# Время прощаться

Кирилл Коробко

В этой книге происходят заключительные события саги о короле Якове и его друзьях-сиротах.

Читатель получит ответы на многие вопросы.

Автор надеется, что Читатель получит удовольствие.

А еще Автор надеется, что будут и другие книги.

## Часть первая. Вторжение

### Данбери

К Данбери фон Гейделиц и Штауффенберг подъехали, когда ночь пошла на исход. Небо на востоке только начало сереть, хотя над головой еще ярко мерцали звезды. Подморозило, было тихо и безветренно.

Капитан приказал:

– Незамедлительно отправляйся обратно, Адольф. Я знаю: тут могут бродить патрули. Не хотелось бы, чтобы нас схватили, как шпионов… и вздернули! По крайней мере, пока я не переговорю с сэром Джоном. Погоди, я разденусь. Тогда можешь уводить моего коня…

Фон Гейделиц быстро разделся догола, оставив себе только тонкий кинжал, и небольшую таль – из корабельного троса и пары небольших двушкивных блоков[1]. Эту таль он заранее подготовил, еще накануне, собираясь в эту вылазку.

Всю одежду капитан сложил в седельную сумку своего гнедого.

– Вот и все, Адольф. Езжай.

Адольф спросил:

– Мне следует встретить вас, господин капитан, когда вы отправитесь обратно?

– Нет. Если все пройдет удачно, я доберусь до побережья с помощью сэра Джона. Если нет – буду болтаться на виселице.

Фельдфебель отпрянул:

– Упаси вас Всевышний от второго.

– Ты забыл, Адольф, что меня, едва я ступлю на землю Англии, обещали повесить? Стоит мне только попасться – и моя татуировка подскажет тем, кто меня схватил, как следует со мной поступить.

– Может, мне следует отправиться вместо вас?

– А поверит ли тебе сэр Джон? Как думаешь?

Увидев, что фельдфебель повесил голову, фон Гейделиц усмехнулся и добавил:

– Вот видишь, Адольф. Только один я могу пойти. Кроме того, я тут каждый камешек знаю… Только у меня одного есть шанс пробраться в замок незамеченным.

– Может, не стоит так рисковать, господин барон? Дождемся утра, постучим в ворота замка. В этом случае никто нас не примет за шпионов…

Барон укоризненно показал головой:

– А через два дня герцог де Гиз узнает от своего «крота», что к сэру Джону в Данбери приходил командир роты немецких ландскнехтов. Тот самый, который должен захватить и удержать плацдарм для высадки основных сил. Как думаешь, что сделает герцог де Гиз?

Адольф неохотно признал:

– Объявит вас предателем и изменником. Назначит награду за вашу голову…

– Да. Но и это не самое страшное. Бояться надо другого. Де Гиз поймет, что все его планы стали известны на Острове. Тогда ему придется план высадки менять. Он ударит в другом месте. В другое время. В месте, которого мы не знаем. Тогда, когда войска его величества не будут готовы…

Барон положил руку на плечо Адольфу:

– Я не могу сорвать операцию. Но, самое главное, я должен увидеться с сэром Джоном, и доказать ему, что среди людей, близких к королю, завелся «крот». Если меня схватят, сэр Джон обязан будет меня повесить. Хотя бы для того, чтобы «крот» доложил противнику, что фон Гейделиц был захвачен во время разведки местности и повешен, как шпион. Но, перед повешением сэру Джону придется допросить меня. Это и будет мой последний шанс предупредить его и короля. Вот почему я иду туда тайно.

Барон помолчал немного и улыбнулся.

– Теперь иди. Скоро рассветет. Наши лошади выдадут нас. И произойдет именно то, от чего ты меня так настойчиво отговариваешь. Нас схватят. И повесят. Поэтому иди. Уходи сам и уводи лошадей. Как можно скорее!


Они обнялись. Штауффенберг посмотрел на своего командира, заплакал и отвернулся. Рыдая, Адольф исчез в кустах, ведя коней на поводу. Фон Гейделиц, опустившись на колени, руками заровнял на рыхлой почве следы копыт.


Когда с этим было покончено, он отправился к замку. Пробираться пришлось среди многочисленных мастерских, конюшен, сараев и жилых домов. Когда Иосиф был тут рекрутом, весь это палисад вокруг замка только начинал строиться. Сейчас тут был небольшой городок, окружавший старый каменный замок Данбери. К счастью, сейчас, на исходе ночи – тут все спали. Никто не окликнул барона.

Фон Гейделиц вышел к северному углу рва, окружавшему замок. Несмотря на весну, вода была покрыта слоем льда. В марте солнышко заметно пригревает и остатки снега днем тают. Но ночью зима снова вступает в свои права – все что днем растаяло, замерзает вновь.

Тонкий лед ломался под ногами. Зайдя в ров по пояс, он поежился и пустился вплавь. Ледяная вода немедленно обожгла его. Ему пришлось ломать лед руками и грудью, чтобы доплыть до стены. Пока фон Гейделиц прорывался до замковой стены, у него за спиной образовалась полынья.


Добравшись до стены, он стал шарить по замшелым булыжникам, пока не нащупал один выступающий камень. Тот торчал из общей кладки всего на три пальца. Счистив с него мох кинжалом, барон нащупал на камне еле заметный желобок. На одном из блоков тали капитан заранее сделал петлю. Теперь эта петля улеглась в желоб.

