Арсений Замостьянов
Европа. Краткая история с иллюстрациями

Серия «Лучшее в истории»

В настоящем издании в качестве иллюстрированных цитат к текстовому материалу используются фоторепродукции произведений искусства, находящихся в общественном достоянии.

© Арсений Замостьянов, 2025

© ООО Издательство АСТ, 2025

Песок истории

Сколько лет мы слышим про «закат Европы». Для таких рассуждений есть основания. Но в жизни действуют не застывшие монументы, она всегда движется и меняется. Меняется погода, а у каждого пейзажа – множество ракурсов. Есть Европа – родина великих мыслителей, полководцев и мастеров, бунтарей и солдат. Она и сегодня заслуживает уважения и пристального изучения. Применительно к прошлому и к настоящему. В европейской тесноте, в коммунальной квартире народов, заваривались уникальные цивилизации. Прошло время идеологии европейского превосходства – она и аморальна, и бессильна. Но священные камни Старого Света всегда будут притягивать нас. На каком бы материке мы ни родились.

История состоит не из монолитов, а из мельчайших частиц. В ней пульсирует энергия движения. В ней есть закономерности – и мы улавливаем их. Но нет обреченности, ничто не предначертано. Каждую минуту, каждую секунду многое может измениться. Разительно и революционно. Такова материя истории. Повторим: она не монолитна, она состоит из песчинок, их мозаика изменчива – как прерывистый ритм. Возможны миллионы вариантов. Поэтому никогда не следует приходить в отчаяние. Постоянных тенденций не существует, как нет абсолютного зла или добра. Наука овладела искусством рассматривать мельчайшие составляющие материи – молекулы, атомы. Это применимо и к истории. Она тоже атомарна, и она в два счета обманет вас, если вы будете искать однозначных и прямолинейных рецептов. Песок истории сыплется, создавая сложные картины, которые меняются каждое мгновение.

Несмотря на противоречивую и во многом непредсказуемую поступь истории, человечество накапливает опыт. И, не переставая набивать шишки, все-таки пытается построить более справедливое и гуманистическое общество. Вряд ли кто-то станет отвергать влияние технического прогресса. Его достижения впечатляют даже на короткой дистанции человеческой жизни (которая, кстати, тоже стала продолжительнее). У технических новинок есть и оборотная сторона – мы во многом не готовы к облегченной жизни, оснащенной всеми премудростями. Будем помнить, что в конечном итоге каждое крупное изобретение меняет мир к лучшему, – а прогресс можно проследить и в человеческом сознании. Он проходит по принципу, который схематично можно определить несколько парадоксально: «Шаг назад, два шага вперед». Жан Антуан Кондорсе верил в прогресс человеческого разума и, думаю, не обманывался. Несмотря на чей-то скепсис, общественная жизнь, вслед за техникой, совершенствуется, от этого нельзя отмахнуться. Этому учит и история Европы. А в прошлом мы видим опыт достижений, который ничем невозможно заменить. Он бесценен и ярок. В нем есть главное – импульс открытий, первопроходцев, импульс познания жизни. От века к веку приходило понимание того, что важнейшими ценностями на земле являются мир, просвещение, свободное развитие общества.

Это книга – лишь начало разговора, начало изучения прошлого. В истории, как в Яндексе, можно найти все. Перед вами один ракурс, не более, но и не менее. Это очерки о двадцати четырех перекрестках европейской истории, к которым относятся ее ключевые события. Автор самонадеянно предполагает, что книга послужит добру и просвещению. Это самое важное.

Арсений Замостьянов заместитель главного редактора журнала «Историк».

Один
Цивилизация минотавра

Где прародина европейской цивилизации – если воспринимать ее как нечто хотя бы отчасти единое? Колыбель Старого Света – античная Греция. А с чего началась она? Нас притягивают тайны Крита – самого крупного среди греческих островов. По меркам Евразии он невелик, примерно 8200 квадратных километров. В наше время там проживают более 630 тысяч человек. Большинство из них – греки. Но название «крит», «крет» – по всей видимости, догреческое. И его этимология до сих пор не разгадана. Знания о минойской и микенской культуре нам подарили великие древнегреческие поэты – Гомер и Гесиод. По их гекзаметрам мы и судим о том, какие у представителей тогдашней культуры были традиции и особенности.

Кем были критяне?

