# Запретный плод дважды 2

Виктория Романова

Их мир, наконец, обрёл краски. Каждый взгляд – искра, каждое прикосновение – обещание. Огонь страсти пожирал всё на своём пути, и казалось, вот оно, долгожданное счастье, до которого можно буквально дотянуться рукой. Они уже готовы были сжечь за собой все мосты…

Но судьба приготовила им последний удар.

Из прошлого, словно призрак, возникает она. Девушка, чья новость разбивает мир на осколки. Всего одно слово, один безжалостный факт – «беременна» – и имя, которое звучит как приговор: от Диониса.

В одно мгновение рушится всё. Доверие, мечты, планы на будущее – всё летит в тартарары. Любовь, которая казалась сильнее всего на свете, снова оказывается на краю пропели. Сможет ли их чувство пережить этот ураган? Или эта новость навсегда разделит их?

## Глава 1


Первый поцелуй на левой груди – нежный, почти робкий. Его губы касаются ореола, словно пробуя на вкус, а язык осторожно проводит по контуру. Правой рукой он продолжает ласкать другую грудь слегка сжимая.


– Дионис… пожалуйста… – мой голос звучит чужим, сдавленным от нахлынувших чувств.


Он понимает. Губы захватывают сосок, и я вздрагиваю, чувствуя, как горячая влага его рта обволакивает его. Язык кружит вокруг, то ускоряясь, то замедляясь, а зубы слегка задевают кожу – достаточно, чтобы вызвать сладкую боль. Всё внутри сжимается, пульсируя в такт его движений.


– Да… вот так… – выдыхаю я, а его свободная рука скользит вниз, обхватывая моё бедро, и через секунду прикасается к моим трусикам, заставляя меня вздрогнуть от новых ощущений.


Он переключается на другую грудь, и я ловлю себя на мысли, что наблюдаю за ним словно со стороны: капля пота на виске, напряжённые мышцы спины под тонкой рубашкой. Он снимает её резким движением, и я наконец касаюсь его кожи – горячей, слегка влажной.

– Ты… – начинаю я, но он прерывает меня, прижимаясь губами к животу.


Его поцелуи спускаются ниже, оставляя огненный след. Каждый нерв в моём теле кричит, предвкушая, что будет дальше. Но Дионис останавливается у края трусиков, его пальцы замирают на кружевной ленте.


– Можно? – он смотрит снизу вверх, и в его глазах я вижу смесь желания и преданности, как у воина, готового служить своей королеве.


– Ты же знаешь ответ, – улыбаюсь я, приподнимая бёдра, чтобы помочь ему снять последнюю преграду.

Он делает это медленно, целуя внутреннюю сторону бедра, и я чувствую, как дрожит его рука. Когда его губы наконец касаются самой сокровенной части меня, я вскидываю голову и не могу сдержать стона. Он не торопится. Каждое движение его языка – как штрих художника, выписывающего узор на самом краю реальности.

– Ты вкуснее, чем я представлял, – его голос вибрирует от волнения, и я содрогаюсь, чувствуя, как нарастает волна.

Сначала это едва уловимые касания, будто перо, скользящее по мокрому шёлку. Клитор пульсирует под его губами, отзываясь на каждое круговое движение, мои ногти впиваются в ладони не в силах выдержать эту сладкую пытку. Его дыхание горячее, прерывистое, смешивается с моим, создавая ритм, под который танцует всё тело.


– Так нежно… – вырывается шёпот, но он заглушается стуком сердца в висках.


Язык становится смелее. Он обводит чувствительный бугорок, сначала медленно, словно вымеряя границы, затем настойчиво, заставляя мышцы живота дёргаться в такт. Губы смыкаются вокруг него, и я вздрагиваю, чувствуя, как мягкое посасывание вытягивает из меня волны тепла. Он играет с силой, то ослабляя хватку, то усиливая, пока я не начинаю метаться, не в силах решить – просить остановиться или требовать больше.


– Дионис… – зову я, но имя теряется в хриплом дыхании.


Его палец скользит вниз, едва касаясь влаги между ног, и я замираю, предчувствуя. Первое прикосновение к входу – лёгкое, вопрошающее. Он входит без сопротивления, погружаясь в тепло, и я кричу, дугой выгибаясь на постели. Палец движется медленно, с изматывающей нежностью, а его большой палец тут же находит клитор, продолжая круговой массаж. Двойная стимулия сводит с ума – я хватаюсь за его волосы, не зная, притянуть ближе или оттолкнуть, чтобы перевести дух.


– Ты… ты сводишь меня с ума, – выдавливаю я, но он лишь глубже погружает палец, находя ту самую точку внутри, от которой темнеет в глазах.


Его язык возвращается к клитору, усиливая натиск. Волны удовольствия накатывают всё чаще, сливаясь в один бесконечный прилив. Простыни подо мной промокают от пота, аромат жасмина кружит голову, смешиваясь с запахом наших тел. Я закрываю глаза, но вспышки света пронзают веки – алые, золотые, как фейерверк под кожей.


Он чувствует, что я на краю. Его свободная рука сжимает грудь, пальцы смыкаются вокруг соска, слегка оттягивая его, и боль смешивается с наслаждением, создавая гремучий коктейль. Я кричу, но звук растворяется в подушке, которую прижимаю к лицу, чтобы не оглушить соседей.


– Не прячься, – он отбирает подушку, заставляя встретиться взглядом. – Я хочу видеть твоё лицо, когда ты кончишь.


Его слова поджигают последний фитиль. Тело взрывается судорогами, я цепенею, чувствуя, как волна накрывает с головой, вымывая мысли, имена, страх. Он не останавливается, продлевая оргазм до тех пор, пока слёзы не заливают щёки, а пальцы не разжимают хватку на его волосах.


Когда наконец отпускает, я падаю на матрас, дрожа как в лихорадке. Он приподнимается, облизывая губы, блестящие от моей влаги, и его глаза горят триумфом авантюриста, покорившего вершину.


– Ты… – начинаю я, но слова меркнут. Вместо них притягиваю его к себе, чувствуя, как его член напряжённо пульсирует у моего бедра. – Теперь твоя очередь.


Но он лишь улыбается, прижимая мой вздрагивающий живот к себе:

– Не спеши. Я ещё не закончил. Его губы находят мои, и я вкушаю на своём языке отголоски собственного удовольствия – солёные, животные, бесконечно прекрасные.


– Теперь твоя очередь, – шепчу я снова, сталкивая его на спину и расстёгивая ремень дрожащими пальцами. Я тоже не буду спешить. Сегодняшняя ночь будет нежной и длинной.


Его дыхание замедлилось, когда я прижала ладонь к его груди, мягко заставляя лечь.

-Моя очередь попробовать тебя на вкус – шепот замер на моих губах прежде, чем наши языки встретились в медленном, сладком поцелуе.


Пальцы скользнули по ремню, дрожь в руках выдавала нетерпение, но я заставила себя замедлиться – сегодня каждый миг должен стать шедевром.

Я дразню его, стянула джинсы, но оставила его в трусах. Глажу через ткань его стоящий колом член и облизываю свои губы языком, заставляя его желать моих ласк ещё сильнее. Мои ладони медленно и нежно гладят его мускулистые ноги, ощущая под пальцами каждую выпуклость, каждый изгиб. Я чувствую, как его кожа тепло реагирует на мои прикосновения, и внутри меня разгорается желание. Я очень хочу приступить к главному блюду, к тому, что уже давно манит меня, но не могу отказать себе в удовольствии глубже исследовать его, насладиться каждым мгновением, проведенным с ним. Наклонившись ближе, я снова дразню его, играя с ним через ткань.


Мои губы медленно, словно наваждение, проходят по линии его бедер, и я ощущаю, как мускулы вздрагивают под прикосновением. Это вызывающее чувство – сочетание нежности и полной страсти, пробуждает в нем побудительную силу. Я шепчу ему: «Ты прекрасен…», словно это имеет магическую силу, и целую его горящую жаром мужскую силу укрытую под тонкой тканью. Мгновенно его руки вплетаются в мои волосы – этот жест кажется одновременно нежным и полным скрытой силы, готовой в любой момент вырваться наружу.


Когда мой язык осторожно и игриво обрисовывает контур через ткань, он не может сдержать свою реакцию – приподнимается на локтях, и я вижу как на шее бьется жилкой его пульс, словно метроном моих действий. Его голос, наполненный искренним восхищением и легкой потерей контроля, срывается на слова: «Боже, как ты это делаешь…» – таким трепетным, что мои губы расползаются в улыбке.


Я замечаю, как его дыхание становится все учащеннее, словно он уже практически не может терпеть этих сладких мук. Это мгновение, наполненное ожиданием и взрывом эмоций, заставляет меня дрожать от волнения. Я вижу, как он приподнимается еще выше, готовый отдаться этому волшебному моменту, полному страсти и наслаждения, которое мы оба так ждем. Легонько давлю ему на грудь, заставляя лечь обратно. Чувствуя под ладонью крепкие грудные мышцы испытываю дикое желание его укусить. Член пульсирует от напряжения и готов порвать трусы. Ещё пара секунд и он не выдержит, схватит меня за волосы и насадит на свой член как рыбку на крючок. В самый последний момент, чувствуя что сейчас он это сделает, я начинаю стаскивать с него трусы, выпуская на волю то, что давно хочу ощутить у своих губ. Член вырвалась наружу, и на мгновение я замерла, заворожённая совершенством – напряжённые вены, дрожащая головка, капля влаги, сверкающая как утренняя роса.

Он закрывает глаза и откидывается на спину в ожидании моих ласк.


Обхватываю его рукой и чуть тяну вниз освобождая головку. Теперь его красавец передо мной во всей своей завораживающей красоте. Наклоняюсь и начинаю целовать его лёгкими касаниями. Я знаю что он очень хочет засунуть его в мой ротик поглубже, но сегодня я хочу прочувствовать своими губами и языком каждую его клеточку. Вкус соли и кожи смешивался с ароматом нашего общего возбуждения. Я смаковала каждое касание – язык скользил по стволу, обвивая его как виноградная лоза. Зубы слегка задевали нежную кожу, пальцы массировали основание. Моя голова скользит вверх и вниз по его стволу, заставляя моего мальчика издавать сладостные стоны, которые действуют на меня как самые сильные феромоны, доводя возбуждение и желание чувствовать его под своими губами и языком практически сводящими с ума.


