# Сатана и Санта: Хэллоуин

Екатерина Гейзерих

Когда Санта решает отпраздновать Хэллоуин в аду, Сатана понимает, что это будет худшая идея за всю историю преисподней. Второй рассказ из ироничной серии про приключения Сатаны и Санты – история о вечеринке, которую не планировал никто, кроме одного упрямого Деда Мороза. В аду загораются тысячи тыкв, Лилит берет дело в свои руки, Пасхальный Кролик объявляет войну празднику, а сам князь Тьмы внезапно сталкивается с самым страшным из демонов – страхом, что к нему никто не придет. «Сатана и Санта: Хэллоуин» – это теплое и смешное взрослое фэнтези о дружбе, одиночестве, любви и о том, что иногда даже дьяволу нужен праздник. Немного магии, немного философии, много юмора и очень уютный ад, в который неожиданно хочется заглянуть.

– Интересно, где тут звонок…

Санта осматривал гладкие кирпичные стены и водил по ним руками. Он искал уже некоторое время, старался не раздражаться, но по щекам, что сливались с его новогодним костюмом по цвету, уже было ясно – Санту раздражали сложные задачи. Устав искать, он ударил огромным кулаком по стене и зарычал:

– Есть кто дома?

Рядом мгновенно возник бес. Он держал поднос, на котором стоял наполненный молоком до краев ледяной стакан.

– Вас ожидают, – сухо произнес бес.

– Если меня ждут, то где чертов звонок? – взорвался Санта. Он схватил молоко и залпом выпил. Затем он разбил стакан о скалистый пол. Лед мгновенно испарился, и в воздух взвилось облачко пара.

– Никто не попадает в ад добровольно, мистер Клаус, – поклонился бес и двинулся вдоль стены, спрятав поднос за спину. Санте ничего не оставалось, как следовать за ним.

***

Худой, измазанный сажей, зажатый обстоятельствами и жарой, измученный вечными заботами, князь Тьмы и Преисподней, властитель мертвых и грешных душ, его сиятельство Люцифер сидел за столом. Рабочий день был в самом разгаре. Люций буднично перетасовывал бумаги, вдумчиво разглядывал каждую и время от времени подносил палец к губам. Листы, покрытые вековой пылью, от которой уже и не пытались избавиться, застилали стол ровным слоем. Сквозь витражи пробивался ровный алый свет, что играл на постозных скулах Сатаны, высекая интеллигентные черты из мрамора его лица. Царила пронзительная тишина: даже грешники по ту сторону огненной реки не плакали и не каялись. Вероятно, наступила осень…

– Бом! – напольные часы нарушили покой потаенного уголка.

– Гость? Как странно… – Сатана поднял взгляд на циферблат и прищурился. – Я ожидал грешников не раньше четверга.

– Люций! – Санта, не дав хозяину встать, заключил заклятого друга в объятия. Люцифер безвольно обмяк в широких плечах гостя.

– Он значился в списке «Пускать без разрешения», ваше темнейшество, – учтиво склонился бес. – Я выполнил все требования. Прошу учесть: со льдом было непросто.

– Можешь идти, Вельзевул, – кивнул Сатана. Он всё ещё тонул в огромной , жаркой, красно-белой шубе.

– Вам нужна поддержка, милорд? – бес недовольно повел бровью, косясь на чрезмерно дружелюбного гостя.

– Потом. Я позову, – Люций с трудом выскользнул из объятий Санты и отряхнулся.

Черный спортивный костюм Сатаны из-за работы под землей был весь в глине и пыли. На куртке четко отпечатались огромные ладони Санты. Пока Сатана стряхивал следы встречи, гость устроился на широком бархатном стуле у стола.

– Да, конечно, присаживайся… – спохватился Люцифер. Он оторвался от костюма и щелкнул пальцами. На столе появились напитки.

– Хо-хо, от какао я, пожалуй, откажусь. Ты бы градусник завел, – Санта добродушно хохотал в голос.

– Ещё молока?

– И льда. Хоть твой краснокожий поганец и ворчит на работу, мне чертовски нужно охладиться!

Санта несколько раз повторил «чертовски», хохоча и радуясь каламбуру. Люций кисло улыбнулся. В следующее мгновение в книжном шкафу заскрипела потайная дверь. Бес внес на подносе холодное молоко и так же молча удалился. Сатана и Санта схватили бокалы. Не чокаясь, сделали по глотку. Помолчали. Потом ещё помолчали. И ещё немного. Наконец заговорил Люций:

– Я рад, что ты здесь.

– И я рад. Жаль, что вы с Ним… – улыбнулся Санта.

– С ним? – не понял Люцифер.

Санта Клаус поднял палец к небесам.

– А, с Ним… – вздохнул Люций. – Кто-то должен делать грязную работу.

Санта кряжисто поднялся и прошелся по кабинету.

– Знаешь, сейчас ведь октябрь.

