Наталия Королева
Нулевой Актив

В 2025 году, когда Земля задыхалась от перенаселения и экологических катастроф, а элита человечества смотрела на звезды с надеждой на спасение, частная космическая станция "Олимп" стала символом новой эры. Построенная на орбите Земли усилиями самого богатого человека планеты, Маркуса Вебера – гения технологий, чье состояние превышало ВВП средней страны, – эта станция была не просто космическим отелем. Она была крепостью для избранных: миллиардеров, магнатов и визионеров, которые собирались здесь раз в квартал на "Саммит Будущего". Здесь обсуждались прорывы в ИИ, генетике и колонизации Марса. Здесь заключались сделки, способные перевернуть мир. И здесь, под покровом звездного неба, плелись интриги, где власть и жадность переплетались с моральным упадком.

Маркус Вебер, сорокалетний титан индустрии, с лицом, высеченным из гранита, приветствовал гостей в главном офисе станции. "Олимп" – это не место для слабаков, – любил повторять он. Станция была шедевром: модули из наносплавов, искусственная гравитация, панорамные иллюминаторы, открывающие вид на Землю.

На саммит прибыли двенадцать гостей: начиная от американского нефтяного магната Элиаса Крейна, чьи танкеры все еще бороздили океаны вопреки запретам, до китайской технологической королевы Лин Сюй, чьи дроны контролировали полмира. Среди них – русские олигархи, европейские инвесторы и даже один эксцентричный австралийский медиамагнат, известный своими скандалами.

Саммит начался традиционно: банкеты с синтетическими деликатесами, генерированными на борту, дискуссии о "нулевом активе" – мифическом ресурсе, который, по слухам, мог дать бессмертие или абсолютную власть. Никто не знал, что это такое точно: искусственный интеллект, способный предсказывать будущее? Генетический код, обещающий вечную молодость? Или что-то еще более темное – ключ к контролю над мировыми финансами? Гости шептались, что Маркус уже близок к его открытию, и этот саммит – шанс войти в долю.

Но в ночь января, когда Земля внизу праздновала Новый год, атмосфера изменилась. Один из гостей, британский банкир лорд Хьюго Фитцджеральд, был найден мертвым. Его тело, в элегантном смокинге, парило в вакууме за пределами станции – выброшенное через аварийный шлюз. Камеры зафиксировали лишь смутную фигуру в скафандре, но лицо убийцы скрывалось под шлемом. Станция была изолирована: протокол безопасности Вебера требовал полной изоляции при угрозе, и теперь никто не мог покинуть "Олимп" без разрешения. Паника нарастала, но Маркус сохранял спокойствие. "Это несчастный случай, – заявил он. – Или самоубийство. Мы разберемся".

Однако Европол не согласился. На станцию экстренно прибыла инспектор Ева Росс – тридцатипятилетняя легенда, лучшая в расследованиях космических преступлений. Ева, с короткими рыжими волосами, шрамом на щеке от старой раны и глазами, видевшими слишком много смертей, была специалистом по "космическим аномалиям". Ее карьера началась с расследования теракта на Луне, где она спасла колонию от катастрофы. Теперь, в тесном кабинете Вебера, она изучала записи: лорд Фитцджеральд был убит не случайно. Токсикологический анализ показал следы редкого яда – вещества, доступного только в лабораториях "Олимпа". Кто-то из гостей знал, как его синтезировать.

Запертая с группой сверхбогатых – подозрительных, амбициозных и готовых на все, – Ева начала расследование. Ее оружием были не пистолеты, а логика и интуиция. "Здесь каждый – потенциальный убийца, – думала она, глядя на гостей за ужином. – И каждый имеет мотив: власть, деньги, 'нулевой актив'".