Ольга Погожева
Змея в норе

ГЛАВА 1. Змея в норе

«Всегда вытаскивай змею из норы чужими руками».

Аль Капоне

– Улыбайтесь, девочки, улыбайтесь! – покрикивала на них мисс Флаффи, нервно одёргивая неприлично короткие юбки официанток. – Улыбка скрашивает даже самое скучное лицо! Ох, Люси, припудри лоб, ты лоснишься, как лысина сеньора Педро!

Кира прекрасно понимала, что мисс Флаффи одёргивала девичьи юбки не затем, чтобы скрыть соблазнительные ножки, а для того, чтобы ткань выгоднее подчёркивала аппетитные формы, но не протестовала. Мисс Каррера умела за себя постоять, а щедрые чаевые с лихвой покрывали масляные взгляды и скабрезные шутки.

– Оставьте, мисс Флаффи, мы же не в ресторане, – фыркнула Люси, небрежно пройдясь пуховкой по лицу. – Это тамошняя публика стоит улыбок, а здесь, если я начну улыбаться направо и налево, чужие лапы тотчас ухватят за коленку!

– Ай, Люси, – развязно вклинилась худосочная Энн, – на твоих коленях побывало столько рук, что впору носить на них перчатки вместо колготок!

Кира вовремя отпрыгнула в сторону, когда Люси, мельком обернувшись, треснула Энн пуховкой по затылку. Та взвизгнула, в панике ощупывая тщательно уложенные локоны, и мисс Флаффи решительно вклинилась между официантками, сдвинув густо подведенные брови.

– А ну марш в зал! Тоже мне, нашли время для склок! И улыбайтесь, девочки, улыбайтесь! – напомнила мисс Флаффи о вечном, подталкивая раскрасневшуюся Люси в спину.

Поговаривали, что мисс Флаффи выступала на женском ринге в закрытых клубах. Может, и не врали: Люси, направленная её заботливой рукой, вылетела из подсобки быстрее, чем человек-ядро из цирковой пушки.

Кира ускользнуть следом за всеми не успела.

– Душечка, – обратилась к ней хозяйка. – Подготовь номера. Там сейчас всего пару клиентов, но к концу вечера будет не протолкнуться!

– Да, мисс Флаффи, – уныло отозвалась Кира, с завистью глядя на упорхнувших в зал девочек.

Принимать заказы, грубые комплименты и щедрые чаевые Кире нравилось куда больше, чем убираться в номерах после любовных утех посетителей. Там-то чаевых никто не оставлял. Одна надежда – если кто-то обронит бумажник.

Возражать Кира, разумеется, не стала. До конца испытательного срока оставалось всего пару дней, с понедельника ей станут платить больше, а летом, в сезон отпусков, работы в клубе только прибавится. А значит, и денег – тоже. И даже если сейчас ей скидывали самую грязную работу, мисс Каррера не возражала. Желание вырваться из родственного муравейника и снять собственный угол подальше от Южного Централа превышало нелюбовь к уборке, липким пальцам подвыпивших посетителей и работе без выходных.

Если бы в начальной школе Сан Педро знали, где подрабатывает новая учительница по вечерам и выходным, уволили бы со свистом. Не то чтобы Киру это пугало: пусть попробуют найти кого получше в этот райончик! На фоне цветного населения она выглядела почти альбиносом, и это с её-то смуглой кожей!

Кира выкатила из подсобки тележку с ведром, шваброй и тряпками, без энтузиазма заезжая в тёмный коридор. Номеров в полуподпольном клубе мисс Флаффи имелось всего семь; два оказались заперты изнутри, так что Кира ввалилась в первую же свободную комнату, спиной вперёд, волоча за собой тележку. Чем быстрее она покончит с ненавистной уборкой, тем скорее выйдет в зал, а уж там!.. Заказы, чаевые, мелкие поручения и деньги, деньги!..

– Я заказывал Нэнси, но ты куда лучше, – невнятно пробормотали за спиной. – Ух, какой вид!..

Чужая ладонь ухватила её за обтянутое юбкой бедро и жадно сжала, потянув на себя. Кира не удержалась на ногах, всплеснув руками и падая спиной на клиента. Перепрыгнувшая через порог тележка накренилась, плеснув водой из ведра на пол, а посетитель за спиной зашипел, получив затылком в подбородок.

– Что вы себе позволяете! – возмутилась мисс Каррера, изворачиваясь в крепких мужских руках. Тот, несмотря на удар в челюсть, ничуть не смутился и добычу из рук не выпустил. – Пустите немедленно! Я уборщица!

Над ухом надсадно фыркнули.

– Люблю ролевые игры, – хрипло признался посетитель, обдав крепким запахом виски.

Кира яростно рванулась из чужих лап, вновь цепляясь за спасительную тележку, и удивлённо взбрыкнула, когда её вздёрнули в воздух. Летняя туфелька сорвалась с ноги и описала дугу в воздухе, стукнув выпившего клиента по голове, а тележка подпрыгнула вслед за резким движением – и плеснула мыльной водой из опрокинутого ведра.

Мужчина отшатнулся, поскользнулся и рухнул вместе с добычей на кровать.

– Пустите! – взвизгнула Кира, с ужасом ощущая, как её основательно вмяло в постель. В бок неприятно надавило – ремень?.. Фляга?.. – Не смейте! Я учительница! Как вам не стыдно!

Мужчина завозился сверху, от удивления даже перестав шарить под её юбкой.

– Стремительный карьерный рост, красавица, – хрипло похвалил он, с ухмылкой глянув на Киру.

Клиент подпольного борделя мисс Флаффи оказался импозантным мужчиной в сером костюме, гладко выбритым, надушенным и, конечно, насквозь пропахшим потом и виски после тяжёлой трудовой недели. Кира сказала бы, что этот из приличной публики, какие приходили в их район, чтобы не светиться интимными запросами на белых улицах. Вот только глаза у мужчины оказались налитыми кровью, мутными и стеклянными, как у восковых фигур в музее мадам Тюссо.

Мисс Каррера всякого навидалась за короткую жизнь и поставила бы на наркотик: одной выпивкой такого отсутствующего взгляда не добиться. Да и пахло от клиента хоть и виски, а всё же недостаточно густо, чтобы вот так, почти вдрызг…

– Помогите! – крикнула Кира прежде, чем мужчина нетерпеливо и грубо рванул девичью форменную блузку. Брызнули на пол дешёвые пуговицы. – Кто-нибудь! Мисс Флаффи! Мисс Флаффи!

Под руку, как назло, ничего не подворачивалось. Кира без промедлений разбила бы о голову похотливого клиента что-нибудь тяжёлое, но увы! Дорогих ваз мисс Флаффи в номерах не держала, а торшер Кира одной рукой, из неудобного положения, не подняла бы.

– А ну руки убрал, gobshite!* – грозно предупредили от дверей. – Видишь, дамочка против!

(*Кретин – ирланд.)

Тяжесть чужого тела резко взмыла вверх, оставив наконец Киру на кровати одну, а в следующий миг звук глухого удара отправил пьяного клиента в глубокий нокаут.

Кира со стоном перекатилась набок и уселась на кровати, торопливо одёргивая порванную одежду и хватаясь за растрёпанную причёску. Посетитель в сером костюме безвольно раскинулся в кресле, отправленный туда могучей рукой неожиданного защитника. И впрямь могучей – чтобы одним ударом успокоить довольно крупного мужчину, требуется ещё более крупный противник.

– Вы как, мисси? – полюбопытствовал спаситель, с интересом разглядывая погром в номере, разлитую воду, перевёрнутую тележку и саму Киру, безуспешно пытавшуюся застегнуть блузку на оставшуюся в живых пуговицу. – Живы?

– Главное – что цела, – хмуро отрезала мисс Каррера, оглядываясь в поисках отлетевшей туфельки. – Нужно сообщить мисс Флаффи! Этот боров едва не переломал мне кости! И наверняка отдавил если не почку, то желудок – точно!

В доказательство Кира перегнулась через кровать, сплёвывая крошечную лужицу полупрозрачной жидкости. И ведь повезло, что пообедать не успела!

– Вас, мисси, даже блевотина не портит, – подарил изысканный комплимент спаситель.

– Ай, оставьте, – поморщилась мисс Каррера, поднимая наконец глаза. – Мистер…

– Виктор, – ухмыльнулся её защитник. – Просто Виктор.

Кира захлопнула рот, проглатывая остатки желудочного сока.

Есть масса выдающихся в физическом плане людей. Высоких, сильных, мощных, обаятельных. Природа часто благоволит своим детям, одаривая некоторых излишне щедро.

Похоже, принимаясь за отливку Виктора, природа зашвырнула подальше старые формы, и, засучив рукава, с яростным рвением принялась за работу по новым лекалам. Виктор оказался выше, шире и крупнее всех мужчин, которых когда-либо встречала мисс Каррера. Нет, разумеется, где-то наверняка водились выше и сильнее, но! При взгляде на дышащую первобытной мощью фигуру рыжеволосого мужчины – природа не поскупилась на огонь в его шевелюре – все мысли разом улетучивались, оставляя только один вопрос.

Как такое могло получиться?!

– Виктор, – медленно повторила мисс Каррера, не сводя затравленного взгляда с рыжего гиганта, – вы не поможете мне отыскать туфельку? И… отвернитесь, что ли…

– Да я уже всё рассмотрел, – подмигнул ей человек-устрашение. – И впечатлён! Знаете, мисси, я раньше думал, что цветные женщины мало чем отличаются от обезьян, но ошибку осознал и раскаялся! Вы вот просто прелесть, мисси.

От подобной грубости Кира даже не сразу нашлась, что ответить, хотя за словом в карман никогда не лезла. Из какой дыры выполз этот неандерталец?! Разумеется, отношение к цветному населению в Америке оставляло желать лучшего, но этот словно с Луны свалился, не иначе!

– Я – испанка! – взорвалась Кира, подрываясь на ноги. Босая нога ступила в лужу у кровати, и мисс Каррера тотчас поджала колено, балансируя на одной ноге, словно цапля. – Во мне ни капли цветной крови! Да как ты смеешь, ты…

– Я нашёл туфлю! – радостно сообщил Виктор, поднимая стоптанную туфельку и выливая из неё воду. – Ну-ка, красавица! Примерим! Твоя ли?

Вопрос уж точно риторический, с учётом, что вряд ли женская туфля могла принадлежать затихшему клиенту.

– Присядь-ка, – предложил человек-убеждение, нависая над Кирой и легонько надавливая ладонью ей на плечо.

Мисс Каррера рухнула обратно на кровать, а гора мышц и первобытного страха опустился перед ней на корточки, без церемоний хватая девичью лодыжку.

– Подошла, – удовлетворённо кивнул Виктор, вскидывая на Киру хитрые янтарные глаза. – Угадал!

Кира возмущённо поперхнулась воздухом, разглядывая крупное лицо наглого спасителя уже в непосредственной близости от своего. Виктор носил бакенбарды, но с таким же успехом можно было сказать, что те боролись за последние участки свободной кожи на скулах и подбородке. Пышные и густые, они словно бросали вызов всему живому, привнося в образ Виктора сходство со львом. А грива жестких рыжих волос наверняка привела бы тётушку Марию в ужас. Уж по крайней мере, цирюльников буйная шевелюра явно пугала до смерти, раз Виктор до сих пор не постригся по моде.

Ну или здоровяк плевать хотел и на моду, и на цирюльников.

– А про цветную кровь расслабься, – рыжий гигант фамильярно похлопал её по коленке, – говорю же: я не расист! Ну, по большей части… та, которая женская…

Не размахиваясь, Кира влепила наглецу пощечину.

Мисс Каррера не верила в полумеры. Уж если в ход пошли руки – значит, и ей церемониться нечего. От такого удара один из несостоявшихся ухажёров Киры долго лечился у дантиста и месяц носил шину на нижней челюсти, но человек по имени Виктор только уважительно крякнул.

– А хороший удар, – удивлённо признал спаситель. – Люблю дамочек с характером! Часто общаешься с несговорчивыми клиентами, детка?

Вместо ответа Кира зарядила рыжему здоровяку второй рукой.

Янтарные глаза Виктора заинтересованно полыхнули, но в этот момент от порога донеслось яростное:

– Что здесь происходит?!

Мисс Флаффи была страшна в гневе. Ну то есть, Кира её и в спокойном-то состоянии побаивалась. Злое возбуждение добавило хозяйке клуба и росту, и серьёзности намерений, на что недвусмысленно указывала тяжёлая трость в руке. Трость обыкновенно доставалась в особенно горячие вечера, когда охрана клуба не справлялась с буйными посетителями. Тогда мисс Флаффи со вздохом отставляла амплуа молодящейся светской львицы в уголок и вспоминала бойцовское прошлое. Вот и сейчас Кире показалось, что свободное платье натянулось на широких плечах мисс Флаффи, выдавая готовность хозяйки клуба ступить на ринг.

– Клиент перепутал меня с… Нэнси! – запнулась Кира. – Повалил на кровать, порвал одежду…

– А вы, молодой человек, – обличительно ткнула тростью мисс Флаффи, – благородный рыцарь? Спасли девушку в беде?

