# Зеркальная комната

О. Кери

Мария получает в наследство мрачный особняк и скрытую в нём тайну. В доме десятки зеркал — и в каждом будто таится что‑то незримое.

Найдя бабушкин дневник, она погружается в мир древних символов и ритуалов. Границы реальности размываются: отражения живут своей жизнью, тени обретают форму, а в зеркальной глубине мерещится движение.

Что ждёт за зеркальной гладью? И чем обернётся её любопытство?

Мистический рассказ о доме, где каждое отражение — ловушка.

## Пролог

1931 год. В полутёмной мастерской, где пахло древесной смолой и металлом, склонилась над рабочим столом молодая женщина. Тридцать один год – возраст, когда красота женщины расцветает особенно ярко, но в её глазах уже читалась история несбывшихся надежд. Её длинные волнистые волосы цвета спелой пшеницы были собраны в тугой узел, но несколько прядей выбились, словно отражая бурю в её душе. Руки дрожали от напряжения, пока она вырисовывала узоры на стеклянной поверхности.

«Как ты мог так со мной поступить, Пьер?» – шептали её губы, пока пальцы скользили по зеркалу. В памяти всплыли их разговоры о будущем, о том, как они мечтали о сыне – наследнике их любви и мастерства. Но судьба распорядилась иначе.

«Ты выбрал её, ту юную девицу, которая носит под сердцем твою дочь», – думала она, сжимая инструмент до боли. – «А я… я так и не смогла подарить тебе наследника, которого ты так желал».

Сначала слёзы текли по щекам, падая на серебряную амальгаму и оставляя тёмные следы. Капли словно растворялись в серебре, создавая необычные разводы. Но постепенно печаль сменялась гневом, а боль – жаждой возмездия.

«Я найду способ отомстить вам обоим», – мысленно говорила она, с силой надавливая на инструмент. – «Тебе, Пьер, за то, что предал нашу любовь. Ей – за то, что посмела забрать то, что принадлежало мне по праву».

В порыве ярости она с силой надавила на гравировальный инструмент, и вдруг острая боль пронзила палец. Капля крови упала на зеркало, растекаясь по его поверхности необычным узором. Женщина замерла, чувствуя, как холод металла обжигает ранку.

Серебро вокруг капли начало странно пульсировать, словно живое. Кровь, вместо того чтобы просто растечься, впитывалась в стекло, оставляя после себя тёмные, мерцающие следы. По поверхности зеркала пробежала едва заметная рябь.

Металл начал меняться – его гладкая поверхность стала шероховатой, словно покрылась инеем. Узоры, которые она выводила, засветились изнутри холодным голубым светом. Зеркало словно ожило, его поверхность задрожала, как вода в пруду. На краю зеркала появилась тонкая серебряная кайма, обрамляющая его тайной силой.

Она почувствовала, как по спине пробежал холодок, а волосы на затылке встали дыбом. Что-то древнее и могущественное откликнулось на её боль и гнев. Казалось, сама природа замерла в ожидании.

«Что это?» – подумала она, наблюдая за тем, как кровь смешивается с серебром. Её пальцы покалывало, а в воздухе появился металлический привкус. Зеркало словно ожило, впитывая не только её кровь, но и ярость, и боль.

Поверхность зеркала начала темнеть, но не равномерно – в ней появились странные завихрения, похожие на водовороты. В глубине стекла зародились крошечные искры, которые медленно разрастались, образуя необычный узор. По краям зеркала пробегали едва заметные серебристые всполохи, словно отблески далёких звёзд.

Её руки больше не дрожали. Теперь каждое движение было точным, уверенным. Она чувствовала, как энергия наполняет её работу, как боль превращается в нечто большее, чему она сама не могла найти объяснения.

Когда последний штрих был нанесён, она отступила назад. В отражении она увидела не просто своё лицо – она увидела лицо женщины, познавшей предательство, но не сломленной им. Её глаза светились странным внутренним огнём, которого раньше не было.

Дрожащей от напряжения рукой она взяла инструмент и вывела на обратной стороне своё имя – А. Монтери. Отныне это имя будет связано с силой, рождённой из боли и гнева. Никто не узнает, что в каждое зеркало влита её кровь, её боль, её ярость.

