# Хэллоуин в книжном «Ленивые кости»

Эммелин Дункан

Городок Элиан-Холлоу прославился после съемок культового фильма ужасов и с тех пор живет в режиме вечного Хэллоуина, принимая туристов круглый год. В преддверии очередного праздника сюда приезжает съемочная группа популярного реалити-шоу об охоте на привидений – и первой локацией нового сезона становится книжный магазин «Ленивые кости».

Его хозяйка, Бэйли Бриггс, занята подготовкой к тематическому литературному фестивалю. Но праздник омрачается загадочным убийством, и все улики неожиданно указывают на саму Бэйли. Чтобы вернуть себе доброе имя, она вынуждена начать собственное расследование – и очень скоро город Хэллоуина откроет ей свои самые мрачные тайны…

# Эммелин Дункан. Хэллоуин в книжном «Ленивые кости»


Original title:

CHAOS AT THE LAZY BONES BOOKSHOP (HALLOWEEN BOOKSHOP MYSTERIES #1)

Emmeline Duncan


Дункан, Эммелин

Хэллоуин в книжном «Ленивые кости» / Эммелин Дункан; пер. с англ. И. Ягодкиной, М. Ягодкина. – Москва: МИФ, 2025. – (Клуб убийств).

ISBN 978–5–00250–533–3


Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.


Книга не пропагандирует употребление алкоголя, наркотических или любых других запрещенных средств.

Согласно закону РФ приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, а также культивирование психотропных растений являются уголовным преступлением.

Употребление алкоголя, наркотических или любых других запрещенных веществ вредит вашему здоровью.


Copyright © 2024 by Kelly Garrett

Published by permission of the Author and her literary agents JABberwocky Literary Agency, Inc. (USA) via Igor Korzhenevskiy of Alexander Korzhenevski Agency (Russia)

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

⁂

## Глава 1


Ценность момента, когда заходишь в место, где все знают твое имя, может, и преувеличена, но сегодня я в этом сомневаюсь.

Я хочу сказать, этот день ощущался как целая неделя.

А ведь был всего лишь вторник.

Но какой смысл жаловаться, если я сама согласилась управлять семейным книжным магазином «Ленивые кости», а значит, подписалась и на ежегодную осеннюю нервотрепку. Наш городок Элиан-Холлоу в штате Орегон славится хэллоуинскими традициями и тематическим фестивалем – таким популярным, что от гостей, приезжающих со всей страны, не протолкнуться.

Так что да, надо ловить тот самый момент, чтобы подлечить нервы в компании друзей. Но бесконечный список предпраздничных дел от этого никуда не денется. Все мысли им заняты.

Особенно с тех пор, как я придумала, что фестиваль должен открываться литературной программой.

Вообще-то я рада, что занимаюсь любимым делом в родном городе. Наш Элиан-Холлоу вырос вокруг порта на реке Колумбии, в пятидесяти километрах от Портленда. Лет двадцать пять назад здесь сняли хэллоуинский фильм, ставший культовым, и к нам зачастили туристы, желающие наделать побольше фото в месте съемок. Основной наплыв приходился на октябрь. Сначала у нас устраивали обычный сезонный фестиваль, потом переформатировали его в «Хэллоуин круглый год». Теперь от гостей нет отбоя, а по осени тем более: весь город украшен, по выходным – детские мастер-классы и экскурсии по съемочным площадкам, не говоря уже о привычных аттракционах типа дома с привидениями или состязании по вырезанию тыкв, привлекающем всех – от любителей до опытных профи.

Ко всему этому великолепию в праздничный вечер добавлялись массовый сбор конфет и конкурс костюмов, уличные лотки ломились от разных вкусностей, а во всех магазинах и прилегающих к ним кварталах раздавали сладости.

Живописный центр городка и на рождественских каникулах не бедствовал – здесь полно лавочек с местными товарами, да и от Портленда ехать недолго. Плюс праздничное убранство с нашим уникальным колоритом: даже дух Рождества у нас жутковатый.

Однако самый пик приходится на Хэллоуин. В основном от него зависит, какой будет годовой финансовый отчет у любого местного бизнеса – утешительный или провальный.

– Бэйли, тебе как обычно? – спросила Эш, барменша-владелица, когда я вошла в ее паб под названием «Умереть не встать». Несмотря на громкое обещание «Ешь-пей до отвала» на вывеске, особого изобилия тут не наблюдалось: пивные краны, крафтовый лимонад в бутылках да минералка.

