Лия Седая
Ко мне, Рыжая!

Глава 1

– И что это? Рейдерский захват?

Я пыталась смотреть на гадского нахала со всей возможной строгостью. Я же, как-никак, заместитель генерального директора целого ООО!

Мне по статусу положено!

– Да нет, детка, – он небрежно взмахнул пальцами. – Просто я за небольшие бабки отжал твой бизнес. Ну, и тебя тоже. Для полного комплекта. Оптом взял, считай. Такое понятие тебе знакомо?

– Мне нужно позвонить! – я нервно взяла свой мобильный в руки. Издевательские ремарки самоуверенных удодов я предпочитаю игнорировать.

– Разумеется, – он улыбнулся как голливудская звезда.

Наглый.

Холеный.

Красивый.

Соблазнительный образчик идеального альфа-самца в человеческом обличье.

Он ворвался в мой кабинет минут десять назад вместе со своим юристом и уже почти довел меня до истерики.

Я набрала номер мужа.

Даже гудков нет. Абонент просто похерился где-то на просторах нашей необъятной страны и забил на жену.

Впрочем, как и всегда.

Женя давно уже отстранился от дел фирмы и завода. Все его время занимали только развлечения в виде левых баб. Недельные загулы по кабакам со шлюхами. И редкие появления на общих совещаниях, где он старался изобразить из себя реального директора.

А я краснела перед сотрудниками.

Вот прям как сейчас.

Я отложила телефон под насмешливым взглядом посетителя.

Сука!

Как будто он знал, что Женька не ответит!

Я села плотнее в своем кресле. Может хоть так смогу найти в себе больше сил в борьбе. То, что мне только что навязали беспощадную войну – я не сомневалась.

Так, ладно.

Передо мной лежали документы.

Договор купли-продажи нашей фирмы. Договор купли-продажи нашего завода.

И самое ужасное – свидетельство о разводе.

Мое.

И Жени.

Где ясно указывалось, что отныне Смирнова Марина Викторовна и Смирнов Евгений Александрович больше не являются законными супругами.

– Убедилась? Или еще какие-то доказательства нужны?

Я подняла на него глаза.

До безумия красивый мужик.

Развалился в кресле передо мной. От него просто несло силой и самоуверенностью. Сшибало с ног. Если бы я не сидела…

Коленочки точно подогнулись бы.

Я мужчин с такой харизмой даже не встречала раньше.

– Да кто вы такой вообще?! – истерика прорвалась через нервозность в голосе.

– Михалыч, выйди, – негромко скомандовал мой гость. Или начальник теперь? – Марина Викторовна изволила затупить. Сейчас я ей объясню правду жизни. Через ее милый, сладкий рот.

На последних словах он улыбнулся как сам дьявол.

А его служащий, ни капли не удивившись, тут же подхватил свою папку и молча вышел.

Ничего себе дрессировка!

Я тоже так хочу!

Мои подчиненные позволяли себе ерепениться порой.

– Итак, – мужчина встал, как только закрылась дверь в кабинет. – Позвольте представиться, Дмитрий Дмитровский.

– Я смотрю, ваши родители над оригинальностью не заморачивались, – прошипела я.

– Шути, детка. Люблю юморных, – он дернул головой и подошел ко мне ближе. – Советую еще раз просмотреть документы. Но я думаю, ты и так все уже поняла, да, малыш?

– Не смейте, – я подскочила и продолжила шипеть. – Разговаривать со мной в таком тоне!

Он вдруг перехватил мое запястье и дернул на себя.

Я влетела в крепкие объятия как пуля. Упала ему на грудь. Вцепилась инстинктивно пальцами в шикарный спортивный пиджак.

И, по-моему, поцарапала стельку туфель педикюром.

Пальцы подогнулись на ногах просто.

– Вы что делаете?!

– Ммм, детка, – он вдруг нагнулся к моей шее. Провел кончиком носа по бьющейся от моей истерики венке. – А ты, оказывается, охеренно пахнешь. У меня встал. Разрешаю потрогать. Нежно.

Вскрик застрял в горле.

Кожу на пояснице стянуло от огромного количества мурашек. Они стекли на ягодицы, и я выгнулась в его руках.

Да он маньяк!

– Отпустите!

Но Дмитровскому было плевать.

Нос сменился языком.

Он провел им по моей шее. Облизал меня размашисто и влажно. Как голодный зверь.

Жадный и страстный.

Горячие прикосновения сильных рук растворили мне суставы.

И, кажется, мозг.

Я запрокинула голову. Царапнула ногтями тонкую ткань мужской рубашки.

– А ты жаркая кошечка, – глухо пророкотал Дмитровский мне в шею. – Я не прогадал. Моя будешь. Люблю таких огненных.

– Отвали, неандерталец! – я из последних сил уперлась ладошками в его грудь.

Мне надо прийти в себя!

Надо!

– А если нет? – зажимая мочку моего уха губами, он ухмыльнулся.

– Дубину сломаю!

– Мою дубину об колено не переломишь. Не сопротивляйся, мой огонек. Твой муженек беспонтовый свалил с бабками далеко и навсегда. Так что… Твой завод – мой. Твоя фирма – моя. И ты теперь тоже моя.

– С чего это? Я вам что, вещь какая-то? – он чуть-чуть расслабил объятия, и я хотя бы смогла отстраниться. Посмотреть в темную зелень его глаз.

– Потому что ты в моей полной власти. Я могу закрыть к херам твою фирму. Твой завод. А тебя вышвырнуть на улицу. Но ты же этого не хочешь, верно?

Я судорожно сглотнула.

Откуда он вообще все это знает? Да, я не хочу, чтобы все закрылось. Я столько сил положила, чтобы поднять этот бизнес с колен.

Да я живу тут практически!

– Да-а, Рыжая, – он удовлетворенно кивнул. – Ты этого не хочешь. Ты за все это болеешь. Даже на выставку международную собралась изделия свои везти, верно? Видел я твою заявочку уже.

– Отпустите!

Он резко разжал руки.

Так, что я покачнулась от неожиданно свалившейся свободы. Отступила на шаг назад.

– Будешь делать все, что я прикажу, поняла меня? – его голос стал жестким. Почти грубым. – А команды я люблю отдавать интересные. Разнообразие так развлекает.

