# Барбинизатор

Константин Денисов

Девятый том цикла "Магопокалипсис".

«Внимание! Если вы обнаружили у себя магические способности – немедленно пройдите регистрацию на Госуслугах!»

Именно такие сообщения стали приходить людям на телефон, когда в нашем привычном мире появилась магия. Новые силы и возможности почувствовали на себе около восьмидесяти процентов жителей Земли. Мир погрузился в хаос. Выжившие люди оказались вынуждены переживать последствия магического апокалипсиса – «магопокалипсиса», как его стали называть.

## 1. Благословенная обитель


Я ожидал чего угодно, но только не этого! В полуразрушенном городе чего-то столь потрясающего и ухоженного я увидеть никак не ожидал. Даже дворец в Кусковском парке, который завис в порядке и не подвержен разрушению был… так себе, по сравнению с Барбинизатором.

Честно говоря, я даже не знаю, чего именно ожидал. Просто не думал об этом.

Барбинизатор был похож на белый с розовыми вкраплениями замок, сияющий в солнечном свете. Замок был необычный. Я сразу вспомнил, что девочки говорили что-то о том, что он растёт сам, и сейчас я это увидел собственными глазами. Крепостные стены и башни, которые возвышались над берегом узенькой в этом месте речки, были как выращенные кристаллы… или обработанный многогранный драгоценный камень. Куча граней под разными углами отражали свет, создавая потрясающую картину.

Как-то сразу становилось понятно, что это не творение рук человеческих, потому что вполне знакомая форма средневекового замка, сочеталась с хаотичностью диких скал, но как будто прошедших огранку ювелиром. И было совершенно очевидно, что замок именно рос! Вырастал из-под земли, и процесс ещё далеко не был закончен.

За внешним периметром стен высились шпили башен, с реющими на них розовыми, бирюзовыми и лазурными флагами.

Замок был величественен и прекрасен, но больше всего меня поразил даже не он. Пространство от крепостных стен до берега, а потом и на другом берегу от Барбинизатора было поразительно ухожено. Это было похоже на утрированную красивую картинку с изображением каких-нибудь альпийских лугов.

Эти «луга» были, как будто нарисованы в детской книжке. Коротко стриженная трава, с разноцветными цветами растущими аккуратными группками , удивительно ровные и правильной формы деревья и кустарник, выглядящие так, будто над ними ежедневно работает бригада садовников.

И только уже метров через сто, эта пастораль начинает постепенно сходить на нет, и к тому моменту, где начинается окруживший это место лес, от неё не остаётся и следа. Переход плавный, как будто хаос леса наступает на Барбинизатор, постепенно отвоёвывая себе пространство… ну, или напротив, Барбинизатор наступает на лес. Скорее даже второе, если процесс роста замка продолжается.

Как бывает, вокруг разлившейся отравы возникает зона отчуждения, так здесь наоборот, от кристалла расползалась зонная немного слащавой и ненатуральной красоты. Пейзаж выглядел стилистически так же, как и девочки, населяющие это место. Вроде бы все красотки, но есть в них что-то не то, что-то неправильное. Слишком универсальная, слишком правильная и потому безликая красота.

В общем, я был потрясён тем, что увидел! Сияющий белый замок посреди разрушенного мира.

Прежде чем оказаться здесь, на подходе мы форсировали какую-то большую дорогу, которая уже была за пределами Измайловского парка. Потом перебрались через почти полностью разрушенные постройки и наконец, вышли к замку. Эти последние этапы мы преодолевали с повышенной осторожность. Ведь чем ближе к Барбинизатору, который находился в осаде, тем больше шансов встретить тех, кто эту осаду ведёт.

Но нам повезло, и никто на пути больше не попался. Хотя везение здесь, наверное, ни при чём. Срочная ротация войск чёрных, с последовавшими за этим большим взрывом и бойней в лесу, могли заставить всех солдат уйти отсюда.

Да, нам сегодня удалось проредить ряды врагов, причём очень серьёзно. Не так, конечно, как в той бойне в промзоне, про которую все постоянно упоминают. Там погибло около трёх сотен человек. Но сегодняшний наш урожай всего раза в два меньше. Конечно, основной вклад внёс выстрел Бори и последовавший за этим взрыв, но и в лесу счёт тоже шёл на десятки.

В общем, совокупные потери чёрных за всё это время, если считать все столкновения начиная с того, где я погиб, уже приближались к полутысяче человек. Да, прикидки очень грубые и во многом основываются на чужих словах и оценке отрядов «на глазок», но думаю, что порядок цифр именно такой.

И, надо сказать, что это обалдеть как много! По нынешним временам это огромная армия, которую кормить и содержать очень сложно. Я вообще не думал, что у кого-то такая есть. И ведь это не все силы чёрных. Я был далёк от мысли, что мы выбили хотя бы половину личного состава. Сколько же всего у Паука людей? Похоже, что его бояться не зря, ведь, обладая такой армией, можно контролировать очень многое.

Прямо напротив нас был подвесной мост, с башней над ним. Но Даша не дала нам сразу направиться туда. Мы залегли в кустах и стали чего-то ждать. Вскоре наша проводница, увидев только ей одной ведомый знак, наверное, потому, что мы просто не знали, куда смотреть, достала из кармана чистый, белый платок и сделала несколько взмахов. Но взмахи были не простыми, а изображали некий рисунок. Мне вспомнились сигнальные флажки, которые использовались на кораблях. Это было что-то вроде этого.

Несколько разнонаправленных взмахов, являлись закодированным сообщением. Простым, но для посвящённых понятным.

Это было разумно. Наверняка у них здесь есть своя система безопасности, не заключающаяся только в охране на входе. Тут всё было организовано сложнее и интереснее.

Да, если бы мы попёрлись через цветущие полянки к входу, то могли поймать пулю. Какие-то незнакомые мужики, один несёт бесчувственную девушку. На второго, если посмотреть, так окровавленный полуголый богатырь вообще доверия не вызывает. Может, мы взяли в плен их отряд и теперь хотим проникнуть внутрь с их помощью?

Да, лучше было дождаться приглашения.

Оно поступило не сразу. Видимо, те, кто принял сообщение от Даши, пошли советоваться с начальством. А то, что в Барбинизаторе не все равны, я уже давно понял. Даже во встреченных мной двух маленьких отрядах был и командир, и рядовые бойцы. Что уж говорить про крепость! И грамотное руководство, один из залогов успеха девочек в обороне. Иначе бы их давно захватили.

Я увидел, как на башенках появляются стрелки и занимают позиции. Было далеко, но всё равно можно было разглядеть, что девушки в отличие от тех, кто работает за территорией, одеты в яркие цветные платья.

– Можно! – сказала Даша, – идите вперёд, мы прикроем, если что.

– Лучше я прикрою! – сказал Боря.

– Хорошо, – кивнула Даша, – держись рядом с нами. А Алик с ведьмой быстро идут вперёд. Можно даже бегом, место ведь открытое.

– Не доверяют? – кивнул я на башенки со снайперами.

– Наоборот, это чтобы нас прикрыть, – сказала Даша, – редко когда удаётся без приключений туда-сюда пробежать. По крайней мере, днём. Мы вообще всегда по темноте ходим, сейчас просто ситуация так сложилась, что ждать до вечера мы не можем.

– Да, а то наша ведьма откинется! – серьёзно сказал я.

Лера уже почти перестала приходить в себя и теперь висела на мне безвольной куклой. Я чувствовал, что она жива, но вот надолго ли? Неужели от раны в ногу можно вот так умереть? Хотя… смотря сколько крови она потеряла.

Я вновь положил ладонь ей на голову и начал заряжать. Я делал это постоянно, когда была такая возможность. Но нести её, удерживая одной рукой, было сложно, поэтому заправку маной приходилось постоянно прерывать.

Почувствовав поток маны, Лера издала слабый стон и вновь затихла.

– Если сможешь, лучше беги! – сказала мне Даша, перед тем как мы начали наш бросок к воротам.

Да, ворота были закрыты, но пока мы готовились, подвесной мост начал опускаться, а находящаяся за ним решётка подниматься внутрь башни. Всё как надо!

Пришлось прервать в очередной раз заряжание, подхватить Леру покрепче и рвануть что есть сил. И расстояние-то было небольшое, но когда ты чувствуешь, что на тебя смотрят много стволов, и пуля может прилететь в любой момент, время и расстояние растягивается, и путь начинает казаться бесконечным.

Я бежал, ждал, что грохнет выстрел, и старался не споткнуться.

Всё обошлось! Я пронёсся по подвесному мосту, удивляясь тому, что он состоит из того же материала, что и стены замка. Сзади я слышал шаги Бори и девочек, которые бежали, едва не наступая мне на пятки, но при этом внимательно глядя по сторонам и готовясь начать стрельбу, если понадобится.

Мы вбежали во двор, услышали, как позади с грохотом опустилась решётка и заскрежетали цепи подвесного моста.

Нас встречали! Довольно большая группа Барби, одетых тоже как Барби, стояла полукругом, направив на нас стволы автоматов.

– Ой, девочки, ну хватит уже! – вышла вперёд Амина, – я же говорила, что это Алик! А кто это на тебе висит? Кого это ты к нам притащил?

Она подошла ко мне и, подняв рукой волосы Леры, заглянула ей в лицо.

– Это кто? – спросила Амина у меня, – я её не знаю! У тебя талант находить людей, которым нужна помощь! Хотя о чём это я? Ведь и со мной такое тоже было!

– Помощь ей действительно нужна! – сказал я, – у вас есть медики? Она потеряла много крови.

– Мы ей поможем, – сказала Барби в розовом платье с чёрным корсетом, у которого было глубокое декольте, и светлыми волнистыми волосами, спадающими по плечам, – отнесите её в лазарет.

Откуда-то тут же появились носилки, и четыре девушки бросились ко мне, чтобы подхватить Леру.

– Это ведьма, – сказала Даша, – но она нормальная. Если бы не её вмешательство, нас бы всех там положили. Она нам жизнь спасла и получила ранение при этом.

– Ведьма? – задумчиво повернулась к Лере Барби в розовом, – одна из тех, что работают на Паука?

– Уже нет! – сказал я, – как оказалось, мы убили королеву ковена. Мила и её группа при этом присутствовали. Когда остальные ведьмы об этом узнали, то разбежались. Лера одна из них, именно она забрала у мёртвой королевы артефакт и распустила ковен. Они служили Пауку по принуждению, как только заставлять их стало некому, тут же разбежались.

– Блин, мы не додумались обыскать труп! – с досадой воскликнула Амина, – а то я бы сейчас была королевой этого самого ковена!

Барби в розовом бросила на Амину слегка раздражённый взгляд.

– Она сама тебе об этом рассказала? – скептически сказала она, – ведьмам нельзя верить.

– Всё сложнее, – сказал я, – мне лично довелось при этом присутствовать. К тому же она за твоих девочек кровь пролила, так что заслужила помощь. Можешь ей не доверять, но долг верни.

– Хорошо, ты меня убедил! – сказала Барби в розовом.

Она кивнула, девочки тут же подхватили носилки и убежали с ними.

– Алик, весь тот кошмар, что творится в лесу, это же твоих рук дело? – весело сказала Амина, – я вот лично ни секунды не сомневаюсь! И как тебе удаётся везде сеять разрушения? Ты вроде такой милый, спокойный парень, но постоянно устраиваешь вокруг себя форменный ад!

– Помолчи! – оборвала Амину Барби в розовом, – ты сама здесь гостья и находишься всего несколько часов. Я сама задам все нужные вопросы!

– Умолкаю! – тут же покладисто… даже чересчур покладисто, так что это немного походило на издёвку, согласилась Амина. И закрыв рот, она изобразила, что застегнула его на молнию, заперла на ключ, а ключ положила себе в карман.

– Что произошло? – повернулась к Даше главная Барби.

– Если вкратце, то вступив в контакт с этими ребятами, – Даша кивнула на нас с Борей, – мы вместе уничтожили один большой отряд людей Паука полностью, подорвав взрывчатку, которую они сюда привезли для штурма нашего замка. Хотели с её помощью стены разрушить. Потом натолкнулись на ещё один большой отряд и там произошёл бой. Ведьма и Боря внесли самый большой вклад.

– Какие у врагов потери? – спросила главная Барби.

– По моим прикидкам сотни полторы, не меньше, – сказал я, – а может, и ближе к двум. Точно мы их не пересчитывали.

Даша посмотрела задумчиво на меня, а потом кивнула:

– Да! Наверное, где-то так! И уничтожен большой запас взрывчатки. Не знаем, единственный он у них был или нет, но там было несколько повозок. В общем, много!

Амина не выдержала, засунула руку в карман, вытащила воображаемый ключик, открыла замочек в уголке рта, расстегнула молнию и сказала:

– Да, мы слышали! Даже почувствовали, потому что нас и здесь знатно тряхнуло!

И поймав на себе недовольный взгляд главной Барби, проделала всю процедуру воображаемого запирания рта снова.

– Это хорошо! – главная Барби явно была удовлетворена, – а у вас какие будут пожелания? – обратилась она к нам с Борей. Вы к нам вообще надолго?

– Не знаю, мы не загадывали, – сказал я, – действовали по ситуации. Но мы бы были не прочь помыться, поесть… да и поспать! А то, честно говоря, умотались. Тяжёлая ночь и тяжёлое утро.