Руки скользят под его ягодицы, впиваясь ногтями в упругие мышцы. Он приподнимается, пытаясь глубже войти в горло, но я оттягиваюсь до кончика, смакуя стон разочарования. Терпи… – целую головку, наблюдая как его живот сводит от спазмов.

– Пожалуйста, не останавливайся – выдавливает он, но я уже вновь опускаюсь, принимая всю длину. Горло сжимается вокруг него, слезы выступают на глазах – смесь боли и восторга. Губы вернулись к нему, принимая весь жар его страсти. Его руки мягко легли на затылок, не толкая, а лишь направляя. Я чувствовала, как он приближается к краю, каждое движение становилось резче, дыхание – прерывистее


Его руки пригибают мою голову, бедра взмывают вверх. Я замедлила движение, позволяя острому наслаждению перерасти в сладкую муку. Я чувствую как горло наполняется его семенем, как дыхание перехватывает, как ногти впиваются в мои плечи. Слюна стекает по стволу, смешиваясь с его соком. Когда волны наслаждения накрыли его, я не отстранилась, принимая каждую пульсацию, каждый содрогающийся мускул. Я глотаю всё, боясь упустить хоть каплю этого божественного нектара.


-Никогда, никогда в жизни мне не было так хорошо – слышу его шёпот. Спасибо, любимая.

Мы лежим обнявшись ещё несколько минут, слушая лишь тишину и биение наших сердец. Горячее и желанное мужское тело рядом со мной заставляет мой организм сходить с ума. Я снова его хочу. Хочу почувствовать внутри себя. Я кладу свою ладонь на его пах, кусаю за ухо.


## Глава 2

-Я знаю, как ты сможешь меня отблагодарить.

Даже не видя его лица, я чувствую, как он улыбается понимая мою просьбу совершенно правильно.

Я хочу, чтобы ты был сверху, я должна видеть тебя, я хочу быть под тобой.

Его губы прижались к моей шее, оставляя влажный след от мочки уха до ключицы. Зубы слегка впились в чувствительную кожу, заставляя вскрикнуть. Каждое касание было наполнено нежностью и страстью, переплетение наших тел заставляло сердце биться быстрее. Я ощущала, как дрожь пробегает по всему телу, заставляя каждую нервную клетку реагировать на его прикосновения.

Жадные губы опустились ниже по линии грудной клетки, вызывая волны наслаждения, которые накатывались на меня с новой силой. Он сразу захватил сосок ртом, обхватив его своими губами, как будто желая запомнить этот момент, заставляя меня выгнуться от резкого удовольствия. Вибрации его языка, кружащего вокруг затвердевшего бугорка, отходили в ритме, который мне был знаком и одновременно новым.

«Сильнее…» – я приподняла грудь, подаваясь навстречу. Язык закрутился вокруг затвердевшего бугорка, а его пальцы сжали вторую грудь, скользили по бархатной коже, выжимая из меня тихий стон, который напоминал о том, насколько я была близка к нему.

«Вся дрожишь…» – провёл пальцем между моих ног. Губы нежно прошлись по внутренней стороне бедра, оставляя за собой цепочку мельчайших укусов, которые создали ощущения смеси нежности и возбуждения. «Не тяни…» – произнесла я, пытаясь притянуть его голову к своей промежности, желая, чтобы его губы оказались там, где мне нужно. Но он лишь ухмыльнулся, игриво целуя мой живот, словно дразня и испытывая моё терпение.

Пальцы его рук уверенно впились в мягкую плоть ниже пупка, оставляя после себя яркие красные отпечатки, словно отметки, которые показывали, как я жажду его прикосновения. Он неподвижно лёг сверху, обнимая меня своим теплом и весом, именно так, как я и мечтала всё это время. Я почувствовала, как его горячий член упёрся в скользкий вход, но не прорвался дальше, оставаясь на грани того, чтобы войти в меня.

«Скажи, как хочешь», – прошептал он, его голос низким и манящим, когда он провёл стволом по моему клитору. В этот момент я застонала, полная желания, пытаясь насадиться на него, чувствую, как моё тело тянется к нему, но он отстранился, оставляя меня в состоянии ожидания и нетерпения. Каждое его движение было рассчитано, каждое дыхание – таким, что казалось, будто время остановилось.

«Пожалуйста… Войди в меня… Сейчас же!» – мои ногти оставили царапины на его плечах. С довольным рыком он вогнал член на половину длины, заставив вскрикнуть.

-Мне нужно всё – прошептала чуть слышно.

Я обвила ногами его поясницу, пятки упёрлись в ягодицы.

Первые толчки были медленными, глубокими. Я чувствовала каждый сантиметр, каждый изгиб вены на его стволе. Глубже— выдохнула я, когда он вошёл почти до конца. Ещё одно движение вперёд и его член полностью заполнил меня. Его живот прижимался к моему клитору с каждым движением. Мы двигались в унисон, флюиды любви между нами все сильнее помогали углубить эту интимную связь, желая ощутить каждую деталь, каждую эмоцию, каждое прикосновение.

Он сменил угол, ударяя головкой в верхнюю стенку влагалища. Моё тело затряслось, пальцы вцепились в простыни. «Да! Боже, продолжай!» – мои крики стали громче, когда он ускорился.

Он поднял мои ноги на плечи, глубже входя при каждом толчке. Шлепки кожи о кожу слились с хлюпающими звуками моей смазки. Его пальцы нашли клитор, начав быстрые круговые движения.

– Не останавливайся – тело напряглось, влагалище сжалось вокруг члена. Он зарычал, вгоняя себя до конца с каждым ударом.

Мы кончили синхронно – мои ногти оставили кровавые полосы на его спине, его зубы – синяк на моём плече.

Когда оргазм накрыл меня, я закричала, выгибаясь всем телом. Влагалище судорожно сжималось, выжимая из него всё до капли. Он вогнал член последний раз, замирая глубоко внутри. Семя выплеснулось горячим потоком, смешиваясь с моими соками. Горячие струи били в матку, заставляя вздрагивать от наслаждения.

Он рухнул на меня всё ещё пульсируя внутри. Мои ноги дрожали, сердце готово было выскочить из груди.

Счастье, игривое и неукротимое, танцевало во мне, как искры фейерверка в ночном небе. Когда он прижал меня к себе, время замедлилось, превратившись в шелковистую нить, сплетённую из аромата его кожи и запаха страсти, словно вторя ритму моего сердца.

В его объятиях я стала морем, готовым выйти из берегов от переизбытка чувств. Каждый вздох, каждый взгляд – капли, наполнявшие эту бездну до краёв. И пусть завтра взойдёт солнце и принесёт с собой обыденность – сейчас, в этом пузырьке вечности, я знала: даже боги глядя на нас завидуют нашему счастью.

Через несколько минут, когда мои душа и тело пришли в порядок после его ласк, легонько толкнула его в плечо. Иди в ванную, герой. Мне надо надолго, а вам мальчикам делов на одну минуту. Дионис встаёт успевая меня чмокнуть в губы, совершенно не стесняясь своей наготы идёт в ванную. Слышу шум воды, улыбаюсь счастливо. Могла ли я об этом мечтать еще пару недель назад?

“Дзыыыыынь!” – дверной звонок словно удар молотком по голове. Господи, да кого же там принесло на ночь глядя? Нехотя встаю, иду к двери. Вспоминаю, что сегодня звонила соседям и просила забрать бейсболку дяди Вити. Открываю дверь, даже не смотря в глазок и не спрашивая, кто там. Вы же знаете, что прежде чем открыть дверь, надо в глазок посмотреть? Знаете, и я знаю. Но открыла, не посмотрев. Я была в шоке от того, кого увидела стоящим у своей двери с довольным выражением лица и букетом цветов.

– Привет, Дмитрий, – здороваюсь, а у самой от волнения голос пропал.

– Инга, а я вот, мимо проходил, дай думаю зайду, – говорит он, и я не хочу спрашивать, как или у кого он узнал мой адрес. И так понятно, от Вики. Как же не вовремя! Хорошо, что Дионис в ванной, иначе это была бы огромных размеров попа.

– А я вот не с пустыми руками, – говорит он и протягивает мне букет цветов и бутылку шампанского. Правда, у него странное выражение лица, словно я голая. Я стою и не знаю, что делать, мозг просто отказывается работать. Беру цветы и бутылку, дверь закрываю. Он так и стоит в подъезде, я в квартире. Блин, вот так попала! А дверь-то зачем перед его носом захлопнула? Испугалась. Да и не заводить же его в квартиру. Ааааа! Что делать?! И тут я смотрю на своё отражение в зеркале. Тонкий шёлковый халат на голое тело. Нижние пуговицы расстёгнуты по самый пупок, а трусиков на мне нет. Вот почему у Димы такие большие глаза.

Вы знаете, что такое разрыв сердца? Нет? А я вот представляю, потому что это со мной практически случилось. Застёгиваюсь на все пуговички. Снова открываю дверь. Лицо Дмитрия выражает огромную гамму чувств.

– Инга, а что происходит? Ты не одна?

– Одна. Просто не ожидала, – отвечаю, а у самой сердце в пятках и испарина между лопаток. Через пару минут Дионис выйдет из ванны. Вот так встреча будет. Отец и сын встречаются у общей любовницы. Можно сразу попрощаться с мечтами о женском счастье, которое закончилось, не успев толком и начаться.

– Так, войти можно?

– Нет, я не одна.

– Ты же сказала, что одна.

– Да, сказала. – Господи, что за бред я несу.

Замечаю, что выражение его лица меняется на недоумение. Так, куда это он смотрит? Опа, а смотрит он на бейсболку Диониса, которую он бросил в коридоре. Дмитрий хочет у меня что-то спросить, но я снова захлопываю дверь перед его носом, потому что слышу, как открывается дверь ванной. Бегу к Дионису, и чтобы он ничего не сказал, целую в губы.

– Иди в спальню, мой жеребец, – шепчу ему на ухо.

Бегу к двери, открываю. Дмитрий всё ещё стоит на пороге, но теперь его лицо выражает не просто недоумение, а настоящую растерянность. Он явно не ожидал такого поворота событий. Я чувствую, как моё сердце колотится так сильно, что, кажется, его стук слышен даже ему. В голове мелькают мысли: «Что делать? Как объяснить эту ситуацию? Почему всё так сложно?»