Так капитан подвесил верхний блок тали под камнем. Взяв второй блок в руку, он нырнул. В темноте под водой он нащупал свод подводного тоннеля, забранного решеткой. Прутья решетки были толщиной с руку. Зацепив крюк блока за один из прутьев, он вынырнул, чтобы вдохнуть воздуха.


Он посмотрел наверх. Судя по всему, пока его не заметили. Все было тихо.

Отдышавшись, капитан вновь нырнул. Просунул руку сквозь решетку и нащупал два засова. Левый отошел легко, но правый, похоже, заржавел. Поэтому барону никак не удавалось его открыть.

Иосифу приходилось выныривать, вдыхать воздух и вновь нырять, чтобы расшатать упрямый запор. Наконец, он почувствовал, что железная щеколда стала шататься. Она поддавалась вперед-назад сперва на волосок, потом на четверть дюйма, потом на дюйм.


Когда засов наконец-то освободил решетку, фон Гейделиц замерз до полного окоченения. На востоке небо быстро серело, отчетливо проступили кусты на другом берегу рва. На стене замка перекликались часовые. Барон не сомневался, что скоро кто-нибудь посмотрит вниз и увидит полынью. Тогда начальник стражи пришлет людей посмотреть, кто тут копошится под стенами замка. Надо было спешить…


К несчастью, барон настолько замерз, что еле мог шевелиться. Его трясло, он стучал зубами. А еще нужно было незаметно поднять решетку. К счастью, таль не подвела. Стоило барону налечь всем весом на свободный конец троса, как решетка поддалась. Выбирая ходовой конец, он поднял решетку на петлях, открыв проход в подводный тоннель.


Фон Гейделицу пришлось еще раз вынырнуть, чтобы сбросить с желоба петлю. Он не хотел оставлять никаких явных улик, видимых со стены замка. Не считая, конечно, полыньи. Тут Иосиф ничего не мог поделать…


Теперь барону предстояло проплыть по тоннелю, в полной темноте, добрых сорок футов до первого колодца. Потом снова нырять и плыть дальше, еще тридцать футов, до второго колодца, выходившего на кухню.

Он нырнул и поплыл. Капитан плыл в полной темноте, цепляясь кончиками пальцев за стыки между камнями, которыми были выложены стены и свод тоннеля. Камни были покрыты илом, тиной и еще чем-то, о чем барон предпочитал не думать. Он плыл и плыл, ощупывая потолок, а тоннель все не кончался и не кончался. У него уже мутилось и стучало в голове, он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание… но продолжал плыть…


Наконец, потолок исчез. Он поспешил поскорее вдохнуть воздуха. Однако, вдох не принес ему облегчения. Капитан чуть не задохнулся от страшнейшего зловония. Этот колодец, как он знал, являлся отхожим местом. Сюда ходили испражняться все солдаты гарнизона Данбери.


Тем не менее, кое-как отдышавшись, он поплыл дальше, в сторону кухни. Там, как хорошо знал капитан, находился еще один колодец. В этот колодец повара выливали помои. Здесь вода была немного теплее. Преодолев эти тридцать футов, он вынырнул на кухне.

Кухонный колодец закрывала сверху деревянная крышка из сосновых досок. Барон дал себе время отдышаться. Он надеялся, что никому из поварят не придет в голову прямо сейчас вылить в канализацию помои…


Хватаясь на камни, которыми был выложен колодец, он вскарабкался наверх.

Сквозь доски барон слышал обычную кухонную возню – стук ножей, переругивание поварят, бульканье котлов, треск огня в очаге…

Он потихоньку сдвинул крышку в сторону. Осторожно высунул голову. Колодец располагался в дальнем конце кухни, в темном углу. Огромная кухня была полна народа. Повара и поварята работали. Все были заняты делом. Никто не обратил внимания, что из помойного колодца выполз голый человек, облепленный илом и дерьмом. В зубах этот человек держал короткий узкий кинжал.

Фон Гейделиц тихонько сполз на пол. Осторожно, чтоб не хлопнуть, задвинул на место крышку люка.

Слева от колодца, за арочным проходом, находились кладовка. Он проскользнул туда.

### Лазутчик

В кладовке возился толстый поваренок. Став ногами на бочонок, мальчишка накладывал в корзину, висящую у него на сгибе руки, сухие корешки из ящика на верхней полке. Судя по запаху, это был имбирь. Барон, подойдя к нему сзади, дождался, пока тот спрыгнет с бочки.

Как только поваренок спустился вниз, капитан шагнул вперед. Одной рукой он схватил мальчишку за волосы, задрав подбородок кверху, другой приставил лезвие к его горлу.

– Попробуй только пикнуть, и я прирежу тебя, – прошипел ему на ухо капитан. – Замри! Тихо, без грохота, поставь корзинку на пол. Повернись.

Поваренок задрожал, но выполнил то, что велел ему этот страшный человек.

– Раздевайся!

Забрав у поваренка одежду, барон связал его веревкой, которая нашлась тут же, в кладовке. Рот мальчишке был заткнут куском тряпки.

– Посидишь в кладовке, пока я делаю свое дело. Скажи спасибо, что остался жив. Когда я закончу – тебя выпустят. Скажешь, что тебе приставили нож к горлу, и ты ничего не мог поделать.