– Это можно устроить, – кивнула Барби, – но с одним условием, мы вас запрём. У нас есть гостевая башня, там найдётся всё необходимое. Но мы не можем позволить вам гулять по Барбинизатору… по крайней мере, пока.

– Мы бы и так не стали нарушать правила, которые вы установите, но если вам так будет спокойнее, то мы не возражаем, да Борь? Или вы, наоборот, хотите нас защитить от излишнего внимания? – вдруг пришла мне в голову мысль.

– Нет! – коротко и сухо ответила главная Барби, – я верю девочкам и признаю ваши заслуги, но мы вас в первый раз видим. Выглядите вы опасно! – говоря это, она посмотрела на Борю, – и мы хотим подстраховаться. Не стоит забывать ещё и про ведьму! Очень много необычных и сильных гостей. Мы вынуждены проявлять осторожность.

– Когда мы будем мыться, есть и спать, то не будет большой разницы, открыта дверь или закрыта, – сказал я, – так что поступайте по своему усмотрению. Но надеюсь, что на этом ограничения закончатся.

– Или что? – ухватилась за мою не вполне определённую интонацию главная Бабри.

– Ничего! – сказал я, – мы ведь и уйти можем. А в вашем положении разбрасываться союзниками не очень разумно. Тем более мы вроде как слышали, что вы нас искали, разве нет?

– Искать искали, но вот вас ли? – сказала главная Барби, – без обид! Прошу понять мой скепсис. Враг бывает очень изобретателен. Судя по всему, вы не лазутчики и не разведчики. Но нам нужно некоторое время, чтобы в этом убедиться. Я более обстоятельно расспрошу девочек о том, что случилось, и тогда приму решение.

– Я понимаю, – кивнул я, – на тебе большая ответственность, и быть легкомысленной в такой ситуации, это непозволительная роскошь. В общем, всё понятно. Берём паузу, мы пока отдыхаем, а вы думаете, верить нам или нет. Потом скажете своё решение, и если мы не вызываем у вас доверия, то уйдём. А если всё нормально, то можем и задержаться.

– Рада, что вы отнеслись с пониманием, – сказала главная Барби, – меня зовут Магдалина и, как вы, наверное, поняли, я здесь главная.

– Я Алик, это Боря, – представился я, – ведьму зовут Лера.

– Очень приятно, – сказала Магдалина, – добро пожаловать в нашу «Благословенную обитель». Когда вы отдохнёте, я приглашаю вас к себе в кабинет на беседу. Думаю, что мы уже будем готовы обсудить сложившуюся ситуацию во всех подробностях.

– Если надо, я могу хоть сейчас за них поручиться, под свою ответственность, – вдруг неожиданно сказала Даша, – в бою трудно притворяться. Когда человек находится на грани смерти, обычно видно, кто чего стоит. Я ребятам полностью доверяю!

– И я! – сказал девочка из её отряда.

– И я тоже! – подхватила вторая.

– Хорошо! Я учту ваше мнение, – кивнула Магдалина, – но на данный момент мы уже обо всём договорились и поступим именно так, как решили.

– А со мной что? – вдруг спросила Амина, на этот раз проигнорировав ритуал с отпиранием рта, – я ведь тоже на испытательном сроке! Может, меня к мальчикам под замок? – лукаво улыбнулась она.

– Если хочешь, пожалуйста! – пожала плечами Магдалина, – это же, насколько я понимаю, твои друзья?

– Друзья? – Амина показно задумалась, – наверное, можно и так сказать. Алику я обязана жизнью, второго практически не знаю, видела раньше только издалека… кстати, Алик, где ты его нашёл?

– В плену у чёрных, – сказал я, – не зря я решил сходить на стадион.

– И сумел вытащить его? Алик, просто, браво! – и Амина медленно похлопала в ладоши, – ты меня не перестаёшь удивлять.

– Тоже, кстати, ведьма помогла! – решил я добавить очков к репутации Леры.

– Думаю, что эти разговоры вы можете вести и без нас, – сказал Магдалина, – все возвращаемся к своей работе! – громко добавила она, и девочки нехотя стали расходиться с этой площади, – пойдёмте, я вас провожу в башню.

– Есть плохие новости, – решил сразу поделиться с Магдалиной я.

– И какие же? – напряглась она.

– Вас списали. Проект Барбинизатор решено закрыть радикальным образом. Поэтому и взрывчатка поблизости появилась, и большие отряды начали вокруг сосредотачиваться. И не надо думать, что мы уничтожили столько солдат, что они откажутся от своих планов. Возможно, что наоборот, мы их разозлили! Так что, готовьтесь к обороне!

## 2. Взаперти


В Барбинизаторе сочеталось несочетаемое. Это была смесь средневекового замка с кукольным домиком. И в то же время это было ни то и ни другое в полной мере. В общем, странное место, как ни посмотри. И по внешнему виду, и по содержанию, и по своему магическому воздействию.

Наверное, в современном мире уже не стоит чему-либо удивляться, но я был удивлён.

Магдалина привела нас к отдельно стоящей цилиндрической башне в глубине территории Барбинизатора, который занимал немаленькую площадь. Большая кованая двустворчатая дверь была распахнута.

– Девочки говорили, что Барбинизатор как бы сам растёт, – сказал я, – но как же более сложные конструкции? Двери, например? Или подвесной мост и решётка? Трудно представить, что это всё тоже выросло из-под земли!

– Здесь всё наполнено тем, что трудно или даже невозможно представить, – сказала Магдалина, – но сейчас я ни на какие вопросы отвечать не буду. Мы отложим их до следующей нашей встречи. Я ещё не готова раскрывать вам детали нашего внутреннего устройства.

– Хорошо! – сказал я, – это я так, чтобы заполнить неловкую паузу.

– Я спокойно переношу паузы, – сказала Магдалена, – они меня не напрягают. Скажу даже больше, они мне нравятся. Люди часто прячутся за слова, напускают с помощью них туман. Только в паузах можно узнать что-то о человеке. Кто он такой, о чём думает, чего хочет.

– Такие рассуждения не очень плохо сочетаются с твоей внешностью, – усмехнулся я.

– По словам девочек, они тебе рассказали про то, что у нас здесь все разного возраста и внешность совершенно о нём не говорит, – сказала Магдалина, – на самом деле мне очень много лет!

– Сколько? – спросил я.

– Ещё раз повторяю, – строго взглянула на меня Магдалина, – все вопросы потом. А сейчас отдыхайте. В башне никого кроме вас нет, так что я запру только входную дверь. Полагаю, что если вы захотите выйти, она вас не удержит, – Барби взглянула на Борю, – но я очень надеюсь на ваше благоразумие.

– Его у нас выше крыши! – улыбнулся я, – не волнуйся, всё будет хорошо. Думаю, мы тебе пригодимся.

– Время покажет, – сказала Магдалина.

Она показала нам с Борей наши комнаты, где находятся душевые, сказала, что еду принесут через полчаса и потом не будут трогать до вечера. То есть мы можем спать весь день. К тому же днём чёрные активность обычно не проявляют, так что если что-то и затевается, то будет происходить, скорее всего, по темноте.

Когда Магдалина ушла, и дверь за ней с грохотом захлопнулась… что вызвало некоторый диссонанс с нежным антуражем окружающей обстановки, мы облегчённо выдохнули.

Это было странно, но я даже не представлял, как мне хочется отгородиться от всего мира и побыть в тишине и покое некоторое время. А здесь, за толстыми стенами я чувствовал себя в безопасности. И пусть этот замок собираются штурмовать, после того, что мы устроили в лесу, это вряд ли произойдёт в ближайшие часы. Следовательно, можно расслабиться и ни о чём не думать… или же, наоборот, подумать о том, на что во всей этой кутерьме не хватало времени.

Вспышки озарений, которые накатывали на меня волнами, подарили не воспоминания о прошлом, а какой-то калейдоскоп из разрозненных образов, картинок, ситуаций, людей и мест. Нужно было всё это хоть немного упорядочить, а покой для этого был необходимым условием.

Но прежде и я, и Боря, сходили в душ. Здесь была горячая вода… вернее, очень тёплая, но по нынешним временам и это был верх комфорта. В раздевалке даже висели банные халаты, коими мы не преминули воспользоваться. Только вот я халат надел, а Боря повязал на пояс, потому что на его могучий торс тот просто не налез.

– Эх, одежды бы какой-нибудь раздобыть, – вздохнул Боря, – а то так и буду подпоясанный халатом ходить. Мои вещи можно выбрасывать!

Он некоторое время подумал, потом, видимо, решил, что в этом женском царстве вряд ли получится что-то подобрать на его фигуру, подхватил лохмотья, оставшиеся от его вещей, и пошёл обратно в душевую.

По шуму воды я понял, что Боря решил хотя бы постирать то, что у него есть, раз уж новое добыть тут вряд ли получится.

Мысль была здравая! Как ни хотелось уже завалиться в кровать, я пересилил себя и присоединился к Боре.

Неизвестно, когда в следующий раз получится освежить вещи, так что нужно пользоваться представившейся возможностью.

Пока мы стирались и развешивали шмотки для просушки, нам принесли завтрак. Судя по времени суток это был именно он, ведь было пока ещё утро. Но завтрак был обильный и шикарный. Опять же, если судить по нынешнему времени.

Большая сковорода с яичницей, нарезанное тонкими ломтиками мясо, хлеб, масло, какой-то фруктовый джем и большой горячий чайник с чаем.

Такие продукты достать в разрушенном городе практически невозможно, это очень большая редкость! Впрочем, как и горячий душ, и мягкая постель. Я в неё пока что не ложился, но в том, что она будет мягкой, почему-то не сомневался.

Мы не видели, кто накрывал на стол, это произошло, пока мы были в душевых. Место для завтрака нам приготовили посреди центрального зала башни, а наши комнаты находились на втором ярусе по бокам.

Кажется, это называется «атриум», когда в центре пустое пространство до самой крыши, а все помещения находятся по периметру. Впрочем, неважно. Но кубатура у этого зала была большая, и голоса разносились с гулким эхом, даже если разговаривать тихо.

Но мы не собирались обсуждать никакие секреты, так что, в общем-то, плевать.

Мы уселись за большой круглый стол с разных сторон и набросились на еду.

– Оно того стоило! – с набитым ртом сказал Боря, – ради такой жратвы, можно и в плену посидеть, и по лесу побегать, и убить несколько десятков человек… тех, кто этого заслужил, естественно! – вдруг осёкся Боря, испугавшись, что я его неправильно пойму.

– Согласен! – кивнул я, – и хоть я не так уж много помню, однако оценить шикарные условия, в которых мы оказались, могу.

– Слушай, интересно, как там наши? – вздохнул Боря, – тревожно мне что-то на душе!

– Мне менее тревожно, чем тебе, – сказал я, – потому что я наших не очень хорошо помню… и наверняка даже не всех. Но да, исходя из того, что я знаю, надо постараться им как-то помочь. Вот только я не знаю как!

– А что здесь? Надолго задержимся? – спросил Боря.

– Видишь ли, – я откинулся на спинку стула, – что у нас, что у девочек, враг-то один! Где сейчас искать наших ни ты, ни я не знаем. Но оставшись здесь, помогая Барби устоять под натиском врагов, мы косвенно будем и нашим помогать.

– Хитрый план… – с сомнением сказал Боря, – нет, девочкам помочь, я не против, но своих как-то больше хочется найти.

– Если скажешь, как это сделать, то можем хоть сейчас пойти! – сказал я.

– Я не знаю… – сник Боря.

– Вот то-то и оно! – сказал я, – давай, пока есть такая возможность, как следует отдохнём, а там будет видно.

– Отдохнуть-то отдохнём, – вздохнул Боря, – хоть бы узнать, все ли у нас живы…

– Мне хочется, чтобы это место выжило в нынешнем виде по нескольким причинам, – сказал я, желая отвлечь Борю от грустных мыслей и вернуть его в настоящее.

– По каким же? – заинтересовался Боря.

– Помимо того, что просто хочется помочь хорошим девчонкам… а, несмотря на то, что нас заперли, они, вне всяких сомнений, хорошие. Так вот, мне хочется, чтобы место, где женщины могут обретать вторую молодость, продолжало существовать. Это же добрая магия, позитивная, я бы даже сказал жизнеутверждающая! Если вдруг наступит мир, то сюда женщины со всей Москвы будут в очереди стоять, за год записываться, чтобы пройти трансформацию, – сказал я, – в общем, нельзя допускать, чтобы это место было уничтожено. Это цитадель красоты в окружении хаоса.

– Главное, чтобы оно не попало в плохие руки, – сказал Боря, – как раньше было!

– Думаю, что с таким руководством этого можно не опасаться, – сказал я, – если уж они Пауку столько времени успешно противостоят, то мало кто им может что-нибудь сделать.

– Может, и так, – согласился Боря, – это всё, или есть ещё причины?

– Есть ещё одна, очень меркантильная… своего рода личная заинтересованность, – сказал я.

– Да? – удивился Боря, – и в чём она заключается?

– Если помочь Барби в трудную минуту, когда им кроме себя, положиться больше не на кого, то что произойдёт впоследствии? – спросил я.

– Не знаю, – пожал плечами Боря.