– Дмитрий, – начинаю я, пытаясь собраться с мыслями, – сейчас не самое подходящее время. Я не ожидала тебя увидеть, и… – голос срывается, я не могу закончить фразу.

Он смотрит на меня, и в его глазах читается смесь обиды, ревности и вопросов, которые он боится задать. Я понимаю, что должна что-то сказать, как-то объяснить этот хаос, но слова не приходят. Вместо этого я просто стою, сжимая в руках букет цветов, который он мне подарил, и чувствую, как моё лицо заливается краской.

Он задумывается, и в этот момент всё вокруг замирает, даже кровь в моих венах, казалось, перестаёт двигаться, а дыхание словно заткнулось в горле. Я не решаюсь произнести ни слова, даже не дышу, так как волнение охватывает меня с головой. Мои мысли стремительно метались, осознанно и неосознанно, оценивая ситуацию. К тому же, всё это время мне было не очень приятно от его неожиданного прихода, а сейчас стало ещё хуже.

Я чувствую, как тяжесть на сердце возрастает. Он сейчас вспомнит. Трудно не вспомнить бейсболку сына. Этот конкретный аксессуар стал своего рода символом, напоминанием о Дионисе. Внутри меня шевельнулась волна стыда, и я мысленно попросила прощения у своего мальчика. Бедный, в каком же он будет шоке, когда узнает, что я спала с его отцом. И не в каком-то далёком прошлом, а в самом начале наших с ним отношений. Это станет для него сильным ударом, я это понимаю. Если бы я сделала это до знакомства с ним, возможно, я могла бы попытаться исправить ситуацию, объяснить. Но такие вещи мужчины обычно не прощают. Внутри меня нарастала тревога, словно холодные пальцы сжимали сердце.

И вдруг, словно по мановению волшебной палочки, происходит настоящее чудо. Открывается дверь соседней квартиры, и выходит Витёк, в своём обычном состоянии, то есть слегка пьяный и как оказалось в одних только трусах.

– Инга, я это, у тебя кепку забыл, – пробулькал он, потирая глаза, словно пытаясь проснуться от крепкого сна.

В этот момент я не собираюсь ему возражать, что он не просто забыл её, а потерял на ступеньках, когда пьяный полз домой. Забыл – значит забыл; такова мужская логика.

-Вот, возьми.

## Глава 3

Я протягиваю ему бейсболку Диониса, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно. Благо, что он в таком состоянии, что примет её без лишних вопросов. Да он сейчас не заметит разницы даже между бейсболкой и ведром!

Дмитрий, с другой стороны, стоит рядом, улыбается, и я вообще не могу понять его реакцию на довольно комичную ситуацию с Витьком.

Он что, действительно обрадовался, увидев это пьяное чудо в трусах? И, судя по всему, сейчас он будет произносить свою речь, полную пафоса и страсти.

– Инга! – начинает он. – Ты самая лучшая из всех женщин, которых я встречал в своей жизни. Ты умница и красавица, поэтому достойна большего. Вот этот – тебе не пара! Я буду за тебя бороться, и он мне не конкурент. Я не отступлюсь. Судьба свела нас, значит, нам суждено быть вместе!

Эти слова, произнесённые им с необоснованным пылом, повисли в воздухе, заставив удивиться даже Витька. Развернувшись, он уходит, оставляя меня в недоумении. Я закрываю дверь и совершенно без моральных сил, от пережитого стресса сажусь на пол перед дверью. Что только что произошло? В чем дело? Кого я, по его мнению, не достойна? С кем он собирается за меня бороться? И тут до меня доходит. Дмитрий, похоже, подумал, что я сплю с Витьком, потому что он вернулся ко мне за “своей” бейсболкой. Теперь всё встало на свои места: он счел Витка своим соперником! Я просто не могла сдержать смех. Прямо на моих глазах то, что могло стать самым ужасным событием в моей жизни, превращаются в театральную комедию. Но и стало немного обидно. Как мог Дмитрий подумать, что я опущусь до того, что буду спать с алкашом? Вот козёл!

На мой нервный смех из спальни выходит Дионис. Он видит цветы, бутылку шампанского и меня, смеющуюся под дверью, как будто в замешательстве.

– Инга, а что происходит? Откуда взялись цветы и шампанское? – спрашивает он, явно недоумевая.

– Дионис, ты помнишь, я тебе писала, что по ступенькам полз пьяный сосед, пел песни и потерял бейсболку? – спрашиваю я, пытаясь собрать все мысли воедино.

– Конечно, помню, это было несколько дней назад, – отвечает он, кивая.

– Так вот, он приходил за ней, принёс в благодарность цветы и шампанское. Я понимаю, что это слишком много, но, а что мне делать? Отказаться? – говорю я, кидая взгляд на яркие цветы, которые теперь кажутся ничем иным, как символом недопонимания и забавной ситуации.

– Так, а смешное то здесь, что? – опять спрашивает он с искренним недоумением.

– Он твою бейсболку забрал! – сообщаю я со смехом. Представляешь, если бы я практически голая в подъезде стала отбирать у пьяного Витька твою бейсболку?

Дионис тоже начинает смеяться. Ему просто весело, а у меня начинается истерика от пережитого стресса. Он подходит ко мне, помогает встать, берёт на руки и несёт в спальню. Я понимаю, что сейчас он приведёт мои нервы в порядок самым лучшим из известных мне способов – с нежностью и заботой, окуная меня в атмосферу успокоения и любви, которая сейчас мне так необходима.

Какое же это счастье – проснуться в одной постели с любимым человеком. Это было божественно! Все выходные мы с Дионисом провалялись в кровати. Это были самые лучшие суббота и воскресенье в моей жизни. Я словно помолодела на двадцать лет, чувствовала себя юной девой рядом со сказочным принцем. Сегодня понедельник, а у меня до сих пор бурлит кровь, и сладко ноет внутри при воспоминаниях о том, что было. Боже, чем же я заслужила такой подарок? Мне и самой до сих пор не верится, что это всё происходит со мной.

Конечно же, он ушёл рано утром, чтобы его не видели соседи. Мы договорились, что на работе будем вести себя, как ни в чём не бывало, и не приходить в одно и то же время. Вот, сидим на своих рабочих местах, как два идиота, лыбимся друг другу. Хорошо, что остальные сотрудницы сидят к нам спиной. В очередной раз похвалила себя за то, что переставила его стол вплотную к своему. Переглядывания, томные вздохи, робкие улыбки – это всё, чем мы смогли заниматься до обеда. Ни о какой работе не могло быть и речи. Два влюблённых человека сидят рядом, ну какая к чёрту работа, если мы ещё даже не насмотрелись друг на друга?

Написала ему уже десяток сообщений в WhatsApp, что нам надо быть осторожнее, иначе сегодня же по всем отделам “Золотой Груши” поползут разговоры о наших отношениях. Вы знаете, что он мне писал в ответ? На каждое моё сообщение «будь осторожнее» он отвечал: «Я тебя люблю». Я просто не верю своему счастью. Пускай эта безумная любовь продлится даже несколько месяцев, я всё равно буду благодарна судьбе за такой подарок. Но я никому не позволю отобрать его у меня.

Разрешила ему сходить со мной на обед. Только не прижиматься ко мне, не брать за руку по дороге и не смотреть влюблённым взглядом! Он, конечно, пообещал, но что-то с трудом верится. По крайней мере, насчёт взгляда у него точно ничего не получится. Нет ещё у него опыта в таких делах.

В начале второго часа сотрудницы стали расходиться на перерыв. Кто-то в столовую, некоторые прямо здесь перекусывают домашними салатиками. Мы, стараясь даже не смотреть друг на друга (конспирация!), идём в столовую. Как можно идти рядом с молодым мужчиной, с которым провела несколько волшебных ночей, спокойно? Да меня даже его запах возбуждает! Может, затолкать его в архив и оторваться? Нет, нельзя. Придётся терпеть до ночи. Идём, купаемся во взглядах любви, как бы случайно касаемся руками друг друга.

В столовой мы выбрали столик в углу, подальше от посторонних глаз. Дионис сел напротив меня, и я почувствовала, как его нога слегка коснулась моей под столом. Я вздрогнула, но не отодвинулась. Его взгляд был таким тёплым и влюблённым, что я едва сдерживала улыбку. Мы заказали еду, но я почти ничего не ела – слишком сильно было волнение. Вместо этого я украдкой наблюдала за ним, за тем, как он ест, как улыбается, как его глаза блестят, когда он смотрит на меня.

– Инга, – тихо произнёс он, – ты знаешь, как я счастлив?

Я кивнула, не в силах сказать ни слова. Моё сердце билось так сильно, что я боялась, будто его услышат все вокруг. Мы сидели так, словно вокруг нас не было никого, словно весь мир состоял только из нас двоих.

После обеда мы вернулись в офис, но мои мысли были далеко от работы. Я ловила себя на том, что постоянно думаю о нём, о том, как он прикоснулся ко мне, как его голос звучал, когда он говорил, что любит меня. Я чувствовала, как моя жизнь меняется, как всё вокруг становится ярче и насыщеннее.

На следующий день, когда мы с моим мальчиком снова шли в столовую, я чуть не умерла от переживаний и возмущения! Подбегает эта вертихвостка Марина, которую я в командировку отправляла, берёт моего Диониса под руку и уводит в сторону!

«Ах ты тварь!» – хочется крикнуть этой даме, но я не могу. Я просто застываю на месте, не в силах сделать даже шага или что-то сказать, слишком велико потрясение. Я вижу глаза Диониса, они просят помощи. Он и сам в шоке оттого, что происходит.

Как я ей что-то скажу, если мы с Дионисом официально не пара? Он ведь не держал меня под ручку, когда мы шли в столовую. Мы просто шли в одну сторону, между нами не было даже разговора. Она просто увидела одиноко идущего знакомого мужчину и взяла его под руку. Она, наверное, просто хочет с ним поговорить, пригласить его домой, чтобы помочь «шкаф передвинуть», а потом нагло его соблазнить и трахаться всю ночь с моим мальчиком.

Потом он уйдёт к ней, а я умру от горя. Ну и мысли лезут в мою голову! Но Марина меня бесит всё больше и больше. Я никому не позволю вот так, на моих глазах, обжиматься с моим любимым человеком. А то, что у нас тайная любовь, не делает её поступки лучше. Он мой, и точка. Никому его не отдам.

