Денис Алексеев
Карта тишины

Пролог.

Ты не поймешь эту книгу, если не поймешь цифры.

Они не просто время. Это ритуал.

Когда Тимур впервые заперся в этом доме, он перестал чувствовать время. Минуты сливались в часы, часы – в дни, а дни – в тишину, которая звучала громче, чем любой крик.

Его первый день в изоляции начался с 0:00.

Не с восхода солнца, не с первого утреннего будильника – с нуля. Потому что для человека, который больше не может выйти на улицу, время – не линия. Это круг. Круг, в котором каждая секунда – шаг к выживанию.

93 уд/мин – паника.Тимур научился дышать по цифрам. 58 уд/мин – норма. 62 уд/мин – красная зона.

Его стены были пропитаны тишиной, но не той, что в парках или библиотеках. Тишиной, которая давит, как груз. Тишиной, которая кричит.

Он начал вести дневник. Не для того, чтобы кому-то рассказать историю. Чтобы записать себя. Чтобы убедиться, что он все еще существует.

«0:00. Ноль часов. Я здесь».Каждая запись начиналась с времени:

Я не выйду. Но я дышу».Потом добавились детали: «Пульсометр: 58 уд/мин. Кулон с землей – прижат к груди. Маска на лице – черная, с фильтром.

Цифры стали его картой. Не физических координат, а координат дыхания.

Когда он создал «Карту тишины», он не думал, что кто-то ее увидит. Это был не проект. Это был крик в пустоту.

Для тех, чье тело превращает шум в ножи.Карта для тех, кто не может выйти. Для тех, чьи ноги подкашиваются при виде автобуса.

Не знал, что цифры станут мостом между ним и миром.Он не знал, что через десять лет его карту взломают. Не знал, что хакером окажется дочь, которую он бросил.

Это шаги к тишине.Эти главы – не просто время.

Каждая строка – доказательство, что он все еще здесь.Каждая цифра – момент, когда мир не раздавил его.

Это первый вдох после падения.Если ты видишь «3:00. Начало» – это не время.

Это момент, когда он наконец увидел ее глаза.Если ты видишь «10:15. Тень в толпе» – это не время.

Это о том, как жить с ним.Эта книга – не о том, как побороть страх.

Как найти дом, даже если ты забыл, как выйти за дверь.Как дышать, когда сердце бьется в 104 уд/мин. Как слышать тишину, когда вокруг кричит город.

Они для него.Цифры – не для тебя.

– это знать: сейчас 0:00.Потому что когда мир становится хаосом, единственное, что спасает,

И ты все еще здесь.

Глава 1. «Ноль-пункт»

1. Ноль часов. Пять минут.

Тишина – не отсутствие звука. Это точка, где шумы схлопываются в ноль. Тимур знал это лучше всех.

Его будильник никогда не звонил. Вместо этого на экране смартфона в 4:59:59 загорался таймер: 00:00:01. Одна секунда, чтобы замереть. Одна секунда, чтобы перейти из мира сна в мир, где шум еще не начался.

Когда цифры на таймере сменялись на 00:00:00, Тимур открывал глаза. Не сразу – сначала слушал. Слушал, как за окном, за четырьмя слоями шумоизоляции, спит город. В это время, между 5:00 и 5:15 утра, Москва еще не проснулась. Даже автобусы на Садовом кольце ехали тише, будто боялись разбудить чье-то одиночество.

Он поднялся с кровати, не включая свет. В темноте его пальцы сами находили ручку двери, проверяли, заперта ли она на все три замка. Потом – окно. Три щеколды, два крючка, один засов. Он провел ладонью по стеклу: ледяное, чистое, без конденсата. Хорошо. Влажность в комнате – 42%, как всегда. Слишком сухо для жизни, но идеально для сохранения тишины.

Тимур пересек комнату, не задевая ни одного из двадцати трех предметов, расставленных по его внутренней карте. Стол справа – 45 см до края. Книжная полка слева – 30 см от стены. Ковер у кровати – 1,5 метра в длину, шерсть из Ирана, 100% шерсть, чтобы не скрипел под ногами.

Он остановился у письменного стола, на котором лежал ноутбук. Сначала – ритуал.

