразовывать" во внутренний жар. Сами волны продолжали приходить, но где-то в районе живота эта сила переходила во внутренний огонь или тепло. Постепенно тело перестало сжиматься и покрываться мурашками. Мне стало легко, и через какое-то время эта сущность пропала – точнее ушла.

Весь этот случай можно было бы списать на разгулявшееся воображение. Но вот только рядом со мной спали три собаки, и пока это происходило, двое из них во сне вели себя очень возбуждённо: одна постоянно лаяла, а другая чмокала губами словно попав в состояние питья силы. Во сне с собаками такое бывает, но я не помню, чтобы одновременно две спящие собаки настолько возбуждённо двигались.

После у меня возникли вопросы: что это за сущность? Сколько уже она так бродит по миру? Была ли она когда-то человеком, который теперь заблудился между мирами?

В этом случае я столкнулся, можно сказать, с существом из "нижнего мира". При этом по опыту которого у меня достаточно мало, могу сказать, что бывают и другие встречи. Рождающиеся вопросы и уроки при этом очень полезны. Но я не считаю, что стоит специально искать подобный опыт. Думаю, что можно и в себе самом найти очень много уроков. Которые проявляются в обычной жизни. А битвы, которые приходится вести чаще – это битвы с кривизной собственного мышления и личностями.

Вообще я считаю, что мир в смысле самопознания устроен очень справедливо: мы все получаем уроки в избытке и можем использовать их для настоящей учебы.

Шарлатанство

Разговор о шарлатанстве может показаться скучным и надуманным, но он важен, поскольку ставит вопросы, позволяющие рассмотреть достаточно распространённые помехи в движении к самому себе.

Возьмём, например, упражнение, которое сейчас можно встретить в сети – "жгонка". Многие люди показывают его и рассказывают о том, как его делать. Но сразу уточню: большинство показывает то, что сами поняли под этим упражнением. Изначально это упражнение дал Александр Александрович Шевцов; однако думаю, многие из тех, кто его даёт, даже не знают этого. Можно рассматривать это упражнение как зарядку для тела, но на мой взгляд, оно относится именно к самопознанию. И шарлатанством здесь будет незнание источника и отсутствие стремления его узнать. Так мы можем упустить что-то очень ценное – то, что вкладывалось в это упражнение его создателями.

Почему сейчас так много шарлатанства? Мир ускоряется за счёт появления новых технологий, и мы стремимся не отстать от него. Сейчас мы можем без особого труда почерпнуть знания, за которыми в прежние времена человечеству приходилось охотиться на протяжении нескольких поколений одного народа.

Мы читаем книгу и ощущаем себя знающими; если же изучаем что-то продолжительное время, то готовы учить других. При этом в таких областях, как самопознание и раскрытие способностей, мы не можем сразу увидеть и проверить результат работы над собой и истинность знаний. Мы ищем учителей и что-то настоящее, но оказываемся окружены шарлатанами и наполнены знаниями, оторванными от действительности.

При этом те, кто шарлатанят, подчас – люди искренние и бескорыстно желающие научить. Просто все мы привыкли к этому ускоряющемуся миру, и они учат также быстро, как сами учились. Ни учителям, ни ученикам нет времени вникать в суть явлений.

Можно оценивать шарлатанство с точки зрения человеческих взаимоотношений, а можно посмотреть на это с точки зрения самопознания. Думаю, можно сказать, что мы все бываем шарлатанами, когда видим какой-то захватывающий образ и начинаем его использовать сами или учить других; нам некогда разбираться и идти вглубь явления.

В качестве примера можно взять использование слова "энергия" применительно к человеку. Если мы используем иностранное слово, одинаково понимая, какое явление оно описывает, это не мешает нам решать задачи и достигать своих целей. Но использовать такие слова для описания сложных явлений в человеке можно только после того, как хорошо потрудились и создали полное и ясное понятие. Иначе мы будем ожидать, что понимаем нечто одинаковое, но по сути будем говорить "на разных языках". Такая поспешность может быть позволительной в бытовых вещах, но можно ли так прийти к самому себе?

