Кристина Петковска
Сутки на вечность

– Значит, ты джинн?

– Ну… это как посмотреть. Чтобы тебе было проще – называй меня Карин.

– Это твоё имя?

– Не-е-е-ет. Слишком сложно для твоего понимания, человек. Я говорю: называй меня просто Карин. И не задавай лишних вопросов, если не желаешь сойти с ума.

– Хорошо, – солдат достал бензиновую зажигалку, щёлкнул, закурил, вдохнул ядовитый дым.

– Что тебе нужно, Карин?

Джинн в образе человека стоял перед ним: статный, высокий, неподвижный, словно камень. Казалось, его не смущали ни отвратительный запах сигарет, ни грязная обстановка вокруг.

– Месяц назад ты спас сослуживца. Тогда, на задании…

– И ты хочешь исполнить мои три желания? – солдат выдавил из себя смех, от которого самому стало тошно, и закашлялся.

– Нет. Я хочу, чтобы ты меня дослушал.

– Я не буду говорить об этом задании, – его тон стал жёстче. – Что тебе нужно?

– Какие вы всё-таки грубые, люди, – Карин достал из кармана жетон спасённого сослуживца и протянул собеседнику.

Парень в военной форме взял металлический брелок, покрутил. Ничего особенного. Жетон как жетон.

– Желания я исполнять не умею. Это сказки. Зато могу воскресить одного человека, кого пожелаешь.

«Воскресить…. За что такая мне награда?» – подумал солдат, глядя на предмет в руке.

– За то, что спас. Он не должен был оказаться там и не должен был погибнуть. Но обстоятельства сложились совсем не так. Мне следовало быть с ним. Ты сделал мою работу.

То ли джинн прочитал мысли, то ли просто совпало. Солдата уже мало что удивляло. Его больше волновал вопрос: почему жетон у него, а не у того, кого он спас? Нехорошо.

Карин наблюдал за человеком. Он видел перед собой спокойного, возможно, равнодушного солдата. В его взгляде не читалось ничего: ни боли, ни страха, ни радости, ни горя. Человек только что услышал, что может воскресить кого-то… А он – будто ничего не произошло.

– Ладно, джинн. Так и сделаю.

– Я – Карин! И… ты даже не попросишь доказать, что я тот, за кого себя выдаю?

– Да нет, зачем? Если это правда – хорошо. Если нет – ну и ладно.

Сигарета почти догорела. А Карин всё искал в нём хоть тень эмоции. Впустую.

– У жетона есть срок. Я не такой всемогущий. Сколько тебе нужно на раздумья? Неделя? Две?

– Сутки.

– Сутки? Почему сутки?

– Чем больше думаю – тем больше ошибок совершаю, поэтому сутки.

Карин коснулся цепочки жетона, и солдата будто кольнуло током.

– Через двадцать четыре часа положи его на фотографию выбранного человека. Время пошло.

С лёгким поклоном Карин удалился.

Парень остался один. Несколько секунд он смотрел в ту сторону, куда ушёл Карин. Пусто. Ни звука, ни запаха. Даже пепел с сигареты не упал. Солдат затушил окурок о холодные ступени, сунул жетон в карман и растерялся: «Если это и вправду джинн? А если я и вправду могу воскресить кого угодно, то кого?»

Рядом с Карином было проще – мысли под контролем. Но стоило остаться одному, да ещё и с «вопросом», кого воскресить… Нет, это была не паника, это был настоящий внутренний торнадо. Смерч мыслей, воспоминаний, лиц, голосов. Будто взломали старый гараж, полный до краёв воспоминаний, и всё это обрушилось разом – без предупреждения.

Снова достал жетон, покрутил. Маленький серый кусок металла, а весил как целая жизнь. Или смерть.

Он всегда считал себя уравновешенным. Холодным, когда нужно. Но не сейчас. Выбирать – значит судить. А кто он, чтобы решать, кто достоин второго шанса?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.