– Черта с два! – вспылила Кира, вскакивая на ноги. – Это… грубиян, такой же, как и тот!

– Я тебя на кровать пока не валил, – восстановил справедливость Виктор, выпрямляясь во весь рост. В комнате тотчас стало тесно. – Хотя, может, и не отказался бы… И между прочим, мисси, если бы я не вошёл, ты бы сегодня отработала сверхурочные. Где моя благодарность? Всего один поцелуй, и в расчёте!

– Что же побудило вас вмешаться, молодой человек? – опершись на трость, перебила поток мужских фантазий мисс Флаффи. – Благородные порывы здесь редкость. Решили примерить роль джентльмена?

– С кем поведёшься, – непонятно пожаловался Виктор. – Я, конечно, не лорд Ллойд, но женщин люблю, хозяйка. И уважаю! – поучительно поднял указательный палец здоровяк. – А женщины любят меня! Всё сходится.

– Как же, помню, – усмехнулась хозяйка клуба. – На той неделе вы показали девочкам всю силу своей любви. Нэнси даже выходной взяла.

– Ну, не так, чтобы всю, – усмехнулся Виктор. – Считаю, всё должно быть по взаимному согласию. Раз уж дамочка сказала «нет», надо услышать!

– Вам, небось, ещё не отказывали, – добродушно усмехнулась мисс Флаффи, проходя вглубь номера. – Что ж, благодарю за помощь, молодой человек. Сделаем вам скидку…

– Я бы предпочёл уборку номера, – здоровяк подмигнул Кире и вовремя перехватил уже занесённую ладонь. – Тише, детка, ты же так все руки отобьёшь! Вдруг в следующий не повезёт, переломаешь пальцы…

– Animal sucio!* – огрызнулась Кира, выдирая ладонь.

(*Грязное животное – испан.)

– Кира, душечка, – вдруг ледяным тоном обратилась к ней мисс Флаффи, оборачиваясь от неподвижного клиента. Тот сполз в кресле, но в себя так и не пришёл. – Вызывай ребят. И звони в полицию. Кажется, твой спаситель перестарался.

Кира метнулась к двери, но её перехватила мощная рука Виктора.

– Что значит – перестарался? – удерживая Киру за локоть, хмуро поинтересовался рыжий здоровяк. – Да я его даже не трогал! Швырнул в кресло, парень и затих.

– Полиция разберётся, – покладисто согласилась мисс Флаффи. – Пой что хочешь, рыцарь, но ты только что убил федерала. Вот копам и доказывай, что ты не при делах. А мне, молодой человек, проблемы в клубе не нужны…

      Кира сглотнула, затравленно глянула на хозяйку, затем на помрачневшего Виктора, и только потом – на безжизненное тело клиента, раскинувшееся в нелепой позе. А ведь и вправду, тот как упал, так и не шевелился… ни звука за всё время…

Внутри похолодело.

Мисс Флаффи умела решать любые проблемы, это Кира знала наверняка. Будь на месте погибшего обычный работяга, ребята мигом вышвырнули бы его на соседнюю улицу, а наутро делали бы удивлённые глаза, вздумай копы допрашивать персонал.

Увы, на отвороте пиджака уже мёртвого клиента тускло сверкал жетон, и это меняло многое. Смерть федерала расследовать будут яростнее, чем нападение на полицейского, и умные люди предпочитали сразу класть карты на стол. Особенно, если козёл отпущения уже найден.

– А теперь пусти девочку, рыцарь, – жёстко посоветовала мисс Флаффи, и в жилистой руке хозяйки клуба сверкнул пистолет. – Поверь опыту, ждать полицейских удобнее, не истекая кровью. С такого расстояния не промахнусь, милый. Ты как предпочитаешь – бедро или колено?

Лучистые золотые глаза с россыпью черных точек опасно полыхнули, и Кира сжалась. Мисс Флаффи легко блефовать, у неё-то пистолет! Или… хозяйка клуба не блефовала? Где объявился один труп, там влезут два – какая разница, сколько душ списать на подвернувшегося ирландского простофилю! А что новенькой уборщицей придётся пожертвовать – ну так невелика потеря…

Несколько бесконечных секунд показались вечностью, а затем пальцы Виктора медленно разжались.

– Зови, – жёстко усмехнулся здоровяк, как только Кира шарахнулась от него прочь. – Я не убивал этого кретина. А если gombeen* упал неудачно, не моя вина.

(*Идиот – ирланд.)

– Вот и умница, – обрадовалась мисс Флаффи, делая Кире знак. – Присядь покуда на кровать, милый, побеседуем…

Мисс Каррера вылетела из номера, едва не столкнувшись с лениво подходящей Нэнси, и ухватила девушку за рукав полупрозрачной блузки:

– Зови парней! Жмур в номерах! – и опрометью метнулась в кабинет хозяйки.

ГЛАВА 2. Старый знакомый

«Если врёшь, будь краток».

Аль Капоне

Кира так и не сумела определить, который из агентов ей нравился больше. Любого бери – и на обложку модного журнала! Строгие костюмы, белоснежные рубашки, подтянутые фигуры, молодые лица, новёхонькие жетоны и элегантные шляпы – чудо, а не мальчики, как сказала бы мисс Флаффи!

Вот только хозяйка клуба отличалась большей дальновидностью, нежели мисс Каррера.

– Прошу в кабинет, – сдержанно пригласила мисс Флаффи, как только агенты вышли из номера с покойным.

– Сейчас подъедет судмагэксперт, – негромко предупредил один из них, и Кира сощурилась, пытаясь разглядеть агента в сумраке коридора. – Прошу вас проследить, чтобы в номер никто не заходил.

– Разумеется, – тотчас согласилась хозяйка клуба.

Кира понимала, отчего нервничала мисс Флаффи: пятничный вечер, а выручка накрылась медным тазом. Клуб пришлось закрыть; очевидно, что и на следующий день его двери останутся запертыми. Такой урон кассе! И хорошо, если агенты ФБР не привлекут копов – уж те вцепятся в нелегальные дела клуба, как оголодавшие псы в кость! Агенты на такую мелочь обыкновенно не размениваются, и мисс Флаффи прилагала все усилия, чтобы те остались довольны и не натравливали полицейских на её не слишком скромный бизнес. Разумеется, наряд прибудет в любом случае, и всё же одно дело – расследовать смерть федерала, а другое – цепляться за многочисленные нарушения, что наверняка выльется в закрытие клуба и обвинения хозяйке.

– Кофе? – предложила мисс Флаффи, делая знак Кире. – Душечка, организуй…

– Я попросил бы леди задержаться, – тотчас перебил один из агентов, чьё лицо всё ещё скрывалось в тени. Резанул слух британский акцент. – Ведь это на неё было совершено нападение? Я хотел бы побеседовать с потерпевшей.

Мисс Флаффи застыла, затем коротко кивнула и бросила выразительный взгляд на Киру. Что говорить и о чём не упоминать, они оговорили заранее.

– Душечка, это агенты Джон Ллойд и Эдвард Лайт, – представила хозяйка, многозначительно глянув на уборщицу. – Будь с ними повнимательней: красивым мужчинам доверять нельзя…

Оба агента вошли в кабинет мисс Флаффи, и Кира, глубоко вдохнув, последовала за ними. Сидевший в углу Виктор в компании двух амбалов дёрнулся при виде вошедших и тотчас вскочил на ноги, не обращая внимания на вскинувшихся конвоиров.

– Джон! Хвала небесам, это ты! Слушай, здесь какая-то подстава! Да я его и пальцем не трогал! Так, приласкал немного… но от такого не помирают! Я свой удар держу!

Кира хмыкнула, покосившись на пудовые кулаки рыжего спасителя. Те сжимались и разжимались, словно гигантские меха, и попадись им горло почившего федерала, наверняка упокоили бы бедолагу вторично.

– Эдвард, – не отвечая Виктору, обратился британский агент к напарнику. – Побеседуй с мистером О’Ридом, а я пока поговорю со свидетельницей. С минуты на минуту приедет полиция, надо ускориться.

– Мы же не отдадим подозреваемого полиции, агент Ллойд? – вежливо уточнил Эдвард, делая знак амбалам. Те ухватили Виктора с двух сторон, но лишь повисли на нём, как бульдоги на кости, когда рыжий гигант выпрямился во весь рост. – У мистера О’Рида, если мне не изменяет память, не самая прекрасная репутация и не самый благоприятный предполагаемый послужной список. Полиция найдёт, что ему предъявить, и дело застопорится.

– Э-э-э, – заволновался Виктор, стряхивая конвоиров. – Что значит – полиция? Копы меня уже на той неделе привлекали, всё подкапываются к моему… честному бизнесу!

– Агент Лайт, действуйте, – распорядился агент Ллойд, хмуро отмахиваясь от рыжего гиганта. – Время не ждёт.

– Думаете подёргать за ниточки, выйти на заказчика? – проницательно догадался Виктор. – Джон, ты рехнулся! Где я – и где убийства федералов! Да я чист, как херувим!

Кира с сомнением покосилась на косматого рыжего херувима, насквозь пропитанного виски, но промолчала.

– Так бы и сделали, если бы ты был наёмником, – всё ещё хмуро откликнулся Джон, впервые глянув на Виктора. Кире показалось – с плохо скрываемым раздражением. – Но в таком случае ты и сам не знал бы имён, а информаторов не сдал бы. Только время тратить…

– Калибр мелковат, – мягко подтвердил агент Лайт. – Такого, как вы, мистер О’Рид, лучше сдать полиции, а там на их усмотрение…

– Калибр мелковат?! – громыхнул Виктор О’Рид, распрямляясь так, что Кира инстинктивно вжалась в стенку. – Да ты знаешь, кто я?! Лидер ирландского восстания! Виктор чёртов О’Рид! Большой человек!..

– Не поспоришь, – так же вежливо согласился агент Лайт, окидывая выразительным взглядом поле работ.

– Сдался мне ваш дохлый федерал! – бушевал Виктор, сжимая огромные кулаки. – Я тут на заработках, мне глупостями заниматься некогда! Ирландскому освободительному движению требуются деньги, связи…

Агент Ллойд прерывисто выдохнул, закатил глаза и быстро кивнул напарнику. Тот понял без слов, одним неуловимым движением отправляя гору мышц за дверь. Кира даже пикнуть не успела, проводив агента Лайта и его необъятную добычу ошарашенным взглядом.

– Агент Лайт служил в армии США, – коротко улыбнулся Джон, жестом выпроваживая амбалов мисс Флаффи из кабинета. – Внешность обманчива.

Кира вытянула шею, окидывая удалявшуюся спину агента Лайта заинтересованным взглядом. Многого не увидела: дверь вдруг захлопнулась сама по себе прямо перед её носом. От сквозняка, что ли?..

Впрочем, кое-что мисс Каррера всё же рассмотрела. Напарники-федералы оказались похожи: оба молоды, одинакового роста, стройного телосложения, с открытыми лицами честных людей. Эдвард обладал мягкой, не слишком выдающейся внешностью: серые глаза, русые волосы, покрытое лёгким бронзовым загаром лицо.

На его фоне агент Ллойд выделялся: черноволосый и светлокожий, с правильными чертами лица и внимательным взглядом выразительных чёрных глаз, Джон Ллойд казался безупречно красивым мужчиной.

Кире такие не нравились.

Ну то есть, смотреть, конечно, нравилось. Кто ж не любит красивую картинку? Но встречаться мисс Каррера предпочитала с мужчинами помощнее да побрутальнее. Вот как Хуан, с которым Кира не виделась уже полгода. Жив ли?..

Агент Ллойд, на её вкус, был слишком совершенен. Вот как с таким жить? Постоянно соответствовать? Держать спину и следить за манерами? Проверять, не выбился ли где локон? Не помялось ли платье? Взяла ли она правильную вилку в ресторане? Слушать оперу и ходить по музеям? Пытка, верно, невыносимая!

А ещё Джон Ллойд показался Кире знакомым, как будто она уже встречала его раньше.

– Присаживайтесь, мисс Каррера, – пригласил тем временем агент Ллойд, без церемоний проходя за стол хозяйки кабинета. Сюда только на прошлой неделе провели телефон, и мисс Флаффи им очень гордилась. – Надеюсь, вы в порядке? Столько потрясений за вечер…

Кира открыла и закрыла рот, осторожно опускаясь на краешек стула. Агент Ллойд тем временем достал блокнот и карандаш, аккуратно отодвинул пепельницу хозяйки кабинета в сторону, огляделся и зачем-то выдернул шнур из телефонного аппарата.

– Откуда вам известно моё имя? – выпалила Кира. – Мисс Флаффи нас не представляла!

Агент наконец устроился на чужом рабочем месте и поднял глаза.

– У нас общие знакомые, – подсказал агент Ллойд. – Хотя мы виделись лишь мельком, в церкви Чайнатауна, в Нью-Йорке. На прошлое Рождество. Припоминаете?

Кира медленно покачала головой.