Первая европейская культура зародилась на острове Крит в Эгейском море, неподалеку от континентальной Греции. Эту культуру считают переходной от ближневосточных очагов цивилизации к собственно европейской, которую создали греки в Элладе. По5мнению некоторых исследователей, население древнего Крита (в V тысячелетии до нашей эры) составляли представители халафской культуры из Месопотамии, с берегов рек Тигра и Евфрата. Однако маловероятно, что халафы в то время могли проделать столь опасный морской путь. Словом, загадки, загадки…

Статуя Минотавра из Афин

Первые европейцы

Но перенесемся чуть раньше во времени. Отец истории Геродот хотя и несколько противоречиво, но говорил о Европе как о части света в VI веке до нашей эры. Правда, в те времена эти географические понятия в полном смысле еще не возникли. Континент, который мы привычно называем Европой, сформировался 500 миллионов лет назад. А в эпоху палеолита, 2 миллиона лет назад, появились первые европейцы – не совсем прямоходящие, но уже умелые.

Мраморный бюст Геродота.

II век до н. э.

Они переправились на нашу часть континента то ли из Индии, то ли из Африки. Чего тогда точно не было – так это понятия «Европа». Мы и сегодня не можем с точностью его объяснить. Есть разные версии. Самая простая – что континент получил название в честь героини античного мифа – финикийской царевны, которую похитил и увез на Крит олимпийский бог Зевс. Другая версия происхождения названия – от древнегреческих корней eurys (широкий) и ops (лицо или глаз). В аккадском языке есть слово erebu – закат. А из Месопотамии можно было наблюдать, как солнце заходит на Западе как раз на территории Европы. Есть и еще несколько столь же спорных версий. Но художники с давних пор полюбили сюжет про Зевса и похищение Европы. Ведь в этой истории есть любовь, интрига, преступление. На Крите зарождалась европейская цивилизация. Поэтому можно допустить, что сначала Европой стали называть часть Средиземноморья, а потом и весь континент, который постепенно познавали греки.

Четыре царства

На Крите в начале II тысячелетия до нашей эры возникли первые четыре царства с центрами-дворцами в Кноссе, Маллии, Фесте и Като-Закро. В гомеровской «Илиаде» Крит предстает как богатый «стоградный» и «пространный» остров, жители которого отличаются высокой культурой и живут богато и размеренно. По Гомеру, первоначально Крит населяли пеласги – не греки и, как считают большинство ученых, не индоевропейцы. Но остров пережил несколько волн миграций. Пеласги перемешивались с другими этническими волнами, в том числе со II тысячелетия – с индоевропейцами, которые принесли на Крит символ своей цивилизации – колесницу.

Руины Кносского дворца

У них была письменность. Она до сих пор нерасшифрована. Жители Крита передавали информацию с помощью рисуночного письма. Потом критяне изобрели более информативное линейное иероглифическое письмо.

Что умели критяне

Они научились строить роскошные дворцы с настенной живописью, с висячими садами, которые считались священными. Нас восхищает критская керамика: они создавали изящно расписанные вазы – амфоры, которые использовались во время религиозных церемоний. Археологическую культуру того времени иногда называют минойской – в честь легендарного критского царя Миноса, о котором почтительно упоминал Гомер. Особенности критской архитектуры – колонны, расширенные кверху. Больше никто в мире так не строил. Критяне были и талантливыми корабелами, и врачами. Среди их изобретений, например, противозачаточные средства.

Пифосы с медальонами в Кносском дворце. XVII век до н. э.

Крит благодатен для земледелия и животноводства. Длинное лето, мало дождей, удобные горные плато для выращивания пшеницы и ячменя.

Минотавр и секира

Возможно, Минос – это даже не имя царя, а титул. С ним перекликается и слово «минотавр» – мифологическое чудовище с головой быка, уничтожавшее людей в лабиринте. Кстати, лабиринты были любимым развлечением критян (скорее всего – сакральным). В их дворцах и святилищах с многочисленными переходами всегда было легко заблудиться.

Римская мозаика, изображающая Тесея и Минотавра в центре лабиринта. III/II век до н. э.

Возможно, они символизировали отделение и защиту людей от животного мира. Слово «лабиринт» происходит от понятия «лабрис», означавшего обоюдоострую секиру. Такие секиры часто находят на Крите археологи. Но их религиозное предназначение до сих пор не разгадано.