– Мы станем друзьями, – сказал я, – а мне бы хотелось иметь друзей с таким вот местом, куда можно прийти и забыть обо всём. Посидеть за крепкими крепостными стенами и хотя бы выспаться. В этом рухнувшем мире такое дорогого стоит.

– Да, – согласился Боря, – только вот для этого нужно не умереть в процессе.

– Странно слышать это от тебя! – усмехнулся я, – ты же вроде как неуязвимый?

– Почти, – не очень уверенно сказал Боря, – но я не о себе переживаю. Больше о тебе, да и обо всех этих девчатах. Может быть, не стоит им держаться за это место, а уйти отсюда. А кристалл этот проклятый взорвать к чёртовой матери. И всё, тогда они никому больше не будут нужны, и нападать на них не будут.

– Всё равно будут, – задумчиво сказал я, – женщинам сейчас непросто приходится, если они не состоят в какой-нибудь сильной группе. Но да, такой вариант можно рассмотреть, на случай, если удержать оборону не получится. Как говорится, план «Б».

– И как ты думаешь, это можно сделать? – спросил Боря.

– Самим никак, – ответил я, – но можно предложить этот вариант Магдалине. К тому же они сами об этом думали. Девочки рассказывали. В общем, идея не нова. Но мне будет жаль этот белый замок. Вот прям очень жаль!

– Мне всё-таки кажется, что проблем от этого Барбинизатора больше. И всегда так будет! – сказал Боря.

– Ты рассуждаешь мудро, – кивнул я, – а вот я не могу в себе побороть какой-то внутренний трепет перед этим местом. Оно мне нравится, оно меня завораживает… мне хочется, чтобы оно было, и всё тут. Вопреки всем сложностям!

Мы уничтожили все, что было на столе, до последней крошки и до последней капли.

– Ну что, позавтракали, можно и на боковую… – сказал я, потягиваясь и зевая.

– Боюсь, биоритмы не дадут мне уснуть, – вздохнул Боря.

Я на него удивлённо посмотрел.

– Серьёзно? Биоритмы? А вот у меня, кажется, в организме никаких ритмов не осталось. Ни био, ни каких-либо других. Ем и сплю, когда есть такая возможность, – сказал я.

– Я тоже, – признался Боря, – но вдруг?

Боря зря переживал. Не успели мы разойтись по комнатам, как башню огласил богатырский храп бугая.

А вот у меня, наоборот, уснуть сразу не получилось. Уж не знаю, биоритмы ли заявили о себе, или просто нервное перевозбуждение после всего пережитого ещё не улеглось, но ворочался я долго.

Окон в комнате не было, но под потолком была лампочка! Это тоже было удивительно. Замок растёт из-под земли, с дверями, горячей водой и электричеством! Или я просто чего-то не знаю? Надо будет спросить у Магдалины. Уж не знаю, ответит она на мои вопросы или нет, но задать их определённо стоит. Что это за самоподдерживающийся очаг коммунальных удобств?

Мы были заперты, в башне никого кроме нас не было, стены были толстые, и если снаружи и были какие-то звуки, то сюда они не проникали. Тишина была практически мёртвая, если не учитывать Борин храп, который с лихвой компенсировал все отсутствующие звуки.

Но минут через сорок Боря вдруг затих. Наверное, перевернулся на другой бок и перестал храпеть. Как только это произошло, тишина стала просто звенящей.

А я всё продолжал ворочаться. Было то странное состояние, когда ты смертельно хочешь спасть, но никак не можешь уснуть. В голову лезут разные мысли… а, учитывая тот хаос, который творился у меня в сознании, это всё умножалось ещё в несколько раз.

Поскольку уснуть не получалось, я пытался выстроить какую-нибудь понятную схему из того, что удалось вспомнить. Но были проблемы как с хронологией, так и с сопутствующими деталями. Многие события как будто повисали в воздухе, не имея в воспоминаниях необходимого контекста.

Я был даже готов терпеть боль в затылке, лишь бы воспоминания продолжали возвращаться… но в отсутствие внешних стимулов этого, к сожалению, не происходило. Нужны были какие-то триггеры, чтобы механизм запустился.

Испытать сейчас такой приступ, как раньше, было самое благоприятное время. Нет никакой опасности, никто меня не видит, даже объяснять никому ничего не придётся. Но приступа всё не было.

Я лежал и думал о боли, но та, которую я сейчас ждал, так и не пришла. Зато внезапно появилась другая. Где-то внизу живота, почти в том месте, откуда ноги растут. И вспыхнула она там так неожиданно, что я не удержался и вскрикнул.

В тишине крик мне самому показался оглушительным. Вдалеке Боря отозвался на него громким всхрапыванием, и вновь воцарилась тишина.

Тишина вернулась, а вот боль никуда не ушла! Я стиснул зубы, чтобы не кричать, и скорчился в кровати сотрясаемый судорогами.

– Что! Это! За! Хрень! – сквозь зубы отрывисто процедил я.

Первый приступ немного отступил, и боль из пронзительно острой перешла в ноющую.

Что это? Последствия не давней смерти?

А может быть, нас эти кажущиеся милыми девушки, просто траванули чем-то?

Эту мысль я отмёл. Хотели бы травануть, вряд ли бы я сейчас лежал и корчился от боли. Да и Боря не всхрапывал бы время от времени в своей комнате. Да, попытка отравить может быть и неудачной… типа, хотели, то что-то пошло не так…

Но нет! Мысль про отравление не выдерживала никакой критики. Контекст для этого не подходил. Я же видел девочек, общался с ними. Было просто немыслимо, что у них здесь существуют такие методы расправы. Если мы здесь лишние, можно было для начала просто попросить нас уйти, зачем сразу такие радикальные меры? Да и многие другие нюансы свидетельствовали о том, что дело не в отравлении.

Накатила очередная волна и вместо тупой, ноющей боли вернулась пронзительно острая. Я был готов, получилось не закричать, но из-за судороги резко дёрнулся, запутался в одеяле и свалился с кровати, приложившись головой об пол.

Воспоминаний это не вернуло, но ко всему остальному добавилась ещё и головная боль.

Спазм пронзил всё тело, я выгнулся дугой, опираясь на пол только пятками и затылком, находился в таком положении некоторое время, как парализованный, а потом вдруг тело резко обмякло, и я шлёпнулся на пол, добавив себе ещё ушибов.

Становилось всё хуже и хуже. Сначала я собирался перетерпеть, что бы это такое ни было. Но теперь мне уже становилось просто страшно. Было ощущение, что когда сюда кто-то придёт, то они найдут только мой остывший труп. В Барбинизаторе есть медики, как я понял. Может быть, они смогут мне помочь? Но для этого нужно как-то позвать на помощь…

С трудом проанализировав ситуацию, потому что вспышки боли затмевали сознание, я пополз в сторону Бориной комнаты. Разумнее всего было попросить его позвать кого-нибудь на помощь.

Комната у меня была большая, и я сумел преодолеть только половину пути до выхода, когда меня вдруг снова скрючило. Но в этот раз ощущение было другим. Вообще, с момента, когда боль началась, она всё время изменялась. Теперь я чувствовал внутри жар, как будто во мне горит огонь. И это не образное выражение. Было полное ощущение, что в меня каким-то образом поместили огненный шар.

По-прежнему стараясь не кричать, я часто дышал, с такой силой стискивая зубы, что они, наверное, уже начали крошиться.

Вдруг огонь начал постепенно ослабевать… точнее, он стал трансформироваться во внутренний свет, который начал растекаться по всему моему телу. От низа живота вверх, через грудную клетку в голову, а также в руки и ноги.

Это трудно описать, но я именно чувствовал свет внутри себя, хотя как его можно почувствовать? Да, может, и не свет это был никакой, а просто мой мозг подобрал самую подходящую ассоциацию возникшим ощущениям.

Я вдруг осознал, что уже не стискиваю зубы, что дыхание ровное, что тело больше не напряжено и что боль практически исчезла.

А потом я с кристальной ясностью понял, что это такое было. У меня наконец-то открылась первая чакра! И как только я это понял, мне вдруг стало так хорошо, легко и свободно, что накатило ощущение всеобъемлющего счастья, и я наконец-то отключился.

## 3. Сон или явь?


Врата моего сознания распахнулись и в них хлынуло… наверное, всё, что только возможно. Я проваливался в бездну, кишащую моими воспоминаниями и… чужими знаниями! Чужое я сразу отличал, но это притягивало внимание даже больше, чем то, что было моим.

Чужой опыт, чужие навыки, чужие знания – и всё это было очень ценным! Моего сознания не хватало, чтобы объять необъятное, но я пытался.

Падение в эту бездну продолжалось долго, но наконец, я приземлился. Приземлился на коричневый, кожаный, старый диван. Диван стоял посреди тумана. Видимость была метров десять, может, пятнадцать, и в этой зоне кроме меня, сидящего на диване, не было ничего.

Я посмотрел наверх, но того месива образов, через которые я пролетал, видно не было. Теперь там тоже был туман.

«Карман! Петин карман!» – вспыхнула в голове мысль, но я её тут же забраковал. Теперь я помнил карман очень хорошо и это был не он. Во-первых, здесь было тепло, а во-вторых, туман был какого-то другого… качества, что ли! В общем, это был точно не он!

Впереди показалась смутная фигура, которая шла ко мне. С каждым шагом идущего… а точнее идущую, было видно всё лучше и лучше.

– Рита? – сказал я удивлённо, – что ты здесь делаешь?

– А где здесь? – лукаво спросила она.

Я огляделся. Вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз.

– Не знаю! – честно признался я.

– А какие предположения? – по-прежнему улыбаясь, спросила Рита.

Я попытался понять, где я могу сейчас находиться. Я всё помнил. Мы с Борей были в Барбинизаторе, потом я пытался уснуть, мне стало плохо, я пополз к выходу и… отключился?

– Я сплю? – неуверенно произнёс я.

– Возможно… – неопределённо качнула головой Рита, – или фантазируешь, или бредишь, или в трансе… но одно можно сказать наверняка: мы сейчас в твоей голове!

– То есть, я тебя не вижу? – удивился я.

– Как это не видишь, если видишь? – рассмеялась Рита, – и какая разница есть я рядом сейчас или нет? Мозгу всё равно, здесь я или нет на самом деле, главное, во что он верит. Можно видеть меня живой и не верить. А можно вообразить фантом и верить… реальность зыбка и изменчива, найти опору можно только внутри себя. Реши, во что ты веришь, и придерживайся этого решения.

– Вот так, наверное, и сходят с ума, – сказал я.

– Ну почему же? А ещё так видят сны, фантазируют и так далее… почему сразу с ума-то? – пожала плечами Рита.

– Ладно, допустим, я сплю! Что тогда этот сон означает? – спросил я.

– А разве сны всегда должны что-то означать? – удивилась Рита, – может быть, ты просто обрабатываешь информацию, которую получил раньше. Ведь именно это обычно происходит во сне, разве нет?

– Ты говоришь странно, не как Рита, – осторожно сказал я.

– Может быть, потому, что мы в твоей голове? – шёпотом сказала она, наклонившись ко мне поближе, – и слова мне в рот вкладываешь ты сам, используя мой образ для внутреннего диалога, чтобы разобраться в себе?

И откинувшись назад, Рита громко рассмеялась, махая на меня рукой:

– Да шучу я, шучу!

– Ты меня совсем запутала, – вздохнул я.

– А может быть, ты просто сам запутался? – пожала плечами Рита, – при чём здесь я?

– Я не запутался, а потерял память, – сказал я, – сейчас она постепенно возвращается, поэтому у меня в голове каша, да, не без этого. Но когда всё утрясётся, думаю, вся запутанность исчезнет.

– Ты хоть понимаешь, что мы все думаем, будто ты погиб? – спросила Рита неожиданно серьёзно.

– Я догадываюсь об этом. Но такова неумолимая сила обстоятельств. Насколько я понимаю, именно благодаря тому, что я сделал, вы смогли вырваться из ловушки, – сказал я, – мне пришлось за это дорого заплатить, но выбора на тот момент я не видел.

– А потом? – сказала Рита, и в уголках её глаз что-то блеснуло, – ты хоть представляешь, что я пережила?

– Я вернулся бы, если бы была такая возможность. Но её не было. Да я и не помнил до этого момента почти ничего. Так, постепенно накапливались обрывки воспоминаний, но я при всём желании не мог вас найти… даже если бы помнил, что мне необходимо это сделать, – сказал я, – всё непросто, но рано или поздно мы всё равно встретимся! Я приложу к этому все усилия. И даже сейчас я пытаюсь работать на общее дело!

– Находясь в этом женском цветнике? – грустно улыбнулась Рита.

– Ты мне не доверяешь? – удивился я.

– Я шучу, но просто боюсь, что уже слишком поздно, – сказала она, – ты ведь даже не знаешь, жива я или нет. Может быть, тебе уже и не к кому возвращаться…

– Не говори так! – нахмурился я, – я уверен, что ты жива!

– Может, жива, а может, и нет… а может быть, Петя погиб, и мы все, кто остался в кармане, пока что живы, да вот только надолго ли? – сказала Рита.

– Что? – вытаращил я глаза, – Петя погиб?

– Ты не исправим, – вздохнула Рита, – мы же вроде выяснили, что находимся в твоей голове и, следовательно, знаем только то, что ты знаешь. Тебе ничего не известно про Петю, значит, всё, что бы мы здесь ни говорили, это предположения!