– Мисс Диана Фостер, – напомнил Джон. – Ваша подруга. А ваш жених, Хуан Мачете, член синдиката сеньора Флореса, едва не выкрал её прямо с улицы.

Глаза Киры расширились, и она тотчас вскочила со стула.

– Диана! Вы… что-то знаете про неё?!

Агент Ллойд кивнул, указывая глазами обратно на стул, и мисс Каррера медленно опустилась обратно.

– Диана – моя сестра, – буднично сообщил агент Ллойд. – И она очень переживала о вас, мисс Каррера. Вы так внезапно исчезли…

Кира нахмурилась, откидываясь на спинку жёсткого стула.

– Никакого секрета здесь нет, – мрачно отозвалась мисс Каррера. – Хуан после той истории исчез, даже не попрощавшись, а родители решили, что мне нечего делать в порочном Большом Яблоке, и отправили на Западное побережье вместе с тёткой. Мы живём у родственников, в пристройке, в Южном Централе. Я закончила колледж и сейчас работаю в школе. Начальные классы. Там учатся дети мексиканских иммигрантов и прочее цветное население. Учительница, говорящая на испанском, здесь ценится больше, чем профессор из Калифорнийского университета, агент Ллойд. Родители счастливы, тётка довольна, а денежки уходят родственникам в оплату жилья. Работа в клубе мисс Флаффи – не предел мечтаний, но хотя бы оплачивает мне новые платья.

– Мечтаете о лучшей жизни? – с искренним участием поинтересовался Джон.

– Домик с бассейном, ужины в лучших ресторанах, шикарные мужчины и престарелый миллионер, который женится на мне после первого же свидания! – тотчас с жаром подтвердила мисс Каррера.

Агент Ллойд рассмеялся.

– Почему престарелый? – с улыбкой уточнил он. – Чем вам не нравятся молодые и богатые?

Кира только отмахнулась.

– Такие обычно зависят от родителей и женятся на тех, на кого им укажут маменька с папенькой, – со знанием дела доложила мисс Каррера. – А джентльмены в летах могут себе позволить жениться, когда блажь в голову ударит! И тут – я! В новом платье!..

Агент Ллойд всё ещё безуспешно стирал улыбку с лица.

– Да и живут богатые старики всё-таки поменьше молодых, – рассудительно подметила мисс Каррера. – И тут…

– Вы, – с улыбкой подсказал Джон. – В новом платье.

– И с миллионным наследством, – мечтательно вздохнула Кира.

– Если желаете, могу представить вас отцу, – вскользь обронил агент Ллойд, штрихуя что-то в блокноте. – Лорду Ллойду. Он питает определённую слабость к испанкам.

– И богат? – встрепенулась мисс Каррера.

– Весьма, – сдержанно подтвердил агент Ллойд. – А также немолод и довольно консервативен. Если вы ему приглянетесь, вполне может и предложить брачный союз. Кто знает? Пусть вам повезёт.

Кира окинула агента Ллойда придирчивым взглядом, загляделась на обручальное кольцо и шумно вздохнула.

– Знакомьте, – решилась мисс Каррера. – Сдаётся мне, вашу супругу всё равно не подвинуть, так отчего и не приглядеться к престарелому папе-лорду?

По губам Джона Ллойда скользнула быстрая усмешка, затем он степенно кивнул.

– Тогда по рукам, – выпрямился агент. – Вы поможете мне с расследованием, а я похлопочу о знакомстве.

Кира тут же насторожилась.

– Что значит – поможете? – подозрительно сощурилась мисс Каррера. – Какая вам ещё помощь? Клиента, сотрудника вашего, я не убивала. Виктор ворвался в номер, отшвырнул его прочь…

– Это я уже слышал, – негромко согласился агент. – От мисс Флаффи. И нисколько не сомневаюсь, что именно так всё и произошло. Видите ли, мисс Каррера, я – менталист. Телекинетик. И я вижу, когда люди лгут. Вы сейчас говорите правду. Хозяйка клуба не солгала тоже.

Кира напряглась; разговор сворачивал совсем не туда.

– Тогда зачем вы со мной беседуете? – нахмурилась она. – Я ведь не подозреваемая, вам Виктор нужен! Чем я тут помогу?

Агент Джон Ллойд посмотрел на неё так внимательно, что распалённая испанка даже поёжилась от неуютного, пробирающего чувства. А не так прост симпатичный британский агент-менталист…

– Агент Филмор – не единственный трагически скончавшийся сотрудник лос-анджелесского федерального бюро, – помедлив, отозвался наконец агент Ллойд. – За прошедшие три месяца это уже четвёртый труп.

– Тогда его точно кокнули! – выпалила Кира, не задумываясь. – Как-то слишком много мертвецов! Кому-то ваше бюро поперёк горла, мистер агент!

– Вы быстро схватываете, – сдержанно улыбнулся Джон Ллойд. – А ещё у вас потрясающий послужной список.

– Да ладно? – недоверчиво прищурилась Кира. – Это какой же?

– Вы учительница, – с готовностью пояснил агент, – однако у вас есть опыт работы в клубе и на складе. Ваши родители работали на складах в Нижнем Манхэттене, верно? А вы наверняка помогали.

Кира нахмурилась и поёжилась.

– Ну, – буркнула она, – допустим.

А неплохо осведомлён холёный агент! Видимо, Диана выложила братцу всё, что знала про бывшую подругу. Мисс Каррера искренне радовалась, что у самой Дианы всё хорошо, однако не горела желанием пересекаться вновь. И вот – догнало же церковное прошлое, треснув кадилом по маковке.

Вот правду говорят, что от Бога нигде не скрыться, даже в Южном Централе.

– Мне как раз нужен человек, который внедрился бы в школу, на склад и в клуб, не вызывая подозрений, – не отрывая глаз от мисс Карреры, спокойно пояснил Джон Ллойд. – И вы прекрасно подходите. Вздумай кто проверить вашу биографию, вопросов не возникнет. Простите, мисс Каррера, но вы очень удачно мне подвернулись. Полагаю, вы не откажетесь помочь старому знакомому…

Кира вскочила как ошпаренная. Дел с федералами ей только не хватало!..

– Есть ещё одна причина, по которой я хочу попросить о помощи именно вас, – продолжал агент Ллойд, словно не замечая нервозности потерпевшей. – О которой, если позволите, я сообщу позже. Я несколько устал держать ментальный щит у кабинета, и нас могут услышать. Ваша добрая хозяйка, например. Я и сейчас слышу, как недовольно бьётся её сердце…

– Идите к дьяволу! – взвилась мисс Каррера. – Знаю я ваши федеральные делишки! Овчинка выделки не стоит! Того и гляди, следующей стану! Даже не уговаривайте! Мне нет дела до убийств и трупов, агент Ллойд! Я сегодня, возможно, работы лишилась, в школе летом платят ещё меньше, тётка снова выгребла копилку…

– Я заплачу.

Кира села.

– С этого и надо было начинать, – сдержанно попрекнула мисс Каррера, чинно складывая ладони на коленях. – Сколько?

– Назовите цену, – предложил агент Ллойд, постукивая карандашом по блокноту. – А я накину сверху знакомство с отцом. Настоящим лордом, – напомнил агент.

– Хоть бы товар вначале посмотреть, – придирчиво дёрнула плечиком мисс Каррера. – Затея с богатым и престарелым батюшкой интересная, но не шуршит, поэтому давайте в цифрах, агент Ллойд. Двадцать пять долларов в неделю, плюс переработки!

– По рукам, – тут же согласился агент, и Кира поняла, что здорово продешевила.

– Надо было больше просить, – расстроилась она. – Про переработки запишете?

Джон Ллойд выразительно кивнул на блокнот, захлопнул его и поднялся.

– Детали оговорим позже, – предложил агент, потирая висок. – Всё-таки тут слишком много ушей. Сердца бьются… – непонятно добавил агент-менталист, открывая дверь и галантно пропуская даму вперёд.

Сердец в тесном коридорчике билось сразу два: хозяйки, мисс Флаффи, и одного из её «мальчиков». Лица у обоих показались Кире недоумевающими и разочарованными. И впрямь подслушивали, что ли?

– Агент Лайт в зале, – подсказала мисс Флаффи. – Полицейских велено туда не пускать. Мы их в номера проводили…

– Полиция уже тут? – безрадостно осведомился агент Ллойд.

– Ещё один из ваших добрался, – припомнила мисс Флаффи. – Консультант, что ли? Агент Лайт его признал и представил доктором Вольфом. Сказал, судмагэксперт…

– Вольф здесь? – тут же обрадовался Джон. – Прекрасно! Пусть работает. А мы послушаем Виктора.

Кира сунулась следом за агентом Ллойдом, но мисс Флаффи дёрнула её за локоть, удерживая на месте.

– Что ты ему наплела, душечка? – сузив глаза, осведомилась хозяйка. – Мистер агент оборвал нам уши, отключив телефон! И из-за двери ни слова не доносилось…

– Ого! – поразилась Кира. – А как вы слушали через телефон?

Мисс Флаффи досадливо отмахнулась и подтолкнула Киру к залу.

– Узнаю, что про нас что-то ляпнула – пеняй на себя, душечка!

Мисс Каррера сделала в уме пометку рвать когти сразу же, как агенты позволят им разойтись, и с любопытством выглянула в зал. Там, за одним концом стола, восседал угрюмый и нервозный Виктор О’Рид, а за другим – спокойный, что удав, агент Эдвард Лайт.

Агент Джон Ллойд остановился на пороге, не желая мешать допросу, а за его спиной столпились сгорающие от любопытства Кира, мисс Флаффи и её верный вышибала.

Очевидно, Виктор одумался, смекнув, что сболтнул лишнего в кабинете, и теперь сочинял что-то о планах на жизнь в Лос-Анджелесе, куда входили, конечно же, поиски стабильной работы, аренда дома в хорошем районе, и в недалеком будущем – кто знает? – семья и всё прочее, что нужно честному человеку для счастья.

Агент Лайт слушал внимательно, не перебивая, ни мускулом не выказывая того, что не верит болтливому ирландцу ни на грош. Глаза, тёмно-серые, стальные, ни разу не мигнули, не отвели взгляд; тёмно-русые волосы были коротко острижены и небрежно уложены, придавая его лицу, спокойному, ещё молодому, весьма располагающий вид. Верно, роль агента обыкновенно сводилась к «доброму полицейскому» – уж по крайней мере, Кире агент Эдвард Лайт показался весьма симпатичным молодым человеком.

Уже прогресс, с учётом, что её всегда тянуло на откровенных бандитов.

– …а зачем вам мой прошлый четверг? – подозрительно сощурился О’Рид. – Ну, будь по-вашему, занят я был весь день, да! Аккурат в полдень, я сгонял в Тарзану по делам, потом мотнулся в Хайленд Парк, хорошо, что на своей тачке – и к шести был дома, в Централ-Сити! Какой Голливуд, о чем вы, агент? Некогда мне на красоты любоваться!

– Насыщенный день, – доброжелательно согласился агент Лайт. Даже голос, мягкий, ненавязчивый, будто служил фоном для языков болтливых преступников. Человеку с таким голосом верилось. С ним хотелось… поделиться. Сам агент казался тенью: мол, нет меня, говори свободно, тебе ничто не угрожает. – А вы весенний парад в Хайленд Парк застали?

– Конечно! Такой… шумный! Шары, плакаты!..

– Парад завершился в два часа дня, – подсказал агент Лайт.

– Точно! – мигом сориентировался Виктор. – Даже жаль стало, всё пропустил!

– Разумеется, пропустили, – вздохнул агент Лайт. – Потому что даже если бы вы выехали из Тарзаны ровно в полдень, два часа не хватило бы, чтобы добраться в Хайленд Парк. Перекрыли две магистрали, несколько крупных аварий, самоубийца, и стрельба в Глассел Парк. Встало пол-города, и люди добирались из одного района в другой почти пять часов.

– Так я тачку бросил, и на трамвае, – быстро скорректировал показания Виктор.

Агент Лайт грустно улыбнулся.

– Это ещё одна беда нашего города, мистер О’Рид. Основную ветвь в сторону Хайленд Парк закрыли на ремонт. В тот день случился настоящий транспортный коллапс.

Кира не выдержала и фыркнула, сдержав нервный смешок, в то время как Виктор шумно и невнятно выдохнул, явно подавив ругательство. Ловко загнал его в ловушку опытный агент! Вот так, со стороны, мисс Каррера и сама могла бы сказать, когда и где завирается заезжий ирландец. При прямом контакте, глаза в глаза, многое можно упустить, ведь глаза лгут.

К несчастью для Виктора, агент Эдвард Лайт прекрасно видел вблизи.

– Зачем вы лжёте, мистер О’Рид? – спокойно поинтересовался агент Лайт. – У меня нет цели засадить вас за решётку. Хотя сделать это настолько просто, что я бы отдал ваше дело какому-нибудь интерну, для набивания руки. С предъявленными обвинениями вам светит лет двадцать, и только что вы себе наговорили ещё на семь. Если бы мне это было интересно, мы бы с вами распрощались, не повстречавшись.

