Ольга Силаева
Страсть наследника тьмы

Пролог

Церемония посвящения в магистры – это событие, которое пропустить нельзя.

Особенно когда магистром становится наследник тёмного и опасного рода Волнар, ледяной красавец, чьи фотографии с Зимнепраздничного бала обошли все газеты. И в первую очередь та, где Итан Волнар танцует с изящной красавицей Ренатой, дочерью и единственной наследницей архимагистра Вендрика, а под фотографией идут многозначительные намёки о близости этих двоих.

И сегодняшняя церемония эти намёки прямо подтверждала.

Ведь Итан Волнар и Рената вот-вот станут магистрами вместе.

Главный парадный зал Эвенара только что не лопался от помпезности. Позолота на каждом углу, сияющие хрустальные скамьи, кружево переливающихся радуг на потолке, а уж из нарядов гостей можно было делать отдельную выставку мод. Тамми здесь понравилось бы.

Но лучшей подруги Итана здесь не было. У меня в этом зале вообще не было друзей, и поэтому я не глядела по сторонам. Лица и наряды гостей, золочёная фурнитура скамей и алые мантии охранников оставались для меня набором ярких пятен.

Но я знала, что когда в зале появится Итан, то всё изменится.

Сердце заныло. Я не хотела думать об Итане. Но не думать о нём и о Ренате я тоже не могла.

– Идеальная пара, – прошептала дама за моей спиной. – Как хорошо, что на церемонию приглашают не только магов! Было бы так обидно её пропустить! Надеюсь, на свадьбу нас тоже позовут.

Я вздохнула.

«Ждите, ждите, – сказал бы лучший друг жениха. – А потом вас с этой свадьбы вынесут ногами вперёд, едва невесте наступят на ногу. Добрейшей души девица».

Вот только этот друг, Салазар, был заперт в карцере без еды уже сутки, и это заключение грозило растянуться надолго. И закончиться смертной казнью, если Салазар откажется принимать магическую печать лояльности. Архимагистр Вендрик знал, что делал, когда назначил церемонию на сегодня. Сын его заклятого врага должен был идти сюда как на казнь, и никак иначе.

– Вот они! – возбуждённо охнула дама. – Вот они идут!

Я невольно коснулась медальона на своей шее. Подарок Итана. Знак, что я ему небезразлична. По крайней мере, ещё недавно я в это верила.

Сейчас, видя его появляющимся на сине-золотой дорожке под руку с Ренатой, – нет.

Я не хотела на это глядеть, но взгляд невольно тянулся туда. Ко входу, к распахнувшимся хрустальным дверям, к гостям, с восторженными вздохами разворачивающимся к блестящей паре.

Рената выглядела роскошно. Распахнутая золотая мантия, небрежно наброшенная наподобие плаща, открывала узкое платье, облегающее дочь архимагистра змеиной кожей. Яркая диадема с тигриными глазами сверкала на голове, и такая же яркая, уверенная, хищная усмешка сверкала у Ренаты на губах. Как у кобры, готовой укусить.

Я опустила взгляд. Я не хотела смотреть на Итана, идущего рядом с Ренатой. Совсем недавно мы глядели на рассвет вместе, а сейчас…

Хватит, Эва. Я сжала губы. Хватит себя жалеть. Этот парень – взрослый и сам знает, что делает. В конце концов, на него и так слишком много свалилось, чтобы упрекать его в непостоянстве.

Итан. Итан Волнар. Кончики губ сами собой приподнялись в улыбке. Наследник Тёмного Магистра, с которым мы спали в одной постели и на воздушном шаре… и ни к чему хорошему это не привело. Ну… кроме того, что я всё ещё девственница.

Я сделала глубокий вдох, решилась и подняла голову.

И тотчас же наши взгляды встретились.

По контрасту с Ренатой Итан был в элегантной чёрной мантии, подчёркивающей безупречную фигуру, и изящных перчатках. Густые тёмные волосы, прекрасная осанка и прохладный взгляд, говорящий окружающим, что Итану нет до них никакого дела.

Но я знала, какое море эмоций скрывалось за этим невероятным спокойствием.

Мои губы дрогнули. «Как ты?» – хотела спросить я.

Секунду мы смотрели друг на друга. Его глаза и мои, и плевать на гостей, на эту дурацкую церемонию – на всё…

И тут Рената подняла руку, маша гостям. Пальцы её свободной руки словно невзначай скользнули в пальцы Итана, оживлённая улыбка заиграла на губах, и гости приветственно зашумели в ответ, а вокруг защёлкали вспышки газетчиков.

А на церемониальном возвышении, окружённом двумя рядами охраны, разгорелся золотой круг телепорта. Золотая вспышка ослепила всех, а когда сияние рассеялось, в круге появилась величественная фигура архимагистра Вендрика.

Драгоценные камни сверкали на его головном уборе, очень напоминающем корону, а на поясе красовался кичливый позолоченный жезл, как всегда. Вот он, наш архимагистр. Властелин всей магии мира, о чём знали немногие. И сейчас в результате сложного шантажа Вендрик обязан был сделать Итана частью магистрата и поделиться магией с ним.

Подойдя к возвышению, Рената опёрлась на руку Итана, чтобы тот помог ей взобраться по ступеням. На верхней ступени она обернулась и ещё раз помахала залу королевским жестом счастливой невесты.

Я тряхнула головой. Так, какой ещё невесты? Эва, не накручивай себя, перед тобой не свадьба столетия! Это всего лишь церемониал, через который надо пройти, чтобы Итана признали своим. Чтобы он перестал быть «отродьем Тёмного Магистра и его грязной банды» и стал ослепительным аристократом и магистром, облечённым властью.

Я глубоко вздохнула, стараясь не слушать ритуальные фразы, доносящиеся с возвышения. Это не торжество любви, а формальное действо, где каждый скрывает свои истинные чувства, а зрители не знают о тёмных страстях, кипящих за занавесом.

– Настала пора принять в наши ряды нового магистра! – провозгласил архимагистр Вендрик, и гости отозвались восторженным гулом.

– Я же говорила, что он совсем не похож на своего отца, – удовлетворённо объявила дама за моей спиной своей подруге. – Чтобы Итан Волнар бесчинствовал, жёг дома и подчинял себе рабынь, как его отец? Теперь я жалею, что верила слухам столько лет. Ведь он выглядит таким милым мальчиком!

Я с трудом подавила смешок, стараясь не смотреть на свою печать должницы. Ну да, никаких рабынь. Что вы, ведь Итан Волнар такой милейший и воспитаннейший молодой человек!

А заодно и владелец моего магического долга. Я обязана находиться рядом с ним, не причинять ему вреда и… если коротко, то быть в услужении. А ещё связь позволяла нам видеть общие сны, образы из прошлого. Что было особенно пикантно, если учесть, что отцом Итана был Тёмный Магистр, самый страшный маг столетия, а мой отец предал его и помог магистрам его убить.

Итан мог продолжить дело отца, если бы решился принести меня в жертву, высосав из меня всю силу и магию. К счастью, Итан отказался. К сожалению, возможность никуда не делась. Так что отношения у нас сложились… специфические. Не говоря уже о том, что Итан как минимум дважды спасал мне жизнь – и очень хорошо умел танцевать.

И был красавцем, этого не отнять. Я поймала себя на том, что вновь любуюсь затылком и фигурой Итана, и безнадёжно вздохнула. Мне не хватало друзей. Здесь должны были быть Тамми, Леандро со своими шуточками и очередной девицей нестрогих правил и мрачный Салазар с его вечным «мы все умрём, и грядёт конец света».

Но Салазар был заперт, а Тамми и Леандро в один голос отказались идти. И добавили ещё пару слов в адрес Итана, которые сложно было забыть. Обманщик, который ни словом не намекнул им о своих планах, пока они рисковали ради него жизнью. Идиот, который предал дело своего отца и переметнулся на сторону магистров. Перебежчик, который бросил друзей.

– Это его друзья склоняли его на тёмную сторону, – громко прошептала сзади подруга дамы. – Яблочко от яблони…

Я сжала губы плотнее.

Рената опустилась на одно колено, с нежной улыбкой принимая от отца знак магистра. Ох, сколько возмущённых разговоров будет! Едва начала формальное обучение – и уже магистр? Да что эта Рената о себе возомнила, будь она хоть двадцать раз дочерью архимагистра Вендрика? Такая дерзость затмит даже возвышение Итана.

Но в этой дерзости был свой резон. Лишь очень немногие знали, что архимагистр тяжело болен. Рената была его единственной наследницей, и Вендрик торопливо возвышал её, укрепляя позиции в магистрате.

Рената поднялась и с сияющим видом повернулась к публике. Новенький сверкающий знак магистра красовался на её золотой мантии. Раздались аплодисменты.

– Какая красавица, – прошептала дама за мной. – Скорей бы ей за него замуж!

– Я слышала, за ним таскается какая-то девица, – озабоченно произнесла её товарка. – Вроде как отдаёт долг. Как бы она им не помешала, эта разлучница!

Разлучнице, то есть мне, очень хотелось обернуться и брякнуть что-нибудь поядовитее, но тут настал черёд Итана.

На глазах у изумлённой толпы Итан Волнар шагнул вперёд, явно не собираясь опускаться на колено ни перед кем.

Двое магов застыли друг напротив друга.

И тогда архимагистр протянул руку и коснулся запястья Итана в чёрной перчатке. Со стороны это выглядело сочувственно-покровительственным, даже отцовским жестом, но я знала, что архимагистр дотрагивается до печати Итана. До магического клейма, поставленного насильно, чтобы обеспечить лояльность молодого мага. И владеющий древними тайнами архимагистр знал все секреты этой мерзкой штуки.

Я не видела выражения лица Итана. Но в следующую секунду он медленно, с идеально прямой спиной опустился на одно колено. Дамы за моей спиной умилённо выдохнули.

Ещё секунда, и Итан поднялся со знаком магистра на мантии. Только я и ещё несколько людей знали, чего этот знак ему стоил.

Я молча смотрела на Итана, не обращая внимания на торжествующую Ренату, едва слыша гром аплодисментов и восторженные крики. Да, формальная часть окончилась. Но ничего ещё не было завершено.

Настоящая церемония состоится ночью. И вот она будет зрелищем не для слабонервных.

Глава 1

Когда прозрачные двери лифта раскрылись передо мной, я помедлила, прежде чем шагать внутрь. Куда мне идти? В башню, которая когда-то была домом для Итана и его друзей? Но остался ли там сейчас хоть кто-нибудь? И что мне делать в пустых комнатах? Листать книги у потухшего камина?

Впрочем, в любом случае лучше поскорее скрыться от посторонних глаз. Магистры легко могут отловить меня и надавить, чтобы я открыла им секреты Итана.

Глубоко вздохнув, я шагнула в пустой лифт, покосившись на очередного стража в алом, стоящего в холле. Сегодня, казалось, они стояли повсюду.

И тут послышались быстрые шаги.

– Тебе не сюда, – отрывисто сказал Итан.

Я растерянно оглядывала его. Действительно Итан Волнар. Самый настоящий.

– И тебе доброе утро, – произнесла я. – Или уже добрый день?

– Уже за полдень. – Итан взглянул на прозрачный циферблат с серебряными стрелками. – И гости наконец-то разошлись.

– Что, без торжественного банкета? – не удержалась я.

– Я улизнул, – без малейшей улыбки в голосе сообщил Итан. – Идём со мной.

Знак магистра на мантии сделал его более уверенным – в тоне Итана появилась безапелляционность, которой я не замечала раньше. Но что-то в его глазах удержало меня от того, чтобы огрызнуться. Может быть, то, что я слишком хорошо помнила, как Итан встал на колено перед архимагистром.

– Идём, – вздохнула я. – Надеюсь, у тебя найдётся что-нибудь поесть.

В желудке, кстати, и впрямь было пусто. Может, стоило представиться официальной разлучницей и попасть на банкет? Хотя, зная Ренату, та наверняка подстроила бы мне какую-нибудь пакость. Раз уж эта красотка пыталась заманить Итана в постель возбуждающими духами, подсыпать мне слабительное для неё пара пустяков.

– Отныне я магистр высшей магии в Эвенаре, – пожал плечами Итан. – Уж бутерброд я тебе устрою.

– А потом?

Итан вдруг улыбнулся.

– А потом, – произнёс он, – я собираюсь сделать кое-что очень важное.

– Что?

– Выгулять свою собаку.

Заливистый собачий лай я услышала ещё до того, как мы достигли полукруглых дверей.

Двери, кстати, были едва заметно приоткрыты. Похоже, Итана уже кто-то навестил.

– Нам стоит беспокоиться? – уточнила я.

– Нет, – бросил Итан, доставая жезл. – Совершенно.

Вот всегда он так говорит.

На всякий случай я отступила ему за спину.

Жезл в руке Итана засветился синим. Жезл его отца, Алексиса Волнара, известного под именем Тёмного Магистра. Который, между прочим, достала для него я, и порой я подумывала, что напрасно.

В следующий миг створки дверей распахнулись.

– Надо же, какие у меня гости, – произнёс Итан спокойно, подвешивая жезл обратно к поясу. – Магистресса Серпет.

Магистресса наклонила голову. Золотистый спаниель, сидящий у её ног, завилял хвостом.

– Магистр Волнар.

– Барни, ко мне, – скомандовал Итан, и спаниель послушно подтрусил к нему. В глазах собаки был укор. «Вот, хозяин, – казалось, говорит Барни, – ты тут шляешься невесть где по разным церемониям, а меня погладить некому!»

Кивнув псу, Итан аккуратно закрыл двери. И повернулся к незваной гостье.

Сефриса Серпет. Наставница Тамми и давняя подруга магистра Айвора. Практически член семьи, хотя молодые тёмные маги считали её скорее тюремщицей, чем наставницей. А она сама считала, что пытается помочь им пробиться сквозь злость, упрямство, горечь пополам с желанием мести и неспособность принять, что их родители совершали убийства и творили чудовищное зло.

Магистресса Серпет была первой, кто рассказал мне о мире магов, и она же настойчиво и ясно предостерегала меня от того, чтобы сближаться с Итаном и его друзьями. «Однажды они перейдут грань, – вот что она говорила. – Рано или поздно от их руки погибнут невинные люди. Ты должна осознать это, когда эта минута наступит, и не обманывать себя».

Минута ещё не наступила. Но я видела, на что способен Итан, видела, как сильно Леандро и Тамми хотели отомстить магистрам… и время от времени у меня мелькала смутная мысль, что эта минута недалеко.

– Насколько я помню, – в голосе Итана явно слышался сарказм, – это мои покои.

– Я знаю, – без малейшего смущения отозвалась магистресса. – Я хотела поговорить с тобой. С вами обоими, – по её губам скользнула улыбка, – поскольку вы неразделимы.

Она обвела рукой зал совершенно по-хозяйски.

– Располагайтесь.

Я ступила вперёд по мягкому, неотличимому от мха золотистому ковру. Как и в покоях магистрессы, панорамное окно во всю стену открывало головокружительный вид на бескрайнее небо, облака в окружении воздушных шаров и далёкий город внизу. Но на этом чудеса не заканчивались: за окном начинался балкон, ведущий в настоящий сад.

Цветущий сад, где царило лето. Зиме, накрывавшей город внизу, в этом саду не было места. А сбоку у узкого причала я с изумлением увидела чёрный воздушный шар, готовый к отлёту.

– Очень милая тюрьма, – светски заметил Итан, подходя к окну. – Вы ведь знаете, что это тюрьма?

Он указал на своё запястье под перчаткой.

– Я знаю, – кивнула магистресса. – Мне жаль, Итан. Айвор и я были против. Но архимагистр Вендрик немедленно снимет все ограничения, как только ты отдашь ему наследство своего отца, Итан. Ты это знаешь.

Итан обернулся от окна. Его глаза сузились.

– Так вот зачем вы здесь, – произнёс он. – Угрозы не сработали, и вы пробуете дружеский подход.

– Мы не…

Итан вскинул руку.

– Позвольте мне сэкономить вам время, магистресса. Этот алтарь – моё главное сокровище, и вы желаете его отобрать, чтобы я не обрёл могущество нового Тёмного Магистра.

– Страшное могущество, – тихо сказала магистресса.

– Для тех, у кого его отобрали, – разумеется, – пожал плечами Итан. – Когда много десятилетий правишь, насаждая дубиной страх и подчинение, а потом обнаруживаешь, что дубины у тебя больше нет, становится страшновато. Особенно если новый владелец дубины припомнит тебе старые грехи.

Итан бросил на меня взгляд, в котором была невесёлая ирония.

– Но я не стал пытаться забрать могущество моего отца. Думаю, вы знаете почему. Мне пришлось бы убить девушку, которая не сделала мне ничего плохого. – Теперь Итан смотрел прямо в глаза магистрессе. – Интересный путь к силе и славе, правда?

Лицо магистрессы стало белее мела.