Действительное самопознание не терпит спешки. Построив школу – пусть даже как путь для самого себя – на кривой основе, я рискую оказаться в ловушке, выход из которой могу не найти всю жизнь.

Можно ли совсем обойтись без шарлатанства? Наверное, нет. Мы неидеальны, и у нас нет идеального учителя. Но если что-то делаем, не совсем понимая это, нужно осознанно подходить к своему движению, искать источники знаний, всегда оставляя допущение, что мог понять что-то не так. И что я устроен намного сложнее, чем кажется мне сегодня.

Чтобы не заблудиться и не уйти за кем-то из шарлатанов, может помочь требование к самому себе находиться в состоянии вопроса – можно сказать, вопроса с большой буквы. Состояние, в котором я перестаю принимать на веру что-либо и не останавливаюсь в вопросах к самому себе.

Не падать духом

Прежде чем углубляться в работы самопознания, есть один важный шаг, который нельзя пропустить – необходимо договориться с собой о том, что буду сражаться за свою жизнь несмотря ни на что. "Сражаться" в данном случае означает не позволять внутренним помехам одержать верх. Нужно уже с самого начала пути убрать из себя всё, что готово сдаться и опустить руки.

Всё, что хочет во мне сдаться, всё, что видится как нежелание жить и бороться или биться за свою жизнь, должно рассматриваться как не Я, и шаг за шагом быть убрано.

При этом "биться" и "сражаться" не должны быть сумасшедшей битвой с окружающими; всё-таки самопознание – это именно познание себя самим собой.

Если у меня есть договор, что я буду сражаться за свою жизнь, то не только в самопознании, но и в любом трудном жизненном случае я буду живым и буду в поиске решения.

Следующим шагом расширения этого договора может быть согласие взять ответственность за свою жизнь и движение к себе только на самого себя. Это означает, что я буду двигаться со своей собственной скоростью и не переложу ответственность на кого-то. Даже если буду учиться у того, кто больше знает, и идти за ним, нужно осознавать, что мне нужно прийти туда, куда я должен прийти. И если время идет, мои способности не раскрываются, а я сущностно не меняюсь – значит причина во мне самом; я успел переложить ответственность на кого-то: учителя, школу или захвативший меня образ. А может быть, нашёл причину или оправдание в каких-то обстоятельствах.

Конечно, как кажется, обстоятельства могут стать ловушкой и не пускать меня в исследования, но ловушка потому и работает, что во мне есть что-то не совсем живое; то есть это всегда только возможность измениться и посмотреть на очередной урок с более высокой точки.

В дальнейшем можно осознать что-то подобное тому, что все мои действия или бездействия записываются где-то, условно говоря, на поверхности души огненными письменами без слов, подобными рисунку лабиринта, описанного в книгах про Эмбер Роджером Желязны. И постепенно мне придётся рассмотреть все эти узоры и убрать в себе всё, что отягощает душу. Сделать себя настолько легким, чтобы пройти сквозь игольное ушко в следующий мир, откуда возможно стать Наставником для тех, кто задержался пока в этом.

Раздел 2. Разум и мышление

Введение

Перед тем как описывать устройство и работу разума и мышления, необходимо заострить внимание на некоторых вещах.

Как я уже упомянул, многое из моего понимания основывается на том, что я узнал из трудов Александра Александровича Шевцова. Я говорю об этом для того, чтобы читатель смог найти для себя знания более полные.

Явления, о которых будет идти речь, как я считаю, нужно рассматривать пространственно, как некие тонкие тела. А взятые где-то знания необходимо привести из представлений и образов к действительному ви́дению. Без этого перехода мои представления не сделают меня хозяином собственного устройства и своей собственной силы.

Если описать в двух словах мои понятия о разуме и мышлении, то разум – это орудие, которое мы создаем для выживания на земле (в природе), а мышление нам необходимо для выживания в обществе.

Буду писать об этом достаточно кратко; я дал подсказку, где при желании можно найти подробности, но постараюсь сосредоточиться на вещах, которые смог рассмотреть и понять только недавно.

