# (Не) хреновое банкротство

Сергей Ясько

Обобщение пятнадцатилетней успешной практики автора, лично работавшего в делах о банкротстве на стороне разных участников, находящихся в конфликте интересов.

Здесь разрушаются мифы, страхи и заблуждения по поводу банкротства со стороны всех основных конфликтующих групп. Автор имеет успешный опыт работы с каждым из этих участников дела, и даже будучи привлеченным к субсидиарной ответственности и имея возбужденное в отношении себя дело о личном банкротстве со стороны абсолютно не дружественного кредитора, сумел эту ситуацию успешно разрешить, сохранив имущество и статус управляющего.

Простым и понятным языком объясняются принципы наиболее эффективных действий каждого из участвующих в деле о банкротстве лиц, чтобы достичь реального результата. А именно: Кредитору – вернуть деньги, Должнику – списать долги и не допустить привлечения Контролирующих лиц к ответственности, управляющему – грамотно провести процедуру и выйти из нее с прибылью, а не с финансовыми потерями и утратой статуса.

1.От Автора


Приветствую Тебя, уважаемый Читатель!


Книгу я хотел написать давно. Если честно, то это не первая моя книга, у меня даже есть «авторский договор», но то было давно, «неправда», баловство, не о том… Хотя, когда недавно моя родная (а не какая-то там двоюродная) жена разбирала старые бумаги на предмет их релокации в мусор и нашла этот договор, то стало тепло и приятно. Вернулся на двадцать лет назад, вспомнил, как издательство в аннотации указало, что эту книгу написал «умудренный многолетним опытом работы налоговый консультант», хотя мне тогда было около двадцати пяти лет.


Ходят слухи, что каждый человек в жизни может написать хотя бы одну книгу – про себя, и поскольку она будет написана искренне и от души, то она вполне может найти отклик у других.

Книги бывают также разные – художественные и документальные, в разных жанрах. Есть остросюжетные детективы, триллеры, любовные, приключенческие и в разной степени соответствующие сюжеты появляются в жизни каждого Читателя, а потому в каком жанре написать книгу – это также вопрос на 100 долларов США, «запрещенных к обращению на территории РФ».


Настоящая Книга – обобщение моего опыта дел, связанных с банкротством, и связана со всеми переживаниями, которые я претерпел во время получения этого опыта, искренними переживаниями, которые повлияли и изменили меня.

Вместе с тем, настоящая Книга написана для того, чтобы помочь людям разобраться с вопросами банкротства. По возможности информация изложена простым языком, а потому, давайте отнесем ее к категории практической, познавательной литературы с элементами автобиографии.


Банкротство – это отдельный МИР, т.е. «модуль иной реальности», который отличается от обычного, примерно, как обычная математика от математики Лобачевского, классическая физика от квантовой.

Банкротство – это МИР, где «сделка» – это не то, что описано как действия граждан и юридических лиц, направленных на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, как это установлено в ст. 153 ГК РФ, а настолько другое явление … Где реальные платежи по сделке превращаются в безвозмездность и наоборот… Где долги обесцениваются и взлетают в цене в момент, даже когда у должника имущества нет, и даже, возможно, никогда не было, а сами долги – это не только право требования…

В общем, это интересный, увлекательный и, безусловно, затягивающий МИР, который живет по своим законам. Законам, которые есть, но которые не всегда написаны, всегда меняются, где результат зачастую невозможно ни предугадать, ни спланировать, поскольку ты просчитать можешь хоть миллион вариантов, но реализуется миллион первый.


Автор этой книги – арбитражный управляющий, который работает в этой сфере около пятнадцати лет, из которых более десяти в соответствующем статусе.

Но арбитражных управляющих относительно много, в том числе тех, кто работает дольше, со своим опытом и скорее всего, со своими представлениями и видением банкротства. Почему мы должны принимать позицию Автора? Чем она ценна для Читателя и кто Читатель? Кому книга адресована?


Вопросы правильные, попробуем ответить.


Опыт опыту – рознь. Профессионал подобен флюсу, его знания односторонние.

Автор выступал в банкротстве не только в качестве арбитражного управляющего, но также и в качестве кредитора, ответчика по спорам и даже в качестве должника по субсидиарной ответственности и должника в деле о банкротстве. Кто понимает – последнее исключает статус арбитражного управляющего, а потому опыт Автора уникален, поскольку объединяет успешное поведение во всех ключевых ролях любых основных лиц, участвующих в деле и находящихся заведомо в конфликте интересов.


В настоящей Книге мы кратко ознакомимся с историей банкротства в России и, в достаточной степени подробно рассмотрим варианты возможного и наиболее эффективного поведения всех ключевых лиц, участвующих в банкротстве, т.е. пройдем путь от идеи «а не обанкротиться ли мне» (вариант: «да я сейчас на тебя на банкротство подам») до итоговых результатов таких идей.

Интересы должника, кредиторов, арбитражного управляющего и других участвующих в банкротстве лиц между собой согласуются примерно никогда, а потому Автор, имевший успешный опыт реализации в каждой роли, смеет надеятся на то, что эти знания помогут всем, кто уже столкнулся, сталкивается или может столкнуться с банкротством. Уверен, что эти знания позволят Вам как минимум понять, что происходит вокруг Вас в этом процессе, к чему все идет и, возможно, убережет Вас от необдуманных шагов, позволит сохранить Ваше время, ресурсы, а может даже и позволит заработать. Там где кто-то теряет, кто-то непременно находит – закон сохранения и баланса работает и здесь, хотя в Законе О банкротстве об этом нет ничего.


Банкротство – вещь процедурная. Даже формально движение дела о банкротстве, его стадии, называются процедурами, и в этой Книге мы посмотрим на эти стадии глазами разных участников банкротства, опишем возможные и наиболее оптимальные если не модели, то принципы поведения для должника, кредитора, арбитражного управляющего, других лиц.


Когда я делился со своими близкими идеей написать книгу, то я часто слышал попытки убедить меня в том, что не нужно никому раскрывать технологии как добиваться того или иного результата, что «ноу-хау» нужно держать при себе, что то, что придумал ты, будет использоваться другими для обогащения и т.д. и т.п… Но, во-первых, не все этот опыт смогут повторить, как минимум из-за возможных рисков. Во-вторых, ситуация и законодательство о банкротстве, а главное, арбитражная практика, связанная с этими делами, постоянно меняется, а технологии развиваются. Кто придумал одну технологию, сможет придумать и другую, а реализованный на практике опыт в силу того, что арбитражный процесс письменный и публичный, в любом случае доступен всем. В этом смысле делиться опытом и знаниями – это скорее благо, а не вред.


Если Вы ждете в этой книге инструкций как поступать в той или иной ситуации, на все случаи жизни, то здесь таких рецептов не будет (про миллион вариантов и результат по миллион первому помним). Но надеюсь, что большинство мифов, страхов, непонимания про банкротство у Читателя уйдет, и появится видение процедуры со стороны другой и, как правило, конфликтующей стороны. Надеюсь, по прочтении каждый для себя сможет понять, что ему ждать или не ждать от ситуации, в которой он оказался, столкнувшись с банкротством.


Итак, как говорят на пессимизированном YouTube – поехали!


2. Исторический очерк


Если мы откроем Google (который, как мы понимаем, помнит все) или Yandex (на котором все найдется) и поищем что-нибудь по истории вопроса, то нам покажут ряд статей и публикаций, написанных примерно по одной структуре, из которых мы узнаем следующее.


Впервые вопросы несостоятельности Должника были затронуты в Древнем Риме, в Законах XII таблиц (452 г. – 451 г. до н.э.), которые позволяли разрубать неплатежеспособного должника на части (своеобразное распределение «конкурсной массы» между несколькими кредиторами по результатам ликвидационной процедуры в отношении должника). В качестве предшествующих мер из «реабилитационных» процедур предполагалось связывание или заковывание должника кредиторами на шестьдесят дней, а при отсутствия результата в виде погашения реестровой задолженности за это время, должник или отдавался кредитору в кабалу, либо продавался в рабство, либо переходили к описанной «ликвидационной процедуре».

Здесь с вопросами первенства и методами правового регулирования я бы, пожалуй, поспорил, поскольку в Законах Хаммурапи, действовавшими в городе межэтнической и языковой толерантности Вавилоне (1755 г. – 1752 г. до н.э.) устанавливались условия освобождения от исполнения обязанностей по долгам свободного человека, что не распространялось на раба. Так должник обязан был расплачиваться по своим долгам путем передачи в рабство членов своей семьи сроком на 3 года, что было более гуманно по сравнению с Древней Грецией, где такое практиковалось на срок до пяти лет.


В основном урегулирование долгов в древние времена при наличии признаков недостаточности имущества должника осуществлялось преимущественно личной ответственностью должника, переходящего самостоятельно, либо с домашними в рабство кредитора.


Последующее движение мысли законодателя по вопросу урегулирования проблемных долгов стало, в силу развития экономической мысли, склоняться все-таки к получению взыскания не за счет личности, и членов семьи личности, а в сторону соразмерного распределения имущества должника.


Впервые должников от рабства освободили Законом Петелия (326 г. до н.э.)., текст которого до нас не дошел, но который «по слухам очевидцев» ввел мораторий и даже запрет на продажу должников в рабство и их разрубание на части. В силу гуманности подходов Закона Петелия, кредиторы временно вступали во владение активами должника, которое впоследствии продавалось с публичных торгов и специальное уполномоченное лицо (curator bonorum) распределяло вырученные деньги между кредиторами, которые при их недостаточности получали соразмерную часть (concur partes habemus). Если добавить ЕФРСБ, электронные торги, очередность распределения денег и судебный контроль, то практически получим главу VII Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Древнеримские правоведы додумались даже до конструкции паулианского иска, который мог быть подан кредиторами при совершении действий по продаже или дарению имущества, отказа от принадлежащих ему прав, с целью лишить кредиторов возможности получить удовлетворение, который подавался в интересах всех и от имени всех кредиторов curator bonorum (это тот самый, который деньги за имущество должника, реализованное с публичных торгов, соразмерно распределял) – практически глава III.1 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».


Если мы перейдем к «импортозамещению», то действовавшая с X века «Русская правда» выделяла несчастное или безвинное банкротство, при котором должник имел право на рассрочку долгов («план реструктуризации долгов») и злостное, при котором рассрочка была возможна только с согласия кредиторов («мировое соглашение»). При особо злостной несостоятельности, когда должник бежал от уплаты долгов в другое государство («экономический релокант»), возвращенный должник презюмировался недобросовестным, его «планы преодоления временных финансовых трудностей» не рассматривались, и он подлежал продаже на торгах либо передавался в рабство кредитору. «Русская правда» учла недоработку прежнего правового регулирования исследуемого вопроса и установила очередность удовлетворения требований кредиторов. В первую очередь долги погашались перед государством (князем), во вторую очередь – перед иностранными инвесторами (купцами), а уже затем – перед прочими кредиторами.

Так мы установили, откуда в ст. 134 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» взялись три очереди реестра требований кредиторов и подход к приоритетному погашению государственных треб, закрепленный в положениях ст. ст. 71.1, 85.1, 112.1, 129.1 и подпункте 3 пункта 2 ст. 61.11 того же Федерального закона.

В «Псковской судной грамоте 1467 г.» был дополнительно установлен подход к конкуренции прав нескольких залоговых кредиторов на одну вещь, который разрешался ее соразмерным дележом.

Особой комиссией из служивых людей дела о банкротстве стали рассматриваться после принятия Соборного уложения 1649 г. Однако до XIX века в Российской Империи, несмотря на отдельные разработанные, но официально не опубликованные ,и потому на практике не применявшиеся, нормативные акты (например, Вексельный устав 1729 г., Конкурсный устав 1740 г.), систематизированного нормативного акта, регулирующего вопросы несостоятельности (банкротства) не было.


Исходя из позиции, что правовая неопределенность лучше правовой определенности, такой подход безусловно следует считать для своего времени правильным, государственноориентированным.


В отсутствие реально действующего в XVIII веке банкротного устава, регулирование несостоятельности в этот период включает в себя помимо отдельных положений «Русской правды», Соборного уложения 1649 г. также прецеденты и торговые обычаи, с опорой на немецкое и голландское право (правый уклон и отход от прогрессивных традиционных ценностей).


19.12.1800 года все-таки был принят Устав О банкротах, в котором под несостоятельностью понималось недостаточность имущества для покрытия всех долгов. При этом должник обязан был объявить о своем банкротстве, когда у него не достанет до 30% на рубль кредиторской суммы.

Устав О банкротах от 19.12.1800 г. выделял следующие виды несостоятельности: несчастная, неосторожная (от небрежения) и злостная (от пороков должника или от подлога). По Уставу О банкротах от 19.12.1800 г. должник признавался банкротом в судебном порядке, предусматривалась обязательная трехкратная публикация сведений об этом в газетах, а также, «за отсутствием ЕФРСБ», объявления о банкротстве осуществлялись на рынках и ярмарках, в порядке «обеспечительных мер» должник подвергался аресту, но по решению собрания кредиторов мог быть от ареста освобожден.

Срок «закрытия Реестра требований кредиторов» (по причине того, что АО «ПОЧТА РОССИИ» еще не существовала и не достигла современного уровня по качеству услуг) устанавливался для кредиторов в три месяца, если кредитор проживал в одном городе с должником, девять месяцев – если кредитор был из другого города и восемнадцать месяцев – если кредитор находится в другой части света.


Как видим, по сравнению с 1800 г., в действующей в настоящий момент редакции Закона О банкротстве срок для предъявления требований кредиторов стал единым, сократился до двух месяцев, а Финансовый управляющий, который занимался реализацией имущества должника по Уставу О банкротах от 19.12.1800 г. назывался Куратором, назначался судом, как это происходит и сейчас.


Последним значимым шагом в отечественной системе правового регулирования несостоятельности в эпоху до «исторического материализма», наступившего 25.10.1917 г. (по старому стилю), явилось принятие Устава О торговой несостоятельности от 25.06.1832 г. Согласно ст. 386 Устава О торговой несостоятельности от 25.06.1832 г. банкротство – это такое положение дел, что не только не имеется наличных денег на удовлетворение в срок своих долгов в сумме более одна тысяча пятьсот рублей, но и есть признаки, по коим заключить можно, что долги неоплатны, то есть всего имущества для их полной уплаты будет недостаточно.


Кажется, мы нашли откуда в актуальной редакции взаимосвязи ст. ст. 2, 3, 33 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» взялось определение банкротства, сочетающее в себе признаки как неплатежеспособности, так и недостаточности имущества, а также установлен порог по сумме долгов, когда может быть возбуждено дело о банкротстве.