– Хорошо! – выдохнул я, – буду считать это просто сном.

– А вдруг это не сон? Вдруг ты на самом деле говоришь со мной? Или с кем-то другим, принявшим мой облик? – снова зашептала, наклонившись вперёд, Рита.

– Ну, хватит уже! – возмутился я.

– Алик, не тупи! – сказала с усмешкой Алиса и откусила яблоко, как она любила это делать, со смачным хрустом.

Я потряс головой.

– А где Рита? – удивлённо сказал я, глядя на Алису, которая почему-то оказалась на месте Риты.

– Ещё раз: Алик не тупи! – и Алиса ещё раз хрустнула яблоком.

– Понятно! Выходит, ни тебя, ни Риты здесь нет, а это просто моё воображение, – сказал я облегчённо.

– По-твоему, это похоже на сон? – спросила Алиса, внимательно на меня глядя.

– Нет, – честно признался я, – но на реальность это похоже ещё меньше.

– А может быть, это реальность, просто какая-то другая? – сказала Алиса жуя.

– Какая? – удивился я.

– Вот скажи, что последнее ты помнишь, перед тем как сюда попасть? – спросила Алиса.

Я задумался.

– Ну, я лежу на полу в комнате… – начал вспоминать я.

– Нет, не то! – покачала головой Алиса, – что ты помнишь яркое и неожиданное, что ты только что узнал?

– Что у меня открылась чакра? – неуверенно сказал я, – но так это тоже может быть частью происходящего бреда.

– А вдруг это не бред? А вдруг чакра открыла тебе проход в какое-то другое измерение? – спросила Алиса.

– Амина ни про что такое не говорила, – скептически сказал я, – думаю, что эффект должен быть другим.

– А что, если эффект для всех разный? – спросила Алиса, – что если чакра может открывать для каждого свои, уникальные возможности?

– Ты думаешь? – озадачился я.

– Впрочем, это всё неважно! – махнула рукой с огрызком яблока Алиса, – главное другое!

– И что же?

– Чего ты хочешь, Алик? – Алиса внимательно посмотрела на меня.

– В смысле? Сейчас? По жизни? – не понял я её вопрос.

– По жизни, – сказала Алиса, – и, следовательно, исходя из ответа, чего ты хочешь сейчас? Ты хочешь стать самым могущественным волшебником? Или может быть, ты хочешь создать с Ритой семью и жить где-то в тишине и покое, вдалеке ото всех? Или может быть, ты хочешь продолжать собирать вокруг себя коллекцию баб? Кстати, есть новые экземпляры? – вдруг оживилась Алиса, – говори, нашёл ещё кого-нибудь?

– Ну… – неуверенно начала я, пытаясь подобрать слова для ответа, потому что формулировка Алисы мне не очень нравилась.

– Я так и знала! – весело хлопнула себя по коленке Алиса и запулила огрызок куда-то в туман, – ну и как? Сколько их? Одна? Две?

– Хватит уже! – раздражённо сказал я.

– Так и знала, что даже не одна! – продолжала веселиться Алиса.

– Нет никакой коллекции, и никого я не собираю! Да, иногда обстоятельства складываются так, что рядом оказываются девушки, но это ничего не значит! – сказал я.

– Ага! Психологу будешь рассказывать, что это ничего не значит! – рассмеялась Алиса, – так чего ты хочешь? Силу, Риту или коллекцию? Или может быть, вообще чего-то другого?

– А почему я должен хотеть чего-то одного? – удивился я, – может быть, я хочу стать могущественным магом, чтобы иметь возможность защитить себя и тех, кто мне дорог. И Риту в том числе, с которой хотел бы поселиться где-нибудь в спокойном месте. И те, кого я считаю своими друзьями, тоже было бы хорошо, если бы находились рядом. И там, заметь, не только девушки. Может быть, я хочу создать свою общину, свой небольшой город, где люди, которые мне дороги, смогут жить счастливо и безопасно?

– Алик, это же утопия в чистом виде! Разве ты сам этого не понимаешь? – развела руки в стороны Алиса.

– Это не утопия, это сверхзадача, – сказал я, – должна быть какая-то большая, далёкая цель, ради которой человек живёт. Программа-максимум, если хочешь! А всё остальное, это кирпичики, из которых достижение этой цели складывается.

– Ну ладно, допустим, – сказала Алиса, – но как достижению твоей цели, например, поможет Барбинизатор? Зачем ты здесь? И ведь тебе нравится в этом царстве кукольных амазонок, верно? Ты себя комфортно чувствуешь среди них, так? – фурия расплылась в хитрой улыбке.

– Да, я хорошо себя здесь чувствую. И помочь девочкам хочу, если это будет в моих силах. А моей цели, это служит тем, что, сражаясь с Пауком, я помогаю и вам. Конечно, я не знаю наперёд всех шагов, и у меня нет заранее готовых решений на любой случай и любое развитие ситуации. Но я делаю, что могу. И это ничем не отличается от того, что я делал раньше, – сказал я.

– Отличается масштабом, – сказала Алиса, – ты не заметил, что размер решаемых задач за последнее время очень сильно вырос. Если раньше это были какие-то мелкие сделки и заказы, которыми ты перебивался по жизни, то теперь ты ведёшь войну с большими игроками… и поразительно в этом то, что периодически успешно!

– Повторяю, так складываются обстоятельства. Вообще, в этом нет ничего уникального. Сложные задачи встают перед теми, кто начинает не бояться брать на себя ответственность. Многие этого не хотят, поэтому и бегают по маленькому кругу. Я и сам по такому бегал… но потом что-то случилось. Что-то пошло по-другому, по-новому, и спираль событий начала раскручиваться всё шире и шире! С тем, что масштаб вырос, я спорить не буду. Это очевидно! – сказал я.

– Ты всё вроде бы правильно говоришь, только вот твоим друзьям от этого не легче! – сказала Алиса, – мы в очень тяжёлой ситуации! Нас снова обложили, и вырваться нет никакой возможности… – сказала Алиса.

– Если это так, то скажи, как вам помочь? Где вас найти? Что нужно сделать? Хоть намекни! – сказал я.

– Ты снова начинаешь, – рассмеялась Алиса, – напоминаю, что мы находимся в твоей голове!

– Стоп! Тогда получается, мы ничего не знаем о том, что случилось с вами, верно? Может быть, всё в порядке и вы уже давно в безопасности, – сказал я.

– А может быть, мы все уже давно погибли и к тебе приходят в гости наши души? – слегка зловещим тоном сказала Алиса.

– Может быть, всё что угодно! – резко сказал я, – факт в том, что я не знаю, что происходит на самом деле!

– Немного знаешь! – прищурилась Алиса, – ведь ты же выяснил, что приоритетная цель для Паука, это охота на конвой. Ему очень нужны эти кристаллы, и он не отступится, пока жив. Он и так очень силён, а с ними будет просто непобедим. Паук выстроит свою империю и подомнёт под себя всех, кто окажется на пути. И кураторов, сидящих в Третьяковке, и осколки государственных институтов, окопавшиеся за МКАДом. И даже остатки армии им не помогут, потому что Паука это не пугает. Он же напал на конвой, и если бы не ты… а скорее не Петя, то достиг бы поставленных целей. Но вы спутали ему все карты, уведя конвой из-под носа. Думаю, что он сейчас в бешенстве. Тебе не стоит с ним встречаться. Этот орешек тебе не по зубам!

– Я встречи с ним и не ищу, но это вовсе не значит, что не должен помогать тем, кто с ним борется. Я всё равно это буду делать. Я не могу сбежать, иначе как я потом буду сам себе объяснять, почему это сделал? Я люблю душевный комфорт, а предательство, лишит меня его навсегда. Лучше уж погибнуть!

– Я тебе не предлагала никого предавать! – возмутилась Алиса, – тем более меня! Я просто предупреждала тебя о Пауке! Хотя ты и сам всё знаешь. Орден Паука, это большая сила, и эти отряды чёрных, бегающие по лесу, это просто инструмент, расходный материал. Основная его мощь заключена в другом.

– В чём же? – с интересом подался я вперёд.

– Откуда мне знать? – пожала плечами Алиса.

– Ты говорила так, как будто знаешь, а потом передумала развивать эту тему, – подозрительно сказал я.

– Орден Паука! – сказала Алиса, – его ближний круг! Вот основная сила. Всё остальное, это инструменты, которые они используют. И если сломается один, они его просто выбросят и возьмут другой. Но это ты и так знаешь, что я тебе объясняю?

– Вывод напрашивается сам собой, – сказал я, – чтобы победить сильного противника, нужно самому стать сильнее!

– Ну да, ведь для этого ты и открывал чакру, разве нет? – это говорила уже не Алиса.

Я с удивлением уставился на сидящую на её месте девушку. Переход, как и в прошлый раз, произошёл неуловимо. Лицо новой собеседницы было мне смутно знакомо, но я никак не мог вспомнить, кто это. И это было странно, потому что до этого приходили близкие мне люди, а эту я если и знал когда-то, то уже забыл.

Девушка была в небольшом венке из нежных цветов и одета во что-то вроде туники из такой лёгкой воздушной и прозрачной ткани, что она вообще не скрывала её тело.

Она сидела с лёгкой улыбкой, чуть склонив набок голову, и ждала, когда же я её, наконец, узнаю.

– Оракул? – вдруг дошло до меня, – ты же Оракул, верно?

– Ну, наконец-то! – расплылась она в улыбке, – уже думала, что и не вспомнишь. Хотя, конечно, лужа плохо переедет картинку, немудрено, что ты плохо меня запомнил.

– Какими судьбами? – спросил я, скрестив руки на груди, – я не думал, что Оракулы покидают свои лужи.

– Не покидают! – грустно вздохнула девушка, – хотя очень бы хотели! Однако мы сейчас не в реальном мире, сюда худо-бедно можно проскользнуть. Но и это тоже непросто.

– И зачем же ты испытывала все эти сложности ради встречи со мной? – удивился я, – мы не такие уж близкие друзья. К тому же в прошлый раз ты меня надула!

– Нет, ты получил ответ на свой вопрос, – сказала Оракул, – и дальше действовал исходя из этого знания. И, насколько мне известно, преуспел в этом и сумел открыть первую чакру!

– В этом вообще нет твоей заслуги, – сказал я, – даже ничего не знай я про чакры, это всё равно бы случилось, потому что это был не план. Я просто погиб! Умер! Меня убили! Это привело к открытию чакры, а не какой-то сложный ритуал!

– А! – услышав мои слова, воскликнула Оракул и прикрыла в испуге рот ладошкой, – убили? – потрясённо сказала она.

Но я её удивлению не поверил, потому что в уголках её глаз притаились смешинки.

– Не кривляйся! – сказал я резко, – видно же, что ты не удивлена!

– Уж и пошутить нельзя! – улыбнулась Оракул, – только вот ты ошибаешься, что чакра открылась бы в любом случае. Это не обязательно происходит, даже если человек побывал за гранью. Твоё желание и волевые усилия сыграли роль. Да, это могло случиться и само собой, но с желанием шансы многократно выше!

– Ладно, бессмысленно об этом спорить. Но в прошлый раз я жалел, что отдал тебе всю ману. Да и момент для этого был неподходящий. Но ты права в том, что именно тогда я узнал про чакры. Хотя до сих пор толком не знаю подробностей. Что это? Зачем? Как работает? Вроде бы мои возможности должны вырасти, но как? Насколько? – сказал я.

– Это же не точная наука, – усмехнулась Оракул, – думаю, ты сам постепенно поймёшь, выросли твои возможности или нет. И что именно в тебе изменилось.

– Очень на это рассчитываю! – сказал я.

– Ну что, Алик, мы же не зря встретились, верно? – хитро улыбнулась Оракул.

– Ты о чём это? – удивился я.

– Наверняка у тебя есть какой-нибудь вопрос, на который жизненно важно получить ответ, – продолжая улыбаться, сказала Оракул.

– Ну уж нет, второй раз я на это не куплюсь! – покачал я головой.

– Почему? – искренне удивилась Оракул, – ты сейчас в безопасности, взаперти. Можешь спокойно восстановить свой уровень маны. Соглашайся! Кто знает, когда мы ещё раз встретимся и встретимся ли вообще?

Я задумался. Это всё ведь происходит не наяву. Череда встреч на кожаном диване точно не была настоящей. Ни Рита, ни Алиса ко мне не приходили. И Оракула наверняка здесь тоже нет. Скорее всего, это просто игра моего подсознания. А раз так, то получается, что я ничем не рискую! Правда, и ответ может оказаться ложным, ведь это же ненастоящий Оракул. Но всё равно ведь интересно, что получится?

– Может быть, ты и права, попробовать можно, – задумчиво сказал я.

– И сразу предвосхищу твой вопрос. Твои друзья по-прежнему укрываются в кармане, поэтому про это не спрашивай. Подробностей всё равно не будет. Вернее, если ты спросишь, они, конечно, будут, сделка есть сделка, но могут тебя разочаровать. Ты вряд ли получишь точный адрес и сможешь их сразу найти. Так что рекомендую не тратить на это попытку, а узнать что-то более глобальное и интересное. То, чего ты другим способом выяснить не сможешь, – сказала Оракул.

– Даже не знаю, что и спросить! – честно признался я, потому что как раз собирался узнать про своих друзей.