– Как? – её голос дрогнул. – Как ты узнал, что требуется жертвоприношение?

– Отец оставил мне письмо. Кроме того, у меня умные друзья.

Итан подошёл к белоснежному креслу-шару и небрежно уселся, пока шар обволакивал его, подстраиваясь под его очертания.

– Так зачем вы здесь, магистресса? Чтобы заверить меня, что, как только алтарь Тёмного Магистра будет уничтожен, начнётся золотой век? Что будущая архимагистресса, великолепная Рената, затмит даже своего отца?

– В том числе, – сдержанно произнесла магистресса.

Итан холодно улыбнулся.

– Тут я спорить не буду. Даже если у дочери архимагистра появятся сильные соперники, ей всего лишь нужно будет найти кого-то, кто связан с ней клеймом долга, и выпить его жизнь и магию. Кстати, её отец может сделать со своим должником то же самое, чтобы вернуть силы. Ведь у него есть должники, правда? Хм-м… – Итан сбросил перчатки и небрежно поиграл кистью, демонстрируя побледневшей магистрессе своё запястье. – Смотрите-ка, надо же, как удачно!

Мне стало нехорошо. Итан что, серьёзно? Я думала, что архимагистр и Рената хотят наследника с сильной кровью, который объединил бы оба алтаря, но такое…

…тоже было возможно. И забывать об этой возможности не стоило.

Я с трудом добрела до ближайшего кресла и рухнула в него. Белоснежный шар оказался необыкновенно удобным, создавая ощущение, словно я парила в воздухе, но у меня было такое чувство, будто я проваливаюсь в пропасть.

Магистресса молча смотрела на него. Такой потрясённой я не видела её никогда.

Но она почти тут же опомнилась.

– Это невозможно по очень прозаическим причинам, – сухо сказала она. – Вендрик не может опуститься до уровня Тёмного Магистра, иначе поднимется скандал на весь Эвенар, а он перестанет быть архимагистром. Что до его дочери, Рената обязана быть лояльной тебе, иначе лишится магии. Будешь спорить?

Барни неуверенно гавкнул, явно не понимая, почему хозяин и симпатичная магистресса ссорятся. Я подозвала его, поманив рукой, и спаниель, подойдя, со вздохом положил морду мне на колени.

Я погладила его за ушами. Всё хорошо, Барни. Никого не принесут в жертву… по крайней мере, сегодня. Я выдавила улыбку, глядя на грустного пса. Ну… скорее всего.

Некоторое время Итан молчал, глядя в окно.

– Да, мы держим друг друга за горло, – наконец произнёс он. – Рената лояльна мне, а я должник архимагистра. Что Вендрик продемонстрировал сегодня весьма наглядно.

– Я видела, – кивнула магистресса. – Тебе не стоило упрямиться.

– Кстати, Итан, – подала голос я. – Как отреагировала бы твоя печать, если бы ты не встал на одно колено перед архимагистром?

Итан пожал плечами.

– Скорее всего, никак.

– То есть ты не раб архимагистра? – уточнила я. – Печать не может причинять тебе невыносимую боль, если ты будешь упрямиться?

– Я не знаю до конца. Но когда архимагистр коснулся моей руки, это было предупреждением.

– Поэтому ты осторожен.

– Конечно. Я не знаю до конца, на что способны архимагистр и его дочь. Тем более с учётом того, что я сказал ранее.

Итан встал.

– Мы закончили, магистресса? – прохладным тоном спросил он. – Мы голодны, но вас я не приглашаю. Не хотелось бы отбить себе аппетит… дружескими разговорами.

– Вполне тебя понимаю, – коротко кивнула магистресса. – Я не нашла слов, чтобы убедить тебя отдать алтарь. Так я и передам Вендрику.

– Как вам будет угодно, – наклонил голову Итан. – Можете добавить от меня: «Через мой труп». Тем более что именно он меня и ждёт, как только Вендрик убедится, что алтарь моего отца в его руках. Сомневаюсь, что он будет ждать моего наследника.

Магистресса печально посмотрела на меня.

– Мне жаль, что ты оказалась между двух огней, Эва.

Я пожала плечами.

– Так получилось. Поздно об этом жалеть.

Магистресса помедлила.

– Есть ещё кое-что, что я должна сказать тебе. Именно тебе. Я долго колебалась, но раз Итан знает о жертвоприношении… ты должна знать.

– Должна знать что?

Взгляд обычно спокойной и сдержанной магистрессы вдруг сделался взглядом раненого животного. Я вздрогнула.

– У меня была сестра, – произнесла Сефриса Серпет.

Мы с Итаном молча смотрели на неё.

– Я не знала, что она была должницей своего возлюбленного. Моя сестра была влюблена в него, влюблена по уши, и только потом я узнала, что он неспроста укрепил её чувства: чем сильнее эмоциональная связь с должницей, тем лучше для окончательного перехода её магии к нему. – Магистресса глубоко вздохнула. – Её возлюбленный уверил её, что архимагистр Вендрик – преступник. Что он страшный человек. Что злодейства, совершённые членами магистрата, превышают все мыслимые и немыслимые пределы, а единственный способ остановить Вендрика – это…

– Достаточно.

Голос Итана был холоднее льда.

– Я умею сопоставлять даты. Вам лучше уйти, магистресса Серпет.

Магистресса выпрямилась.

– Она знала, что ей предстоит, – сказала она, глядя в глаза Итану. – Она знала. Он возбудил в ней чувство жертвенности, желание отдать ему всё, даже саму жизнь. И тогда…

В этот раз Итан не произнёс «достаточно», но что-то в его лице заставило магистрессу остановиться. Я бы тоже остановилась. Честно говоря, я бы выбежала отсюда без оглядки.

– Ты должна знать, Эва, – произнесла магистресса. – Ты должна чётко осознавать, что жертвоприношения существуют на самом деле. И пока ты должница Итана, а он не находит в себе сил тебя отпустить… будь очень осторожна.

Она опустила голову и пошла к выходу. Двери перед ней раскрылись сами.

– Что с ним случилось? – позвала я. – С мерзавцем, который принёс в жертву вашу сестру?

Магистресса не обернулась.

– Спроси его сына.

И вышла в распахнутые двери, оставив нас вдвоём.

Глава 2

Когда дверь за магистрессой закрылась, некоторое время царила тишина.

– Н-да, – наконец сказала я. – Кажется, вечеринки по поводу новоселья не будет.

Итан хмыкнул от окна. Он вновь стоял спиной ко мне.

– Не думал, что у моей должницы появится чувство юмора.

– От Леандро набралась, наверное, – честно сказала я. – Я… скучаю по нему.

– Я тоже.

Такой откровенности я от Итана не ожидала.

Я подошла к панорамному окну, за которым покачивалась изящная сосновая ветвь. В другое время я бы с таким удовольствием пробежалась по саду, села бы на скамью под закатным небом, протянула бы пальцы к миниатюрному ручью…

Но сейчас я смотрела только на Итана. В идеально ровную спину мага, который не собирался показывать слабость.

– Итан… – с запинкой сказала я. – Я не знаю, как тебе помириться с друзьями. Но… мне кажется, есть кое-что, что вас объединяет.

Итан обернулся, и я поразилась выражению его глаз. Не тоска, нет. Просто… в них стояла глухая стена с той минуты, когда Сефриса Серпет рассказала нам о своей сестре. О девушке, которая отдала магию своему палачу до последней капли. Любя его.

Любя Тёмного Магистра.

Или Итан отнёсся к этому рассказу иначе? Интерпретировал его по-другому? Как трагическую историю любви, как жертву ради великой цели?

Но мне не хватило духу спросить его напрямую.

– Так что меня объединяет с моими друзьями? – очень спокойно спросил Итан.

– Ни Лео, ни Салазар, ни ты не принесли бы никого в жертву, – просто сказала я. – Не высосали бы чужую магию и жизнь до капли, чтобы стать сильнее. Не… в общем, не.

Я чуть подумала.

– Хотя Тамми могла бы. Если её хорошенько разозлить.

Лёгкая улыбка скользнула по лицу Итана, и я вздохнула с облегчением. Всё-таки слова магистрессы не окончательно выбили его из колеи.

– Но я всё ещё не понимаю, где вы хорошие парни, а где – тёмные маги, – добавила я. – Я не знаю, на что вы способны. На что ты способен как наследник своего отца. И иногда мне страшно, когда я об этом думаю и вспоминаю, как крепко мы с тобой связаны.

Итан смерил меня взглядом, и я в очередной раз пожалела, что на мне дешёвая чёрная мантия, положенная бесправной должнице.

– Раздевайся, – неожиданно произнёс Итан.

Я едва не закашлялась.

– Что?!

– Снимай платье.

Итан подошёл к боковой стене, и одна из зеркальных панелей сдвинулась, открывая просторную гардеробную.

– Я нашёл для тебя кое-что другое.

Я остановилась за плечом Итана, оглядывая содержимое гардеробной, и мои брови быстро пошли вверх. Если это и были женские мантии, то очень… откровенные.

– Мантия на бретельках? – Я обошла Итана и потянула на себя пахнущую деревом вешалку. – Гм… мантия без бретелей? – Я обернулась к Итану. – Ты уверен, что это мантия, а не нижнее бельё для куртизанок?

– Вполне уверен, – спокойно сказал Итан. – Ткань не мнётся, не рвётся и отталкивает грязь. И если ты приглядишься, то увидишь место для жезла.

Я пригляделась. Лучше бы не приглядывалась: алая мантия с боковыми разрезами открывала бёдра чуть ли не до талии.

– Это гардероб Ренаты на медовый месяц? – поинтересовалась я. – Или что?

– Это оружие.

Я поперхнулась. Если бы у меня в руке был бокал, осколки долго пришлось бы сметать по всей гардеробной.

– Серьёзно? – уточнила я. – Оружие? То есть вон тот глухой топ с практически отсутствующей юбкой убивает наповал? А вот это декольте, уходящее к животу, – это чтобы было удобнее подвешивать жезл на пупке?

Итан прислонился к стене. Происходящее его, казалось, только забавляло.

– Если поищешь, найдёшь и более скучные модели. Но я бы не советовал тебе отказываться от развлечения.

– То ещё развлечение, – фыркнула я. – Чтобы на меня все пялились?

– Предпочитаешь быть незаметной мышкой?

Я скрестила руки на груди.

– Зачем ты вообще тратишь содержание магистра на такие глупости? Это же всего лишь… откровенные платья!

– Мантии.

– Дурацкие мантии! – Я тряхнула головой. – Тебе мало было, когда нас обоих шарахнуло магией и мы друг от друга взглядов не могли отвести? Когда связь между нами так искрила, что нас во сне забросило в чужое прошлое? Тебе так понравилось, что хочешь повтори…

Я осеклась. До меня начало доходить.

– Да, – с невозмутимым видом кивнул Итан. – Хочу. Кристалл у меня остался лишь один, а вот этот способ меня весьма интересует. Если нерастраченная сила ушла в чувственное влечение, я подозреваю, что можно сделать и наоборот.

– Одеть меня пособлазнительнее, станцевать при свечах и надеяться, что чувственное влечение перейдёт в силу и тебя заполнит магией под завязку?

Итан наклонил голову. Я вздохнула. Н-да. Всю жизнь мечтала, чтобы при виде моих лодыжек маги начинали плеваться огнём от избытка силы.

– Тебе стоило бы быть благодарной, – проронил Итан.

– Благодарной за то, что ты планируешь потащить меня в постель? – возмутилась я. – Ещё чего!

– Благодарной за то, что я ищу пути разблокировать твою магию, – отрезал Итан.

– Вот только для чего? – Я указала на закрытую дверь, за которой скрылась магистресса Серпет. – Знаешь ли, у меня возникают смутные подозрения! Ведь должницу, которая так и искрится магией, куда выгоднее иметь: она принесёт тебе гораздо больше силы, когда ты заберёшь её жизнь!

Я тяжело дышала. Всё-таки страх вырвался на волю.

Итан молча смотрел на меня. У меня возникло искушение посрывать все вешалки с перекладин и бросить платья ему под ноги, но я удержалась. Кроме того, меня останавливало подозрение, что приводить гардеробную в порядок придётся мне.

– Что? – с горечью произнесла я. – Нечего сказать?

– Я до сих пор не знаю, почему твоя магия заблокирована, – очень спокойно произнёс Итан. – У меня есть лишь предположения. Но любой шанс её разбудить играет тебе на руку, ты не находишь?

– С чего бы?

Итан тоже скрестил руки на груди.

– С того, что при наличии магии тебе легче будет обороняться, если я решу принести тебя в жертву. Раз уж ты так убеждена, что это произойдёт.

– История сестры магистрессы Серпет звучала очень убедительно, знаешь ли, – огрызнулась я, но уже без пыла. – И умирать мне не хочется.

– Верю.

Я вскинула взгляд на Итана.

– Ты можешь мне поклясться, что я буду в безопасности рядом с тобой, если начну надевать эти платья и всё такое прочее?

Итан прищурился.

– В безопасности рядом со мной?

Он подошёл ко мне вплотную, вынуждая меня поднять голову.

– Или в безопасности от меня?

Его руки оказались на моих плечах. Итан наклонился так, что я чувствовала его дыхание на губах.

– Оба, – выдохнула я. – Обе… безопасности.

Пальцы Итана скользнули по моим плечам вниз, по спине.

– Этого я не могу обещать, – произнёс он. – Но…

– Но?

– Есть ещё одна причина.

Наши губы почти касались друг друга. Я не отрывала взгляда от глаз Итана.

– Рената думает, что я сдался, – произнёс Итан негромко. – Что я принадлежу ей, что я в её власти, что я её добыча. Пора показать ей, кто на самом деле хозяин.

– Хочешь выставить меня её соперницей?

– Ты имеешь что-то против?

Если я чуть-чуть наклонюсь вперёд, я смогу его поцеловать. Так легко. Знакомая дрожь пробежала по коже. Воспоминание о магическом влечении, о сбивающемся дыхании, о жарких, требовательных поцелуях… Так соблазнительно.

И всё это хочет получить Рената. Посадить наследника Тёмного Магистра на поводок. Использовать его как принца-консорта, телохранителя, бессловесного отца ребёнка… комнатную собачку с хорошей родословной.

Но Итан был против. И в этом я могла его понять.

А ещё… натянуть Ренате нос – это было увлекательно.

Неожиданно для себя я широко улыбнулась.

– Давай попробуем.

Итан прищурился.

– Ты серьёзно? Это не простое предложение переодеться, Эва. Подумай.

Уверена ли я, что не передумаю и не переоденусь на радость Ренате обратно в родные и любимые обноски, столь похожие на одежду прислуги?

– Уверена, – твёрдо подтвердила я. – Но вон те бретельки из публичного дома могут отправляться прямо в урну.

– Разумеется, – невозмутимо согласился Итан, доставая соседнее платье. – Потому что ты наденешь вот это.

И протянул мне иссиня-чёрную мантию, полностью открывающую руки, плечи и верх груди. А если коротко – это было вечернее платье. Откровенное и очень шикарное.

Ого! Стоило рассмотреть его раньше. Потому что сейчас я не могла оторвать от него взгляд.

– Я не маг, – только и сказала я.

Лёгкая улыбка окрасила лицо Итана.

– Дело наживное.

И тут неподалёку раздался заливистый лай. Причём доносился он откуда-то снаружи. Не сговариваясь, мы с Итаном выскочили из гардеробной.

Барни удалось-таки протиснуться в приоткрытые прозрачные двери, и теперь спаниель лаял, радостно носясь по саду. Увидев нас, он рухнул на спину, радостно дёргая лапами, и принялся валяться на дорожке… неподалёку от аккуратной кучки.

– Кажется, кому-то нужно будет за ним убрать, – произнёс Итан задумчиво.

– Тебе! – быстро сказала я, отступая в гардеробную. – Потому что я собираюсь переодеться!

И, злорадно улыбнувшись, закрыла дверь.

Первый ужин в новом доме выдался молчаливым.

Итан даже не соизволил отпустить дежурный комплимент, когда я появилась в саду в открытом наряде. Лишь кивнул. Он выглядел побледневшим, и я прекрасно понимала почему.

Итана ждала церемония принятия в магистры. Настоящая. Ночь, когда он получит силу из рук архимагистра Вендрика. И я подозревала, что всё, что могло пойти не так, пойдёт не так. Честно говоря, это подозрение было здорово похоже на уверенность.

Я заметила, что в саду вновь идеально чисто. Похоже, выплеск магии мог испепелить что угодно.

Я поймала себя на мысли, что очень мало знаю о магии. Например, телепорты могли открывать лишь магистры, и отнюдь не где попало. Да и вообще иногда у меня создавалось впечатление, что магией скорее угрожали, чем применяли её. Архимагистр мог уничтожить кого угодно и когда угодно, но он просто… оставлял руку на жезле с лёгким намёком, и его понимали с полуслова. Интересно, Тёмный Магистр делал то же самое или всё-таки доносил свою волю до публики более ярко?