Он вдруг взялся за пряжку своего ремня.

Медленно отщелкнул застежку. Вытянул кожаную полосу из шлевок.

Я с ужасом следила за его пальцами.

Он что? Он серьезно думает, что я буду с ним спать? Он же на это намекает сейчас?

Дмитровский вдруг широко улыбнулся:

– Потренируемся? Ко мне, Рыжая! Ко мне!

Глава 2

Я дышала.

Уперлась руками в край стола и дышала как волчица. Загнанно, рвано. Сквозь зубы сипела.

Как можно быть такой беззастенчивой сволочью, а?

Он решил меня как своего юриста выдрессировать? А зубки свои белоснежные не сотрет в порошок?

Дмитровский уже ушел.

Довел меня до нервного тика от страха и ушел.

Но перед глазами до сих пор стояла его наглая морда лица.

Стрижка словно только-только из парикмахерской. Темные брови. Острые скулы с легкой щетиной.

И глаза…

Шикарные глаза. Внимательные, моментами насмешливые. Острота взгляда резала до зуда по коже. Но не смотреть на него было почти невозможно.

Он притягивал к себе как магнит.

Породистый мужик.

И он это понимает прекрасно. Отчетливо считывает, как на него реагируют женщины. Самец, твою мать.

Доминант!

Обиднее всего, что я тоже…

Реагирую.

– Марина Викторовна! – в кабинет ворвалась Катя, наша общая с мужем секретарша. – С завода звонили!

У меня заломило зубы.

Дмитровский же ушел не мирно-тихо-спокойно. Пообещал мне, что поедет на завод и будет там осматриваться. А потом вернется обламывать строптивых.

Осмотрелся, гад такой.

Вот чую, что проблемы только начинаются. Интуиция просто вопит об этом.

– Что там, Катюш? – я с усилием разжала пальцы из кулаков.

– Новая охрана там! Говорят, старую снимают, выгоняют. Марина Викторовна, мы же не перезаключали договор с охраной. Что происходит?

Задница полная происходит!

Но так ответить я не могу.

– Соедини меня с юротделом, Катя, – я одернула рубашку.

Хватит дергаться. Нужно что-то делать.

Я взяла трубку.

– Да, Марина Викторовна. Нам уже передали копии договоров. Наш новый коллега еще тут, – по сдержанному голосу начальника отдела я поняла, что он тоже бесится.

И что юрист Дмитровского до сих пор торчит у меня в офисе.

Вот же сука какая.

Оставил надсмотрщика все же.

Коллега, блин.

– Договоры действительные? – я стиснула зубы.

– Насколько мы уже успели проверить, да. Мы проданы. И завод тоже. Сделка уже зарегистрирована. Во всяком случае, подпись Евгения Александровича настоящая. Мы сличили.

Я грохнула трубкой по телефону.

Схватила сотовый.

Гудки.

Гудки.

Гудки.

Евгений, черт бы его побрал, Александрович телефон включил, но даже не подумал принять от меня звонок.

Неужели он, правда, со мной вот так развелся?

Мудак! Никакой благодарности!

Дыши, Марина.

Дыши.

И думай. Работай. Тебя в самые жесткие времена всегда только работа и спасала.

– Катя, срочное совещание начотделов. Всех! Прямо сейчас, у меня. Кто не придет – уволю!

Я нервно стучала каблуком по полу и молчала.

Просто ждала, пока соберутся все. Разглядывала такие же хмурые лица своих подчиненных. Конечно, все всё уже знают. Слухи промчались за десять минут, наверное. До последней уборщицы дошли.

В душе мне хотелось плакать.

Потом материться как наш самый пожилой фрезеровщик Васисуалий Иваныч на заводе. И опять рыдать. И еще желательно кого-нибудь избить.

Это, конечно, уже дополнительная опция. Но я представила, как колочу Дмитровского туфлей…

Ммм…

Почти оргазм.

– Так, – бизнесвумен Марина Викторовна Смирнова привычно нацепила деловую маску на лицо. Обвела сотрудников строгим взглядом.– Кто-нибудь пытался дозвониться Евгению Александровичу?

– А смысл? – флегматично отозвался директор завода. – Все равно все решения уже давно вы принимаете.

Плака-ать…

Я прикусила щеку с внутренней стороны до крови.

Как он прав, Господи. Я уже давно все тащу сама. И с Дмитровским тоже придется мне разбираться единолично. Женя нас продал одним росчерком шариковой ручки.

Похерил годы моей тяжкой работы.

Просрал и мои старания, и семейный бизнес.

– Понятно. Никто. Юристы, я требую, чтобы вы выжали из этих договоров все. Любую информацию. Соберите и узнайте о нашем новом генеральном все. Что можно и что нельзя.

– Даже по левым каналам?

– Вообще все! Кто он такой. Откуда он вылез. Чем занимается и как на нас вышел. Хоть через левые, хоть через правые каналы, меня это не интересует. Это ясно? – я дождалась согласного кивка и продолжила. – Соображения у кого-нибудь какие-то есть? Что делать будем?

Они не успели ответить.

Дверь как будто с пинка распахнулась.

И вошел он!

Сексуальный дьявол во плоти. С прозаическим именем Дмитрий.

Интересно, а отчество у него Дмитриевич?

– Нахуй все пошли отсюда, – спокойно скомандовал он. – Вас я позже буду иметь. А прямо сейчас только начальницу вашу.

Желание втихаря издеваться над ним моментально испарилось. Чего?

Мои подчиненные дружно зашумели стульями. Встали.

И вышли.

Все, как один!

Черт. А…

А можно я тоже выйду?

Я его боюсь же! Он меня сейчас тут сожрет!

– Вы! – я ткнула в сторону Дмитровского пальцем, хотя поджилки тряслись. – Попробуйте еще хоть раз при моих сотрудниках…

– Что, и при сотрудниках можно? – он иронично приподнял бровь. – А ты шалунья, да? Любишь, когда смотрят? Можем устроить.

– Кто смотрит? – я откровенно не въезжала в его намеки. – Что смотрит?

– Рыжая, не тупи! И не ломайся уже. Тебе деваться некуда.

– Да о чем вы говорите?! – мне хотелось завизжать. Я его не понимала и от этого полностью растерялась.