– Ну, это же очевидно, Алик! – всплеснула руками Оракул, – спроси, как открыть вторую чакру!

– Ну и как же открыть вторую чакру? – спросил я.

– Это твой вопрос? – стала серьёзной Оракул.

– Ну, допустим! – кивнул я.

– Соблюдём формальности, – сказала Оракул, – ты хочешь знать, как открыть вторую чакру, и готов отдать за это всю свою ману?

– Да! – сказал я.

– Самый подходящий для тебя способ открыть вторую чакру, это секс с невероятным партнёром… в твоём случае партнёршей, – сказала Оракул и раскинула руки, положив их на спинку дивана. Её грудь от этого подалась вперёд и, хотя и так была не особо скрыта, теперь обрисовалась во всей своей красе.

– С тобой, что ли? – удивился я, скользнув взглядом по её фигуре.

– Нет! – рассмеялась Оракул, – при всём желании не получится. У меня же нет тела! Вернее, нет его физического воплощения, астральный-то образ есть, и ты его сейчас как раз видишь!

– Вообще-то, это нечестно! – сказал я, – про это я и так знал! Да, без подробностей, но Амина говорила про что-то подобное, и я вполне мог вытянуть со временем из неё дополнительную информацию. В общем, незачёт!

– Я это знаю! – склонила голову набок Оракул, – поэтому подскажу тебе конкретный вариант. Тебе нужно переспать с настоящей египетской принцессой.

– Чего? – открыл я рот.

– Говорю же, секс должен быть невозможным, – рассмеялась Оракул.

– Лишний раз убеждаюсь, что с тобой нельзя связываться! – сказал я, – хорошо ещё, что я просто сплю!

– Вовсе нет! – звонко рассмеялась Оракул и вдруг рассыпалась множеством хрустальных искорок, – трахни принцессу! – донеслось до меня уже откуда-то издалека.

После этого я очнулся.

## 4. Новый день, старый я


Очнулся я всё там же. Посреди комнаты, на полпути до двери. Меня знобило, я подтянул к себе оказавшееся в стороне одеяло, и, укрывшись им, пополз обратно к кровати. Сил встать на ноги не было совершенно!

С трудом забравшись на постель, я отдышался, как от долгого восхождения на гору, и вдруг понял одну вещь! У меня не было маны! Совсем! Ноль! Зеро! И сейчас я помнил, что уже однажды переживал это состояние. А именно, при прошлой встрече с Оракулом.

Это что же получается, всё это было не сном? Всё это было по-настоящему? Но в то, что ко мне приходили Рита и Алиса, я не очень верил. Это больше походило на плод моей фантазии… или это изначально была Оракул, которая просто принимала образы близких мне людей?

Всё это было сложно, мозг не хотел думать… более того, он не хотел и бодрствовать, и я снова отключился. Но в этот раз спал я более «традиционно». Сны были как сны, без погружения и ощущения реальности. Да, там тоже хватало бреда и фантасмагоричности, но всё же это были именно сны.

Хотя и они были не совсем простыми. Перенесённые мной приступы боли, судя по всему, связанные с открытием чакры, сопровождались возвращением воспоминаний. Их было много, и внутри меня как будто встретились две личности: старая и новая. Они не очень сильно, но отличались друг от друга, и им нужно было примириться. Ведь теперь они будут делить одно тело!

Точнее будет сказать, что они должны не примириться, а срастись. Раздвоение сознания мне было совершенно не нужно.

Я спал, и во сне понимал, что сплю. Кружащиеся вокруг меня образы и воспоминания постепенно упорядочивались, приходили в норму, и мне казалось, что теперь я помню всё! Хотя, наверное, так оно и было.

Моя новая личность, получая старые воспоминания, не переставала удивляться. Например, я был потрясён Аминой! И тем, что мы считали её погибшей, но она каким-то чудом уцелела, и тем, что она пожертвовала собой, уничтожив Воланда. Если прибавить к этому воскрешение сначала Зои, а потом и меня, то получалось, что в моей жизни она была отнюдь не проходным персонажем, хотя и знакомы мы с ней были совсем недавно.

Вспомнив про Зою, я вспомнил и то, что она рассказывала уже после воскресения. Она говорила, что у неё как будто развился дар, что ей стало проще управлять своими ребятами. Наверняка это следствие открытия чакры, не иначе! Значит, у неё это тоже сработало, хоть она и знать не знала про это.

Не знаю, долго ли я спал, но мне казалось, что очень! Потому что приходилось вновь переживать и осмысливать старый опыт и соотносить его с новым. И во сне именно этот процесс и происходил. Происходил независимо от моего желания и усилий. Мозг, получив кучу информации, пытался её переварить и заполнить пустующие файлы.

Когда же я, наконец, проснулся, то с удивлением осознал, что нахожусь в постели не один! Я лежал на боку и спиной чувствовал тепло чьего-то тела. Женского, это я понял сразу. Как только я немного пошевелился, та, кто была рядом со мной, сонно что-то пробормотала и закинула на меня руку, а заодно поплотнее прижалась всем телом.

Я чувствовал, как её грудь упирается мне в спину, чувствовал горячее дыхание на своей шее… и ещё, она очень плотно прижалась ко мне в районе бёдер.

Да, это было приятно, но в то же время меня очень напрягло. Ведь эту ситуацию я не контролировал, да и вообще не искал приключений, ведь у меня есть Рита! Поэтому сон мгновенно улетучился, и возникло настойчивое желание разобраться, наконец, что происходит.

Я стал аккуратно разворачиваться, чтобы увидеть свою «соседку» по постели. И оказался я лицом к лицу с Аминой! Надо сказать, что это меня совершенно не удивило.

Она сонно приоткрыла глаза и улыбнулась.

– Ну ты и дрыхнуть! – томно сказала она.

– Ты чего здесь делаешь? – спросил я.

– Здесь это где? – невинно захлопала она ресницами, – в Барбинизаторе? Омолаживаюсь, конечно же… кстати, скажи честно, есть эффект? – и она ещё больше приблизила ко мне лицо, так, что мы соприкоснулись носами.

– Не придуривайся! В моей постели! – сказал я.

– Фу! Грубиян! – чуть отстранилась Амина, – другие мечтали, чтобы я оказалась с ними в таком положении, а ты ведёшь себя как…

– Зачем ты это делаешь? – спросил я, – ты же знаешь, что я занят!

– Воспоминания вернулись? – пристально посмотрела на меня Амина, – полностью?

– Ты не ответила на вопрос! – сказал я.

– Ой, ну не будь занудой! – вздохнула Амина, – ты очень долго спал, мы начали переживать всё ли с тобой в порядке. Я, на правах старой подруги… блин, не старой… давнишней подруги, вызвалась за тобой присмотреть. Ну, мало ли что? Потому что так долго спать это не нормально!

– А сколько я спал? – напрягся я.

– Около суток, – сказала Амина.

– Около суток? – я вытаращил глаза, – да уж, это точно ненормально! Однако это не объясняет, что ты голая делаешь со мной в постели?

– Слушай, ну я же не железная сидеть возле твоей кровати день и ночь! Я устала, захотела спать, оставлять тебя без присмотра не стоило, а кровать в этой комнате одна! Вот я и прилегла…

– Голой?

– А что, мне надо было в одежде, что ли, спать? Мне нравится, чтобы тело дышало! И так нечасто получается полежать на простынях, не отказывать же себе в этом удовольствии. Тем более я знаю, что ты человек порядочный и не воспользуешься ситуацией против моей воли, так ведь?

На последних словах она еле сдерживалась, чтобы не улыбнуться, стараясь изо всех сил сохранить серьёзность.

– Ты всё ещё хочешь с моей помощью открыть вторую чакру? – спросил я прямо.

– Я тебя умоляю! – усмехнулась Амина, – мы же выяснили, что ты для этого не подходишь… жаль, конечно, но не подходишь! Так что, это был просто сон! Хотя, конечно, странно, что ты так спокойно воспринимаешь моё близкое присутствие, – последние слова она прошептала.

– Ещё раз повторяю, я занят! Ты шикарная, без преувеличения. И я очень ценю всё то, что ты для меня и для нас всех сделала. Правда! Но у меня есть свои принципы, которые я нарушать не буду.

Я почувствовал, как её рука легла мне на живот, а потом скользнула чуть ниже…

– О-о-о-о-о-о! – расплылась в улыбке Амина, – выходит, я тебе всё же нравлюсь? Отлично! На этой позитивной ноте и закончим! Не буду тебя больше доставать!

Амина резко откинула одеяло, встала и, прекрасно понимая, что я на неё смотрю, не спеша, пошла к стулу, на котором лежала её одежда. Она ничуть не стеснялась, а даже, наоборот, делала всё демонстративно.

– Скажи, зачем ты меня провоцируешь? – сказал я, – уверен, ты можешь заполучить любого! Почему я?

– Не бери в голову! Может быть, это просто игра? Мне скучно и хочется немного пощекотать нервы и себе, и тебе, – сказала Амина.

– Ну, если ты просто дурачишься, тогда понятно, – сказал я.

– А может быть, мне просто хочется заполучить как раз то, что недоступно? – вдруг хитро прищурившись, взглянула на меня Амина, но тут же улыбнулась и махнула рукой, – шутка! Хотела бы, заполучила бы, даже не сомневайся!

– Как скажешь! – улыбнулся я в ответ.

Амина медленно одевалась, видя, что я продолжаю на неё смотреть.

– Что-нибудь важное произошло за эти сутки… я правда сутки спал? – ещё раз решил уточнить я.

– Зачем мне тебя обманывать? – удивилась Амина, – ты спал сутки!

Я заглянул внутрь себя, чтобы оценить уровень маны, который есть на данный момент. Он был почти полный! А ведь я точно помнил, что Оракул выпила меня досуха! Впрочем, восстановиться за сутки, это нормально!

– Ну так что случилось за это время? – напомнил я ей вопрос.

– Да так, по мелочи! – отмахнулась Амина, – одна боевая вылазка, много трупов, в общем, всё как всегда!

– Был штурм? – вскочил я с кровати, – и ты вот так просто об этом говоришь?

Амина скользнула по мне взглядом сверху вниз, победно улыбнулась и сказала:

– И всё-таки я тебе нравлюсь!

После чего направилась к выходу.

– Погоди! – окликнул я её, – что там со штурмом?

– Да не было никакого штурма, – уже снаружи крикнула Амина, – мы сами предприняли вылазку!

Она ушла.

– Блин! Столько времени трепались о всякой ерунде, а по делу так ничего и не рассказала, – пробормотал я, – чертовка!

– О! Ты проснулся, наконец-то? – услышал я Борин бас, а вслед за этим он и сам заглянула в комнату.

На Боре была надета свободная рубаха без рукавов и что-то вроде килта или набедренной повязки. Всё это было сшито из грубой ткани.

– Да! – я почесал затылок, напялил банный халат и пошёл за вещами, которые сушились в раздевалке душевой, – расскажешь, что произошло за это время?

– Мы за тебя волновались! – серьёзно сказал Боря, – потому что не могли добудиться!

– А пытались? – заинтересовался я.

– Много раз! – кивнул Боря, – но ты как будто не спал… а в отключке был! Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – задумался я над его вопросом и стал анализировать своё состояние, – знаешь, даже можно сказать отлично! Давно так хорошо себя не чувствовал!

– Есть будешь? – спросил Боря, – нам всегда на двоих приносят, я тебе половину оставляю, но потом, когда еду приносят снова, то съедаю её… и половину того, что принесли… ты не в обиде? – смущённо закончил Боря.

– Да нет, конечно! – утешил я его, – я же спал! Если бы ты всё это копил, я бы всё равно не осилил столько еды! Сколько раз нас уже здесь кормили?

– После того как ты уснул, был ещё обед, потом ужин, и вот сейчас завтрак недавно принесли… но я, как водится, половину тебе оставил! – сказал Боря.

– Вот и отлично! – сказал я, – пожалуй, прямо сейчас и приступлю!

Пока мы разговаривали, я осознал, что чертовски голоден. Решив, что одеться можно и потом, я поспешил к столу. Завтрак был точно такой же, как и в прошлый раз. Но меня это ничуть не расстроило, потому что еда была по-прежнему отменная! Немного остыла, но это уж если придираться.

– Ты разговаривал с Магдалиной? – спросил я, наворачивая яичницу, – она же приглашала нас на беседу.

– Вообще разговаривал, а так как ты говоришь, нет, – сказал Боря, – ну то есть мы виделись и по делу общались, конечно.

– Амина сказала, что был бой, – сказал я, – расскажешь?

– Да, – оживился Боря, – это ещё вчера вечером было, как только стемнело. Разведчицы девочек обнаружили ещё один большой отряд чёрных. Решили, не дожидаться, пока они нападут на Барбинизатор, вдруг у них тоже есть взрывчатки и они начнут нас ей забрасывать? Так вот, напали сами. И я, и эта твоя знакомая, которая в кровать залезла, тоже участвовали.

На фразе про кровать я усмехнулся.

– Продолжай, – сказал я.

– Так вот, эта самая Амина, в бою тоже оказалась очень крутой! – с лёгким восхищением сказал Боря, – она как ангел смерти! Где проходит, там никто не выживает!

– Да, это она может, – улыбнулся я, – с ней лучше не ссориться!

– Я и не собирался! – удивился Боря моим словам.