Пока шла в столовую, немного успокоилась. Неприятно удивилась, что Диониса и Марины (не могу её по имени называть, противно, пусть она будет «вертихвостка») ещё нет. Они должны были прийти чуть раньше меня. Вот где они? Воображение рисовало картины одна страшнее другой: они целуются в курилке; они обнимаются в каком-то тёмном углу; они в АРХИВЕ! Сижу, смотрю в тарелку, не могу съесть даже ложки супа. А потом я себя обзываю дурой три раза. Дионис меня любит и никогда не будет целоваться с этой дамой. А я, как могла подумать так о нём?! Мне уже стыдно, Дионис, прости меня.

Не успела даже доесть первое, заходят. У Диониса вид как у ребёнка, который потерялся. Видно, что переживает. Огляделся, нашёл меня взглядом, улыбнулся, с лица пропало выражение тревоги. Мой милый мальчик просто засветился весь, как только меня увидел. Взял обед, сел ко мне за столик. Хоть мы и договаривались, что обедать будем раздельно, чтобы случайно не показать наших чувств, сейчас он всё сделал правильно. Ему необходима моя поддержка. И снова повторение утренних гляделок. Сидим за маленьким круглым столиком, смотрим друг на друга, на лицах улыбки влюблённых идиотов. Волшебство взглядов разрушает эта вертихвостка. Она нагло садится за наш стол и, не обращая внимания на меня, начинает общение с моим мальчиком.

– Дионис, – говорит она, игнорируя меня полностью, – ты не представляешь, как я соскучилась! Мы должны сегодня встретиться после работы. У меня есть кое-что важное тебе рассказать.

Я чувствую, как моё сердце начинает биться чаще, а в горле комок. Дионис смотрит на меня, и в его глазах читается растерянность. Он явно не знает, как реагировать на её наглость.

– Марина, – начинает он осторожно, – я сегодня занят. Может, как-нибудь в другой раз?

– Нет, нет, – настаивает она, – это очень важно. Ты же не откажешь старой подруге, правда?

Я чувствую, как моя рука сжимает ложку так сильно, что костяшки пальцев белеют. Внутри меня бушует буря эмоций: ревность, злость, обида. Но я не могу ничего сказать. Я не могу показать, что это меня задевает. Ведь наша любовь – это тайна.

– Марина, – говорю я, наконец находя в себе силы вмешаться, – Дионис сказал, что занят. Может, не стоит настаивать?

Она поворачивается ко мне, и в её глазах я вижу лёгкое удивление, смешанное с раздражением.

– Ой, Инга Юльевна, – говорит она с сарказмом, – я и не заметила Вас. Вы же не против, если мы с Дионисом немного поговорим?

Специально называет по имени и на “Вы” чтобы указать мне на мой возраст.

– Нет, конечно, – отвечаю я, стараясь сохранить спокойствие, – но, как я уже сказала, он занят, у него много работы.

## Глава 4

Эта дура меня словно не слышит. Я в шоке. Я закипаю, словно чайник. Чувствую, сейчас выскажу этой даме всё, что о ней думаю. Дионис под столом берёт меня за руку, успокаивая. У него такие сильные руки, я чувствую это даже от его нежного прикосновения. Я снова таю от его рук, меня уже мало волнует эта вертихвостка, но она всё равно меня бесит. Обед превращается в пытку. Эта мадам трещит без умолку.

Она рассказывает Дионису о своей командировке. О том, как там было холодно, и как это далеко. О том, что жадное начальство зажало денег на самолёт, и она трое суток тряслась в поезде. Хвалилась, что сделала всё на пару дней раньше, но ей всё равно не оплатили самолёт.

Я смеюсь в душе над этой дамой. Ведь это я отправила её в командировку, да ещё и запретила покупать билеты на самолёт за счёт организации, только поезд. А вот если бы она не лезла к моему мужчине, то сидела бы спокойно в офисе.

– Так что, Дионис, я жду тебя вечером. Приходи, я тебе сувенир из Сибири подарю, – я выныриваю из своих мыслей и слышу её последние слова.

Я аж чаем подавилась. Дионис заботливо стучит по моей спине, а эта сидит и улыбается.

«Что ты ему можешь подарить, кроме триппера?» – думаю в гневе. В гости она его приглашает, шалава.

– Дионис, у меня ещё и бутылочка коньяка для хороших людей припрятана, напиток богов, выдержка двадцать лет. Потом фотки посмотрим, а потом…

Я вижу, как она кладёт свою руку на его бицепс. Красные ногти хищно сжимают мускулы, вертихвостка смотрит ему в глаза, облизывает свои губы.

– Я коньяк не люблю, – отвечает Дионис. Он так же, как и я, в лёгком шоке от такого наглого съёма.

– Кофе будем пить, – отвечает она и пододвигает свой стул поближе к нему. – Он у меня такой же горячий, как и моя кровь, – говорит она и кладёт свою руку на его ногу.

Дионис вздрагивает, смотрит на меня, прося помощи.

– Девушка, вы поступаете не очень вежливо. Сначала надо было спросить разрешения, можно ли к нам подсесть. Может быть, у нас важный рабочий разговор, содержащий коммерческую тайну? – вежливо говорю ей, хотя внутри всё дрожит от злости.

Она смотрит на меня как на пустое место.

– Вообще-то, я к нему подсела, а не к тебе. Нужны мне ваши тайны. Это ты сейчас невежливо поступаешь, подслушиваешь наш интимный разговор, влезаешь в беседу. Не видишь, у нас тут о своём, о личном.

Я аж рот открыла от такой наглости. Дионис не знает, что делать. Он незаметно для неё опрокидывает на себя компот, вскакивает, громко чертыхается, идёт к умывальнику. Берёт пачку салфеток и начинает вытирать брюки.

– Ладно, – вздыхает Марина, – тогда как-нибудь в другой раз. Но ты же знаешь, где меня найти, правда?

Она встаёт из-за стола и уходит, оставляя нас вдвоём. Я чувствую, как напряжение постепенно спадает, но внутри всё ещё бушует буря.

– Инга, – тихо говорит Дионис, – прости меня. Я не знал, что она так себя поведёт.

– Это не твоя вина, – отвечаю я, стараясь улыбнуться. – Просто… я не могу видеть, как кто-то так к тебе прикасается.

Он берёт мою руку под столом и сжимает её.

– Ты знаешь, что для меня важна только ты, правда?

– Дионис, сходите домой переоденьтесь, – говорю ему.

– Хорошо, Инга Юльевна, я быстро.

Он благодарно улыбается и уходит, так ничего этой вертихвостке и не ответив.

А я думаю о том, что было бы здорово помочь ему переодеться. От таких мыслей у меня поднимается настроение, лёгкая улыбка трогает мои губы. Уж я бы ему так помогла, что заставила бы от увиденного покраснеть даже обои.

– Смешно ей, – говорит Марина. – Человек компот на себя вылил, а она улыбается!

Я встаю и ухожу. Что с дуры взять.

Вернувшись в офис, я стараюсь сосредоточиться на работе, но мысли постоянно возвращаются к произошедшему. Как она могла так себя вести? Как она посмела прикасаться к нему? Я чувствую, как внутри меня клокочет злость, но понимаю, что не могу позволить ей взять верх.

Через некоторое время Дионис возвращается, переодетый и снова спокойный. Он садится за свой стол, и мы обмениваемся краткими взглядами. В его глазах я вижу извинение и обещание, что всё будет хорошо.

– Инга Юльевна, – тихо говорит он, – спасибо за помощь.

– Не за что, – отвечаю я, стараясь улыбнуться. – Просто будь осторожнее.

Он кивает, и мы возвращаемся к работе. Но я знаю, что этот день не пройдёт бесследно. Марина явно не собирается отступать, и мне нужно быть готовой ко всему.

Вечером, когда рабочий день заканчивается, мы с Дионисом выходим из офиса вместе. Он берёт меня за руку, и мы идём в сторону парка.

– Инга, – говорит он, когда мы остаёмся одни, – я не хочу, чтобы ты переживала из-за Марины. Она ничего не значит для меня.

– Я знаю, – отвечаю я, чувствуя, как моё сердце наполняется теплом. – Просто… я боюсь потерять тебя.

– Ты никогда не потеряешь меня, – говорит он, обнимая меня. – Я люблю тебя.

Мы стоим там, в тишине парка, и я чувствую, как моя тревога постепенно уходит. В этот момент я понимаю, что ничто не сможет разрушить нашу связь. Ни Марина, ни кто-либо другой.

Я киваю, чувствуя, как моё сердце наполняется теплом. Но внутри всё ещё остаётся тревога. Что, если Марина не остановится? Что, если она продолжит настаивать?

Сегодня я совершила поступок, который бы мне никогда не пришло в голову сделать. Вроде бы и возраст не тот для таких выходок, но я это сделала. Честно скажу, это было неожиданно в первую очередь для самой себя. Рассказываю.

Сегодня утром я, совершенно счастливая, шла к себе в кабинет. Ночь провела с Дионисом, получила огромный заряд бодрости и сил. Правда, в сон немного клонит, и коленки подгибаются, но в целом всё нормально. Ах да, ещё не знаю, что делать с губами – они заметно припухли. Но это мелочи.

Иду, значит, по коридору, а навстречу эта вертихвостка Марина. Да ещё и смотрит на меня так, словно я ей миллион должна и не отдаю. Взгляд презрительный, выражение лица такое, будто она в какашку наступила. А мы как раз мимо архива проходили. Вчерашние события пронеслись молнией перед моими глазами. Я вспомнила каждое её слово, липкий взгляд, которым она весь обед щупала моего мальчика. Эти красные ногти на его мускулистых руках, томные вздохи, стреляние глазками. Эта особа решила, что я пустое место, а Дионис принадлежит только ей.

Меньше всего я ожидала того, что случилось через секунду. Я схватила её под локоть и затолкала в архив, открыв дверь её спиной. Вы бы видели её глаза! Она просто офигела от таких событий. Ниже меня на полголовы, и ещё на двадцать лет моложе. Стоит смотрит на меня испуганными глазами. Это тебе не встоловой права качать, здесь тебя никто не защитит. Судя по её глазам, она вообще не понимает, что происходит и почему я веду себя столь агрессивно по отношению к ней.