Ирландец сощурился.

– Тогда…

– …зачем я трачу своё и ваше время?

Эдвард вздохнул, поднимаясь. Обернулся, встречаясь взглядом с Джоном, и отрицательно покачал головой.

– Проверяю, не причастны ли вы к ещё одному делу, раз у нас выдалась минутка. Сдаётся мне, точку в вашей причастности к убийству агента Филмора поставит наш судмагэксперт.

– Поставлю, – согласились из коридора.

Кира обернулась, пропуская невысокого мужчину в зал. Тот оказался такой же невыразительной внешности, что и агент Лайт, только немного светлее и без подкупающего атлетического телосложения. С таким, как Эдвард Лайт, Кира не отказалась бы прогуляться по набережной Санта Моники, а вот объявившемуся судмагэксперту ничего подобного не светило – даже в случае взаимной заинтересованности. Такими женихами не хвастаются и на людях к сильному плечу не прижимаются. К чему там прижиматься?..

– Как здесь людно, – невыразительно заметил магэксперт, проходя в зал.

Словно по команде, из коридора объявился полицейский и позвал недовольную мисс Флаффи; вместе с ней ушёл и верный телохранитель. Киру из зала никто не гнал, так что мисс Каррера предпочла оставаться на месте: в коридоре толпились копы, в номерах громыхала раздосадованная хозяйка…

Пожалуй, компания симпатичных агентов, рыжего гиганта и спокойного магэксперта импонировала ей куда больше. Приличное мужское общество, как ни крути, всегда приятнее женского. В отсутствие конкуренции – такой простор для манёвров!

– Вольф! – обрадовался Виктор. – Ну хоть ты им скажи! Не убивал я никого! На этой неделе – никого, – тут же поправился О’Рид. – И вообще, с конца ирландской кампании ни капли крови не пролил!

– Виктор, – без воодушевления откликнулся судмагэксперт, присаживаясь за соседний столик и бросая на столешницу тряпичный пакет. – И почему я совсем не удивлён?

– Потому что О’Рид у нас мастер влипать в грязные дела, – не сдержался агент Ллойд. – Если потерял Виктора – ищи в борделе! Какой позор…

Рыжий гигант ухмыльнулся, откинувшись на жалобно скрипнувшем стуле.

– Завидуешь, англичанин? – развязно бросил ирландский революционер, окидывая агента насмешливым взглядом. – Тебя-то Эвелин на коротком поводке держит! Да ты не переживай, агент: Виктор всё уладил. Ты не уйдёшь в вечность скучным пуританином, дорогой родственничек! Я по борделям твоим именем представляюсь.

Джон Ллойд побледнел, и Кира поспешила его утешить:

– Лжёт, агент Ллойд! Мне он сразу представился Виктором.

О’Рид стрельнул в её сторону заинтересованным взглядом – словно притаившийся гепард из сумрака танцевального зала.

– Просто ты для меня особенная, детка! – ласково пояснил рыжий гигант.

Джон Ллойд прерывисто выдохнул и обернулся к магэксперту.

– Рассказывай, Константин.

Кира вклинилась в разговор до того, как доктор Вольф успел бы вставить хоть слово.

– Так вы все… знакомы, что ли? – не сдержалась она, разглядывая то агента Джона Ллойда, то Виктора О’Рида, то спокойного, что Тихий океан, судмагэксперта Константина Вольфа.

– Позже, мисс Каррера, – попросил агент Ллойд вроде бы вежливо, но Кира тут же заткнулась.

Зато заговорил доктор Вольф.

– Я не спрашиваю, почему в зале посторонние, Джон, – предупредил Константин, раскрывая тряпичный пакет. Тускло блеснула металлическая фляга. – Раз девушка здесь, значит, она ещё нужна. И всё-таки буду краток. Агент Филмор умер не от удара нашего дорогого Виктора. Могу также добавить, что, по всей вероятности, убийца не был магом, хотя это неточно…

– Что значит – неточно? – тут же перебил агент Ллойд. – Вольф, не говори мне, что ты, лучший магэксперт в западных Штатах, разучился видеть чужую магическую ауру!

– Видишь ли, – скучающе пояснил Константин, – даже я не поручусь, что человек, подливший яд во флягу агента Филмора, являлся магом. Интуиция подсказывает, что тут, как и в предыдущих случаях, действовали просто и скучно. Магия здесь ни при чём.

Агент Ллойд не глядя опустился на ближайший стул, не отрывая взгляда от фляги. Доктор Вольф убедился, чтобы друг не промахнулся мимо сидения, и коротко подтвердил:

– Агент Филмор был отравлен.

ГЛАВА 3. Необычная семейка

«Случайных совпадений не бывает».

Аль Капоне

Лос-анджелесское солнце палило нещадно. Конец мая выдался на редкость душным, так что пляжи оказались забиты с самого утра, а на улицах толпились лишь неудачники, которым не нашлось места на горячем песке.

Агент Ллойд предлагал за ней заехать; Кира мудро отказалась. Ещё в прошлый вечер мисс Каррера оценила неброский, но явно дорогой автомобиль агента Ллойда, когда он садился за руль. Местные умельцы разобрали бы красавец «Астон Мартин» на запчасти, как только мистер агент заглушил бы мотор, так что Кира не рисковала и назначила встречу в кафе на углу. Оттуда они отправятся на пляж Санта Моники, так что Кира явилась во всеоружии.

Пляжные принадлежности мисс Каррера уложила на дно летней сумки, а из дому пришлось выйти в скромном выходном платье – если бы тётка Мария вычислила, что племянница идёт на пляж, легла бы всеми нажитыми килограммами праведного гнева на пороге, чтобы не допустить позора. Светить голыми ногами на публике! Святотатство и десять «Отче наш» с коленопреклонениями.

– Содовой, а? – развязно подмигнул ей бармен, как только Кира, нетерпеливо постукивая туфелькой по полу, сделала заказ. – Вы такая горячая, мисс… насыплю-ка я вам побольше льда!

– И себе не забудь – остудить пыл, – фыркнула мисс Каррера, взбираясь на высокий стул.

Бармен с интересом оглядел посетительницу, жадно приложившуюся к холодной газировке, и оперся локтем о стойку, ухмыляясь от уха до уха.

– А мне не надо, мисс! – похвастался он мимоходом, щёлкая пальцами. Повеяло слабым холодом, собрался над ладонью пока ещё призрачный кубик льда.

Кира покивала без всякого интереса, с наслаждением допивая вкусную газировку, и закинула ногу на ногу, не спеша одёргивая юбку.

– Ты смотри, не перенапрягись, – серьёзно посоветовала мисс Каррера, поглядывая в окно. – Холодильник справится лучше, а ты сейчас, того и гляди, сам газу пустишь.

Бармен покраснел; так и не сформировавшийся кубик льда пыхнул холодным паром, растворяясь в воздухе, а пристыженный маг льда поджал губы, отворачиваясь от бойкой посетительницы.

– О, нет! – простонала Кира, как только за окном припарковался красный кабриолет. Шикарный автомобиль, конечно, ни в чём не провинился, а вот водитель напрочь отбил у мисс Карреры тягу к вынужденному сотрудничеству с федералами.

– Кира, детка! – громыхнул с порога Виктор, расплываясь в ухмылке от уха до уха. Люди врут, будто улыбка красит людей; жуткий оскал О’Рида явно служил иной цели. Видимо, предки рыжего гиганта ухмылялись так же, чтобы загнанная добыча леденела от ужаса и сдавалась без боя. – Заждалась? Не переживай, домчим с ветерком!

– Куда домчим? – нахмурилась мисс Каррера, чувствуя на себе взгляды всех немногочисленных посетителей местного кафе.

– Туда, где ты сорвёшь с себя лишние тряпки и порадуешь старину О’Рида тем, что он уже раз видел! – подмигнул Виктор, пробежавшись пальцами по коленке мисс Карреры.

Летняя сумка прицельно приложила Виктора по уху под бурные аплодисменты зрителей. Предсказуемо, победило ухо: сумка не выдержала превосходящих сил противника и лопнула по шву, щедро усыпав пол купальником, полотенцем, косметичкой, расчёской и кошельком.

О’Рид присвистнул, поднимая с пола купальник, который Кира тотчас выхватила из лап ирландца, вскакивая со стула.

– Красный тебе идёт, детка, – одобрил рыжий гигант, пока мисс Каррера, чертыхаясь, собирала вещи с пола. – Жду не дождусь!..

– Не дождёшься! – отрезала Кира, выпрямляясь наконец во весь рост и прижимая к груди порванную сумку. – Губу закати, мистер не-расист! У меня встреча с Ллойдом!

– А вот тут ты ошибаешься, детка, – осклабился О’Рид. – Слыхала о групповых… свиданиях?

Проклятый ирландец! Против такого не с сумочкой – с кувалдой идти нужно! Кира обернулась, оглядывая притихших посетителей кафе, и пригрозила:

– Вы давайте… ешьте-пейте, а то и вам прилетит!

В зале торопливо зазвенели столовыми приборами.

– Остынь, детка, – примирительно предложил О’Рид. – Ну, хочешь, мороженым угощу?

– «Колой», – тут же сориентировалась мисс Каррера. – И расплатись за содовую, раз уж у меня руки заняты по твоей милости!

Рыжий гигант только расхохотался, пока Кира гордо дефилировала к выходу. Сгрузив вещи на сидение кабриолета, мисс Каррера забралась следом, сердито хлопнув дверцей. И почему агент Ллойд прислал именно Виктора? С рыжего смутьяна только вчера обвинения сняли!

– Я сам напросился, – пояснил О’Рид, не дожидаясь расспросов. Красный кабриолет протестующе скрипнул и накренился, когда здоровяк втиснулся на водительское место, а саму Киру вжало в дверцу. – Джон у нас человек занятой, да и светиться в этом райончике ему не с руки, а Константин лишней работы на себя никогда не взвалит. Кроме того, оба женаты, и бойкие супруги ни за что не выпустят мужей из цепких коготков в выходной день! Уж я-то этих девиц знаю и не завидую ни одному из них! В конце концов, я с ними вырос.

Рыжий ирландец перебросил ей «колу», которую Кира едва успела поймать, и кабриолет тотчас без предупреждения рванул с места. Кира невольно ухватилась за локоть водителя одной рукой, съёжившись на сидении и судорожно цепляясь за холодное стекло второй.

– Как – вырос? – перекрикивая ветер, повернулась к Виктору она. – Они что…

– Мои сёстры, – ухмыльнулся О’Рид, и на жутком лице впервые отобразилось нечто вроде нежности. – Эвелин старшая, Мэйовин младшая. Чистые занозы в заднице, детка! Даже не знаю, кому из дорогих зятьев повезло меньше! Обе с придурью…

Кира лихорадочно соображала. Выходит, О’Рид приходился шурином и агенту Джону Ллойду, и судмагэксперту Константину Вольфу? Неудивительно, что с такими родственниками ирландскому революционеру многое сходило с рук! Славно устроился, ничего не скажешь! А ещё лучше – вообще лишнего не говорить, потому что Виктор наверняка передаст их разговоры уважаемым зятьям почти дословно.

– А почему агент Лайт не приехал? – осторожно пробила почву Кира. – Ну, Эдвард который…

Виктор скосил на неё янтарные глаза и усмехнулся, выворачивая на боковую улицу. Движение постепенно замедлялось; они въезжали в неизбежные, как калифорнийские налоги, лос-анджелесские пробки.

– Приглянулся, детка? – проницательно заметил опытный сердцеед. – Рожа смазливая, чего уж там… А уж как он на чистую воду меня вывел! Дознаватель экстра-класса, чтоб его! Вот что мне не понравилось, так это его хватка. Грязные американские приёмчики!..

Кира фыркнула, отлипая наконец от рыжего ирландца и усаживаясь на сидении ровно. Поправила растрепавшиеся от ветра пряди и с наслаждением подставила лицо яркому лос-анджелесскому солнцу.

– Я думала, ты только цветных не любишь, – подметила мисс Каррера, пропуская встречный воздух через пальцы.

Сходить бы на маникюр!.. Но тётка в обморок хлопнется, увидев на её ногтях лак, и избавится от него, пожалуй, вместе с пальцами: всё-таки всю жизнь в разделочном цехе.

– С чего бы такие привилегии? – удивился Виктор. – Я не только цветных не люблю.

– Удиви меня, мистер не-расист, – хмыкнула Кира.

– Мексиканцы – дикари, французики раздражают, немцев не перевариваю, америкосы много о себе думают, про англичан даже не заикайся, детка, – мрачно пригрозил ирландец, стискивая руль.

– Коротковат список, – прикинула мисс Каррера. – Что так, здоровяк? Мало путешествовал по миру? Не во всех странах побывал?

– Не умничай, – нахмурился О’Рид. – Ты-то дальше Штатов носу не казала!

– Мало, что ли? – удивилась Кира. – Да каждый штат тут как отдельная страна, мистер невежда! Сравни Висконсин и Калифорнию – это же разные планеты!