– Да я не про тебя, а вообще! – сказал я, – иметь такого врага никому не пожелаю!

– А, ну это да! – кивнул Боря, – в общем, там все хорошо поработали. И местные девочки тоже отлично воюют. Просто у них таких возможностей нет, как у нас. Они обычные люди, поэтому уязвимы. В общем, я старался, чтобы до них никто не добрался.

– Ты просто настоящий джентльмен, – сказал я, – убил всех врагов, чтобы девушкам руки марать не пришлось!

– Да нет, говорю же, они тоже хорошо себя проявили! – начал оправдываться почему-то Боря.

– Да я шучу. Значит, вылазка была удачной. Что ещё слышно? Много в лесу бродит отрядов? – спросил я.

– Мне не всё докладывают… не думаю, что это секрет, если спросить, наверное, расскажут, но я не спрашивал. Вроде есть там ещё чёрные, но небольшими группами, – сказал Боря.

– Слушай, как Лера? – вдруг вспомнил я про ведьмочку.

– Жива, – улыбнулся Боря, – в вылазке не участвовала, и насколько я знаю, до сих пор в местной больнице лежит, восстанавливается. Но ей ничего не угрожает, поправится она, как мне сказали.

– Это хорошо! – вздохнул я с облегчением, – забыл сказать, ко мне память вернулась! Я, наверное, поэтому и спал так долго, мозг пытался переварить всё, что на него свалилось.

– А-а-а-а-а! – радостно сказал Боря, – поздравляю! Это очень хорошо!

– Сам не нарадуюсь, – сказал я, – хотя многое ещё нужно по новой обдумать.

– Помнить, это важно! Помнить, это хорошо! – сказал задумчиво Боря.

Я объелся и всё равно не смог съесть то, что оставил мне Боря. Нам приносили еду щедро, с запасом, и в прошлый раз Боря уничтожил большую часть. Но он намного здоровее меня, а чтобы поддерживать такой организм и еды нужно больше. Не всё держится на магии.

– Я всё! – отодвигая от себя тарелку, сказал я.

– Можно? – деликатно спросил Боря, кивая на то, что осталось.

– Нужно! – сказал я.

Боря радостно принялся за еду, а я задумался. С воспоминаниями вернулись и старые планы и задачи. С одной стороны, картина стала яснее, но с другой, сложнее. Слишком многое нужно было сделать. Так что надолго задерживаться в Барбинизаторе, наверное, не стоило. Если основная угроза для него миновала, то нужно двигаться дальше.

Где искать наших, я по-прежнему не знал, но кое-какие идеи были. И одна из главных, это проследить за людьми Паука. Идея была не новой, но взвесив всё, я решил, что она самая перспективная.

– Меня уговаривают здесь остаться! – вдруг неожиданно заявил Боря, – говорят, что без мужчин тяжело, что я очень им нужен, что я не пожалею, если останусь… как думаешь, что они имеют в виду, когда говорят, что я не пожалею?

– Думаю, всё сразу, – сказал я, – предложение очень заманчивое! А ты что думаешь?

– Я не могу! – покачал головой Боря, – надо Тоху выручать… ну и всех наших! – смутился Боря оттого, что сначала упомянул только своего друга.

– Тут ты прав! – кивнул я, – и мы займёмся этим в самое ближайшее время. А сейчас я, пожалуй, пойду проведаю Леру. Ты знаешь, что она нам жизнь спасла?

– Да, наслышан, – кивнул Боря, – хорошая девушка, хоть и ведьма.

– Не понимаю, почему ведьмы хуже, чем любые другие дары и трансформации? Тем более что это ведь не осознанный выбор. Просто так сложилось. Кому как повезло, – сказал я, – на самом деле от человека зависит, как он живёт и что делает. Вот Зоя у нас некромант. Казалось бы, ужасный, мрачный дар. Но сколько раз она всех выручала! Сколько раз спасала нас! Главное, не что за дар, а как человек его использует.

– Я согласен! – кивнул Боря, – главное, чтобы человек был хороший!

Сказав про ведьму, я вдруг подумал, что на самом деле не понимаю, в чём заключается её дар. Вообще, чем ведьмы отличаются от остальных магов и волшебников? Возможно, их магия просто тёмная… но ведь и у Алисы не светлая, однако и она спасла уже немало жизней.

– Ладно! Я одеваться и проведать Леру. А потом, наверное, можно будет и на аудиенцию к местной хозяйке сходить. Думаю, время пришло, – сказал я.

– Да, – сказал Боря, – она и сама хочет поговорить. Мы только ждали, когда ты проснёшься. Чтобы вместе.

Двери в нашу башню были нараспашку. Видимо, уровень доверия к нам возрос. Я это заподозрил, когда Амина ушла. Ведь как бы она вышла, если бы мы были по-прежнему заперты?

Было немного жаль, что выпали целые сутки, это ведь прорва времени! Тут бывает на сон лишней минуты не находится, а здесь вон, двадцать четыре часа! С другой стороны, усталость тоже может накапливаться, и иногда нужно давать такую разрядку, как сейчас.

Здоровый сон и обильная хорошая еда, это то, что нам сейчас было нужно. Мы как будто в санаторий попали. Правда, путёвку нужно отрабатывать! Но за этим дело не станет. Для того и пришли, чтобы девочек поддержать!

Попадавшиеся мне навстречу Барби, все были одеты как куколки: в красивые разноцветные платья. Этот стиль никак не давал мне покоя. Ну ладно кристалл их видоизменяет, но и одежда этому образу подстать… правда, девочки, встреченные в лесу, всегда были одеты по-другому. Вроде как там была рабочая одежда, а здесь домашняя! В общем, нужно будет этот вопрос разъяснить, потому что любопытство гложет.

И эти самые Барби, которые попались мне по пути, воспринимали моё присутствие как само собой разумеющееся. Боря поработал над нашей репутацией, пока я был в отключке. Теперь мы тут сходили за своих.

И каждая из них охотно показывала мне, куда идти, чтобы попасть в больницу.

В больнице дежурила только одна девушка, одетая, как и все остальные, только вот цвет платья у неё был белый, а на голове повязка с красным крестом. Очень мило!

В самой палате было восемь коек, и все они пустовали, кроме одной. Лера лежала укрытая одеялом до подбородка и спала. Я подошёл и сел рядом на табуретку.

Видимо, почувствовав моё присутствие, Лера вздрогнула и открыла глаза.

– Ну, здравствуй, ведьмочка! – улыбнулся ей я.

– Ну, здравствуй, шаман! – улыбнулась она в ответ.

## 5. Яды и проклятия


– Как ты? – спросил я Леру.

– А ты как? – вопросом на вопрос ответила она, – говорят, что тебя не могли добудиться долго, хотели уже сюда перенести, но засомневались, стоит ли мужчину и женщину класть в одну палату и не стали. Смешные, сил нет!

– Да? – удивился я, – вот об этом мне не рассказали! Я нормально! Выспался за всю жизнь, и ко мне вернулась память. А про себя почему не ответила? С тобой всё нормально?

– Да! – сказала Лера, – теперь уже да! Спасибо, что вытащил меня! Мог бы ведь и бросить в лесу!

– Как это? – удивился я, – не мог я тебя бросить! Мы своих не бросаем!

– Кто это мы? – прищурилась Лера.

– Я и те, кто ко мне присоединился. Сейчас нас разметало немного, но думаю, что мы вскоре воссоединимся, – сказал я.

– Возьмёте ведьму в свою банду? – прямо спросила Лера, – раз уж ты говоришь, что я «своя»?

– Конечно! Если ты этого захочешь, – ответил я, стараясь скрыть удивление. Такого поворота разговора я не ожидал, – а почему ты хочешь присоединиться к нам? Мне просто интересно?

– У ведьм плохая репутация. Надо сказать, довольно заслуженно, потому что многие из нас её зачем-то старательно поддерживают. Но мне так жить не нравится. И в ковене мне не нравилось. Никому не веришь, и всё время ожидаешь удара в спину, – вздохнула Лера.

– Но почему именно мы? – спросил я, – можно же найти себе и другую компанию.

– Да? – удивилась Лера, – и где же? Мир дерьмо, и люди в нём тоже стали дерьмом…

– Но не все же! Мне часто попадаются хорошие и порядочные, – сказал я.

– Значит, тебе везёт, – сказала Лера, – или у тебя дар находить таких людей. А у меня такого дара нет, поэтому мне проще прицепиться к тебе, чтобы ты паровозом вёз меня в мир нормальных.

– Интересная метафора! – улыбнулся я, – у нас вход в компанию открытый, хотя, кончено, мы присматриваемся к новым членам коллектива и сначала держим на испытательном сроке. Если что, можем и на дверь указать… но такого вроде бы пока ещё не было.

– Придётся доказывать лояльность? – ухмыльнулась Лера.

– Не то чтобы, – сказал я, медленно подбирая слова, – скорее притереться и убедиться, что всех всё устраивает. И тебе в коллективе уютно, и остальные тоже тебя принимают без негатива.

– Ладно, как будет, так будет! – сказала ведьма, – но ты держи меня на примете. Если что, я первая на очереди!

– Замётано! – сказал я.

– Замётано! – хохотнула Лера, – словечко-то какое!

– Ты всё никак не скажешь мне про своё самочувствие, – сказал я.

– Я же сказала, что всё нормально! – удивилась Лера.

– Это общие слова. Ты была ранена, потеряла много крови, мы всерьёз опасались за твою жизнь…

– Спасибо! – вставила Лера.

– И я не верю, что за сутки всё как рукой сняло. Ранения так просто обычно не проходят… по крайней мере, без вмешательства магии. Так что, повторяю вопрос, как ты себя чувствуешь? – сказал я.

– Да не знаю, – пожала плечами Лера, – ты прав, я ещё далеко не восстановилась… но мне кажется, что это место и в самом деле влияет как-то благотворно. Ведьмы вообще живучие, у нас повышенная регенерация. Да и на магии можем себя поддерживать долгое время тоже… если мана есть!

– Хм! – наморщился я и передвинул табуретку поближе к изголовью кровати, – дай-ка проверю! – я положил руку ведьме на лоб.

Лера не стала противиться, а с любопытством наблюдала за тем, что я делаю.

– У-у-у-у-у-у-у! – протянула я, – да ты практически пустая! У тебя совсем нет маны!

– Конечно! Ведь это же сообщающиеся сосуды! – сказала Лера, – если телу плохо, оно пытается себя поддерживать за счёт магии, а тут мана нужна. А я ещё и в бою хорошо потратилась, почти полностью. В общем, теперь на голодном пайке.

– Ну, вот как раз с этим я могу тебе помочь! – улыбнулся я и просунул ладонь ей под затылок. Тянуть было нечего, и я сразу пустил хороший поток маны, чтобы насытить её побыстрее.

– Мамочки! – простонала Лера, выгнулась дугой, и глаза у неё закатились.

– Что случилось? – я выдернул руку, испугавшись, что ей плохо.

– Продолжай, дурачок! – прошептала она, я секунду поколебался, но потом просунул руку между головой и подушкой вновь.

Да, я совсем забыл про реакцию некоторых девочек на заряжание маной.

Но было и ещё кое-что! Когда я пустил поток в Леру, он хлынул с такой силой, что я и сам этого не ожидал. Раньше так сильно и быстро у меня заряжать никогда не получалось! Если, конечно, не считать индивидуальных методов экспресс-зарядки, но это совсем другая история.

Я накачивал Леру очень быстро и ради эксперимента пробовал менять скорость потока. Я и раньше это мог делать, но сейчас управляемость повысилась. Получалось регулировать количество отдаваемой маны очень точно. И если надо, мог это делать невероятно быстро.

К тому же я обратил внимание, что моя мана убывает медленнее, чем обычно. То ли я её быстро восполняю, то ли общий запас, который во мне помещается, сильно вырос. Это было трудно определить, но в целом было ощущение счастья и контроля над маной. Всё стало лучше, больше, быстрее и эффективнее.

Я вспомнил, как Зоя рассказывала, что у неё стало лучше получаться управлять своими ребятами и сейчас, то, что испытывал я, с этим сильно перекликалось. Я прочувствовал, что она имела в виду.

Эффект оттого, что твои обычные навыки и способности вдруг начинают работать гораздо лучше, был потрясающий! И прежде всего он воздействовал на психику, заряжая уверенностью и поднимая настроение.

– Так вот ты какая, первая чакра! – пробормотал я.

– А? – Лера томно разлепила глаза.

– Отдыхай, это я сам с собой разговариваю! – сказал я и при этом ничуть не лукавил.

– Ну да! Отчего же не поговорить с хорошим человеком! – мягко улыбнулась Лера и снова закрыла глаза.

Леру я зарядил быстро. Быстрее никогда не получалось накачать человека с исчерпавшимся запасом маны.

Ведьма и так не производила впечатление умирающей, а после этого буквально воспрянула духом.

– Теперь я понимаю, почему люди собираются вокруг тебя, – лукаво глядя на меня, сказала она, – а женщин среди них много?

– Хватает! – сказал я неохотно, уже понимая, к чему она клонит.

– И я могу их понять, – сказала Лера и облизала кончиком языка пересохшие губы.