Несчастный банкрот (а деление видов несостоятельности, введенное Уставом О банкротстве от 19.12.1800 г. сохранилось) аресту не подлежал, а по окончании процедуры кредиторы предоставляли ему, либо его семье, часть имущества. Неосторожный банкрот подлежал аресту на срок от одного до двух лет и лишался права торговли, а злонамеренный банкрот, кроме всего прочего, подвергался уголовному преследованию за подлог (ст. ст. 23, 124 и 126 Устава О торговой несостоятельности от 25.06.1832 г.).


Конкурсное производство в период действия Устава О торговой несостоятельности от 25.06.1832 г. делилось на два этапа – до установления требований всех кредиторов сохранность имущества, которое обеспечивал присяжный попечитель (в актуальной редакции Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» он называется временный управляющий). А после установления требований всех кредиторов имуществом должника распоряжалось конкурсное управление, которое состояло из председателя и кураторов, которые в основном избирались кредиторами, но могли назначаться и судом. Конкурсное управление осуществляло такие функции как: розыск имущества, его оценка, организация продажи, расчеты с кредиторами, составление мнения о причинах банкротства (в актуальной редакции ст. ст. 20.3, 129, 142 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» это основные функции конкурсного управляющего).


Устав О банкротах от 19.12.1800 г. и Устав о торговой несостоятельности от 25.06.1800 г. в качестве реабилитационных процедур предусматривали администрацию по делам торговым и мировую сделку (в актуальной редакции Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» это называется «внешнее управление» и «мировое соглашение» соответственно). Система правового регулирования, установленная Уставом О банкротах от 19.12.1800 г. и Уставом о торговой несостоятельности от 25.06.1832 г. продержалась с незначительными изменениями до появления первого в мире государства рабочих и крестьян, а также начала строительства социалистического «рая», основанной на идее обобществления средств производства с последующей отменой денег.


Есть общераспространенное мнение о том, что при советской власти банкротного права не существовало и существовать не могло. Это мнение является все-таки ошибочным, подходящим только к периоду «развитого социализма», поскольку соответствующие нормы отсутствовали в «Основах гражданского законодательства Союза ССР и Союзных Республик» от 08.12.1961 г., ГК РСФСР от 11.06.1964 г., ГПК РСФСР от 11.06.1964 г. и других нормативных актах этого периода.


Вместе с тем жизнь советских граждан и организаций, в т.ч. (страшно сказать, экономическая жизнь), с принятием этих нормативных актов не закончилась, а только лишь перешла на следующий уровень экономического развития. А до этого было так.


ГПК РСФСР от 10.07.1923 г. среди прочих норм включал в себя главу XXXVII «О несостоятельности частных лиц, физических и юридических», главу XXXVIII «О несостоятельности государственных предприятий и смешанных акционерных обществ», главу XXXIX «О несостоятельности кооперативных организаций».

Даже из наименования соответствующих глав усматривается наличие насыщенной экономической жизни по субъектному составу. По общему правилу ст. 318 ГПК РСФСР от 10.07.1923 г. должник, прекративший платежи по долгам на сумму свыше трех тысяч рублей, или долженствующий прекратить их на означенную сумму по состоянию своих дел, может быть признан несостоятельным, если судом будет установлена неспособность его к полной оплате денежных требований кредиторам.

По общему правилу процедура банкротства была установлена одна – ликвидационное производство. Однако для государственных предприятий и кооперативных организаций допускалась мировая сделка. По торговым и промышленным предприятиям, сохранение которых связано с интересами государства, при неспособности их к платежу (ст. 318), судом могло быть образовано, в целях сохранения предприятия и восстановления его дел, особое управление (что-то вроде внешнего управления в нынешнем виде). Такая процедура предполагала рассмотрение судом плана постепенного погашения претензий кредиторов с одновременным переходом полномочий по управлению предприятием к особому управлению, кандидаты в члены которого предлагаются уполномоченными органами власти (куда же без них)). «Арбитражный управляющий» назывался ликвидатором, и могло их быть несколько, «смотря по обширности ликвидируемого предприятия» (ст. 325 ГПК РСФСР от 10.07.1923 г.).

В отношении государственных предприятий и акционерных обществ на основании ст. 391 ГПК РСФСР от 10.07.1923 г. для ликвидации назначалась ликвидационная комиссия в составе председателя и не менее двух членов. Одновременно с этим назначались: заместитель председателя и два заместителя членов комиссии. Естественно, по делам предприятия, не являющегося паевым, ликвидационная комиссия назначалась государственным органом, в ведении которого состоит ликвидируемое предприятие. А по делам паевого предприятия ликвидационная комиссия назначалась арбитражной комиссией из числа кандидатов, избранных общим собранием пайщиков (собранием уполномоченных). И только по требованию кредиторов арбитражная комиссия назначала в состав ликвидационной комиссии не более двух членов и одного заместителя из числа кандидатов, представленных кредиторами, с тем, однако, чтобы число таких членов не составляло большинства ликвидационной комиссии.

Никакого конфликта ликвидатора с кредиторами не предполагалось, поскольку он назначался государственными органами, обладавшими правом на возбуждение дела о несостоятельности в отношении соответствующего должника, был подчинен надзору этого органа, получал от него необходимые указания и отчитывался перед этим органом. Вознаграждение ликвидатор получал за счет должника в размере, установленном судом, а расходы на публикацию сведений о банкротстве относились на кредиторов (ст. ст. 325, 326, 330 ГПК РСФСР от 10.07.1923 г.).


Кстати, официальный источник – Газета «Коммерсантъ» – в те времена назывался Газета «Экономическая жизнь» для частных должников и Газета "Известия ЦИК Союза ССР и ВЦИК" для государственных предприятий и акционерных обществ, а также кооперативных организаций (ст. ст. 326, 328, 377, 429 ГПК РСФСР от 10.07.1923 г.).


Поскольку РСФСР, в т.ч. как часть СССР, образовавшийся к в декабре 1922 г., была социально-ориентированным государством, то в свете регулирования вопросов несостоятельности в исследуемый период нужно отметить появление приоритета требований кредиторов на покрытие задолженности должника по выплате заработной платы рабочим и служащим, а также по другим требованиям рабочих и служащих, вытекающих из законодательства о труде, а равно из коллективных и трудовых договоров, по вознаграждению за увечья и смерть. В т.ч. в виде капитализированной суммы, т.е. единовременного платежа в возмещение всего причиненного увечью или смертью вреда, по алиментам, вытекающим из законодательства о браке и семье и другим требованиям, приравненным к заработной плате, по социальному страхованию, по общегосударственным и местным налогам, по тем неналоговым доходам, на которые распространен порядок взысканий, установленный для налогов с причитающейся пеней, а равно по претензиям органов, сдающих землю под застройку.


Сейчас долги по заработной плате и налогам находятся в приоритете для целей погашения. На заработную плату от реализации предмета залога можно удержать до 20%, если залог не обеспечивает обязательства по кредитному договору. И до 15% – если залогом обеспечен банковский кредит. Но замена указанных положений в актуальной редакции ст. 138 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» на указанные выше, незаслуженно забытые формулы из ГПК РСФСР от 10.07.1923 г., были бы «приятнее» для бюджета, рабочих и служащих. При этом такой подход навсегда заткнул бы всяких там «либерастов», поскольку в один уровень поставил бы государство и рабочего человека.


В актуальной редакции Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» приоритет государства по инициированию дел о банкротстве обусловлен тем, что налоговые органы могут инициировать дела о банкротстве юридических лиц без судебного акта о взыскании налоговых недоимок, а на Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц обязаны разместить соответствующие сведения уже после подачи заявления о признании должника банкротом, в то время как всем другим «смердам» нужен вступивший в законную силу судебный акт и истечение пятнадцатидневного срока после соответствующей публикации.


Следует, однако, отметить, что налоговый орган у нас один, за всеми может и не уследить, «необоснованно лишая бюджет своевременного поступления денег». А потому, в части лиц, которые могут инициировать дело о банкротстве, я бы «заимствовал» из ГПК РСФСР от 10.07.1923 г. положения ст. 321, согласно которой правом возбуждения дел о банкротстве обладали не только кредиторы, но и любой орган власти, который хоть в какой-либо степени влияет на хозяйственную деятельность должника. Ну и безусловно, прокурор.


Здесь нужно отметить, что по существу в указанный период положения о несостоятельности регулировались нормами не материального права, а процессуального законодательства. Поскольку фактически соответствующие конкурсные процедуры представляли собой особый вид исполнительного производства, в котором кредиторы не могли существенно повлиять на процедуру, а впоследствии «планово убыточные предприятия» встроились в достижение общехозяйственного результата мирного созидательного труда, с периодическим списанием убытков (мировое соглашение в том понимании) и государственным финансированием покрытия убытков предприятия (санация), для чего даже формального участия суда уже не требовалось. Т.е. наступила та самая эпоха развитого социализма, о которой принято «ностальгировать и пускать скупую слезу даже тем, кто в эту эпоху не жил».


Новое время. Россия – вперед!!!


Хотя это уже позднее… А началось все по нашей теме с Закона РФ от 19.11.1992 г. № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий». С 1992 г. под несостоятельностью стало пониматься неспособность удовлетворить требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды в связи с превышением обязательств должника над его имуществом, или наличием неудовлетворительной структуры баланса должника.


Мне такое определение несостоятельности любо, ибо я в своей практике видел много должников с таким «красивым» ликвидным балансом, а арбитражный суд их почему-то признает банкротом и вводит конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, т.к. заведомо понятно, что имущества для покрытия расходов по делу о банкротстве от ординарной процедуры не хватит. Редакция Закона РФ от 19.11.1992 г. такого бы не допустила, и дела о банкротстве не было бы в принципе, как невозможно было бы доказать факт приостановления текущих платежей для определения признаков банкротства, если кредиторы получали бы удовлетворение своих требований по чуть-чуть, но регулярно (уровень инфляции в 1992 г. – 1998 г. помним?).

Поставить вопрос о возбуждении дела о банкротстве могли кредиторы, должник и прокурор (я же говорю, зря подход ГПК РСФСР от 10.07.1923 г. «забыли»).


Сейчас уже на дворе XXI век, в нашем распоряжении есть информационные технологии, в т.ч. ресурс «Картотека арбитражных дел» (по ссылке http://kad.arbitr.ru/), который постепенно наполняется и архивными данными, смотреть которые бывает жуть как интересно, а главное – информативно.

Если мы выберем по фильтру все дела о банкротстве, возбужденные до 01.01.1998 г. (т.е. заведомо рассмотренные по Закону РФ от 19.11.1992 г. № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий») всего мы увидим 99 карточек дел о банкротстве, из которых 57 было инициировано по заявлениям налоговых органов и органов государственной власти (включая 1, по инициативе прокурора), 17 – по инициативе других кредиторов и 25 – по заявлениям должников. Понятно, что судебные акты по этим делам, к сожалению, не открываются. Но статистика получается более чем информативна, концепция – налицо.


Поскольку думали, что «дикий капитализм уже наступил», а корпоративная культура сейчас за ним «поднимется» в силу резко и существенно усложнившихся экономических отношений Законом РФ от 19.11.1992 г. № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий», сразу предусмотрели реорганизационные процедуры банкротства (внешнее управление имуществом и санация), ликвидационные (принудительная ликвидация по решению арбитражного суда, добровольная ликвидация под контролем кредиторов и ликвидация в процессе конкурсного производства), а также мировое соглашение.

Реестровая задолженность делилась на семь очередей, из которых первые три считались привилегированными:

в первую очередь – граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда их жизни или здоровью (путем капитализации соответствующих повременных платежей);

во вторую очередь – по оплате труда работников, по отчислениям в Пенсионный фонд Российской Федерации, по выплате пособий в течение одного года до дня открытия конкурсного производства и по выплате вознаграждений, причитающихся по авторским и лицензионным договорам;

в третью очередь – по погашению задолженности по обязательным платежам в бюджет и внебюджетные фонды, возникшей в течение одного года до дня открытия конкурсного производства (про долги перед князем по «Русской правде» помним?);

в четвертую очередь – конкурсных кредиторов;

в пятую очередь – членов трудового коллектива предприятия – должника, обладающих вкладом в его имущество;

в шестую очередь – прочих собственников;

в седьмую очередь – все остальные требования.


Как видим, подход Закона о банкротстве 1992 г. ставил в приоритет человека над государством. Правда при отсутствии в этот период каких-либо ограничений или лимитов обязательств по текущим платежам, мы даже можем предположить этого конкретного человека, и, к сожалению, работники к этому человеку отношения никакого не имеют.


Приятная новость для залоговых кредиторов: в конкурсную массу не включались имущество (активы), являющееся предметом залога, и платежи в пользу залоговых кредиторов, как и текущие платежи должника не приостанавливались, главное опять же, чтобы «человек был хороший».

Ключевое, что Закон РФ от 19.11.1992 г. № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» реанимировал саму возможность признания должников банкротами. Но в силу длительного перерыва и острой необходимости в таких отношениях, закон получился рамочным, с большим вариантом процедур, но минимальной их регламентацией и полным отсутствием процессуального регулирования рассмотрения соответствующей категории дел, хотя начало было положено.


Думаю, что первая мысль, которая приходит «дорогому (недорогому) россиянину» про 1998 г., это экономическая кульминация «лихих девяностых» – дефолт (17.08.1998 г.), «черный вторник». Хотя 17.08.1998 г. это был понедельник, но именно 17.08.1998 г. Россия объявила об отказе от платежей по своим облигациям, и на следующий день рынок ценных бумаг рухнул. И это был вторник, и он был черным… По крайней мере в этот день.


Дальше – сначала постепенно, а затем с ускорением, все лучше и лучше (и это не стеб), банки, которые были залоговыми кредиторами стали собственниками активов, затем активы сменили собственников с «красных директоров» на новых управляющих. Российская продукция, даже автомобильная, в первый и в последний раз стала конкурентоспособной. Поскольку в пересчете цены на доллар США, цена оказалась соразмерной качеству, и даже приемлемой… В общем пошла перезагрузка экономики, мы достигли в очередной раз «дна», но в этот раз «снизу не постучали», мы туда не провалились, и начался рост.

Рост был сначала слабым, но затем набирал и набирал темп, получая подпитку на первых порах постоянным увеличением цен на нефть и газ, затем дешевыми (в валюте) банковскими кредитами.