Штаны поваренка оказались коротки, зато подошли в бедрах. Туника была узка в плечах, но выбирать не приходилось. Едва барон напялил ее на себя, как тонкая ткань на спине лопнула. На голову барон надел поварской колпак.

Захватив в кладовке поднос, кувшин и глиняную кружку, он направился к лестнице, ведущей в винный погреб.

На двери висел замок, задержавший барона на лишнюю минуту. Он поковырялся кончиком кинжала в запоре и открыл его.


В погребе он нацедил вина в кружку и жадно выпил. Затем наполнил кувшин доверху и отправился восвояси.

Он спокойно прошел через кухню. Никто не обратил внимания на человека в поварской накидке и колпаке, с подносом в руках.

Оказавшись в коридоре, капитан постоял минуту. Он прикидывал, каким путем идти. К покоям сэра Джона можно было попасть двумя способами.


Первый – подняться на верхнюю галерею, опоясывающую замок по периметру. Обычно так ходила прислуга. Но, в этом случае, пришлось бы идти через столовую и кордегардию. Кордегардия – караульное помещение, в котором находились те, кто сегодня охранял замок. Какой-нибудь не в меру ретивый новобранец, увидев нелепого повара, может поднять тревогу – просто от скуки.

Второй путь – через внутренний двор замка. Этот путь был гораздо ближе. Однако, там сейчас тренировались все свободные солдаты. Кто боролся, кто стрелял из лука, кто фехтовал. Среди ветеранов было множество таких, кто откровенно валял дурака. Воин, попадающий в цель с полутора сотен шагов, не станет дырявить мишень с пятнадцати.

Старые солдаты знали тут все порядки, все ходы и выходы. Эти не упускали случая подшутить над прислугой. Например, подставить подножку, чтобы раззява пропахал носом пол. Либо, где-нибудь в укромном углу незаметно прижать мальчишку, несущего поднос, чтобы отобрать и выпить вино, предназначавшееся для офицера. Потом, конечно, свалить пропажу на разносчика. Он и сам проделывал такие шутки, когда перешел из рекрутов в сержанты.

Многие ветераны серой роты еще помнили его в лицо.


Поколебавшись, фон Гейделиц решил идти через кордегардию. Тут риск был все-таки меньше. Поэтому, повернув направо, пошел по галерее.

Достигнув дверного проема, он повернув налево. Прямо перед ним была винтовая лестница. Барон поднялся по ней и попал на верхнюю кольцевую галерею. Завернул за угол, прошел длинный коридор, миновал столовую и очутился в караульном помещении.

К его удивлению, здесь было полно народу. Кордегардия была битком набита стражниками. Все стояли, повернув голову к офицеру, который устраивал разнос подчиненным. Перед ним, с виноватым видом, стояли два солдата.

–…Эти засранцы, – гремел командир стражи, показывая на двух провинившихся, – пускали слюни и чесали жопу, вместо того, чтобы смотреть в оба! Я поднялся на боевую галерею – и что я сразу увидел? Ночью, во рву, возле стены, появилась полынья! Неизвестно кто, неизвестно зачем, неизвестно с какой целью пересек ров! Куда лазутчик делся после этого – тоже неизвестно… Эти два остолопа ничего не видели!


Фон Гейделиц, склонив голову пониже, стал осторожно пробираться, по стеночке, к противоположенному выходу.


– Я не знаю, что делал лазутчик возле стен замка, – продолжал орать офицер. – Может, мерял глубину рва в этом месте. Может, замерз насмерть и утонул в полынье. Но я вижу, что следы босых ног идут по берегу в нашу сторону. Обратных следов нет… Следовательно, мы обязаны думать, что лазутчик как-то пролез в замок! Поэтому я хочу, чтобы вы, сонные морды, забыли что значит – сидеть на жопе! Или, упаси вас Всевышний, есть, пить или спать! Пока не обыщите весь замок, и не поймаете лазутчика – никому из вас пернуть не позволяется!


Фон Гейделиц, пробираясь среди солдат, уже достиг арки, выходящей в противоположенную от столовой галерею.


За его спиной начальник стражи продолжал отдавать указания:

– Ты и ты. Отправляйтесь к комнате с казной, усильте пост. Еще два человека заступают на пост у покоев сэра Джона. Ты и ты. Возьмите шесты и прощупайте дно рва – в том месте, где находится полынья. Заодно пройдитесь на пять футов в обе стороны от нее. Вдруг лазутчик замерз насмерть и утонул? Ты. Возьми людей со двора. Отправь шесть всадников, пусть прочешут кустарники возле замка, на тот случай, если там засели сообщники нашего гостя… Остальным – обыскать все помещения! Начните с подвалов. Если он где и прячется, то там… Ну? Чего стоите, как бараны? Исполнять!

Эти слова командира завершились топотом множества сапог. Солдаты разбегались из караулки во все стороны. Четверо промчались мимо фон Гейделица по галерее.

Барон покачал головой. У него оставалось совсем мало времени, чтобы добраться до сэра Джона.