– Ты главное не придумывай лишнего! – сказал я, – есть определённый эффект от заряжания, я про него знаю, и проявляется он не только у тебя. Но я ведь и мужчин заряжаю, при необходимости. Так что…

– Да я поняла, не оправдывайся! – перебила меня Лера, и надо сказать очень вовремя, потому как я не знал, что говорить дальше по этому поводу.

– Лер, скажи, а что у ведьм за дар? Ну, все говорят: ведьма, ведьма… а в чём особенность? В чём уникальность? Что отличает ведьму от не ведьмы? – спросил я.

– Кроме говнистого характера? – усмехнулась Лера.

– Ну, судя по тебе, это тоже не основной отличительный признак, – сказал я, – ведьма может быть и вполне нормальной!

– Яды и проклятия… – зевая, сказала Лера.

– Что? – переспросил я, потому что подумал, будто мне показалось.

– Наша специализация, яды и проклятия, – сказала Лера.

– Но кроме этого и левитация, и магия огня… и, наверное, есть ещё что-то? Почему главным ты называешь яды и проклятия? – удивился я.

– Ты спрашивал про отличительный признак, я тебе его назвала, – сказала Лера, – левитация и огонь, это у многих есть… ну не у многих, но встречается. Но вот проклясть не каждый может!

– Интересно! А ты можешь? – осторожно спросил я.

– Естественно! – хохотнула Лера, – хочешь, прокляну кого-нибудь?

– Нет! Не надо! Погоди, не разгоняйся с этим, – сказал я и нахмурился.

– Что? Передумал уже брать меня в свою компашку? – прищурившись, посмотрела на меня Лера.

– Да нет! Вообще, об этом не думал… хотя, конечно, определённая опасность есть. Вдруг у тебя с кем-то отношения не сложатся, ты ведь его или её проклясть можешь, верно? – спросил я.

– Верно! А твой друг-здоровяк если с кем-то поссорится, то может человека в землю вбить как гвоздь одним ударом, верно? Так в чём разница? – удивилась Лера.

– В скрытности, – сказал я, – проклясть можно тайно, а пришибить человека, это открытая агрессия.

– Ну, с этой точки зрения да, я могу и исподтишка напакостить, – мило улыбнулась Лера, – выходит, всё же не берёшь меня?

– Да погоди ты! Берёшь, не берёшь! – возмутился я, – я тебя беру, но ведь там и другие люди есть, и их опасности подвергать я не собираюсь. Нужно сначала получше тебя узнать!

– Узнавай, я не против! – сказала Лера и рывком отбросила в сторону одеяло, так что оно упало на пол.

Ведьма была абсолютно голая, если не считать повязку на ноге, там, где была рана.

– Да что ж сегодня за день-то такой! – покачал я головой, скользнув по телу ведьмы взглядом. Надо сказать, сложена она была если не идеально, то близко к тому.

– Что, меня кто-то опередил? – надула губы Лера.

– Да, – спокойно сказал я, встал с табурета, обошёл кровать, поднял с пола одеяло и аккуратно укрыл ведьму.

– Вот блин! – расстроено выдохнула Лера.

– Не волнуйся, это не имеет никакого значения. Понимаешь, я занят! – сказал я.

– Для меня это не проблема… – наивно хлопая глазами, сказала Лера.

– Для меня проблема, – сказал я, – так что, больше так не делай. Это не укрепляет нашу дружбу, а наоборот. Поверь, мне твоё внимание лестно, но я вынужден отказаться.

– А кто она? – заинтересовалась Лера, – какой у неё дар?

Я открыл было рот, чтобы ответить, но, вспомнив про дар проклятия, передумал.

– Потом скажу, когда мы узнаем друг друга получше, но другим способом… общечеловеческим, что ли… или лучше сказать, дружеским! – нашёл, наконец, слова я.

– Ты второй раз используешь слово дружба! Мы что же, друзья, получается? – удивилась Лера.

– Да уж не враги! – усмехнулся я, – нас ведь многое уже связывает. Ты меня спасла от смерти, пыталась затащить в постель…

– Забудь! – махнула рукой Лера, – я же просто шутила.

– Я так и подумал, – кивнул я, стараясь сделать это как можно убедительнее.

Ведь причина отказа не важна, он сам по себе может ударить по женскому самолюбию. Наверняка Лера сейчас чувствует некоторую неловкость, после произошедшего… чего не скажешь об Амине! Той, похоже, всё равно. Правда, она значительно старше Леры и через многое прошла. Там психика закалённая… или, наоборот, треснувшая… в любом случае, для неё мой отказ наверняка был ожидаем. Вряд ли она обиделась.

– Когда меня выписывают? – решила сменить тему Лера, – я уже вроде бы нормально себя чувствую… особенно после твоих манипуляций! – подмигнула она мне.

– Не спеши! – сказал я, – давно ты в таких условиях отдыхала? На постели, под одеялом, с нормальной кормёжкой и без страха, что тебя кто-то убьёт?

– По отдельности всё это бывает, но вот чтобы всё сразу, здесь ты прав! Такого давно не было, – сказала Лера, – ну и вообще, конечно, уровень комфорта здесь на высоте! Хотя…

– Что? – напрягся я, чувствуя подвох.

– Они мне всё равно не доверяют… и опасаются! – сказала Лера.

– И их можно понять! – сказал я, – ты ведь сама про репутацию ведьм только что говорила. Было бы странно, если бы они к тебе сразу воспылали любовью.

– Ладно, убедил! – махнула рукой Лера, – поваляюсь ещё! Куда я, правда, тороплюсь?

– Можешь мне поподробнее рассказать про яды и проклятия? – спросил я, – как это работает?

– Хочешь научиться? – лукаво взглянула на меня Лера.

– Да не то чтобы… скорее разобраться, что это такое и с чем это едят. Ты же не единственная ведьма в мире, вдруг схлестнусь с дугой, чтобы знать, к чему готовиться, – сказал я.

– Разумно! – улыбнулась Лера, – но это же небоевые навыки… это больше игра вдолгую. Проклятия нам подвластны, но и их тоже нужно знать и учиться применять.

– Ты знаешь? – сразу в лоб спросил я.

– Знаю! – призналась Лера, – могла бы и не знать… раньше не знала. Но королева ковена считала своим долгом нас обучать. Я у неё многое почерпнула! Она полагала, что чем сильнее каждая из нас, тем сильнее ковен.

– В этом она права! – сказал я, – правда, всегда есть опасность, что если ученики станут слишком сильными, то могут «подвинуть» учителя.

– Она полагалась на свой браслет… и не зря! – сказала Лера, – хрен бы у нас получилось избавиться от её власти, если бы ты её не грохнул!

– Честно говоря, это сделал не я!

– Да? – удивилась Лера, – а кто же?

– Моя близкая знакомая. Он тоже сейчас здесь. Я соврал, чтобы придать себе вес, а потом уже как-то случая не было признаться, – вздохнул я.

– Да, без разницы! – махнула рукой Лера, – ты же там был, значит, участвовал… да и не имеет это никакого значения! Стерва сдохла, туда ей и дорога!

– Так что там с проклятиями? – напомнил я свой вопрос.

– Проклятия, это целая наука! – сказала Лера тоном учительницы, – если ты хочешь знать, как они работают, то это, в общем-то, просто. Тут, конечно, от конкретного проклятья зависит, но обычно в жизни проклятого начинают реализовываться негативные сценарии.

– Поясни-ка, – сказал я, – пока что не очень понятно!

– Ну вот смотри, мы в жизни постоянно делаем выбор, – сказала Лера, – что бы ни делали, куда бы ни шли, чем бы ни занимались, всё время приходится выбирать. И проклятия делают так, что человек постоянно совершает неправильный выбор. Поэтому спотыкается, падает, теряет то, что у него есть, нарывается на неприятности и, в конце концов, собирает вокруг себя столько негатива, что обычно умирает. Может, в результате несчастного случая, а может, и так, от сердечной недостаточности.

– Звучит не очень сложно… и опасно! – сказал я.

– Зря ты его недооцениваешь! – строго сказала Лера, – просто тебе сейчас кажется, что ты сможешь ему не подчиняться и делать всё правильно. Но тогда бы это было не проклятием! Ему нельзя противостоять просто так! Нужно либо снять его, либо применить какие-то встречные контрмеры. Магическая блокировка проклятий существует, но это ещё более сложная наука, чем сами проклятия.

– Ладно, что ещё? – спросил я.

– Это я тебе рассказала про основное, базовое проклятие, – сказала Лера, – когда человека проклинают в общем, без конкретики.

– А бывают и не общие проклятия? – удивился я.

– Конечно! Можно проклясть на что угодно! На здоровье, на отношения, на богатство… в общем, в результате у человека этого никогда не будет. Бывают ещё чёрные проклятья! – зловещим голосом сказала Лера.

– Это ещё что такое? – удивился я.

– Это уже самая настоящая тёмная магия. Внутри человека поселяется чёрная энергия, которая в зависимости от заклинания причиняет человеку вред, – сказала Лера.

– А какой именно вред? – заинтересовался я.

– Да любой! – сказала Лера, – чаще всего магию блокируют. Но могут всё что угодно подселить. Это как внутренняя скрытая программа. Человек может долго жить и даже не догадываться, что проклят. А потом происходит некое событие, и он выполняет свою программу. Может убить кого-то или сам умереть. В общем, страшная штука! И избавиться от неё очень тяжело!

– А ты умеешь избавлять? – спросил я.

– В теории да, – сказала, задумавшись, Лера, – но нужно на конкретный случай смотреть. В идеале, нужно, чтобы проклятие снял тот, кто его наложил.

– А если нет такой возможности? – спросил я.

– Говорю же, разбираться надо! – сказала Лера, – а что, знаешь кого-то проклятого?

– Подозреваю, что много таких, – сказал я, морща лоб.

Мысли, которые пришли мне в голову, требовали тщательного обдумывания.

– Ну, давай, колись, кто там у тебя проклят и как именно ты это понял? – спросила Лера.

– Есть одна девушка, я, когда заряжал её маной, как будто выдавил из неё какой-то сгусток тёмной энергии, – сказал я, – до этого она была лишена магии… точнее, она у неё была заблокирована. А потом, после того как шар вышел, её дар проснулся!

– Так, так, так, продолжай! – Лера так заинтересовалась, даже привстала на кровати, одеяло сползло, и грудь оказалась снаружи.

– Но потом девушка стала угасать и…

– Умерла? – перебила меня Лера.

– Нет! Впала во что-то вроде комы… или летаргии… в общем, она в каком-то анабиозе! – сказал я.

– Интересно! – Лера откинулась назад и заложила руки за голову. Грудь так и осталась снаружи, прикрывать она её не стала, – очень интересно! – повторила она, – интересно как то, что тебе удалось проклятие из неё выбить, так и то, что она осталась жива!

– Как думаешь, можно её разбудить? – спросил я.

– Наверняка, – сказала Лера, – если человек жив, то можно всё что угодно. Но вот только не каждый может это сделать.

– Ты можешь? – спросил я.

Но ответить Лера не успела, потому что Барбинизатор сотряс взрыв!


## 6. Пробный шар


– Оставайся здесь! – крикнул я, выбегая из палаты.

– Размечтался! – донеслось мне в ответ.

На улице было много дыма, под ногами хрустели обломки, но паники у обитательниц Барбинизатора заметно не было. Все делали то, что должны были делать. Попадавшиеся мне на глаза девочки бежали куда-то с оружием, наверняка занимать свои позиции. Ведь если они сидят здесь в обороне, наверняка эти алгоритмы давно расписаны. Магдалина производила впечатление опытного руководителя.

Короткие выкрики и распоряжения командиров отделений только подтверждали это. Сейчас я ещё более ясно увидел, что внутри Барбинизатора, несмотря на кукольный антураж, царит жёсткий распорядок и дисциплина. В общем, девочки молодцы!

Я побежал туда, где, судя по всему, произошёл прорыв.

– Назад! – раздался чей-то знакомый голос, я обернулся и увидел Дашу.

– Я могу помочь! – крикнул я.

– Спрячься за угол! – крикнула она, – ты на линии огня!

Я послушался, хотя никакого огня не было, кроме того, что остался после взрыва. Никакая стрельба не велась, никто не нападал. Ни криков штурмующих, ни вообще какого-то внешнего движения. Только Барби, спешащие на свои боевые позиции.

Я вскоре понял, о чём говорила Даша. Дым потихоньку рассеивался, и то место, где я находился, оказалось напротив дыры, образовавшейся в стене Барбинизатора. Если бы с того берега начали стрелять целясь в эту дырку, то шальная пуля вполне могла бы попасть и в меня.

– Что случилось? – услышал я рядом голос Бори, который тоже прибежал на шум.

– Они всё же устроили взрыв, – сказал я, – видимо, не всю взрывчатку мы у них уничтожили!

– Жаль! – расстроено покачало головой Боря, – и что же теперь будет?

– Не знаю, – сказал я, – но пока что вроде тихо. Хотя это может быть затишьем перед бурей. Интересно, как они смогли подобраться со взрывчаткой к самым стенам?

Мы с Борей решили не мешать девочкам работать, но сами находились поблизости, будучи готовыми вмешаться, если понадобится.

– Не такие уж и прочные стены здесь, выходит? – сказала Лера, появившись неожиданно из-за широкой Бориной спины.

– Зря ты встала, – сказал я, – пока что всё спокойно, иди отдыхай!