Давайте посмотрим что еще из законов было принято в 1998 г.:

1) Федеральный закон от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»;

2) Федеральный закон от 16.07.1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)»;

3) Федеральный закон от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»;

4) Бюджетный кодекс РФ от 31.07.1998 г. № 145-ФЗ;

5) Налоговый Кодекс РФ (часть первая) от 31.07.1998 г. № 146-ФЗ.


Принятый НК РФ установил систему налогообложения. Причем именно систему, забетонировав исчерпывающий перечень федеральных региональных и местных налогов, сформулировав принципы и основные начала налогового законодательства, компетенцию каждого уровня власти. Т.е. создал и узаконил структуру налоговых доходов РФ.

Бюджетный Кодекс РФ позволил сформировать основы и принципы бюджетной политики. Главный из которых – жить по средствам, когда собираемых доходов должно было хватать на все.

Был принят закон, регулирующий корпоративные отношения в самом массовом сегменте коммерческих организаций, установлены правила работы с залогом, как основным инструментом обеспечения исполнения кредитных обязательств бизнеса, а также основы и принципы оценочной деятельности, что позволяло иметь адекватные представления о стоимости активов.

Кроме перечисленных выше законов, направленных на то, чтобы основные субъекты экономики могли заниматься предпринимательской деятельностью по четким и внятным правилам, как в части обеспечения бизнеса кредитными средствами, обеспеченными залогом, так и в части исполнения своих обязанностей перед государственными требами, причем по всей структуре власти, для завершения картины не хватало только инструмента перераспределения активов от «неэффективных собственников» в пользу тех, кто сможет обеспечить экономический результат, отвечающий целям более эффективных собственников.

В «лихие девяностые» механизм перераспределения активов соответствовал периоду эпохи первоначального накопления капитала. За практически десятилетие реальных экономических реформ (первый закон, позволивший официальную предпринимательскую деятельность – Закон СССР от 19.11.1986 г. № 6050-XI «Об индивидуальной трудовой деятельности граждан СССР» действовал с 01.05.1987 г. – «подарок трудовому народу к празднику», первые частные банки появились также в конце восьмидесятых годов XX века) от способа разрешения корпоративных конфликтов и перераспределения собственности, вариантами, соответствующими эпохе, люди устали. И появился в дополнение (а может и в качестве основы) Федеральный закон от 08.01.1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».


Конечно же, это мое оценочное суждение, основанное на ощущениях того, кто жил в тот период и начинал включаться в экономическую и, даже более того, предпринимательскую деятельность.

Но именно после принятия перечисленных выше законов экономическая ситуация в стране стала выравниваться, а уровень заказных убийств с экономической подоплекой пошел на спад. Проще и дешевле оказалось цивилизовано прийти в арбитражный суд и, представив правильные «бамажки», через какое-то время официально получить в свою собственность интересующий актив. Для кармы «злодеев» такой подход вышел также благостнее, и жизнь забила ключом, причем не всегда по голове, во всех смыслах этого выражения.


С 1998 г. у нас появились особенности банкротства специализированных должников (сельскохозяйственные организации, кредитные и страховые организации, гражданина и индивидуального предпринимателя). В части положений о банкротстве граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, нормы получились «мертвыми», из-за отсутствия соответствующих положений в ГК РФ. И институт личного банкротства реально заработал только с 01.10.2015 г. при действии Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Причем сам закон за это время претерпевал такие повороты развития в механизмах правового регулирования, что диву даешься.

В зависимости от процедуры банкротства арбитражный управляющий мог быть временным, внешним и конкурсным. А под несостоятельностью стали понимать признанную арбитражным судом или объявленную должником неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам или исполнить обязанность по уплате обязательных платежей с возможностью инициировать дело о банкротстве юридического лица при просроченной свыше трех месяцев задолженности в размере 100 000,00 рублей, а в отношении индивидуального предпринимателя – свыше 10 000,00 рублей.


Эти критерии сохранялись и при следующем Федеральном законе от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в отношении юридических лиц – до 29.01.2015 г., когда порог долга для возбуждения дела о банкротстве подняли до 300 000,00 рублей. А в отношении граждан – до 01.10.2015 г., когда ввели институт личного банкротства, подняв порог для возбуждения дела по долгам гражданина до 500 000,00 рублей.

В Федеральном законе от 08.01.1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в качестве процедур банкротства устанавливались: наблюдение, внешнее управление, конкурсное производство и мировое соглашение. Соответственно арбитражный управляющий выступал в качестве временного, внешнего или конкурсного управляющего.

Несмотря на то, что определение текущих обязательств должника несколько уточнилось, при должной степени «заботливости и осмотрительности» они по-прежнему могли съесть практически всю конкурсную массу, в то время как по Федеральному закону от 08.01.1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» устанавливал пять очередей реестровой задолженности:

в первую очередь удовлетворяются требования граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни и здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей;

во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и оплате труда с лицами, работающими по трудовому договору, в том числе по контракту, и по выплате вознаграждений по авторским договорам;

в третью очередь удовлетворяются требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника;

в четвертую очередь удовлетворяются требования по обязательным платежам в бюджет и во внебюджетные фонды;

в пятую очередь производятся расчеты с другими кредиторами.


Как видно, со времен «Русской правды» трудовой народ и купец, расширенный с иноземного до залогового, вошли в приоритет по сравнению с «князем».


Но последующие редакции Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», даже сохраняя формальное равенство требований уполномоченного органа по обязательным платежам с требованиями обычных конкурсных кредиторов, тем не менее последовательно изменяли подход в сторону обеспечения погашения государственных треб любой ценой. Где это не всегда было удобно сделать непосредственно через изменения в закон, на «подхвате» была арбитражная практика, которая готова была «подсобить в нужную сторон».

В этом смысле чего стоит только правовая позиция по вопросу № 2 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2024)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 29.05.2024 г., которая обобщила не то что отсутствующую, а прямо противоположную практику по вопросам отсутствия необходимости уплачивать государственные пошлины при обращении кредиторов в арбитражный суд с заявлениями о включении требований в реестр требований кредиторов, а также по другим обособленным спорам в делах о банкротстве, включая споры о взыскании убытков и привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, и установившие необходимость уплаты таких пошлин, причем в размерах, как при подаче обычных исковых заявлений в арбитражный суд.


Правовая позиция по вопросу № 2 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2024)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 29.05.2024 г. фактически действовала до 09.09.2024 г., когда вступили в силу изменения в НК РФ, уже законодательно закрепив необходимость платить государственные пошлины по обособленным спорам в делах о банкротстве. А заодно увеличив государственные пошлины при подаче заявления о признании должника банкротом для граждан с 300,00 рублей до 10 000,00 рублей, а для юридических лиц с 6 000,00 рублей до 100 000,00 рублей. Но «любезно» предоставив скидку в 50% по сравнению с обычными исковыми заявлениями и освободив граждан при подаче заявления должника о собственном банкротстве. В общем за «княжескую казну» можно быть спокойным.


Итак, обобщив опыт, накопленный тысячелетиями, от Законов Хаммурапи, через принципы римского права и «Русской правды», период «догоняющего развития» капитализма и экспериментов по построению социального равенства для советского народа, с учетом «дикого капитализма» эпохи первоначального накопления капитала, мы подошли к квинтэссенции отечественной правовой мысли в интересующей нас сфере – Федеральному закону от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».


Когда Федеральный закон от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» вступил в законную силу, он занимал 144 страницы (если в Word скачать этот документ из СПС «Консультант Плюс»). На момент написания Книги он уже занимает 665 страниц (я бы добавил еще одну от себя).

Сейчас у нас допускаются процедуры наблюдения, финансового оздоровления внешнего управления, конкурсного производства (для юридических лиц), реструктуризации долгов гражданина и реализации имущества гражданина (догадайтесь, для кого) и мировое соглашение для всех (поскольку «за мир должны бороться все»).

Соответственно, теперь арбитражный управляющий может быть временным, административным, внешним, конкурсным и финансовым, для каждой из соответствующих процедур. При этом арбитражный управляющий теперь должен быть членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих, а его ответственность на случай причинения убытков должна быть застрахована.

Банкротить с 01.10.2015 г. можно уже не только граждан, обладающих статусом индивидуального предпринимателя, но и умерших граждан. Расширились и положения о регулировании банкротства других специализированных должников (застройщики, градообразующие предприятия и т.д.).

Федеральный закон от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по объему не просто за время своего существования увеличился практически в 4,6 раз. Он ввел и конкретизировал как по процедуре рассмотрения, так и по последствиям механизм оспаривания сделок должника, привлечения контролирующих должника и иных лиц к ответственности (не только субсидиарной, но и возмещения убытков), формирование реестра требований кредиторов, в т.ч. о возможности пересматривать судебные акты вынесенные вне дела о банкротстве по новым обстоятельствам и т.д.

Усложнившиеся экономические отношения, при формальном сохранении трех очередей погашения реестровой задолженности, фактически позволили вместе со сложившейся арбитражной практикой, которая ввела новые варианты очередности удовлетворения требований, не указанные в законе («очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты»), по существу, увеличить очередность погашения требований кредиторов до 1 очередей (не считая 3 подочереди третьей очереди реестра требований кредиторов должника – застройщика).


В Федеральном законе от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» теперь закреплено более справедливое, по мысли законодателя, распределение доходов от реализации залогового имущества должника, которое все-таки включается в конкурсную массу. А также введены специальные механизмы погашения в любой процедуре всех требований по обязательным платежам, отдельно от погашения прочей задолженности. А если долгов по государственным требам слишком много, то это теперь самостоятельное основание взыскивать их в порядке субсидиарной ответственности со всех контролирующих должника лиц (ими могут быть даже те, кто в ЕГРЮЛ с должником не связаны (про долги перед «князем» из «Русской правды» помним?).


Нет смысла более подробно раскрывать историю изменения концепций и редакций, которые претерпел Федеральный закон от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» за всю историю своего существования. По этой теме можно написать отдельную книгу, которая будет иметь отношение больше к современным направлениям развития законодательства о банкротстве, чем к историческому очерку по исследуемой теме. А для практических целей, которые преследует читатель, у нас написаны прочие главы, к которым мы и переходим далее.


3. Объективное банкротство.


Для того, чтобы мы могли дальше последовательно двигаться, нам нужно понять: что же такое банкротство, кому и в каких случаях оно угрожает, кто с ним может столкнуться и почему, а также можно и нужно ли его избегать.

Вопросов много, но, как мы помним, в этой Книге мы рассматриваем подход с позиции разных сторон, т.е. тех, кто сталкивается с банкротством в той или иной роли, а потому и ответы на поставленные вопросы для этих лиц могут отличаться.


«Деньги – это зло, и на всех этого зла не хватает». Видимо, это происходит из-за того, что всегда побеждает добро))).

При этом, поскольку денег на всех не хватает, то у лица – не важно, физического или юридического – может наступить ситуация, когда денег нет вообще, а имущества у этого лица могло никогда и не быть, либо его уже заведомо недостаточно для покрытия всех долгов.

В этот самый момент и встает, как правило, вопрос о возбуждении дела о банкротстве. Причем, этот вопрос может поставить перед собой как должник, так и его кредиторы, включая государство, из-за наличия своих государственных треб.

Т.о. банкротство – это про деньги, точнее – про урегулирование долгов при их отсутствии или как минимум недостаточности.


Формально ст. 2 действующего Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под несостоятельностью (банкротством) понимает признанную арбитражным судом или наступившую в результате завершения процедуры внесудебного банкротства гражданина неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. При этом, обобщив тысячелетний опыт, само понятие «банкротство» складывается из совокупности признаков неплатежеспособности. Под которым понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств, вызванных недостаточностью денежных средств, которая презюмируется. А также признаком недостаточности имущества, под которым понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества должника.

Момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов, и есть «объективное банкротство». Даже когда такое состояние скрывается должником от кредиторов, и арбитражный суд это состояние пока не констатировал.


Мы не берем в этой книге случаи внесудебного банкротства. Поскольку оно касается граждан с долгами, размер которых не позволяет инициировать дело о банкротстве в арбитражном суде, и у которых нет какого-либо имущества. Т.е. которым исследуемые в этой книге вопросы не могут быть интересны из-за отсутствия рисков утраты имущества, которого и так не было.

А вот в отношении прочих граждан дело о банкротстве в суде может быть возбуждено при наличии задолженности свыше пятисот тысяч рублей, а в отношении юридических лиц – при наличии просроченной более трех месяцев задолженности в размере свыше двух миллионов рублей. Хотя и это общее правило, из которого бывают исключения.


Про долги перед «князем» помним?


В последнее время ФНС России освоила «прекрасный» способ взыскания задолженности по уплате обязательных платежей, к которым относятся не только налоги и начисленные на них финансовые санкции, но и, к примеру, административные штрафы, которые для юридических лиц могут быть оборотными и достигать несусветных размеров. Способ этот – инициирование дела о банкротстве отсутствующего должника.

Отсутствующий должник с точки зрения законодательства о банкротстве это когда гражданин – должник или руководитель юридического лица, фактически прекратившего свою деятельность, отсутствует, или установить место их нахождения не представляется возможным. А также если имущество юридического лица заведомо не позволяет покрыть судебные расходы по делу о банкротстве или в течение последних двенадцати месяцев не проводились операции по банковским счетам должника. Или при наличии иных признаков, свидетельствующих об отсутствии предпринимательской или иной деятельности должника.

Как видите, признаки «отсутствующего» должника позволяют при широком подходе вводить процедуру банкротства и при формальном наличии имущества, и при явке в судебное заседание руководителя должника. Если, к примеру, в последний год движения денежных средств по счетам не было… процедуру введут, причем независимо от размера долгов, т.е. их может быть и менее 2 млн. рублей.


Арбитражные суды, понимая всю сложность момента, острую необходимость пополнять бюджет, который не готов платить за ординарную процедуру банкротства (по обычной процедуре банкротства вознаграждение Конкурсного управляющего составляет 30 000,00 рублей в месяц, а по банкротству отсутствующего должника, инициированного по заявлению ФНС России, размер такого вознаграждения составляет 10 000,00 рублей единовременно за всю процедуру, сколько бы она не длилась) достаточно легко идут навстречу и признают должников банкротами сразу с введением процедуры конкурсного производства отсутствующего должника.


