Хасан Ниязов
«Любовь в мелочах»

Пролог

В Париже – сердце звёздных грёз,

Где свет и страсть сплелись незримо,

Живёт легенда средь берёз

О том, как в малом скрыто мимо.

Не буря – мелочь, не пожар,

Не громкий крик, не злоба века —

А тихий взгляд, невольный жар

Решает участь человека.

Любовь не в буре, не в словах,

Не в клятвах пылких, пышных розах —

Она живёт в простых делах,

В дыханье, встреченных на позах.

Песнь I – Встреча

В доме графа де Валеруа,

Что у Сены стоит гордо,

Собралась знать, блеск и молва —

Бал осенний звучал аккордом.

Там Элен – юна, как апрель,

С душой, как утро, чиста и ясна,

Сияла, словно колокол

Весны на злате бала ясном.

Её глаза – лазурный свет,

В них мудрость, тайна и тревога,

И каждый, кто глядел им вслед,

Забыть не мог их долго-долго.

А рядом с ней – Анри, поэт,

Чуть старше – тридцать, может, с лишним.

Он был мечтатель, странник лет,

С душой свободной, тихой, лишней.

Но он, читая каждый взгляд,

Улавливал в ней что-то близко —

Как будто небом благодать

Сошла в её улыбке искрой.

Их речь – сначала, как игра:

О моде, книгах, шуме света…

Но вот случайная фраза

Рождает откровенье лета.

– 

«Вы верите, что жизнь – игра?» —

Спросила Элен, чуть улыбаясь.

– 

«Порой игра, а порой – тьма», —

Ответил он, в себя вникая.

Так началась их лёгкий путь,

Где каждый взгляд – признанье тайной,

Где каждый шаг – не просто суть,

А откровенье, мир случайный.

Но судьбы нити в этот миг

Сплелись невидимо, упрямо —

И в сердце, где звучал лишь стих,

Вдруг загорелась страсть упряма.

Песнь II – Сближение

В те дни, когда Париж цветёт

И над Сеной струится лето,

Когда душа любви зовёт,

Когда к мечтам не видно предела,

Элен с поэтом вновь сошлись —

То в залах балов, то в аллеях,

То в тишине вечерних мыс

Они, смеясь, шептали феи.

Не тайна их – их встреч знал свет,

Их имена шептали с лаской.

Но что значил для них балет

И звон шампанского в подсказке?

Для них важней был каждый миг,

Где рядом – взгляд, где рядом – слово.

И день казался им родник,

Что льёт из сердца счастье снова.

С Элен всегда была Камилль —

Подруга с детства, с острым умом.

В ней – лёгкость, пламя, вечный стиль,

И сердце – тёплое, как дом.

Она смеялась: – «Ах, мадам!

Ты, вижу, в облаках летаешь!

Твой Анри – это вовсе не срам,

Ты, видно, всё в нём понимаешь.»

– 

«О, Камилль, – шептала в ответ

Элен, слегка зардеясь счастьем, —

Он добр, он честен, как рассвет,

В его словах – вся жизнь, участье…»

– 

«Любовь – игра, – вздохнула та, —

Где сердце – пешка иль корона.

Но если искра есть, она

Сожжёт сомнений пергамоны.»

Анри же знал – его пути

Не одиноки в мире странном.

Был Жюль – товарищ, как найти

Надёжней друга постоянного.

Он был циничен, смел и прям,

Скептичный ум, язык остёртый.

Но за суровостью – вулкан,

Что скрыт под шуткой недогрёбкой.

– 

«Ты влюблён?» – спросил он, смеясь.

– 

«Влюблён, – признался Анри тихо. —

И если звёзды сжалься над нас,

Я жизнь отдам за эту стихию.»

– 

«Тогда дерзай. Судьба сама

Порой влюблённым пишет строки.

Но знай, любовь – не только сны,

Она – и боль, и путь, и сроки.»

Судьба, играя, свела всех четырёх

На праздник лета, в сад у Сены.

Там, где сирень, где слышен смех,

Где ночь была, как сон без пены.

Камилль и Жюль – увы, с порога

Нашли друг в друге врага врагов.

Она считала: «Ни ума!»

Он думал: «Холодна, без слов!»

– 

«Как вам Париж?» – «Пустой и скучный!»

– 

«А вам?» – «Смешной, да крикливый!»

И так весь вечер их разлука

Слова рожала неучтивы.

Но под конец, в ночной тиши,

Где Сена звёзды отражала,

Он подал ей плащ от души —

И что-то в сердце вдруг дрожало…

Песнь II – Признание

Прошло два лета и два сна —

Их встречи стали откровенней.

Теперь уже не тень весна,

А жар судьбы и страсти пенный.

В тот вечер, в старом парке Лувр,

Где ночь, как бархат, мягко дышит,

Они вдвоём ушли от бурь —

Их сердца шли к любви всё ближе.

Анри молчал – и взгляд его

Горел, как пламя, но застенчиво.

В его груди гремело всё,

Что раньше спало безразличием.

– 

«Скажите мне, мадам…» – сказал

Он тихо, будто бы боясь дыханья, —

«Что делать сердцу, коль пропал

Покой в мгновенье ожидания?»

Элен вздохнула: – «Говорят,

Что в жизни всё лишь сон и случай.

Но если так… скажу я, брат,

Пусть будет сон сей самый лучший.»