– Я хотела бы узнать побольше о твоём отце, – нарушила молчание я, когда мы сели за столик у миниатюрного водопада. – Я хочу понять, насколько мягко или жестоко правил Тёмный Магистр, когда был у власти.

Итан небрежным взмахом жезла зажёг свечи.

– И зачем тебе это? – поинтересовался он, раскладывая по тарелкам искусно нарезанные полоски сырого тунца.

– Чтобы знать, – просто сказала я. – Тот, кто не знает историю, тот… гхм… не знает историю.

– Трудно с этим поспорить.

Я молча смотрела, как Итан разливает по бокалам вишнёвый сок. Что-то мне подсказывало, что он не будет торопиться исполнять мою просьбу.

– Я сам едва ли знаю что-то о своём отце как о Тёмном Магистре, – произнёс Итан внезапно. – Даже Салазару не удалось воссоздать стройную картину. Только обмолвки, обрывки и оговорки, и я едва ли могу сказать с уверенностью, что это не ложь. – Итан усмехнулся с иронией. – Магистры постарались. Оказывается, стереть прошлое очень просто, когда ты всевластен.

– Но воспоминания…

– Люди верят в то, что им сказали. Воспоминания меняются, когда газеты талдычат одно и то же. А живых свидетелей, стоящих в центре событий, осталось не так много, и нам едва ли дадут с ними поговорить. Не допустили же моего разговора с твоим отцом, например.

– Может быть, нам повезёт, – предположила я, указывая на жезл Итана. – Мой отец смог передать тебе жезл твоего отца под носом у магистров. Вы оба изобретательны. Другое дело… нужно ли оно тебе?

Голос Итана похолодел:

– Почему нет? Ты хочешь получить ответы, но отказываешь мне в этом праве?

– Я просто хочу знать, – возразила я. – А ты можешь захотеть повторить.

Итан пожал плечами, и несколько минут мы ели тунца в тишине. Я не умела пользоваться палочками, но, глядя за отточенными движениями Итана, мало-помалу научилась их повторять. Очень медленно, но после четырёх попыток мне удалось донести ломтик тунца до рта вместе с каплями пряного соуса.

– Очень вкусно, – сказала я, расправившись с содержимым своей тарелки. – Но если ты думаешь, что я после всего этого влюблюсь в тебя до головокружения и добровольно принесусь в жертву с яблоком в зубах, даже не надейся.

– Я не надеюсь. – Итан аккуратно отложил палочки. – Я просчитываю варианты.

– И?

– Вон с того воздушного шара нас отлично видно.

Я повернула голову и действительно увидела рыжий воздушный шар, парящий слева. С этого расстояния я видела застывшую фигуру наблюдателя, а, следовательно, он прекрасно видел нас.

– Это ещё что за…

– Подумай сама, – легко отозвался Итан. – У кого есть интерес за нами наблюдать?

«Рената думает, что я сдался. Что я принадлежу ей, что я в её власти, что я её добыча».

Кажется, дочке архимагистра пора получить хороший щелчок по носу.

– За нами ревниво наблюдают, – произнесла я, глядя на Итана. – Устроим представление?

Я решительно встала, отбросив прочь стул. Шагнула к Итану и наклонилась к нему.

И поцеловала в губы.

Его губы сначала медленно, потом более решительно раскрылись навстречу мне. А потом прохладная ладонь легла на затылок, и теперь уже Итан целовал меня, откинув мои волосы назад, пока другая его рука подчёркивала, какой открытой была моя мантия, скользя по изгибам, не прикрытым тканью.

– Не увлекайся, – выдохнула я ему в губы, прерывая поцелуй.

Как бы не так! Его губы скользнули ниже, по подбородку и шее, и, отклонив меня назад, он властным, умелым движением обхватил меня за талию, а губы, смелые и горячие, уверенно двинулись к вырезу у груди. Проклятье, да это… почему я не возражаю? Почему вообще поддаюсь на это всё? За нами же наблюдают!

Или в этом и дело?

Горячие пальцы на ключицах, руки в волосах, жаркое дыхание… Мои пальцы сами расстегнули воротник его мантии, а через секунду мы снова целовались, и с каждой секундой я чувствовала, как электрический ток проходит по коже, а тело наполняется лёгкостью и силой. Ещё немного – и я, кажется, взлечу.

Но тут руки Итана сжались на моих плечах, удерживая, и мы замерли, глядя друг другу в глаза.

– Ничего себе, – выдохнула я. – Если наблюдателю были нужны страстные прикосновения, он их получил.

– О да, – с лёгкой насмешкой отозвался Итан. – В конце я уже не различал, ты наполняешь меня силой или наоборот.

– То есть мне не показалось? Меня правда наполняла магия?

– Тебя – нет. Только эхо моих ощущений. – Итан мягко приподнял меня, ссаживая с коленей на край стола. – Но меня – да. – Его взгляд задержался на моих губах. – И это был незабываемый момент.

– Главное, чтобы потолок не сорвало от особенно крепких поцелуев, – хмыкнула я.

Итан поднял бровь.

– Это предложение перебраться внутрь?

– Нет!

– Хм. – Итан прищурился. – Да, пожалуй, рановато для моих планов.

Я нахмурилась.

– Серьёзно, это всё, о чём ты думаешь? О своих планах?

– А ты не думаешь о своих планах? – прохладно возразил Итан. – Если бы меня не было рядом, ты бы ломала голову, где спать, что есть и во что одеваться, как вернуть магию и как защищаться, учитывая, чья ты дочь. – Он кивнул на цепочку медальона, надёжно спрятанного на моей груди. – Я решил все твои проблемы.

Я задохнулась от несправедливости этих слов.

– Решил мои проблемы? Да ты поставил на меня рабскую печать! И даже не думаешь меня отпускать, между прочим!

– Ради твоей защиты.

– Ради того, чтобы занять трон архимагистра! – парировала я. – Не делай вид, что ты об этом не думаешь. Да, тебя останавливает совесть, да, приносить людей в жертву плохо, но ты всё равно держишь этот способ в голове.

Итан поднял на меня бесстрастный взгляд.

– Есть вещи, о которых не забывают.

– И разжигают огонь страсти между делом? – ядовито уточнила я. – Так, на будущее? Знаешь, это подловато. Если я, – я запнулась, – в кого-то влюблюсь, то только ради него самого. Если захочу быть рядом, то из-за того, что он мне дорог, а не из-за каких-то там планов на верховную власть над миром!

Проклятье, теперь мои щёки горели. И зачем я упомянула все эти глупости?

Итан поднял бровь.

– Выговорилась?

Я открыла рот для возмущённого ответа, но тут Барни появился из кустов и плюхнулся рядом с хозяином, радостно высунув язык. Итан протянул руку и рассеянно потрепал пса по голове.

Я вздохнула.

– Мы теперь всё время будем переругиваться на эту тему? «Ты будешь приносить меня в жертву, а? Ну когда уже, когда!»

Барни осуждающе гавкнул.

– Вот и мне не хочется, – согласилась я. – Но совсем не думать об этом не получается. Может, если у меня тоже появится возможность принести твоего хозяина в жертву, всё изменится. Тогда мы с ним оба будем благородно отказываться от этой потрясающей возможности и будем на равных. – Я мрачно покосилась на Итана. – А не так, как сейчас, когда спишь вполглаза, потому что нервы никуда не годятся, а рядом лежат всякие любопытные потомки Тёмного Магистра, норовящие увидеть твой сон.

Барни скосил голову на Итана с явным намёком. «Ну что же ты, хозяин?» – укоризненно говорило выражение морды спаниеля.

– Бесполезно, Барни, – покачала головой я. – Итан мало что может тут сделать. Просто… так получилось.

Итан взглянул на темнеющее небо и встал.

– Пора становиться магистром не только формально, – негромко сказал он. – Церемония скоро начнётся.

– Именно так, – раздался знакомый голос.

В начале тропинки стоял магистр Айвор.

– Я здесь, чтобы проводить вас, – сухо сообщил он. – Внизу ждут вас обоих.

«Обоих»? Я вопросительно взглянула на Итана.

– Что скажешь? – вполголоса спросила я. – Мне отправиться с тобой?

Но Итан лишь пожал плечами и предложил мне руку.

Тёмная лестница не была освещена.

Я невольно вспомнила ночь, когда мне пришлось спускаться по таким же ступеням в кромешную тьму, чтобы попасть на церемонию выбора. Внизу нас ждал телепорт, ведущий в тайный зал, о котором знали очень немногие. Сердце власти магистров, алтарь, где они распределяют всю магию мира. Итан положит ладонь на алтарь и станет частью этой системы, получив то, о чём мечтал.

Увы, печать лояльности архимагистру никуда не денется с его руки.

Четверо магов, одетых в алое, стояли позади нас с Итаном. Не то охрана, не то почётный караул.

Магистр Айвор остановился у самой лестницы.

– Здесь я вас покину, – произнёс он. – Традиция гласит, что мне нужно быть внизу, когда вы войдёте в зал.

– Меня ждут подводные камни? – спокойно спросил Итан. – Мне попытаются навредить? Незаметно заставить меня сделать что-то, о чём я потом пожалею? Если ты не скажешь правду, я буду считать это предательством.

Магистр Айвор невесело улыбнулся.

– Ты теперь так будешь со мной разговаривать? Считать меня своим подручным и шпионом на побегушках?

Итан бестрепетно встретил его взгляд.

– После твоего поведения все эти годы я считаю, что ты заслужил.

– Я пытался помочь вам, насколько мог. И, судя по тому, что даже сейчас ты пытаешься выбрать добро, не напрасно.

– Ты не рассказал мне, кем был мой отец.

– Потому что следовал приказам архимагистра. – Айвор развёл руками. – Верь или нет, я уважаю его не только потому, что он обладает властью. Вендрик вернул нам нас.

– Убив моего отца, – ледяным тоном сказал Итан.

– Не только. – Глаза Айвора были очень серьёзны. – Вендрик удержался от того, чтобы стать единоличным тираном. Мы победили Тёмного Магистра и не получили нового. Это дорогого стоит, Итан. Ты даже не представляешь, какая это редкость. Я считаю себя не самым плохим человеком, но, будь я на месте Вендрика, не знаю, удалось бы мне не превратить магистрат в площадку для исполнения моих личных желаний.

– Хочешь сказать, что Вендрик мудрее и сильнее моего отца? – очень спокойно спросил Итан. – Лучше его?

Айвор вздохнул.

– Тут ты решаешь сам. А мне пора идти.

Он повернулся и исчез. Стражи в алом тут же сомкнули ряды, закрывая путь наверх и оставляя нам лишь один выход – вниз.

– Кажется, это намёк, что нам тоже пора, – произнесла я.

Глава 3

По лестнице мы с Итаном спускались вдвоём. Алые мантии остались наверху, убедившись, что мы никуда не денемся.

Вокруг царила темнота. Я слышала лишь дыхание Итана и очень осторожно ставила ногу на каждую ступень.

– Ничего себе традиции, – пробормотала я. – Почему алтари всегда запихивают невесть куда? Сначала тайный алтарь твоего отца, теперь алтарь магистрата…

– Потому что посреди городской площади его быстро обнаружили бы, и власти магистров пришёл бы конец, – откликнулся Итан. – Логично?

– Ещё как, – со вздохом согласилась я. – Слушай, а интересно, что было бы, если бы алтарей не было вовсе? Может, оно бы и к лучшему?

Ответа не последовало. Темнота молчала, словно в ту далёкую ночь в карцере, которую мы с Итаном провели вместе.

– Как-то там Салазар? – произнесла я. – В карцере, без еды… и его же могут казнить, если он продолжит отказываться от печати!

– Сейчас мы не будем говорить о нём, – последовал резкий ответ. – Не время.

«Ты вообще отказываешься о нём говорить!» – чуть не возразила я, но промолчала. Итану вот-вот предстояло серьёзное испытание, и выводить его из равновесия не стоило. Ему и так непросто.

Мне тоже было непросто. Тогда, в карцере, мне было страшно за себя. А сейчас речь шла не обо мне. Речь шла об Итане, о маге, с которым я была связана. И не только печатью, но и чувствами.

– Тебе страшно перед ритуалом? – спросила я темноту, не особо надеясь, что та ответит. – Тебе вообще страшно, что тебя убьют, что… – я запнулась, – случится что-то плохое?

– Нет, – последовал бесстрастный ответ.

– Почему?

– Потому что только я имею доступ к алтарю моего отца, и архимагистр не посмеет меня тронуть, пока алтарь цел, – устало произнёс Итан. – Я в безопасности. Другое дело, что Вендрик будет очень хотеть получить моего наследника.

– Чтобы твой наследник отдал ему алтарь Тёмного Магистра и объединил всех за чашкой чая.

– Да.

Итан остановился на ступенях, и я встала напротив. Теперь я различала его силуэт.

– Я не думаю, что Вендрик желает моей смерти, – произнёс Итан. – Пожалуй, наоборот. Он всегда интересовался мной и даже искренне желал, чтобы я встал на его сторону.

– Вендрик мучил твоих друзей, стискивал тебя магическими оковами, угрожал мне и даже твоей собаке, – напомнила я. – По мне, это мало похоже на заботу и любовь.

– Но я жив и стану магистром, – холодно ответил Итан. – Я получу власть и знания. В моём представлении это забота.

– Власть и знания, – фыркнула я. – И кто сказал, что тебя не забросят в какой-нибудь пыльный угол, выдадут кроху магии и забудут о тебе?

– Вендрик распорядится меня учить, – покачал головой Итан. – В этом я не сомневаюсь.

Я вздохнула. Верилось с трудом. Впрочем, что я знаю о магистрах и в особенности об архимагистре? Вендрик действительно мог обойтись с упрямым наследником Тёмного Магистра куда жёстче. Вместо этого архимагистр одарил Итана магистерской мантией и вот-вот одарит соответствующей магией. И всё бы хорошо… вот только к должности прилагается рабская печать.

– Помнишь, когда меня заставили стать твоей должницей? – спросила я вслух.

Я взглянула на своё запястье. Печать была едва различима в полутьме, но мы оба помнили, что там было написано.

«Итан Волнар».

– И вот сейчас, – произнесла я, – такая же печать горит на твоей руке.

Имени на его печати не было – лишь корона, перечёркнутая жезлом мага. Символ архимагистра. Печать, которую Итану и двум его друзьям поставили на очень простых условиях. Прими её или умри.

– А если Вендрика завтра сместит дворник, будешь подчиняться дворнику? – невесело сострила я. – Что скажешь?

– Скажу, что дворнику не повезло. – Итан кивнул на ступени. – Мы вот-вот опоздаем, так что хватит болтать. Спускаемся.

– Пытаешься делать хорошую мину при плохой игре?

Итан не обернулся.

– Я собираюсь победить.

Темнота ждала. Победа или поражение?

Я очень надеялась, что победа. Но предчувствия у меня были мрачные.

Чего я не ожидала, так это того, что встречать нас у телепорта будет Рената.

Дочь архимагистра только что спустилась в зал с другой лестницы. Одетая в чёрное, она выглядела бледной и взволнованной.

– Итан, – коротко сказала она. – Готов стать магистром?

Итан молча кивнул.

Рената направила жезл на телепорт, и тот медленно начал разгораться.

– Когда я займу место своего отца, – произнесла Рената отрывисто, – я стану хозяйкой его алтаря и возглавлю круг магистров. Я перестану зависеть от кого бы то ни было. – Она посмотрела на Итана с очень холодной улыбкой. – Знаешь, что это значит?

– Что твоя вынужденная лояльность мне перестанет иметь значение, – безразлично отозвался Итан. – Ты получишь свободу.

Рената наклонила голову.

– Всё верно. Я освобожусь от власти твоего алтаря.

Её глаза сузились в полутьме. Сияние разгорающегося телепорта подсвечивало её лицо, и сейчас оно казалось зловещей золотой маской.

– Так вот, мой дорогой Итан, – произнесла Рената с милой улыбкой. – Очень не советую ставить меня в положение, где меня будет… ограничивать твоя печать. Я не люблю, когда покушаются на мою свободу, и мщу за это. – Она перевела взгляд на меня и улыбнулась куда более неприятной улыбкой. – И мстить я буду не только тебе. Так что веди себя скромно, будь так добр.

Итан пожал плечами.

– Пока ты не бросаешься на меня с ножом и не пытаешься зачать от меня ребёнка против моей воли, мне нечего от тебя требовать.

Рената вскинула бровь.

– Против воли? – Она тряхнула чёрными волосами и упёрла руку в бок, подчёркивая великолепную фигуру. – Если красивая девушка оказывается с тобой в постели – это, по-твоему, предательство?

Рената засмеялась.