Прижала её к стеллажам, схватила за волосы – она аж сжалась вся. Чуть потянула руку вверх. Ей пришлось стать на носочки, чтобы я не повыдёргивала её космы. Я готова была разорвать её голыми руками, я была такая злая, что мне не хватало воздуха. В кровь выбросило столько адреналина, что я вся дрожала от его избытка.

– Ты, вертихвостка, – прошипела я, – ещё раз подойдёшь к Дионису, я тебе все патлы повыдираю! Я отправлю тебя в такую командировку, что ты оттуда через год вернёшься. Ты у меня всю командировку в чуме с чукчами просидишь, ты у меня кроме строганины и медвежьего жира больше ничего жрать не будешь! И да, в эту командировку тоже я тебя отправила за то, что ты в курилке с ним стояла. Ни дай бог, ты с ним даже заговоришь! Обходи его десятой дорогой. Ты меня поняла?

У неё огромные испуганные глаза, губы дрожат.

– Да, – шепчет она.

Я отпустила её волосы, поправила свою причёску и юбку, открыла дверь и пошла на своё рабочее место. Сердце стучало как бешеное ещё целый час. Даже любование Дионисом не могло меня успокоить. Ему я ничего об этом, конечно же, не сказала – женские разборки его вообще не касаются.

Я до сих пор не могу понять, что на меня нашло. Вроде бы я не из тех, кто решает проблемы кулаками, но в тот момент я просто не смогла сдержаться. Возможно, это была накопившаяся злость, ревность или просто усталость от её постоянных провокаций. Марина всегда вела себя так, будто она лучше всех, будто ей всё позволено. И её поведение с Дионисом стало последней каплей. Хотя, всё я конечно понимаю. Она посмела посмотреть и дотронуться до моего мужчины! До моего. Он мой.

Когда я шла по коридору, я даже не думала о том, что сделаю что-то подобное. Но её взгляд, её ухмылка – всё это словно подтолкнуло меня к этому поступку. Я не планировала этого, но в тот момент мне казалось, что это единственный способ поставить её на место.

Теперь, когда я вспоминаю эту сцену, мне становится немного стыдно. Но в то же время я чувствую странное удовлетворение. Марина, конечно, не ожидала такого поворота событий. Она всегда считала, что может позволить себе всё что угодно, но сегодня она поняла, что у всего есть свои границы.

Дионис, конечно, ничего не знает. И я не собираюсь ему рассказывать. Это моя маленькая тайна, моя победа в этой странной женской войне. Но, я всё же надеюсь, что больше никогда не окажусь в такой ситуации. Потому что, честно говоря, я не уверена, что смогу повторить нечто подобное.

А сейчас я сижу за своим столом, пытаюсь сосредоточиться на работе, но мысли возвращаются к тому, что произошло. Сердце всё ещё бьётся чаще обычного, руки слегка дрожат. Но я знаю, что сделала то, что должна была сделать. И, возможно, это был единственный способ дать Марине понять, что она зашла слишком далеко.

Теперь остаётся только ждать, как она будет себя вести дальше. Но я уверена, что она ещё долго не забудет этот день. И, надеюсь, это станет для неё уроком.

Два часа ночи. Лежу в кровати в гордом одиночестве. Диониса нет. Видите ли, его папа попросил помочь что-то там в квартире переставить. Они мучались до самого позднего вечера, и Дионис решил остаться там ночевать. Позвонил мне часиков в одиннадцать ночи, с грустью и тоской сообщил, что не сможет приехать. Сказал, что давно хотел рассказать мне шутку о моём соседе. У меня аж сердце ёкнуло. Говорю ему: "Какую шутку, о каком соседе?"

– Представляешь, вчера утром, когда от тебя уходил, я с ним в подъезде встретился. Как раз твою дверь закрывал, а тут он, шесть утра, а он уже бухой, или ещё бухой. И такой говорит мне: "Ты же вроде постарше был?"

## Глава 5

– И что ты ему ответил? – спрашиваю дрожащим голосом. У меня аж дыхание спёрло. Сосед-то видел Диму.

– Ну, я ему и говорю: "А когда вы это меня видели, уважаемый? И кто вы вообще такой?"

– Витёк, я. А видел на днях. Я Ингу с детства знаю, ты её это, не обижай.

– Витёк, и сколько же мне на днях было лет?

– Больше сороковника точно.

Хорошо, что Дионис сейчас не видит выражение ужаса на моём лице. Ну Витёк! Ну скотина!

– Инга, представляешь, я ведь уверен был, что когда к тебе пришёл первый раз, меня никто не видел. Оказывается, мимо твоих соседей незамеченным не пройдёшь. Представляешь, больше сорока лет! Дионис засмеялся в трубку, я тоже. Только его смех был искренне задорным, а мой похож на прерывистое хихиканье, горло свело от ужаса.

– И я у него спрашиваю: "Витёк, а ты трезвый был, когда меня видел?" А он такой: "Да я трезвым уже давно не был. Мы с мужиками “День машиностроителя” отмечаем, никак закончить не можем."

– Ха-ха-ха, – смеюсь в трубку. – Вот это Витёк допился, больше двадцати лет тебе накинул!

– Ага, водка – зло, – смеясь отвечает Дионис.

Мы поговорили ещё минут десять, и он отключился.

Четыре часа утра. Лежу и смотрю в потолок. Так и не смогла без него заснуть. У меня такое ощущение, что мы встречаемся уже много лет, а ведь прошло совсем мало времени после нашего первого раза. Целый день на работе ходила как сонная муха.

Это странное чувство – будто время с Дионисом течёт как-то иначе. Это звучит так незначительно, но почему-то кажется, что мы знаем друг друга вечность. Может, это из-за того, что мы так быстро сблизились, или из-за того, что он стал для меня чем-то большим, чем просто случайный роман.

Сегодня, когда он звонил, я почувствовала, как сильно скучаю по нему. Его голос, его смех – всё это стало для меня таким важным, таким необходимым. И хотя он был далеко, его слова согревали меня. Но в то же время этот разговор о соседе вызвал у меня лёгкую тревогу. Витёк, конечно, человек безобидный, но его слова заставили меня задуматься.

Я всегда старалась быть осторожной, чтобы наши отношения не стали предметом обсуждения среди соседей или знакомых. Но, видимо, в нашем доме ничего не остаётся незамеченным. Витёк, конечно, вряд ли расскажет кому-то ещё, но сам факт того, что он что-то знает, вызывает у меня лёгкий дискомфорт.

Знаете, что самое странное? Даже несмотря на эту тревогу, я чувствую себя счастливой. Дионис стал для меня чем-то большим, чем просто мужчина, с которым я провожу время. Он стал частью моей жизни, и я не могу представить, как бы я справлялась без него. Раньше, я могла спокойно засыпать одна, не думая ни о ком. Теперь же, его отсутствие ощущается так остро, будто чего-то не хватает.

Я надеюсь, что завтра он вернётся. Мне так хочется увидеть его, обнять, почувствовать его рядом. А пока я лежу здесь, в тишине ночи, и мечтаю о том, как мы снова будем вместе.

Я не знаю, что будет дальше. Но я точно знаю, что хочу, чтобы Дионис остался в моей жизни. Пусть даже это звучит немного наивно, но я верю, что у нас всё будет хорошо.

А сейчас я попробую снова закрыть глаза и заснуть. Может, мне приснится что-то хорошее, и утро начнётся с улыбки.

В обед мы с Дионисом пошли в кафе. Очень хотелось побыть вдвоём, спокойно поговорить, остаться хотя бы на полчаса без внимания назойливых сослуживцев. Нам не хватает этих самых минут, когда мы можем просто смотреть друг на друга и говорить ни о чём. Даже разговоры о погоде доставляют мне удовольствие. Как же это классно – сидеть с любимым человеком и говорить ни о чём. Просто наслаждаться его голосом, его глазами, его губами. Получать заряд энергии от того, что он рядом и смотрит на тебя влюблённым взглядом. Я даже не особенно вслушиваюсь в то, что он говорит. Ем мороженое, смотрю на его губы, на движения рук, дыхание, игру мышц под рубашкой. Казалось бы, ничего особенного не происходит, но ведь из таких мелочей и состоит женское счастье. Сижу, смотрю на него, думаю о нём, мечтаю, но что-то в его голосе заставляет насторожиться.

– Так вот, у него женщина появилась, – говорит Дионис.

– У кого появилась? – я выныриваю из состояния нирваны.

– У папы!

– У твоего отца появилась женщина?

– Да.

Вот так облегчение! У меня просто камень с души свалился. Проблема с Дмитрием разрешилась сама собой, ну и слава богу. Боже, какая же это хорошая новость! Я мысленно благодарю ту женщину, которая понравилась его папе. Спасибо, спасибо, спасибо!

– Мы с тобой никогда о твоей семье не разговаривали, – отвечаю ему. Дионис ведь не знает, что я близко знакома с его отцом, даже ближе, чем надо, и знаю, что жена от него куда-то там сбежала. Но Дионис об этом не знает, и надеюсь, никогда не узнает.

– Ну да. В моей семье всё немного сложно. От нас мама уехала год назад. Сказала, что карьера важнее. Папа, конечно, был в шоке. Целый год не мог даже ни с кем познакомиться, представляешь, как ему было тяжело? Я не могу сказать точно, но мне кажется, что он до сих пор её любит и мог бы простить.

– Бедный твой папа! Представляю, как это жестоко, когда жена променяла тебя на карьеру. Так, что там у него случилось? Он влюбился? Ты её знаешь? Видел? Она отвечает ему взаимностью? – задаю ему вопросы, а сама дрожу как осенний листок.

– Я её не знаю. Но точно зовут Инга. Уж это имя я запомнил, представляешь, она твоя тёзка! Батя хотел фотку прислать, он с ней в кафе встречался, но случайно телефон разбил.

Дионис сидит, улыбается, ему кажется, что совпадение имён – это прикольно. И тут до меня начинает доходить, с кем именно познакомился его отец. И совпадение имён – это не случайность, а просто один и тот же человек. И телефон в кафе разбила я. Получается, проблема с Дмитрием вовсе не решилась, а стала только хуже. Слушаю его, а у самой ноги затряслись от страха разоблачения.

– Так у них всё нормально?

– Я не знаю. Но он настроен серьёзно. Говорит, что она не замужем, у неё, вроде, есть мужчина, но какой-то алкаш. Говорит, что его Инга достойна большего, и он ей это докажет. Не думаю, что выпивоха будет моему отцу конкурентом.