И только она знала, что эти зеркала стали чем-то большим, чем просто произведениями искусства. Случайность, рождённая из её боли, создала нечто, что будет жить своей собственной жизнью. Сила, которая однажды пробудится в тех, кто встретится с этими зеркалами… Сила, рождённая из случайности, но питаемая болью отвергнутой любви.

## Глава 1. Письмо от нотариуса

Туманное октябрьское утро окутало город серой дымкой. Первые капли дождя барабанили по стёклам музея, где работала Мария Соколова. Ей был тридцать один год, и её изящная фигура прекрасно вписывалась в строгий деловой костюм, который она носила на работу. Длинные каштановые волосы, обычно собранные в аккуратный пучок, сегодня слегка выбивались из причёски, выдавая её волнение. Тонкие черты лица, умные карие глаза за очками в тонкой оправе и лёгкая улыбка, которая появлялась, когда она была поглощена любимым делом – изучением искусства.

В такие дни, когда природа словно замирает в ожидании чего-то важного, Мария особенно остро чувствовала связь с прошлым. Её кабинет, наполненный запахом старых книг и бумаги, казался островком спокойствия в бушующем мире. Но сегодня этот покой был нарушен.

Она как обычно сидела за своим столом, погружённая в изучение старинных гравюр, когда почтальон принёс необычный конверт. Тёмно-синий, с золотой каймой и официальной печатью – он сразу привлёк её внимание среди обычных служебных писем. Надпись на концерте гласила «Марии Михайловне Соколовой лично в руки. Доставить до 31 октября 2025 года».

Дрожащими руками Мария вскрыла конверт. Внутри лежал лист с витиеватым текстом, от которого у неё перехватило дыхание:

«Уважаемая Мария Михайловна!

Имею честь сообщить Вам о наследстве, оставленном Вашей бабушкой Елизаветой Петровной Соколовой. Для обсуждения деталей прошу Вас явиться в мой офис…»

Бабушка Елизавета… Та самая бабушка, которую в семье считали эксцентричной. Та, что всегда появлялась в чёрном, словно тень, и бормотала странную фразу: «они украли мой свет». Никто не понимал, что она имела в виду, но её поведение пугало даже самых стойких членов семьи.

Мария отчётливо помнила, как в детстве бабушка приходила к ним в гости – высокая, худая, в беспросветно чёрном платье, которое шуршало при каждом движении. Её пронзительный взгляд заставлял детей прятаться за родителями, а взрослые старались как можно быстрее закончить визит.

«Они украли мой свет», – эти слова эхом раздавались в её памяти. Бабушка повторяла их снова и снова, словно мантру.

Не в силах сосредоточиться на работе, Мария позвонила своему начальнику:

– Иван Сергеевич, у меня очень важная личная ситуация. Могу я отпроситься с работы пораньше?

Получив разрешение, она поспешно собрала вещи. В голове крутились мысли о наследстве, о странной бабушке, о её загадочных словах.

Офис нотариуса находился в центре города, в старинном здании с высокими потолками и скрипучими полами. Мария нервно теребила ремешок сумочки, ожидая своей очереди.

Когда её пригласили в кабинет, седовласый нотариус встретил её сдержанной улыбкой:

– Мария Михайловна, рад наконец познакомиться с вами лично. У меня есть для вас документы.

Он открыл папку и начал говорить:

– Ваша бабушка оставила вам не только денежные средства, но и недвижимость. Речь идёт о старинном особняке в черте города.

Мария замерла, не в силах вымолвить ни слова. Особняк? От той самой бабушки, которую все считали сумасшедшей?

– Это довольно внушительное наследство, – продолжил нотариус, внимательно наблюдая за её реакцией. – Особняк требует ремонта, но имеет историческую ценность.

Мария всё ещё не могла прийти в себя от новости. В её голове крутились мысли о том, что может скрываться за стенами этого дома, какие тайны хранит он в своих стенах.

– Я понимаю, это неожиданное известие, – сказал нотариус, заметив её замешательство.

– У вашей семье есть и другие наследники, – пояснил нотариус, – однако именно вам бабушка Елизавета Петровна оставила особняк по особым причинам. Это было её личное решение.