– Я сказал, ко мне, Рыжая. Ты попросила попробовать хоть раз. Вот я тебя пробовать прямо сейчас и начну.

Глава 3

Дмитровский не дал мне удрать.

Ну, если честно, я и не особо пыталась. Я же взрослая женщина! Не бегать же мне с визгами по кабинету!

Да он просто меня запугивает!

Манипулирует.

– Когда я говорю подойти – ты подходишь, Рыжая, – в зеленых глазах горели изумрудные искры.

– А если ты скажешь сидеть – мне нужно будет сесть? – отпихивая его наглые ручищи от себя, съязвила я.

– А если скажу сосать, то ты встанешь на колени и откроешь рот пошире.

– Катись к чер…

Он оборвал меня на полуслове.

Просто заткнул рот поцелуем.

Врезался в губы как зверь. Смял нежную плоть. Придавил к зубам.

Обхватил ладонью талию и прижал к себе, чтобы не отстранилась. А вторую запустил в волосы. Сжал их у корней на макушке. Потянул несильно, но так, чтобы я вскрикнула от боли.

И разжала зубы.

Сильный язык сразу же проник в мой рот. Надавил на мой язык. По-хозяйски огладил верхние зубы.

И плашмя прижался к небу.

Надавил на него. Погладил.

А у меня зрачки укатились куда-то вверх.

Дмитровский целовался как бог. Или как дьявол. Его язык творил в моем рту чудеса. Я успевала только стонать на его легкие укусы. Он прихватывал мои губы. Сжимал их то зубами, то своими твердыми губами.

И вылизывал меня.

Жадно.

С урчанием.

Как голодный кот, который добрался до запретной вкусняшки.

Я уже не сопротивлялась его напору. Все равно не отпустит. Ему вообще плевать на все приличия, судя по всему.

Голова улетела в водоворот ощущений. Пальцы цеплялись за мощные плечи, прикрытые тонкой рубашкой.

Как за последнюю надежную опору в этом мире.

И думала я только об одном – лишь бы он не понял ничего. Я ведь приличная женщина.

А приличные так не поступают.

Даже если стоять ровно уже не в состоянии от такого дикого поцелуя.

Дмитровский вдруг отцепил мои руки от себя. Сжал запястья, поднял их кверху. И словно в танце плавно развернул меня в сторону.

– Что ты…

Он уложил меня лопатками на мой же собственный стол.

Вытянул мои руки вверх. Вытолкнул из-под меня папку с документами. Я даже вякнуть не успела. А он уже довольно осмотрел меня.

Дрожащую.

Лежащую практически под ним. Распяленную на своем же рабочем месте.

Готовую.

– А ты секси, Рыжая.

– Я заявлю на тебя в полицию!

– За что? – делано удивился он.

– За насилие!

Он склонился надо мной.

Размашисто, обжигая дыханием, провел языком от ложбинки груди в вырезе до подбородка. Сжал нижнюю губу своими.

Заглянул издевательски в глаза:

– А то, что ты подо мной стонала от удовольствия, укажешь?

– Дмитрий, – я сморгнула растерянно. Нет, ну он что, серьезно? – Мне кажется, нам необходимо обсудить наши с вами отношения.

– Рыжая, у нас нет отношений, – он нагло смеялся мне в лицо. – Я тебя трахаю, ты на меня работаешь. Все.

Я судорожно сглотнула.

В смысле, трахает?

Что, прямо здесь?

– Проба прошла успешно, я считаю, – он дразняще коснулся моих губ кончиком языка. – Ты реально сладкая.

– Смотри, как бы диатез на заднице не вылез!

Он тихо засмеялся.

Сдержанным рокотом в горле.

– Люблю дерзких. Они заводят сильнее.

Свободной рукой он вдруг расстегнул пуговку на моей рубашке.

Одну. Вторую.

– Эй, какого хрена ты творишь? – я задергалась в его руках. Но держал он меня как будто в капкане.

– Тш-ш, детка, – Дмитровский вздернул мои руки выше. Вывернул суставы в плечах, и я невольно выгнулась грудью к нему ближе. – Будешь орать, зайдет твоя секретарша. А ты тут такая горяченькая лежишь. Или ты реально любишь зрителей?

– Иди к черту! – взвыла я. – Извращенец!

– Я?! Клевета-а…

Он отогнул край бюстгальтера и накрыл левый сосок ртом.

Помогите-е-е…

Я готова была стонать во весь голос. Бесстыже текла по этому демону с зелеными глазами. И в этом тоже виноват мой бывший муж!

У нас секса не было черт знает сколько!

Он трахал только своих любовниц, а я… Терпела. И ждала. Надеялась, что он одумается. Мне же всего тридцать три!

Я молода и свежа, как они!

Только спрятала свой голод глубоко и надолго. Потому что неприлично. Нельзя. Семейной женщине не положено.

Дмитровский зажал уже ставший каменным от возбуждения сосок губами. И несколько раз ударил по нему языком.

Я готова была кончить только от этой стимуляции.

– Интересно, ты уже мокренькая или нет? – порочно прошептал он, вновь склоняясь над моим лицом. – Говори.

– Пошел ты, – выдохнула я.

– Я ведь проверю сам, Рыжая. Говори.

А можно я просто разрыдаюсь от бессилия?

Мужская рука поползла по моей ноге вверх. Медленно собирая юбку складками.

Гад!

Ведь реально в трусики залезет!

– Прекрати!

– Говори! – от командного голоса я вздрогнула.

– Да!

– Умничка, – он оголил и вторую грудь. – Видишь, подчиняться мне не так сложно. А дивиденды, Рыжик, ммм, – он еле слышно застонал. – Ошеломительные!

– Какие же? – я никак не могла унять дыхание. И да, трусы у меня действительно уже были влажные.

– Кончать будешь часто. Сладко. И до-олго.

Твою мать, какие постыдные вещи он говорит!

Широкая ладонь накрыла мою грудь целиком. Сжала, смяла податливую плоть.

Я забилась в его руках. Ударилась больно лопатками о твердую столешницу. Прикусила губы, чтобы отрезвить себя.

– Отпусти меня, мерзавец!

Пальцы разжались на моих запястьях.