– А что у меня «как обычно»?

Эш рассмеялась.

– Вода с газом. Но я только что зарядила отличное светлое пшеничное. Нефильтрованное. Ты оценишь!

– А можно сначала попробовать, а потом решить?

– Само собой!

Эш склонилась над краном, и я заметила, что на затылке у нее выбрита паутина. В сочетании с короткой стрижкой и ярко-синими волосами выглядело круто.

– Пшеничное в истинно немецком стиле с тонкими нотками банана и гвоздики. Из одной пивоварни в Портленде, не так давно открылась, – сказала она, передавая мне дегустационный стаканчик.

Эш явно решила приобщить меня к своему образу жизни. Я сделала глоток: она и правда хорошо меня понимает. Неудивительно, ведь до того, как открыть паб, Эш работала в одной из крупнейших местных пивоварен. Дай ей волю – целый день будет разглагольствовать о вкусовых оттенках немецких, бельгийских и английских сортов, разбавляя лекцию разными занимательными фактами.

Обсудив со мной пиво, Эш налила целую пинту и спросила:

– Как дела в книжном?

– Сбиваемся с ног. Но это и хорошо, верно?

Магазин основал мой дедушка. Он же и заправлял там всем до прошлого года, пока не передал дела мне. К нему можно в любой момент обратиться за помощью – дедушка живет тут же, в городе. Но мне хотелось показать, что я справлюсь сама и он не зря в меня поверил.

– Лучше, чем наоборот.

– Точно.

Джек Скелет, до этого терпеливо сидевший рядом, видимо, решил, что достаточно ждал внимания от Эш, и встал передними лапами на край стойки. Маленький пушистый песик, устроившийся в углу, наверняка позавидовал его габаритам. Еще бы, мой Джек – пиренейская горная собака.

– Привет, – барменша потянулась и почесала его за ушами. – Если сядешь, я дам тебе вкусняшку.

Увидев в руках Эш собачье лакомство, Джек опустился на пол с ангельским видом. Мол, нет, это не я ставил грязные лапы на прилавок. Это какая-то другая огромная белоснежная собака в стильной красной бандане.

Эш перегнулась через стойку и случайно уронила лакомый кусочек, так что он отскочил от собачьего носа. Джек выразительно посмотрел на барменшу, словно та оскорбила его маму, а потом наклонился и подобрал вкусняшку. Пушистик наверняка хихикал над ним в своем углу.

– У тебя самый странный в мире пес, – сказала Эш.

– Осторожней, он тебя слышит!

Отчасти она права. Часто Джек бывает важным и невозмутимым. Пока ему не надоест. По результатам анализа ДНК, он чистокровная пиренейская горная, хотя его шерсть и короче, чем положено по стандарту породы. Зато у него по шесть пальцев на задних лапах и неистребимое желание контролировать периметр, где бы мы ни оказались. Странный пес, который всегда начеку, – но это обычное дело для представителей его породы. Их и выводили как самодостаточных собак, которые целыми днями пасли овец во французских Пиренеях.

Подозреваю, что Джек и меня считает своей овцой.

– Нечего на него наговаривать, – раздался голос у меня за спиной. – Он настоящий ангел.

А вот и Колби. Моя лучшая подруга.

Она подсела ко мне, и Джек немедленно положил голову ей на бедро. Ее черные волосы забраны в хлесткий хвостик, а рубашка поло с логотипом Элианской публичной библиотеки вся в блестках. Нетипичный для Колби гламур.

– На творческом занятии что-то пошло не так? – спросила я.

– Я говорила заведующей, что поделки с глиттером надо запретить.

– Глиттер – это герпес мира творчества, – сказала Эш. – Потом годами будешь отовсюду вытряхивать блестяшки.

– Факт.

Колби сделала заказ. Пока Эш наливала, в паб зашел незнакомый мне человек. Он окинул взглядом небогатый ассортимент и усмехнулся:

– То есть кухни у вас нет?

Справедливый вопрос, учитывая щедрое предложение «есть до отвала» на вывеске.

Эш улыбнулась.

– Простите, у нас только кое-какие напитки. Но вы можете взять еду в какой-нибудь кафешке вверх по улице. Или в фургоне позади паба – там классно готовят.