В общем, если в Ваш адрес прилетело заявление ФНС России о признании организации банкротом по признакам отсутствующего должника – отнеситесь к этому более чем серьезно. Отсутствующий должник – это не то, что Вы придумали себе в голове, здесь не сработает «схематоз», когда: «я заплачу сейчас чуть-чуть денег, чтобы основной долг был менее 2 млн. рублей, и дело прекратят», или: «в ФНС сидят недоумки, у меня долгов меньше 2 млн. рублей, меня обанкротить не смогут». Смогут. Причем, если Вы не готовы к процедуре, то скорее всего в итоге долги перепишут на Вас со статусом субсидиарной ответственности. Т.е. которые нельзя будет с Вас списать по общему правилу законодательства о банкротстве.


Если Вы думаете, что такой отсутствующий должник не будет интересен для работы арбитражному управляющему, то Вы глубоко заблуждаетесь.


У меня есть такой отсутствующий должник, по которому долг перед ФНС России был около 1 млн. рублей. На сегодняшний день в рамках этого дела все контролирующие должника лица, включая тех, кто в ЕГРЮЛ никогда не числился ни в составе участников, ни в составе руководителей, включая иностранное юридическое лицо, связанное с бывшим директором должника, привлечены к субсидиарной ответственности. Помимо этого, в конкурсную массу взыскана задолженность в размере около 30 млн. рублей, причем обеспеченная арестом недвижимости должников. Долги перед ФНС России, которая является единственным кредитором, погашены дважды. Но арбитражный суд до сих пор производство по делу не прекращает, поскольку не все мероприятия конкурсного производства завершены. И длится это дело о банкротстве уже более двух с половиной лет. А завершится оно только тогда, когда все нужные цели будут достигнуты. В первую очередь нужные цели – удовлетворение треб арбитражного управляющего.


В другом деле о банкротстве такого отсутствующего должника, где бывший руководитель занимался через должника муниципальными подрядами, обналичивал на «себя любимого» деньги, т.е. совершал операции, которые самостоятельно оспаривать смысла не было. Зато у него было имущество и хорошие отношения с приставами. Это дело не затягивали, через год и один месяц направили ходатайство о завершении конкурсного производства, оставили за собой право требования по привлечению к субсидиарной ответственности (а ФНС России оставляет такие требования за собой всегда, инструкция у них такая). Теперь бывший руководитель, который не злоупотреблял вниманием Конкурсного управляющего в процедуре, звонит с претензиями, что экономической жизни у него сейчас нет, арбитражный суд не пускает его знакомиться с делом о банкротстве, которое завершено, а для приставов «уважаемый» человек, видимо, перестал быть «уважаемым».


Таким образом, если инициировано дело о банкротстве отсутствующего должника по заявлению ФНС России, нужно иметь четкий план, как с таким делом работать, ибо работать можно и с таким делом.


Но, с другой стороны, если Вы допустили уже сам по себе факт подачи такого заявления, то в наличии у Вас серьезного плана я еще более серьезно сомневаюсь.


Между тем, по общему правилу вопрос: «а не обанкротиться ли мне?» может быть поставлен перед гражданином с долгами свыше 500 000,00 рублей и юридическим лицом с долгами свыше 2 миллионов рублей.


Если денег на покрытие таких долгов нет, платежи по долгам прекратились, а имущества для покрытия долгов недостаточно, Вы – банкрот. Это так, даже если этот факт и не признан арбитражным судом для того, чтобы поставить окончательную, или почти окончательную точку – это как поведется.

Бывают ситуации, когда должника признают банкротом, а затем внезапно его долги гасятся, даже при отсутствии у должника какого-либо имущества. И тогда решение о признании банкротом дальнейшему исполнению не подлежит. Но так бывает не всегда, а главное – это не всегда бывает хорошо.


Кто бы Вам что не говорил про банкротство, дела о банкротстве бывают всего двух категорий – заказные и рейдерские. Случается, когда в процессе одна категория дела перетекает в другую. Но в любом случае дела о банкротстве или рейдерские, или заказные.

Это ни плохо ни хорошо. От этого не зависит, будут или нет удовлетворены требования кредиторов, будет дело длиться долго или нет. Результат определяется конечной целью.

Цель рейдерского дела о банкротстве – перераспределение активов должника, цель заказного – урегулирование долгов.

Перераспределение активов по рейдерскому делу не всегда осуществляется в пользу кредиторов. А урегулирование долгов по заказному делу еще реже заканчивается погашением задолженности перед кредиторами.

По крайней мере, перед всеми и публично, даже когда заказчиками выступают сами кредиторы.

Одновременно с этим, далеко не всегда как рейдерское, так и заказное дело заканчивается списанием долгов. Опять же, независимо от того, кто заказчик «банкета».


Причины возникновения состояния неплатежеспособности (банкротства) могут быть самые разные.


Организация работала на крупного заказчика по договорам с низкой рентабельностью. Не выполнила в установленный срок подряд из-за климатических особенностей. А в итоге ушла в минус, т.к. всю маржу съели штрафники. В связи с чем не смогла рассчитаться с субподрядчиками и поставщиками, как это было с ООО «К.– С», у которой был только один заказчик – средняя нефтяная компания. И найти другого заказчика объективной возможности не было из-за существенных расходов на перебазировку техники, которую в итоге пришлось продавать единым лотом.


ООО «Т» занималось реализацией услуг теплоснабжения на арендованных у муниципалитета котельных. Т.е. деятельность по регулируемым государством тарифам, которые сами по себе носят убыточный характер. И после расторжения большинства договоров аренды в начале отопительного сезона должник вынужден был завершать его на оставшихся котельных в заведомый убыток, объявив о своей ликвидации по окончании отопительного сезона.


И ещё случай… ООО «С» – изначально создавалась как сервисная компания для обслуживания нефтегазового оборудования в интересах газодобывающей организации, которая при смене собственника расторгла договор, до конца не рассчиталась по своим обязательствам, что повлекло невозможность полного расчета с кредиторами ООО «С» и т.д.


А вспомним, сколько юридических лиц и индивидуальных предпринимателей прекратили свою деятельность резко после 01.01.2010 г.? Это когда для налогоплательщиков, применяющих специальные налоговые режимы, отменили Единый социальный налог, который они и так не платили, но вместо ЕСН ввели обязательные страховые взносы с заработной платы.

В ситуации, когда у Вас фонд оплаты труда это около 75 – 80% от расходной части, чистая прибыль около 10%, а Вам на те самые 80% сверху «вешают» страховые взносы около 35%, Вам убыток гасить из каких источников?

В первые три месяца 2010 г. в РФ не досчитались около 5,5 млн. налогоплательщиков. Многие просто забросили свой бизнес, уйдя работать по найму. Но многие и обанкротились.


После введения 1% уплаты страховых взносов с оборота для индивидуальных предпринимателей на их «счастливое пенсионное завтра», а также введения фиксированных страховых взносов на те же цели при отсутствии хозяйственной деятельности («закон о льготном налогообложении лиц, не имеющих доходов») у нас от «зорких глаз» ПФР исчезло 25 млн. застрахованных лиц. Эти люди жили, чем-то занимались, что-то делали, но ПФР почему то об их доходах ничего не ведал и никаких страховых взносов на их «пенсионное счастье» не получал.


Возвращаясь к своему собственному примеру… Я – арбитражный управляющий и индивидуальный предприниматель. Что само по себе не запрещено, но влечет обязанность оплатить фиксированные страховые взносы за себя как арбитражного управляющего, и отдельно – опять же за себя как индивидуального предпринимателя.

Кроме того, по велению нашего «бывшего всего» Дмитрия Анатольевича (это, кто не помнит, Президент России у нас такой был) я еще перечисляю в ПФР (который сейчас называется СФР) 1% от своих доходов, опять же на «счастливое пенсионное завтра», предположительно свое.

Есть, правда, один маленький, но очень важный нюанс. Кроме всего прочего, я являюсь инвалидом I группы, причем нерабочей по зрению. Что, вероятно, предполагает получение мною самой что ни на есть максимальной пенсии. Однако совокупный размер уплаченных мною за год страховых взносов на мое пенсионное «счастливое завтра» больше, чем получаемой мною за год пенсии. И размер уплачиваемых мною взносов на размере моей пенсии отражается примерно никак.


Сейчас у нас очередные изменения в НК РФ, когда налогоплательщиками НДС становятся те, кто применял упрощенную систему налогообложения. Повышаются налоговые ставки, идут опросы общественного мнения среди самозанятых (это те, большая часть которых была из тех самых 25 млн., о деятельности которых ПФР ничего не ведал) на предмет того – не слишком ли мало они платят налогов… В общем разумная и сбалансированная фискальная политика нашего «княжества», думаю, нас без работы не оставит. Увеличив тех, кого еще по «Русской правде» относили к «несчастным банкротам».


Если «кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет», т.е. совершает действия (бездействие), заведомо влекущих неспособность юридического лица или гражданина, в т.ч. индивидуального предпринимателя, в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, то это уже называется преднамеренным банкротством.

Если причинен крупный ущерб (свыше 3,5 млн. рублей), то это уголовка по ст. 196 УК РФ. Если крупного ущерба нет, то это административка по ч. 2 ст. 14.12 КоАП РФ.

Примеры действий, свидетельствующих о признаках преднамеренного банкротства – вывод активов должника: обналичка; невозвратные займы заинтересованным лицам; реализация имущества должника безвозмездно, либо по заведомо заниженной по сравнению с рыночной ценой; искусственное увеличение долговой нагрузки; организация схемы ведения предпринимательской деятельности с «центром прибыли» на бенефициаре и «центром убытков» на должнике и т.д.


Так, сопровождал я уже давно дело о банкротстве застройщика ЗАО «Т». У ЗАО «Т» на дату возбуждения дела о банкротстве было 3 недостроенных многоквартирных дома, один из которых мы ввели в эксплуатацию через полтора месяца после признания должника банкротом, а по двум другим объектам – создали жилищно-строительные кооперативы и передали объекты на достройку им.

Согласно проектным декларациям по каждому из объектов строительства стоимость строительства каждого дома составляла около 350 млн. рублей. При этом, по дому, который ввели в эксплуатацию и в котором были распроданы все помещения по всем договорам на долевое участие в строительстве даже при их полной оплате (а оплачены были не все) денег можно было собрать только около 250 млн. рублей. По второму объекту со степенью готовности – порядка 70% и практически 100% распроданности помещений доход по договорам также не превышал 250 млн. рублей. А по третьему объекту – при наличии котлована и пары вбитых свай, распроданности помещений в 50% собрали около 100 млн. рублей денег. Кроме того – «похеренная» бухгалтерская документация, оспоренные в деле о банкротстве сделки по выводу активов…

Вывод: достроить объекты было невозможно изначально, бывший Директор ЗАО «Т» уехал отбывать реальный срок около 6 лет.


Заведомо ложное публичное объявление руководителем или учредителем (участником) юридического лица о несостоятельности данного юридического лица либо индивидуальным предпринимателем или гражданином о своей несостоятельности – это фиктивное банкротство, ответственность за которое, исходя из причиненного ущерба, либо уголовная по ст. 197 УК РФ, либо административная по ч. 1 ст. 14.12 КоАП РФ. Но мне за всю мою практику должники с фиктивным банкротством не встречались. Наверно, если встретятся, то это будет «черное пятно на белоснежных просторах» российской экономики, как поется в одной песне.


В связи с тем, что дело о банкротстве может быть инициировано либо должником, либо его кредитором (включая уполномоченный орган, т.е. ФНС России, которая представляет интересы государства по его «княжеским» требам) из-за наличия неисполненных денежных обязательств, вопрос об инициировании дела о банкротстве и должен решить кто-то из этих лиц. Арбитражный управляющий в этом процессе может проконсультировать одного или другого – в зависимости от того, кто придет, но он от инициирования дела о банкротстве, где будет утверждена его кандидатура всегда в плюсе. По крайней мере, на плохое дело он не даст согласия на утверждение своей кандидатуры, а если обратившаяся сторона ввела его в заблуждение, то он всегда может взять самоотвод, написав в арбитражный суд заявление об освобождении от исполнения обязанностей.

Должник и кредитор так просто друг с другом не расстанутся, по крайней мере, те, кто перед собой уже в принципе поставил вопрос об инициировании дела о банкротстве.

План урегулирования вопросов долгов через банкротство для должника не может быть единым для всех. Нет, и не может существовать универсальной инструкции – делай раз, делай два, делай три…, и долги списаны без негативных последствий. Про миллион вариантов и результат по миллион первому помним?


Существуют общие подходы к подготовке такого плана, и в принципе, подготовке к делу о банкротстве, со стороны должника, причем не важно – гражданина или организации.

Если Вам в голову стала приходить мысль о банкротстве, даже еще до того как к Вам в дверь стучат приставы или «корректоры», до того, как Ваше транспортное средство кто-то эвакуирует со стоянки, размер отрицательного баланса на банковских картах вызывает нервный тик, а пролетарским чутьем, или иным восьмым чувством Вы подозреваете что сейчас что-то может начаться, то:

а) составьте список кредиторов, с разбивкой суммы долга на: основной долг, проценты за пользование займом (кредитом) и финансовые санкции;

б) составьте список имущества, который находится у Вас в собственности (если Вы гражданин, то включите список имущества супруга (супруги), даже бывшего, если совместно нажитое имущество официально не разделено, и не прошло три года с момента расторжения брака).

Задумайтесь, что из этого имущества Вы хотели бы сохранить, а чем готовы пожертвовать. Если речь идет об организации – должнике, то что входит в тот имущественный комплекс, который позволяет приносить доход и который требуется по возможности оградить от повышенного внимания кредиторов. Не жадничайте, урегулировать долги без потерь для должника невозможно, поэтому относитесь к перечню имущества, на которое нужно распространить «иммунитет» серьезно и вдумчиво.

Далее, составив список кредиторов, посмотрите с кем Вы можете договориться, чтобы получить контроль над этими долгами. В деле о банкротстве долги кредиторов – это голоса. Чтобы получить контроль над процедурой, их должно быть более пятидесяти процентов от долгов, обладающих правом голоса.

Правом голоса на собрании кредиторов обладают конкурсные кредиторы, т.е. те кредиторы, чьи требования признаны обоснованными арбитражным судом рассматривающим дело о банкротстве и включены в реестр требований кредиторов по третьей очереди. Это как правило кредиторы, перед которыми должник имеет неисполненные денежные обязательства по оплате товаров (работ, услуг), возврату займов, кредиты, долги по поручительству и иные денежные обязательства не связанные с выплатой заработной платы, авторскими договорами, капитализация платежей за причинение вреда жизни или здоровью.