Слева от клавиатуры: пульсометр. Тимур надел его на запястье. Цифры на экране замерли: 58 уд/мин. Норма. Если бы было больше 62 – он бы не включал компьютер. Сегодня шанс на нормальный день был 73%.

Справа – стопка листов с координатами. Каждый лист – карта одного «места тишины». Сегодняшняя: Парк Горького, северо-восточный вход, скамейка у пруда. На листе были написаны не широта и долгота, а дыхание: «12 вдохов/мин. Запах влажной листвы. Шелест листьев – 18 Гц. Расстояние до ближайшего фонтана – 47 м».

Тимур взял лист, провел пальцем по строке про шелест. 18 Гц – это ниже порога человеческого слуха, но он учился слышать это. Как учился слышать тишину в шуме.

Он включил ноутбук. Экран засветился белым, без единой иконки на рабочем столе. Только текстовый редактор, открытый на новой строке.

«Нуль-пункт. 5:02. Парк Горького. 12 вдохов».

2. Стена тишины

Его дом был не домом. Это была крепость, построенная из звуков.

Стены – двойные, с минеральной ватой. Окна – тройные, с аргоновой прослойкой. Дверь – стальная, с резиновыми уплотнителями. Под полом – слой пробки, чтобы не слышно было шагов соседей. Над дверью – светодиодная панель, которая загоралась красным, если уровень шума за окном превышал 25 децибел.

Сегодня панель молчала.

Тимур шел по комнате, ощупывая стены. Его пальцы помнили каждую трещину в штукатурке, каждый миллиметр уплотнителя. В углу – шкаф с наушниками. Не простыми, а медицинскими, с подавлением частот от 50 Гц. Он никогда не снимал их, даже во сне.

На стене висел термометр-гигрометр. Температура: 18,3°C. Влажность: 42%. Все правильно.

Он подошел к столу, где лежали инструменты:

Шумомер – для замеров в виртуальных картах;

Блокнот с перфорацией – чтобы не было шума от переворачивания страниц;

Карандаш HB – твердость графита подобрана так, чтобы не скрипел о бумагу;

Секундомер – для подсчета времени до первой панической атаки.

Тимур открыл блокнот. Страницы были исписаны мелким почерком:

«5:00 – тишина. 5:15 – шум от мусоровоза. 5:30 – крики на улице. 6:00 – автобусы. 7:00 – кошмары».

Он вычеркивал каждую строку, как только она сбывалась. Сегодня в графе «5:30» стояло пустое место. Это был хороший знак.

3. Карта для тех, кто не может выйти

Его проект назывался «Карта тишины».

Не физических координат, а координат дыхания. Не широты и долготы, а частот шелеста листьев и пения птиц.

Тимур создавал карты для людей, как он сам. Для тех, чье тело превращало шум в ножи. Для тех, кто не мог выйти из дома, потому что тревога сжимала грудь до тех пор, пока мир не становился серым и застывшим.

Каждая карта содержала:

Дыхательный ритм («12 вдохов/мин – безопасно»);

Звуковые метки («шелест листьев – 18 Гц – успокаивает»);

Зоны укрытия («скамейка у пруда – 47 м до фонтана – точка отступления»);

Цветовые коды («зеленый – тишина, желтый – риск, красный – бегство»).

Сайт работал так: пользователь выбирал место, надевал наушники, и его окружал звук тишины. Не просто фон, а точная аудиокарта – шелест, капли, вздохи ветра. Тимур брал эти звуки с полевых записей, которые сам делал через микрофоны, установленные в парках, библиотеках, заброшенных церквях.

Но он сам не выходил на улицу уже десять лет.

4. Воспоминание: десять лет назад

«Ты не можешь так поступить!»

Ее голос все еще звучал в его голове. Голос жены. Марина. Высокий, резкий, как нож.

Он помнил тот день, как врезанный в кожу шрам. 12 мая 2013 года. Семь часов вечера. Дождь стучал по окнам, как будто пытался пробиться внутрь. Они спорили – не о деньгах, не о измене, а о том, как накормить дочь. Лина тогда была пяти лет. Не хотела есть суп. Марина настаивала. Тимур сказал: «Пусть поест, когда проголодается».