Я подскочила. Сползла со стола. И уперлась торчащими сосками в его широкую грудь. Охнула от того, как чувствительно они проехались о ткань его сорочки.

– Я еще все проверю, Дмитровский! – я суетливо натянула чашки бюстгальтера на грудь. Хотелось зашипеть от неудобства. – Я все проверю! И сделку, и договоры!

– Размер проверить не хочешь?

Он даже не подумал отступить, чтобы дать мне немного пространства.

Наоборот.

Прижал меня задницей к столу. Вдавился пахом мне между ног. И я почувствовала вкус собственной крови во рту. От укуса.

Потому что под брюками у него стояло…

Большое.

И крепкое.

На меня.

– Отпусти, – пискнула я.

– Неа, Рыжая, – он ухмыльнулся уголком рта. – Мы с тобой только начинаем наш увлекательный курс дрессировки. Готовься!

Глава 4

Возвращаться в офис мне сегодня уже не хотелось.

Я на свой стол смотреть не могу пока что.

Как вспомню, что он со мной на нем вытворял… Плохо становится, честное слово.

И мокро.

Я поерзала задницей на стуле. Можно уже как-то прийти в себя, что такое-то?

– Нет, сделка проведена в рамках закона, – кудри полной женщины в Росреестре возмущенно тряслись. – Если у вас есть какие-то претензии от лица одной из сторон сделки, то вам придется обращаться в суд. Только там могут признать сделку ничтожной. Но у нас никаких нарушений я не вижу.

– Ясно. Спасибо, – я встала.

И поморщилась.

Мокрое белье отчетливо проехалось по промежности. Боже, хоть бы юбка осталась сухой. А то буду бегать с пятном на заднице.

– Всего доброго!

И вам.

Всего.

Претензии у меня были. Целый вагон. А вот сторона, которую бы я хотела потрясти за шкирку и задать миллиона полтора вопросов, так на связь и не вышла.

Я остановилась на крыльце учреждения.

И что теперь делать?

Мои специалисты оказались правы. Дмитровский сделал все юридически верно и законно. Но как я могу отдать ему свое имущество?

Фактически, у меня его просто отобрали.

Если бы я еще присутствовала при разводе… Можно было бы пободаться за разделение имущества. Но Женька и тут подсуетился в одиночку.

А может…

Я лихорадочно выдернула из сумочки папку с документами. Нашла среди них договор купли-продажи.

Семьсот миллионов!

Семьсот!

Да столько стоит нормально функционирующий завод с нормальными технологическими линиями! А не такой, как у нас. Он же в действительности стоит примерно вполовину меньше!

Мне стало обидно до слез.

Не удивлюсь, если Дмитровский приложил свою лапищу и к нашему разводу. Ну, а что? Предложил Женьке сумму в два раза большую. Забрал завод и фирму и тот с радостью согласился со мной развестись. Причем, даже без меня.

Оптом, ага.

Я ж не дурочка наивная.

За деньги и такое возможно.

А теперь эта тварь исчезла. С семьюстами миллионами в кармане. Я сжала зубы до скрипа. Звонить ему больше нет смысла. Он, скорее всего, уже умотал за границу.

Курорт!

Ни работы. Ни жены. Зато куча денег!

Я почувствовала себя полной дурой. Вот она, плата за преданность делу и семье. Сиди теперь, Маринка, в полной ванне какашек и размазывай сопли.

Я прошла по парковке.

Села за руль машины и положила на него подбородок.

Остается еще один вопрос.

Нахрена это все Дмитровскому?

Если он бизнесмен, то он должен четко оценивать реалии и выгоду от покупки нашего завода. Семьсот миллионов он будет отрабатывать до-олго. Даже при условии модернизации и перезапуска.

Это только дополнительные растраты, увеличение себестоимости.

Разве только что у него есть какие-то неизвестные мне бизнес-планы. Выставка ювелирных изделий в Лондоне, о которой я мечтаю уже пару лет, как вариант.

А если не за этим?

Зачем тогда?

Я тяжело выдохнула сквозь сжатые зубы. Губы от потока воздуха сделали «бл-бл-бл». Примерно такое же было у меня состояние духа.

Отупевшее.

И немножко разнеженное после диких ласк Дмитровского. Тело требовало продолжения. Но я скорее сдохну, чем опять позволю ему до себя дотронуться. Надо просто к нему не приближаться и все.

Это несложно.

Пошел он со своей дрессировкой…

«Рыжая, хочу кофе».

Вылупился, гад. Командует опять!

Я показала язык дисплею. Хоти, я при чем? Я не бариста.

Хотя, кофе это идея.

Я смахнула сообщение, не открывая.

Набрала номер закадычной подружки. Мы с ней вместе универ заканчивали. Потом она открыла свою кофейню-кондитерскую. Вышла замуж. Развелась. Я тоже вышла замуж. Вроде бы у каждой из нас была своя жизнь, но мы все равно общались.

Нечасто.

Вот как раз по таким случаям, когда выть хочется.

– Светка, привет. Кофе хочу. Есть?

– Ты странно произносишь слово «коньяк», – отозвался знакомый голос в трубке. – Столиков нет. Налью на кухне.

– Еду.

Следующий час я практически висела на плече подружки.

Она молча подавала мне салфетки, а я размазывала косметику по соплям и слезам. И в обратном порядке тоже.

– Маринка, ты дурная?

– Чего это? – я даже забыла хлюпнуть носом в очередной раз.

– Судя по тому, что ты мне рассказала, мужик там вполне нормальный. Радовалась бы.

– Чему?!

– Тому, что наконец-то избавилась от своего урода хотя бы. Тебе не надоело паровозить? Ты ж с самого универа пашешь. Таскаешь ему зарплату в клювике. Таскала, то есть. Квартира, уют, пироги. Блин, если этот твой чувак адекватный, то он тебя быстро в койку утащит и будет прав. Главное – не сопротивляйся.

Я охренела.

Хлопнула ресницами.

– Да не ссы. Шучу же. Да и задница у тебя слишком тощая. Кто на такую посмотрит? – заржала Светка.

– Сучка ты, – я шлепнула ее по плечу. – Ты, наверное, права насчет Женьки. Просто обидно, блин.

– Да я понимаю. Но к мужику этому присмотрись. На всякий случай.