Долги перед аффилированными по отношению к должнику лицу могут признать обоснованными, но в реестр требований кредиторов не включить. Еще раз напоминаю, что все эти расчеты и прикидки мы делаем в идеале задолго до подачи заявления о признании должника банкротом, поскольку чем ближе риск подачи заявления о признании банкротом со стороны кредиторов, тем меньше у Вас шансов минимизировать потери, сохранить контроль над процедурой и обеспечить сохранность интересующего имущества.


Мой личный опыт со стороны должника можно признать успешным в разрешении ситуации с долгами, поскольку даже после подачи на меня заявления о признании меня банкротом со стороны недоговороспособного кредитора, я вышел из этой ситуации и без признания меня банкротом, и без утраты статуса арбитражного управляющего, а дело было так..

В свое время я недолго был ликвидатором одной организации, которая находилась в процессе ликвидации уже более пяти лет и реальной хозяйственной деятельности в этот период не вела. Выявил по ней дебиторскую задолженность, реализовал ее с публичных электронных торгов, выплатил «себе любимому» вознаграждение и расходы, а затем… Один из кредиторов этой организации инициировал дело о банкротстве этой организации, как ликвидируемого должника, а я стал одним из четырех соответчиков по спору о привлечении к субсидиарной ответственности.

Случилось это в очень нехороший период, когда арбитражная практика по вопросу о привлечении к субсидиарной ответственности стала склоняться от направления «никого не привлекаем за такую фигню» на противоположное – «грузим всех и по полной».

Суд первой инстанции я выиграл, видимо, по старинке. А вот суд апелляционной инстанции так лоялен не был, и выписал всем солидарно субсидиарную ответственность по долгам этой организации, мотивировав судебный акт аж на 55 страниц. Но при этом не раскрыв в чем собственно заключалась моя вина. Кассация, в свете новых веяний, суд апелляционной инстанции поддержала. Ибо правильное по существу решение суда не может быть отменено по формальным основаниям, даже если эти формальные основания связаны с отсутствием состава для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как вы понимаете, постановление суда апелляционной инстанции вступает в силу со дня принятия, банкротить меня уже можно. А сделать мне можно не так уж и много, но можно. При этом, из всех четырех ответчиков–должников по субсидиарной ответственности я – самый «лакомый», поскольку у меня статус арбитражного управляющего, и введение в отношении меня процедуры банкротства влечет его прекращение. Как я в итоге вышел из этой ситуации я опишу позднее, в главе, касающейся субсидиарной ответственности, но как я действовал, разрабатывая контрмеры опишу здесь.

Я никогда не имел привычки хранить на себе имущество, и даже записывать его на своих родственников. Поэтому, с этой точки зрения, с меня можно было получить только гараж тысяч на двести и все. Исполнительский иммунитет на единственное жилье в те времена еще действовал без последующих изъятий Конституционного Суда РФ и арбитражной практики.

Поскольку субсидиарная ответственность – не убытки, то факт привлечения меня к субсидиарной ответственности на крупную сумму не повлиял на страховую премию по моей страховке. Вместе с тем терять статус не хотелось очень, т.к. работа интересная.

Взял расширенные выписки по своим банковским счетам…Сам удивился обороту по каждому. Было из чего выбрать! При действительно активной хозяйственной деятельности такое бывает – можете обнаружить «невозвращенные займы», «неосновательное обогащение» и иные операции, которые вполне могут быть квалифицированы как Ваши денежные обязательства перед третьими лицами. Главное, смотрите, чтобы эти лица не были аффилированные с Вами. Т.е. могли пройти «повышенные стандарты доказывания денежных обязательств в деле о банкротстве». Это не просто слова, это правовая позиция Верховного Суда РФ, с которой нужно считаться, но которая может пройти проверку на стадии включения в реестр требований кредиторов и обеспечить Вам нужное количество голосов. По своим банковским выпискам я таких кредиторов обнаружил. Тех, которые готовы были обеспечить на первом собрании кредиторов более 50% голосов и, соответственно, заключение мирового соглашения со значительной скидкой к долгу (процентов в 90 – 95) и рассрочкой оставшейся суммы на такой значительный период, который позволяют обстоятельства.

Заключение мирового соглашения по делу о банкротстве гражданина до признания его банкротом ( даже для арбитражного управляющего) не влечет негативных правовых последствий в виде запрета на замещение руководящих должностей. И, соответственно, временного запрета на профессию. На период введения процедуры реструктуризации долгов из саморегулируемой организации арбитражных управляющих можно выйти, а затем, после прекращения дела о банкротстве, вступить обратно. Спойлер – это один из вариантов, к которому готовился я, чтобы разрешить свою «кризисную» ситуацию, но в итоге решил я ее другим способом (читаем главу о субсидиарной ответственности).


Другой способ получения нужных голосов – выкуп их у других реальных кредиторов, которые придут к Вам для включения в реестр. При этом после возбуждения дела о банкротстве стоимость таких прав требования может упасть в цене достаточно сильно.

Самый конечно идеальный вариант – вступившее в законную силу решение суда о признании соответствующих требований обоснованными, их взыскании с должника и об обращении взыскания на предмет залога, который интересен Вам в качестве сохраняемого актива, но и здесь главное – не переборщить.

Помните, что обязательства, которые будут подконтрольны Вам, должны быть реальными и не должны быть связаны с Вами или с аффилированными с должником лицами.


Нереальные долги, даже подтвержденные судебными актами вне дела о банкротстве с учетом изменений в Закон О банкротстве (вступили в силу с 29.05.2024 г.), позволяют пересматривать такие судебные акты по вновь открывшимся обстоятельствам по требованиям арбитражного управляющего или других независимых кредиторов, которые не участвовали в первоначальном рассмотрении дела. Поэтому на стадии первоначального рассмотрения легализуем все доказательства реальности правоотношений по долгу.

В качестве реального примера, когда не учли аффилированность кредитора, и это повлекло утрату контроля над процедурой, могу привести такую ситуацию из жизни.


ФНС России подала на банкротство должника – юридического лица – ООО «С». Но должник оберегался «консалтингом», вследствие чего для прекращения производства по этому заявлению долги перед налоговым органом погасил, и арбитражный суд перешел к рассмотрению требований следующего кредитора – Д.С.

Д.С. был замечательный и изумительный. Его требования были подтверждены вступившим в законную силу решением арбитражного суда. А само право требования было приобретено кредитором с публичных торгов в деле о банкротстве первоначального кредитора – АО «С», предъявившего иск о взыскании задолженности с нашего должника – ООО «С».

Все здорово, документы о долге – настоящие, сумма долга около 24 млн. рублей, право требования выкуплено с публичных торгов, после прекращения производства по заявлению ФНС России следующий заявитель – нужный и красивый, отмытый и блестит как пятак на солнце – Д.С.

Арбитражный суд, в связи с отсутствием возражений, по заявлению Д.С.вводит процедуру наблюдения в отношении ООО «С», включает в реестр требований кредиторов 24 млн. рублей задолженности перед Д.С., утверждает Временным управляющим ООО «С» Р.С., которого попросил этот замечательный заявитель. Но видимо Временный управляющий после утверждения стал что-то подозревать.

Вероятно то, что должник по делу, где его утвердили Временным управляющим, и первоначальный кредитор на 24 млн. рублей (АО «С») – аффилированые по отношению друг к другу лица через одного руководителя и единственного участника ООО «С» – Е.С. А также то, что долг в 24 млн. рублей образовался в момент, когда по данным бухгалтерской отчетности, и ООО «С» и первоначальный кредитор АО «С», оба находились в ситуации объективного банкротства, а при таком раскладе у Временного управляющего ООО «С» Р.С. выхода два, и оба «так себе»:

а) оспаривать требования заявителя по делу – кредитора Д.С., т.е. того, кто тебя назначил Временным управляющим ООО «С»;

б) бездействовать, но… Если появится другой кредитор, который также не обделен грамотным консалтингом, получить риск быть отстраненным с процедуры в лучшем случае, а в худшем – уйти с убытками в 24 млн. рублей, т.е. фактически лишиться статуса арбитражного управляющего навсегда (ибо где ты найдешь страховую организацию, да еще и из ограниченного числа аккредитованных при твоей саморегулируемой организации арбитражных управляющих, которая согласиться застраховать твою ответственность, уже зная, что в прошлом ты мог разгуляться на 24 млн. рублей)?

Временный управляющий ООО «С» Р.С. поступил «как честный офицер». Нет, не застрелился, а… подал в отставку, т.е. написал через три месяца после утверждения в должности заявление об освобождении от исполнения обязанностей Временного управляющего ООО «С». Принудительный труд у нас запрещен по самому святому, что у нас есть – по Конституции РФ, поэтому Р.С. от исполнения обязанностей Временного управляющего ООО «С» освободили. А реально независимый кредитор поставил перед судом вопрос об утверждении независимого управляющего, а также пошел восстанавливать процессуальные сроки на обжалование судебного акта о включении 24 млн. рублей кредиторской задолженности, изначально сформированной на аффилированное лицо – АО «С».

Итог: год арбитражных споров; отмена в суде кассационной инстанции судебного акта о включении в реестр требований кредиторов ООО «С» требований по кредиторской задолженности перед Д.С. на 24 млн. рублей, как подлежащей понижению до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты Это та самая очередность, которая была придумана Обзором Верховного Суда РФ от 29.01.2020 г., чтобы аффилированные кредиторы право голоса на собраниях не имели и получали свои требования после того, как независимые кредиторы получат удовлетворение требований по реестру.

После этого, спустя год споров, после освобождения первого Временного управляющего от исполнения обязанностей, новым Временным управляющим утвердили меня. Еще через три недели было подано заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности с обеспечительными мерами в виде ареста имущества не только ответчиков по этому спору, но и лиц, находящихся под корпоративным контролем таких лиц (в деле о банкротстве так можно). А еще через шесть месяцев задолженность по реестру требований кредиторов этого должника была погашена на 100%.


Вывод: подконтрольные долги должны быть реальными, но не связаны с аффилированными лицами ни в каком виде.


Обратите внимание на то, с какой суммой и в какую очередь к Вам в реестр кредиторов будет включаться ФНС России.

Во-первых, если по третьей очереди по сумме основного долга эта задолженность более пятидесяти процентов, то есть риск привлечения Вас к субсидиарной ответственности по пп. 3 п. 2 ст. 61.11 Закона О банкротстве.

Во-вторых, в нашем актуальном Законе О банкротстве есть механизм погашения требований ФНС России третьим лицом (можно и аффилированным, но про последствия см. выше), с правопреемством таких требований на лицо, погасившее требования налогового органа.

Таким образом, если таких долгов чересчур много, то в целях избежания еще более крупной субсидиарной ответственности, лучше эти долги погасить и получить под контроль соответствующие голоса. А если долгов перед налоговым органом не очень много, но именно этой суммы Вам не хватает для того, чтобы получить контроль над процедурой – вывод очевиден.

Кроме того ФНС России, как уполномоченный орган власти по «княжеским требам», освобожден от уплаты государственных пошлин за рассмотрение жалоб на арбитражного управляющего и может занимать активную, но крайне нежелательную позицию, по делу о банкротстве. Поэтому, если есть возможность исключить такого участника процесса, то я бы рекомендовал такой вариант просчитать.


Одному коллеге, арбитражному управляющему, ФНС России по жалобе в деле о банкротстве вменяла убытки на сумму около 45 млн. рублей, которые, вероятно, им все- таки были выведены неправомерно из конкурсной массы. При этом требования ФНС России к должнику составляли около 1 млн. рублей, т.е. в 45 раз меньше.

Если бы требования ФНС России были своевременно урегулированы, хотя бы 1/45 от «изъятого», то, возможно, ни жалобы, ни убытков бы не было.

Пример эффективной работы с кредиторской задолженностью перед ФНС России можно привести следующий, уже из моей практики.


В рамках дела о банкротстве ООО «К» бывшие бизнес-партнеры пытались около 5 лет разрешить существующий между ними корпоративный конфликт.

(Иногда дела о банкротстве используют и для такого. Хотя способ, если честно, так себе…)

В деле о банкротстве ООО «К» долги распределялись следующим образом:

около 15 млн. рублей обязательств по текущим платежам, которые оспаривали кредиторы;

реестр требований кредиторов около 60 млн. рублей, из которых перед ФНС России около 53 млн. рублей;

около 250 млн. рублей – требования перед аффилированными по отношению к должнику кредиторами, тем не менее которые должны были учитываться в значительной части для целей привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Изначально дело о банкротстве было инициировано одной группой контролирующих ООО «К» лиц, с целью раскулачить группу бывших контролирующих ООО «К» лиц. И первой группе дело было подконтрольно около четырех лет, в течение которых в отношении второй группы оспаривались сделки, ставился вопрос о привлечении к ответственности в виде взыскания убытков, арестовывались активы и проводились иные «увеселительные» мероприятия.

Тем временем нашелся один сторонний инвестор П., который направил в арбитражный суд заявление о намерении погасить требования ФНС России. Суд такое поведение удивило, а конкурсного управляющего ООО «К» С. – озадачило. Ибо это грозило сменой капитана корабля и масштабного независимого аудита его предыдущей деятельности, как эффективного антикризисного менеджера, которая охватывалась подозрительными банковскими операциями на 950 листов банковских выписок и безвозмездным выводом активов ООО «К» на группу первых контролирующих должника лиц. Ситуация складывалась неудобная.

В ходе организационных мероприятий по смене такого близкого, практически (как было установлено арбитражным судом) родственного первой группе контролирующих должника лиц конкурсного управляющего ООО «К» С. , последний был отстранен и дважды дисквалифицирован. Арбитражный суд утвердил, уже руководствуясь волей Собрания кредиторов ООО «К», в качестве конкурсного управляющего меня.

Мое утверждение прошло также не с первого раза, поскольку арбитражный суд захотел перед этим «посмотреть мне в глаза», с целью развеять сомнения относительно моей возможной аффилированности по отношению к кому-либо из участвующих в деле лиц.

Итог: утверждение меня в качестве конкурсного управляющего ООО «К»., подача мною заявления о привлечении к субсидиарной ответственности всех контролирующих должника лиц, которые действительно выводили активы в период уже конкурсного производства, без одобрения собрания кредиторов на безвозмездной основе (такое оказывается также случается) и… прекращение производства по делу о банкротстве спустя четыре месяца после моего утверждения из-за полного погашения требований кредиторов третьим лицом, который никакого отношения вроде к первой группе контролирующих должника лиц подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности не имеет, но у которых должны были отобрать все, что было нажито таким непосильным трудом за четыре года предыдущего корпоративного конфликта и немного сверху.