Марина закричала: «Ты даже не пытаешься быть отцом!»

Он ответил: «А ты – матерью?»

Потом была тишина. Глубокая, ледяная. Лина стояла в дверях, в пижаме с мишка-пандой. В руках – сломанный глобус. Подарок на четвертый день рождения. Она протянула его Тимуру: «Папа, посмотри, земля раскололась!»

Он не взял глобус. Ушел.

Дверь захлопнулась. Он не слышал, как Марина кричала ему вслед. Не слышал, как Лина плакала. Слышал только стук дождя.

Через три дня она позвонила: «Лина спрашивает, где ты».

Он не ответил.

Через неделю – развод. Через месяц – он переехал сюда, в этот дом без окон на улицу.

5. Сломанный глобус

В углу комнаты стояла стеклянная витрина. В ней – сломанный глобус.

Не тот, который Лина держала в руках десять лет назад. Тот исчез вместе с Мариной. Но Тимур купил точно такой же. И разбил его.

Полусфера лежала на боку, земля раскололась по линии Гринвича. Европа оторвана от Африки. Америка – пустая, без контуров.

Каждый вечер Тимур подходил к ней и говорил: «Я не бросал тебя, Лина. Я просто… не мог».

Он никогда не отправлял эти слова. Но они висели в воздухе, как пыль в луче света.

6. 5:07. Шум

Он вернулся к компьютеру. На экране – открытый файл «Парк Горького».

«5:07. Влажность 42%. Ветер слабый. Птицы молчат. Это не нормально».

Тимур нахмурился. В парке всегда пели синицы в 5:07. Сегодня – тишина. Слишком глубокая.

Он поднял шумомер. Уровень – 22 дБ. Норма. Но его кожа чесалась. Тревога, как паук, ползла по позвоночнику.

«Что-то не так», – подумал он.

И тут – сирена.

Не издалека. Не из парка. Прямо за окном.

Тимур дернулся, как от удара. Его пальцы впились в край стола. Сердце забилось в два раза быстрее. Он посмотрел на пульсометр: 87 уд/мин. Красная зона.

Сирена ревела, как будто ее втащили в комнату. Тимур схватился за наушники, но они не помогали. Сирена пробивалась сквозь звукоизоляцию, как будто город решил его достать.

Он бросился к окну, но остановился. Не мог подойти ближе чем на два метра. Сирена, сирена, сирена…

Его дыхание стало коротким. В горле пересохло. Комната сузилась до размеров ящика. Он упал на колени, цепляясь за ножку стола.

«Не сейчас. Не сейчас. Не сейчас».

Но сирена не умолкала.

7. Падение

Сначала – пот. Холодный, липкий. Потек по вискам, капнул на стол.

Потом – руки. Они дрожали, как будто не принадлежали ему. Попытался встать, но ноги не слушались.

«Сосредоточься. Вдох. Выдох. 12 вдохов».

Но дыхание не слушалось. Оно сбивалось, как будто кто-то душил его невидимой рукой.

Сирена. Сирена. Сирена.

Он пополз к шкафу, где лежали таблетки. Но не добрался. Комната закружилась. В глазах потемнело.

Последнее, что он услышал, был не звук сирены, а голос Лины: «Папа, посмотри, земля раскололась!»

8. Земля раскололась

Он очнулся на полу.

Руки и ноги были влажными от пота. Пульсометр показывал 102 уд/мин. Красная зона, глубокая.

Тимур лежал, глядя на потолок. Свет от монитора освещал трещину над кроватью. Ту самую, которую он залатал скотчем пять лет назад.

«Я не выживу, если выйду», – подумал он.

Но сирена молчала. Ушла. Как будто никогда и не было.

Он подполз к витрине. Сломанный глобус отражал свет экрана. Европа и Африка все еще не соединялись.

Тимур протянул руку. Коснулся стекла.

«Лина…»

Слово вырвалось как вздох.

Он поднялся, опираясь на стол. Дрожащими руками взял карандаш. Написал на новой строке:

«5:12. Сирена. Паническая атака. Первый раз за два года. Я не могу больше».