– Нет, дорогой Итан. Никакой алтарь не лишит меня магии, если я, скажем, тебя поцелую. – Она сделала шаг к Итану. – Или случайно окажусь в твоей постели, когда ты проснёшься. Или ты в моей? – Рената нежно улыбнулась. – Я не собираюсь тебя заставлять, что ты. Всё случится само собой.

– Не этой ночью, – последовал прохладный ответ.

– Я подожду.

Рената бросила на Итана многообещающий взгляд из-под ресниц. И, словно спохватившись, запоздало указала на телепорт.

– Заходите, – небрежно бросила она. – А, и твоя служанка…

– Должница, – устало сказала я.

– Она может отправиться с тобой, но одно только слово, одна попытка испортить мой триумф – и я её ударю, – ледяным тоном произнесла Рената. – Ей я клятву верности не давала, и никакой амулет, – она презрительно покосилась на мой медальон, – не защитит её от пары пощёчин. Ты поняла?

Я поняла. Гневить дочь архимагистра мне совершенно не хотелось.

Но если я промолчу, тем самым Рената действительно поставит меня на место служанки. А быть на этом месте я совершенно не хотела. Поэтому я лишь с безразличным видом пожала плечами.

– Хочешь меня ударить? Это твои похороны.

Глаза Ренаты расширились.

– У птички появился ядовитый клюв, – язвительно произнесла она. – И полностью исчезли мозги. Итан, ты слышал? Эта девица желает мне смерти из-за пары фраз и пощёчины!

Я только успела подумать, не переборщила ли я, как Итан покачал головой, послав мне очередной предупреждающий взгляд.

И подтолкнул меня к телепорту.

Под ночным небом сверкали молнии.

Чёрный алтарь без каких-либо символов напоминал пень из-под диковинного каменного дерева. Но от него исходила мощь, которую ощущала даже я.

Я задрала голову и поёжилась. Над алтарём то и дело взблескивали яркие сиреневые разряды, а я ещё с детства жутко боялась молний. Если шарахнет меня или Итана…

– Итак, мы наконец здесь, – произнёс архимагистр Вендрик. – И среди нас стоят двое магов, готовых стать частью нашего круга. Моя дочь уже принадлежит ему, но сейчас ей пришла пора принять новую роль.

Рената изящно поклонилась, обводя круг магов с улыбкой.

Я тоже оглядела магистров, одного за другим. Здесь, в отличие от моего сна о Тёмном Магистре, никто не носил капюшоны. Лица магистров были открыты, да и зачем им скрываться? Их знал каждый.

Магистресса Серпет едва заметно кивнула мне. На её лице была тревога: ей явно не нравилось моё присутствие у алтаря. Мне, честно говоря, тоже было не по себе.

Магистр Айвор стоял у самого края каменной площадки, дальше всех у алтаря. За его спиной шумели волны, брызги то и дело перехлёстывали через край, и я мельком подумала, что оба алтаря: и магистреский, и принадлежащий Итану – были расположены на морском берегу не зря. Стоило бы узнать об этом побольше, спросить Салазара…

…Вот только Салазара сейчас морили голодом в карцере.

Архимагистр вскинул руки к небу, и две молнии вырвались из них, ударив в верхушки скал высоко вверху. Раздался угрожающий треск.

Церемония началась.

Я молча глядела, как маги вскидывают жезлы, произнося ритуальные слова. Воздух заискрил, сгустился, загудел, и очень скоро я перестала понимать, что происходит вокруг. Ныло в висках, и тяжело было дышать. Единственной моей задачей было не упасть в обморок.

Тяжело дыша, я прислонилась к скале. Звучный голос архимагистра прошумел раскатом грома, и Рената шагнула к алтарю.

– Моя дочь, – произнёс архимагистр. – Прими моё верховенство и мою магию.

Почти такие же слова, как у алтаря Тёмного Магистра. Должно быть, отец Итана позаимствовал текст церемонии. А может быть, слова не имели значения и важно было лишь намерение?

Ладонь Ренаты вспыхнула, объятая магией, и ещё один чудовищный разряд улетел в небо. Меня передёрнуло. Да уж, действующий алтарь магистрата был куда сильнее тайного и забытого алтаря Тёмного Магистра.

Архимагистр замешкался, и Рената с сияющей улыбкой обернулась к Итану. Аура силы, окружающая её в эту секунду, била во все стороны, и меня охватила дурацкая зависть. Должно быть, Рената заметила это, потому что её улыбка стала ещё шире.

– Я равная тебе, – произнесла Рената, глядя на Итана, и её голос пронёсся по верхушкам скал, как шквалистый ветер. – Любят равных, а не слуг.

Удар в самое больное место. Я нахожусь среди магов, не будучи магом сама. Я открыла рот, чтобы ответить на оскорбление – и поймала злой взгляд Ренаты.

«Одно слово, одна попытка испортить мой триумф – и я её ударю».

Слова замерли в горле. Нет, я не буду портить Итану церемонию. Просто… сложно не чувствовать себя неполноценной, особенно когда твой спутник смотрит на другую и…

Я поймала взгляд Итана. Он смотрел на меня.

Только на меня.

В следующую секунду ещё одна молния сверкнула, вырываясь из жезла архимагистра, и Вендрик закашлялся, тяжело дыша. А потом, с явным трудом наклонившись, припечатал ладонь дочери к алтарю своей ладонью. Кажется, передача такого количества силы через алтарь давалась ему тяжело.

– Да будет так, – прозвучал глухой голос Вендрика.

Рената покачнулась. Ещё секунда, другая… она поднесла руку к голове, явно борясь с головокружением…

И упала на руки подбежавших магов.

Дочь архимагистра была без сознания.

– Моя очередь, – произнёс Итан, стоящий рядом со мной. Я едва слышала его голос сквозь треск молний. – Как же хитро с его стороны… я не ожидал…

– Не ожидал чего? – одними губами спросила я.

– Печать… гасит мою магию. – Итан болезненно поморщился. – Должно быть, архимагистр боится, что я разрушу… его драгоценный алтарь. Надеюсь, это не помешает… церемонии.

Он тряхнул рукой с такой силой, словно пытался сбросить свою печать. Я перевела взгляд на его запястье. Даже мне было видно, что печать выглядела раскалённым клеймом.

– Больно? – прошептала я.

Итан не ответил. Он выпрямился, и его взгляд был устремлён на архимагистра.

– Итан Волнар, – произнёс архимагистр Вендрик посеревшими губами. Его голос звучал глухо после очередного приступа кашля, и я заметила, как переглянулись двое магистров. – Подойди.

Итан подошёл к алтарю спокойно и просто, глядя на архимагистра с ожиданием.

Я видела, как переглядывались магистры. В некоторых взглядах было сомнение, в других – открытое неодобрение, в третьих – интерес или задумчивость. Один Айвор оставался спокойным.

– Итан Волнар, сын Алексиса Волнара, Тёмного Магистра, – произнёс Вендрик, и треск молний словно бы сделался тише. – Ты уже принял моё верховенство. Прими же мою магию.

И яркая, невозможно яркая молния ударила в алтарь.

Итан вскрикнул и пошатнулся. Его ладонь дёрнулась на алтаре, а лицо исказилось, словно он испытывал невыносимую боль.

Я подалась вперёд. Я не понимала, что происходит, но что-то внутри меня, всколыхнувшееся глубоко внутри, подсказало, что Итану действительно очень больно. Что прямо сейчас поток магии наносит ему беспощадную рану, и, возможно, смертельную.

И это не было чьим-то коварным планом. Судя по обеспокоенному лицу архимагистра, он этого совершенно не ожидал.

Магистры замерли в круге, не менее растерянные. Бесчувственная Рената безмолвно лежала на камне. Айвор и Сефриса Серпет стояли в явном шоке, но ни один не шагнул вперёд.

– Помогите, – попыталась сказать я, но изо рта не вырвалось даже шёпота. В горле чудовищно пересохло.

Архимагистр вскинул руку, и золотой жезл в его пальцах зажёгся факелом.

– Мне нужен этот маг, – звучный голос архимагистра Вендрика прозвучал как приказ. – Я должен сделать его магистром. Любой, кто поможет его спасти, получит больше, чем мечтал. Ну же!

– Нужно убрать его от алтаря, – резко сказал Айвор. – Сейчас!

Но даже я видела, что это невозможно. Магия пронзала Итана, острые молнии, такие быстрые, что они были почти невидимы для человеческого глаза, сшивали его с алтарём, и Итан не мог шевельнуться. А те, кто попытался бы его оттащить, рисковали погибнуть сами.

Архимагистр вновь закашлялся, складываясь пополам, и я с ужасом увидела, как на камень капает кровь. Позолоченный жезл погас и опустился, дрожа в старческих пальцах. Двое магистров кинулись к Вендрику, поддерживая его, и архимагистр с хриплым кашлем опустился на колени, цепляясь за них обоих. Он тяжело дышал, когда его оттащили от алтаря, и кровь текла из его носа без остановки.

Последняя надежда вне игры. Что бы ни мог предпринять Вендрик, чтобы спасти Итана, архимагистр сейчас явно был не в состоянии это сделать.

Оставалось только…

Ничего. Я ничего не могла придумать. Ничего не могла предложить.

Кроме одного-единственного.

Я бросилась вперёд. И свободная ладонь Итана, ледяная, безмолвно поникшая, легла в мою, согреваясь её теплом.

В следующую секунду молния ударила по нашим сомкнутым рукам.

Удара собственного тела о камень я уже не почувствовала.

…Воздушные шары лениво парили в безоблачном небе. А внизу за прозрачными перилами виден был яркий пряничный город.

Я порывисто вздохнула. Сейчас я была на вершине мира. В Эвенаре.

А ещё, кажется, я была в чьём-то воспоминании. Потому что мои руки принадлежали не мне и одета я была по-мужски. Магия вновь швырнула нас с Итаном в общий сон. Во время ритуала алтарь наполнил Итана силой до краёв, так что излишки магии, похоже, сбросились вот таким образом.

Но где я была? И в чьём теле?

– Алексис! – окликнул меня чужой голос. Я обернулась.

Архимагистр Вендрик, совсем молодой, пружинистым шагом шёл по солнечной террасе, где стояли мы оба. Тот, кем я была, наклонил голову.

– Добрый день, магистр Вендрик.

Мой голос прозвучал отрывисто, даже сухо. Похоже, уважением к авторитету юноша, которым я была, не отличался. Вендрика, впрочем, это не задело.

– День неплохой, – согласился он. – Вот только что это я слышу про то, что ты не хочешь продолжать обучение?

Я бестрепетно встретила его взгляд.

– Не хочу.

Вендрик вздохнул.

– Хочешь, чтобы мы отпустили тебя? Точно хочешь? Алексис, я понимаю, что последние недели выдались для тебя тяжкими, но стоит ли рубить сплеча? Твои родители хотели бы для тебя совсем иного.

– Мои родители, – с расстановкой произнесла я голосом Алексиса, – погибли из-за вас и ради вас. Я это знаю. Отец оставил мне письмо, в котором рассказал обо всём. Обо всём, – подчеркнул он.

Выражение лица Вендрика оставалось безмятежным, словно они обсуждали облака в небе.

– О чём же поведал тебе Элегус Волнар? – мягко спросил он.

Я мысленно охнула. Волнар! Картинка в моей голове наконец сложилась. Я была в воспоминаниях Алексиса Волнара!

– Отец написал, что нашёл очередной древний алтарь и отправляется, чтобы его уничтожить, – прозвучал ответ. – Чтобы никто другой не смел обладать магией, кроме вас.

– Кроме нас, – подчеркнул Вендрик.

– Вас, – криво усмехнулся Алексис. – Мои родители мертвы. Никакая магия в мире им не поможет.

– Но ты жив. – Во взгляде Вендрика, устремлённом на юношу, было искреннее сострадание. – Алексис, ты знаешь, что, вероятнее всего, я стану следующим архимагистром. Ты один из лучших моих учеников. Мне нужны такие, как ты, чтобы знать, что будущее в надёжных руках. И не только будущее этого города. – Он указал вниз. – Всё будущее.

Я мысленно присвистнула. Кто бы мог подумать, что юный Тёмный Магистр был любимым учеником будущего архимагистра Вендрика!

– Насколько я понимаю, – ядовито произнёс Алексис, – на тех землях, где уничтожены алтари, будущего почему-то не остаётся.

– Там не остаётся сильных магов, – поправил Вендрик. – Какая-то жизнь там продолжается, но эти люди уже не имеют значения. Главное, от алтаря они отрезаны и никому навредить не могут. Пусть выживают как хотят.

– Звучит замечательно, – произнесла я с сарказмом. – Уверен, они считают, что лучше счастья и не придумаешь.

Вендрик вздохнул.

– Алексис, похоже, нам с тобой нужно серьёзно поговорить.

Он указал на изящную скамейку, стоящую в тени. Я уселась рядом с будущим архимагистром.

– Во-первых, я хотел бы знать, – мягко произнёс Вендрик, – с кем ещё ты успел поделиться своими открытиями? Думаю, отец объяснил тебе в письме, насколько важно держать это знание в тайне от непосвящённых.

– С какой стати я буду с кем-то делиться? – фыркнул Алексис. – Мне безразлично, что знает толпа.

Вендрик спрятал улыбку. Кажется, самомнение юного мага его забавляло.

– Хорошо, – терпеливо сказал он. – Тогда поговорим о тебе. Алексис, теперь ты знаешь, что магией владеет магистрат. Секрет, который достаётся далеко не каждому. Но именно мы распределяем магию, и тебе повезло попасть в число избранных. Будь ты талантливым пареньком с улицы, у тебя было бы куда меньше шансов.

– Я очень рад, – с сарказмом отозвался Алексис.

– Ты хочешь от всего этого отказаться? Хочешь, – Вендрик указал на пряничные крыши домов далеко внизу, – прервать своё обучение и жить среди них? Достойные люди, я не спорю, – сардоническая улыбка появилась на его губах, – но твоя ли это судьба?

Юноша, которым я была, взглянул на Вендрика исподлобья.

– Да, я хочу быть величайшим магом, – произнёс он сухо и сдержанно. – Но я не желаю, чтобы моё будущее зависело от других людей. Я хочу, чтобы они не имели никакого значения.

– Стань архимагистром, и они перестанут иметь значение, – не моргнув глазом произнёс будущий архимагистр. – Они слова не посмеют сказать о твоей судьбе. Даже о твоей внешности. Сможешь сколько угодно надевать носки разного цвета и приходить на собрания магистрата в пижаме.

Алексис не улыбнулся.

– Сейчас другие решают мою судьбу. Решают, каким сильным я имею право быть, как много власти мне дать и сколько магии я получу. Это унизительно!

– Это страховка, – произнёс будущий архимагистр мягко. – Я бы долго мог объяснять тебе о сдержках и противовесах, Алексис, но я приведу пример попроще. Скажи, кого из магистров и их учеников ты более всего не выносишь? Даже ненавидишь, хотя я и не одобряю это чувство.

Алексис фыркнул.

– Легко. Мёртон. Мерзавец ещё тот.

– Мёртон, ученик из отдела наказаний, – кивнул Вендрик. – Будущий глава отдела наказаний, возможно. А теперь представь, что этот Мёртон стал архимагистром и получил всю полноту власти. Всю. Никто не может его остановить, и сила, которой он владеет, может сметать с лица земли города. Как тебе такое?

Я промолчала.

– Тебе отвратительна сама мысль об этом, – кивнул Вендрик. – И ты прав. Вряд ли правление Мёртона обошлось бы без мерзостей. Именно поэтому каждого будущего магистра тщательно проверяют, и лишь те, кто заслужит общее одобрение, получают настоящую силу. В итоге архимагистром становится тот, кто примирит всех и приглядит за всеми. И чья воля достаточно сильна, – в голосе будущего архимагистра прорезалась сталь, – чтобы никто не мог бросить ему вызов и расшатать здание нашей власти.

– Вот это, – сквозь зубы произнёс юный Алексис, – и есть истинная клетка. Хуже печати должника! Чтобы получить силу, мне нужно подлизываться к каждому магистру. Нищий студент и тот свободнее меня. Ему, по крайней мере, не нужно выпрашивать рекомендации!

– И тебе не нужно, – мягко сказал Вендрик. – У тебя есть я. Есть те, кто помнит твоих родителей, те, кто восхищается твоими талантами и поддерживает твоё упорство. Просто посмотри вокруг.

Алексис вскинул голову, глядя будущему архимагистру прямо в лицо.

– Скажите мне в глаза, что всё зависит только от меня, – произнёс он со сдержанной яростью. – Что мне не нужно никому кланяться. Не нужно никого упрашивать. Что заветный пост магистра – это не очередная ступень на лестнице, где мне нужно будет вылизывать чьи-то туфли и драться за крохи!

Вендрик встал.

– Эти крохи, – произнёс он, – могут сотрясать континенты. И если ты не желаешь принимать за это ответственность и хочешь лишь вседозволенности, а не разумного контроля со стороны старших, возможно, тебе действительно будет лучше внизу, среди обычных людей.