Скоро найдут следы двух лошадей, ведущих к замку. Обнаружат на дне рва веревку с двумя блоками, а в подвале – связанного поваренка. Они поймут, как лазутчик проник в замок. Поймут, что пришелец переоделся. Тогда капитану уже не спрятаться за накидкой прислуги…

### Сэр Тимоти

Сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег, барон пошел по галерее. Ему надо было добраться до лестницы, чтобы спустится во двор. Десять шагов по двору – и он окажется перед входом в донжон, где были покои сэра Джона.

Навстречу ему по галерее шагал огромный рыцарь, в полной броне красного цвета.

Красную броню имел право носить только сэр Тимоти, рыцарь Левого плеча. Встретить сэра Тимоти было настолько неожиданно, что капитан чуть не выронил поднос с вином, который держал в руках. За Красным рыцарем следовали два арбалетчика, тоже в красных кирасах. Забрало шлема рыцаря было поднято.

Появление рыцаря Плеча означало, что король тоже в замке. Это одновременно и упрощало… но и осложняло задачу капитану.


Упрощало, поскольку, сложись все удачно, он все расскажет самому королю. Усложняло, поскольку меры безопасности в замке усиливались многократно. Когда король прибывал в Данбери, часовые и патрульные стояли на каждой галерее. Капитан подивился, что смог вообще пробраться в замок…

Единственное, что капитану оставалось сделать, это попытаться ускользнуть от сэра Тимоти, пока все лазейки окончательно не закрыты. Фон Гейделиц отступил в альков и низко поклонился. Он надеялся, что поварское одеяние и колпак собьют сэра Тимоти с толку.

Рыцарь, едва скользнув по нему взглядом, зашагал дальше, лязгая металлом. Однако, сделав два шага, он остановился.


Фон Гейделиц не заметил, подал ли рыцарь какой-нибудь знак своим людям или нет. Но арбалетчики мигом взяли Иосифа на прицел. Рыцарь тем временем медленно повернулся. Некоторое время он смотрел на «поваренка» брезгливо и с отвращением. Потом выражение его лица изменилось. Стало ясно, что сэр Тимоти узнал капитана.

Красный рыцарь поднял руки и снял с себя шлем.

– Иосиф? Иосиф Хопкинс? – изумленно спросил сэр Тимоти. – Что вы здесь делаете? Судя по моим данным, вы должны быть далеко от этих мест…

Фон Гейделиц возразил:

– Могу вам сказать то же самое, сэр Тимоти. По моим сведениям, вас тоже здесь быть не должно. Получается, раз вы здесь, в замке, значит, король тоже здесь. Я был уверен, что он в Портсмуте.

– Вы угадали. Он тут, в замке.

– Это я уже понял. Надеюсь, сэр Ирвин тоже здесь.

Сэр Тимоти качнул головой:

– А вот тут ошибка. Сэр Ирвин находится там, где должен находиться.

– Возможно ли это? Я не верю собственным ушам. Чтобы вы разделились?

– А я не верю собственным глазам, – парировал рыцарь Левого плеча, нахмурившись. – Я вижу человека, которому король пообещал виселицу, если этот человек вернется на землю Англии. Я также вижу, что этот человек ничего умнее не придумал, чем пытаться проникнуть к самому королю.

Фон Гейделиц позволил себе слегка улыбнуться:

– Сожалею, но теперь вы ошиблись, сэр Тимоти. Я не рассчитывал встретить короля в этом замке. Поэтому – я и не собираюсь к нему «проникать». Я разыскиваю сэра Джона.

Красный рыцарь продолжал хмуриться:

– Для чего вам нужен сэр Джон? Ведь вы числитесь в ведомстве Мастеров Тайн! И подчиняетесь сэру Валентайну! Почему вы не отправились в Ингейстон? Тут всего двенадцать миль, от Данбери.

– Я должен рассказать сэру Джону кое-что.

– Что именно?

– Это предназначено только для сэра Джона. Если он сочтет нужным, он расскажет вам это сам.

– Ага… – рыцарь Левого Плеча кивнул и свел брови к переносице. – Вот, значит, до чего дошло…

Он сделал ударение на словах «до чего».

Красный рыцарь хмуро осмотрел фон Гейделица:

– Понимаю. Но, к сожалению для вас, друг Иосиф – король в замке Денбери. Когда вы пытаетесь проникнуть к сэру Джону, оказывается, что вы лезете к его величеству. А этого я не могу допустить. Я вынужден арестовать вас и передать капитану стражи.


Он сделал легкий жест рукой. Один из арбалетчиков зашел за спину фон Гейделицу. Второй продолжал целиться барону в переносицу. Тот, что был за спиной, быстро обыскал его.

– Он не вооружен, – доложил арбалетчик, – но перед ним, на подносе, лежит небольшой кинжал.

– Забери у него оружие. Пусть поднос с кувшином пока остается у него.

Стражник протянул руку и взял кинжал с подноса.

– Что в кувшине, Иосиф?

– Вино.

– Оно отравлено?

– Насколько могу судить – нет. Я утолил жажду из этой бочки, прежде чем идти к сэру Джону.

– Отпейте из кувшина, Иосиф.

Фон Гейделиц взял кувшин за ручку и сделал пару глотков. Вернув его на поднос, он заявил:

– Как видите, сэр Тимоти, у меня не было намерения отравить сэра Джона.

– Вижу. Но сэр Джон меня не интересует. Он вне поля моего зрения… и занимается своими задачами. Моя же задача…

Рыцарь Плеча внушительно повел рукой вокруг себя:

– … охранять короля.