Потом стер «не могу». Написал:

«5:12. Сирена. Паническая атака. Первый раз за два года. Я должен выйти».

9. Ноль часов. Ноль минут.

В 5:15 он снова сел за компьютер.

Руки все еще дрожали, но он открыл новый файл. Написал заголовок: «10 шагов к тишине».

Сначала – список мест:

Парк Горького (северо-восточный вход).

Библиотека им. Ленина (зал редких книг).

Заброшенная церковь в Таганском районе.

Он добавил строку: «Если я не выйду, они не смогут».

«Они» – те, кто пользовался его картами. Те, кто писал в комментариях: «Ваша карта – мой единственный выход в мир».

Тимур посмотрел на сломанный глобус.

«Лина, я не бросал тебя. Я просто… не знал, как спастись».

Он закрыл глаза. Сосчитал до двенадцати.

Вдох. Выдох.

Земля раскололась. Но он все еще дышал.

10. Послесловие к нулю

В 5:30 панель над дверью вспыхнула красным. 27 дБ. Шум мусоровоза.

Тимур не посмотрел на нее.

Он уже печатал:

«5:30. Шум мусоровоза. Я не умер. Я все еще здесь. Я сделаю шаг. Не сегодня. Но сделаю».

Слово «сделаю» он подчеркнул трижды.

Затем выключил компьютер.

И впервые за десять лет подошел к окну.

Не открыл его. Просто приложил ладонь к стеклу.

За ним спал город.

И тишина, которая осталась, была его.

Глава 2. «Сбой»

1. 7:03. Второй день.

Тимур проснулся от вибрации смартфона.

Экран мерцал: 217 уведомлений.

Он не открывал глаза, просто потянулся к устройству, не отрывая ладони от подушки. Пульсометр на запястье показывал 63 уд/мин – выше нормы, но ниже критической зоны. Он вспомнил вчерашнюю паническую атаку, сирену, сломанный глобус. Рука дрогнула, и телефон упал на пол.

«Не сейчас», – прошептал он, но тело уже знало: что-то пошло не так.

Он поднял телефон. В ленте – стопка сообщений от пользователей «Карты тишины»:

«Это не тишина. Это кошмар»«В парке Горького вместо шелеста – крики» «Что вы сделали с библиотекой? Шум как на стройке!»

Тимур почувствовал, как кожа на шее покалывает. Не тревога – холодный ужас. Он открыл сайт.

«Карта тишины. Версия 3.0. Ошибка 404».Экран засветился белым. В центре – сообщение:

Но это была не ошибка.

2. Взлом

Его сайт не падал десять лет.

«Карта тишины» работала как часы: чистый интерфейс, минималистичный дизайн, аудиофайлы, закодированные по специальной схеме. Каждая карта имела уникальный хеш-код, защищенный шестью слоями шифрования. Никто не мог взломать это. Никто, кроме…

Тимур ввел пароль. Сайт загрузился, но вместо привычного меню – странный паттерн.

На фоне карты Москвы мерцали точки. Не координаты, а последовательность шумов:

Парк Горького – 18:00, крики, 85 дБ;

Библиотека им. Ленина – 19:30, стук молотка, 92 дБ;

Заброшенная церковь – 21:15, вой сирены, 104 дБ.

Это были не случайные помехи. Это была расшифровка его карт. Кто-то знал, где и когда заменить тишину на шум.

Тимур щелкнул по точке у Парка Горького. В наушниках заиграл звук. Не шелест листьев, а женский крик. Высокий, пронзительный. Он узнал этот крик.

Марина.

Он резко снял наушники. Сердце билось в висках. Пульсометр: 89 уд/мин. Красная зона.

«Нет. Это не она. Это не может быть».

Но голос был точь-в-точь как в тот день, десять лет назад.

3. Логи

Тимур открыл консоль.

/maps/library/audio/19_30.mp3 → /hacked/chaos/19_30 hammer.mp3Код на экране мелькал, как будто живой. Он провел пальцем по строкам: /maps/park_gorkogo/audio/18_00.mp3 → /hacked/chaos/18_00 scream.mp3

Замена происходила по шаблону. Не все карты, только те, что он обновлял в последнее время. Хакер знал его расписание.