Благодушные критяне

Рабство на Крите не получило широкого распространения, как в Египте или позже в Элладе. Рабы были домашними слугами и не играли серьезной роли в экономике. Мы называем людей, которые там жили, греками. Они отличаются не только от современных греков, но и от эллинов последующих времен. В том числе – этнически. Но греки более поздних времен многое взяли у критян. А до этого критские греки, достигнув высокой культуры, пытались распространять свое влияние на Грецию и Малую Азию. Но они не были воинственным народом.

Минойский матриархат

Среди картин, которые сохранились от этой эпохи, мало батальных и даже охотничьих сюжетов. В основном – мирная жизнь. В критской религии центральное место, по-видимому, занимало поклонение земле-матери. Ее символом считают статуэтки женщины со змеями в руках, которые археологи находят на Крите. Это – одно из проявлений критского матриархата. Женщины в минойском обществе занимали первостепенное положение.

Сакральные игры с быком. Фреска. XVI век до н. э.

Об этом мы можем судить и по множеству сцен с участием женщин на сохранившихся и восстановленных фресках, и по количеству изображенных на них дам, и по той свободе и непринужденности в поведении, с которой критские женщины на этих рисунках беседуют между собой и принимают участие в торжествах и религиозных церемониях. Среди женщин выбирали жриц Великой богини и других женских божеств. Женщины наравне с мужчинами участвовали даже в сакральных играх с быком – популярном и многозначительном «развлечении» на древнем Крите.

Страна Агамемнона

Чуть позже критской цивилизации в континентальной Греции, на полуострове Пелопоннес, стала развиваться культура и государственность племени ахейцев, которые основали крупный город, известный каждому, кто помнит древнегреческие мифы, – «златообильные» Микены. Именно там правил царь Агамемнон – предводитель греков в походе на Трою у Гомера. По сравнению с критянами, ахейцы преодолели матриархат. У них властвовали мужчины и мужские божества. Поэтому им было присуще больше воинственности.

Изображение Агамемнона на древнегреческой вазе. VI век до н. э.

Путь ахейцев

Скорее всего, ахейцы пришли в Грецию с берегов Дуная, проделав долгий путь. Берега теплого моря привлекали многих, как и греческие оливы и легкое вино, которое смешивали с водой. Все это увеличивало ахейцам продолжительность жизни. Во главе ахейцев стояли цари – более воинственные, чем на Крите. Жрецы почитали верховного олимпийского бога Зевса и владыку морей Посейдона. Ахейцы создали флот, который позволил им завоевать близлежащие острова, в том числе – Крит. Скорее всего, им помогло извержение вулкана, подкосившее критскую цивилизацию. А ахейцы воспользовались ее достижениями и стали властвовать над торговыми путями Восточного Средиземноморья.

Роль царя Даная

Во многом греки стали наследниками египетской цивилизации. Гомер называл эллинов данайцами. Мифический царь Данай неизвестного происхождения некогда властвовал в Египте, потом переехал на Пелопоннесский полуостров. Возможно, он относился к племени гиксосов, некоторое время правивших в Египте.

Мартин Иоганн Шмидт. Данай и его дочери. 1785

Роль Даная в мифологической истории Эллады велика: он – предок Персея, основателя Микен, предок Эврисфея, царя, на службе у которого маялся непобедимый Геракл.

Эстафета цивилизаций

Ахейцев в свой черед вытеснили на обочину цивилизации дорийцы – родственное им греческое индоевропейское племя. Они сделали ставку на города-полисы, такие как Спарта, Коринф и Афины. Развивались демократические процедуры, а вместе с ними – рабовладение.

Со временем Крит стал провинцией Эллады, впал в зависимость от новых военно-политических центров – в первую очередь от Афин. Начался золотой период греческой цивилизации. Но и величие критской культуры во многом неповторимо.

Два
Афины и Спарта

Греция богата серебром, железом, медью. Климат и образ жизни, включавший умеренное винопитие, способствовали увеличению продолжительности жизни в Греции. Фантастическая плотность населения стала одной из причин расцвета Эллады.

Песнь Гомера

Другие причины – физическая культура, особое отношение к правилам гигиены. Понимание, насколько важны в жизни умеренность и попытки разобраться в «природе вещей». Такой образ жизни помогал грекам жить дольше, быть сильнее и мудрее соседей. Греция – морская держава с удобными бухтами. Это способствовало развитию торговли. Путешествия воспитывают дух открытий, любознательность. Древняя Греция – страна олив, винограда и пастбищ – была «впереди планеты всей». И дала миру образцы военного дела, медицины, государственного устройства и поэзии. И – великие поэмы Гомера, «Илиаду» и «Одиссею».