Колби пододвинула мне коробку для ланча. Внутри на пакете с хладагентом лежало несколько горбушек деликатесного сыра.

– Подарок от мамы. Только контейнер верни, – сказала Колби. Ее родители владеют сырной лавкой «Призрачный пармезан». – Она знает, что ты сейчас вся в делах. Просила передать, что тебе понравятся закуски для твоей пятничной вечеринки, так что не парься. И ты, и город будете ей гордиться.

– Не сомневаюсь в гастрономических талантах твоих родителей, – сказала я.

Ладно, не стану трижды проверять, что они планируют принести, хоть и очень хочется.

Моя литературная программа должна быть идеальной. Приедут три потрясающих писателя. Все получится. Должно получиться. Все эти авторы действительно великолепны. Один из них родом из нашего городка – правда, давно здесь не бывал. А что, хорошая тема – дело всей жизни и судьба. Можно назвать так программу.

Я положила сыр в сумку-почтальонку, к блокноту, в который записывала все относящееся к подготовке фестиваля. Чуть не вынула его – проверить, нет ли горящих задач.

«Пора отдохнуть от работы», – напомнила я себе, хотя мне казалось, сейчас самое время вычеркнуть из списка еще один пункт.

– Как там справляется моя сестренка? Мне стоит с ней поговорить? – спросила Колби.

Я согласилась взять ее младшую сестру Дэнби стажеркой на хэллоуинский сезон. Это было выгодно нам обеим: мне – лишняя пара рук в такой суматошный период, ей – зачет и подработка.

Вот только я не ожидала одного осложнения: приходилось сдерживать неуемный энтузиазм Дэнби. Хотя могло быть и хуже: реактивности и энергии у нее хватило бы на пятерых персонажей ее возраста.

– Дэнби молодчина, можешь не беспокоиться, – заверила я.

– Смотри не сглазь, – сказала Колби.

– О, к нам идут, – заметила я.

В паб решительно вошла девушка. Довольно высокая, рыжеволосая и очень стройная. Джек тихонько зарычал.

– День добрый, – поприветствовала Эш посетительницу.

– Есть удачная старая поговорка: «Сбереги дыханье – нечем будет на овсянку дуть»[1], – пробормотала я.

Джек ткнулся мне в ногу, встав между мной и рыжей.

Колби приподняла брови.

– Кто-то почитывает Джейн Остин? Но эта фраза означает «помолчи», а не «перестань глазеть».

– Ладно. Тогда представь: мы на балу, а эта девушка при всех заявила, что ты не настолько красива, чтобы кто-нибудь захотел с тобой танцевать, – ответила я. – Отреагируй соответственно.

– Жестко! – сказала Эш. – Это же из той книжки про зомби, да? Где девушки учились сражаться с зомбаками, а мать мечтала, чтобы они вышли замуж?

Колби покачала головой, но уголки ее губ дрогнули, пряча улыбку.

– Надо бы показать в пабе «Гордость и предубеждение и зомби». Пора перетряхнуть наш обычный репертуар.

Вечером по понедельникам в пабе меньше всего народу, а местный кинотеатр не работает. Так что во время фестиваля Эш устраивает сеансы хэллоуинских фильмов на большом экране, который опускается сбоку от стойки. Обычно там идут матчи «Портленд торнс», «Тимберс» и «Блэйзерс», а в середине декабря – «Кошмар перед Рождеством».

– И кто она такая? – спросила Колби.

В вытянутой руке рыжая держала небольшой черный прибор, вроде детектора. Когда она направила его на угол помещения, раздалось слабое пиканье. Девушка остановилась и сделала пометку на планшете.

Эш наклонилась к нам поближе.

– Помнишь, я говорила про телепрограмму об охоте на призраков? – начала я.

– Помню. Ее создатели считают, что город населен привидениями, а мы смирились с судьбой и живем среди жути, а все из-за фильма. Встретила я сегодня одного такого в библиотеке, – сказала Колби.

Она имела в виду тот самый знаменитый фильм, прославивший город: «Псы-призраки бухты Гамлета». Для семейного просмотра, между прочим.

– Эй, тут и правда водятся призраки, – Эш указала на потолок. – Здесь же раньше была пожарная станция.

– И что, в пабе бродит дух красавчика пожарного, который трагически погиб в огне, но команду не бросил? Или сгинул, снимая с дерева кошку?