Он открыл лог-файлы. Временные метки, IP-адреса, запросы. Все выглядело как в обычный день, пока не добрался до 12:03 вчера.

[12:03:17] CONNECT: 192.168.1.102 (LOCAL) → /maps/backupСтрока:

Это был его собственный IP. Но он не делал резервную копию вчера.

[12:03:22] UPLOAD: /hacked/pattern_7Следующая строка:

Кто-то загрузил что-то в систему. Не через интернет, а изнутри. Как если бы хакер сидел в его комнате.

Тимур похолодел.

4. Паттерн хаоса

Он открыл редактор кода.

Хакер оставил след: в каждой замененной карте был встроен звуковой паттерн. Не просто шум, а последовательность, которую Тимур узнал.

92 дБ – стук (ритм, совпадающий с его пульсом во время паники).18 Гц – шелест листьев (его частота для «тишины»); 85 дБ – крик (максимальная громкость, при которой начинается боль);

Это был его собственный шаблон страха. Кто-то взял его данные и перевернул их.

«Совпадение с профилем: 99.8%».Тимур запустил анализ. Программа выдала:

Он вспомнил, как десять лет назад разрабатывал алгоритм для определения «безопасных зон». Тогда он использовал свои панические атаки как эталон. Кто-то знал об этом.

«Кто ты?» – прошептал он, глядя на экран.

Ответ пришел сам.

5. Тень в коде

В последней строке лога мигал IP-адрес: 94.100.183.22.

Геолокация: г. Москва, ул. Садовая-Спасская, д. 12/1.Тимур скопировал его, ввел в поисковик.

Его родной дом.

Там, где жила Марина. Где росла Лина. Где он оставил сломанный глобус.

Он перепроверил трижды. Адрес не менялся.

«Это невозможно», – подумал он.

Марина умерла год назад. Лина… Лина могла быть где угодно. Но она не знала про его сайт. Не могла.

Он открыл почту. В папке «Спам» лежало письмо от вчерашнего дня. Тема: «Ты должен услышать».

Текст письма был пустым, только вложенный файл: pattern_7.aac.

Тимур не хотел его открывать. Но сделал.

«Папа, вернись».В наушниках заиграл шум. Не крик, не сирена. Детский голос:

Он выключил звук. Руки дрожали так, что не мог дотянуться до стопки листов с координатами.

6. Воспоминание: восемь лет назад

«Тимур, ты должен помочь ей».

Голос Мариной был тихим, но твердым. Они сидели в кухне, за окном шел дождь. Лина спала в соседней комнате.

«Она боится шума. Автобусы, сирены… Даже телевизор пугает», – продолжила Марина.

Он тогда не поверил. «Все дети боятся шума», – ответил он.

Но Лина не была как все.

Однажды вечером, когда Тимур пришел с работы, она сидела в углу комнаты, закрыв уши. В руках – старый радиоприемник, настроенный на шумовой канал.

«Папа, я тренируюсь», – сказала она. – «Чтобы не бояться».

Он улыбнулся, подумав, что это детская глупость.

На следующий день он ушел.

7. 9:17. Тревога

Тимур сел за стол.

Перед ним лежал ноутбук, пульсометр, стопка листов с координатами. Но сегодня они не помогали.

Он открыл блокнот, написал:

«9:17. Уровень тревоги: 85%. Причина: неизвестный хакер. Гипотеза: связь с прошлым».

Потом стер «гипотеза». Написал: «Факт».

Он проверил логи еще раз. Никаких аномалий, кроме того IP. Никаких утечек данных. Никаких вирусов.

«Как?» – прошептал он.

Кто-то знал его код. Знал, где хранятся резервные копии. Знал, какие частоты он использует. Знал, что Лина…

Он не мог додумать.

8. Проверка карт

Тимур решил перепроверить все карты.

«Ты не можешь так жить».Сначала – Парк Горького. Он открыл аудиофайл. Вместо шелеста – крик. Он увеличил громкость. Под шумом сквозь искажения пробивался голос:

Это был не Марина. Это был женский голос, но другой. Моложе.