Мраморный бюст Гомера.

II век до н. э.

Троянская война разразилась в XIII–XII веках до нашей эры, хотя эта датировка – приблизительная. Некоторые историки считали, что осада Трои – метафора, которую использовал Гомер, чтобы рассказать о других сражениях. Но большинство исследователей сходятся на том, что осада и захват Трои все-таки имели место в истории. Греки – ахейцы и фессалийцы – переплыли через Эгейское море и атаковали богатый город-порт на полуострове Троада – Трою (Илион). Населяли эту территорию, по-видимому, враждебные, но хорошо известные ахейцам представители племени тевкров. Победа в упорной и долгой Троянской войне, как можно предположить, открыла для эллинов ворота в Малую Азию. С тех пор греческое влияние на города, расположенные на территории нынешней Турции, утвердилось надолго.

Между этими событиями и Гомером прошло несколько веков. И случилось за это время многое. Главное – дорийское нашествие, которое смело очаги микенской ахейской культуры. Все крупные города, кроме Афин, подверглись уничтожению. Дорийцы – это греческое племя, которое прежде обитало севернее Пелопоннесского полуострова, севернее главных центров античной культуры. Они завоевали ахейскую Грецию, воспетую Гомером, ослабленную из-за междоусобных войн. Началась эпоха, которую назовут Темными веками. А Гомер спустя столетия тосковал по великому ахейскому прошлому… И Греция возродилась – по прошествии веков. Равняясь на образцы героев, которые осаждали Трою.

Иоганн Генрих Тишбейн. Гектор, зовущий на битву Париса. 1786

И вот появился Гомер. Он, аккомпанируя себе на четырехструнной лире, писал торжественным и мелодичным гекзаметром – трехстопным размером с длинными строками. В Греции этот поэтический ритм считали языком богов. Кажется, это недалеко от истины! Он возвысился над обыденной речью. И в то же время не был оторванным от жизни, как оракул. В этом гениальность Гомера – первого великого писателя на земле. Предшественников у него не было. Поэтому его поэмы таят столько открытий. Метафоры, роскошные сравнения, фразы с двойным смыслом – все это он легко и гармонично вплетал в свои стихи.

Традиционно Гомера считают слепцом. Легче стать пророком, если ты закрыт для соблазнов суетного мира. Поэтому слепцом был прорицатель из греческих мифов – Тиресий. И постаревший царь Эдип, которому открылась мудрость. Гомер не знал грамоты. То, что он держал в голове огромный мир своих поэм, – просто невероятно. В «Илиаде» – 15 693 строк, в «Одиссее» – 12 110. Все это он обобщил и навсегда запомнил. Оно рождалось в воображении поэта. Конечно, автор этих поэм – народ, они создавались на протяжении нескольких поколений. Эпос складывается по крупицам не меньше столетия.

Поэмы Гомера вдохновляла ностальгия, воспоминания о великом и счастливом прошлом времени… Об эпохе золотоносных Микен, доблестных царей, которые сражались в одном строю с обыкновенными воинами, о временах, когда ахейская патриархальная Греция процветала, стремилась к открытиям и победам. Это был золотой век воинов… Гомер восхищался им – и это во многом было укором для его современников. Но ностальгия охватывала не только его – и поэму об осаде Трои полюбили тысячи людей. Она возвышала, придавала сил, и новый взлет античной Греции совершили внимательные читатели Гомера. Его поэмы некоторое время передавались из уст в уста, а в VI веке до нашей эры их записали. Это было дело государственной важности. На острове Хиос существовало целое сообщество певцов, так называемых гомеридов, считавших своим общим предком Гомера. Они тоже наизусть знали «Илиаду» и «Одиссею».

Бой Аякса с Гектором за тело Патрокла. Роспись чернофигурной амфоры.540-е годы до н. э.

Великий аэд предсказал будущее Эллады, ее историческую миссию – объединить Европу с Азией. И Одиссей – странствующий изворотливый герой – стал символом изобретательного европейского ума. Это и первооткрыватель, и колонизатор. Судьба Эллады, судьба Европы – всё выразилось в нем. Между тем, несмотря на ностальгию по временам гегемонии Микен, в Элладе начиная с Темных веков многое решали два города – Спарта и Афины, развивавшие противоположные изводы демократии. Свою партию играли Фивы – аристократический город в Беотии. Все они существовали, развивались и воевали на одном небольшом клочке благодатной земли.