Ну да, это – я! Писец!

– Так что, скоро я вас познакомлю, – говорит Дионис с довольным видом.

– Кого, вас? – осторожно спрашиваю у него.

– Тебя и папу с его женщиной.

– Может, пока рано нас знакомить?

– Так это же не завтра будет. Пока он её у алкаша отобьёт, пройдёт какое-то время. Но не думаю, что это надолго. У меня батя знаешь какой? Да он этого алкаша за пояс за пять минут заткнёт. Так что не думаю, что это продлится больше месяца.

– Я уверена, что всё так и будет, как ты сказал. Я хоть и не знаю твоего папу, но судя по его сыну, он настоящий мужчина.

Дионис доволен моими словами. А я сижу и думаю, что, во-первых, всё становится сложнее; во-вторых, мне очень не нравится, что приходится всё время врать Дионису. А признаться – это не выход, это разрыв наших отношений окончательный и бесповоротный.

Дионис наклоняется через стол и целует меня. И снова все проблемы растворяются без остатка под его губами. Боже, как же мне с ним хорошо.

Знаете, что самое страшное? Я понимаю, что эта ситуация рано или поздно взорвётся. Дмитрий, его отец, – он ведь не отступит. Он настроен серьёзно, и я знаю, что он не из тех, кто сдаётся. А я? Я боюсь этой встречи. И если Дионис узнает правду, это будет катастрофа. Он никогда не простит мне этого. Никогда.

Я сижу в кафе, улыбаюсь ему, шучу, но внутри меня всё сжимается от страха. Как долго я смогу продолжать эту игру? Как долго я смогу скрывать правду? И главное – что будет, когда всё раскроется? Я не хочу терять Диониса. Он стал для меня всем. Но я также понимаю, что не могу контролировать ситуацию с его отцом. Дмитрий – человек решительный, и он не остановится, пока не добьётся своего.

А пока я сижу здесь, смотрю на Диониса, слушаю его смех, и мне хочется, чтобы этот момент длился вечно. Чтобы мы могли просто быть вместе, без всех этих сложностей, без лжи, без страха. Но, увы, реальность такова, что рано или поздно мне придётся столкнуться со своим прошлым. И я боюсь, что это разрушит всё, что у меня есть.

Но пока что я просто наслаждаюсь моментом. Его рука на моей, его улыбка, его глаза – всё это делает меня счастливой, даже если это счастье временное. Я знаю, что скоро всё изменится, но пока что я просто хочу быть с ним. Хочу, чтобы этот обед никогда не заканчивался. Хочу, чтобы мы могли говорить ни о чём, смеяться, смотреть друг на друга и просто быть вместе.

Дионис снова наклоняется через стол, и целует меня. И снова все проблемы растворяются без остатка под его губами. Боже, как же мне с ним хорошо.

Я не знаю, что будет завтра. Но сегодня я счастлива. И возможно, это всё, что имеет значение.

Утром меня вызвали к руководству. Я не могла понять, зачем. Вроде бы по работе всё в порядке, косяков нет, все задачи выполняются в срок. Может быть, начинается новая рекламная кампания? Ладно, скоро узнаю, зачем гадать. Шла совершенно не волнуясь, здоровалась со знакомыми, рассматривала новые картины на этаже начальства. Дошла до нужного кабинета, поправила причёску, постучала и вошла.

Разговор оказался для меня неприятным. Я такого не то что не ожидала, а даже и подумать не могла, что будет поднята такая тема. Сижу, слушаю голос руководителя, и чувствую, как из меня уходят жизненные силы. Я даже плакать не могу, в таком я шоке. Вы думаете, меня уволили или перевели обычным офисным планктоном за какую-то провинность? Нет, всё хуже. На сайт “Золотой Груши”, туда, где собираются отзывы клиентов, пришло письмо. Автор подписался вымышленным именем. Но дело не в этом, а в тексте письма. А написано там о том, что в одном из отделов (в моём отделе) начальница (то есть я) шантажом и угрозами заставила своего сотрудника вступить с ней в связь. И ладно бы, они были одного возраста, но он-то младше её на девятнадцать лет! Да он ей в сыновья годится! Неизвестный отправитель интересуется: “Как долго будет продолжаться это безобразие? Куда смотрит руководство?”

Знаете, что самое неприятное? Письмо попало на публичную страницу, и его прочитали все, кто хотел. Его, конечно, удалили, но осадочек у руководства остался.

Ну вот, сижу, реву. Обидно, что нашу чистую любовь облили помоями злобы и зависти. Чувства, которые с таким трудом строились, втоптаны в грязь. Дионис будет в шоке.

Хорошо, что вызвал именно этот зам, его я давно знаю, мы с ним пятнадцать лет назад за соседними столами в одном кабинете сидели.


## Глава 6

– Инга, ты пойми, мы должны отреагировать. Тем более, письмо пришло не лично кому-то из руководства, тогда на это можно было бы вообще внимания не обращать, а попало на всеобщее обозрение. Общественное мнение – очень важная составляющая нашего бизнеса.

– Юра, я понимаю. Спасибо за помощь.

– Инга, и мне всё же надо знать. Что происходит, и что в этом письме правда?

– Я люблю его, он любит меня, у нас всё по взаимному согласию. Он не женат, я не замужем. Да, он младше меня, но это уже наше личное дело.

– Инга, конечно, ваше. Но Диониса Милонаса с завтрашнего дня из твоего отдела я перевожу в техподдержку.

От его слов меня будто ударили огромной рукой, вышибая дух. Хозяин кабинета принёс мне водички.

– Инга, да не переживай так, через пару дней всё забудется. Да и мужчина твой просто переедет в другой кабинет на вашем же этаже. Давай, успокаивайся и иди работать.

– Спасибо, я очень тебе благодарна. Пока.

Я прекрасно понимала, что если сейчас начну просить его, чтобы он оставил Диониса со мной, он нас обоих переведёт в техподдержку: его курьером, а меня оператором на телефон. Лучше уж так.

В кабинет сразу не пошла, не могу я в таком виде появиться перед сотрудниками. Зашла в VIP-переговорную, умылась холодной водой, посидела у открытого окна, приводя мысли в порядок.

Итак, что мы имеем. О нашем романе с Дионисом теперь знают все, в принципе это не очень-то и плохо, не надо скрывать свою любовь. Но ближайшие пару недель нас будут активно обсуждать, что с одной стороны, конечно, бесит, а с другой – поговорят и забудут. Может быть, это и к лучшему, что всё вот так произошло? Я, честно говоря, уже устала прятать нашу любовь от чужих глаз.

Теперь, не боясь, могу подойти к нему и обнять, прижаться к его груди. Мы можем смотреть друг на друга влюблёнными взглядами и держаться за руки, когда идём на обед. Вместе приходить на работу и не скрывать своего счастья от того, что проснулись в одной постели. Мы наконец-то станем нормальной парой. Главное, пережить ближайшие две недели. И кстати, я очень хочу вычислить того, кто написал это письмо, и небольшая ниточка у меня есть – это адрес электронной почты отправителя. Я, конечно же понимаю, что по нему никаким образом нельзя понять, кто он, но способ всё же есть. Он сам должен подсказать нам, кто он такой, или она.

Пока сидела и думала над происшедшим, прошло минут двадцать, пора и в отдел возвращаться. Первые минуты будут самыми сложными, главное – продержаться.

Так, надо себя настроить, надо повторить про себя десять раз: “Я сильная, я смелая, меня ничем не сломить”. Ровно десять повторений, и ровно десять шагов в сторону кабинета я иду сильной и независимой женщиной. Но чем ближе дверь моего отдела, тем меньше смелости во мне остаётся. Дверь в кабинет открывала с таким чувством, словно сейчас меня будут судить за отношения с Дионисом.

Захожу, первое что вижу, это его спина. Она такая родная, так и манит к себе, словно просит подойти и обнять покрепче. У меня нет сил сопротивляться этому желанию. Я слабая женщина, и сейчас мне нужен мужчина, к которому можно прижаться, рассказать о своих проблемах, получить поддержку и ласку. Раз наши отношения уже не секрет, значит, я вполне могу так и сделать. Решительным шагом подошла, обняла его со спины, прижалась, поцеловала в щёку.

Посмотрела на своих девочек. Они, как и Дионис, смотрят с открытыми ртами. И тут до меня дошло, что, вероятно, они ничего не знают о письме! Письмо-то удалили с сайта, его прочитало всего несколько сотрудников банка, которым это положено по службе, и передали его дальше, согласно должностной инструкции. Интересно, а почему я об этом раньше не подумала? Скорее всего, эта новость прожила бы в банке всего несколько часов, гуляя по курилкам и туалетам, а потом бы тихо умерла, не имея доказательств. Да, я немного поспешила. А с другой стороны, надоело прятаться.

– Ну и слава богу, а то прям как дети малые, – сказала Галина Николаевна, она же самая старшая из всего нашего коллектива, через пару лет ей на пенсию.

Я очень сильно удивилась её словам.

– Галина Николаевна, что это значит?

– Ну так, мы то сразу заметили, что у вас любовь, а вы всё тайну из этого делаете, словно вам по пятнадцать лет. Всё ждали, когда же вы перестанете делать из этого секрет, это же так прекрасно. Вы же расцвели после прихода Диониса. Да и ваши взгляды, которые вы тайком бросаете друг на друга, трудно не заметить. Мы поняли с первого дня, что между вами “проскочила искра”, и мы за вас от всей души рады.

Смотрю на женские лица и вижу, что все они искренни в своих словах. Словно огромный камень свалился с моей души. Мне снова хочется жить, я снова могу вдыхать любовь полными лёгкими. Девочки, если бы вы только знали, как я вам благодарна за такую поддержку. Дионис поворачивается и чмокает меня в губы. Я счастливо улыбаюсь, заражая своей улыбкой весь коллектив.

Вечером рассказала Дионису о письме и о том, что его переводят в другой отдел. Он, конечно, сильно возмущался, но не переводом, а письмом. Глаза горят от гнева, мышцы напряжены, он в ярости: обидели его женщину. Пришлось его успокаивать, долго и усердно. И только когда он лежал рядом обессиленный и расслабленный, я сказала ему, что у меня есть адрес письма и план, как вычислить автора.