– Верно, – Люцифер следил за другом, расхаживавшим из угла в угол. Санта сцепил руки и вертел большими пальцами в воздухе. Его шаги слились с тиканьем часов в один метроном: тик-так – шаг, тик-так – шаг. Похоже, Санта пришел не просто так – явно хотел что-то сказать. Хотя кто спускается в ад без уважительной причины? Не мог же он явиться только затем, чтобы напомнить про октябрь.

– Мы отлично провели Новый год, не находишь? – продолжал Санта ходить вокруг да около. – В Мурманске эко нас хватило!

– Согласен. То приключение до сих пор греет мне сердце. Дети были очень довольны подарками, и даже Лилит нашла меня посвежевшим, хотя от жары у меня отекает лицо…

Санта остановился и растерянно посмотрел на Люцифера. Видимо, Люций и правда считал Санту другом, раз вдруг пустился в подробности. Сатана тоже смутился от собственной болтливости, но был рад хоть кому-то это сказать.

– Значит, ты согласен? – радостно воскликнул гигант в красно-белой шубе.

– Согласен, что было весело? – не понял Люцифер.

– Ха! На повтор.

– В смысле – вновь поработать вместе на Новый год? В принципе…

– Да нет же. У тебя самого скоро праздник.

Люцифер нервно глянул на календарь. Там стройными рядами тянулись сплошные черные даты без выходных, а четверги были обведены кружками.

– Мой праздник? – глухо переспросил он.

– Хэллоуин, – Санта закатил глаза к потолку. – Ты что, вообще ничего не празднуешь?

– День рождения детей, – как будто оправдывался Люцифер.

– День?

– Ну да. Зачем праздновать все вразнобой, если можно праздновать все сразу в один день?

– Вы правы, милорд. Даже один день требует немалых трудов, чтобы устроить достойную вечеринку для наследников, – в кабинете вновь бесшумно возник бес. Он пришел за пустыми бокалами, явно сторонясь Санта-Клауса.

– Один день рождения и Новый год, – печально подытожил Санта.

– В Новый год мы дарим подарки с утра, но половину рабочего дня я всё же…

– Хватит, Люций, – перебил его Санта-Клаус. – Я пришел, чтобы отпраздновать Хэллоуин. У меня уже глаза на лоб лезут от скуки: эльфы по уши в работе, олени начищены до блестящих задниц. Снегурочка куда-то уехала. Отпразднуем Хэллоуин, а?

– При чем тут я? – удивился Люций.

– Может, ты не в курсе, но Хэллоуин считается твоим праздником, – щеки Санты вновь налились кровью: он терял терпение.

– Вельзевул? – Сатана вскинул бровь на расторопного беса.

– Да, милорд. На Земле люди переодеваются в нечисть и выпрашивают конфеты, – ответил тот.

– Зачем? – всё ещё не понимал Люций.

– Потому что это ВЕСЕЛО! – ещё раз взорвался Санта. Затем, переведя дыхание, он облокотился на стол и обратил взор на огромный огненный шар в мерцающе-оранжевом небе преисподней.

– Никогда не понимал людей, – Люций покачал головой из стороны в сторону. Он щелкнул пальцами на бумаги, чтобы бес забрал их и убрался восвояси. – Так ты говоришь, ещё одна вечеринка в году? Давай посмотрим.

Князь Тьмы достал из ящика пыльный ежедневник. Он облизнул палец, чтобы отвернуть первую страницу, и стал внимательно изучать расписание следующего месяца. Дочитав до конца, Люций перевернул страницу. Санта Клаус закатил глаза в третий раз. Милая шалость уже казалась ему наказанием за какой-то прошлогодний грех. Не нужно было лишний раз подгонять оленей хлыстом, вестимо.

– Сегодня вечером, Люций. Сегодня Хэллоуин. Всё, что я от тебя хочу, – тут Санта направил указательный палец на длинный бледный нос Люцифера, – это организовать доставку приглашений. Переодеваться не надо, ведь ты уже сам Сатана. Позови бесов, добавь немного украшений. И дай своим детям сладости. Ты же можешь хоть немного расслабиться?

Люцифер бросил быстрый взгляд на ежедневник, вздохнул и отложил толстую черную тетрадь.

– Конечно, могу, – глухо отозвался он. – Только расскажи ещё раз, поподробнее: что там люди на Земле делают в мою честь и почему это весело?

***

Черти не любили праздники. В праздники прибавлялось работы: люди забывали о вере, грешили, умирали, а потом ещё ругались в очередях в ад и вопили из‑за распределения. То котёл слишком горячий, то котёл слишком холодный, то, видите ли, грешник вообще хотел не котёл, а кастрюлю. Молодёжь кривлялась и язвила: «Прошлый век у вас тут». Чертей расстраивало такое отношение к их работе, ведь не было сотрудников порядочнее, чем служащие ада под руководством Люцифера. Их труд был ювелирно настроен по часам – но нет, люди умудрялись ещё на что-то жаловаться.