– Да зачем?!

– Затем, что ты молодая баба. И жизнь у тебя не закончилась. Ты должна сидеть под крылом нормального мужика, а не херачить двадцать четыре на семь. Кстати, как, говоришь, фамилия?

– Дмитровский, – я скорчила гримасу. Рассуждения подруги мне не нравились. Не хочу я никого. – Дмитрий Дмитровский. Отчество не помню, надо в документах посмотреть.

– Это который Дмитровский? Демон?

Я опять вспомнила жадный блеск в зеленых дьявольских глазах.

Покраснела невольно и протянула:

– Может быть. Похо-ож…

– Тогда ты реально попала, – Светка постучала по губам пальчиком. – Слышала я про него. Этот чувак не только бизнесмен. Он самый молодой олигарх у нас. И поговаривают, что тесно с криминалом общается.

– Заметно, – я поморщилась. – Методы работы соответствующие.

– Так что… Ты бы поаккуратней с ним, Мариш. Хер его знает.

Я внимательно посмотрела на нее.

Она такими вещами не шутит, я знала. Если предупреждает о чем-то, значит на полном серьезе. Не первый день знакомы.

А что я могу-то?

Меня купили!

Бросить все? И уйти? Да щас!

Телефон, лежащий на краешке стола передо мной, засветился дисплеем. Посыпались смс-ки:

«Рыжая, твою мать! Выдеру!»

«Я сказал – кофе!»

Я нагло ухмыльнулась. Да ты ж мой хозяин!

Ути-пути-пу!

Я все же решила ответить. Лишь бы опечаток не наляпать в ответ. А то ведь коньяк порой творит чудеса.

– Я его и пью! В чем проблема?

– Ты охренела?

– И это тоже могу. Видишь, какая уже стала послушная. Цени!

– Ресторан Династия. Пятнадцать минут. Или твоя попка потеряет кресло.

Я икнула.

Вот черт.

– Что? – Светка нырнула взглядом в мой телефон. – Ооо… Не знала, что ты курсы камикадзе закончила. Если что – поминки за мой счет, подруга!

Глава 5. Демон

Я смотрел на нее через стеклянную стену ресторана.

Выпала почти из такси. Встрепенулась растерянно. Сдула рыжие пряди с лица, перекинула их на спину.

Чертовка.

Тигрица рыжая.

Самый лакомый кусочек из тех, что я в последнее время встречал. Развлечься с ней будет вкусно.

Выводить ее из себя было просто адским наслаждением. Точнее, это было полное комбо. Она так запуганно и страстно реагировала на мои ласки, что я бы даже под дулом пистолета не отказался продолжать.

Я знал, что она придет.

Слишком она дорожила своей работой. Ее муженек мне все в красках расписал. Что она озабоченная, повернутая на заводе. Холодная и безразличная к нему, несчастному мужику, бизнес-леди.

Я фыркнул про себя.

Придурок.

Нет холодных женщин.

Есть недотраханные своими недомужиками.

– Ты опоздала, – я с удовольствием посмотрел в лучистые зеленые глаза.

– Нет!

– Да. На две минуты, – я постучал по стеклу наручных часов.

– Дмитрий…

– Романович, – я чуть склонил голову, представляясь полным именем. Склонился к ней пониже. Коснулся нежной щеки щетиной. – Но ты можешь звать меня Демон. Так, стоп! Ты что, бухала?

– Я?! Нет! А по поводу опоздания: Дмитрий Романович, – даже тут противоречит, коза такая. Сопротивляется всему, что я говорю. И врет беззастенчиво. Запах коньяка я уловил точно. – Я была в другом районе города! Пробки же.

– Не интересует, – я подхватил ее под локоть. Увлек за собой в зал. – Отработаешь позже. А сейчас включись в рабочий режим, алкогольвица от бизнеса. Раскрутишь этих товарищей на сотрудничество – не уволю, так и быть.

– Как? Что значит, отработаю? Каких товарищей?

Я не стал отвечать.

Не садист я. Нет у меня прикола издеваться над людьми. Тем более, если у этих людей такие упругие сиськи и округлая задница.

Просто она так яростно сопротивлялась.

Желание ее обломать, показать, кто хозяин, само лезло наружу.

– Господа, – я подвел ее к столику. – Знакомьтесь. Марина Викторовна. Мой заместитель и ведущий специалист Золотого Завода. Марина Викторовна, это мои давнишние партнеры. Они поставляют бриллианты из Якутии.

Первой ее реакцией было смятение.

Ну да.

Мои кореша не сильно-то похожи на бизнесменов, к которым она привыкла. Ни пиджачков от Армани, ни пальцев с маникюром как у пидорасов. Господа, блядь…

Мы прошли суровую школу.

Поэтому и деньги делать умеем такие, что ни одному заднеприводному не приснится. Только они больше руками, производством.

А я головой.

Но Рыжая быстро сориентировалась.

Я же знал, какую удочку закидывать.

Она реально хотела попасть в Лондон на международную выставку ювелирного искусства. Я проверил все. А изделия с бриллиантами там ценятся на порядок выше.

А уж с якутскими…

Редкость.

Она вцепится в них. А я сыграю на этом. Я в любом случае в выигрыше. С обеих сторон.

– Здравствуйте! – Рыжая по очереди протянула свою ладошку двум моим корешам. – Очень приятно с вами познакомиться.

Я усмехнулся.

Ну-ну. Им тоже с тобой приятно, поверь мне. Я ж их знаю. Тебя уже раздели мысленно и оттрахали во всех позах.

Мне вдруг стало херово.

– Ну, за знакомство? – кто из мужиков первым поднял рюмку, я даже не заметил.

Но чокнулся.

И выпил.

Горечью водки постарался вернуть себе адекватное состояние.

Рыжая пить отказалась. Попросила у официанта кофе и только. Понятно. Водочка после коньяка для такой крошки. Ее ж развезет в момент.

Хотя, идея, в общем-то, заманчивая…

Можно будет ее прямо сейчас после ужина забрать к себе.

Я прищурился.

Посмотрел на нее.

Она что-то уже болтала. Рассказывала двум матерым мужикам преимущества работы с ее заводом. Даже то, что у них нет лицензии, заставило ее задуматься буквально секунд на тридцать всего.