– Висконсин – это гризли, фермеры, коровы и снег? – уточнил Виктор. – Нет уж, лучше жара, пляжи, Голливуд и глупые законы, которые так и тянет нарушить!

Судя по вчерашнему, рыжий ирландец не отказывал себе в удовольствии и нарушал регулярно.

– Как же ты мучаешься, здоровяк, – вздохнула мисс Каррера, ловко вскрывая «колу» застежкой от порванной сумочки. – Повсюду надоедливые людишки!

– Я держусь, – похвалился О’Рид, выпрямившись на сидении.

Кабриолет жалобно скрипнул.

Пляж Санта Моники считался лучшим в Лос-Анджелесе, а потому, ожидаемо, оказался забит под завязку. Народ победнее стелил полотенца прямо на песке, начиная от самого асфальта, а те, кто мог позволить себе шезлонги и официантов, собирались под белоснежными зонтами неподалёку от кафе.

Именно туда и повёл Киру решительный, как крейсер, Виктор, прокладывая дорогу среди полураздетых тел с целеустремлённостью ледокола, ворвавшегося на стоянку частных катеров. Народ предусмотрительно отшатывался в стороны, не рискуя пойти на дно после столкновения, так что Кире оставалось лишь не терять широкую спину проводника из виду.

Под такой непробиваемой защитой они беспрепятственно вышли к пляжной зоне, где обитали гости с толстыми кошельками. Кира частенько сбегала к набережной Санта Моники, но это не стоило ей ни цента; в этот райский уголок общественного пляжа она прежде не заглядывала.

– Почему на пляже? – в очередной раз поразилась мисс Каррера, стягивая туфельки на ходу. – Агент Ллойд не боится публичности?

– Агент Ллойд боится супруги больше, чем убийц и шпионов, – хмыкнул человек-гора, ласково потрепав Киру по шее. Мисс Каррера не замедлила с ответным хуком в рёбра, но потерпела неудачу, едва не переломав тонкую кисть. – Видишь ли, детка, дорогая сестрица видит мужа только по выходным и дико скучает. Эва у нас, как бы это сказать… жуткая собственница, вот! Так что ты уж поменьше сверкай своими потрясающими ножками перед её ревнивым носом. Если подумает, будто ты флиртуешь с Джоном – похоронят в закрытом гробу. Так что наш дорогой агент Ллойд совмещает приятное с полезным – проводит время с семьёй и вербует тебя для федеральных нужд. Ловко, а?

Кира так не считала, но агенту Ллойду видней. Если ему так удобней…

– Вик! Вик! Сюда!

От небольшой компании, расположившейся под двумя раскидистыми пальмами, отделилась высокая, очень красивая и очень беременная девушка. Рыжие волосы оказались длинными не по моде, едва ли не по пояс будущей матери, волнистыми и яркими настолько, что слепили глаза.

– Сестра, – хмыкнула Кира, мигом оценив сходство.

К счастью, девушке повезло: в отличие от брата, она обладала довольно приятными чертами лица, прекрасной кожей и изумрудными глазами, явно сводившими мужчин с ума. Ну, до замужества, разумеется, потому что кто ж прельстится беременными формами?

Сама рыжая так не считала.

За те десять шагов, что девушка сделала по набережной в их направлении, она сладко улыбнулась сидевшим у барной стойки молодым парням, бросила кокетливый взгляд на проходившего мимо импозантного мужчину, не стесняясь его спутницы, и наконец остановилась в самой соблазнительной позе, которую позволяли огромный живот, купальный костюм и общественный порядок.

– Эвелин? – рискнула предположить Кира, обращаясь к Виктору.

Рыжий гигант не успел ни подтвердить, ни опровергнуть.

– Как можно нас перепутать! – возмутилась беременная, всплеснув руками. – Я же молодая и красивая!

– Мэйовин, детка, – расплылся в ухмылке О’Рид, распахивая объятия, – ты ещё и самая габаритная! И с каждым днём становишься всё больше!

Младшая сестрица вспыхнула, почти залепила братцу пощечину, выдернула ладонь из предусмотрительных пальцев Виктора, и гордо удалилась обратно к шезлонгам.

Судя по взглядам, которыми её проводили парни у стойки, беременность девице и впрямь не мешала.

А вот невозмутимый, как воды Тихого океана, супруг – вполне.

– Что значит – прикройся? – вслух возмущалась Мэйовин, когда Кира с Виктором подошли к зонтам. – Ещё надень на меня паранджу! Что? Солнце? Вредно? Что значит – голову напечёт?

– Не переживай, Константин, – хмыкнула белокурая женщина в соседнем шезлонге, ставя пустой стакан на столик, – чтобы Мэй напекло голову, нужно, чтобы имелся, так сказать, предмет выпечки. И чтобы внутри не пусто, а хоть что-то варилось… А, Вик, – заметила новоприбывших она, легко вскакивая с шезлонга, – вы вовремя!

Кира с любопытством оглядела небольшую компанию. Доктор Константин Вольф без одежды выглядел, на удивление, менее щуплым, чем казался в костюме. Судмагэксперт, конечно, не мог похвастать ни ростом, ни массой, но сложен был атлетически, Кира даже сказала бы – гармонично. Из таких, верно, и получаются легкоатлеты. Сухие мышцы так и ходили под пляжной майкой, когда доктор Вольф приподнялся и молча потянул супругу вниз. Мэйовин, не удержавшись, неуклюже хлопнулась на тряпичное сидение, но возмутиться не успела: Константин так же, не говоря ни слова, сунул ей в руки мороженое.

Кира едва не фыркнула, глядя, как Мэйовин тут же меняет гнев на милость и набрасывается на тающий рожок с жадностью охотника, загнавшего дичь.

– Эвелин Ллойд, – представилась тем временем белокурая женщина, протягивая руку. – Джон предупреждал, что вы подойдёте.

Рукопожатие у миссис Ллойд оказалось крепким и уверенным, а ладонь – сухой и прохладной. Удивительно прохладной для человека, загорающего на пляже Санта Моники в полдень, но Кира легко проглотила губительное любопытство: при взгляде на миссис Эвелин Ллойд лишние вопросы сами замерзали на языке.

Супруга агента Ллойда оказалась ухоженной женщиной с прекрасной фигурой и, пожалуй, слишком умным лицом, которое не спасал даже искусный макияж. Тётушка Мария часто наставляла любимую племянницу с тем, чтобы Кира забывала интеллект на работе, потому что приличные женихи смышлёных невест не любят. Мисс Каррера лишь отмахивалась: на приличных её никогда и не тянуло.

– А, все в сборе! – поприветствовал Киру сам виновник семейного собрания, подходя к шезлонгам со стороны океана. – Мисс Каррера, вы присоединитесь к нам? Платье вам необыкновенно идёт, но на пляже вы в нём очень выделяетесь.

Кира ответила не сразу, скользнув взглядом вверх и вниз по подтянутой фигуре агента Ллойда. Вот уж кого природа не обделила! Джон Ллойд без строгого костюма оказался красив, как греческий бог, только что вышедший из пены морской. Или кого там вынесло на берег, согласно мифологии? Мисс Каррера числилась не лучшей студенткой педагогического колледжа и наверняка не ручалась. Но от того, как мокрая ткань облегала рельефные мышцы и широкие плечи, у Киры буквально дух захватило. А уж когда агент Ллойд поднял руки, чтобы убрать влагу и волосы с лица, и тонкая ткань майки натянулась… Нет, разумеется, мисс Каррера предпочитала мужчин повнушительнее, чтобы пройтись по родному криминальному району и не нарваться на любителей лёгкой добычи, но мистер агент, кажется, тоже мог за себя постоять. И за любимую женщину…

Кстати, о женщине.

– Детка, – ненатурально закашлялся Виктор, пихая Киру локтем и выразительно указывая глазами на Эвелин. – Я ж предупреждал…

– Как поплавал, дорогой? – оторвав ледяной взгляд от Киры, спросила миссис Ллойд. Протянула полотенце агенту, приняла благодарный поцелуй, не забыв уколоть Киру предупреждающим взглядом. – Вода уже тёплая?

– Для тебя – так даже кипяток, – рассмеялся агент Ллойд, не заметив тайной битвы перед носом. – А для обычных смертных – скорее, освежающая. Покажешь мисс Каррере, где здесь женская уборная? Я пока сделаю заказ на компанию.

– Ну разумеется, дорогой, – тут же согласилась Эвелин, протягивая мужу солнцезащитные очки, которые тот надел с благодарным кивком. – Мисс Каррера, у вас случилась неприятность с сумочкой? Погодите, у меня есть сувенирный пакет, если удобно…

Пакет на деле оказался удобной тряпичной сумкой, в которую Кира погрузила всё нехитрое имущество, так что путь к ближайшему кафе она проделала, не опасаясь потерять по дороге предметы туалета.

– Миссис Ллойд, – обратилась к спутнице Кира, перед тем, как войти, – вы ведь знаете, чего хочет от меня агент Ллойд?

– О, прошу вас, просто Эвелин, – тут же отозвалась строгая супруга. – Разумеется, знаю. И ничуть не поддерживаю! Но Джон, он… упрямый, когда речь заходит о работе. Остановить его я не могу, а вот быть рядом, чтобы разгрести последствия – это запросто. Я бы даже сказала, рутинно…

Кира ничего не поняла, но кивнула с важным видом и скрылась в кабинке, пока миссис Ллойд ждала снаружи. Когда Кира показалась вновь, Эвелин оглядела её с ног до головы, и по тому особенному, оценивающе-завистливому взгляду, какой бросают друг на друга женщины, мисс Каррера поняла, что выглядит превосходно.

– Красный – ваш цвет, дорогая, – сдержанно похвалила миссис Ллойд, первой покидая уборную.

Сама Эвелин предпочла нежно-голубой купальный костюм, который удивительно шёл белоснежной коже и серым глазам, и выглядела, по мнению Киры, ничуть не хуже. Но красный… ах, красный – это ведь цвет победы, не так ли?

Кого Кира собралась побеждать, она пока не определилась. Двое из трёх мужчин в дружной компании уже были надёжно заняты ирландскими сестрицами, третьего и соблазнять не требовалось – О’Рид принадлежал к той особенной категории мужчин, от которых следовало отбиваться, а не очаровывать.

Вот если бы к ним присоединился агент Эдвард Лайт…

Виктор неприлично присвистнул, когда они вновь показались на пляже, Мэйовин завистливо выдохнула, поглаживая необъятный живот, а агент Ллойд с доктором Вольфом лишь бегло глянули в их сторону, не прерывая разговора.

– Федеральные агенты пиво не пьют даже по выходным? – полюбопытствовала Кира, разглядывая царство бутылок с газированной водой на столике.

– Джон с Константином не пьют вообще, мы с Мэй тоже, а Виктор за рулём, – вежливо проинформировала Эвелин, присаживаясь первой и приглашающе указав на свободный шезлонг. – Но если желаете, Виктор всегда к вашим услугам. Предпочитаете светлое или темное?

– Никакое, – отмахнулась мисс Каррера, без смущения вытягиваясь на шезлонге. – От пива живот растёт и мозги плавятся. А на такой жаре – ещё быстрее!

Погода была чудной, мороженого оказалось в избытке, компания подобралась сносной, так что Кира ни секунды не пожалела о том, что согласилась на самую странную деловую встречу в своей жизни. Сработаются они или нет, а от прекрасного выходного дня она отказываться не собиралась!

О’Рид, к слову, разделся тоже и теперь пугал отдыхающих горой мышц и рыжих волос на груди, которые даже не потрудился упаковать в купальный костюм.

– Вик, – упрекнула его Эвелин, – тебе влепят штраф за неподобающий внешний вид!

– Оплачу, – пообещал рыжий гигант, усаживаясь прямо на песок рядом с шезлонгом Киры.

– Могут и арестовать, – подал сонный голос доктор Вольф. – На Лонг-Айленде в прошлом году упаковали целую компанию парней, решивших похвастать голым торсом.

– Я слышал, они там не только торсом хвастали, – хохотнул О’Рид, и Эвелин тотчас запустила в братца пустой бутылкой из-под газировки.

– Вик, – вдруг обратился к шурину агент Ллойд, – а не прогуляться ли тебе к водичке? С дамами?

– С дамами – это всегда с удовольствием! – тут же вскочил с места здоровяк, вздёргивая Эвелин на ноги. Мэйовин поднялась, опираясь на доктора Вольфа, с неудовольствием меряя взглядом расстояние от шезлонгов до воды. – Твою ручку, мисс Каррера!..

– Мисс Каррера останется здесь, – негромко поставил точку агент Ллойд.

Что-то в голосе агента заставило шумного О’Рида заткнуться и кивнуть, без разговоров удаляясь в обнимку с Эвелин. Доктор Вольф окинул оставшихся задумчивым взглядом, надел солнцезащитные очки и удалился тоже, под руку с беременной женой.

И что только нашла в неприметном докторе такая роскошная девушка, как Мэйовин?..

Кира проводила шумную компанию взглядом и обернулась к агенту Ллойду.