Фактически люди договорились миром и разошлись на вполне взаимовыгодных условиях.


В общем, работайте со списком Ваших кредиторов, ищите среди них если не друзей, то желающих избавиться от своих долгов по сходной цене в т.ч. в пользу не имеющих никакого отношения к Вам лиц, работайте с залогом. И, возможно, Ваша процедура пройдет в русле «мирного созидательного труда», с интересующим экономическим результатом.


Впрочем, иногда встречаются ситуации, когда даже выкупа кредиторской задолженности и договоренностей с кредиторами не требуется вообще.


Так, к нам за помощью в компанию обратился Д.А. Причем, как водится, обратился «вовремя», т.е. когда долг со стороны бывшей супруги к Д.А. за раздел совместно нажитого «непосильным трудом» имущества был подтвержден в судебном порядке, исполнительное производство было уже возбуждено около двух лет как. У должника было имущества не много, а очень много. Заявление о банкротстве Д.А. со стороны бывшей супруги уже было подано и судебное заседание, когда жизнь Д.А. должна была разделиться на «до» и «после» назначено. Идеальнейшая ситуация для работы – не правда ли?

Составили список всех кредиторов, в т.ч. потенциальных. У Д.А., как у реально работающего предпринимателя средней руки, были действующие банковские кредиты, ипотеки, транспорт и спецтехника, необходимые для текущей доходной хозяйственной деятельности.

Если Вы полагаете, что Д.А. не пытался урегулировать вопрос с бывшей супругой миром, то Вы заблуждаетесь – предлагал выплачивать долг в размере около 8 млн. рублей ежемесячными платежами по 500 тыс. рублей, но договориться можно только с тем, кто хочет договориться. Так бывает не всегда, особенно с бывшими женами, а потому – работаем.

В процедуре реструктуризации долгов если план реструктуризации утверждает собрание кредиторов, то его можно растянуть на 5 лет, или 60 месяцев для соразмерного удовлетворения требований кредиторов равными платежами. Если кредиторы не согласны, и нужно план реструктуризации утверждать через арбитражный суд, то уложиться нужно уже в 3 года или 36 месяцев.

Таким образом, при бюджете в 500 тыс. рублей в месяц погасить Д.А. можно долгов за 5 лет на общую сумму в 500 000,00 * 60 = 30 000 000,00 рублей, а в течение 3 лет на общую сумму в 500 000,00 * 36 = 18000000,00 рублей.

Вариант – найти подконтрольных кредиторов, чтобы на первом собрании кредиторов утвердить план реструктуризации на 5 лет, но при большинстве подконтрольных кредиторов, от которых деньги могут возвращаться должнику Д.А.. Это теоретически возможно, но это риски, споры и в конце концов увеличение ежемесячного текущего платежа.

Без дополнительных кредиторов, при сумме реальных долгов на 12 млн. рублей, из которых 8 млн. рублей перед бывшей «дорогой», и плане реструктуризации на 3 года получается ежемесячный платеж на сумму около 12 000 000,00 / 36 = 333 333,33 рублей. Из этой суммы бывшей «любимой» супруге перепадает около 333 333,33 / 12 000 000,00 * 8 000 000,00 = 222 222,22 рублей. Т.е. меньше, чем ей предлагали по мировому и за более долгий срок. В то время как Д.А. не признается банкротом и его имущество не реализуется с торгов, даже залоговое. При этом сумма ежемесячного платежа для Д.А. меньше, чем он был готов нести.

Догадайтесь, по какому варианту решили действовать?


Теперь давайте попробуем посмотреть на ситуацию банкротства, в т.ч. потенциального банкротства должника, со стороны кредитора (если это только не бывшая супруга).

У меня для Вас есть не очень хорошая новость. Помните, я говорил о том, что деньги – это зло, и его на всех не хватает. Так вот, его не хватает как раз именно на Вас и экономическая выгода для должника от списания долгов будет как раз за Ваш счет.

Можно ли с этим что-то сделать?


Для начала давайте попробуем разобраться, как в принципе получилось так, что Вам должны деньги и Вы испытываете трудности с их получением.

Мы живем в XXI веке информационных технологий, когда все про всех можно узнать, независимо от того ваш контрагент гражданин или юридическое лицо (в связи с тем, что последние с экономической точки зрения являются более прозрачными, по ним из вполне официальных источников можно собрать достаточно полную картину экономического состояния).

Пойдем от более простого, к более сложному по объему информации из открытых источников.

Что мы можем узнать о потенциальном (я бы все-таки рекомендовал собирать сведения о контрагенте еще до того, как вступать с ним в серьезные денежные отношения) по вполне официальным и публичным источникам данных.

Для начала попробуйте найти Вашего «контрагента» в социальных сетях. Посмотрите кто он такой, что сам рассказывает о себе, чем живет и дышит, составьте общее представление о нем. Возможно на этом этапе получите дополнительные данные о человеке, которые не знали (дата и место рождения, адрес эл. почты, адрес места жительства, в т.ч. реального и т.д.) все эти полученные знания – в «копилку», а также для того, чтобы более эффективно работать уже с официальными ресурсами данных.

Первый значимый информационный ресурс, которым я бы рекомендовал пользоваться – «Единый федеральный реестр юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности» или «Единый федеральный реестр о фактах деятельности юридических лиц» (http://fedresurs.ru/), он же далее будет называться для краткости «Федресурс» и как его часть – «Единый федеральный реестр о банкротстве» (https://bankrot.fedresurs.ru/) или «ЕФРСБ».

Не нужно пугаться, что он касается юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, он еще касается оценщиков, арбитражных управляющих, лиц, занимающихся иной профессиональной деятельностью, а также банкротов.

Вбейте в поисковую строку Ф.И.О. интересующего Вас лица (или его ИНН, если Вам он известен) и, если в отношении него выпали сведения о том, что этот человек уже в процедуре банкротства или ранее признавался банкротом, то может прежде, чем вступать с ним в отношения, нужно задуматься?

На Федресурсе мы можем нашего визави и не обнаружить, или обнаружить, что он является индивидуальным предпринимателем, выяснить его отдельные учетные данные (например ИНН, иногда дату и место рождения, членство в саморегулируемых организациях и иные полезные сведения). Теперь, когда объем данных о человеке у нас несколько увеличился, идем дальше.

Судебные приставы у нас одни из самых милых, чутких, а главное – открытых, людей. У них даже ресурс есть – «Банк данных исполнительных производств» (по ссылке https://fssp.gov.ru/iss/ip/).

Здесь мы можем узнать данные о возбужденных исполнительных производствах в отношении нашего контрагента, например о мелких задолженностях по автомобильным штрафам, что будет свидетельствовать о наличии у него автомобиля, а если штрафы еще и свежие, то и о том, что он где-то передвигается. Можем узнать и о более крупных долгах и реквизитах судебных актов, на основе чего они образовались. А также выясним данные территориального отдела службы судебных приставов, где ведется исполнительное производство. Поскольку оно, как правило, ведется по месту жительства должника, это дальше сузит круг поиска сведений по другим источникам и еще добавит знаний в нашу «копилку».

Есть еще более интересный ресурс – «Картотека арбитражных дел» (по ссылке http://kad.arbitr.ru/). Даже если Ваш контрагент прикидывается пролетарием, к буржуинским замашкам никакого отношения не имевшим, он мог засветиться и на этом ресурсе. Например, как участник дела о банкротстве застройщика (кредитор или участник строительства); лицо, привлекаемое по спору о привлечении к субсидиарной ответственности. Найдите эти данные, судебные акты с участием нашего визави, почитайте их для сведений о потенциальных активах или обязательствах.

Кроме системы арбитражных судов есть еще система судов общей юрисдикции со своей базой данных по делам. Я бы рекомендовал зайти на сайт уровня субъекта РФ, где живет наш контрагент (областной суд, окружной суд, суд края или республики). Т.к. если дело дошло до суда апелляционной инстанции, то найденный судебный акт как минимум вступил в законную силу с даты его принятия соответствующим судом. Если такие судебные акты есть, то мы узнаем и суть спора, и данные дела для его отслеживания по суду первой инстанции и кассации.

В общей юрисдикции споры могут быть не только про деньги или другое имущество (в нашем случае – потенциальная конкурсная масса или сведения об обязательствах должника), но и административные. И здесь мы также соберем дополнительную информацию из вполне официальных источников.

В отличие от арбитражных судов судебные акты на сайтах судов общей юрисдикции публикуются в «режиме ограниченного доступа», т.е. там будут обезличены по тексту участники спора, но сравнив со сведениями из карточки дела, кто истец, кто ответчик, кто третье лицо, Вы, думаю, картину восстановить вполне сможете. Иногда про контрагентов можно найти даже приговоры о привлечении к уголовной ответственности       (естественно, «ни за что» и «исключительно по судебной ошибке»).

Если у Вас есть паспортные данные гражданина, который жаждет вступить с Вами в обязательственные отношения, то их достоверность можно проверить на соответствующем сервисе официального сайта МВД России.

Условно бесплатный сервис на котором можно проверить контрагента (как гражданина, так и юридическое лицо) – портал «За честный бизнес» (по ссылке https://zachestnyibiznes.ru/), который ведет ФНС России, и где все меньше сведений предоставляется бесплатно, но довольно много и информативно за небольшую плату. Здесь лучше заплатить немного денег за полезную информацию, чем потерять больше из-за ошибочного управленческого решения.

Портал «За честный бизнес» – это по сути опубличенные сведения о налогоплательщиках. Портал аккумулирует их и из открытых источников по судебным делам, от приставов, непосредственно от ФНС России. Поэтому сбор сведений на нем можно и нужно осуществлять как по гражданам, так и юридическим лицам.

Федресурс, ЕФРСБ, «Банк данных исполнительных производств», «Картотека арбитражных дел», «Судебное делопроизводство» по судам общей юрисдикции – все это универсальные источники официальной информации как по гражданам, так и юридическим лицам.

Мне в качестве очень оперативного источника сведений как по гражданам, так и по юридическим лицам, еще очень нравиться ресурс «Реестр проверок Генпрокуратуры «КОМПЛАН» (по ссылке https://complan.pro/), особенно если известен ИНН проверяемого лица.

Если это гражданин, то покажет его актуальную и ранее имевшуюся Ф.И.О., статус действующего и прекращенного предпринимательства, связь с юридическими лицами, где он был руководителем или участником.

Если речь идет о юридическом лице, то покажет общие данные о нем, отметки о недостоверности тех или иных сведений в ЕГРЮЛ, контактные данные (причем как телефоны, так и адреса эл. почты), сведения о руководителях и участниках (с периодами их указания в качестве таковых в ЕГРЮЛ), а также сведения о сданной бухгалтерской отчетности и ее последние данные.

К примеру, если Вы видите, что интересующее Вас юридическое лицо в последний раз сдавало бухгалтерскую отчетность три года назад, она была «нулевая» или с отрицательным размером чистых активов, при отсутствии оборотов и недостоверных сведений в ЕГРЮЛ об адресе юридического лица, что по существу исключает движение денежных средств по расчетным счетам и риск ближайшего исключения этой организации из ЕГРЮЛ по мотиву недостоверных сведений. Или, к примеру, Вы видите, что Вам предлагает вступить в правоотношение гражданин, осужденный по ч. 3 ст. 159 УК РФ к условному сроку, имеющий действующие исполнительные производства на значительные суммы, то у меня вопрос к Вам, как к потенциальному Кредитору таких еще более замечательных контрагентов, – вы действительно считаете необходимым переходить из потенциальных в реальные Кредиторы к этим Должникам? Может на благотворительность эти деньги перечислить?

В качестве важных и, что самое ценное, официальных источников сведений о юридических лицах нужно выделить:

а) Единый государственный реестр юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (по ссылке http://egrul.nlog.ru/);

б) «Ресурс БФО» (по ссылке http://bo.nalog.ru/).

Первый – сведения из ЕГРЮЛ (ЕГРИП) о статусе юридических лиц и индивидуальных предпринимателей имеет значение, чтобы установить статус, кто является руководителем и участниками юридического лица, наличие (отсутствие) в ЕГРЮЛ недостоверных сведений из официального источника… В общем то, что можно увидеть и из других перечисленных ресурсов, только это – официальный первоисточник.

Второй – «Ресурс БФО», наверное, самый ценный из всех официальных источников, если мы проверяем юридических лиц. «Ресурс БФО» – ресурс, который ведется в порядке ст. 18 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», именно здесь можно скачать официальную бухгалтерскую отчетность юридического лица. А чем она нам ценна?

Если мы видим, что юридическое лицо не сдает бухгалтерскую отчетность в последние годы, то для потенциального кредитора это, как минимум, вопрос о том нужно или нет переходить в реальные кредиторы. А для должника, вернее его руководителей в период, когда бухгалтерская отчетность не сдавалась, – основание для привлечения к субсидиарной ответственности по общему правилу пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона О банкротстве.

Далее давайте посмотрим на данные бухгалтерской отчетности, если такая присутствует, и даже «свежая» (т.е. максимально приближенная к дате анализа).

Оборот – факт, а прибыль – искусство. Помните это при оценке бухгалтерской отчетности любого юридического лица.

Даже если перед Вами убыточный баланс должника (убыток можно и «нарисовать»), но по составленному Вами списку кредиторов интересующего должника (по перечисленным выше источникам), с учетом Ваших требований, обороты должника позволяют покрыть всю эту кредиторскую задолженность раз десять, то я бы рискнул предположить, что получить взыскание с такого должника будет более реально. Особенно это будет более реально, если обороты по сравнению с прошлыми годами растут, а не резко падают.

Если, к примеру, по последнему балансу размер активов (строка 1600 бухгалтерского баланса) составляет 1,5 млн. рублей, на последнюю отчетную дату (как и на предыдущие) юридическое лицо находилось в убытках (строка 1370 баланса), размер его чистых активов был отрицательным (строка 3600), годовая выручка не превышает 5 млн. рублей, а Вам, как потенциальному кредитору, предлагают загрузиться на 15 млн. рублей, то у меня вопрос: Вы из каких источников рассчитываете, что с Вами расплатятся? А если Вы уже являетесь кредитором на 15 млн. рублей, а общий размер кредиторской задолженности по балансу не превышает 3 млн. рублей, Вас такая бухгалтерская отчетность должника не настораживает? По крайней мере такие разногласия дают основания ставить вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона О банкротстве. Но Вас то что больше интересует – результат (в виде возврата денег) или процесс, чтобы посудиться?