Потом она нашла решение, как получить ее по ускоренной программе.

Договоры. Поставки. Продвижение. Реклама. Оптовые закупки. В ее голове как будто одновременно работали несколько процессов. Она искала пути расширения и улучшения своего бизнеса в нескольких направлениях сразу.

Я оценил.

Рыжая реально хороша в делах.

Но в моей постели все равно она красивее будет смотреться, чем за столом генерального директора.

Бабки я и сам умею зарабатывать.

А ее говорливому рту найду другое применение.

– Вы же понимаете, что покупку бриллиантов может себе позволить не каждая женщина? – Рыжая вцепилась в якутов бульдогом. – А если вы сможете нам обеспечить бесперебойную поставку мелких, но чистых камней, то мы сможем адекватно удешевить изделия с ними. И продажи взлетят до небес!

– Делай, малышка, – кивнул один из них. – Решим с лицензией под золото, будут у тебя камни.

– Ура! – она от радости даже в ладоши захлопала.

Как ребенок.

Чисто и восторженно. Обернулась ко мне, поймала осуждающий взгляд. И сразу же потухла.

Кашлянула, чтобы скрыть смущение.

Сука!

Рыжая, ты что вытворяешь-то? Ссориться с корешами из-за тебя в мои планы не входило. А тебя уже реально сожрали взглядами.

– Марина Викторовна, вы молодец, – я положил ей руку на плечо. Погладил пальцем нежную шейку. Обозначил свое владение. – Вам, кажется, звонят?

Телефон ее лежал дисплеем вниз.

Но она поняла.

– Да. Простите, я вернусь через минутку, – схватила смартфон и встала из-за стола.

– Твоя, Демон? – якут проводил ее задницу сальным взглядом.

– Моя.

– Понял, брат. Отвял. Давай выпьем.

Мы чокнулись еще раз.

– Ты понимаешь, что на наши камни мы лицензию не получим? Слишком грязные.

– Значит, найдите чистые, – резко посоветовал я. – Вам нужен был рынок сбыта? Вот он. Легальный и по хорошей цене. Подведете мою Рыжую, порву.

Разговаривать было больше не о чем.

Они меня поняли. И знали, что я слов на ветер не бросаю.

– Идем, – я перехватил Рыжую на выходе из зала. Отдал ей ее сумочку.

– Куда? А? Что происходит?

– Встреча окончена.

Я почти вытащил ее на улицу.

Злость внутри бурлила. Или не злость? Хуй знает. Но то, что она заливалась как певчая птичка перед двумя моими корешами, меня подкинуло знатно.

Охуеть у нее манера вести переговоры!

Жмурику член поставит просто сидя на стуле.

– Отпустите! – Рыжая рванула свой локоть. Она тоже психанула. Крылья вздернутого носика раздувались. – Что вообще происходит? Я уже ничего не понимаю!

– Встреча окончена. Мы уезжаем.

– Куда? Я никуда с вами не поеду! – она даже отступила на шаг.

А я резко сократил эту дистанцию.

Не смей от меня отходить, блядь! Не провоцируй лучше!

– Мы едем в отель, Рыжая, – аромат ее кожи срывал мне тормоза начисто.

Целовать ее шею было на грани сумасшествия.

Сексуальное, но почти невинное откровение для искушенного опытом демона во мне.

– Я беру на работу только высококлассных сотрудников, мой жаркий Рыжик. Поэтому я буду оценивать твой опыт всю ночь. Сегодня.

Глава 6

– Если ты меня тронешь, я укушу тебя за член, – спокойно и четко проговорила я, глядя в безумной глубины зеленые глаза Демона.

– То есть ты планировала начать с минета? Мне нравится.

Я уронила голову на руки.

Шумно выдохнула и расслабилась.

Наш последний разговор с Демоном я за последние два дня прокрутила в голове раз шестьсот. И его громкий хохот, когда я вырвалась и побежала по тротуару, до сих пор стоял у меня в ушах.

А я бежала!

Спотыкалась на шпильках. Материлась и махала руками, в надежде быстро поймать такси прямо на дороге.

Зрелище то еще.

На щеки медленно наполз румянец.

Уже в который раз, опять же. Стыдно? Конечно! Я себя повела не как взрослая умная женщина, а как истеричка.

А что было делать?

Дмитровский все у меня отобрал! Все! А его намеки на то, что я должна стать его любовницей, вообще выводили меня из себя.

Что за дикость?

С каких пор можно вот так прийти и заявить свои права на женщину?

Мы ж не в каменном веке живем.

Мало ему любовниц? Он же такой красавчик. И при деньгах. Волосы дерут друг другу, наверное, чтобы к нему в койку влезть.

А я не буду!

Принципиально!

Еще б я в очередь не вставала за обернутым в купюры членом.

Я фыркнула. Да пусть у него там хоть реально дубина, а я голодная до визга. Все равно не буду!

Низ живота потянуло невольно.

Я лучше сама как-нибудь справлюсь. Наученная уже, знаете ли. Даже пока с бывшим мужем у нас был хоть какой-то секс, то удовольствия он мне не приносил. Приходилось выкручиваться.

Тело отреагировало на грешные мысли недвусмысленно.

Влага стала выделяться из киски непроизвольно.

Я зашипела. Ну, здорово. В ящике стола точно были влажные салфетки. Теперь придется в туалет топать. Вместо того, чтобы работать, я буду течь по этому гаду.

Еще стол этот…

Р-р-р…

Я закрылась в кабинке офисного туалета. Подтянула юбку по бедрам вверх. Твою мать!

Трусики уже были откровенно влажными.

Это просто какая-то звериная реакция на Дмитровского. Нездоровая. Приличные женщины такого испытывать не должны. Да и вообще!

Такого со мной никогда раньше не было. Что в нем такого, что тело само по себе возбуждается настолько сильно?

Я сморщила нос.

Бросила телефон на полочку, достала салфетку из пачки.

Кошмар.

Мне теперь что, с прокладкой ходить постоянно? О! Тампоны! Заодно и не доберется, если что.

Я засмеялась удушливым смехом.

Это же ужас.

Просто ужас. Средневековье какое-то.