– Почему на виду у всех? – поинтересовалась мисс Каррера без обиняков. – Мне отчего-то кажется, что вы не желаете афишировать наши деловые отношения, агент Ллойд, так почему на пляже? Мы же тут как на витрине – любой увидит, каждый составит мнение!

– Во-первых, просто Джон, – коротко улыбнулся агент. – Давайте без официоза, мисс Каррера. В конце концов, вы ведь девушка моего шурина, мистера О’Рида. И нет ничего подозрительного в том, что Виктор ненадолго оставил свою спутницу одну, под присмотром близкого родственника. Тем более, что Вик скоро вернётся, и вы ещё пройдётесь под ручку по набережной.

Кира выпрямилась на шезлонге так, что тот едва не сложился пополам.

– Да-да, мисс Каррера, – так же мягко подтвердил агент Ллойд. – Это и есть ваша легенда. А заодно и ответ на вопросы всех шпионов и любопытствующих. Не переживайте, я прослежу, чтобы Виктор не распускал рук, хотя некоторых его притязаний, я боюсь, вам избежать не удастся. Да и в легенду впишется идеально… Впрочем, если О’Рид позволит себе слишком многое, жалуйтесь: Виктор меня побаивается.

Кира с сомнением покосилась на агента-менталиста, но подвергать сомнению его мужественность вслух не стала. Таких, как Джон Ллойд, в Викторе О’Риде поместилось бы штуки три; на что рассчитывает мистер агент?

– И когда это мы успели снюхаться? – проглотив всё нецензурное, выдавила Кира. – Мы же с ним только вчера познакомились!

– Вы понравились друг другу с первого взгляда, – охотно поделился агент Ллойд. – А после героического спасения вы почувствовали непреодолимое влечение к защитнику и с удовольствием приняли его невинное приглашение на первое свидание. Виктор же влюбился без памяти и потому притащил вас на знакомство с семьёй, тем самым обозначив серьёзные намерения.

Кира медленно опустилась обратно на шезлонг.

– Именно поэтому я попросил именно Виктора заехать за вами, мисс Каррера, – вежливо пояснил агент Ллойд. – Если за нами и наблюдают, вопросов не возникнет. Да улыбайтесь вы! Мы же на пляже.

– Вы прям как мисс Флаффи, – подметила Кира, потянувшись за «колой». – Та тоже требует, чтобы мы не только пахали, но и изображали при этом неземную радость.

– К мисс Флаффи вы больше не вернётесь, – с улыбкой проинструктировал Джон Ллойд, прикрывая глаза под тёмными очками. – Не прошли испытательный срок.

– Я в курсе, – мигом ощерилась мисс Каррера, – хозяйка вчера прогнала, даже денег не выплатив! А что? Бумаг мы с ней не подписывали, иди и доказывай, если жить надоело! А там долларов семь, не меньше!..

– Кстати, о деньгах, – вспомнил агент Ллойд. – Вот, возьмите молочный коктейль. Константин говорит, что на такой жаре местное молоко оседает сразу в творог, но я и не прошу вас пить. Просто возьмите.

Кира осторожно приняла протянутый бокал, ощутив, как в ладонь ей тотчас скользнула хрустящая бумажка.

– Компенсация, – пояснил агент Ллойд. – Мы ведь договорились, мисс Каррера?

– Внедриться в школу, на склад и в клуб, – мрачно припомнила Кира, незаметно перекладывая приятную бумажку в косметичку. – Звучит несложно…

– Приступаете завтра.

– Работа по выходным – это уже переработки, – тут же встрепенулась мисс Каррера.

– Именно поэтому я и заплатил вам пятьдесят долларов вместо оговоренных двадцати пяти, – согласился Джон Ллойд. – Оплата на неделю вперёд.

Кира недоверчиво расстегнула косметичку, убедилась в цифре и тут же подобрела.

– Что ж, – важно кивнула мисс Каррера, – чего выведать-то надо?

– Обрисую картину целиком, – помолчав, отозвался агент Ллойд. – Я в Лос-Анджелесе – человек новый. Меня приняли в управление Сан-Франциско в феврале, и я успел поучаствовать всего в одном деле, пока меня не бросили на лос-анджелесские амбразуры. Сюда, на юг, меня перевели только в начале мая. Всего три недели назад.

– Это связано с убийствами? – догадалась Кира.

– Три агента – это уже аргумент, чтобы взяться за лос-анджелесское управление всерьёз, – сдержанно подтвердил Джон. – А четвёртый – это уже дуло у виска. Нужно понять, кому так мешает целый отдел. Пока я копаю с одной стороны, неплохо бы пойти и по горячим следам, отыскав убийцу. Через него будет легче вычислить, кто за этим стоит.

– Но доктор Вольф, – не выдержала Кира, – с ним-то вы знакомы! Значит, вы здесь – не совсем новичок, агент… Джон!

– Вольф здесь такой же чужак, как и я, – вздохнул Джон. – Он прибыл сюда из Нью-Йорка, как только услышал про новое дело. Во-первых, Мэй надавила: ей, видите ли, захотелось искупаться в Тихом океане до того, как начнутся схватки. Во-вторых, Вольф считает, что меня забросили в местный серпентарий лишь затем, чтобы повесить всех собак, и поэтому согласился на позицию штатного магэксперта в управлении. Я бы порадовался, но Константин утверждает, что сделал это только ради меня: мол, грязные дела затеваются, и одного он меня не бросит. Хотя бросает периодически, сбегая на врачебную практику в местную больницу для бедных…

– А почему бы и нет, – мигом оценила мисс Каррера. – В клубе тоже кидают новичков на самые грязные дела, за которые никто из старожилов и браться-то не хочет. А потом ещё и виноватыми делают. Обычная практика!

Агент Ллойд невесело усмехнулся.

– Думаю, здесь всё сложнее, мисс Каррера, да и грязи выльется побольше. Но я рад, что вы не теряете нить разговора.

– Теряю, – призналась Кира. – Почему я? Почему бы не взяться за расследование кому-то из самого управления?

– Расследуют, – дёрнул щекой Джон Ллойд, вновь прикрывая глаза под тёмными очками, – но кто станет откровенничать с федеральными агентами?

– А эти… которые… ну, под прикрытием? Таких у вас нету?

– Видите ли, Кира, – впервые обратился к ней по имени агент, – здесь мы и подошли вплотную к вопросу «почему вы». Мне нужен человек, не связанный с бюро, чтобы я мог присмотреться к собственным сотрудникам.

Кира ахнула и тотчас поспешно хлебнула «колы», скрывая возбуждение. Интереснее, чем в вестернах!

– Вы подозреваете агентов бюро? – страшным шёпотом поинтересовалась мисс Каррера.

– Я не доверяю новым местам, – вежливо подтвердил агент Ллойд. – Поэтому сразу подумал о независимом помощнике в деле. А вас я заочно знаю, вы не значитесь в управлении, вполне подходите на роль, и я бы хотел, чтобы наше маленькое соглашение так и осталось между нами. Мы поняли друг друга, мисс Каррера?

– Всё тайное рано или поздно становится явным, – вздохнула Кира. – С моей удачей, агент… в смысле, Джон…

– «Поздно» меня устраивает, – покладисто согласился агент Ллойд. – Постарайтесь не испортить всё в первый же день.

– Ну, уж один день я продержусь, – прикинула мисс Каррера, отхлёбывая молочный коктейль. И тут же выплюнула обратно в бокал, торопливо запивая «колой». – А пойло и впрямь прокисшее! – возмутилась Кира. – Где вы это брали? Требуйте деньги назад! И компенсацию!

Агент Ллойд улыбнулся и развёл руками.

– Не умеете скандалить? – догадалась мисс Каррера. – Мужчины!..

– Меня воспитывали иначе, – сдержанно пояснил Джон, всё ещё улыбаясь. – Вместо публичного скандала я просто никогда больше не вернусь в это место. И дам не лучшие рекомендации.

– Санта Мадонна! – горестно вздохнула Кира, поднимаясь с шезлонга. – Таким воспитателям плюнуть в лицо, обозвать самозванцами и пинками гнать из дому! Спустишь раз – придут и второй, мистер… Джон! Не все вокруг просвещены настолько, чтобы не воспринять благородство за слабость! Ну-ка…

«Ну-ка» вылилось в громкие разбирательства, бледных официантов того самого кафе, где агент Ллойд заказывал коктейли, и комплименты от бармена, на которого Кира пригрозила спустить инспекторов санитарной станции. Спустя минуту их столик уставили свежайшими коктейлями за счёт заведения, так что вернувшиеся с пляжа родственники агента Ллойда приятно удивились.

– Беру свои слова назад, Джон, – присаживаясь на шезлонг, заметил доктор Вольф. – Твои инвестиции уже оправдывают себя.

Кира хмыкнула, довольная похвалой: инвестицией её ещё не называли. Вот дармоедкой и бездонной бочкой, в которую что ни вливай – то выльется, так это постоянно. Родители с тётушкой Марией наперегонки старались, как могли, вбить в голову юной Киры хоть какие-то представления о благодарности и отдаче. В конце концов махнули рукой, умоляя лишь о том, чтобы дочь не посрамила их уж слишком сильно.

– Я – купаться, – предупредила мисс Каррера. – Вроде всё обсудили?

– Пока – да, – подтвердил агент Ллойд. – А завтра за вами заедет Виктор и объяснит в деталях.

О’Рид при этих словах встрепенулся, а Кира уныло кивнула, сбегая по песку к воде. Интересно, ирландский шурин тоже на крючке у агента Ллойда? Наверняка, раз с такой готовностью помогает родственнику – да ещё и англичанину!

Но какое ей до того дело? Пусть агент Ллойд ищет своего предателя в лос-анджелесском федеральном бюро, пусть само бюро ищет крысу руками заезжего англичанина, чтобы повесить на него всех собак в случае неудачи, а её дело маленькое – сыграть три роли, задать нужные вопросы, поделиться результатами и положить денежки в карман!

А не податься ли ей, и в самом деле, в Голливуд? С таким-то резюме!..

– В Голливуд поедем завтра, детка, – жарко шепнули на ухо, когда Кира вошла в воду по пояс. – Клуб, в котором грохнули предыдущего агента, находится в элитном райончике…

Мисс Каррера вздрогнула, но обернуться не успела: её подхватили на руки и, прижав к мощной волосатой груди, моментально внесли в прохладные океанские воды.

– Пусти, неандерталец! – взвизгнула Кира, выворачиваясь из крепких объятий. Эдак полиция повяжет обоих за непристойное поведение!

– Джон мне всё рассказал, – ухмыльнулся над головой рыжий искуситель, – мы теперь встречаемся, детка! Прям всё честь по чести…

– Не про тебя сказано, здоровяк, – фыркнула мисс Каррера. – Где ты – и где честь?

– На разных берегах, – согласился Виктор, всё ещё не выпуская добычу из рук. – Но знаешь, что, детка? Мне нравится эта идея! Даже не помню, когда я в последний раз был на свидании…

– Вчера, – напомнила Кира. – В клубе мисс Флаффи. Кого ты там дожидался в номерах?

– Я неприхотлив, – ухмыльнулся О’Рид. – Женщины, по большей части, существа забавные. Главное в этом деле – найти изюминку, подобрать ключик…

– Тоже мне, взломщик, – фыркнула Кира, выворачиваясь из рук ирландца.

Плавала мисс Каррера, пожалуй, получше своего неожиданного ухажёра. Виктора спасал гигантский рост, пока Кира нарезала круги вокруг.

– Всё не то, – вздохнул О’Рид, следя за Кирой янтарными глазищами. – Вот чтобы так, с цветами да конфетами, походами в кино и первым поцелуем…

– Тебе это быстро надоест, здоровяк, – прикинула мисс Каррера, жмурясь от удовольствия. Водичка и впрямь освежала, как и отрекомендовал агент Ллойд. – Затащишь девушку в постель и сразу же сольешься.

Виктор удивился.

– По себе судишь, детка? О’Рид, может, новую жизнь начинает…

– Я тоже, – отрезала Кира. – И от таких, как ты, держусь теперь подальше! Вот только где найти хорошего мужчину? – вздохнула в никуда мисс Каррера. – Весь качественный товар расхватывают ещё на складе!

– Иногда кое-что остаётся, – выразительно поиграл бровями Виктор.

Кира фыркнула и взяла курс на берег.

– Я сказала – хорошего мужчину, – отплевываясь от воды, напомнила Кира. – Как агент Ллойд или доктор Вольф, но чтобы высокий, красивый…

– Я хороший! – возмутился О’Рид. – Уж ничем не хуже этих доходяг на берегу!

– Что-то я не видела, чтобы агент Ллойд или доктор Вольф шастали по номерам с девочками! – отрезала мисс Каррера, ставя точку в планах на будущее.

На берег оба выбрались мокрые и довольные. По мнению Киры, выходной уже удался – прекрасная погода, пляж, не самая дурная компания, дармовые коктейли и пятьдесят баксов в кармане. Да она поймала удачу за хвост, вляпавшись вчера в федерального агента с тугим кошельком!..

– …они тащат змею из управления твоими руками, Джон. А ты даже не в перчатках.

– Ты на редкость скептичен для верующего человека, Вольф.