– Дионис, я не могу просто так оставить это. Кто-то решил вмешаться в нашу жизнь, и я не позволю этому остаться безнаказанным. Мы найдём этого человека, и он ответит за свои слова.

Он посмотрел на меня с уважением и обнял.

– Ты сильная, Инга. Я всегда знал, что ты справишься. Давай сделаем это вместе.

И в этот момент я поняла, что, несмотря на все трудности, мы станем ещё сильнее. Вместе мы сможем преодолеть любые препятствия. Главное – быть рядом и поддерживать друг друга.

На следующий день я решила начать своё маленькое расследование. Первым делом я обратилась к нашему IT-специалисту, чтобы он помог мне узнать адрес электронной почты “Доброжелателя”. Конечно, я понимала, что это может быть сложно, но я была готова на всё, чтобы выяснить правду. Если вы ты думаете, что я буду отправлять письма по этому адресу и умолять раскрыть своё имя, то вы ошибаетесь. Отправитель никогда не раскроет, кто он, ведь именно поэтому он подписался “Доброжелатель”. Да и почта, скорее всего, заведена специально для одного конкретного письма

– Инга, я могу попробовать, но гарантий никаких, – предупредил он.

– Я понимаю, но попробовать стоит, – ответила я, чувствуя, как внутри меня растёт решимость.

Пока он работал, я продолжала заниматься своими делами, но мысли постоянно возвращались к письму. Кто мог это сделать? Кому было выгодно испортить мою репутацию? Я перебирала в голове всех, кто мог быть заинтересован в этом, но пока никаких конкретных подозрений у меня не было.

Вечером, когда я вернулась домой, Дионис уже ждал меня. Он обнял меня и сказал:

– Инга, я думал о том письме. Может, это просто чья-то глупая шутка? Или кто-то хочет нас поссорить?

– Возможно, – ответила я, – но я не могу просто так оставить это. Мы должны выяснить, кто стоит за этим.

Он кивнул, и я почувствовала, что мы действительно команда. Вместе мы сможем справиться с чем угодно.

Сегодня на работе грустный день, который словно обернулся тёмными облаками над моей головой. С самого утра Дионис собирает свои вещи, и даже говорить об этом тяжело, ведь собирать-то, в частности, нечего. Личных вещей у него почти нет: всё, что было из канцелярской принадлежности, он собрал и сдал мне. Мы стоим вокруг его стола, словно проводим в армию нашего единственного сына, и у многих из нас в глазах полных печали блестят слёзы. Дионис, словно это событие его не трогает, смахивает со стола невидимую пылинку, пытаясь придать всему этому лёгкость, но нам всем от этого не легче.

“Дорогие мои женщины,” – начинает он, его голос звучит с ноткой тепла и благодарности. “Мне очень приятно было с вами работать, но судьба-злодейка разводит нас по разным отделам.” В его словах слышится сожаление, переживание о том, что эта команда, собранная из ярких личностей, больше не будет вместе. “Мы ещё не один раз встретимся с вами в стенах этого здания, тем более, я буду работать всего лишь через два кабинета от вас.” Это его обещание как будто дарит нам надежду на будущие встречи. “Берегите Ингу Юльевну, ведь я её очень люблю,” – добавляет он.

Он ещё раз оглядывает всех нас и с лёгкой, но тёплой улыбкой покидает кабинет. Мы все расходимся по своим местам, каждая из нас погружена в свои мысли, и я тоже направляюсь к своему столу. Вот, теперь сижу за своим компьютером и тихонечко реву, пока окружающие делают вид, что не замечают. Перед моими глазами лежит лист бумаги, на который капают мои слёзы, размазывая чёрную краску букв, что как будто отражает моё эмоциональное состояние. На нём всего одна короткая строка, и это – почта “Доброжелателя”. В этот момент мне становится понятно, что я не могу оставить это без ответа. “Ну ничего, я тебя обязательно вычислю и отомщу,” – шепчу я себе, злость закипает внутри. “Такое не прощают. За каждую мою слезинку ответишь, за каждую минуту, проведённую без любимого, заплатишь.”

Через полчаса я немного успокоилась, вновь занялась делами, но с удивлением заметила, что подзапустила свою работу. У меня десятки неотвеченных писем, несколько документов уже пару дней ждут моей подписи. Замечаю ещё несколько мелких дел, которые давно следовало сделать. Удивляюсь, как сильно меня затянуло в омут любви, как ещё меня с отдела не сняли. Этот омут, как океан страстей, у которого карие глаза, сильные руки, широкая грудь и горячая кровь. Надеюсь, что из этого омута я не вынырну.

14:30 дня – Дионис уже шесть с половиной часов работает в другом отделе. Шесть с половиной часов, и я каждую минуту смотрю на пустой стол напротив себя, как будто надеясь, что он появится там в любой момент.

14:32 – в воздухе раздаётся звонок служебного телефона. Я беру трубку.

– Инга Юльевна?

– Да.

– Это с поста охраны на входе, к вам курьер.

Я точно помню, что ничего не заказывала, но идти надо.

– Сейчас подойду, – говорю, чувствуя, как внутри меня загорается интерес.

Встаю, распрямляю руками складочки на юбке, стараясь выглядеть уверенно, и отправляюсь к курьеру. Я не знаю, какими словами описать впечатление от того, что именно он доставил. Это был великолепный букет ярко-алых роз, целых сто одна штука! Представляете? Сто одна роза! Восхищение захватывает меня полностью, и я не могу сдержать улыбку.

## Глава 7

Курьер протягивает мне планшет, чтобы я поставила свою подпись, а я, стоя с открытым ртом, не вижу ничего вокруг, кроме этого сказочного букета. Как во сне, я расписываюсь, на секунду замираю для фотоотчёта, словно пытаясь запечатлеть этот момент в памяти, забираю букет и, не веря своим глазам, ухожу. На ходу открываю маленькую открытку, которая была в букете, читаю, останавливаюсь и, не удержавшись, прошу охранника вернуть курьера. На лице курьера появляется тревога.

– Что – то не так? – спрашивает он, видимо не ожидая такого поворота событий.

– Да. Давайте сделаем ещё одно фото для заказчика. Предыдущее фото, пожалуйста, удалите.

У курьера никакого удивления на лице, вероятно, он не в первый раз сталкивается с подобными просьбами. Делаем несколько фоток. На них я счастливо улыбаюсь, и словно через проекцию посылаю отправителю букета воздушный поцелуй. Быстро выбираю самый удачный снимок и, с чувством завершенности, отпускаю доставщика.

Знаете, почему я вернула курьера и заменила фото? Там были стихи о любви! Ещё никогда в жизни мне не дарили стихи! И самое главное, я знала от кого они. Под стихами была подпись: Твой Д.

С чувством безудержной радости прижимаю к себе букет, вдыхаю свежий, насыщенный запах роз. Любовь переполняет меня и пьянит, словно я нахожусь в волшебном мире. Её так много, что хочется делиться этой чудесной энергией с окружающими, танцевать, смеяться. У меня снова мокрые глаза, но на этот раз от счастья, ведь это букет от моего любимого. Я тихо шепчу: “Спасибо, я тоже тебя люблю!”

Я ведь строго запретила ему приходить ко мне домой с цветами, чтобы не давать соседям лишнего повода для сплетен и пересудов. Но он, мой герой, всегда находит выход из любой ситуации. И сегодня он снова доказал, что его изобретательность не знает границ.

Возвращаюсь в кабинет, держа букет как самое дорогое сокровище. Коллеги смотрят на меня с удивлением и любопытством, но я не обращаю на это внимания. Мои мысли заняты только моим мальчиком и его цветами.

Мне так приятно, что кажется, будто я не иду, а плыву по коридору на работе, от счастья кружится голова. Зашла в кабинет, и женщины ахнули от восторга. Цветов так много, что они не помещаются в дежурную вазу. Пришлось у завхоза выпросить пластиковое ведро и поставить в него. Весь кабинет за несколько минут пропитался их восхитительным ароматом. Вдыхаю запах роз, и не могу надышаться. Дионис, Дионис… Спасибо, любимый.

Моя работа, которая ещё недавно казалась такой важной, теперь отходит на второй план. Я ловлю себя на том, что постоянно поглядываю на розы, как будто они могут дать мне ответы на все вопросы. Но ответов нет, только аромат цветов и лёгкое головокружение от их красоты.

Отправила ему сообщение в WhatsApp: ”Спасибо за розы, любимый, они божественны”. В ответ получила только улыбающийся смайлик. Мужчины… Они такие загадочные, иногда кажется, что они специально оставляют нас в недоумении, чтобы мы думали о них ещё больше.

Домой пришлось идти одной, Диониса задержали на работе. Из-за анонимного письма мой мальчик теперь вынужден задерживаться допоздна. Начальник у него теперь другой, и, видимо, решил показать свою строгость. Ну и я молодец, надо было просто зайти в соседний отдел и намекнуть, чтобы Диониса сильно не гоняли. Завтра же так и сделаю.

Поскольку он придёт поздно вечером, я решила сделать ему сюрприз. Заказала в ресторане ужин, расставила свечи, достала бутылочку вина и приготовила новое сверхсексуальное бельё. С замиранием сердца жду, когда он придёт. Мысленно представляю, как он удивится, как его глаза загорятся от счастья, и как мы проведём этот вечер вместе.

В начале одиннадцатого вечера раздался тихий стук в дверь. Встречаю его в одном белье, и вижу, как при взгляде на меня его глаза превращаются в глаза хищника, почуявшего добычу. У меня аж мурашки по телу побежали. Хотела сказать ему спасибо за розы, выпить по бокалу вина, поужинать и ночью удивлять в постели, но получилось немного не так. Я не рассчитала эффекта от нового супер белья.

Я сделала всего пару шагов в направлении кухни, как почувствовала его руку на своих волосах. Это было не лёгкое поглаживание. Его пальцы вцепились в мои локоны, намотав их на кулак с такой силой, что я едва сдержала стон. Его дыхание, горячее и прерывистое, обожгло мою шею, словно огненный след. Он вдыхал мой аромат, словно дикий зверь, шумно и глубоко, будто пытался впитать каждую частичку меня. Моё тело мгновенно отреагировало: гормоны рванули с такой силой, что я сама почувствовала себя животным, готовым к схватке. Обоняние обострилось до предела – я чувствовала каждый его запах: солёный пот, терпкий одеколон, лёгкий аромат дезодоранта, смешанный с феромонами, запах страсти и желания, который сводил с ума. Каждый его вздох, каждый звук, который он издавал, отзывался во мне дрожью.