Барон кивнул:

– Я догадываюсь. Но, повторяю, я не ищу встречи с королем. Получается, я вне поля вашего зрения.

– Вот тут вы не угадали. Пока король в этом замке, всё здесь находится в поле моего зрения!

Возникла пауза.

Фон Гейделиц решил рискнуть и прервать молчание:

– Могу я обратиться к вам с просьбой?

Сэр Тимоти поднял одну бровь. На его лице появилось выражение, словно он не мог решить, возмутил его последний вопрос капитана, или нет.

Наконец, рыцарь Левого плеча сказал:

– Хм… Сперва я должен услышать, что вы хотите. А тогда я скажу, можете вы обращаться ко мне с этой просьбой или нет.

Фон Гейделиц с сомнением разглядывал длинное лошадиное лицо сэра Тимоти. Тот возвышался над бароном на две головы.

Рыцарь Плеча тоже разглядывал барона, угрюмо прищурившись. Тогда фон Гейделиц сказал с самым проникновенным тоном, на который был способен:

– Я обязательно должен переговорить с сэром Джоном. Это дело совершенно секретное и совершенно срочное. Не угодно ли вам будет, дорогой сэр Тимоти, пойти к сэру Джону и сказать, что я жду его здесь, в алькове? В этом случае, как вы можете заметить, королю от меня ничего угрожать не будет.

Сэр Тимоти вздохнул, а затем удрученно покачал головой.

– Вы забыли, Хопкинс, что я не служу сэру Джону. Я служу королю. Вынужден отклонить вашу просьбу. У меня встречное предложение. Я сейчас передам вас капитану стражи. Он посадит вас в подвал, под крепкий замок, а потом доложит сэру Джону, что вы ожидаете свидания с ним. Тогда сэр Джон вас допросит.

На этот раз фон Гейделиц, в свою очередь, покачал головой:

– Это предложение я вынужден отклонить, сэр Тимоти.

Тот даже удивился:

– Почему? Кто мне помешает это сделать?

Капитан спросил:

– Как вы думаете, сэр Тимоти, почему я попросту не постучал в ворота замка, и не попросил встречи с сэром Джоном? И почему я не отправился в Ингейстон, чтобы встретится в сэром Валентайном?

Тот покачал головой:

– Не знаю. Почему?

– Потому что это мое дело не выносит огласки.

Фон Гейделиц, как и сэр Тимоти перед ним, сделал ударение на слово «это».

– Хм…

Тут сэр Тимоти надолго задумался. Потом еще раз осмотрел фон Гейделица с головы до пят, и уточнил:

– Значит, вы проникли в замок не через ворота?

– Выходит, так.

– И вы ни за что мне не скажете, как вам это удалось?

– Почему же. Я охотно расскажу вам.

– Не ожидал. Говорите.

– Конечно. Слушайте… Но, прежде, чем я скажу, позвольте мне кое-что уточнить у вас. Вы сейчас думаете, что если проник я, то тем же путем может проникнуть кто-то еще. Верно?

– Верно.

Фон Гейделиц, покосившись на арбалетчиков сэра Тимоти, понизил голос и спросил:

– Вы доверяете этим двоим?

Сэр Тимоти удивился. Он повернул голову и осмотрел арбалетчиков так, как будто впервые их увидел. Потом, нахмурившись, отрезал:

– Это мои люди. До сих пор у меня не было причин сомневаться в их надежности.

– Понимаю. Но я-то их вижу впервые. Естественно, с моей стороны было необходимо спросить… Я не хочу, чтобы все, кому ни лень, трепались о самом факте моего присутствия здесь…

Сэр Тимоти прищурился. Подумав немного, он усмехнулся краем рта:

– Ах, вот до чего дошло. Забавно. Но вы обещали мне поведать, как проникли в замок. Я должен принять меры. Приступайте. Я слушаю.

– Возле северного угла замка в ров выходит сточный тоннель.

– А, так это вы проделали полынью? Начальник стражи уже доложил сэру Джону о возможном проникновении в замок. Вас ищут, Иосиф. Но… продолжайте.

– Я нырнул и проплыл через этот тоннель.

– Понимаю. И теперь догадываюсь, почему от вас исходит такое ambré[2]. Говоря откровенно, я едва могу переносить исходящую от вас вонь. Она-то и заставила обратить на вас внимание. Вы утверждаете, что тоннель не защищен решеткой?

– Он защищен. Но, время от времени, тоннель надо чистить. Поэтому решетка запирается на два засова. Я отодвинул засовы, и поднял решетку с помощью тали.

– Откуда вы знаете о засовах?

– Вы забыли, что я воспитывался в этом замке? Как-то меня, молодого рекрута сиротской роты, за провинность послали чистить этот тоннель.

– Ага. А где трос и блоки?

– Я утопил их. Они на дне рва.

– Понятно. Где вы взяли одежду прислуги? Ограбили какого-нибудь поваренка?

– Увы, да. Должен признаться в этом. Я посчитал, что если появлюсь в замке голым, меня неправильно поймут…

– Вы убили того человека?

– Нет. Только связал.

– Где он?

– В кладовке, за кухней.


Сэр Тимоти кивнул. Похоже он принял решение.