Ликургово устройство

К Темным векам – к IX–VIII векам до н. э., а быть может, и к более позднему времени, относятся реформы полумифического правителя Ликурга, заложившего основы спартанской политической системы. Он был опытным воином, но славился и миролюбием. Что он предложил? Отныне главные политические решения принимал совет старейшин – герусия. Цари считались «первыми среди равных», не более. Решения Совета могло отвергнуть народное собрание. Но – без обсуждений. Просто отвергнуть. Многословия спартанцы не любили – были лаконичны (это слово произошло от Лаконики – области, центром которой была Спарта). В основе всего – экономические взаимоотношения. Каждый свободный гражданин получил землю, которую не мог продать или разделить. И это были равные наделы. Спартанцы стремились к равенству и приоритету общественного над личным. В этом можно увидеть исконно присущее человеку стремление к коммунизму, к справедливости. Но это был коммунизм в сочетании с рабовладением. Существовала в Спарте и прослойка илотов – по-видимому, потомков покоренных народов, которые трудились, веками оставаясь людьми второго сорта. Их восстания нарушали отточенную и налаженную жизнь Спарты.

Большую роль в жизни общества играли эфоры – надзирающие, которых регулярно избирали. Они оказывали серьезное влияние на политическую жизнь и на климат, царивший в обществе. По достижении семи лет детей передавали от кормилиц общественным структурам, которые воспитывали из них воинов. Это касалось и девочек. Спартанцы сызмальства привыкали к лишениям и суровым испытаниям. Спартанцы были ограничены и в предметах роскоши, и в разнообразии и обильности пищи. Без преклонения относились к деньгам, к личной собственности.

Есть легенда, что, завершив свои реформы, Ликург покинул Спарту, завещав согражданам строго придерживаться новых законов до его возвращения. Реформатор умер или покончил с собой вдали от родины – чтобы его идеи восторжествовали. А дельфийский оракул изрек: «Законы хороши, и город пребудет на вершине славы, если не изменит Ликургову устройству».

Спартанцы, впрочем, как и афиняне, героически проявили себя во время греко-персидских войн, отстояв независимость Эллады. Многие считают исход этого столкновения определяющим для торжества европейского пути развития – в противоположность азиатскому, построенному на единовластии.

Мерри-Жозеф Блондель. Ликург. 1828

Эти войны продолжались с 500 по 449 год до н. э. Они вместили восстания греческих городов Малой Азии против персидского владычества, походы Дария I и Ксеркса в Европу, которые грекам – прежде всего афинянам и спартанцам – удалось пресечь. Боевые столкновения на суше и на море показали превосходство греческой военной тактики. И во многом – образа жизни, основанного на законах, участии граждан в государственных делах, на воспитании умеренности и расчетливости.

В XX веке в Спарте подчас видели образец «тоталитаризма», решительно противопоставляли ее Афинам. Но лучшие афинские философы и политики (например, Мильтиад, победитель персов в битве при Марафоне, и Кимон) восхищались спартанским государственным устройством, не говоря об армии.

Афинский стратег

Самый блистательный политик в истории античных Афин – Перикл. Он был отпрыском самых знатных родов. Среди предков выдающегося демократа – несколько тиранов, в том числе – знаменитый Писистрат. Афинская демократия – система, которая возвышала роль граждан города. Конечно, нужно иметь в виду, что, кроме граждан – потомственных афинян, в городе жили метеки – свободные люди, не обладавшие гражданскими правами, и рабы. В самом многонаселенном городе Эллады, в соответствии с сохранившейся переписью, жили 20 тысяч полноправных граждан, 10 тысяч метеков и около 200 тысяч рабов.

Мраморный бюст Перикла. Римская копия с греческого оригинала. II век до н. э.