Он остро посмотрел на своего ученика.

– Подумай об этом.

И, не прибавив ни слова, вышел с террасы.

А в следующую секунду мир вокруг закружился.

Глава 4

Моргая, я открыла глаза. И ощутила прохладные капли, катящиеся по моему лицу. Влажная ткань лежала по лбу, и капли скатывались с неё.

Я с трудом повернула голову и увидела Итана, сидящего рядом.

– Мог бы выжать повязку и посильнее, – пробормотала я.

– Я мог бы и положить тебе в рот шоколадное печенье, например, – последовал невозмутимый ответ. – Так тебе больше понравится?

– Лучше сделай бутерброд из сыра с ветчиной, – вздохнула я. Есть хотелось ужасно.

– Нам принесут ужин. – Итан кивнул на дверь. – Но сначала я хотел убедиться, что с тобой всё в порядке.

Он чуть улыбнулся.

– Ты спасла меня, знаешь ли. Спасибо тебе.

– Всегда пожалуйста, – пробормотала я. – Заходите ещё.

Если честно, со мной было отнюдь не всё в порядке. Я ощущала слабость, и голова ныла. Ладонь, которой я схватилась за ладонь Итана, казалась неповоротливой и чугунной.

Но всё это было неважно. Итан был цел. Он был жив.

– Это не меня прошивало молниями у алтаря, – произнесла я с трудом, едва ворочая языком. – Как ты?

– Нормально, – последовал сухой ответ.

– И это всё? – Я приподнялась и тут же поморщилась: от резкого движения заболела голова. – «Нормально»?

– Во мне кровь Тёмного Магистра, – просто сказал Итан. – Очевидно, что я и алтарь магистрата плохо сочетаемся, раз алтарь повёл себя так непредсказуемо. Но ты неосознанно погасила выплеск магии и перенаправила потоки обратно. Сейчас всё в порядке.

– Всегда знала, что я управляю потоками магии лучше всех, – вздохнула я. И спохватилась: – Кстати, как тебе удаётся каждый раз просыпаться раньше меня? Почему я не сижу у твоей постели и трепетно не вытираю тебе пот со лба кружевным платочком?

Итан с невозмутимым видом пожал плечами.

– Самодисциплина. Требуется каждому магу, кстати.

– Но меня ты почему-то ей не учишь. Хотя я будущий маг.

– Ты нужна мне не для того, чтобы сидеть в сосредоточении, – отмахнулся Итан, лёгким движением убирая ткань с моего лба. – Ещё успеешь.

Итан встал, и я наконец заметила, что он был полностью одет и, как всегда, идеально гладко выбрит. И выглядел, в общем, не так плохо, вот только под глазами залегли круги, а рука с печатью была перевязана чуть ли не до локтя.

– Ты тоже видел сон? – спросила я. – Твой отец, оказывается, был учеником архимагистра. Любимым учеником.

Итан не шевельнулся.

– Возможно, даже кем-то вроде сына, – нерешительно добавила я. – А потом Алексис Волнар предал его и стал Тёмным Магистром.

Итан по-прежнему не произнёс ни слова.

– Может, Вендрик поэтому стремится дать тебе шанс? – тихо спросила я. – Потому что видел в тебе прежнего Алексиса, который мог пойти по другому пути?

– Если так, он выбрал забавный способ это показать.

Вновь наступило молчание.

– Но он пытался тебя спасти там, у алтаря, – негромко добавила я. – Архимагистр воззвал к магистрам, он просил… пусть даже никто и не смог помочь.

Итан лишь пожал плечами.

– Мне очень жаль, – произнесла я. – Но теперь мы знаем ещё один кусочек правды. Кусочек прошлого.

– Да. – Губы Итана сжались, и он посмотрел на забинтованную руку. – Но это мало что меняет. Если бы Вендрик действительно перенёс на меня свою любовь к своему ученику, Алексису Волнару, он бы не поставил мне вот это.

Печать лояльности на запястье.

– Архимагистр боится тебя, – тихо сказала я. – Ты всё-таки сын Тёмного Магистра.

– И поэтому он хочет держать любимую зверюшку на поводке.

Я вздохнула. Ответить мне было нечего.

Я протянула руку, и Итан взял её.

– Мне очень жаль, – почти шёпотом сказала я. – Но я ужасно рада, что ты жив.

Итан несколько секунд смотрел на меня. А потом неожиданно поднёс мою руку к губам и медленно, осторожно её поцеловал.

Его пальцы не тряслись, и лицо было спокойным. Но только сейчас я ощутила, какое огромное напряжение он испытывал, пока я не пришла в себя.

– Я дорога тебе, – тихо сказала я.

– И даже слишком. – Итан с иронией улыбнулся. – Порой мне кажется, что я стараюсь отгородиться от этого чувства изо всех сил. Иначе я не стал бы сухо обсуждать с тобой видения из прошлого, а сразу бы сделал вот это.

Он наклонился к моим губам, и я сама не заметила, как обвила его руками за шею, когда мягкие, живые, горячие губы коснулись моих, и я приоткрыла рот, углубляя поцелуй.

Время остановилось. Я сама не знала, закрыты ли мои глаза, открыты ли? Остались только ощущения, только прохладный затылок и непослушные волосы, только пальцы Итана на моей груди, только…

Я невольно застонала ему в губы от слишком смелой ласки, и Итан отстранился, прерывая поцелуй.

– Как-то ты не в том месте пытаешься запастись магией, – задыхаясь, произнесла я.

– Вообще-то я просто хотел поцеловать тебя, – невозмутимо ответил Итан. – И даже, возможно, раздеть и запереть дверь.

Я поперхнулась.

– Нет чтобы накормить! – возмущённо сказала я первое, что пришло в голову.

И запоздало поняла, что против «раздеть» я особенно не возражала. Я что, готова стать его любовницей? Серьёзно?

Я не знала. Спасать жизнь Итану я точно была готова. А вот постель… Тело весьма определённо шептало, что да, а голова в такие моменты вообще отказывалась думать. Но подумать стоило, не так ли? Стоило вспомнить хотя бы о Ренате и её притязаниях.

Итан выпрямился и кивнул мне.

– Еда сейчас будет, – пообещал он. – Поешь. Я пока поговорю с целителями.

– Эй, а «приятного аппетита»? – окликнула я. – А повязать салфетку на шею слабой и беспомощной пациентке?

– И снять с тебя всё, кроме салфетки, в порыве благодарности? – Итан поднял бровь. – Пожалуй, я всё же буду держать себя в руках. Тем более, – он кивнул на дверь, – что в любой момент можно ждать гостей.

Итан вышел. Скрипнула дверь, и послышались приглушённые голоса.

Я обвела взглядом двухместную палату, мимоходом отметив, что две узкие кровати стояли близко друг к другу. Неудивительно, что нам приснился совместный сон.

Запястье покалывало, но не болело. Кажется, Итан принял на себя основной удар магии. А вот кожа на груди… хм, сначала она ныла, как после солнечного ожога, но после прикосновений Итана все болевые ощущения исчезли. Удивительно. Я расстегнула мантию, отодвинула нагретый медальон и ощупала покрасневшее место. Кажется, артефакт в очередной раз меня спас, когда я бросилась на помощь Итану. Надёжная защита в любых переделках, тут Итан прав.

Вот только, увы, попадаю я в эти переделки как раз из-за Итана.

Тем временем молодая женщина в форме прислужницы бесшумно принесла поднос с едой, поклонилась и вышла. Я вздохнула, пододвинула к себе поднос и взялась за ужин.

Тушёная капуста оказалась весьма хороша, как и гренки с куриной отбивной. Я допила остывший чай и дохрустывала яблоком на десерт, когда дверь снова открылась.

На этот раз Итан появился не один. Рядом с ним вышагивал магистр Айвор. Выглядел он нахмуренным, но ободряюще улыбнулся мне.

– Что-то случилось? – быстро спросила я.

– Всё хорошо, – покачал головой Айвор. – По крайней мере, насколько может быть.

Он присел на стул рядом с моей кроватью.

– Мы должны быть тебе благодарны, – мягко произнёс он. – Ты спасла Итана, приняв часть удара на себя. Удивительно, как ты осталась жива. Ведь у тебя даже нет магии.

– Так получилось, – пожала плечами я.

Айвор серьёзно покачал головой.

– Это действительно чудо. Но благодаря тебе Итан жив, и он стал полноправным магистром. Спасибо тебе.

Я бросила вопросительный взгляд на Итана. Тот с невозмутимым видом развёл руками.

– Все хором сходятся, что без тебя я бы уже лежал бездыханным в зале прощаний. Могу испечь праздничный торт, если ты настаиваешь.

– Как-то маловато для спасения жизни, – хмыкнула я. – Разве что выведешь свою благодарность на шоколадной глазури, и то не знаю, хватит ли.

Магистр Айвор кашлянул.

– Думаю, с этим вы разберётесь без меня. Я бы хотел поговорить о вещах более серьёзных.

Итан пожал плечами.

– Приступай.

Айвор помолчал.

– Другие члены магистрата хором требуют, чтобы тайный алтарь Тёмного Магистра был передан под наш контроль. Итан, они не отстанут. Я настоятельно советую тебе подумать на эту тему.

Итан вновь пожал плечами. Айвор вздохнул.

– Я не стою над тобой с ножом у горла, и архимагистр тоже этого делать не будет. Печать лояльности, – он указал на перебинтованную руку Итана, – тоже тебя не заставит. Я знаю о твоём упрямстве. Но я также знаю, что эта тема не заглохнет.

Айвор пристально и серьёзно взглянул на своего ученика.

– Твой отказ отдать алтарь рано или поздно приведёт к беде. И для тебя, и для твоих друзей. Союзников ты точно не обретёшь, а тень от твоего упрямства падёт на архимагистра и его дочь. Магистры начнут упрекать их и перекладывать часть вины на них, раз уж они тебе покровительствуют. Ни Вендрику, ни Ренате это не понравится.

Выражение лица Итана не изменилось.

– Это всё, что вы хотели мне сказать?

Его тон ясно говорил, что аудиенция окончена. Магистр Айвор встал.

– Нет, – спокойно сказал он. – Я всё ещё твой учитель, и теперь, когда ты стал магистром, я готов обучить тебя магии, доступной только членам магистрата. Некоторые уроки будут приватными, на остальные ты можешь брать Эву, если захочешь. Собственно, это вторая вещь, которую я хотел тебе сказать. – Он бросил короткий взгляд на меня. – Впрочем, есть и третья.

– Какая? – спросила я.

– Ты, Эва. И твой медальон.

Я невольно схватилась за цепочку артефакта.

– Я понимаю, почему Итан не дал тебе свободу, – произнёс магистр Айвор. – Пока вы связаны, тебя охраняет один из самых могущественных артефактов во всём Эвенаре, который только доступен женщине.

– У мужчин таких артефактов нет? – с любопытством спросила я.

Айвор с серьёзным видом покачал головой.

– Нет. И даже не у всех жён и дочерей магистров есть подобные средства сберечь свою жизнь. Тебе будут завидовать, Эва.

– Было бы чему завидовать, – вздохнула я. – Да и зачем завидовать бесправной невольнице без магии?

– В том-то и дело, что твою магию можно разблокировать, – с нажимом произнёс магистр. – Итан, ты должен ей помочь. Я видел, что с тобой было у алтаря. Если бы Эва не взяла тебя за руку и не отвела часть выплеска, ты был бы мёртв. Даже не сомневайся.

Лицо Итана ничего не выражало.

– Я знаю.

– Тогда что тебя останавливает?

– Я уже пытался вернуть Эве магию, – устало сказал Итан. – Как ты прекрасно знаешь, у меня не получилось.

– Тогда попытайся иначе! – Айвор повысил голос. – Итан, мир не вращается вокруг твоей магии. У тебя есть люди, которые от тебя зависят и которым нужна помощь! Вынь голову из задницы и подумай не только о себе!

Я поперхнулась. Даже Итан выглядел несколько ошарашенным.

Но его лицо тут же закаменело.

– Хорошо бы и ты подумал не только о себе, – сквозь зубы произнёс он. – О Салазаре, например. Раз он не твой подопечный, тебе плевать?

Айвор вздохнул.

– Мне не наплевать, Итан. Но решение Вендрика не отменить никому, и большинство магистров с ним согласны. Никто не уморит твоего друга голодом, но, пока Салазар не примет печать лояльности, он останется внизу.

В напряжённом молчании двое магистров глядели друг на друга. Айвор отвёл взгляд первым.

– Я пойду, – произнёс он. – Скорейшего выздоровления вам обоим. Эва, если тебе что-нибудь понадобится, мы с Сефрисой всегда готовы тебя выслушать.

– Как только захочу предать Итана, обязательно приду, – вздохнула я.

Магистр Айвор не улыбнулся.

– Просто помни об этом.

Дверь за магистром закрылась, и мы остались одни.

Наступило молчание.

– Так что теперь? – спросила я. – Будем печь торт и отмечать твоё посвящение в ряды избранных?

– Нет. – Итан начал стягивать повязку с руки. – Мы идём вызволять Салазара.

У меня отвисла челюсть. Вот это поворот!

– Но Салазар заперт в карцере.

– Заперт без еды и в мерзких условиях, – подчеркнул Итан ледяным тоном. – И мы понятия не имеем, что там происходит. Я отправляюсь за ним.

– Думаешь, тебя вот так к нему и пустят?

– Я ничего не думаю, – пожал плечами Итан. – Я иду. Как только наступит ночь, чтобы не поднимать лишнего шума. И ты отправляешься со мной.

«Всю жизнь мечтала в очередной раз рискнуть жизнью», – чуть не вырвалось у меня. Но потом я вспомнила себя в карцере, представила там Салазара – одного, без еды, брошенного, в ожидании рабской печати либо смерти, Салазара, изгибающегося с криком боли после магического удара в позвоночник…

– Значит, идём вызволять Салазара, – согласилась я. – Куда ты, туда и я. Но план-то у тебя есть?

– Ни малейшего.

Я уставилась на Итана.

– Так, – произнесла я. – Может, тебе всё-таки полежать в лазарете хотя бы ещё часик-другой? Лезть в вотчину магов-беспредельщиков без малейшего понятия, что ты будешь там делать, – это не лучший план. Не будешь же ты давать им всем по голове!

– Как вариант, – очень спокойно сказал Итан.

Я моргнула. Нет, мы серьёзно идём на это?

– А твоя печать лояльности? Ты же можешь лишиться магии, если атакуешь кого-то из членов магистрата! Итан, ты… ты уверен, что нет лучшего пути?

– Я вытащу Салазара, – с расстановкой произнёс Итан. – Я не желаю, чтобы моего друга мучили в карцере. Или ты полагаешь, что я должен спросить разрешения архимагистра?

Я вздохнула. Я знала, что скажет архимагистр. Вендрик не выпустит Салазара на волю без печати лояльности. А Итан не оставит друга в темноте. Не сможет. Он просто так устроен, что… нет.

Я встала, оправляя одежду.

– Мне нужно привести себя в порядок, – решительно сказала я. – А что касается твоего плана вызволить Салазара…

– Да?

Голос Итана был ровным и безразличным, но я знала, что он ждёт моего ответа. Ждёт, возможно, куда сильнее, чем хочет показать.

– Ты понимаешь, что амулет не защитит меня от всего? – безнадёжно спросила я. – Если тюремщик захочет потискать меня за что-нибудь, вряд ли его испепелит молнией с неба!

– Я этим займусь.

Я с подозрением посмотрела на Итана.

– Чем именно? Молнией с неба? Или тисканьем?

– А чего бы тебе хотелось?

И вот так всегда! Я укоризненно посмотрела на Итана. Итан ответил мне невозмутимым взглядом.

– Я отправляюсь с тобой, – наконец сказала я. – Но помяни моё слово, хорошо это не кончится. В лучшем случае нам придётся разделить карцер на троих.

Итан приложил пакет со льдом к покрасневшей кисти.

– Салазар оценил бы твой пессимизм. Душ за той дверью. Свежую одежду уже доставили. Что касается торта и прочей вкусной еды…

– Да? – не без надежды осведомилась я.

Наши взгляды встретились. И чуть ли не впервые я увидела в глазах Итана чувство, весьма отличное от его обычного спокойствия.

Боль. Боль и чувство вины.

– Свиные рёбрышки будем грызть, когда вытащим Салазара, – негромко сказал Итан. – Просто представь, каково ему.

Я молча кивнула и направилась в душ.

Лифт опустился в темноту и холод. Я невольно закуталась в плащ плотнее.

Даже дежурные лампы не горели в коридоре. Нахмурившись, я повернулась к Итану, но тот не спешил зажигать жезл.

– Почему так темно?

– Магистры экономят магию всякий раз, когда считается, что Эвенар в опасности. У них инструкции на этот счёт.