Мария задумчиво кивнула. В её голове крутились мысли о коллекции антиквариата, о тайнах, которые могли храниться в стенах дома. Как специалист по искусству, она не могла упустить такую возможность.

– Я принимаю наследство, – твёрдо произнесла она. – Хочу увидеть особняк своими глазами.

Нотариус внимательно посмотрел на неё поверх очков:

– Понимаю ваше любопытство, Мария Михайловна. Но предупреждаю: дом требует серьёзного ремонта, а его история… неоднозначна.

– Это меня не пугает, – ответила Мария, стараясь скрыть волнение. – Я готова к любым трудностям.

Она поднялась со стула, чувствуя, как внутри разливается странное предвкушение. Особняк бабушки Елизаветы хранил множество тайн, и теперь у неё появилась возможность их раскрыть.

– Когда я могу увидеть дом? – спросила она, доставая блокнот.

– В любое удобное для вас время, – ответил нотариус, протягивая ключи. – Только будьте осторожны. Некоторые вещи лучше оставить в прошлом.

Мария взяла ключи, ощущая их тяжесть в ладони. Металл холодил кожу, а в голове крутились слова нотариуса о неоднозначной истории дома. Выйдя из кабинета, она медленно спустилась по скрипучей лестнице старинного здания.

Дорога до дома казалась бесконечной. Мария то и дело поглядывала на ключи в своей руке, размышляя о том, какие тайны они могут открыть. В памяти снова и снова всплывал образ бабушки Елизаветы – её чёрные наряды, пронзительный взгляд и странные слова о «украденном свете».

«Может, я совершаю ошибку?» – думала Мария. Но любопытство было сильнее сомнений. Она достала телефон и набрала номер Виктора.

– Привет, это я. У меня есть важная новость. Ты дома? Я сейчас заеду, нужно поговорить.

Виктор ответил не сразу, словно предчувствуя недоброе:

– Что-то случилось? Ты меня пугаешь.

– Ничего страшного, просто хочу кое-что тебе рассказать. Буду через пятнадцать минут.

Когда Мария вошла в квартиру брата, тот встретил её настороженным взглядом. Виктор почти не изменился с детства – всё те же короткие тёмные волосы, проницательные глаза и поджатые губы, когда он о чём-то беспокоился.

– Ну, и что за важное известие? – спросил он, наливая сестре чай.

Мария рассказала о встрече с нотариусом, о наследстве и об особняке. С каждым её словом лицо Виктора становилось всё более напряжённым.

– Ты серьёзно? – наконец произнёс он. – Та самая бабушка, с которой никто не хотел общаться? Та, что всех пугала своими речами про украденный свет?

– Да, именно она, – кивнула Мария. – Но представь, сколько там может быть ценных вещей! Как специалист по искусству, я не могу упустить такой шанс.

– Мама всегда говорила, что она была не в себе, – покачал головой Виктор. – С ней никто не хотел иметь дело, и на то были причины.

Мария понимала его опасения, но решение уже было принято.

– Я всё равно поеду туда, – твёрдо сказала она. – И мне бы хотелось, чтобы ты поехал со мной. Одна я боюсь.

Виктор молчал, глядя в окно. Мария видела, как в нём борются беспокойство за сестру и желание защитить её от возможных неприятностей.

– Хорошо, – наконец согласился он. – Но только потому, что ты моя сестра. Но знай: я не доверяю этому наследству.

Мария улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло от поддержки брата. Она ещё не знала, какие испытания ждут их впереди, но была готова к ним, пока Виктор рядом.

## Глава 2. Подготовка к переезду

Следующие дни пролетели как в тумане. Мария взяла отпуск на работе, чтобы полностью посвятить себя подготовке к переезду в особняк. Её переполняло предвкушение – наконец-то она сможет изучить коллекцию антиквариата, о которой ходили легенды в их семье.

Виктор же относился к предстоящему переезду с явной настороженностью. Он постоянно бурчал о том, как важно поскорее разобраться с наследством и, возможно, даже продать дом.

– Может, сразу найдём покупателя? – предложил он, листая объявления о продаже недвижимости. – Зачем нам возиться с этим старым особняком? Только деньги на ремонт потратим.

– Ты не понимаешь, – возразила Мария, перебирая документы. – Это же настоящая сокровищница! Каждая вещь в том доме может рассказать свою историю.