Теперь давайте посмотрим на бухгалтерскую отчетность с точки зрения самого должника.

К примеру по последней бухгалтерской отчетности у должника порядка 20 млн. рублей активов по строке 1600 (в т.ч. «Основные средства» в размере 5 млн. рублей, Запасы» в размере 7 млн. рублей, «Дебиторская задолженность» в размере 8 млн. рублей). При введении процедуры банкротства Вам эти активы нужно будет передать в конкурсную массу утвержденному конкурсному управляющему. А если этого не будет сделано – либо убытки с бывшего руководителя в размере стоимости утраченного по балансу имущества, либо субсидиарная ответственность по тому же пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона О банкротстве.

Смотрим бухгалтерскую отчетность должника дальше. И видим, что в последние два или три года показатели строк 1370 (вариант – 1300) баланса были отрицательные, и размер чистых активов, соответственно, был также отрицательным (даже при «нулевом» значении по строке 3600). В этом случае возникает вопрос как к руководителям такого должника в спорный период, так и к его участникам (акционерам): «а почему не было подано заявление должника о собственном банкротстве, и не было принято соответствующего корпоративного решения о такой подаче?» Размер субсидиарной ответственности по ст. 61.12 конечно меньше, чем по презумпциям ст. 61.11 Закона О банкротстве, но негативные правовые последствия для контролирующих должника лиц не меньше.

Отрицательные чистые активы два года подряд – это основание либо для уменьшения уставного капитала для юридического лица-должника (который в 99,9% случаев минимальный), либо обязанность об объявлении о ликвидации такого юридического лица. Если это усматривается из Вашей бухгалтерской отчетности, а таких управленческих решений принято не было – это вопрос, который может отразиться на личном благосостоянии контролирующих должника лиц.

На все те же самые ресурсы будет смотреть арбитражный управляющий, прикидывая профессиональным взглядом, что он сможет сделать, зайдя на процедуру, и чем ему это будет грозить. Потраченным впустую временем и собственными деньгами? Или существенной прибылью, которая может не ограничиваться ни размером реестра требований кредиторов потенциальным, ни балансовой стоимостью активов должника?

Есть, конечно, и готовые программные решения, когда Вам предлагают и анализ финансового состояния контрагента, и расчет рисков работы с контрагентом, и что только захотите и в какой угодно оболочке. Но(!): основные источники для пополнения этих сведений – перечисленные выше. При этом, если Вы сами не будете понимать те данные, которые Вы получили из этих источников, то никакие дополнительные платные сервисы Вам не помогут.

Полезный совет: если у Вас есть интеллект, попробуйте им воспользоваться. Описанные мною подходы не являются сложными. И если Вы это делаете часто, то для полной проверки контрагента у Вас вряд ли уйдет более 30 минут. Тридцать минут, которые смогут сохранить, как правило, существенные деньги, которых в любом случае много не бывает. Здесь я имею в виду не только кредиторов, но и должника.


Смею, однако, предположить, что если у Вас в руках эта Книга, то изложенные выше советы могут показаться ценными, полезными на будущее, но запоздавшими сейчас. Так как или Вам уже кто-то безнадежно должен денег, или Вы тот, к кому кредиторы вот-вот готовы прийти, возможно, даже с целью перехода потенциальной энергии их кулаков в кинетическую.

В общем, встает гамлетовский вопрос: быть или не быть… банкротству. На самом деле, это больше вопрос для кредитора, а не для должника, для которого он звучит иначе – когда быть банкротству, а потому начнем искать ответ на этот вопрос со стороны кредитора.

Сколько стоит начать дело о банкротстве по инициативе кредитора?

Для начала Вам нужно будет за пятнадцать дней до подачи заявления о признании должника банкротом разместить на Федресурсе специальное «Уведомление кредитора о намерении». Подать такое заявление – это сейчас около 1 000,00 рублей. При этом не факт, что заявителем по делу в итоге окажетесь Вы, т.к. Вас может опередить ФНС России, которая также должна разместить такое уведомление на Федресурсе, но в течение пяти дней после подачи заявления в арбитражный суд.

Далее Вам нужно будет уплатить государственную пошлину за рассмотрение заявления о признании должника банкрото. С 09.09.2024 г. это 10 000,00 рублей, если заявитель – физическое лицо и 100 000,00 рублей, если заявитель – юридическое лицо (до 09.09.2024 г. если заявителем был гражданин, то государственная пошлина составляла 300,00 рублей, а если юридическое лицо, то 6000,00 рублей).

При обращении должника с заявлением о собственном банкротстве государственная пошлина с 09.09.2024 г. не взимается, зато она взимается за рассмотрение всех иных обособленных споров по делам о банкротстве в размере 50% от государственной пошлины за обращение в арбитражный суд по заявлениям соответствующего рода (например по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, к ответственности в виде возмещения убытков, оспаривании сделок, истребовании имущества и т.д.). Можно, конечно, попросить отсрочку в уплате государственной пошлины, но(!). В итоге она может лечь на конкурсную массу, а денег в конкурсной массе может для ее погашения и не хватить, и тогда на кого ляжет оплата таких отсроченных государственных пошлин? Правильно – на заявителя по делу о банкротстве, в порядке пункта 3 ст. 59 Закона О банкротстве.

А какие еще расходы лягут на заявителя по делу о банкротстве, если денег в конкурсной массе не хватит? По пункту 3 ст. 59 Закона О банкротстве – это все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, которая была отсрочена или рассрочена; расходы на включение сведений предусмотренных настоящим Федеральным законом в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений в порядке, установленном статьей 28 настоящего Федерального закона; расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим в деле о банкротстве и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности, за исключением расходов на выплату суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего.


Для примера… В одном деле о банкротстве где заявителем выступал кредитор – очень крупная организация, АО «Т», задолженность перед этим кредитором составляла около 2 млн. рублей. А размер непогашенных, по причине недостаточности имущества, судебных расходов по делу о банкротстве составил около 5 млн. рублей. Итог – общие потери кредитора увеличились с 2 млн. рублей до 7 млн. рублей.


Теперь понятно, почему ФНС России не любит инициировать обычные дела о банкротстве, а арбитражные суды охотно идут «княжеским слугам» навстречу и признают банкротом отсутствующих должников?


У Вас, как у кредитора, также есть возможность попробовать ввести процедуру банкротства отсутствующего должника. Но Вы сначала договоритесь с арбитражным управляющим, который захочет получать, вместо 30 000,00 рублей в месяц фиксированного вознаграждения, единовременное вознаграждение за всю процедуру в размере 10 000,00 рублей, или даже 100 000,00 рублей (от Ваших щедрот) за процедуру, которая будет длиться лет пять или шесть.


Споры, связанные со взысканием непогашенных судебных расходов по делу о банкротстве при недостаточности имущества, очень распространены. Поэтому быть кредитором – заявителем по делу о банкротстве – это не только «высокая честь», но и «почетная» обязанность каждого заявителя оплатить «весь банкет» при недостаточности конкурсной массы. Будьте внимательнее и необдуманных шагов не совершайте.


Один раз ко мне обратились знакомые – руководство ООО «Л», которым должны были порядка 20 млн. рублей за поставку оборудования. Должник, ЗАО «Ф», был застройщик, не очень крупный, но не очень желающий расставаться с деньгами.

Я предложил ООО «Л» подать заявление о признании ЗАО «Ф» банкротом, указав в нем не саморегулируемую организацию арбитражных управляющих, где состоял я, а непосредственно мою кандидатуру в качестве арбитражного управляющего для назначения. Одновременно проследив, чтобы заявление о признании банкротом должник, ЗАО «Ф», обязательно получил.

После того, как я убедился, что ЗАО «Ф» получило заявление о признании банкротом, я позвонил своему близкому родственнику и предупредил, что, возможно, с ним свяжется руководство ЗАО «Ф» на предмет переговоров со мной. И, чтобы он сказал, что я, безусловно, к переговорам открыт и готов. Руководитель и собственник ЗАО «Ф» был первым работодателем вышеуказанного близкого родственника (о чем я, конечно же, помнил).

Итог: должник и кредитор договорились, и без введения процедуры банкротства задолженность перед кредитором была частично закрыта деньгами, а частично – жилыми и нежилыми помещениями.


Если Вы, как кредитор, рассматриваете процедуру банкротства в качестве одного из способов получения денег как можно быстрее, то подавайте заявление о признании должника банкротом с недостатками, чтобы арбитражный суд оставлял его без движения. В этом случае у Вас либо будет время договориться и на тонущий экономический корабль не заходить, либо принять уже мужественное решение о том, чтобы взваливать на себя риски, которые несет заявитель. Альтернатива для Вас, чтобы избежать быть заявителем в этом случае, если компромисс достигнут с должником не был, а риски заявителя по делу о банкротстве Вы нести не хотите, – не исполняйте определение арбитражного суда об оставлении Вашего заявления о признании должника банкротом без движения, и суд вернет его Вам по истечении установленного им срока. Это не лишит Вас права заявить свои требования в деле о банкротстве как обычному кредитору, ну а риски заявителя по делу пусть берет на себя кто-то другой.


Следует также учитывать, что если Вы все таки приняли на себя риск быть в качестве кредитора заявителем по делу о банкротстве, то арбитражный суд может потребовать от Вас внести деньги в депозит арбитражного суда, для обеспечения финансирования процедуры банкротства (это сумма будет порядка 200 000,00 – 350 000,00 рублей). И, если Вы этого не сделаете, то суд прекратит производство по делу. Это – еще один способ показать должнику серьезность своих намерений до введения процедуры, главное, известите арбитражный суд до введения процедуры о том, что Вы отказываетесь ее финансировать, поскольку после введения первой процедуры банкротства по Вашему заявлению, Вы оплачиваете весь «банкет», сколько бы он ни длился, и в какую бы сумму не встал.


Независимо от того, кто обращается с заявлением о признании банкротом гражданина – сам должник или его кредитор, – он должен будет внести в депозит арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве, денежные средства для финансирования процедуры в размере фиксированного вознаграждения арбитражного управляющего за проведение процедуры. На день написания настоящей книги это 25 000,00 рублей, и если они не будут внесены на дату рассмотрения обоснованности заявления, то суд также прекратит производство по делу.


Есть и другие процессуальные способы ведения подобных «силовых переговоров» с должником. Но это уже должны делать специалисты в таких вопросах, и обычному кредитору такие нюансы знать не обязательно. Важное, что нужно знать, изложено выше и далее.


Как видно, закон стимулирует к подаче заявления должника о собственном банкротстве и не способствует активному использования этого права кредитором. Однако, если арбитражный суд убедится, что денежных средств для финансирования обычной процедуры банкротства нет и не предвидится, то это может быть также основанием для прекращения производства по делу о банкротстве. Что не исключает возможность для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вне дела о банкротстве.


Кредитор, при подаче заявления о признании банкротом должника – юридического лица, может указать кандидатуру арбитражного управляющего или саморегулируемой организации арбитражных управляющих, из числа членов которой должен быть утвержден арбитражный управляющий для проведения процедуры банкротства должника. Напоминаем, что при инициировании дела о банкротстве речь может идти либо о наблюдении, если процедура обычная (ординарная), либо о конкурсном производстве, если это дело о банкротстве ликвидируемого или отсутствующего должника.

Равным образом, при подаче как кредитором, так и должником заявления о признании должника – гражданина банкротом, в таком заявлении нужно указать наименование и почтовый адрес саморегулируемой организации арбитражных управляющих, из которой будет утвержден финансовый управляющий для проведения процедуры.

Арбитражный суд утверждает кандидатуру соответствующего арбитражного управляющего, указанного в таких заявлениях, если, конечно, арбитражный суд не усомнится в независимости представленной кандидатуры арбитражного управляющего.

Должник – юридическое лицо лишено права на выбор кандидатуры арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из числа членов которой должна быть представлена его кандидатура. Сейчас по таким заявлениям кандидатура саморегулируемой организации определяется арбитражным судом путем случайной выборки, поэтому инициировать процедуру со своей кандидатурой арбитражного управляющего должник – юридическое лицо фактически не может.


Давайте рассмотрим, что произойдет, если, к примеру, юридическое лицо объявит о своей добровольной ликвидации. Что будет, если соответствующие сведения будут внесены в ЕГРЮЛ, будет опубликовано сообщение о приеме ликвидатором требований кредиторов, и в это самое время со стороны кредитора, имеющего вступившее в законную силу решение суда, в арбитражный суд поступит заявление о признании такого должника банкротом? Ответ: Арбитражный суд признает должника банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого юридического лица, откроет конкурсное производство и утвердит конкурсным управляющим кандидатуру, указанную в заявлении о признании должника банкротом (или кандидатуру, представленную заявленной саморегулируемой организацией).

Сместить такого конкурсного управляющего будет настолько сложно, что, при умелом подходе, он уже успеет завершить процедуру, пока «враги» (с той или иной стороны) нароют достаточно материала для его отстранения.

Выводы для зависимого должника и независимого кредитора из такой ситуации понятны?


Давным-давно, в те благословенные времена, когда к субсидиарной ответственности всех подряд не привлекали, обратился ко мне мой знакомый с просьбой помочь взыскать через процедуру банкротства долг.

Должник – довольно известное в регионе ООО «С», связанное с продажей потребителям товаров длительного пользования, а долг – за очень некачественный, но дорогой товар. При этом была информация и признаки того, что ООО «С» готовится к ликвидации в связи с закрытием бизнеса в регионе вообще.

Дождались внесения сведений о начале ликвидации в ЕГРЮЛ, подали заявление кредитора о признании ООО «С» банкротом. Заявление было подано с недостатками (без государственной пошлины и почтовых квитанций о направлении копии заявления должнику). Создали площадку для переговоров: хотите ликвидироваться под своим контролем – гасите долг перед кредитором, не хотите – Конкурсный управляющий будет озабочен Вашими существенными оборотами и тем, какие именно незаконные сделки и операции не позволили при таких больших оборотах не погасить задолженность перед таким маленьким кредитором.

Поначалу должник с кредитором начал рассчитываться, но затем, видимо, решил, что это лишнее, и сойдет так.

Процедуру ввели по заявлению кредитора, Конкурсным управляющим утвердили меня. Здесь нужно отметить, что со стороны должника к процедуре действительно готовились серьезно. Это была одна из немногих процедур, где мне передали всю документацию (на 2 автомобилях «Газель»), передали даже регистры бухгалтерского учета (на бумажных носителях, вероятно, чтобы мне скучно не было). Я копался в сделках, но должник к процедуре готовился очень достойно. Было понятно, что те сделки, по которым можно задать вопросы, – за пределами периодов подозрительности, к пополнению конкурсной массы, скорее всего, не приведут, но… последний довод о возможном инициировании спора о взыскании убытков все-таки сработал.