– Разве Эвенар сейчас в опасности?

– Наследник Тёмного Магистра нашёл тайный алтарь своего отца, угрозами привязал к магии алтаря своего наставника и дочь архимагистра, а потом пробрался в магистрат и получил знак магистра, – небрежно произнёс Итан. – Подумай головой.

Н-да. Будь я магистром, обязательно занесла бы в инструкцию что-нибудь подобное. Вряд ли мне хватило бы фантазии именно на такой поворот событий, но сам Итан Волнар определённо бы занял целый пункт. А то и несколько параграфов.

– Ты теперь магистр, – прошептала я в темноте. – Никак не могу к этому привыкнуть.

– А придётся. – Знакомая рука легко подтолкнула меня в спину. – Вперёд. И держись за мной.

– Я тебя не ви… – начала я, но Итан уже ушёл вперёд.

Вздохнув, я на ощупь двинулась за ним. И почти тотчас же услышала сопение из отнорка, уходящего вправо.

– Да не знаю я, как он отпирается без ключа! – послышался недовольный шёпот. – И в какой он камере, тоже не знаю!

– И что мы, спрашивается, будем делать?

Я замерла. Шаги Итана, идущего впереди, тоже затихли.

В следующую секунду Итан скользнул ко мне и обхватил за плечи. Я ощутила лёгкую нотку горького аромата, смешанную с собственным запахом Итана, и на миг застыла в его ладонях. Плевать на темноту, опасность и чужой шёпот, просто замереть вот так на несколько секунд…

И тут раздался шум падения.

– Тамми!

– Что?! Тут выступ! Они специально их понаставили, чтобы я натыкалась на них носом, я знаю!

– Да тихо ты!

– Худшая команда по спасению, – пробормотал Итан себе под нос. – Придётся спасать их самих.

– Эй, они будут не очень-то благодар… – попыталась я его остановить, но Итан уже выпустил меня из рук и, судя по шелесту мантии, двинулся прямиком в боковой коридор. Вздохнув, я последовала за ним.

Прямо в центр разгорающейся ссоры.

Глава 5

Жезл горел в руке Леандро, на чьём лице пылала праведная ярость. Тамми уселась возле стены, потирая коленку, и приветливым я бы её лицо тоже не назвала. Очень даже наоборот.

– Чего припёрся? – прошипел Леандро.

– Припёрлись, – мрачно поправила Тамми, сделав зверское лицо. – Привет, Эва.

– Привет, – вздохнула я.

На Тамми и Леандро были мантии с капюшонами, но сейчас оба капюшона были откинуты. Я невольно покосилась на Итана, который даже не подумал закрывать лицо.

– Мы здесь, чтобы вытащить Салазара, – коротко сказал Итан. – В карцере ему не место.

– Он здесь по твоей милости! – парировал Лео. – Если бы не твоя дурацкая идея стать магистром…

– А что нам стоило сделать вместо возвращения в Эвенар? – ядовито поинтересовался Итан. – Нырнуть в море?

– Мы могли ускользнуть! Если бы Айвор не позвал твоего обожаемого архимагистра…

– Он поставил мне такую же печать, как и тебе!

Они говорили злым шёпотом, но мне казалось, что каждый звук отражается от стен и раздаётся по всему коридору. Очень хотелось втянуть голову в плечи.

Итан подал Тамми руку, чтобы помочь подняться, но та стукнула по протянутой ладони кулаком.

– Держись от меня подальше, предатель!

Тамми протянула руку Леандро, и тот вздёрнул её на ноги.

– Можешь убираться отсюда, Итан Вендрик Волнар – или как тебя там, – подытожил Леандро. – Справимся без тебя.

– Мы пришли, чтобы вытащить Салазара, и мы его вытащим! – подтвердила Тамми, шмыгнув носом. – Проклятье, от этой проклятой мази для укрепления сил в итоге жуткий насморк!

– И именно поэтому, – подчеркнул Итан, – вы должны действовать со мной. Вас вдвоём нельзя оставить, чтобы вы во что-нибудь не влипли!

– Это ты нас туда влип… влёп… влепил!

Я мысленно вздохнула. Кажется, это надолго.

– Как вы всё-таки собираетесь вытащить Салазара, если у вас на руках печати лояльности? – подала голос я. – Я бы очень хотела это знать.

Итан и Леандро переглянулись. Ярость ушла из их лиц.

– Из-за проникновения в тюрьму они точно не сработают, – задумчивым шёпотом произнёс Леандро. – Но если на пути попадётся магистр, тут у нас начнутся проблемы. Правда, от простого тычка никто не лишится магии, просто нас шарахнет печатью. – Он поёжился. – Честно говоря, меня ещё ни разу не шарахало, но проверять не хочется. Магия у меня одна.

– Мне плевать, даже если я лишусь магии, – пробурчала Тамми. – И на кремах продержусь.

– Когда твой жезл превратится в бесполезный пестик, ты сможешь разве что толочь его в ступке, – отмахнулся Леандро. – Кроме румян и пены для бритья, тебе мало что будет светить, алхимическое светило. Нет, нам стоит проскользнуть мимо тюремщиков и обойтись без драк.

– Но как вы обойдёте ограничения, если всё-таки придётся драться всерьёз, да ещё и с магистром? – осторожно поинтересовалась я. – Ведь вы практически поклялись в верности магистрату. Насильно, но всё же…

– Мы все, – эхом откликнулась Тамми.

– Все, – подтвердил Леандро. – Даже этот вот… м-магистр.

И тут все трое уставились на меня.

– А ведь это вариант, – внезапно произнёс Итан.

– Хм, – протянул Леандро. – Неприятно соглашаться с таким аморальным и ненадёжным типом, как ты, но выбор небольшой.

Они с Итаном переглянулись.

– Единственное решение, – со вздохом согласилась Тамми.

Я непонимающе смотрела на них.

– Какое ещё решение?

– Всё просто, – бодро сообщил Леандро. – Салазара вызволяешь ты, Эва.

У меня отвисла челюсть.

– Я?! – шёпотом возмутилась я. – В одиночку?! А вы трое? Отправитесь по домам?

– Мы будем рядом, – успокоил меня Леандро. – И до драки, надеюсь, не дойдёт. Но вот конкретные действия – отпереть дверцу, вывести Салазара, помочь ему выбраться – будут на тебе. Мы так, за компанию, мимо проходили.

– И думаешь, это поможет?

Повисла тишина. Кажется, в этом никто не был уверен.

– Поможет, – произнёс Итан, и в его тоне была уверенность. – Я предпочёл бы ни на кого не натыкаться, но мы минимизируем риск. В конце концов, мы не предаём магистрат. Мы выручаем друга.

Леандро фыркнул.

– Готов поставить на это всю свою магию, новоиспечённый магистр? Не страшно?

– Страшно, – очень спокойно сказал Итан. – Но Салазару страшно ещё больше.

Все замолчали.

Тамми покосилась на Леандро.

– Лео, может, и правда объединиться? Взять этого мерзкого предателя… ну, ты понимаешь… с собой? – Она мотнула головой в сторону Итана. – Прикроет в случае чего.

– Уверена, что прикроет, а не выдаст своим дружкам-магистрам? – Леандро ткнул жезлом прямо в лицо Итану. – Я вот сильно сомневаюсь. С него станется запереть нас с тобой в соседнем карцере.

– Слушайте, бросьте притворяться! – не выдержала я. – Итан ваш старый друг, и вы ужасно рады его видеть. Кто скажет, что это не так, пусть первый бросит в меня… чем-нибудь!

Пустая баночка от крема и скомканный носовой платок полетели в меня одновременно. Я обречённо вздохнула. Н-да. Сразу видно лучших друзей.

– Итан предал нас, а ты его покрываешь! – возмущённо прошептала Тамми. – Он стал магистром. Ма-гис-тром! Тем, кто унижал нас все эти годы! Ты хоть понимаешь, что это такое?

– Вообще-то началось всё с того, что вы отказались признать вину Тёмного Магистра и его сподвижников… – начала я.

И тут же пожалела, что вообще начала этот разговор: глаза Леандро нехорошо засверкали.

– Вину, значит, – зловеще сказал он. – А как насчёт вины магистров, а? То есть им можно делать всё, что захочется, убивать кого влезет, а мы должны стоять на коленях с покаянной верёвкой на шее?

– Но при них спокойнее и лучше, чем было при Тёмном Магист…

– А откуда ты знаешь, что лучше? – перебил Леандро. – Старожилы припоминают? В газетах писали?

– Оставь, Лео, – фыркнула Тамми. – Бесполезно ей объяснять, раз она считает, что чьи-то там представления важнее памяти родителей. Не зря её отец стал предателем.

– Мой отец…

– Тихо, – раздался негромкий голос Итана.

Наступила абсолютная тишина.

– Мы отправляемся вызволять Салазара, – произнёс Итан. – Ваша задача – оборонять его, если на нас нападут: он слаб и точно не сможет сопротивляться, даже когда мы вернём ему жезл. Не забудьте надеть капюшоны.

– А твоя миссия, великий герой? – скептически спросил Леандро, но даже он выглядел присмиревшим.

– Я беру тюремщиков на себя, – коротко сказал Итан. – Я магистр и собираюсь воспользоваться этим.

– То есть открыто потребовать освобождения Салазара? – уточнила Тамми. – А так можно было?

Лицо Итана не дрогнуло.

– Вот и увидим.

– А если тебя поднимут на смех?

– Тогда я буду действовать иначе, – очень спокойно произнёс Итан, и у меня холодок прошёл по позвоночнику. – В любом случае именно Эва откроет дверь камеры и проведёт Салазара к лифту. Разумеется, если нас поймают, скажем, что я насильно взял её с собой, а у неё не было выбора. Тогда её не накажут.

Тамми и Леандро отрывисто кивнули. У меня на душе потеплело при виде такого единодушия.

– Спасибо, – дрогнувшим голосом сказала я. – Я тоже… не выдам никого.

– Уверен, что нельзя просто выбраться отсюда телепортом? – Леандро указал на жезл Итана. – Ты ведь теперь магистр. Тебя ещё не научили?..

– Нет, – коротко ответил Итан. – Кроме того, в тюрьме стоят ограничения.

– Ну конечно же, – вздохнула Тамми. – Всё как всегда.

Несколько секунд эти трое стояли, глядя друг на друга и словно бы не решаясь двинуться с места. Словно были слова, которые каждому хотелось сказать, но все трое молчали.

Наконец я кашлянула.

– Извините, но, может, пора уже делом заняться? Тем более что ссориться вы, кажется, уже прекратили.

– Не прекратили! – возмущённым шёпотом возразила Тамми.

– Приостановили, – неохотно произнёс Леандро. – Пока Салазар не окажется с нами. Тогда… посмотрим.

Их с Итаном взгляды встретились, и бывший предводитель четвёрки наклонил голову.

– Посмотрим.

– И поговорим, – сообщила Тамми, накидывая капюшон. – Лео, тебе отдельное приглашение нужно?

Леандро с хищным видом хрустнул костяшками пальцев и тоже набросил капюшон.

Итан обвёл друзей взглядом, словно собираясь что-то сказать.

Но лишь молча кивнул.

Когда послышались голоса, Итан вскинул руку. Мы замерли за углом, и Леандро торопливо загасил едва светящийся жезл.

– …О чём ты только думал! Камеры заполнены больше чем наполовину, а ты собираешься приглядывать за этой буйной толпой в одиночку?

– Я шправлюсь! Не мог же я оштавить эших мелких ш-шавок на швободе!

Я узнала голос Джесса. Правда, звучал он куда шепелявее обычного, а тон был угрюмо-подобострастным. Похоже, тот, кто его распекал, стоял куда выше его.

– То есть тебя всего лишь дразнили, – второй маг повысил голос, – а ты решил в отместку заполнить шутниками карцер? Ты понимаешь, Джесс, что ты сидишь здесь не за этим? Я посадил тебя сюда, чтобы ты выполнял мои приказы, а не свои хотелки!

– Магиштр Мёртон, я…

– Молчать!

Я слышала из-за угла тяжёлое дыхание разъярённого магистра. Коридор был едва освещён, но я видела, с каким серьёзным видом переглянулись Итан и Леандро. Похоже, наша задача только что стала гораздо труднее.

– Меня вшегда ненавидели, – почти проскулил Джесс. – Как мне не жаш-щитить репутацию?

– Ты ударил по моей репутации, – процедил Мёртон. – Карцер предназначен для избранных преступников, идиот! Это не сарайчик для мелких провинностей, куда можно запихнуть всех и каждого!

«Ничего себе сарайчик», – мрачно подумала я, вспоминая своё пребывание в карцере.

– Теперь, – процедил Мёртон, – мне придётся дежурить здесь и следить, чтобы не случилось ничего чрезвычайного. Всё из-за твоего кретинизма, Джесс! Порой я думаю, что Итан Волнар врезал тебе недостаточно.

Раздалась вспышка, и Джесс обиженно взвизгнул. Кажется, ему только что досталось.

– Сходи за сменщиком, – коротко приказал Мёртон. – Будете патрулировать коридоры всю ночь.

– Но, магиштр Мёртон…

– Без но! Забыл, что здесь отродье Себастьяна? Помнишь, что приспешники Волнара сделали с твоей семьёй?

Я услышала короткий удар. Кажется, Джесс от злости ударил кулаком в стену.

– Да, магиштр.

– Вот и позаботься, чтобы мальчишка страдал. У него есть вода?

– Д-да.

– Отбери. И объясни ему хорошенько, что будет, если он не согласится на печать. Хорошенько, понял? Так, чтобы он сплёвывал кровь на твои ботинки.

Тамми зажала себе рукой рот. Леандро сжал кулаки.

– Я бы и шогласия не шпрашивал, – прошамкал Джесс.

– Дурак, – утомлённо бросил магистр Мёртон. – Иногда я вообще сомневаюсь, что тебя учили магии. Выполняй приказ.

Послышались удаляющиеся шаги, но тут же оборвались, словно магистр остановился.

– И почему у лифта нет охраны, раз ты набрал столько пленников? – требовательно спросил Мёртон. – Протокол гласит, что ты должен был об этом позаботиться.

– Я пожабочуш-шь!

– Уж будь любезен, – Мёртон практически выплюнул эти слова. – И учти, если сын Себастьяна выйдет отсюда на своих ногах, а не выползет полутрупом, ты мне больше не нужен.

Я похолодела. Лицо Итана было мёртвой маской.

– Да, магиштр.

Простучали шаги. И стихли.

– Так, – еле слышно произнёс Леандро. – Оба ушли?

– Да, – шепнула Тамми.

– Хорошо.

Все повернулись к Итану.

– Кажется, твой план только что навернулся на ровном месте, м-магистр, – произнёс Леандро ядовито. – Или, по крайней мере, стал гораздо сложнее. Что делать будем?

Итан надвинул капюшон и жестом предложил мне сделать то же самое.

– Своими словами Мёртон поставил себя вне законов магистрата, – произнёс Итан. – Магистрат не признаёт пытки.

– Много нам это поможет, – фыркнул Леандро. – Иди постучи в двери к Вендрику, скажи, что тут людей пытают! Вот он удивится! Прямо-таки понесётся вызволять, ещё и тапки слетят по дороге!

– Вендрик не сделает ничего, – с горечью произнесла Тамми. – Ещё и позлорадствует, что Салазар скоро сломается.

– И не поспоришь, – пробормотала я.

– Но поведение Мёртона развязывает нам руки хотя бы отчасти, – произнёс Итан. – Из-за печати мы должны действовать аккуратно, но мы не отступимся.

– Будем невидимыми и неуловимыми вершителями справедливости? – раздумчиво хмыкнула Тамми. – А вообще-то это мысль!

– Ключи сначала достать надо, «мысль», – буркнул Леандро. – Где возьмём-то? – Он мрачно уставился на Итана. – Или ты собираешься магией двери повыдирать? Знаешь, это место строили знающие люди, тут даже твоей подло-магистреской силушки не хватит. Без ключей никак.

– Ключи нужны, – подтвердил Итан коротко. – Ты прав, Лео.

– Как будто я не знаю, что я всегда прав, – огрызнулся Леандро из-под капюшона. – Чтобы добыть ключи, придётся дать в глаз Мёртону, а это чревато. Знаешь, даже если он три раза палач, он всё равно целый магистр. Решишься врезать ему со всей дури – лишишься магии сам. И что нам делать?

Итан повернулся ко мне.

И внезапно улыбнулся из-под капюшона.

– Я знаю, что нам делать.

На поцарапанном столе караулки высились аж три початые бутылки вина. Я сморщилась от неприятного запаха. Рядом стояло явно несвежее блюдо с закусками, поросшее жиром, кожура и огрызки.

А на мягком диванчике, хмурясь, сидел неприятного вида мужчина с сединой в рыжих волосах и с брезгливым видом листал журнал провинностей. Точно в таком журнале отмечали наше с Итаном пребывание, когда мы прибыли в карцер. Вот только в караулку нас не заводили.