– Быстро раздевайтесь, Иосиф.

Он повернулся к одному из своих арбалетчиков:

– Кэйл, возьми одежду этого человека.

Снова фон Гейделицу:

– До моих покоев два шага. Там я найду вам более подходящую одежду, Хопкинс.

Барон фон Гейделиц разделся, протянул одежду Кэйлу, и вновь предстал перед Красным рыцарем абсолютно голым.

Сэр Тимоти вновь обернулся к Кэйлу:

– Кэйл, беги в кладовку. Освободи того человека, если его еще не нашли. Верни ему одежду и успокой. Скажи, что так надо. Чтобы не болтал лишнего, дай ему денег, чтобы не верещал.

– А если его уже нашли? – уточнил Кэйл.

– Тогда найди командира стражи. Покажи ему одежду поваренка и скажи: «рыцарь Левого Плеча желает видеть вас срочно, немедленно и безотлагательно». В этом случае веди командира в мои покои.

Кэйл забрал одежду у фон Гейделица и исчез.


– Идите за мной, Иосиф Хопкинс.

Идти, действительно, пришлось недалеко. Сэр Тимоти повернул влево, дошел до конца галереи и еще раз повернул налево. За небольшой аркой оказалась массивная дверь из черного дуба, окованная железом. Рыцарь Левого плеча дернул ее на себя. Они оказались в просторном каземате, обставленном как покои. Здесь были стол, стул, кровать с балдахином, заставленная ширмой, камин.

– Это моя комната, Иосиф. Думаю, здесь вас будут искать в последнюю очередь. Вы проголодались?

– Признаться, мысль о еде противна моему существу, пока я не смою с себя этот запах.

– Верно. Вы правы. Воган, организуй нашему гостю переодеться.

Воган, кивнув, исчез за дверью.

Сэр Тимоти повернулся к фон Гейделицу:

– Теперь, когда мы одни, ничего не хотите мне рассказать, с глазу на глаз, Иосиф?

– Что вы хотите услышать?

– О «кроте», конечно. Иначе, зачем вам прятаться от людей сэра Валентайна и идти к сэру Джону? Вы думаете, что среди людей Магистра Тайн завелся «крот». Это так?

– Да. Хотя я бы сказал несколько шире: не из людей сэра Валентайна, а из людей короля…

– Хм… Это весьма дерзкое и самоуверенное заявление, Хопкинс. Какие данные вы можете представить в оправдание сей гипотезы?

– Когда я выполнял операцию сэра Валентайна, я столкнулся с тем, что противник знал часть нашего плана. К счастью, не весь план в подробностях, а лишь часть. У меня есть письма, свидетельствующие об этом.

– Дайте мне эти письма.

Фон Гейделиц усмехнулся.

– Вы в самом деле считаете, что они со мной? Они находятся в надежном месте. Если меня схватят люди де Гиза, этой улики на мне не найдут. Когда я поговорю с сэром Джоном, я скажу, где находятся эти документы.

– Хм. Вы осторожны. Похвально. Но… продолжайте.

– Сначала я думал, что утечка произошла из резиденции барселонского консула.

– Графа Джона Кнайнборна?

– Да. Однако, посоветовавшись с ишаном Диндаром, которого я нашел в Арле…

– Диндар?… А… это Дин Аттервуд, насколько я помню?

– Да, он самый. Дин Аттервуд – самый въедливый и проницательный человек, из всех, кого я знаю. Я рассказал ему свою историю. Еще я рассказал об этом брату Гуго.

– Майкл Доббс?

– Он самый. Мы втроем провели собственное расследование, вычислив предателя.

– Кто это оказался?

– Мелкая сошка, один из клерков, работающих в консульстве. Его брата взяли с поличным на содомии. Содомиту грозила инквизиция и костер. А брату содомита в таком заведении, как консульство, делать нечего. Он боялся потерять работу и потому молчал об этом. Ватиканская разведка, прищучив его на этом факте, заставила работать на себя.

– Граф Кнайнборн знал об этом?

– Узнал, когда мы стали трясти его персонал. Не думаю, что он был очень доволен этим… Но…

– … но против фактов не попрешь.

– Точно.

– Что дальше?

– Допросив стукача, мы пришли к выводу, что ватиканская разведка стала следить за мной (и моей операцией) – по наводке «крота» с Острова. Однако…

– Простите, перебью. Вы сказали: «стала следить». Вы установили имена тех, кто следил за вами в Барселоне и Марселе? Завербовал клерка? Можете их назвать?

– Да, могу. Мы нашли всех. Я знаю имена. Я скажу их сэру Валентайну. Думаю, он сам разберется с ними.

– Хорошо. А имя «крота», который сидит тут, на Острове, вы знаете?

– Нет. Я просто знаю факт, что тут, на Острове, находится «крот». И, возможно, не один.

– Продолжайте.

– … Мы с Дином, зная, как тщательно сэр Валентайн отбирает исполнителей своих операций, отбросили идею, что «крот» из числа его людей. А вот в окружении короля всегда полно лизоблюдов. Кто-то из них мог посчитать, что его в чем-то обошли. Или у него водятся старые грешки, на которых его взяли за задницу. Короче, какой-то засранец решил изменить королю… и стал стучать нашим врагам… Именно это я должен сказать сэру Джону.