В итоге у кредитора выкупили долг, процедуру завершили без затягивания и лишних споров, поскольку это уже чьих-либо интересов не затрагивало, и каждая из сторон осталась удовлетворенной.

После того, как дело было закрыто, ко мне в офис приехал кредитор и состоялся следующий диалог:

Кредитор: Как так получилось, Вы же говорили, что все будет по-другому?

Автор: А если бы я в самом начале сказал, когда Вы ко мне пришли в первый раз что будет именно так, то Вы бы согласились инициировать дело?

Кредитор: Нет.

Автор: А сейчас результат устраивает?

Кредитор: Конечно!

Автор: Тогда к чему вопрос?


Банкротство это даже не покер и не шахматы, но когда у участников процедуры находится общая точка соприкосновения, то получается очень даже ничего. В целях пресечения более крупного ущерба, вполне можно добиться полного удовлетворения требований кредиторов. А должник прекращает свою юридическую жизнь на основании судебного акта о завершении конкурсного производства, понимая на все 100%, что в связи с завершением хозяйственной деятельности, что бы там не происходило, каких-либо сюрпризов и «ответок» не прилетит.


Теперь рассмотрим когда лучше инициировать дело о банкротстве с точки зрения должника.

Обещанного три года ждут и … пропускают срок исковой давности.


В отношении вопроса об инициировании дела о банкротстве, с точки зрения должника этот срок также действует, поскольку для оспаривания сделок должника по специальным основаниям пунктом 2 ст. 61.2 Закона О банкротстве установлен максимальный трехлетний срок периода подозрительности, исчисляемый до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, если в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, должник сделок не совершал, то их оспорить уже затруднительно, а по специальным основаниям Закона О банкротстве – невозможно.

В течение этих трех лет должник по сути должен по максимуму прекратить любую хозяйственную деятельность, поскольку сделка в деле о банкротстве – понятие существенно более широкое, чем по ст. 153 ГК РФ.

Если Вы полагаете, что это невозможно, то Вы добросовестно заблуждаетесь.


В сентябре 2023 г. меня утвердили временным управляющим ООО «К». В период наблюдения, при уклонении руководства Должника от передачи документов, они были истребованы от всех регистрирующих, контролирующих, фискальных органов и банков и выяснилась следующая картина.

ООО «К» прекратило фактически банковские операции по своему единственному расчетному счету с июля 2016 г. С 2016 г. в отношении ООО «К» было возбуждено около 35 исполнительных производств. В отношении ООО «К» в 2020 г. возбуждалось дело о банкротстве по заявлению ФНС России, которое было прекращено в связи с тем, что сумма по основному долгу перед заседанием по введению процедуры банкротства была на 3 000,00 рублей меньше, чем было необходимо для возбуждения дела о банкротстве (Тогда ФНС России еще не так умело пользовалась механизмом банкротства отсутствующего должника, хотя при полном «штиле» движения по счету в течение четырех лет шансы, думаю, на это были). Сделки с имуществом не совершались по причине невозможности их совершения из-за исполнительных производств, а заявление о признании ООО «К» банкротом было принято арбитражным судом только в мае 2023 г., т.е. когда движения по счетам и сделки не совершались уже около семи лет!

Это, конечно, искусство, столько лет кружить кредиторов и «пудрить» им головы, и это не спасло контролирующих должника лиц от убытков и субсидиарной ответственности, но основания для оспаривания сделок я не нашел.


Кто не уверен в своих силах продержаться без совершения сделок три года и более, те могут попробовать сделать это хотя бы в течение одного года – это период подозрительности для оспаривания сделок по специальным основаниям пункта 1 ст. 61.2 Закона О банкротстве. Здесь нужно доказывать меньше обстоятельств доказывать недействительности, а потому лучше продержаться хотя бы этот год, Тем более, что примерно столько займет качественная и продуманная подготовка к процедуре банкротства, с просуживанием долгов, объявлением ликвидации, проведением инвентаризации имущества в целях списания с баланса лишних активов, легализацией бухгалтерского баланса должника, по которому руководитель сможет передать имущество в конкурсную массу без убытков и т.д.


С точки же зрения кредитора, инициирование дела о банкротстве выгоднее как можно раньше. Пока те же самые периоды подозрительности не истекли, но на кредиторе лежат описанные выше риски заявителя. Здесь важно понимать, что если подано заявление должника о собственном банкротстве, то он, скорее всего, к процедуре уже готов, а Вы, как кредитор, кажется, что-то пропустили.


Подводя краткий итог главе, можно отметить, что если должник перестает надлежащим образом выполнять денежные обязательства (даже если просрочки пока крайне незначительны), это уже серьезный повод остановиться и честно ответить себе на вопрос: что происходит.

Можно рассчитывать на очередной еще более крупный и выгодный заказ, на то, что можно перехватиться, а там как-нибудь провернуться и «вывезти». Мыслей «как- нибудь вывезу», «провернусь» или, как вариант, «прострелит» здесь не должно быть. И чем раньше Вы задумаетесь над тем, что происходит, тем раньше можно будет приступить к нормальной работе с долгами.

Работать с долгами через банкротство – это разумный и законный способ урегулировать долговую нагрузку и освободиться от нее.

Посмотрите на себя (своего должника) через те механизмы, которые я описал выше, воспользуйтесь интеллектом и, возможно, Вы придете к правильному шагу. Кем бы Вы ни были – должником или кредитором.


4. Участники забега.


В процедуру банкротства вовлечено много лиц, поскольку это дело связано с урегулированием обязательств должника под публичным контролем. Но все эти лица делятся на две группы:

а) лица, участвующие в деле о банкротстве;

б) лица, участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве.


По сути, лица, участвующие в деле о банкротстве – это ключевые участники, вокруг которых и крутятся все процессы, и которые определяют взаимные (в первую очередь материальные) требования по отношению друг к другу. П. 1 ст. 34 Закона О банкротстве к таковым относит: должника; арбитражного управляющего; конкурсных кредиторов; уполномоченные органы; органы власти различных уровней; а также лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления. С 29.05.2024 г., идя навстречу сложившейся арбитражной практике, но только по мотивированному ходатайству, к их числу присоединяются еще и контролирующие должника лица для участия в обособленных спорах, влияющих на факт и размер ответственности таких лиц.


Пункт 1 ст. 35 Закона О банкротстве устанавливает открытый перечень лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве. И это действительно те лица, которые участвуют в процессе, но не в процедуре банкротства.


Основное отличие лиц, участвующих в деле, от лиц, участвующих в арбитражном процессе, заключается в том, что согласно п. 2 ст. 34 Закона О банкротстве, им предоставлено право заявлять в арбитражный суд ходатайство о назначении экспертизы в целях выявления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства. Это очень ценное право, особенно если учесть, что расходы на проведение такой экспертизы относятся на лицо, заявившее ходатайство о ее проведении. Т.е., как минимум, ценное для эксперта. Но за всю свою пятнадцатилетнюю практику в делах о банкротстве я еще с такими экспертизами не сталкивался.


Давайте все-таки рассмотрим основных лиц из двух перечисленных категорий, их взаимодействие и влияние как на процедуру, так и на конечный результат.

Арбитражная практика, а также неоднократно высказанные позиции Конституционного Суда РФ, исходят из того, что именно арбитражный управляющий является ключевым лицом, участвующим в деле о банкротстве как профессиональный участник отношений по антикризисному управлению, поэтому с него и начнем.


Когда я представляюсь как работающий арбитражным управляющим, приходится часто пояснять: а что это за «зверь» такой.


Варианта ответа на этот вопрос два.

И первый – для девушек. Они мыслят образно, поэтому, когда говоришь им, что это как герой Ричарда Гира в культовом фильме «Красотка» с Джулией Робертс, образы у них в голове начинают выстраиваться в «правильном» направлении, обещающем романтический результат.

Второй вариант ответа более сложный. Поэтому поясняю кратко: «арбитражный управляющий – это гадкое, мерзкое и бездушное животное», ибо определен изложенной далее спецификой героя Ричарда Гира в условиях российских реалий.


Если исходить из закона О банкротстве, то арбитражным управляющим признается гражданин Российской Федерации, член одной из саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, являющийся субъектом профессиональной деятельности, который осуществляет деятельность, регулируемую законодательством о банкротстве, занимаясь частной практикой.


До 31.12.2010 г. арбитражный управляющий должен был быть в обязательном порядке зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, «отстёгивая» 6% со своих трудовых антикризисных доходов в «княжескую казну». С января 2011 года вышло послабление. И вместо безусловной возможности применения арбитражными управляющими, работающими в статусе индивидуальных предпринимателей, упрощенной системы налогообложения, решили создать ситуацию правовой неопределенности в этом вопросе, настаивая на необходимости уплаты такими уважаемыми людьми НДФЛ (на тот момент по ставке 13%, а теперь, в свете новых налоговых реформ, – как «упадет» по прогрессивной шкале налоговой ставки НДФЛ).


Вопрос с возможностью/невозможностью применения арбитражным управляющим, работающим в статусе индивидуального предпринимателя, остается дискуссионным, ОКВЭД «Консультирование по вопросам управленческой деятельности» никто не отменял. Хотя положения п. 3 ст. 346.12 НК РФ не содержат запрета на применение УСН арбитражными управляющими, работающими в статусе индивидуальных предпринимателей. Также в последнее время я стал даже замечать, что арбитражные суды при назначении арбитражного управляющего просят саморегулируемую организацию арбитражных управляющих уточнять статус арбитражного управляющего как индивидуального предпринимателя, если он таковым является.


Более того, если до 31.12.2010 г. в абзаце 2 п. 1 ст. 20 Закона О банкротстве напрямую было указано, что деятельность арбитражного управляющего в деле о банкротстве не является предпринимательской деятельностью, то, устранив обязательное требование о регистрации арбитражного управляющего в качестве индивидуального предпринимателя, указанная норма из Закона О банкротстве была исключена. В связи с чем профессиональная деятельность арбитражного управляющего, наоборот, допускается в статусе индивидуального предпринимателя и законодательству о банкротстве не противоречит. С чем, вероятно, и связано появление подобных запросов со стороны арбитражных судов.

Действующее корпоративное законодательство, в принципе, допускает передачу полномочий единоличного исполнительного органа коммерческих организаций управляющему, т.е. коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю. И в этом смысле арбитражный управляющий, как раз в процедурах внешнего управления или конкурсного производства выполняющий функции руководителя должника, т.е. его единоличного исполнительного органа, вполне может действовать в качестве индивидуального предпринимателя.


Вместе с тем, если уважаемый Читатель думает, что это единственная несостыковка и противоречие в законодательстве о банкротстве, то это, мягко говоря, не так. И в этой книге мы еще этого коснемся.


Кто может в итоге стать арбитражным управляющим?

Да, в принципе, кто угодно, если у него есть: высшее образование; стаж работы на руководящих должностях не менее года и стажировка в качестве помощника арбитражного управляющего в деле о банкротстве не менее двух лет; сдавший теоретический экзамен по программе подготовки арбитражных управляющих; не имеющий судимости за умышленные преступления, у кого отсутствует наказание в виде дисквалификации или запрета занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; а также кто в течение трех лет не был исключен из саморегулируемой организации арбитражных управляющих за нарушение законодательства о банкротстве.

Кроме этого, арбитражный управляющий должен быть членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих и застраховать свою ответственность на случай причинения убытков в деле о банкротстве.

Выдохнули от заявленных непритязательных требований к арбитражному управляющему? Соответствуете таким требам?

Давайте тогда попробуем скалькулировать, сколько стоит стать арбитражным управляющим.

Для начала, чтобы сдать теоретический экзамен, нужно пройти соответствующую программу подготовки. Обучение, как правило, в течение одного учебного года (с сентября – октября по апрель – май) и стоит (на дату написания книги) около 50 000,00 рублей (когда я проходил обучение тринадцать лет назад, стоимость была примерно такой же).

Теоретический экзамен чаще всего сдают с первого раза процентов восемьдесят – девяносто, повторно – еще примерно столько же процентов от оставшихся. Хотя, стоит отметить, встречал я людей, которые обучение проходили, но экзамен не сдавали в принципе – здесь каждый «развлекается», как хочет.


Далее Вы взяли справку о том, что не являетесь дисквалифицированным, не судимы (и «не судимы будете»), ограничений по должности и деятельности не имеете, «не состояли и не привлекались» – готовый «герой капиталистического труда», как герой Ричарда Гира в уже названном фильме.

Примечание: раньше препятствием к арбитражному управлению была только судимость за экономические преступления, теперь – за любые умышленные. Это должны быть кристально честные люди – лучшие в городе.


Далее – страхование ответственности арбитражного управляющего.

Когда я в 2012 году вступал в саморегулируемую организацию арбитражных управляющих, то ежегодная обязательная страховка на сумму покрытия в 3 млн. рублей обошлась мне около 10 000,00 рублей. На данный момент минимальную сумму страхового покрытия увеличили до 10 млн. рублей, минимальную стоимость страховки подняли до 100 000,00 – 120 000,00 рублей. Если арбитражный управляющий «ведет себя плохо», т.е. на него есть жалобы или факты привлечения к административной ответственности, заявления о взыскании с него убытков, в этом случае размер стоимости страховки может составить и 350 000,00 рублей и 10 млн. рублей.


К примеру, я не имел претензий о взыскании убытков, за всю свою профессиональную деятельность отстранялся от процедуры только один раз (причем по эпизоду, который дважды доходил до кассации из-за того, что две инстанции мои действия полностью оправдывали), никогда не дисквалифицировался, но для меня стоимость минимальной страховки на 10 млн. рублей доходила до 350 000,00 рублей, а с дополнительным сроком на шесть месяцев на конкретную процедуру – около 500 000,00 рублей. При этом напомню, это за счет конкурсной массы не возмещается и является индивидуальной проблемой «рядового бойца Красной Армии».

Страховка – это очень интересный механизм воздействия на арбитражного управляющего и механизм фактического запрета на профессию. Для примера: один мой коллега, который был дважды дисквалифицирован, при наличии не разрешенных в суде споров о взыскании с него убытков, в тот же самый период и в той же самой страховой организации платил меньше меня по перечисленным тарифам.