Сотовый с гулом от вибрации поехал по пластиковой полочке туалета. Я опять зашипела. Капец как вовремя! Надо было закрыться вообще во всем туалете. Хотя бы спокойно себя в порядок привела.

Придерживая трусики одной рукой, чтобы не упали на пол, я взяла аппарат.

Номер странный… Слишком длинный.

Я провела пальцем по дисплею.

– Слушаю?

– Доброго дня, миссис Смирнова, – с легкой хрипотцой поздоровались со мной по-английски.

– Доброго дня, – я растерялась. Застыла враскорячку возле унитаза. Поза подбитой орлицы, блин!

– Меня зовут Джон Филлис. Я менеджер кампании Флагман, организатора выставки ЮниДжеверли. Мы получили вашу заявку на участие в выставке, миссис Смирнова. Скажите, вы до сих пор желаете принять участие?

– Да! – выдохнула я в трубку.

Моя заявка!

Выставка!

Лондон!

Божечки!

Я от неожиданности выпрямилась.

И мокрые трусы моментально скользнули по ногам на пол.

Да блядь!

Дмитровский, я тебя ненавижу! Из-за тебя все!

– Отлично. Тогда мы вышлем вам новый почтовый адрес. На него нужно будет отправить предварительные макеты тех изделий, которые вы будете готовы представить на нашей выставке. Если у вас есть какие-то изменения по ассортименту или новые выгодные предложения для сотрудничества, вы также можете выслать их на новый адрес.

– Спасибо! – я опять наклонилась. Подхватила свое бельишко. – Скажите, пожалуйста, чтобы предоставить изделия с бриллиантами, нужно будет создавать отдельную заявку?

Хорошо, что я сразу же научила технический персонал убираться в туалетах до блеска на плитке. Но трусы все равно выброшу.

Такой вот бзик брезгливости.

– О, да, миссис Смирнова, – привычка англичанина пихать мое имя в каждую фразу начала подбешивать. – Также вы должны будете предоставить все сопровождающие и разрешающие документы, как на золото, так и на камни. Не забудьте их прислать тоже заранее.

– Фак! Чертовы трусы! – запутавшись каблуком в ниточках стрингов, я ударилась лбом о стенку кабинки. Даже выматерилась на английском, а не на русском.

– Что, простите? – охренел в трубке англичанин.

– Извините! – я выпрямилась и дала себе ладонью по пострадавшему лбу. Красотка ты, Маринка, что уж. – Это я не вам. Да, я все поняла. Большое спасибо! Жду ваше письмо и все отправлю сразу же.

– Оу. Я понял. Всего доброго, миссис Смирнова!

Твою же ма-ать…

Представляю какое впечатление я произвела на этого менеджера. Надеюсь, нам с ним не придется встречаться в Лондоне лично.

Черт!

Выставка!

Документы!

Я натянула юбку как положено и выскочила из кабинки. На бегу бросила трусики в туалетную урну.

И бросилась в свой кабинет.

– Катюша! Катя-а!

– Что? Что такое, Марина Викторовна? Что случилось? – секретарша выскочила из приемной в коридор от моих воплей.

– Катя! Срочно звони на завод! Мне нужны ювелиры и дизайнеры! Срочно!

– Марина Викторовна, оттуда только что звонили. Новый генеральный приехал еще утром. И запретил вам звонить. Уже двух инженеров уволил!

Была бы у меня шерсть на загривке, она бы встала дыбом.

Демон увольняет моих людей?

Ну, с-сука…

Глава 7

Мне можно было в фильмах сниматься.

В голливудских боевиках. Точно бы взяли. Возле ворот завода я выполнила почти полицейский разворот.

С шиком.

С блеском.

И в диком бешенстве.

Газанула снова, как только новая охрана мне открыла.

Посмели бы не открыть или попросить документы!

В одноэтажном здании дирекции не было никого. Вообще. Пустые кабинеты, причем открытые. Ни бухгалтеров, ни дизайнеров. Никого!

Мне хотелось рычать и плакать одновременно.

Что он делает?

Он же мне завод губит на корню!

– Марина Викторовна!

Я обернулась на знакомый голос как ужаленная.

Замдиректора шел мне навстречу из помещения, где сидели обычно вахтеры.

– Где все? – соблюдать правила приличия и здороваться, мне сейчас было вообще недосуг.

– Он всех отпустил.

– А сам?

– В цехах был, насколько я знаю. Я не стал уходить. Решил вас дождаться…

А вот я его дослушивать не стала.

В цехах, значит…

Туда-то я и полетела. По пыли, на шпильках, через всю территорию завода. Он хоть и небольшой у нас, но все же промышленная зона. Для дамочек на каблуках не приспособленная.

Дмитровский действительно был в основном корпусе.

Стоял в своем шикарном пиджачке. Руки в карманы засунул и слушал главного инженера с самым внимательным выражением на лице.

Гад изумительный!

А вокруг – прихлебатели.

То есть его личные сотрудники. Своих-то я в лицо помню худо-бедно всех.

– Ты! – я к нему подскочила фурией. Ткнула наманикюренным пальцем в грудь. – Какого хрена ты тут устроил? Кто тебе дал право распоряжаться моими людьми? Знаешь, как это называется?

Демон перехватил мой локоть.

Не говоря никому ни слова, просто поволок меня в сторону.

– Отпусти меня! Отпусти меня сейчас же!

Я пыталась сопротивляться, но он только сильнее стиснул пальцы. И я зашипела от боли.

Да он железный, что ли?

Дверь небольшого кабинетика, где обычно сидели дежурные мастера производства, Демон просто пнул.

А он уже не хило ориентируется на моем заводе, как я посмотрю!

– Встала здесь! – он подтолкнул меня к письменному столу. Больше тут ничего и не было. Стол, стул и шкаф для документов.

– Не смей на меня орать! – рявкнула я в ответ.

– Рыжая, блядь! – Дмитровский навис надо мной взбешенной скалой. – Запомни мои слова навсегда. Заруби на своем красивом носу! Первое! Рот в моем присутствии можешь открывать только для того, чтобы мне отсосать или когда я разрешу. Второе! Вопросы мне задавать только тогда, когда я готов их выслушать. А до этого времени стоять рядом как послушная козочка и молчать. Это понятно? Молчать!