В молодости Перикл считался храбрым воином. И до конца своих дней интересовался военными делами и разбирался в них. Однако он понимал: только шедевры искусства могут увековечить его имя и его эпоху. Поэтому еще в молодости на собственные деньги Перикл помог осуществить постановку патриотической трагедии Эсхила «Персы». В тот год Эсхил победил на турнире драматургов – на Великих Дионисиях. Участие в этом триумфе подняло авторитет Перикла. В то время политик примыкал к аристократической партии. Им противостояли «демократы», или «народная партия», во главе с Фемистоклом. По-видимому, Перикл поддержал изгнание (остракизм) Фемистокла, несмотря на его заслуги в войне против персов. В 30 лет граждане Афин получали право избираться стратегами. Достигнув этого возраста, Перикл резко изменил политический курс. Он расстался с «аристократами» и повел борьбу с самым влиятельным политиком Афин – Кимоном. В 464/463 году до н. э. Перикла впервые выбрали стратегом. Через год Кимон оказался в изгнании. Тогдашние вожди демократов – Эфиальт и Перикл – провели реформу, которая ограничила власть ареопага – афинского совета старейшин. Более широкие права получило народное собрание. То есть влияние знати и олигархов на политику уменьшилось. Большую роль стало играть красноречие таких политиков, как Перикл, которые умели производить сильное впечатление на широкие круги граждан. После реформы Эфиальт погиб. Обстоятельства его смерти неизвестны. Некоторые историки подозревают в этом преступлении Перикла, который стремился к единоличной власти. Но у Эфиальта хватало и непосредственных политических противников.

Мечта о гегемонии

Перикл тонко чувствовал общественные настроения. Так, он позволил Кимону, сохранявшему популярность в народе, вернуться в Афины. Иногда его называют первым в истории профессиональным политиком, который искусно манипулировал общественным мнением, чередовал тактику кнута и пряника, методично исключал из правящей элиты своих противников. Он был отличным оратором. Афиняне это чрезвычайно ценили. Остроумный, с благородной осанкой, выдержанный и в то же время едкий. За умение всегда сохранять мудрое спокойствие его прозвали Олимпийцем – земным богом. Было у него и другое прозвище – Неподкупный. Конечно, он не принимал подношений. Во-первых, Перикл и так обладал состоянием. Во-вторых, он сделал все для того, чтобы ни один гражданин не заподозрил его в необъективности. Перикл опасался обвинений в тирании. Но он стал фактическим руководителем Афин, хотя формально оставался только одним из десяти ежегодно переизбираемых военачальников-стратегов. Перикла избирали пятнадцать раз подряд.

Развалины храма Аполлона в Дельфах

Перикл был наиболее последовательным противником Спарты – государства, которое соперничало с Афинами за гегемонию над Элладой.

Летом 441 года до н. э. афинская эскадра под командованием Перикла без боя заняла Самос. Афиняне отстранили от власти олигархов, установили демократическое правление, взяли заложников и наложили на жителей острова контрибуцию. Но вскоре Самос снова показал непокорность – и Перикл организовал новый поход. После девятимесячной осады Самос пал.

Затяжной конфликт развернулся вокруг Дельф – священного для греков города, который знаменит своим оракулом Аполлона. За власть над Дельфами боролись фокидяне – союзники Афин – и спартанцы. В итоге священный город заняла армия Перикла, и граждане Афин получили особые права при посещении Дельфийского оракула. Но потом война обернулась для Перикла драматически. Пришлось заключать со спартанцами компромиссный Тридцатилетний мир, который сам Перикл впоследствии и нарушил. Перикл не знал компромиссов, когда речь шла о гегемонии Афин над Элладой. Он был патриотом только своего города, другие греческие полисы оставались для него лишь средством получить лишний доход для Афин. Грабительская политика по отношению к другим участникам Морского союза, объединявшего полисы, зависимые от Афин, позволила ему развернуть в своем городе неслыханное строительство, поддерживать театр и литературу.

Великий строитель

Перикл не был ханжой. В историю вошла его возлюбленная – Аспазия. Женщина просвещенная, покровительствовавшая искусству. Есть романтическая легенда, что Перикл так потерял от нее голову, что выгнал из дома жену, которая родила ему детей. Ходили пересуды, что Аспазия была для Перикла и политической советницей. Она родилась в аристократической семье в Милете. Именно поэтому она не могла стать гражданкой Афин. Плутарх писал, что она «заводила связи с мужчинами только самого высокого ранга». Аспазия создала в доме Перикла салон, который посещали историк Геродот, трагик Еврипид, философ Анаксагор. Блистательные афиняне, ставшие окружением Перикла. Но стратег не стремился превратить ее в гражданку Афин и законную жену. Напротив, он принял закон, по которому уроженка другого города не могла стать полноправной афинянкой. Аспазия родила ему сына – Перикла-младшего. Эпидемия чумы унесла двоих старших сыновей Перикла – он добился для сына заезжей гетеры статуса гражданина.