– А почему не сэру Валентайну?

– Вы же знаете, что король строго разграничил обязанности сэра Джона и сэра Валентайна? Сэр Валентайн занимается разведкой. А контрразведкой – сэр Джон. «Кротом» здесь, на Острове, должен заняться сэр Джон.

– Угу.

Сэр Тимоти, склонив голову на бок, разглядывал голого фон Гейделица некоторое время. Потом сменил тему:

– Насколько я помню, вы пиратствовали вдоль южного побережья Кастилии?

– Да.

– А затем сэр Валентайн перебросил вас в Пруссию…

– Верно.

– Вы получили баронство?

Фон Гейделиц удивился:

– Откуда вы знаете?

– Я знаю, что вы должны были унаследовать роту ландскнехтов.

– Да. Меня усыновили.

Сэр Тимоти криво усмехнулся:

– Неужели вы не узнали в том датском викинге меня? Я славно отделал старого барона фон Гейделица под Ревелем! Да так, чтобы тот только и успел оформить завещание. Не помните?

– Прекрасно помню. А заодно тот викинг продырявил и меня!

Рыцарь Плеча кивнул:

– Я вижу, раны в вашем правом плече и на левом бедре благополучно зажили.

– Это была пара царапин.

– Я знаю. Я нанес их, чтобы никто не сказал, что вы пренебрегли своим долгом, защищая господина. Надеюсь, вы не в обиде.

– Значит, это были вы? Решили размяться и для этого отправились на самый край света?

– Иногда и мне приходится вне Англии выполнять кое-какие поручения моего короля. Король решил, что ваше ученичество в оруженосцах затянулось. Что пора выводить вас на новый уровень. Как видите, он присматривает за вами. Устроил вам баронство. Хоть и обещал повесить, едва вы ступите ногой на землю Острова…

Фон Гейделиц недоуменно развел руками.

– До сих пор я думал, что мне просто повезло…


Красный рыцарь хотел что-то ответить, но в дверь постучали.

– Станьте за ширму, Хопкинс!

Фон Гейделиц спрятался за ширмой. Найдя щелочку, стал смотреть, что происходит.

### Командир охраны

Сэр Тимоти подошел к двери и открыл ее. За дверью стояли Кэйл, и тот офицер стражи, что проводил инструктаж в кордегардии.

– Я не нашел того человека, за которым вы меня посылали, сэр, – доложил Кэйл. – Потому я привел капитана.

– Зачем вы хотели видеть меня, сэр Тимоти? – недовольным тоном процедил начальник стражи. – Я ищу лазутчика, проникшего в замок. Ваш человек сказал, что у вас неотложное дело.

– Да. Совершенно неотложное, – несколько ироничным тоном подтвердил сэр Тимати. – Вы уже нашли блок и веревку на дне рва?

– Что? Какую веревку?

Красный рыцарь укоризненно покачал головой:

– Значит, не нашли. Плохо. Очень плохо.

– О чем вы говорите?

– Я говорю о том, что ваши солдаты прозевали человека, который возился во рву, под самым их носом, целых полчаса. Этот человек открыл решетку с помощью веревки и блока, проплыл по канализации, вылез на кухне, связал олуха из посудомойки, забрал его одежду.

Начальник стражи очень удивился:

– Что? Откуда вы знаете?

Рыцарь Плеча ехидно спросил:

– А откуда я знаю о веревке и блоке? Почему у Кайла в руках одежда того поваренка? Потрудитесь поскрипеть мозгами! Но я еще не закончил рассказывать вам всего, что знаю. Тот человек спустился в подвал, набрал вина. Потом пошел по галерее, кругом. Он прошел через караульное помещение. Причем, обратите внимание, прошел именно в тот момент, когда вы, наконец, сподобились проинструктировать своих увальней!

– Что?

Фон Гейделиц даже со своего места увидел, как отшатнулся и побледнел капитан стражи.

– Да. Он прошел среди ваших солдат. Но ни вы, ни ваши солдаты даже не почесались. Я сам видел, как он вышел из караульного помещения, поскольку находился в этот момент на галерее.

Рыцарь Плеча внушительно посмотрел на капитана стражи. Потом продолжил:

– Представляю, что скажет король, когда я доложу ему о ваших успехах в защите замка от лазутчиков. Думаю, вы уже заработали себе на ужин отличную, крепкую, хорошую веревку…

Сэр Тимоти с минуту рассматривал белое, как мел, лицо капитана стражи. Потом презрительно добавил:

– Впрочем, решать не мне. Вашу участь решит король. Пока что – идите. И уймите бестолковую беготню ваших солдат по замку. Они никого не найдут.

– Вы хотите сказать, что это был ваш человек… – догадался начальник стражи. – Это была проверка?

Теперь он стал красен, как рак.

Сэр Тимоти ответил:

– Думайте, что хотите. Охрану замка вы провалили. Займитесь, наконец, делом. Пусть осмотрят все выходы из замка, даже скрытые, вроде упомянутого тоннеля. Если необходимо – пусть эти выходы перекроют, запрут или поставят надежную охрану. Разместите людей в засадах, на местности, вокруг замка. Пустите конных патрулей. Так, чтобы мышь не проскользнула. Установите сигналы общего сбора, тревоги, развертывания, поимки, построения. Я даю вам до вечера шанс все исправить. Если увижу, что в охране замка еще остались бреши, я доложу королю. Тогда вам точно предстоит свидание с веревкой.

