# Стеклянный взор

Zamar

Я впервые увидел мир не через линзы фотоаппарата. Как выяснилось, он прекраснее, чем казался раньше. Первый друг, любовь, кажется, я счастлив.

Закончилась школа и теперь меня ждут несколько "незабываемых" лет в университете. Надеюсь, тут есть кружок фотографий. У меня ужасная память, и папа подарил мне любовь к фотографиям, ведь хоть так я могу помнить о прошедшем.

Я буквально не выпускаю фотоаппарат из рук, он всегда в боевой готовности. Среди одноклассников было мало тех, кто смог выдержать меня, а если и были то, к сожалению, поступили в другой университет.

Похоже, им там хорошо, мы стали всё реже общаться. Хотя может только я считал это дружбой? У меня даже есть несколько фотографий с нашими встречами. Неужели, придётся от них избавиться? Пока что буду считать, что они просто завалены учёбой и новыми аспектами их жизни.

Мне же ради учёбы пришлось переехать в другой город. Здесь я живу у тёти. Мне у неё ещё с детства нравилось, столько фотографий и воспоминаний. Хотя её история не такая весёлая. Около десяти лет назад мой дядя скончался от рака желудка, и с того момента она одна. Хотя ей всего сорок, и она хорошо сохранилась. Я желаю ей счастья, ведь она всегда была добра со мной.

Завтра первый день, а я всё не могу уснуть. Как тут не нервничать, не хотелось бы и универ без друзей провести. Да и с близкими людьми фотографии намного лучшее и теплее вспоминаются. Этой ночью меня мучали кошмары, похоже, волнение сыграло и тут свою роль.

Утром я не выспался. Сжав свои страхи в кулак, я переступил порог нашего блока. В группе столько людей, превышающая часть – это женщины. Я изначально понимал, что на журналистике такое будет, но по-другому мне не стать фотографом.

Некоторые из них обратили на меня внимание и даже поздоровались, а другие лишь бросили незаинтересованный взгляд. Как я после понял, у нас даже была лесбийская пара. Хотя они как раз были из тех, кто активно меня встретил.

К моему счастью, кружок все-таки был, но народу там было на грани закрытия. Всё занимались по отдельности и зачастую кабинет пустовал. Я даже не знал, кто главный, чтоб вступить. Раз за разом я приходил туда и никого не находил. Пока в один момент не услышал звук вспышки фотоаппарата.

Когда я повернулся, увидел девушку с фотоаппаратом, смотрящим на меня. Старый фотоаппарат с несколькими полосками изолентой, повсюду виднелись замазанные сколы. Она стояла среди деревянных шкафов с фотоальбомами.

– Сфотографировала, но даже не поздоровалась?

– Прости, не удержалась, кадр был слишком хорошим, – девушка говорила, пока пробиралась через весь этот архив.

После она показала эту фотографию: осеннее солнце уже садится, озаряя все персиковой корочкой. Тени от мебели и штор заполонили кабинет. Тьма и свет смешались на моем лица, что так судорожно искало хоть кого-нибудь. Глаза блестели на солнце, но при этом были наполненные небольшой грустью. И это все сквозь пустые деревянные полки, и с некоторыми альбомами по бокам кадра.

Я впервые увидел себя со стороны, ведь обычно я занимаю роль фотографа. Эта была прекрасная и сразу же видно профессиональная работа. А это ведь сделано таким поломанным инструментом. Я даже не заметил, что слегка залип.

– Тоже любишь снимать?  – она привела меня в себя, слегка подергав за камеру, что висела на шее.

– Обожаю!

Следующие часы пролетели, так быстро, что даже описывать нет смысла. За один вечер мы узнали друг друга: страхи и мечты; любимые времена года и места для снимков; даже сфоткались на прощание под светом уличного фонаря среди ночного неба. Там же мы и разошлись.

Ее зовут Ева. Она из смежной группы, ее лекции идут в соседней аудитории. Она старше меня на курс, а в фотоснимках, так на несколько лет.

«Ева и Егор, а что – звучит красиво!»

С такими мыслями я засыпал. Ни кошмаров, ничего плохого, лишь умиротворённая улыбка. Она мой первый друг!

Утром следующего дня я встретил Еву у раздевалки – там всегда очереди. Я похоже влюбился в ее длинные темные, словно космос волосы.

Где-то половину вчерашнего вечера, Ева пыталась убирать волосы, что волную закрывали ей пол лица. Было несколько забавно за этим наблюдать. Вскоре она сдалась, но так мне нравилось даже больше.

Ее лазурные глаза встретили меня, словно маяк одинокий корабль. Контрастом на щеке, виднелись пара маленьких родинок. Мы поздоровались недолгим объятием. Она была где-то на пол головы ниже меня.

– Что-то мы засиделись вчера, – начала она, когда мы пошли вдоль коридора.

– Я обычно так долго не разгуливаю, но это того стоило.

– Мне тоже очень понравилось. Для меня нормально гулять в сумерках, столько нового удается сфоткать. Правда, я позабыла о тебе. Ну похоже все хорошо.

Каждый день мы встречались в кабинете кружка. Ева потихоньку учила меня новым навыкам. Как выяснилось, я даже камерой пользовался неправильно. Даже немного стыдно было, но ее, похоже, это совсем не волновало.

Уже ближе к вечеру, мы узнавали все новое друг о друге: Еве нравится горький шоколад; к моему удивлению, она любит слушать рок. К сожалению, это не мой жанр, люблю что-то более спокойное; фиолетовый любимый цвет, что часто появляется в ее гардеробе; читает в основном фэнтези; не умеет сидеть без дела, всегда ищет чтобы такое новое снять; хорошо подкована в компьютере и программах для обработок фотографий. И главное, у нее есть чувство юмора.

Это лишь то хорошее, что я узнал за пару дней. Но все не так просто… Ева комплексует насчет родинок на щеке. Негодует на свои непослушные волосы. Ева может быть слегка неряшливой, но, когда фотографирует очень сосредоточена. Достаточно пугливая и очень впечатлительная личность.

– Как ты начала фотографировать? Мне папа помог, чтобы хоть что-то запоминать.

– Ах-ха-ха. Серьезно? Это похоже на тебя.