– Магистр Мёртон, – произнесла я неестественно высоким, писклявым голоском. – Архимагистр требует вас к себе немедленно.

Мёртон поднял брови, хмурясь.

– А ты кто такая? – бросил он. – Сними капюшон и поклонись как следует.

Может, ему ещё реверанс сделать? Я шагнула влево, так чтобы встать посреди дверного проёма.

И вскинула руку, обмотанную тканью, которая тут же вспыхнула ярким светом.

Настоящего жезла у меня не было, увы. Итан больше не носил свой прежний жезл, сменив на жезл отца, а старый спрятал неизвестно где. Леандро и Тамми не хотели делиться своими. Пришлось импровизировать.

Магистр мгновенно оказался на ногах. Жезл чуть ли не сам прыгнул в его руку.

И тут два мощных сгустка магии пронеслись совсем рядом с моей рукой, врезаясь в камни под ногами магистра. Безопасно, не задевая его. Ни один не попал даже в кончик туфли, но Мёртон от неожиданности пошатнулся и потерял равновесие. Уже падая, он взмахнул жезлом, озарившимся фиолетовым пламенем, и жезл выстрелил в меня ярким сгустком магии.

Страшным. Возможно даже, смертельно опасным.

«Встань в дверном проёме, – вспомнила я приказ Итана. – Тогда он инстинктивно будет бить в центр и попадёт в тебя».

«А если промахнётся?»

«Значит, ударит ещё раз. Лишь бы ударил посильнее».

В тот момент мне очень хотелось приложить Итана крепким словцом, но я придержала язык. Я помнила, как Мёртон приказал обращаться с Салазаром.

Так что мне оставалось только верить, что Итан не ошибся.

Труднее всего было не сойти с места. Я с криком подняла руку, делая вид, что тоже творю магию, и мою руку озарила ярчайшая фиолетовая вспышка из жезла Итана, чуть не ослепив меня, мешая Мёртону разглядеть, что происходит.

И в эту же секунду сгусток магии долетел до меня…

…медальон на груди отозвался резкой вспышкой жара…

…сгусток магии сжался почти в точку…

…и, отразившись, с той же силой и скоростью развернулся…

…и влетел Мёртону в живот.

Мёртон не успел среагировать, как и предсказывал Итан. Слишком быстро, слишком неожиданно.

Он сложился пополам и с хрипом рухнул.

Я потрясённо смотрела на поверженного главу отдела наказаний. Мёртон был поражён своей собственной магией. Его не атаковал никто из моих спутников: заклятия Итана безобидно врезались в камни, а я не творила магию. Формально Мёртон ударил сам себя.

– Печати, – хрипло сказала я. – С вами со всеми всё в порядке? Вы не лишились магии?

– В порядке, – откликнулся Леандро. В его голосе слышалось явное облегчение. – Мы треснули магистра и остались невредимы. Хотя есть мнение, что это ненадолго.

– У нас несколько минут, не больше, – отрывисто бросил Итан. – Лео, не спи! Нам нужны ключи.

– И ещё где-то тут должен шляться Джесс со сменщиком, не забывай, – тревожно напомнила Тамми.

По жесту Итана я подошла и быстро вынула жезл из пальцев магистра.

– Запрём его в первой же камере, – приказал Итан. – Жезл бросишь в лифте.

Я машинально кивнула, продолжая с неверием глядеть на магистра.

– Я что, правда только что его уложила? – вырвалось у меня.

– Вот что значит не иметь никаких печатей и клятв, кроме верности господину, – не без зависти произнёс Леандро, перебирая вещи на грязненьком письменном столе. – Ты единственная из нас, кто может давать в глаз кому хочется.

Он покосился на меня.

– Точнее, твой медальон.

Я невольно коснулась медальона. Да уж, смертельное оружие.

Итан наклонился и открыл дверь каменного куба-сейфа. По заиндевевшему нутру были разбросаны несколько жезлов.

– Жезлы пленников, – коротко пояснил мне Итан, собирая жезлы в кожаный чехол. – Вот этот принадлежит Салазару. Стало быть, он точно здесь.

– Жаль, что мы не знаем, в какой он камере, – мрачно сказала Тамми. – Могли бы спросить этого мерзавца Мёртона, между прочим.

– Так бы он нам и сказал, – фыркнул Леандро, не отрываясь от стола. – Так, ключи, ключи… Кстати, магистр из магистров, хотел спросить тебя, а вы с Эвой уже спали вместе? Не поверю, что ты ни разу не воспользовался своей властью в подло-постельном смысле. Ну, знаешь, когда вы оба голые.

– Хватит изображать меня мерзавцем, – очень спокойно произнёс Итан. Он продолжал оглядывать камеру. – Даже если я таковым и являюсь, тебя это не касается.

– Не являешься, – хмуро сказала я.

– Это пока, – фыркнула Тамми. – Теперь, когда он магистр, от него всего можно ждать… эй, Итан, ты что делаешь?

Не обращая внимания на друзей, Итан прикрыл входную дверь в караулку. И удовлетворённо кивнул, обнаружив за дверью доску с крючками, на одном из которых висела увесистая связка ключей.

– Накиньте капюшоны плотнее, вы все, – коротко приказал Итан. – И не забудьте Мёртона.

Он подхватил ключи с крючка и открыл перед нами дверь.

Мы с Тамми переглянулись и кивнули друг другу.

Пора было спасать Салазара.

Глава 6

Первую камеру мы открыли легко. Вдвойне легко, потому что она была пуста.

– Ну что, лишим нашего дорогого и любимого магистра Мёртона воды? – кровожадно поинтересовался Леандро.

– Нет, но свяжем и заткнём рот, – бесстрастно произнёс Итан. – Его освободят на утреннем обходе.

– Наживём врага, – озабоченно сказала Тамми.

– А так, можно подумать, он наш лучший друг, – фыркнул Леандро. – Все будут прекрасно знать, что это мы, Тамми. Я тебе больше скажу: велика вероятность, что нас поймают, заново засадят сюда вместе с Салазаром, а этот, с позволения сказать, бывший приятель, – он кивнул на Итана, – даже не подумает нас вызволять. «Хватит, – скажет он, – есть дела и поважнее. А то пока занимаешься всякой ерундой, все закуски на фуршете съедят!»

Итан протянул руку, куда Тамми тут же вложила моток верёвки и носовой платок. На этот раз никакого крема на платке не было, иначе Тамми могли уличить.

– Э-э, а ты точно не лишишься магии за такие дела? – уточнила я. – Мало какому магистру понравится очнуться связанным.

– Теперь, когда ты его уложила, не лишусь. – Итан быстро закручивал петлю за петлёй. – Мы всего лишь запираем его ненадолго. Этот маг приказал лишить Салазара воды и пытать наперекор прямым указаниям архимагистра, так что мы не предаём магистрат. Может, конечно, Вендрик и одобрил бы такой поворот событий, но мы этого не знаем, не так ли?

В его тоне звучала ледяная ирония.

– Ну ты и легалист, – вздохнула я. – Лишь бы формально соблюсти правила, а там хоть трава не расти.

– Вообще-то мы действительно ходим по лезвию, – произнесла Тамми нерешительно. – Мало того что мы только что связали главу отдела наказаний, но если мы выпустим всех заключённых и нападём на тюремщиков…

– То магистрат узнает об этом и задумается, зачем им вообще сдались эти камеры пыток, – парировал Леандро. – Мы спасаем относительно невинных магов от чересчур жестокого наказания. Хотя некоторые из них были бы не прочь всыпать наследникам Тёмного Магистра, и не скажу, что это не взаимно.

– Так мы их выпускаем или бьём? – уточнила я. – Хотелось бы ясности в этом вопросе.

Итан выпрямился, закончив с верёвками.

– Мы выпускаем Салазара, – коротко сказал он. – Как только он оказывается у нас, мы бежим. До остальных мне нет дела.

– Сразу видно истинного благодетеля рода человеческого, плюющего на лишних людишек, – хмыкнул Леандро. – Им тут страшно, между прочим. И, возможно, уже не первую ночь.

Тамми с отвращением посмотрела на Мёртона.

– Этот тип угрожал оставить Салазара без воды, – произнесла она сквозь зубы. – Итан, мы точно не можем его убить? Или хотя бы намазать каким-нибудь интересным кремом?

Тамми подняла на Итана просяще-вопросительный взгляд, и на миг между ними всё стало как прежде. Давние и близкие друзья, Тамми, ждущая совета и поддержки, Итан, берущий на себя лидерство и защищающий остальных…

Но в следующее мгновение Тамми криво усмехнулась, и иллюзия рассеялась.

– Я забылась, дура, – зло бросила она. – И забыла, зачем ты на самом деле здесь. Всё, чего ты хочешь, – это успокоить свою совесть. Запихнуть Салазара в какую-нибудь дыру, и плевать, хорошо ему или нет! Плевать, каково нам в сидеть в башне вот с этим! – Она указала на свою печать. – Лишь бы ты был счастлив и при магистерской кормушке!

– Тамми, это не… – начала я, но Тамми с яростным видом развернулась ко мне.

– Ты хоть не начинай! Могла бы его отговорить, но не-е-ет! Это же Итан то, Итан сё, он дал мне красивое платье, он целует мне пальчики, танцует со мной, ах-ах, да он даже перед дочерью архимагистра так не стелется и медальоны ей не дарит!

Моё лицо вспыхнуло жаркой волной. Били слова Тамми в цель или нет, Итан слышал их, и ощущения смущения и неловкости были так сильны, что мне захотелось провалиться куда-нибудь подальше. Даже если это будет включать в себя падение с очень, очень большой высоты.

– Довольно, – коротко сказал Итан. – Идите, я закрываю.

Дверь камеры закрылась с коротким глухим стуком, оставляя связанного магистра-палача внутри. Я с облегчением выдохнула, хотя и знала, что большая часть работы впереди. Главное, что неловкая сцена закончилась.

Или не закончилась. Потому что что-то всё-таки заставило меня удержать Итана за рукав.

– Итан, слушай, Тамми… – начала я шёпотом, повернувшись к Итану.

– Тамми что? – очень спокойно спросил Итан.

– Тамми неправа, – быстро сказала я. – Ничего ты не стелешься, и никаких ах-ах в наших отношениях нет. Просто…

– Просто ты считаешь, что в словах Тамми есть зерно истины, и хочешь это заболтать, – проронил Итан. В его голосе прозвучали ядовитые нотки, от которых мне сделалось не по себе. – Глубоко внутри ты убеждена, что у меня есть к тебе чувства, нежные, глубокие и искренние. Тем более что я сам тебе почти в них признался.

Он склонился к моему уху.

– Ведь я достал для тебя медальон и платье, – прошептал Итан с холодной иронией. – Твоя ладонь лежала на моём алтаре! Неужели это не знаки большой и чистой любви?

Такой откровенной издёвки я уже не выдержала.

– Ты ещё на весь коридор об этом объяви! – прошипела я. – Да какая разница, чего ты там не испытываешь! Я вообще к тебе ничего не испытываю, понял? Пусть Тамми хоть обвоображается, я прекрасно знаю, что тебе никто не нужен! И никогда не будет нужен!

Итан застыл. Лишь едва слышное дыхание из-под капюшона обжигало мне шею.

– Никто? – тихо спросил он. – Совсем?

– Совсем! – шёпотом огрызнулась я. – Разве что Рената в постели, и то по секундомеру!

Мы уставились друг на друга из-под капюшонов.

И тут из-за угла появился незнакомый маг, жуя на ходу.

Я обречённо вздохнула. Ну да, если вместо освобождения пленников заниматься разговорами, рано или поздно произойдёт вот это.

Тюремщик замер в остолбенении.

– Вы, вообще, кто? – вырвалось у него.

Жезл взлетел в руке Итана. Но тут Леандро с воплем выбежал вперёд и, извернувшись в воздухе, безо всяких жезлов треснул жующего тюремщика ногой по лбу.

– Всегда мечтал это сделать, – сообщил он.

Тюремщик покачнулся. У меня обалдело открылся рот. Неужели он вот так вот рухнет и… и… всё?

– Магистр! – хрипло заорал тюремщик. – Помогите!

Леандро коротко ударил ещё раз, погружая тюремщика в нокаут. К счастью, прийти ему на помощь магистр Мёртон не мог. А вот Джесс – вполне.

– Что будем делать? – выдавила я.

– Да как обычно, – беспечно отмахнулся Леандро. – Делать ноги рано, прятаться поздно. Открываем камеры.

Тамми выхватила из рук Итана связку ключей и разделила её на две части.

– Давайте вот так. – Она протянула мне половину связки. – Мы с Лео идём по одной стороне, вы по другой.

– Уверена? – уточнила я. – Формально вы нарушаете волю магистров и всё такое прочее.

– Мне вообще уже плевать, – признался Леандро, потирая руку, которой только что врезал тюремщику. – Печать не печать, хочу драться.

Но Итан покачал головой.

– Не будем рисковать. Камеры будет открывать Эва. Мы следуем за ней.

– Тогда скажите спасибо, если успеем до рассвета. – Леандро вернул мне половину связки. – Давай, властная невольница. Салазар где-то здесь, и мы ему нужны. Начинай искать.

Я кивнула и бросилась к ближайшей двери.

Три первые камеры были пусты. Из четвёртой, шатаясь и тщетно пытаясь нас разглядеть, выбрался щуплый парень, покрытый синяками.

– Иди к выходу, – бросила ему Тамми.

– Но куда? Я не вижу…

Тамми вздохнула.

– Кто-нибудь из остальных покажет тебе дорогу. Жди здесь.

Обитатели двух соседних камер выглядели уже куда лучше. Я молча продолжала открывать двери. Пустая, пустая, перепуганная девчонка, цепляющаяся за руки Леандро, ещё одна пустая…

А в следующей камере нас ждал сюрприз.

– Что здесь происходит? – недовольно и высокомерно спросил рыжий парень в дорогой мантии, читавший при свете яркой лампы. Чем-то он напомнил мне Итана, вот только Итан никогда не цедил слова через губу вот так. – Где Джесс?

– Мы пришли тебя освободить, – пояснила я своим писклявым голоском.

На столе я заметила миску с финиками и даже кусок вполне прожаренного мяса. Хм, да это привилегированный пленник!

– Так вам отец и позволит, – фыркнул рыжий. – Подумаешь, напился, полапал одну недотрогу… любого другого дурака на моём месте отпустили бы. Но не сына магистра Мёртона, не-е-ет!

– Кстати, – раздался небрежный голос Итана за моей спиной. – Раз ты настолько искушён в этих вопросах, просвети меня: куда твой отец запихнул этого мерзавца Салазара?

– В Чёрную Камеру, – без запинки ответил юнец. – Туда уже лет пять никого не сажали, но отец очень разозлился.

Я спиной почувствовала, как изменилось настроение моих спутников. Кажется, это было очень, очень плохо для Салазара. И нам стоило оказаться там как можно быстрее. Желательно уже сейчас.

Рыжий юнец вдруг напрягся.

– Погодите. Если вы здесь, что вы сделали с моим отцом, а?

– Заперли в камере, – вырвался у меня честный ответ.

Я уже начала прикидывать, не запереть ли мне его камеру снова, как рыжий отрывисто рассмеялся.

– Ну и Тёмный Магистр с ним! – Он спрыгнул с кровати и отбросил книгу в сторону. – Сматываемся отсюда.

Я с облегчением выдохнула и отступила от двери, позволяя юнцу выйти.

– Ч-что вы будете с нами делать? – нетвёрдым голосом спросил кто-то из темноты.

– Все, кому что-то не нравится, могут вернуться в свои камеры, – низким угрожающим голосом отозвался Леандро. – Скоро один очень злой магистр, которого найдут и развяжут, будет проводить обход. А тем, кому жизнь дорога, я крайне советую, гхм, – он кашлянул, – линять, едва мы закончим здесь. Жезлы получите чуть позже, как только ускользнём мы.

Бывшие пленники зашептались, и, даже согнувшись над замочной скважиной, я могла ощутить их тревогу.

– Я провожу вас к выходу, – решительно произнесла Тамми. Жезл в её руке зажёгся. – В конце концов, осталось совсем немного. У лифта всем будет спокойнее.

– Одна ты никуда не пойдёшь, – пробасил Леандро.

– Никто никуда не пойдёт, – пробасил новый голос в темноте.

В следующую секунду темноту рассекли вспышки трёх жезлов сразу.

Джесс. Ещё один толстый маг в засаленной мантии, очевидно, его сменщик. И ещё один маг в мантии со знаком магистра. Очевидно, Джесс умудрился привести подмогу.

– Ох, – жалобно произнёс кто-то в темноте.