Он повернулся к Кэйлу:

– Кэйл, отдай одежду повара этому недотёпе… и пусть уходит…

### Мытье

Как только офицер ушел, снова раздался стук в дверь. Пришел Воган с ворохом одежды.

– Идите вот туда, Хопкинс, – сэр Тимоти показал рукой на небольшую дверь. – Там вы найдете новую модную идею короля. Где он их берет только…

– Что за идея?

– Увидите. Там с потолка льется вода. Вроде дождя. Но теплая. Оказывается, очень удобно мыться. Смоете с себя дерьмо. Воган покажет, как пользоваться.

– А почему модная?

Тимоти улыбнулся:

– Стоит королю в своей мастерской что-то изобрести, как вся знать непременно желают у себя заиметь такую же штуку. Вы слышали о центральном отоплении?

– Нет. Что это такое?

– В подвале замка или большого дома стоит котел. Под ним горит огонь. Вода в котле закипает и двигается по трубам. Эти трубы греют остальные помещения дома.

– А зачем тогда камины?

– Как вы знаете, камины всегда коптят. На них дров не напасешься. А король придумал топить котлы камнями.

– Камнями?

– Да. Правда, эти камни не везде валяются. Их добывают в Кардиффе. Наш придворный алхимик, Алоисий, называет эту породу каменным углем…

Красный рыцарь еще раз осмотрел Иосифа:

– Скажите мне, Хопкинс….

– Что именно?

– Намерены ли вы остепениться, обзавестись семьей?

– Моя семья – это моя рота. В последнее время мы квартировали в Цюрихе. Но мы снялись с места и отправились в поход, по первому зову короля. Моего короля. Короля Якова Плантагенета. Так я оказался здесь, на Острове.

Сэр Тимоти кивнул, как будто не ожидал услышать ничего другого.

Рыцарь Плеча еще раз осмотрел фон Гейделица и добавил:

– Надеюсь, вы помните, как вас вешали напротив Тауэра, на берегу Темзы?

– Как я могу такое забыть…

– Думаете, виселица упала случайно?

Иосиф замялся с ответом. Он вдруг снова почувствовал, как веревка сдавила ему горло – и он целую минуту висел в петле, прежде чем потерять сознание. Очнулся он уже в тюремной камере… и долго не мог поверить, что остался жив.

– Я не знаю.

– Как я уже имел честь сообщить вам, Хопкинс, в службе королю случайностей не бывает. Это король подстроил, чтобы виселица упала. Вы опять думаете, вам повезло?

Иосиф растерялся:

– Я уже не знаю, что и думать.

– Как вы знаете, я сын рыбака. И знаю, как пропускать тросы через блоки. Так вот, когда вашу пятерку повесили, виселица рухнула. Король приказал мне проверить: живы вы еще или нет. Я разглядел, что поверху перекладины вашей виселицы шел очень толстый трос. Этот трос, под эшафотом, проходил через блок… и нырял в бойницу Тауэра. Видимо, за стеной висел очень тяжелый груз, который и сломал виселицу. А строил эту виселицу никто иной, как сэр Рагнар Бьерсон…

Фон Гейделиц некоторое время таращился на сэра Тимоти, не зная, верить ему или нет.

– Зачем вы мне это рассказываете?

– Затем, чтоб вы уяснили: случайностей не будет. Если вам вздумается предать короля, или, скажем, передать кому-то нашу беседу… на этот раз виселица окажется настоящей. Или рана, на вашем плече, вместо царапины окажется разрезом от горла до паха…

Они стояли и разглядывали друг друга.

Наконец, сэр Тимоти усмехнулся и сказал:

– Идите и мойтесь. Я доложу королю, что вы сейчас придете.


Идея короля, с дождиком сверху – оказалась простой и удобной. Стоило потянуть за рычажок на стене, с потолка начинала литься вода, которая уходила в дырку в полу. Через полчаса, отмытый и надушенный, капитан с благодарностью одевал новую одежду, которую ему подобрал арбалетчик Вотан.

– Спасибо вам, сэр Тимоти, за все, что вы для меня сделали, – поблагодарил фон Гейделиц, натягивая сапоги.

Лошадиное лицо телохранителя короля усмехнулось уголком рта:

– Прекратите, Иосиф. Я сделал это не для вас лично. И даже не для сэра Джона. И не для сэра Валентайна. Поверьте, к этим двоим я испытываю самую глубокую симпатию и уважение. Но… я не служу ни сэру Джону, ни сэру Валентайну. Я служу королю. Я помог вам исключительно потому, что сам король принимает в вашей судьбе участие. Я посчитал, что его величество будет недоволен, если капитан стражи вынужден будет вас повесить. Поэтому я и выставил капитана дураком и недотепой… чтобы прекратить поиски. Смею вас заверить, не такой-то он и недотепа. И совсем не дурак. Если бы вам не улыбнулось счастье, вы бы уже два часа назад дрыгали ногами в воздухе. Впрочем, если король передумает и прикажет вас повесить – уверяю, вы будете тут же дрыгать ногами.

# Примечания

1

Речь идет о полиспасте

2

От французского ambré – запах, аромат. Здесь: зловоние.