– Всё нормально! – усмехнулась Лера, – я в бой не рвусь, но и не хочу, чтобы меня схватили тёпленькой в постели, если случится штурм.

– Не думаю, что тебя так просто схватить, независимо от того, где ты, в постели или на своей метле!

– А где она, кстати? – оживилась Лера и начала озираться, как будто надеясь увидеть свой транспорт.

– Потом спросим, не думаю, что с метлой что-то случилось. Сюда её мы точно принесли, – сказал я.

– А, ну тогда ладно, – успокоилась Лера, – а то где я новую метлу найду?

Я увидел, что к нам направляется одна из девушек, она явно хотела что-то сказать.

– Магдалина ждёт мужчин для разговора, – сказала она, приблизившись, – ведьму она просит вернуться в палату, она ещё не полностью поправилась, – повернулась девушка к Лере.

– И там за мной проще присматривать! – скептически заметила Лера.

– Иди отдыхай! – в очередной раз сказал я, – не упускай шанс поваляться в комфорте. Скоро ты об этом будешь только мечтать, но возможности такой уже не будет.

– Почему это? – удивилась Лера.

– Потому что ты познакомилась со мной! – развёл я руки в стороны.

Лера усмехнулась, но не стала спорить и направилась в сторону своей палаты. Мы же, вслед за Барби, пошли на приём к Магдалине.

Нас привели в одну из самых высоких башен Барбинизатора. Не думаю, что здесь был кабинет начальницы, скорее один из наблюдательных пунктов. Потому что открытая всем ветрам комната на самой верхотуре явно была приспособлена для наблюдения.

Крыша там была, но вот окон как таковых не было. Только шесть опор, на которых эта самая крыша и покоилась.

Магдалина стояла возле парапета, скрестив руки на груди, и задумчиво смотрела на пролом в стене. Дым уже практически полностью рассеялся, только в некоторых местах ещё продолжало что-то гореть и чадить, но в целом было всё очень хорошо видно.

– Штурм так и не начался? – спросил я, подходя к Магдалине и вставая рядом. Боря расположился чуть поодаль, предоставив нам возможность поговорить.

– Его и не планировалось, – сказала Магдалина, – по крайней мере, сейчас. Они просто попробовали наши стены на прочность, и оказалось, что они им вполне по зубам. Честно говоря, для меня это явилось неожиданностью. Я полагала, что Барбинизатор, более прочная структура.

– А сами вы его на прочность не испытывали? – удивился я.

– Как? Нужно было самим начать его взрывать и рушить? Это же святотатство! – серьёзно сказала Магдалина, – нам такое даже в голову не пришло!

– Остаётся открытым вопрос, сколько у них взрывчатки, – сказал я.

– Надо исходить из того, что достаточно, – сказала Магдалина, – благодаря вам, меньше, чем могло бы быть, но думаю, даже если им будет мало, они найдут, где взять ещё.

– С этим согласен! – вздохнул я.

– Твои слова подтверждаются, – сказала Магдалина, – совершенно очевидно, что они хотят с нами покончить, и сохранность кристалла их больше не интересует.

– С ним всё в порядке? – спросил я.

– Да, он под землёй, и этот взрыв не причинил ему вреда. Но кто знает, что будет дальше? – вздохнула Магдалина.

– Что думаешь? – спросил я, – может быть, плюнуть на этот кристалл и прорваться с боем на свободу?

– Эти разговоры мы ведём постоянно! – грустно улыбнулась Магдалина, – и всегда всё сводится к тому, что кристалл, это наша жизнь и предать мы его не можем! Для нас это значительно больше, чем вновь обретённая молодость и здоровье. Это наша святыня, если хочешь! Так было не всегда, но постепенно мы очень сплотились вокруг него и оставить кристалл, а тем более уничтожить его, для нас просто немыслимо!

– Это… заслуживает уважения! – сказал я осторожно, потому что пока не вполне разделял упёртую убеждённость Барби. Магдалина это почувствовала, прямо на меня посмотрела и сказала:

– Мы никого здесь не держим силой! Каждый вправе уйти, когда ему вздумается. И это касается не только вас, но и любой из девочек. Но те, кто останется, будут обороняться до последнего!

– Мне кажется, это ошибочная тактика, – сказал я, задумчиво почёсывая подбородок.

– Что ты имеешь в виду? – взглянула на меня Магдалина, – что именно ошибочно?

– Игра от обороны! – сказал я, – вы так по-любому проиграете. Как ты и сказала, если им чего-то будет не хватать, они найдут, где взять ещё. А ваши ресурсы будут постоянно таять. Все войны ведутся на истощение. Кто первый сдулся, тот и проиграл. В таком раскладе у вас нет шансов. Вам нужно самим атаковать! Играть от нападения!

– Ха! – усмехнулась Магдалина, – думаешь, мы не пытались? Да и вас нашли как раз во время таких вылазок. Но у нас слишком ограничены возможности.

– Ну да, были ограничены, – сказал я, – пока с вами не было нас. Ещё не дойдя до Барбинизатора, мы уничтожили два больших отряда чёрных и обоз со взрывчаткой. Можно считать это случайностью, но это факт! Мы их сразу пощипали.

– И что ты предлагаешь? – внимательно на меня глядя, спросила Магдалина.

– Пока не знаю, – сказал я, – нужно больше данных и тогда уже составлять план. Но я абсолютно уверен, что нужен решительный и обескураживающий удар. Мы должны так им врезать, чтобы они ещё долго в себя прийти не могли.

– Пока что это общие слова, – сказала Магдалина, – не вижу возможностей, как именно это сделать.

– Что-нибудь придумаем, – уверенно сказал я, – нельзя играть с ними в перепасовку. Они взорвали стену, мы взорвали что-то у них. Сейчас психологическое преимущество на их стороне. У них получилось проломить дыру, они наверняка чувствуют душевный подъём. А вы, наоборот, обескуражены и подавлены, это тоже чувствуется. Ситуацию надо перевернуть с ног на голову!

– И я по-прежнему не слышу конкретных предложений! – сказала Магдалина.

– Поделишься разведданными, будут и конкретные предложения, – сказал я.

– Можно? – Раздался от лестницы возбуждённый голос одной из девочек.

– Что-то срочное? – обернулась к ней Магдалина.

– Да… – начала девушка, но нерешительно посмотрела на нас с Борей, сомневаясь, можно ли докладывать начальнице при гостях.

Магдалина тоже об этом подумала, секунду поколебалась, и всё же кивнула.

– Говори смело, это наши друзья!

– Дыра затягивается! – еле сдерживая радость, сообщила девушка.

– Это точно? – спросила Магдалина, пока ещё не веря в такое счастье.

– Да, мы сразу заметили, но хотели убедиться! Теперь уже уверены, она зарастает и довольно быстро! – девушка уже не сдерживалась и почти кричала от переполнявших её эмоций.

– Сколько времени займёт полное восстановление? – спросила Магдалина.

– Ну, не настолько быстро, чтобы прям сразу закрыться, – немного сникла девушка, – но мы попытались прикинуть скорость, за стуки должна затянуться.

– Сутки… – покачала головой Магдалина, – это долго!

– Нормально! – сказал я, – главное, что она зарастает! Ты подумай, чёрные могли бы периодически пытаться подорвать ваши стены, и со временем они бы превратились в решето. Но если они будут зарастать, то деятельность чёрных будет как сизифов труд. Постепенное давление потеряет смысл.

– И обретёт смысл мощный одновременный удар со всех сторон, – вздохнула Магдалина.

– Мы как будто играем в оптимиста и пессимиста, – улыбнулся я.

– Да, – не стала спорить Магдалина, – так можно лучше разобрать ситуацию. Когда все на позитиве или все на негативе, об объективности можно забыть. Лучше разделять роли. Я почувствовала от тебя импульс уверенности и инициативы и решила занять противоположную позицию.

– Здорово! – не удержался и сказал Боря.

– А я-то думаю, что ты всё в чёрном свете видишь! Понятно, что ситуация не простая, но уныние не помогает побеждать, – сказал я.

– Можешь идти! – сказала Магдалина посланнице, и та с облегчением начала спускаться по лестнице, потому что при нашем разговоре чувствовала себя неуютно.

– Так что будем делать? – спросил Боря.

– Сейчас Магдалина расскажет нам, что ей известно, и мы решим, – сказал я, – расскажет ведь? – повернулся я к начальнице Барбинизатора и подмигнул ей.

– Расскажет, – улыбнулась та.

На самом деле Барби знали не многое. Разведка у их работала хорошо, но за последние полтора суток, как раз начиная с момента, когда мы с Аминой лазили по Измайловскому парку вокруг стадиона, очень многое изменилось. И менялось постоянно, так, что они не успевали отследить эти изменения. Так что количество отрядов противника, их величина, и чем они располагают, было толком неизвестно. Но народу по лесу лазило немало.

Покидать Барбинизатор становилось всё опаснее и опаснее, что заставило Магдалину сильно сократить количество разведывательных групп. Но, конечно, не отменить разведку совсем. Некоторые девочки и сейчас находились в лесу, пытаясь отслеживать передвижения чёрных. Только вот рассказать о том, что узнали, они смогут только ночью, потому что сейчас преодолевать открытое пространство между лесом и островом стало смертельно опасно.

Мы вчера ещё чудом проскочили, видимо, благодаря царившему в лесу хаосу, но потом, там появились снайперы, и пробегать так, как мы, стало просто невозможно.

Кстати, Мила со своей группой, первые встреченные нами Барби, сейчас находились в лесу.

Мы перебрались в кабинет Магдалины и начали мозговать, склонившись над картой. Информации было слишком мало! Да, можно было полезть в лес наобум, но в таком случае был риск нарваться на крупные силы и геройски погибнуть. А мы планировали геройски выжить!

– Всё забываю спросить, – сказал я Магдалине, – а как же им удалось среди бела дня подобраться так близко к крепостной стене? Их что, не заметили на подходе? Почему не подстрелили?

– Потому что всё было не совсем так! – ответила она.

– А как? – спросил я, – расскажи, чувствую, это важно!

– Из воды выполз большой паук, быстро подбежал к стене, раздался выстрел и паук взорвался, – сказала Магдалина, – примерно такая цепочка событий. Две девочки, которые дежурили недалеко от того места, сейчас в лазарете. Выжили, но пострадали сильно.

– Погоди, погоди, – остановил я её, – твоих девочек жаль, но давай поподробнее про момент взрыва. Насколько большой был паук?

– В высоту метра два, – сказала Магдалина, – но это был не живой паук… это было больше похоже на механизм… судя по рассказам девочек. Сама я, естественно, не видела его. Всё слишком быстро произошло.

– Механизм? Но сделать движущегося паука, да ещё и водонепроницаемого, задачка, надо сказать, высокотехнологичная. Под силу ли это кому-нибудь в наше время? – скептически заметил я.

– Да, это странно, – согласилась Магдалина, – и он высокотехнологичным, как ты говоришь, не выглядел. Как будто его собрали из всякого хлама. Какие-то железки, трубы, палки, а в середине большой шарообразный контейнер. Но всё это в целом выглядело как паук и двигалось как паук.

– Чёрт, это же голем! – хлопнул я себя ладонью по коленке.

– Что? – уставилась на меня Магдалина, – ты с таким сталкивался?

– Не просто сталкивался, – усмехнулся я, – у нас такая штука есть! Ну, или была… – поправился я, вспомнив виденную мной груду металлолома в промке, когда мы шли через неё с Аминой уже после того, как её все покинули, – возможно, мы её утратили… точнее, его!

– Можно поподробнее? – сказала Магдалина.

– В общем так, это не совсем механизм. Это магическое неодушевлённое существо, – сказал я, – но в основе должен лежать труп… тело мертвеца! Некромант может взять этого мертвеца под контроль, а его сущность, в свою очередь, становится сущностью голема. В общем, некромант управляет этим големом удалённо, как в компьютерной игре. По крайней мере, у нас так было. Не знаю, может быть, есть и другие способы создавать големы и управлять ими, вполне возможно, что да… наверняка да! – я задумался.

– Ты что-то вспомнил? – после небольшой паузы спросила Магдалина.

– Да, – кивнул я, – у нас големом управлял некромант, но мы этот голем нашли и захватили. Он пытался нас убить сначала. И тогда, вполне возможно, им некромант не управлял напрямую, а голем просто выполнял поставленную задачу. Может быть, есть и такой вариант. Но то, что паук был големом, я практически не сомневаюсь.

– Почему? – спросила Магдалина.

– Описание уж больно подходит, – сказал я, – голему ведь механизмы не нужны, он при помощи магии удерживает свои части вместе. Да и двигается тоже. Вместо тела у него был резервуар со взрывчаткой, скорее всего, такого же типа, как мы подорвали в лесу. Она взрывается от попадания пули.

– И ещё, мы так и не поняли, откуда этот паук взялся! – сказала Магдалина, – к реке он не подходил. Никто этого не видел!

– Это вообще элементарно! – сказал я, – он мог залезть в воду ночью и сидеть там, пока не получил команду выбираться. Говорю же, ему всё равно на внешние воздействия. Что вода, что воздух, им магия управляет.

– А взрывчатка воды не боится? – подал голос Боря.

– Понятия не имею, – сказал я, – но они могли её герметично упаковать, так что вода туда не попала. А потом одна пуля, и всё! В Барбинизаторе дыра!