Первый поцелуй сзади, в шею, был нежным, но с лёгким укусом. Его губы коснулись моей кожи, а зубы слегка впились, вызывая волну удовольствия, которое я не могла сдержать. Я замерла, чувствуя, как по моему телу разливается тепло, а сердце бьётся так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Его руки, сильные и уверенные, продолжали удерживать меня, не давая ни малейшей возможности отстраниться. Я чувствовала, как его тело прижимается ко мне, как его тепло сливается с моим, создавая невероятное ощущение близости.

Мои волосы так и остались намотаны на его кулак, а его вторая рука уже скользила по моей спине, расстегивая кружевной бюстгальтер. Как только он освободил мою грудь, его пальцы сжали её, выкручивая соски с такой силой, что я застонала. Смесь боли и кайфа накрыла меня волной, и я почувствовала, как внутри всё сжимается, готовое к тому, что должно произойти. Я была как дикая волчица, готовая отдаться своему хищнику. Его прикосновения были одновременно нежными и грубыми, словно он хотел показать, что я принадлежу только ему.

Оставив мою грудь в покое, он снял с себя брюки вместе с трусами и кинул их к двери. Его руки снова вернулись ко мне, потянув за волосы, заставляя опуститься вниз. Я почувствовала спиной его горячий, стоящий колом член. Хотела развернуться, взять его в рот, почувствовать его вкус, но он не дал мне этого сделать. Легонько толкнул меня в спину, заставляя встать на четвереньки. Его руки раздвинули мои ноги пошире, и он пристроился посередине, обхватив меня за бёдра.

С громким хлюпаньем он вошёл в меня, и я застонала от удовольствия. Его движения были резкими, но точными, каждый толчок заставлял меня кричать от наслаждения. Я чувствовала, как его тело сливается с моим, как мы становимся одним целым. Его руки крепко держали меня, не давая уйти, а его дыхание становилось всё громче, горячее. Он был как буря, которая захватывала меня целиком, не оставляя ни малейшего шанса на сопротивление.

– Ты моя, – прошептал он, и его голос звучал как приказ, как обещание, как клятва.

Я не могла ответить, только стонала, чувствуя, как волны удовольствия накрывают меня с головой. Его движения становились всё быстрее, всё глубже, и я знала, что скоро мы оба достигнем предела. Моё тело дрожало, готовое взорваться, а его руки сжимали мои бёдра так сильно, что, казалось, оставят следы. Я чувствовала, как он теряет контроль, как его тело напрягается, готовое к кульминации.

Он кончил с рычанием дикого зверя, входя в меня настолько глубоко, насколько это было возможно. Его тело напряглось, а я почувствовала, как внутри меня всё сжимается, вырываясь на свободу. Мы оба замерли, дрожа от наслаждения, пока волны удовольствия медленно отступали, оставляя после себя лишь тишину и тепло. Его руки всё ещё держали меня, не отпуская, словно он боялся, что я исчезну, если он ослабит хватку.

Он отпустил мои волосы, и я опустилась на пол, чувствуя, как моё тело дрожит от пережитого. Он лёг рядом, обняв меня, и я почувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим. Мы лежали так, не говоря ни слова, просто наслаждаясь моментом, который казался вечностью. Его дыхание постепенно успокаивалось, но его руки всё ещё обнимали меня, словно он не хотел отпускать.

– Ты невероятна, – прошептал он, и его голос звучал так нежно, что я почувствовала, как внутри всё сжимается от счастья.

Я улыбнулась, чувствуя, как его руки обнимают меня, а его дыхание медленно успокаивается. Мы лежали на полу прихожей, и были совершенно счастливы. Мои красные колени, стёртые о ламинат, совершенно не мешали этому ощущению. Я чувствовала, как его тело расслабляется, как он постепенно возвращается в реальность, но его руки всё ещё держали меня, словно он боялся, что я исчезну.

– Я не хочу, чтобы это заканчивалось, – прошептала я, прижимаясь к нему ещё сильнее.

– Это не закончится, – ответил он, и его голос звучал так уверенно, что я не могла не поверить ему. – Ты моя, и я не отпущу тебя.

Мы лежали так ещё несколько минут, наслаждаясь тишиной и теплом друг друга. Я чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим, как наши тела сливаются в одно целое. Это был момент, который я хотела сохранить в памяти навсегда. Момент, когда всё вокруг перестало существовать, и остались только мы двое.

Но реальность постепенно возвращалась. Я почувствовала, как мои мышцы начинают ныть от неудобной позы, а его руки слегка ослабили хватку. Он медленно поднялся, помогая мне встать, и я почувствовала, как мои ноги дрожат от напряжения. Мы стояли друг напротив друга посреди разбросанных вещей, всё ещё не говоря ни слова, но в наших глазах читалось всё, что мы чувствовали.

– Я люблю тебя, – прошептала я, глядя ему в глаза.

– И я тебя, – ответил он, и его голос звучал так искренне, что я почувствовала, как внутри всё сжимается от счастья.

Мы стояли так ещё несколько мгновений, прежде чем он наклонился и поцеловал меня. Его поцелуй был нежным, но страстным, словно он хотел передать всё, что чувствовал, через это прикосновение. Я ответила ему с той же страстью, чувствуя, как наши тела снова начинают сливаться в одно целое.

Но на этот раз мы не торопились. Мы наслаждались каждым моментом, каждым прикосновением, каждым вздохом. Это был наш момент, и мы не хотели, чтобы он заканчивался. Мы знали, что впереди нас ждёт ещё много испытаний, но в этот момент мы были счастливы, и этого было достаточно.

## Глава 8

К столу мы дошли примерно через пол часа, голодные но довольные. Во время ужина я сказала, что была в восторге от его цветов. Это было неожиданно, восхитительно, волнительно и волшебно. Дионис скромно улыбнулся и сказал, что это немного странно. Я удивилась и спросила, почему?

– Инга, я цветы тебе подарил ещё неделю назад. Долго же ты думала, чтобы сказать спасибо. Твоё “спасибо” было восхитительным, тут как в пословице: ”Лучше поздно, чем никогда”, но я рад, что тебе было приятно.

Я лежу рядом и даже перестала дышать от этой новости, аж в груди похолодело. Получается, те цветы всё же были не от него, а буква “Д” это не Дионис, а Дмитрий! Вот так открытие! А я ему ещё фотку с букетом отослала такую, словно я передумала и решила завести с ним романтические отношения. Вроде бы он своим напором “Взял крепость” Вот это попала! Да как же так? Что теперь обо мне подумает папа Диониса? А что он подумает, глядя на фото, на котором я счастливая шлю ему воздушный поцелуй? Правильно, подумает, что мы теперь вместе, а это значит, в любой момент он может заявиться в гости.

Дионис что-то мне говорит, но я его не слышу, страх сковал меня. Страх за наше будущее, за нашу любовь. Он уже спит, а я заснуть не могу. Поспала всего час, и целый час мне снилось, что в мою дверь ломятся Дионис и его папа, оба с букетами роз и оба требуют от меня объяснений. Утром позвонила руководству и сказала, что буду к обеду. Идти в таком состоянии на работу я не могу.

Сижу на кухне, пью кофе и пытаюсь собраться с мыслями. Как же так получилось? Почему я сразу не спросила, от кого цветы? Почему решила, что это Дионис? Наверное, потому что он единственный, кто мог сделать такой романтичный жест. Но теперь всё запуталось. Дмитрий Милонас… Его отец. Человек, ночь с которым я хочу забыть, как страшный сон. О чём он вообще мог подумать, отправляя мне эти цветы? Может, это просто знак внимания, ничего больше? Но тогда зачем столько роз? И зачем он вообще решил это сделать?

Я понимаю, что нужно как-то выкручиваться из этой ситуации. Но как? Если я сейчас начну объяснять, что это недоразумение, всё может стать ещё хуже. Дионис, конечно, не станет ревновать, но он точно будет удивлён.

Как же всё это получилось? Как я могла перепутать? Почему я сразу не сходила к Дионису со словами благодарности? Сразу бы стало понятно, что цветы не от него. Даже если бы он увидел записку, он бы никогда в жизни не подумал, что это цветы от его отца. Он же не знает, и надеюсь никогда не узнает, что я знакома с его папой очень, очень близко. И что теперь делать? Дионис, конечно, не знает о моей ошибке, но я чувствую, что это только начало. Возможно, мне стоит поговорить с его отцом, объяснить ситуацию, но как? Ведь он может воспринять это как знак внимания с моей стороны. А если он расскажет Дионису? Тогда всё станет ещё сложнее.

Знаю, что нужно действовать осторожно, но как? Может, стоит просто забыть об этом инциденте и надеяться, что всё само собой уладится? Но в глубине души я знаю, что это невозможно. Ситуация слишком запутанная, и если я не возьму её под контроль, всё может получиться очень плохо.

Остаётся только ждать и надеяться, что Дионис не узнает о моей ошибке. А пока я буду стараться вести себя как обычно, чтобы не вызывать лишних подозрений. Но внутри меня бушует буря эмоций: страх, растерянность, чувство вины и надежда на то, что всё ещё можно исправить.

Вот так и живёшь, думая, что всё под контролем, а на самом деле жизнь постоянно подкидывает сюрпризы, которые заставляют пересмотреть свои планы и взгляды на происходящее. Остаётся только надеяться, что этот сюрприз не станет началом конца нашей любви.

Позвонила дочери, попросила её приехать и выпить со мной чая. Мне сейчас нужен рядом кто-то родной, и дочь – идеальный вариант. Я просто хочу с ней поговорить, всё равно о чём. Слушать её трёп о муже и подружках, узнать её маленькие тайны и семейные секретики, она всё равно не выдержит и проболтается. Сам процесс принесёт мне облегчение, я это знаю. До её прихода надо выкинуть мусор, иначе по коробке из ресторана с надписью: “Романтический ужин для двоих”, она догадается, что у меня кто-то есть. Не спеша прогулялась до мусорки, на обратной дороге, уже у подъезда встретила дочь, и, как назло, вдруг, откуда не возьмись, появился Витёк.

– Привет. А что это твой мужик мусор не выносит? Или он птица слишком крутая, чтобы такими вещами заниматься? – с усмешкой спросил он.