Они сидели на кухне, обсуждая детали переезда. Мария составляла список необходимых вещей, а Виктор пытался найти грузчиков и составить план действий.

– Помнишь, как бабушка запиралась в своей комнате на целые дни? – вдруг спросил Виктор, отложив телефон.

– Да, – ответила Мария, – она всегда казалась такой загадочной. А эти её странные ритуалы…

– Ритуалы? – фыркнул Виктор. – Обычные старческие причуды. Человек был не в себе, вот и всё.

– Может быть, – не стала спорить Мария. – Но её коллекция антиквариата… Она была очень разборчива в выборе предметов.

– Мама говорила, что она начала меняться после смерти дедушки, – добавил Виктор. – Стала замкнутой, носила только чёрное, а потом и вовсе перестала общаться с семьёй. И правильно сделала – никто её не понимал.

– А помнишь, как она приходила к нам в гости? – спросила Мария. – Всегда в чёрном, с этими странными украшениями…

– Да уж, – скривился Виктор. – Как вспомню её взгляд – мурашки по коже. Нормальные люди так не выглядят.

Виктор помолчал, а потом продолжил:

– Слушай, а ты не боишься туда ехать? Дом стоял пустой столько лет… Кто знает, что там сейчас творится. Может, лучше сразу продать и не связываться?

– Я не боюсь, – твёрдо ответила Мария. – Просто хочу всё увидеть своими глазами. Как профессионал, я обязана это сделать.

– Ну ладно, – вздохнул Виктор. – Но я поеду с тобой. Не хочу, чтобы ты там одна шаталась.

– Спасибо, – улыбнулась Мария. – Твоя поддержка очень важна.

Они обсудили основные моменты переезда. Виктор всё ещё относился к затее сестры скептически, но понимал – её уже не переубедить.

– Знаешь что? – вдруг сказал Виктор. – Давай хотя бы сделаем фотографии дома перед тем, как что-то трогать. Для страховки.

– Отличная идея, – согласилась Мария. – Так будет спокойнее.

Вечером они составили план действий. Мария не могла скрыть своего волнения – впереди её ждало приключение, которое могло изменить её жизнь.

– Слушай, – снова заговорил Виктор, глядя в окно, – а вдруг там действительно что-то ценное?

– Вот именно поэтому я и хочу туда поехать, – ответила Мария. – Интуиция мне подсказывает, что это важно.

– Ладно, – вздохнул Виктор. – Но только обещай, что будешь осторожна. И если что – сразу уходим.

Мария кивнула. В глубине души она знала – этот переезд станет началом чего-то важного. Даже если Виктор этого пока не понимает.

## Глава 3. Дорога в особняк

Осенний пейзаж за окном автомобиля казался мрачным и тревожным. Золотистые листья, кружась в воздухе, медленно опускались на влажную от дождя землю. Мария смотрела на мелькающие за стеклом деревья, чувствуя, как внутри нарастает волнение.

Виктор, сидевший за рулём, недовольно бурчал себе под нос. Его раздражала каждая минута, проведённая в дороге к проклятому дому.

– Ну и зачем тебе это понадобилось? – в очередной раз спросил он, сжимая руль. – Можно было просто продать дом через агентство, не тратя время на переезд.

Мария вздохнула, глядя в окно.

– Я должна это сделать. Не могу просто отвернуться от наследства, даже если бабушка была… не в себе.

– Именно! – воскликнул Виктор. – Она была сумасшедшей отшельницей, которая ни с кем не общалась. А ты хочешь жить в её проклятом доме?

Навигатор начал странно себя вести, показывая противоречивые маршруты. Виктор выругался и выключил его.

– Слушай, – продолжил он, – давай поговорим серьёзно. Ты помнишь, как все обходили её стороной? Как она запиралась в доме и бормотала свои безумные речи про «украденный свет»?

Мария повернулась к брату:

– Да, помню. Но что-то в её поведении было не так просто. Эти постоянные чёрные наряды, странные фразы… Может, за всем этим стояла какая-то причина?

Радио внезапно захрипело, наполнив салон странными помехами, похожими на шёпот множества голосов. Виктор поморщился и выключил его.

– Это просто помехи, – сказал он, но в его голосе проскользнула неуверенность.