– Которая была его потерянной возлюбленной и оборотнем. В кошку перекинулась, а вернуться в человеческое обличье не вышло. Но это не стало преградой для их чувств, – подхватила Колби.

– Смейтесь, смейтесь. Вы бы слышали, какие странные звуки тут раздаются, когда никого нет. Это здание не любит пустовать, – сказала Эш.

– Значит, хорошо, что ты начала сдавать комнаты наверху, – ответила Колби.

Эш переоборудовала казарму пожарных в недорогой хостел. Мы сами помогли ей оформить четыре комнаты в стиле Хэллоуина. Получилось и модно, и без особых излишеств.

Эш кивнула мне.

– Давай ближе к теме. Кто эта рыжая?

Мы все посмотрели на девушку, которая перешла в другой угол помещения и начала его сканировать. Сидевшая рядом пара изумленно ее разглядывала, а та как ни в чем не бывало водила детектором прямо над их столиком.

– Это Тейлор Эдисон. Администратор команды, которая делает программу о призраках. Подыскивает в городе места для съемки. Пару дней назад заходила в книжный.

Она общалась со мной задрав нос и фыркала, разглядывая мои праздничные украшения. А еще назвала Джека, который почти весь визит ее игнорировал, грязной подстилкой. Так что я мысленно ее испепелила, да и она меня, подозреваю, тоже. Пассивно-агрессивный матч-реванш.

– Программу хотят снимать у тебя в магазине?

– Пока план такой. – Хотя я до сих пор раздумывала, не отказаться ли.

Тейлор повернулась и подошла к нам. Не обращая внимания на Колби и Эш, она уставилась на меня своими темно-карими глазами и спросила:

– Вы знаете, кому принадлежит здание? Тут стены фонят от паранормальной активности.

– Это Эш, владелица, – указала я на подругу.

– О, так вы не просто барменша? – Тейлор прищурилась, прямо-таки источая скептицизм.

– Да, это славное заведение принадлежит мне. – Эш обвела зал рукой. – Могу предъявить договор об ипотеке для бизнеса.

– Тогда мы должны поговорить о том, чтобы задействовать паб в моем телешоу об охотниках за привидениями, – заявила Тейлор.

– Ваше шоу? А вы его автор? – тон у Колби был делано приподнятым.

Тейлор засопела:

– Я исследую местность.

– Ясно. Просто я встретила в библиотеке одного человека. Ланса Грегори. Вроде он сказал, что это его шоу.

Судя по голосу, Колби задумала немного побесить Тейлор. Что ж, я охотно подыграю.

– Это ведущий, но он далеко не мозг программы, – процедила Тейлор сквозь зубы.

– А вы знали, что Ланс местный? – спросила я. – Все в городе будут рады его увидеть.

– Недостаточно вырасти здесь, чтобы стать телезвездой. – Тейлор опустила взгляд на планшет. Наверняка хотела обдать нас презрением, но ее слова прозвучали как-то мелочно. Впрочем, я предвзято к ней отношусь.

– Слышала, на его счету масса программ. Первая знаменитость, навещающая город с тех пор, как тут сняли «Псов-призраков».

– Знаменитость, – ухмыльнулась Тейлор.

Я бы могла по доброте душевной сказать, что имя Ланса откроет для нее многие двери. Но смолчала: пусть роет себе могилу, коли ей так нравится.

– Если решите проводить здесь съемку, скиньте мне в почту договор, пожалуйста. Буду рада обсудить условия. – Эш отвернулась, чтобы принять заказ на пинту эля.

Я посмотрела на Колби и махнула головой в сторону заднего дворика. Стоило мне встать, как Тейлор зачем-то увязалась за мной. Джек вклинился между нами, и она слегка отодвинулась, но шагу не сбавила.

– Странно тут у вас. Хотя в любом мелком городишке всегда такая атмосфера, будто он застрял в прошлом, – Тейлор покосилась на трех женщин с вязанием в руках. Они сидели в невысоких мягких креслах вокруг столика в углу.

Я встретилась взглядом с одной из вязальщиц, кивнула в знак приветствия и остановилась.

– Тейлор, это Перл, – сказала я. – У нее магазин пряжи «Колдовская нить».