Мишель Корнель Младший. Аспазия в окружении древнегреческих философов. 1670-е

Во времена Перикла в афинском Акрополе построили несколько настоящих шедевров, которые и сегодня поражают наше воображение. Это величественный Парфенон – главный храм богини Афины, покровительницы города. Эрехтейон, ставший хранилищем для главных афинских святынь. Одеон – шатер, в котором проводились музыкальные соревнования. Его называли «шлемом Перикла». Неподалеку возвели театр Диониса – для любимых афинянами театральных представлений и состязаний. И – Гефестейон, святилище Гефеста, бога кузнецов. Это – образцы архитектурной гармонии на все времена. Конечно, завершить столь грандиозное строительство за полтора десятилетия – задача невозможная даже для нашего времени. Почти все эти здания достроили уже после смерти Перикла. Но на них – печать его эпохи, золотого века афинской демократии.

Афинский Акрополь

Над Акрополем взлетела статуя Афины с копьем в руке. А для Парфенона скульптор Фидий, входивший в окружение Перикла, создал статую богини в золотой одежде. На щите богини он изобразил себя и Перикла. Позже афиняне признали это святотатством – и великий скульптор скончался, по разным версиям, в тюрьме или в изгнании. Но до сих пор его имя остается символом золотого сечения в искусстве.

Падение Олимпийца

Перикл знал не только удачи. Крахом обернулась экспедиция в Египет, на которую Афины потратили немало серебра. Перикл надеялся отвоевать страну фараонов у персов. Несмотря на мощный военный флот, сил для этого не хватило. Но после этого похода влияние Перикла на Афины не поколебалось. Он был убежден: «В войне большей частью побеждают рассудительность и обилие денег» – и ввязался в долгий конфликт со Спартой. Он надеялся подкупить противников и блокировать их с моря.

В 430–429 годах до н. э. в Афинах разразилась смертоносная эпидемия. Ее жертвой в конце концов пал и сам стратег. Против Афин со Спартой объединились такие сильные полисы, как Фивы, главный город Беотии. В Афинском морском союзе начался разлад. Противники Перикла обвинили его в распространении эпидемии. «Олимпийца» досрочно сняли с должности стратега и привлекли к суду. Правда, через год он снова стал стратегом: граждане проявили сочувствие к его горю. Ведь чума унесла почти всю семью Перикла. И сам он умирал от тяжкого недуга.

Алонзо Чаппел. Смерть Перикла. Иллюстрация к «Истории мира». 1870-е

Последние слова Перикла, по легенде, были горделивы: «Ни один афинский гражданин из-за меня не надел черного плаща». То есть – траурной одежды. Но это сильное преувеличение. Невозможно снять с Перикла ответственность за кровопролитную и неудачную для Афин Вторую Пелопоннесскую войну, поражение в которой последовало уже после смерти стратега. Его считали великим выдающиеся историки Античности – Фукидид и Плутарх. Перикл стал символом разумной демократии, культурного расцвета и цивилизации, которую афинский стратег «экспортировал» с помощью военного флота и армии. Спарта доказала военное превосходство, эффективность дисциплины и целеустремленной дипломатии. Но в противостоянии этих двух государств все победы были временными.

Три
Как перекричать море

Величайший оратор древности менял судьбы городов-государств, настолько сильным было его слово. Он и сегодня – образец эмоционального златоуста. Непревзойденный. А звали его – Демосфен. По-гречески его имя означает «сила народа». И Демосфен был горячим патриотом своего города – Афин. Того уклада, который утвердился в Афинах. А это был город рабовладельческой демократии, в котором процветали искусства и ремесла. Философия, театр, история… А там, где решения принимает народ, всегда важны люди, которые могут на этот народ повлиять. Трибуны, ораторы.

Мраморный бюст Демосфена.

II век н. э.

Работа над собой

Демосфен родился в зажиточной семье торговца оружием. В их доме всегда хватало слуг-рабов, хлеба и вина, оливок и мяса. Хватало и умных разговоров, которые с детства превратили его в ученого. Правда, его отец умер, когда мальчику было семь лет, а опекуны обворовывали его. Но все украсть не могли, все равно Демосфен всегда был богат – за это его нередко попрекали. Мол, не знает настоящей жизни, подкупает соратников… Всякое бывало. Ради достижения благородной цели он готов был и на подкуп.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.