Затем – библиотека. Вместо тишины – стук молотка. Три удара, пауза, два удара. Ритм. Тимур запустил анализ.

«Совпадение с ритмом сердцебиения во время паники: 100%».

Он вспомнил вчерашний приступ. Как сидел на полу, считая удары сердца.

Хакер записал его панику и встроил в карту.

9. Ошибка 101

Тимур открыл консоль.

Его сайт был построен на собственном движке. Каждая карта генерировалась динамически, подстраиваясь под пользователя. Но сегодня…

/check_security_patternОн ввел команду:

«Ошибка 101. Внешний доступ к локальному серверу».Система ответила:

Это было невозможно. Локальный сервер работал только в его комнате. Никто не мог подключиться, если не находился рядом.

Он открыл диспетчер задач. В процессах – незнакомая программа: «SilenceBreaker.exe».

«Доступ запрещен. Пользователь: Lina».Он попытался ее закрыть. Система выдала:

«Лина?» – вырвалось у него.

Но как? Она же…

10. 11:04. Звонок

Телефон завибрировал.

Незнакомый номер. Тимур не брал трубку.

Звонок повторился.

– Да.Он поднял трубку.

«Папа?»В трубке – тишина. Потом детский голос:

Тимур замер. Это был не записанный файл. Это был живой звонок.

– Лина?

Тишина. Звонок оборвался.

Тимур посмотрел на экран. Номер: +7 (916) 123-45-67.

Он сохранил его. Пульсометр показывал 112 уд/мин.

11. Анализ

Тимур открыл программу для расшифровки номеров.

Код: 916 – Москва. Но что важнее – он совпадал с номером, который был у Мариной десять лет назад.

Он перепроверил. Сравнил с записью в старом блокноте.

«Марина. Телефон: +7 (916) 123-45-67».

Она сменила номер после развода. Но этот…

Он открыл папку с резервными копиями. В папке «2013» лежал файл: lina_birthday.mp3.

Он не слушал его десять лет.

Теперь нажал «Воспроизвести».

«Папа, я сделала тебе карту! Смотри – земля не раскололась. Она круглая!»В наушниках – детский смех. Голос Лины, пяти лет:

Он выключил звук.

12. 12:30. Вывод

Тимур написал в блокноте:

*«12:30. Гипотеза: хакер – Лина. Доказательства:

IP-адрес совпадает с местом проживания Мариной;

Голос в записи;

Имя в системе;

Причина взлома: неизвестна. Версия: она хочет, чтобы я вышел»*.Номер телефона.

Он зачеркнул «версия». Написал: «Цель».

Его рука дрожала, но он продолжил:

«Если это Лина… Почему сейчас? Что она знает? И что я должен сделать?»

Он посмотрел на сломанный глобус в витрине. Европа все еще не соединялась с Африкой.

13. 13:15. Решение

Тимур открыл сайт «Карта тишины».

«10:00. Станция метро „Серпуховская“».Вместо привычного интерфейса – черный экран с белым текстом:

Это была не ошибка. Это была дата.

Он вспомнил. Десять лет назад, в этот же день, он бросил Марину на станции метро. Она кричала ему вслед, но он не остановился.

Сегодня было 12 мая.

Через три дня – ровно десять лет.

14. Тест

Тимур решил проверить гипотезу.

/send_test_message: "Помоги мне".Он открыл редактор кода, ввел команду:

«Сделай шаг. Не беги».Через пять секунд пришел ответ:

Это был не автоматический ответ. Это был человек.

«Кто ты?»Он напечатал:

«Ты меня бросил. Теперь ты должен вернуться».Ответ:

Тимур закрыл экран.

15. 14:00. Паника

Он не мог дышать.

Комната сжалась, стены наклонились. Он упал на колени, цепляясь за край стола. Пульсометр: 128 уд/мин. Красная зона, глубокая.

«Не сейчас. Не сейчас. Не сейчас».

Он попытался вспомнить ритуал: вдох на четыре, выдох на шесть. Но дыхание сбивалось.

В голове – голос Лины: «Папа, вернись».

Внезапно дверь заскрипела.

Тимур поднял голову.