– Перебьешься! – от его рыка у меня коленки подгибались. Тон у него был жутко страшный. Но молчать, как он велел, я не могла. – Что с заводом? Что ты творишь? Где все мои сотрудники?

– Блядь, женщина! Ты с первого раза не догоняешь, да?

Он вдруг взялся за свой ремень.

Рывком расстегнул его, а затем громко вжикнул молнией на брюках.

– Раз рот у тебя не закрывается, то приступим к отсосу. Мне как раз надо напряжение снять. На колени!

– Не похож ты на иконостасик, Дмитровский, чтобы я перед тобой на колени вставала!

– В первый раз всегда страшно, похуй!

– Грешно без трусов, а я женщина приличная, крещеная! – я окрысилась окончательно.

Мамочка моя, да я вниз даже посмотреть боялась.

Он же реально уже почти член достал!

– Без трусов?!

Он схватил меня за талию и резко подсадил на стол.

Поднимал в нормальном состоянии, а уселась я уже голыми ягодицами на столешницу. И взвизгнула от ее прохлады.

Когда он вообще успел мне юбку задрать?

– Ты охренела, Рыжая?! Ты какого хуя без трусов ходишь?

– Проветриваю! – я уперлась коленями ему в живот, но сильные руки моментально раздвинули их в стороны.

И Демон с угрожающей близостью устроился между моих разведенных ног.

– Ммм, мой Рыжик, – вдруг адски соблазнительно пророкотал Демон. – Ты пахнешь сексом. Как видишь меня, сразу мокнешь, да?

Я попыталась перехватить его руки, но он оказался быстрее.

Сжал пальцами одной руки оба моих запястья за спиной. Сделал меня совершенно беспомощной.

Не прыгать же мне на заднице перед ним!

Твою мать!

Даже орать стыдно, потому что в цеху за дверью люди.

– Убери руки!

– Да легко, – согласился он. – Про член-то речи не было.

Я задохнулась от возбуждения и страха одновременно.

Свободной рукой Демон достал из брюк член.

Крупный. И длина уже стоящего во всей красе органа, и толщина, поражали мое неискушенное воображение.

Мой личный дьявол сжал красавца пальцами под головкой. Натянул кожицу к мошонке. Сам вздрогнул от ощущений.

Но не отводил взгляда от меня.

Я это чувствовала. А сама смотрела только вниз.

На крепкий член меж моих ног. Который вот-вот прижмется к мокрым складкам.

И я сдамся.

Демон провел большим пальцем по головке. Растер по ней каплю предсемени. Бархатистая кожица стала блестящей.

Я гулко сглотнула.

– Влажная такая, – Демон вдруг оставил член. Коснулся моих складочек. Тягуче медленно провел по ним подушечками пальцев. Собрал смазку. – И течешь ты только для меня сейчас, Рыжая. Хоть и орешь, что это не так.

Как в охерительно дорогой порнухе он слизнул со своих пальцев мой вкус. Прикрыл мутные от похоти глаза на секунду. По широким плечам пробежала легкая судорога удовольствия.

Демона дернуло.

– Сладкая моя....

Я застонала.

Упругая головка коснулась входа в киску.

Демон снова перехватил член. С легким нажимом провел им сначала вверх. А потом вниз.

Растер по мне влагу.

Распределил ее. Смешал со своей.

– Ты охуенная, Рыжик, – он вдруг подался вперед. Отпустил мои руки, обхватил за шею. – И только моя теперь, запомни.

Визжать от возмущения, когда тебя так целуют, невозможно.

Я держалась за его плечи, а сама стонала в жадный рот. Мозг отключился, как только Демон чуть качнул бедрами.

Только окунул самый кончик головки в мою дырочку.

– Марина Викторовна! – в кабинет влетел замдиректора. – Там нового сотрудника станком придавило!

Глава 8. Демон

– Дмитрий Романович, мы делаем все возможное.

– Нахрена мне ваше возможное? – зарычал я в трубку. – Сделайте невозможное, блядь!

Выкрутил руль, заехал на парковку возле ее дома.

– Дмитрий Романович…

– Я все сказал. У вас два дня, чтобы аннулировать это сраное решение о приостановке деятельности. Завод через два дня должен запуститься. Все.

Мотор послушно заглох.

Я вышел и раздраженно хлопнул дверью.

Блядская техника безопасности! И дебил этот, который полез, куда его не просили. Производственная травма, твою мать.

Рыжая почти в обморок упала, когда увидела разжеванную станком ногу моего юриста.

Ну, вначале от того, что ее подчиненный застал нас почти трахающимимся, а потом уже от того, что случилось.

А теперь вот.

Не появляется на работе уже второй день.

И трубку не берет, коза!

Я со злостью сжал пальцы в кулаки. Охренели совсем. Никто не слушается. Всех надо строить и воспитывать.

Вместе со злостью в душе царапалось беспокойство. Но его я предпочитал задвигать подальше. Мешает. Отвлекает.

Рыжая жила в не самом шикарном доме.

Давненько построенная высотка стояла в комплексе похожих друг на друга десятиэтажек. Странно. С ее уровнем доходов, она могла бы жить в более престижном домике. Хотя, не удивлюсь, что она половину зарплаты вкидывала на какую-нибудь благотворительность.

Кошечек кормила в приютах или собачек.

Это она на вид только грозная.

Звонить в дверь пришлось долго. Пару минут не меньше. И ключ в замке зашуршал, только когда я уже просто нажал на кнопку звонка и не стал его отпускать.

– Рыжая, ты охренела?

Она молча отвернулась и пошла вглубь темной квартиры.

Не понял.

Мы сегодня не в настроении зубоскалить?

Запахивая на ходу длинный халат, она ушла в комнату. И даже ни единого взгляда мне не бросила. Я посмотрел на светлый ковер на полу.

Блядь.

Бабские эти штучки.

Пришлось снять туфли.

– Противная, с тобой что? – я вошел за ней.

И присвистнул.

Она лежала на кровати.

Свернулась комочком. Подложила ладошки под щеку. И смотрела в одну точку на стене.

Вообще ноль реакции.

А на тумбочке – едва початая бутылка коньяка. Бокал. Распечатанная небрежно шоколадка с брусничной начинкой.

Я взял бутылку за горлышко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.