– Я на редкость верующий для скептика.

Ирландские сёстры оказались в этот раз более приветливы, щедро поделившись с Кирой орешками и закусками, выставленными на столике.

– Угощайтесь, – предложила Эвелин, подставляя бледное лицо яркому солнцу.

Киру дважды упрашивать не приходилось.

– Агент… в смысле… Джон, – с трудом проглотив официальное обращение, заговорила она, придвинувшись ближе, – простите, но как же агент Лайт? Ну, тот ваш напарник…

Агент Ллойд скосил на неё глаза под тёмными очками и коротко качнул головой.

– Я не посвящал Эдварда в свои планы. Пока что нет. И вас попрошу не раскрывать легенду раньше времени.

– Лайт не идиот, догадается сам, – спокойно предсказал Константин. – И тогда претензии предъявят уже тебе: почему не предупредил? Кто разрешил привлекать постороннее лицо к расследованию?

– Не нравится, как я работаю – работайте сами, – задумчиво ответил агент Ллойд невидимым обвинителям. – Налицо подрывная работа в отделении, потому и привлекли, кого получилось. Кто знал, что агент Филмор предпочитает виски из личной фляги напиткам из бара? Никто, кроме своих. Подливали, зная, что Филмор страдает паранойей. Также остальные агенты – кто-то слишком хорошо знал их привычки и подловил в самый уязвимый момент… Убивают профессионально, без спешки, но и без промедления. Ни один из агентов даже записки после себя не оставил.

– Я здесь лишний, – помолчав, вынужденно признал судмагэксперт. – Наш убийца, или убийцы, едва ли маги, так что по ауре мы их не отследим. Ещё и это солнце…

– Что не так с солнцем? – не сдержалась Кира.

Надо признать, новая работа ей внезапно нравилась. Щекотала нервы, заставляя едва ли не подпрыгивать на месте; будоражила кровь, требуя докопаться до разгадки…

А ведь она ни одного детективного романа в жизни не прочла!

Чтение вообще не входило в перечень сильных сторон мисс Карреры.

– Доктор Вольф – менталист, – с улыбкой пояснила Эвелин, подсев к мужу на шезлонг. Прохладная ладонь легла агенту Ллойду на лоб, и Джон прерывисто выдохнул, мигом расслабляясь. – Видит чужие магические ауры. В таком столпотворении, как на пляже, да ещё и при слепящем солнце, подозреваю, Константину приходится весьма непросто.

– Да я практически ослеп, – внезапно со вздохом подтвердил судмагэксперт. – Тут столько… ярких пятен. Ещё и вы все отсвечиваете…

– Могу тоже погладить тебя по голове, – беззаботно предложила Мэйовин.

– Я тебе ещё нужен, – напомнил Константин. – Рано становиться вдовой.

Эвелин рассмеялась, поймав непонимающий взгляд Киры, и с готовностью пояснила:

– Мэй – маг огня. Она может спалить или расплавить что угодно, но менталистам это как раз противопоказано. Их мозги и так работают на повышенных оборотах! Слишком яркие изображения, громкие звуки, острые ощущения… Джону со мной повезло, – ласково улыбнулась мужу миссис Ллойд. – Я – маг льда. Остужать горячие головы – по моей части. Только, боюсь, на такой жаре у меня совсем нет сил. Я сейчас только и способна, что подарить немного прохлады. Не мой климат, – пожаловалась Эвелин, пересаживаясь на свой шезлонг.

– А мне хорошо, – с вызовом заявила беременная красавица. – Если бы ещё не живот, я бы!..

– …наломала дров! – хохотнул О’Рид. – Только беременность тебя и стреножила, стрекоза!

– Я ещё отыграюсь, – хмуро пообещала миссис Вольф.

– Лучше подумала бы о ребёнке, – урезонила сестру Эвелин. – Как назовёшь?

– Не придумала, – отмахнулась ответственная мать.

– Кого возьмёшь в крёстные? – не отставала старшая сестра.

– Кто согласится.

Эвелин обвела закипающим взглядом всю компанию, словно призывая в свидетели, и сдержанно уточнила:

– И всё же? Нам с Джоном готовиться?

– А Медичи не сможет? – вдруг встрепенулась Мэйовин. – Он такой интересный мужчина! Константин! Может, он станет крёстным отцом нашему первенцу?

Доктор Вольф поперхнулся воздухом и сдержанно согласился:

– Уверен, он с удовольствием. Джанфранко – опытный крёстный отец.

Хохот, грянувший в компании, убедил Киру в том, что она попала в какую-то совершенно невероятную семейку.

ГЛАВА 4. Первое дело

«Голливуд – это место, где вам всадят нож в спину, а потом арестуют за незаконное ношение оружия».

Рэймонд Чандлер

Если родители хотели устроить Кире ад на земле, они не прогадали с выбором котла и главного черта. Котлом служил бедный домик в не лучшем районе Южного Централа, в котором количество населения на квадратный метр измерялось двухзначным числом, а чертом – приставленная к Кире тётушка Мария, которая по состоянию здоровья не могла уже работать в разделочном цехе в Нью Йорке, а потому с радостью согласилась приглядеть за племянницей в Лос-Анджелесе.

Кира бы добавила – с садистской радостью, но опасалась, что тётка подслушает.

– Ну наконец-то! – возликовала Мария Каррера, узнав, что Кира нашла работу секретаря в богатом доме – легенда, предложенная агентом Ллойдом для оправдания частых отлучек из дому. – Мы сможем пожертвовать церкви на новые скамьи! Отец Пабло будет счастлив!

– Уверена, и без нас найдётся, кому порадовать отца Пабло, – учуяв, куда ветер дует, отрезала Кира. – Разве мы не жертвуем на каждой мессе, тётя?

Мисс Мария Каррера пугливо оглянулась на храм, словно Господь мог услышать и обидеться, и сверкнула темными глазами на племянницу:

– Если Господь послал хорошую работу, то следует возблагодарить за помощь и отдать в храм десятину, чтобы мы могли сидеть на новых скамьях и не опасаться, что те под нами развалятся!

– Если бы ты так не налегала на чимичангу и буррито, тётя, скамьи прослужили бы дольше, – вежливо предложила Кира.

Мария Каррера побагровела и решительно сдвинула густые брови.

– Сколько тебе платит мистер О’Рид?

О’Рид ей вообще ничего не платил, но агент Ллойд запретил Кире сверкать своим именем.

– Десять долларов в неделю, – быстро прикинула Кира.

– Как-то маловато, – нахмурилась пожилая испанка. – В школе тебе платят больше!

– Это в учебный период, тётя, – напомнила мисс Каррера. – А последние занятия заканчиваются на следующей неделе, и летом нам урежут ставку.

– Ну что ж, – вздохнула родственница, – десять долларов всё же лучше, чем ничего. Отец Пабло нас простит. По крайней мере, ты не выбрасываешь деньги на пошлые платья и краски для лица, как эта девица Лопез!

– Что ты, тётя, – успокоила Кира. – Как можно, я ведь учительница!

Все «пошлые платья» и косметику мисс Каррера прятала как раз у соседки, мисс Лопез, и переодевалась там же, прежде чем выходить в приличный квартал.

Сегодня Кире предстояло отработать две смены: на тётушку и на агента Ллойда. Неизменный фермерский рынок по воскресеньям; готовка на тесной кухоньке, где бегали разновозрастные дети и ругались их матери; духота, уныние и беспросветность. Спасала только мысль о скором побеге.

Сразу после душеспасительных бесед мисс Марии Карреры.

– Альфонсо такой вежливый молодой человек, – откинувшись в плетёном кресле после обеда, завела привычную песнь тётя. – Мы с его матушкой, сеньорой Крус, так мило побеседовали после мессы…

Кира закатила глаза, в нетерпении поглядывая на часы. Виктор должен был заехать в то самое кафе на углу, так что следовало поторопиться. Ещё же к мисс Лопез заскочить, переодеться в приличное…

– …чудесная мысль – поженить наших детей, – сделала многозначительную паузу Мария Каррера, обмахиваясь газеткой.

Кира встрепенулась, вынырнув из омута тревожных мыслей. А ведь почти отошла от воскресного угара и кухонной баталии! У них с тёткой имелся свой вход в тесную пристройку и собственный крохотный дворик, так что с дальними родственниками пересекались они редко. Более частых встреч Кира попросту не вынесла бы. Главное – носу из комнаты не казать. И подышать свежим воздухом после неизбежных столкновений.

– Это ты о ком, тётя? – тщательно маскируя насмешку, вежливо уточнила мисс Каррера. – У тебя есть внебрачная дочь? Как же ты скрыла такой позор?

Мария Каррера без предупреждения хлопнула Киру по голове газетой и мечтательно вздохнула в облака. Больше смотреть в крохотном дворике было некуда – их окружал старый дощатый забор.

– Ты для меня как дочь, Кира! – сурово отрезала старая дева. – И если с родительскими наставлениями не считаешься, то с моими будешь! Куда это ты намылилась?! – мигом подобралась мисс Мария, выпрямляясь в кресле. – Ты у меня дослушаешь, юная сеньорита! Я тебе как мать!..

– Я опоздаю, тётушка! – возразила Кира. – И меня уволят в первый же день!

– Подождут! – решительно нахмурилась Мария Каррера. – Их тоже не собака рожала! Замужество важнее десяти долларов! Сходила бы с ним на свидание, – постукивая газеткой о ладонь, утвердительно предложила тётушка. – Я договорюсь с сеньорой Крус.

Кира вылетела из дворика пулей, едва прихватив сумочку, но остановилась тут же: на противоположной стороне улицы, сверкая отполированным металлом, стоял новенький «Додж».

И водитель за рулём, не скрываясь, приветственно махал ей рукой из открытого окна.

Чертыхаясь и пугливо оглядываясь, мисс Каррера буквально перелетела через проезжую часть, шипя ещё на подлёте:

– Что ты здесь делаешь?! Нас же могут увидеть! И как ты меня вычислил?!

– А-а, – отмахнулся О’Рид, как только Кира, пригибаясь, влетела на соседнее сидение, – у меня здесь врагов нет, пусть смотрят. А вычислить такую фигуристую мисси труда не составило: в кафе справки навёл. Ты девушка приметная, детка, чему удивляться? И райончик миленький! Часто грабят?

– Да кому ты нужен?! – возмутилась мисс Каррера, съезжая на сидении так, чтобы её не увидели из окон. – Езжай уже! Если тебя заметит тётушка…

– Ну, я-то тебя уже с семьёй познакомил, – упрекнул рыжий ирландец, включая зажигание. – Твоя очередь, детка!

– Мои вещи! – встрепенулась Кира, как только «Додж» тронулся с места. – Я не забрала! Не могу же я поехать… в этом!

О’Рид покровительственно похлопал её по коленке, вовремя отдёрнув руку: Кира приложила подшитой сумочкой себя по бедру и злобно нахохлилась.

– Виктор всё решил, детка, – ласково успокоил здоровяк, скосив на неё янтарные глаза. – Мы едем к главной путане семьи, она тебя приоденет! В голливудский клуб в твоём рубище и впрямь лезть не следует, да и губки подкрасить бы, совсем завяли. Могу освежить, – вскользь предложил свои услуги О’Рид, пряча ухмылку в бакенбардах.

Кира возмущённо задохнулась, но не нашлась, чем крыть: выбежала она и впрямь в жутком коричневом платье. В другом тётка её из дому не выпустила бы.

– Кабриолет уже разбил? – хмуро огрызнулась мисс Каррера, только чтобы не молчать.

– Продал, – довольно поделился ирландец, выруливая на соседнюю улицу. – Видишь ли, детка, денежки в Калифорнии сами в руки текут, только успевай ладони подставлять! Если знать, конечно, кого и где подставлять, – тут же хмыкнул бывший революционер. – Не верю я в эту американскую мечту, детка! Чтобы ко мне притекло, нужно, чтобы из кого-то вытекло, правильно понимаю?

Кира честно задумалась. По всему выходило, что так. Хотя вот мисс Флаффи говорила, что если обе стороны от сделки выигрывают, то никто не в проигрыше.

– «Додж» тоже на продажу? – спросила она, нежно поглаживая гладкую кожу дверцы.

Роскошный автомобиль! Ей в таких прежде кататься точно не доводилось. Столько интересного всего за пару дней!

Субботний вечер завершился чудесно, мисс Каррера здорово провела время в компании агента Ллойда и его семьи. Особенно они сдружились с миссис Вольф: всё время на пляже обе девушки горячо обсуждали проходивших мимо молодых парней, хохотали, как гиены, с удовольствием уплетали мороженое и молочные коктейли, а под конец попросту распластались на шезлонгах, довольные собой и друг другом.

Мэйовин недолго лежала без дела: завистливо покосившись на смуглую Киру, которая то и дело переворачивалась с боку на бок, подставляя солнцу то спину, то живот, миссис Вольф сдвинула медные брови и, выразительно глянув на флегматичного супруга, заявила, что тоже хочет загорать на животе.