Дверь не открывалась десять лет. Но сейчас…

Щелкнул засов.

16. Тень за дверью

Дверь приоткрылась на два сантиметра.

В щель пробился свет из коридора.

Тимур пополз к двери, не отрывая глаз от щели.

Там стоял силуэт. Высокий, худой.

Он не видел лица, но понял.

Это была она.

Он не мог встать. Не мог закричать. Просто смотрел, как тень медленно отодвигается.

Щелкнул замок. Дверь закрылась.

17. 15:22. Запись

Тимур открыл блокнот.

Написал:

«15:22. Паническая атака. Причина: появление Лины. Гипотеза подтверждена. Она здесь. Она знает, как меня найти».

Потом добавил:

«Если она вошла, значит, дверь не была заперта. Значит, я не проверил замки сегодня. Значит, я уже не в безопасности».

Он посмотрел на стопку листов с координатами. Сегодняшняя карта – пустая.

18. 16:05. Выбор

Тимур сидел на полу, прислонившись к двери.

Перед ним лежал ноутбук. На экране – открытая карта Москвы. Станция «Серпуховская» мигала красным.

Он подумал:

«Если я не выйду, они не смогут».

«Они» – те, кто пользовался его картами. Те, кто писал: «Ваша карта – мой единственный выход в мир».

Если Лина взломала сайт, чтобы заставить его выйти… Значит, выход был возможен.

Он вспомнил вчерашнее: как подошел к окну, приложил ладонь к стеклу.

Он сделал шаг. Не вышел. Но шагнул.

19. 17:18. Начало

Тимур открыл новый документ.

Написал заголовок: «10 шагов к тишине».

В списке – те же места, что и вчера:

Парк Горького (северо-восточный вход).

Библиотека им. Ленина (зал редких книг).

Заброшенная церковь в Таганском районе.

Он добавил строку: «Если я не выйду, они не смогут. И я не смогу найти ее».

Потом открыл дневник. Написал:

«17:18. Я не знаю, как это сделать. Но я должен. Сначала – парк».

Он посмотрел на сломанный глобус.

Земля раскололась. Но если он сделает шаг…

20. Послесловие к сбою

В 18:00 панель над дверью вспыхнула красным. 31 дБ. Звук проезжающей машины.

Тимур не посмотрел на нее.

Он уже печатал:

«18:00. Шум машины. Я не умер. Я все еще здесь. Я сделаю шаг. Не сегодня. Но сделаю».

Слово «сделаю» он подчеркнул трижды.

Затем выключил компьютер.

И впервые за десять лет подошел к двери.

Не открыл ее. Просто приложил ладонь к замку.

За ней, возможно, ждала его дочь.

И тишина, которая осталась, была его.

Глава 3. «Первая остановка»

1. 4:59. Ноль перед нулем

Тимур проснулся за минуту до будильника.

Это было первое утро за десять лет, когда он не проверял панель над дверью. Вместо этого его пальцы нащупали кулон на шее – маленький мешочек с землей из сада, где Лина когда-то строила замки. Земля была сухой, как и его горло.

Он встал, не дожидаясь таймера. В комнате царила тишина, но сегодня она не успокаивала. Она ждала. Как будто город затаил дыхание, ожидая его шага.

Тимур подошел к стопке листов с координатами. Сегодняшняя карта: Парк Горького, северо-восточный вход, скамейка у пруда. Но он не смотрел на нее. Вместо этого взял чистый лист и написал:

«Если я не выйду сегодня – я умру здесь».

2. Ритуал перед дверью

Его подготовка длилась 47 минут.

Сначала – маска. Не медицинская, а специальная: черная, с фильтром для запахов. Он надел ее, но не закрепил. Лишь прижал к лицу, как щит.

Потом – наушники. Медицинские, с белым шумом на частоте 18 Гц – «его» частота тишины. Он проверил уровень: 25 дБ, как в комнате. Достаточно, чтобы заглушить крики, но не слишком громко – он должен слышать, куда идет.

На столе лежал кулон. Мешочек из ткани, вырезанной из его старой рубашки. Внутри – земля с того самого сада, где Лина рисовала мелом замки. Он прижал его к груди, ощущая твердые комочки под пальцами.