Все три женщины посмотрели в нашу сторону, не переставая стучать спицами. Колби затащила меня в кружок вязания, собиравшийся у Перл каждую неделю. Со временем я сдружилась с его участницами, многие из которых были моими постоянными покупательницами. Заходя в «Ленивые кости», они всегда интересовались, как мои «творческие успехи». Приходилось каждый раз напоминать себе, что они спрашивают о вязании, а не о графическом романе, над которым я втайне работала уже тысячу лет. Некоторым я помогла зарегистрироваться на «Радио Либро», онлайн-ресурсе с аудиокнигами. Заодно там можно поддерживать независимые книжные магазины из списка, и я надеялась, что мои знакомые вязальщицы выберут «Ленивые кости».

– Это у вас паутина? – Тейлор наклонилась к Перл. Та показала свое вязание: ажурную шаль на круговых спицах с метровым тросиком. И правда похоже на паутину.

– Я продаю наборы для этого узора, заходите ко мне в магазин. – Перл вернулась к шали.

– Но мне придется вязать самой?

– В этом и смысл. – Перл кивнула на меня. – Бэйли поначалу противилась, но теперь очень прилично вяжет. А какое у нее чувство цвета! Вы бы только видели. Наша группа собирается вечером в среду и утром в субботу, присоединяйтесь.

Тейлор фыркнула:

– Буду иметь в виду.

Перл глянула на меня.

– Напомни показать тебе, что делать, если ты упустила петлю. Я тут уронила одну – и посмотри-ка: поправила так, что и не заметишь.

– Шикарно.

В прошлом месяце из-за такой сбежавшей петли я распустила вязание и начала его заново. Увидев это, Перл только досадливо покачала головой. Она была уверена, что пара рукодельных хитростей и боевой настрой могут исправить что угодно.

– Придешь завтра в кружок? – спросила Перл, но я не успела ответить.

Какой-то мужчина вошел в паб и не мешкая устремился прямо к Тейлор. Лицо знакомое, но кто он такой – не вспомнить. Увидев его, Тейлор мигом подтянулась.

– Ланс, – почти пискнула она. И куда только подевалась ее надменность.

– Что у тебя с графиком? – спросил Ланс, не удостоив нас с Перл взглядом.

– Он у меня в работе.

– Если не успеваешь им заняться из-за поиска локаций, лучше скажи об этом сейчас. После прошлого сезона у тебя прибавилось нагрузки, но график надо было составить еще неделю назад. Запаса времени у нас нет. Нам нельзя завалить сроки из-за такой неорганизованности, – отрезал он.

– Все будет в порядке. – Тейлор посмотрела ему в лицо и отвернулась.

Услышав имя Ланс, я поняла, почему он показался мне знакомым, хотя мы точно не встречались. Узнав, что в городе будут снимать программу «Угробленные упыри», которую ведет уроженец здешних мест, я почитала о ней в интернете и нашла биографию Ланса. Он уже лет двадцать работал на телевидении. Сперва участвовал в разных проектах: в основном изображал жертву убийства в детективных сериалах или играл эпизодические роли. Около пяти лет назад начал вести низкобюджетное реалити-шоу, за которым последовали другие, и наконец заделался охотником за призраками. Я не знала ни об «Упырях», ни о Лансе Грегори до прошлой недели, хотя раньше мама и упоминала о каком-то своем однокласснике, подавшемся в Голливуд. Внешность у него запоминающаяся: гладкие темные волосы, разделенные прямым пробором, оттеняют яркую синеву глаз. Наверное, на экране он выглядит просто фантастически.

– Ланс, – окликнула его Перл со своего места.

Он обернулся на звук ее голоса.

– Мы… мы наверняка учились вместе, да? Ты третья, кто здоровается со мной за последний час. Я и не знал, что столько людей остались тут, а не перебрались в места получше, – сказал он.

Ланс говорил мягко и доброжелательно, но в его голосе слышались напряженные ноты. Судя по злющему лицу Тейлор, ее задел за живое намек, что справляется она так себе.

Перл склонилась над вязанием. Ланс снова повернулся к Тейлор, чье лицо тут же разгладилось. Она явно не хотела, чтобы ведущий заметил, как ее трясет от ярости.

– Завтра к обеду вышли съемочной группе полный график, – коротко бросил он и ушел.

Тейлор пробормотала себе под нос:

– Ты мне не босс, даже если тебе так кажется.

Я почувствовала легкий толчок в бок – это Колби догнала нас. Пока мы в сопровождении Джека шли по заднему дворику, я спросила:

– Как думаешь, Перл и во сне вяжет? Когда я участвовала в соревнованиях по плаванию, мне снилось, что я плыву через весь мир.