У меня ноги примёрзли к полу. Вот-вот начнётся бой. И если Итан, к примеру, в этот бой вступит…

И тут раздался треск, и Итан взмахнул распоротым чехлом. Добрый десяток жезлов взлетел в воздух, и пленники с воплями бросились к ним.

– Ловите! – раздался крик Итана.

В следующий миг вихрь пронёсся по коридору, гася все огни.

И начался хаос.

Темнота взорвалась воплями и вспышками магии. Я торопливо пригнулась, когда яркий луч пролетел над головой. Судя по воплям Джесса, верх брали отнюдь не тюремщики.

В темноте я почувствовала, как пальцы Итана скользнули в мою руку.

– Не вырони ключи, – произнёс он.

И мы бросились бежать.

Коридор, поворот, ещё коридор… судя по тому, что Итан не собирался останавливаться, Чёрная Камера находилась на порядочном расстоянии от остальных. Чтобы никто не слышал криков?

– Даже не думал проверять её, – выдохнул Итан.

– Чёрная Камера – это… совсем страшно? – задыхаясь, выдохнула я.

Итан замедлил шаг.

– Кажется, – очень спокойно сказал он, останавливаясь перед глухой чёрной дверью, – они хотят его убить.

Позади раздался топот бегущих ног, и спустя пару секунд Тамми и Леандро нагнали нас.

– Устроил небольшую дополнительную кутерьму, – задыхаясь, пояснил Леандро. – Не благодарите.

– Но времени мало, – добавила Тамми. – Эва, давай уже!

Меня не нужно было просить дважды. Я отделила самый длинный ключ чёрного цвета, больше похожий на заржавленный брелок.

И вставила его в замок.

Щелчок. Оборот. Ещё оборот.

– Быстрее, – напряжённым голосом произнёс Леандро. – Да быстрее же!

Едва я закончила поворачивать ключ и с усилием потянула дверь на себя, Итан нетерпеливо распахнул её.

В лицо ударил холод. Невыносимо пахло плесенью. Ледяная сырость, неопрятные пятна грибка, стылые скользкие камни пола. С потолка медленно, нехотя сваливались капли воды.

А на полу, распластавшись, лежала кучка тряпья.

Нет. Человеческая фигура.

– С-Салазар? – дрожащим голосом спросила Тамми.

Я быстро шагнула в камеру и повернулась лицом к Итану и Леандро.

– Отойдите, – быстро сказала я. – У вас печати. Я вытащу его сама.

И тут фигура, лежащая на полу, слабо застонала.

Я бросилась к нему и присела на корточки, не обращая внимания на сырость и запах.

– Привет, я Эва, и мы все обречены. – Я наклонилась над лежащим магом. – Ты меня слышишь?

Салазар слабо пошевелился.

– Тяжело дышать, – прохрипел он. – Воздух мерзейший, как… задницы магистров.

Леандро издал смешок. Я закинула руку Салазара себе на плечо и попыталась подняться, но уже в следующую секунду моя ноша стала лёгкой: Леандро и Итан перехватили своего друга.

– Подерёмся потом, – бросил Леандро.

– Принято, – спокойно ответил Итан, осторожно подвешивая жезл Салазара ему на пояс. – Вперёд.

Обратный путь к лифту мы преодолели быстро. Тамми бежала впереди, и приглушённый свет её жезла освещал дорогу.

Из коридоров доносились далёкие звуки схватки: кажется, пленники и тюремщики сцепились не на шутку. Но Итан, Леандро и Тамми не отводили взглядов от Салазара.

– Хорошо ещё, ты ходить можешь, – озабоченно проговорил Леандро, следя, как Салазар передвигает ноги. – У меня такое ощущение, что в твою камеру подсыпали какую-то дрянь через вентиляцию, раз тебе так скоро поплохело. Тамми, ты как думаешь? Тамми?

Тамми застыла впереди, медленно опуская руку с жезлом.

Перед нами простирался холл, за которым бесстрастно ждали распахнутые двери лифта.

Но перед дверями, широко ухмыляясь, стоял Кертис. Магистр Кертис.

– Хотите выручить друга? – с издёвкой спросил он. – Похвально, похвально.

Кертис. Бывший жених Ренаты, ненавидящий Итана и его друзей лютой ненавистью. И первый подозреваемый, когда речь шла о покушении на нас с Итаном. Кто стрелял в нас из арбалета и чуть не угробил наш воздушный шар?

Сейчас, глядя на мрачную ненависть в глазах Кертиса, я не сомневалась в ответе.

– Я знаю, что это ты, Итан Волнар, – сообщил Кертис, глядя прямо на Итана.

На всех нас были капюшоны, но Кертиса они, разумеется, не обманули.

– Я знаю, что это ты, – повторил Кертис. – Я могу убить тебя, а ты меня, – он со значением постучал по своей руке, где никакой печати не было, – нет.

Я мысленно выругалась. Всё. Попались.

Итан небрежно сбросил капюшон. Ни страха, ни тревоги на его лице не было. Лишь всегдашнее прохладное выражение, словно ему плевать на любые препятствия.

– Ты уже пытался убить нас на воздушном шаре, но неудачно, – проронил Итан. – Не так ли?

Лицо Кертиса не изменилось.

– Понятия не имею, о чём ты, – произнёс он скучающим тоном. – Пытался? Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже летел головой вниз вместе с воздушным шаром. Бредишь, должно быть. – Он развёл руками. – Впрочем, оно и понятно. Ты же попался в ловушку, Волнар. И деваться тебе некуда.

– Что ты хочешь за то, чтобы нас пропустить? – ровным голосом спросил Итан.

Кертис ухмыльнулся шире. И безошибочным жестом указал прямо на меня.

– Её.

Я моргнула. То есть как это меня?

– То есть как это её? – уточнил Леандро. – Это должница Итана.

– Ну да, – осклабился Кертис. – Волнар украл у меня невесту, так что я отплачу ему тем же. Я слышал, хозяин с должницей могут видеть общие сны. Вот пусть ему и приснится сон о том, как я забавляюсь с ней во всех позах. И как мой жезл путешествует… по её изгибам.

Он многообещающе качнул жезлом.

– Или же я могу засунуть этот жезл куда-нибудь ещё, – сообщил Кертис. – Сжечь лицо твоему дружку, к примеру. Убит при попытке к бегству? Какая жалость.

– Я веду его на допрос к архимагистру, – произнёс Итан сухо. – Дело требует срочности, иначе пленник может умереть, а Вендрику он нужен.

– Был бы нужен – не посадил бы его в Чёрную Камеру, – фыркнул Кертис.

– Потому что архимагистр идиот, – проворчала Тамми, прижавшаяся к стене. – Салазар единственный, кто исследовал секрет бессмертия! Единственный, кто мог бы продлить этому идиоту Вендрику жизнь! Но магистрам хоть кол на голове теши.

– Секрет бессмертия? Не смешите меня, – поморщился Кертис. – Чушь полная. Даже Тёмный Магистр его не раскрыл, а этот мозгляк тем более.

Кертис кивнул Итану.

– Выбирай. Или я получаю девчонку на ночь, или в камеры отправляетесь вы все. Хотите напасть на меня? Пожалуйста. – Он усмехнулся. – Ваши печати только и ждут, чтобы оставить вас без магии.

– Здорово же ты хочешь отомстить нашему новоиспечённому магистру, – протянул Леандро. – И всё из-за сбежавшей невесты? Ты настолько любил малышку Ренату?

Кертис пожал плечами.

– Думай что хочешь. Но времени на раздумья вам осталось мало.

Времени действительно было мало. Точнее, его не было вовсе. Нас могли застигнуть в любой момент. И если Салазара вновь отправят в Чёрную Камеру…

Я шагнула вперёд.

– Вызволяйте Салазара, – быстро сказала я. – Я пойду с Кертисом.

Всё равно он мне ничего не сделает. Медальон наверняка защитит от настоящего насилия. А пара синяков – мелочь по сравнению с тем, через что только что прошёл Салазар.

Кертис торжествующе улыбнулся.

– Рад, что хоть у кого-то здесь сохранились мозги. – Он нетерпеливо поманил меня. – Идём, крошка.

– Через мой труп.

Ледяной голос Итана отдался по всему коридору.

Кертис прищурился, поднимая жезл.

– Ну, если ты настаиваешь…

Я похолодела. Никто из моих спутников не имел права атаковать магистра, а у меня не было магии. Разве что Кертис прицелится точно в меня… но этого он делать не собирался. Нехорошая улыбка на лице Кертиса сделалась шире.

И тут чёрная молния с треском вылетела со стороны Салазара и влетела Кертису прямо в лоб.

Кертис пролетел по воздуху, впечатался в двери лифта и сполз на пол. Голова мотнулась в сторону. Из его рта стекала тонкая нитка слюны.

– Где… – едва ворочающимся языком пролепетал Кертис. – Кто… я? Кто?

Я потрясённо смотрела на Кертиса. Что это была за магия? Что с ним случилось?

– Он… не запомнит… не вспомнит, – раздался хриплый шёпот Салазара. – Не сразу… если вообще.

Я резко обернулась и увидела, как Салазар разжал стиснутые пальцы. Жезл выпал из его безвольно поникшей руки, а следом рухнул и сам Салазар.

Итан и Леандро бросились поднимать друга одновременно.

– Проклятье, он без сознания! – ругнулась Тамми. – Кто-нибудь знает, чем Салазар шуганул Кертиса? Что это за чёрная дрянь?

Леандро и Итан переглянулись.

– Понятия не имею, – вполголоса произнёс Итан.

Леандро с мрачным видом кивнул.

– Я тоже.

Не произнеся больше ни слова, они подтащили Салазара к лифту. Тамми уже была в кабине. Я заскочила следом, и двери закрылись за нами.

Мы были в безопасности. Но насколько надолго и какой шум поднимется, когда найдут Кертиса, Мёртона и поймут, что Салазар сбежал, – об этом приходилось только гадать.

Глава 7

– Как нам вытащить его отсюда? Как, как?!

Тамми нарезала круги по гостиной Итана, нависая над диваном, где лежал Салазар, как разъярённая львица над нашкодившим львёнком.

– Остынь, Тамми, – мрачно бросил Леандро. Он стоял у панорамного окна, бесцельно глядя в ночное небо. – Наша идея с угнанным воздушным шаром явно не выгорит. В таком состоянии Салазар далеко не уплывёт. Тем более в одиночку.

– А, так вот как вы собирались вытащить Салазара из Эвенара, – произнёс Итан спокойно. – Угнать воздушный шар и отправить Салазара на нём.

– Можно подумать, ты собирался поступить иначе, – фыркнул Леандро. Он указал в сторону причала, где покачивался новенький воздушный шар новоиспечённого магистра. – Но свой шар ты бы не отдал, конечно: тебе же не надо, чтобы образцового магистра вычислили и наградили розгами по покорному мягкому месту?

– По-моему, нас всех давно вычислили, – устало сказала я. – Какая уж тут конспирация.

– Как раз самая настоящая конспирация и есть! – парировала Тамми. – Пленники нас узнали? Нет. Тюремщики? Мы были в капюшонах. Мёртон? Ни разу.

– А Кертис?

Тамми передёрнула плечами.

– Салазар сказал, что он вроде как ничего не вспомнит. – Она взглянула на лежащего с закрытыми глазами Салазара. – Хотя он мог и бредить, конечно.

– С ним всё будет в порядке? – озабоченно спросила я.

Тамми закрыла свою аптечку.

– Я сделала всё, что могла, хотя лучше бы позвать целителей, – вздохнула она. – Но… да. Думаю, мы успели вовремя. Теперь его собственная магия его исцелит, просто ему нужно как следует отдохнуть. А вот магия, которую он применил, когда врезал Кертису… – Тамми повертела жезл Салазара в руках. – Никогда не слышала ни о чём подобном.

– Я слышал, – подал голос Итан. Он сидел на диване, откинув голову. – Но я не знал, что Салазар продвинется так далеко.

– Как… всегда. – Салазар разлепил губы. – Я всегда… слишком легко… попадаю… в бессмысленные передряги…

Он закашлялся, схватился за горло, и Тамми быстро подала ему стакан с водой, держа край у его губ. Салазар с шумом сделал несколько глотков, расплескав остальное, и откинулся обратно на диван. Закрыл глаза, тяжело дыша.

– Не стоит его расспрашивать, – вполголоса сказала Тамми. – Потом.

– В любом случае Салазара надо вытаскивать отсюда, – с нажимом произнёс Леандро. – Куда мы его денем? В нашу башню? Магистры вломятся туда вмиг. Отпустить на воздушном шаре куда глаза глядят? Сверзится с высоты и умрёт. А сбежать с ним мы не можем: во-первых, телепорты закрыты и охраняются, а во-вторых, печать. И у нас, и у… – Леандро мрачно посмотрел на Итана, – него.

– У меня нет печати лояльности, – возразила я.

Леандро отмахнулся.

– У тебя другая печать. Ты никуда не денешься без своего никчёмного и никудышного хозяина. Мы не можем отправиться с Салазаром. Нас поймают, а ему будет ещё хуже.

Салазар вновь закашлялся на диване. Тамми тут же рванулась к нему, но он слабо вскинул руку, останавливая её.

– Я… приемлемо.

Друзья переглянулись.

– Если уж наш Салазар говорит «приемлемо» вместо отвратительно, значит, всё действительно плохо, – вполголоса произнёс Леандро. – Серьёзно, что делать будем?

Итан обвёл всех взглядом, остановившись на мне. В моих глазах, я знала, было то же напряжённое ожидание, что и у Тамми и у Леандро.

– Ответ очевиден, – очень спокойно сказал Итан. – Лео, вы с Тамми убираетесь отсюда в башню. Сейчас. И не отвечаете ни на какие вопросы. Право молчать у вас есть, а пытать вас не будут.

– Жалко, нет права настучать одному предателю по голове, – огрызнулась Тамми.

– У вас есть кое-что получше, – терпеливо сказал Итан. – Магия. Ваши печати не признали вас предателями, значит, магистры засомневаются. Кто мог вырубить Мёртона? Кто ударил Кертиса? Они не поверят, что Салазар на такое способен.

– А я и мой медальон? – подала голос я. – Разве меня не заподозрят?

Итан пожал плечами.

– Вендрик может тебя заподозрить, но рубить сплеча он не будет. В конце концов, ты же помнишь наш последний сон.

Сон, где юный Алексис был любимым учеником будущего архимагистра Вендрика.

А молодой Алексис и Итан были очень похожи.

– Думаешь, архимагистр проявит понимание? – вполголоса спросила я.

– Думаю, он может решить, что все наказаны достаточно. Не знаю. Будет как будет.

Тамми с подозрением смотрела на нас.

– Ладно, – наконец сказала она. – Ты хочешь, чтобы мы вернулись в башню. Допустим, мы послушаемся и уйдём. А что будет с Салазаром?

– Салазар останется здесь.

Мы с раскрытыми ртами уставились на Итана. Даже Салазар, моргнув, приподнялся и с некоторым интересом посмотрел на него.

– Что за чушь? – первым нашёлся Леандро. – Это даже не безумие, это полный кретинско-магистреский идиотизм с твоей стороны! Первый же проходящий мимо магистр найдёт его здесь!

– Если войдёт. Я, как ты заметил, мало кому открываю дверь. – Итан холодно улыбнулся. – А покои магистра неприкосновенны.

– Магистресса Серпет побывала здесь, – напомнила я робко.

– Тогда ещё я официально не вступил во владение, – последовал ледяной ответ. – Сейчас это произошло.

Итан встал и указал на дверь.

– Вам лучше уйти, пока не начался переполох. Прятать здесь вас всех я точно не буду.

– Да мы и не собираемся, – фыркнула Тамми. – Уж лучше мы мужественно…

– И женственно, – вставил Леандро.

– …и женственно будем держаться на допросах и гордо молчать! – решительно завершила Тамми. – А вы тут хоть ванны принимайте, хоть косички друг другу заплетайте, мне всё равно!

– Если вас будут пытать, я кого-нибудь… убью, – пробормотал Салазар в полусне. – Лишу бессмертия весь бренный мир…

– Тебе нужно будет расспросить его про этот бред про бессмертие, – озабоченно сказал Леандро. – Если наш мрачный тип до чего-то докопался, нужно будет беречь его втройне, иначе Вендрик из него всю душу вытрясет.

Тамми, хмурясь, обернулась от самых дверей.

– Слушайте, а что дальше? – спросила она. – Ну запрётесь вы тут с Салазаром, ладно. Никому не откроете дверь, я поняла. Еды и воды у вас, допустим, достаточно.

– Более чем, – прохладно произнёс Итан.

– Но дальше-то что? Не будете же вы сидеть здесь годами!

Итан перевёл взгляд на Салазара.

– Не знаю, – неожиданно произнёс он. – Может быть, дождёмся, пока Салазар поправится, и контрабандой вышлем его из Эвенара. Может быть, случится что-то ещё. Но я знаю одно. Пока я жив, Салазар в камеру не вернётся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.