Пульсометр показывал 68 уд/мин. Норма, но близко к критической.

Тимур подошел к двери.

Она была заперта на три замка, два крючка и засов. Как всегда. Но сегодня он проверил их семь раз.

3. Первый шаг

В 5:47 он открыл дверь.

Холодный воздух ударил в лицо. Не тот, что за окном, а живой, дышащий. Смешанный с запахом выхлопных газов, перезрелых яблок и… чего-то еще. Чего-то, что он не мог определить.

Его ноги замерли в дверном проеме.

«200 метров. Это меньше, чем длина комнаты», – повторял он про себя.

Но комната была безопасной. Здесь – нет.

Он сделал шаг.

Асфальт под ногами оказался тверже, чем в его представлении. Не ватный, как в кошмарах, а жесткий, с мелкими камнями, царапающими подошвы.

Тимур посмотрел на часы: 5:47:03.

Он шел, не поднимая головы. Смотрел только на свои ноги. Левая, правая. Левая, правая. Как в ритуале.

4. Автобус

Через 38 метров он увидел автобус.

Он не ожидал, что автобусы ходят в 5:48 утра. Но он был здесь – синий, переполненный, с мигающим табло: «Маршрут 74. Садовое кольцо».

Двери открылись. Люди вышли, громко разговаривая. Смех. Слова. Шаги.

Тимур попытался отойти, но ноги не слушались. Он застыл, как в ловушке.

«Вдох. Выдох. 12 вдохов».

Но дыхание сбивалось. В горле пересохло. Пульсометр: 79 уд/мин.

Он прижался к стене, но автобус не уезжал. Двери закрылись. Снова открылись. Люди выходили, входили.

И тут он услышал ее.

5. Крик

Ребенок.

«Не хочу! Не хочу!»Маленькая девочка, лет пяти, в розовом пальто. Она цеплялась за мамины руки, крича:

Голос был высоким, пронзительным. Как нож.

Тимур почувствовал, как кожа на шее покалывает. Не просто тревога – паралич.

«Лина», – мелькнуло в голове.

Но это не Лина. Это была чужая девочка.

Он попытался включить белый шум, но руки дрожали так, что не мог найти кнопку.

Крик становился громче.

6. Паника

Комната сузилась до размеров автобусной остановки.

Тимур посмотрел на пульсометр: 93 уд/мин. Красная зона.

Он попытался вспомнить ритуал: «Вдох на четыре, выдох на шесть». Но дыхание не слушалось. Оно сбивалось, как будто кто-то душил его невидимой рукой.

В голове – голос Лины: «Папа, вернись».

Внезапно автобус тронулся. Девочка замолчала. Но было поздно.

Тимур почувствовал, как ноги подкашиваются. Комната закружилась. В глазах потемнело.

«Не сейчас. Не сейчас. Не сейчас».

Но паника не спрашивает, когда ей прийти.

7. Падение

Он упал на скамейку.

Не сел. Упал. Как мешок.

Скамейка была холодной, влажной от росы. Он прижался к ней, пытаясь удержаться, но мир раскачивался.

В наушниках – белый шум, но его заглушало эхо крика.

«93 уд/мин. 94. 95».

Он закрыл глаза. Попытался сосчитать до двенадцати. Но цифры путались.

«Один… два… три…»

Вместо тройки – голос Мариной: «Ты не можешь так поступить!»

Вместо четверки – звук закрывающейся двери.

Его тело сжалось в комок. Руки впились в скамейку. Пальцы наткнулись на что-то твердое.

Кулон.

Он прижал его к груди. Земля в мешочке была холодной.

«Лина…»

Слово вырвалось как вздох.

8. Незнакомка

Кто-то подошел.

Тимур не открывал глаз. Он слышал шаги, потом – запах лекарств. Не цветов. Лекарств. Как в больнице.

Рука коснулась его плеча. Нежная. Знакомая.

– Держитесь, – прошептал женский голос.

Он открыл глаза.

Перед ним стояла девушка в медицинской маске. На ее запястье – татуировка: «L».

Она протянула бутылку воды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.