С шести до восемнадцати лет я тренировалась в бассейне общественного центра. Он находится в той части старого города, который прилегает к парку, рядом с мостом «Гоблинские ворота». Хотя Колби старше меня на два года, мы были в одной команде.

– Тебе тоже снились заплывы? Думала, я одна такая. А что там за истерика у телевизионщиков?

– Похоже, им нужен человек с твоими организаторскими способностями, – сказала я.

– О да, всю жизнь мечтала о карьере администратора в реалити-шоу, – невозмутимо произнесла Колби.

– Интересно, обычно у них кто-то другой разведывает места для съемок?

Хотя в магазине Тейлор меня взбесила, сейчас я ей даже посочувствовала. Убийственно, когда тебя отчитывают на людях, но совсем несправедливо распекать за дополнительные задачи, которые свалились на человека неожиданно. Может, Тейлор ведет себя так из-за стресса.

Хотя она назвала Джека грязной подстилкой. Так что обойдется без моего сочувствия.

Мы с Колби задержались в центре дворика и огляделись: половина мест была занята.

Эш переоборудовала для гостей четыре грузовых контейнера, стоявших по обе стороны площадки. В каждом – столик для пикника с электрическим мини-камином, чтобы не мерзнуть зимой. Но сейчас обогрев не требовался: конец сентября выдался по-летнему теплым, и только после захода солнца воздух начинал остывать. Вообще, в Орегоне я больше всего люблю октябрь. Моя погода: днем солнечно, но нежарко, максимум двадцать градусов, а вечером прохладно. То что надо для фестиваля длиной в месяц.

Мы захватили последний пустой грузовой контейнер, сидеть там прикольно.

Джек распластался у входа, словно пушистый коврик. Я кинула быстрый взгляд на дворик: фургончик с буррито работал вовсю, принимая один заказ за другим. Его мастерски разрисовали цветами и черепами в честь Дня мертвых – одна из хозяек, Оливия, была дочерью мексиканских иммигрантов. Такой вид приятно контрастировал с откровенно американскими хэллоуинскими украшениями по всему городу. Другая владелица фургона, Милана, в январе устраивала скромные Святки на православное Рождество и угощала всех пирожками. Можно было приходить и без костюмов, но она всегда просила нас наряжаться.

По куар-коду на столике я выбрала еду из фургончика. Мне – торта ахогада[2], подруге – ее обычная порция карнитас[3] с лаймовым рисом, авокадо, сливками, жареной кукурузой, свежим помидором и кинзой. И то и другое – вкуснятина. Мы с Колби прямо-таки подсели на эти блюда.

Оливия принесла заказ и, поставив перед нами тарелки, присела за столик со словами:

– Если ты волнуешься, хватит ли еды гостям твоей детективной вечеринки на фестивале, то не беспокойся, у нас все под контролем.

– Чтобы я – и волновалась?!

Оливия и Колби рассмеялись.

– Я увидела тебя и поняла, что лучше еще раз все подтвердить, – сказала Оливия.

Мы немного поболтали, а потом к окошку фургона подошел клиент. Оливия метнулась туда, и на прощание до нас донеслось:

– Все получится, Бэйли. Фестиваль будет огонь.


Домой мы с Джеком пошли длинной дорогой, через парк рядом с центром города. Дав Джеку обнюхать каждую травинку по пути, я остановилась у моста «Гоблинские ворота», пересекающего узкий ручей. Быстро вытащила ознакомительный экземпляр книги и под нужным углом поставила рядом с одним из гоблинов на мосту. Новый роман Мелани Уайлд – любимицы нашего книжного магазина и гостьи фестиваля. Должен выйти этой зимой. Сделав несколько фото, я выбрала одно, которое будет наиболее выгодно смотреться в соцсетях. Полутень от заходящего солнца добавила снимку особой атмосферы.

Взяв на себя управление магазином, я даже не подозревала, сколько времени будет уходить на социальные сети. Трудолюбивые издательские пиарщики добросовестно присылали ознакомительные экземпляры книг, которые пока не вышли из типографии. К счастью, в Элиан-Холлоу легко найти интересный фон. Такая двойная реклама – город плюс книжная обложка – отлично срабатывала.