Все доводы старшей сестры и ёмкие выражения брата пропали втуне: Мэйовин надулась и демонстративно направилась прочь от компании, освежиться в тёплых водах залива. К моменту, когда миссис Вольф, мокрая и всё ещё обиженная, вернулась, рядом с шезлонгом обнаружилась гигантская яма, выкопанная руками доктора Вольфа. Просиявшая Мэйовин тотчас погрузила в неё огромный живот, наконец-то подставив солнцу спину.

– Как ты её терпишь, Константин, – только и вздохнула тогда Эвелин Ллойд.

– Поступись в малом, – так же флегматично, как и копал яму, отозвался доктор Вольф. – И возьмёшь сторицей.

– Да что с неё брать, – отмахнулась Эвелин. – Одни убытки…

Доктор Вольф только надвинул шляпу поглубже, вновь прикрывая глаза. Видимо, маг-менталист страдал от человеческого столпотворения больше, чем от собственной супруги, а потому не считал проблемой то, что легко решалось. Пустые разговоры и долгие препирания тоже явно не входили в перечень добродетелей доктора Вольфа. Похоже, магэксперт принадлежал той благословенной категории людей, которым легче сделать и забыть, чем спорить и доказывать. Кира наблюдала за ним с живым интересом, всё ещё мучаясь вопросом о том, что же свело столь разных людей вместе.

– «Додж» для меня особенный, – отвечал тем временем Виктор, любовно поглаживая толстое колесо руля. – Даже продавать не хочется! И всё-таки… придётся, – вздохнул ирландец. – Такие машинки долго держать на руках нельзя, надо поскорее перегонять. Не ровен час, хватятся…

Кира мигом вынырнула из омута приятных воспоминаний и подозрительно покосилась на О’Рида.

– В каком смысле – хватятся? Ты что же их… – мисс Каррера прикинула варианты и похолодела, – к мексиканской границе гонишь? Автомобиль… краденый?!

Виктор поморщился.

– Тише, детка! Что за выражения? Я его честно купил, да… ну, не из магазина, конечно, с третьих рук, практически за бесценок, но тут никто не в накладе! Ребята опасный товар сбыли, я приобрёл, причесал, да обратно на рынок. А в Мексике такого красавца с руками оторвут – у меня канал сбыта налажен!

– Высади немедленно, – выпрямившись, потребовала Кира. – Бизнесмен липовый! Если канал сбыта приведёт тебя за решётку, то не хватало ещё, чтобы меня с тобой повязали! Да чтобы я ещё хоть раз!..

– И ещё не раз, детка, – ласково напомнил О’Рид, вновь потрепав её по коленке. – Мы же с тобой встречаемся, помнишь? И для сохранения легенды мы встретимся ещё много, много раз, к обоюдному удовольствию… У нашего доброго знакомого, агента Ллойда, уж больно глазастые сотрудники. Не удивлюсь, если за нами уже следят. Джон, как ни крути, засланный человечек, а таких никогда не любят… Будут копать, будут выталкивать с тёплого места… Особенно, если змея засела в самом управлении.

– Много их, сотрудников? – хмуро уточнила мисс Каррера, угрюмо поглядывая за окно. Южный Централ давно остался позади, за стеклом мелькали всё более респектабельные улицы и райончики явно побогаче родных трущоб.

– Я только двух видел, – тотчас отозвался О’Рид. – Тот симпатяга Лайт и ещё более смазливый Томпсон. С Томпсоном у Джона не заладилось: американец считает, что британский менталист пришёл, чтобы выпихнуть его с места любимчика шефа. Ну, у Джона на то все шансы, если он раскроет дело, так что переживает Томпсон не зря.

– А как выглядит агент Томпсон? – заинтересовалась Кира.

Неужели все агенты лос-анджелесского отделения ФБР – красавчики с модельной внешностью? В таком случае, не остаться ли ей работать в бюро и после неожиданной подработки?..

– Смазливый, – угрюмо повторил Виктор, мельком глянув на Киру. – Блондинчик в костюмчике. Дамочки от таких прямо тают, так что поосторожнее с ним, детка.

– Ловелас? – понятливо усмехнулась мисс Каррера.

– Не похож, – вынужденно признал О’Рид. – Зато точно – карьерист, а это куда хуже, детка!

Кира не встречалась ещё ни с одним карьеристом, поэтому не могла ни подтвердить, ни опровергнуть.

– А что же агент Лайт? – полюбопытствовала она. – Ему Джон доверяет?

О’Рид пожал плечами.

– Откуда мне знать, что творится у нашего Джона в голове? Я ж не менталист. Я только вижу, что наш доктор Вольф ревнует, – хмыкнул Виктор. – Лайт – парень приятный, они с Джоном явно сработались, и место лучшего друга рядом с нашим лордом Ллойдом пошатнулось. На месте Лайта я бы держал ухо востро, – хмыкнул О’Рид. – Константин у нас человек тихий: если надумает подлить яду, пикнуть не успеешь.

– Да ладно, – удивилась Кира. – Доктор Вольф и ревнует? Он даже Мэйовин ничего не сказал, хот миссис Вольф, ну… она вела себя весьма откровенно на пляже…

– Мэй от него никуда не деться, – решительно сдвинул брови О’Рид. – Вздумает удрать – догоню и вразумлю по-свойски… Такого человека, как док, ещё поискать! Да проживи эта бестия тысячу лет, она его всё равно не заслужит! Хотя, думается мне, и Константин не так прост… Встречал я таких, обманчиво-терпеливых! И Мэй это тоже чувствует… Кстати, о Мэй, – подвёл черту в откровениях О’Рид, – мы уже рядом, детка! Эта девка из кого угодно сделает звезду сцены!

Кира не возмутилась только потому, что задумалась. Так они ехали к Мэйовин? «Главной путане» семьи?

Клубок чужих отношений становился всё запутаннее и интереснее.

Тихий район Вествуда поражал обилием зелёных красок, белых домов и идеальных газонов. Здесь неспешно прогуливались молодые мамы с колясками, а дети постарше то и дело выбегали на дорогу за улетевшими мячами, фрисби, сбежавшими щенками и солнечными зайчиками. Виктор сбавил ход, беззлобно поругиваясь на малышню, и Кира даже прислушалась: похоже, ценитель женского общества О’Рид неплохо ладил с детьми.

– Люблю мелких, – подтвердил её догадки Виктор, притормаживая перед одним из тихих домиков. – Смотришь и вроде как оттаиваешь… У нас на родине большие семьи! – мечтательно вздохнул рыжий ирландец. – Нас у папки всего трое вылупилось, да и то от разных мам.

– Да ладно?! – поразилась Кира.

– Ну а в кого я такой… большой любитель женщин? – хохотнул Виктор, выбираясь из «Доджа». – Ты посмотри на ледышку Эвелин, и сравни со мной или Мэй, – посоветовал О’Рид, огибая капот. – Да у нас магов льда в роду ни одного не встречалось! Это чужая кровь. Папка с годовалой Эвой на руках вернулся в родные места и тут же женился на нашей мамке. Ну, мы с Мэй не задерживались с выходом, один за другим повыпрыгивали…

О’Рид распахнул дверцу со стороны Киры, предлагая последовать примеру.

– Так о чём это я? – призадумался здоровяк, как только Кира выскользнула из салона «Доджа». – А, точно! Мы живём в новом мире, детка! И в нём неважно, кем ты был рождён, важно, кого ты из себя слепишь! Если уж незаконнорожденная девица из ирландской глуши захомутала английского лорда, то и у тебя получится сегодня просочиться в голливудский клуб!

Мэйовин встречала их на крыльце, удобно устроившись на диванчике с модным журналом. Увидев гостей, миссис Вольф отбросила непосильное чтение и, придерживая живот, соскользнула с дивана, поднимаясь навстречу.

– Ну наконец-то! – воскликнула она, нетерпеливо притоптывая на месте. – Почему так долго? Мне же скучно! Я уже столько платьев приготовила! Недаром я захватила свои лучшие вечерние наряды! Тебе понравится, – сияя от удовольствия, поставила Киру в известность миссис Вольф. – У нас, кажется, одинаковый размер? – поглаживая необъятный живот, прикинула Мэйовин.

– Ну, э-э-э, – вежливо замялась Кира.

– Я тоже так подумала! – энергично кивнула Мэй. – Идём, идём скорее, время не ждёт! Константин укатил на срочную магэкспертизу, Эвелин увлеклась семейной жизнью и супругом, а мне-то что делать?!

– Наряжать мою невесту, – подсказал О’Рид, подталкивая Киру в спину. – И поживее, через два часа мы должны быть в Голливуде!

– О, Голливуд! – мечтательно зажмурилась Мэйовин. – Мистер Би, мой покойный работодатель, говорил, что Голливуд – это прогулка по сточной канаве в лодке со стеклянным дном… Не знаю, что это значит, но звучит ух, как здорово! Идём же!

И, развернувшись, миссис Вольф с неожиданной для беременной девушки прытью припустила в дом.

Ровно через два часа Кира выбралась наружу причесанная, накрашенная и в довольно легкомысленном жёлтом платье со струящейся юбкой, тугим корсетом и декольте чуть более откровенным, чем мисс Каррера считала приемлемым. Ну то есть, в обычной жизни, конечно же. Но ведь сейчас она почти агент бюро! С важной миссией внедриться и выведать, кто мог убить пришлого федерала, да ещё и в столь респектабельном месте, как голливудский клуб.

– Живее, красавица, – поторопил Виктор, когда Кира, поправляя жёлтый цветок-заколку в волосах, сбегала с крыльца, – мне ещё в Тихуану гнать!

Мексиканский городок на границе с Калифорнией обладал не лучшей репутацией, а потому не рекомендовался к посещению благополучными американскими гражданами, но то – благополучными. Иностранец О’Рид вписывался в местный контингент вполне гармонично.

– Ты что же, оставишь меня в клубе? – подозрительно покосилась мисс Каррера, запрыгивая в «Додж». – А сам помчишь краденый автомобиль сдавать?

– Честно купленный, – машинально поправил О’Рид, махнув на прощание Мэйовин и включая зажигание. – Договор у меня, детка. Отсюда гоню – оттуда забираю. Бизнес! Да ты не переживай, – мельком глянув на «невесту», подбодрил Виктор. – Если не выйдешь на связь – Джон весь город вверх дном перевернёт!

Кира фыркнула, покачав головой. Не сильно-то такое напутствие успокаивало. Отрадно, если твой труп отыщут и похоронят по-человечески, но умирать за пятьдесят долларов всё равно не хотелось.

– Агент Ллойд в курсе твоего «бизнеса», здоровяк? – поинтересовалась мисс Каррера.

– Зачем ему лишние печали? – удивился Виктор. – Джона и без меня есть, кому нервировать. Менталисты – люди занятые, детка, всюду нарасхват. Вот пусть и занимается чем-то поважнее машинок! О них я позабочусь…

– А обратно мне как? – поразилась Кира. – На такси? Сколько стоит вызвать такси в Голливуд, ты в курсе?

– Нет, – честно признался О’Рид. – Дорого?

– Транспортные расходы оплачиваются отдельно, мы с агентом Ллойдом договаривались, – быстро выпалила Кира. – Раскошеливайся, здоровяк!

– А ты девка не промах, – хмыкнул О’Рид, доставая бумажник. – Может, и возьму тебя в долю…

Кира мигом спрятала протянутые купюры и сунула их в новую сумочку, подаренную Мэйовин. Чем дальше, тем больше ей нравилось сотрудничество с федеральным бюро!

О’Рид высадил её за два квартала от клуба, снабдив подробными инструкциями. Следовало устроиться хоть кем-то, от уборщицы до официантки, и вынюхать за неделю всё, что могли утаить от агентов бюро. Как сказал Джон, это было вполне вероятно, особенно, если свидетели подозревали, что сами агенты и причастны к убийству собственного сотрудника.

Агента Стэнли Гаскелла убили в уборной кабаре-клуба «Звезды Голливуда» выстрелом в затылок. Пистолет оставили рядом с телом; тот оказался куплен днём ранее в оружейном магазине и полностью «чист». Продавец утверждал, что покупатель –невысокая пожилая леди, которая настаивала, что покупает оружие для самозащиты и пользоваться не собирается. Лица продавец не запомнил. Вероятно, ствол украли, потому что представить пожилую леди в кабаре, бесстрастно расстреливавшую матерого агента в мужской уборной, не получалось. Такую, как минимум, запомнили бы. Кроме того, по заключению экспертов, стрелявший был одного роста с почившим, потому как пуля вошла ровно, не под углом – стреляли с вытянутой руки, в упор, не целясь.

– И никто ничего не видел и не слышал, как на заказ, – хмурился агент Ллойд.

То, что не слышал – в это Кира легко верила. Потому что если музыка в «Звездах Голливуда» громыхала так же, как и в клубе мисс Флаффи, это совсем не мудрено.

Музыка в кабаре громыхала даже сейчас, хотя до открытия оставалось ещё несколько часов.

– Простите, мисс, – вежливо отшил её охранник у входа. – Персонал не требуется. Сейчас идёт прослушивание, велено не беспокоить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.