В своих исследованиях я не опираюсь на научные знания. Конечно, наука прошла очень далеко в понимании и описании устройства мира и человека, но преимущественно в связи с миром вещества, поддающегося измерениям современными приборами. Устройство и работа разума и мышления вытекают из наших душевных способностей и порывов; их работа во многом очень субъективна, и потому они сложно даются для современной науки, ориентированной на материальное и требующей во всем объективности.

Появление разума

Полноценное выживание и даже просто взаимодействие с этим миром было бы невозможно, если бы не созданный нами в раннем детстве разум. Наверное, можно назвать его бытовым разумом. Потому что возможен, как мне кажется, и другой вид разума. Но сейчас именно об обычном разуме. Наше тело само по себе содержит начальные инструменты для жизни на Земле: например, оно способно избегать холода, острого, горячего и, напротив, тянуться к теплу; но этого недостаточно даже для первоначального выживания.

Я уже говорил, что у нас есть способность хранить в памяти впечатления от этого мира. И именно на этой способности постепенно строится наш разум как орудие выживания и улучшения жизни. Впечатления эти мы получаем, можно сказать, всеми своими органами чувств одновременно и соответственно накапливаем опыт, создавая образы, которые дадут возможность избегать чего-то или стремиться к чему-то. И это происходит еще до того, как маленький ребенок станет человеком, впишется в общество и научится создавать цели, направленные в будущее.

Ребенок, сначала лежа, потом ползая и наконец научившись ходить, решает огромный объем задач по набору опыта взаимодействия с внешним миром. Представьте, сколько раз в детстве мы падаем, делая первые шаги, и сколько ошибок совершаем прежде чем наши движения становятся точными и позволяющими решать любые жизненные задачи. Весь этот опыт накапливается и запоминается у нас в сознании.

Чтобы явственно увидеть работу своего разума, можно попробовать сделать что-то наподобие попытки пройти мимо двери – сквозь стену. Если вы попытаетесь это сделать, то сначала столкнетесь с внутренним непониманием самой задачи: ведь все мы знаем, что это невозможно. Но следующим шагом, когда удастся преодолеть эту первую заминку и получится подойти к стене, вы натолкнетесь на другую внутреннюю "стену", которая мягко будет сопротивляться этой попытке. Это ближе к основе разума, которую мы наработали в глубоком детстве множеством столкновений с твердыми предметами различными частями тела.

И как бы вы ни заставляли себя пройти сквозь стену, вся сущность разума будет мягко замедлять ваши попытки столкнуться с жесткостью. Конечно, человек может сойти с ума и начать наносить настоящие удары о стену, но это совершенно не требуется в рамках опыта, который я предлагаю. Нам ведь не нужно отключать разум; напротив, мы хотим рассмотреть его работу.

Если вы сделали предложенный опыт или понимаете, что описанное мной соответствует действительности, то, наверное, зададитесь вопросами: зачем нужно рассматривать эти явления и что это дает? Первое, что можно ответить, – чтобы стать хозяином самому себе. Начать хотя бы в какой-то степени управлять своим разумом, сделать привычное для себя и от того невидимое, видимым. Это может показаться бессмысленным, как если человек, летая пассажиром на самолете, глубоко погружался бы в знания об устройстве этого самого самолета. Но через способность управлять собственным разумом есть возможность прийти к пониманию, в том числе и более тонких тел, которые уже ближе к моей душе. А это может привести как к раскрытию других способностей, так и к лучшему пониманию себя самого и окружающих меня людей.

Появление мышления

После того как ребенок освоился в этом мире настолько, что может решать первые задачи по выживанию, у окружающих его взрослых появляется цель сделать его частью своего общества. Конечно, чаще всего она не осознаётся так определённо: родителям просто становится необходимо хоть как-то начинать договариваться и управлять этой маленькой стихией. Если говорить очень коротко, у родителей меняется задача в обучении ребенка. Когда учеба была направлена на развитие разума – объясняя что-то можно было наглядно показать, почему делать нужно так, например, если не убрать палец из закрывающейся двери – прищемишь и будет больно. Теперь, передавая ребенку образы общественных договоров и таким образом нарабатывая его мышление, приходится сталкиваться с договорами, которые не очевидны для разума, например, почему нельзя шуметь в общественном месте.