Хорошие посты получались, когда мне удавалось снять Джека с книгами или за каким-нибудь дурацким занятием, резко контрастировавшим с его обычно достойным поведением. Во вторник, в день поставки, я всегда собирала кучу лайков. Особенно в те редкие недели, когда стопка новинок была выше Джека.

Я сунула книгу в сумку, и мы побрели дальше, а потом остановились, чтобы исследовать скамейку у пруда с утками. Один угол парка был обнесен забором: там традиционно строили лабиринт из тюков сена. Переходы и закоулки каждый год располагали по-разному, но украшения оставались неизменными: тыквы, скелеты и тому подобное.

Парень в трениках, пробегая мимо, улыбнулся мне. Мой ровесник или на пару лет постарше, с такими светлыми волосами, что они казались почти белыми. На нем была футболка финишера гонки «Айронмен» на Гавайях. Я его не знала. То ли приехал в город недавно, до фестиваля, то ли не любитель книжек.

Джек, жаждавший общения, проводил удаляющегося незнакомца грустным взглядом.

Заметив еще одного человека, направлявшегося в мою сторону, я едва не застонала.

Дядя Хадсон.

Он всего на восемь лет старше меня и, в отличие от моей мамы, вернулся в город, окончив Орегонский университет по специальностям «бизнес» и «градостроительное проектирование». Вернулся не просто так, а с планами и тут же поссорился с дедушкой. Уговаривал его продать книжный магазин, а деньги инвестировать. Получив отпор, Хадсон устроился в сфере коммерческой недвижимости. Точно не знаю, чем он там занимался, но повышение получал несколько раз. И платили ему неплохо, хватило на симпатичный дом с верандой на той стороне парка. Идеально для семейной пары с маленьким ребенком.

Когда в прошлом году я занялась книжным, Хадсон был не в восторге. Он все еще считает, что бизнес надо свернуть, тем более сейчас. В моей деловой хватке он сильно сомневается.

Уверена, о моей способности сочетать цвета в одежде он тоже небольшого мнения.

– Бэйли, – Хадсон кивнул мне. Короткие светло-каштановые волосы, как обычно, подстрижены с модной легкой небрежностью. Спортивная форма сияет чистотой. И лицо даже не покраснело.

Не обращая на Хадсона внимания, Джек принялся деловито обнюхивать один из готических фонарей, стоящих вдоль дорожки.

– Я пытаюсь уговорить себя на пробежку, – сказал Хадсон.

– Я уже успела утром, – был мой ответ. – Если тебе нужно вдохновение, местный беговой клуб собирается по выходным. Там все вполне дружелюбные.

– Не пойду к ним, даже если мне заплатят. Каждый месяц устраивают квесты и носятся по всему городу. Просто отвратительно.

– Ты говоришь про группу «Ищи-беги», они встречаются по четвергам. А те, что по выходным, – серьезные ребята, вместе готовятся к Портлендскому марафону. Даже помогают разработать тренировочную программу.

– У меня нет времени на подготовку к марафону.

– Я к тому, что они рады всем.

– Ладно, увидим. Как у тебя дела с фестивалем?

– Хорошо.

– Было бы интересно потом заглянуть в финансовый отчет. Ну пока, я побежал. – И Хадсон действительно потрусил вперед, прочь от меня.

Я могла бы сказать, что ему ни к чему заглядывать в финансовый отчет книжного магазина, потому что это не его дело. Хадсон не знал, что мы с дедушкой подписали официальное соглашение, по которому бо́льшая часть «Ленивых костей» отошла ко мне. Он-то думал, что я просто играю в управляющую, а все нити держит в своих руках дедушка. Хадсон взбесится, когда поймет, что здание, где находится магазинчик, будет оформлено на мое имя, в отличие от дедушкиного дома. Изначально бабушка и дедушка составили завещание так, чтобы поровну поделить дом и другое имущество между своими детьми и мной. Хадсон взорвался бы, выяснив, что мне, единственной внучке, достанется точно такая же доля, как ему и маме. Хотя вообще-то я единственная внучка, которую растили бабушка и дедушка. Пять лет назад, когда бабушка умерла от рака яичников, дедушка не планировал что-либо менять в завещании. Но в этом году он решил внести поправки. И вот когда Хадсон узнает о них, он точно лопнет от злости. Потому что я должна унаследовать здание в центре, где располагается книжный, и бизнес полностью – притом что мне уже принадлежит бо́льшая доля. Дедушка дал мне честное слово, что они с бабушкой обсуждали будущее магазина и она сама захотела, чтобы я стала владелицей. Конечно, если проявлю к этому интерес.

Я сказала себе, что волноваться буду потом, и мы с Джеком поспешили домой.

## Глава 2


Вечер среды. Два дня до начала фестиваля. Мне бы посидеть дома, как следует отоспаться и просто побыть в тишине. Вместо этого пришлось задержаться в «Ленивых костях» на несколько часов после закрытия. Я ненадолго оставила магазин на Дэнби, сбегала домой поужинать и нехотя поплелась обратно в центр вместе с Джеком. И все ради того, чтобы съемочная группа могла поработать в книжном, когда, по их мнению, его должны наводнить призраки.

Ведь всем известно, что привидения выходят по ночам.

По-моему, это скучно. Будь я призраком, я бы скорее предпочла проводить время с людьми. Даже если бы я не могла с ними говорить, то с удовольствием бы послушала – например, как детям читают вслух сказки. Гораздо интереснее, чем слоняться по пустому магазину в темноте.

Надеюсь, охотники за привидениями сделают хорошую рекламу магазину. Что угодно, лишь бы покупателей было побольше.

Но пока я относилась к «Угробленным упырям» скептически, и не только потому, что не очень верю в призраков. Программа шла уже год, и первый сезон из шести выпусков был выложен на стриминговой платформе, о которой я даже не слышала, пока Тейлор не появилась у меня на пороге с предложением контракта. Команда телешоу неплохо справилась и заработала на второй сезон, но у меня оставались вопросы. Скажем, как они будут выкручиваться, если охота не заладится?

По крайней мере, магазин выглядит великолепно, все стеллажи укомплектованы и готовы к фестивалю. Я даже обновила названия отделов. Новая вывеска «Преступления в магазине» над отделом детективов и триллеров смотрится отлично. Для полок с литературой ужасов я сделала табличку «Брать со страхом», нарисовав на ней Фредди Крюгера, – целый день трудилась.

Дэнби перебрала тематическую витрину «Фан-клык»: подростковые романы, фэнтези, ужасы, ромкомы, темная романтика – и все это о вампирах. На самом видном месте стояла моя любимая книга «Впусти меня»[4]. Внешне Дэнби – копия сестры, только похудее, с такими же густыми темными волосами, светло-коричневой кожей и крупными чертами лица. Но в отличие от Колби, она птица вольная, планирование не ее сильная сторона. Зато и к неожиданностям Дэнби относится легко. Я рада, что взяла ее к себе на практику: при желании она умеет работать не хуже сестры. И к счастью, в «Ленивых костях» она этого желания не растеряла.

Съемочная группа должна была приехать в шесть. В две минуты седьмого я вышла на улицу – никого. Только парень, который вчера пробегал мимо в парке, подпирал стену рядом с крытой лестницей, ведущей к офису над книжной лавкой. Мы сдавали это помещение адвокату Эвелин Джонс-Вонг, которая занималась, как она сама однажды сказала, повседневным правом: завещаниями, наследством, семейными делами и проблемами малого бизнеса – в общем, всем, что относится к гражданскому законодательству.

Парень сунул телефон в карман, и наши взгляды встретились. Глаза у него были пронзительно-синие, а волосы платиновые – явно свои, некрашеные. Потрясающее сочетание. Он улыбнулся и начал подниматься по ступенькам к юридическому офису, легко и пружинисто. Может, и правда спортсмен – не зря же у него футболка триатлона «Айронмен».

Интересно, этот парень – один из клиентов Эвелин? Или между ними нечто большее? Она ненамного старше меня, лет тридцати с небольшим. Эвелин ни разу не упоминала, что она замужем или с кем-то встречается, хотя мы с ней и не слишком много общались.

Напротив «Ленивых костей» затормозил белый фургон. Со стороны водителя выскочил мужчина, открылась боковая дверь.

– Если они не дождутся призраков, вместо них всегда могут снять, как ты бродишь по магазину в ночи. – Я потрепала Джека по голове.

В темноте от него практически исходит сияние. Прошлой зимой мы отправились в поход через тоннели-близнецы Мосьер, и на фото он выглядел в точности как пес-призрак, особенно в проблесках света, проникавшего снаружи.

Я снова посмотрела на фургон: водитель и некая женщина вытаскивали из него коробки и какие-то штуки в черных чехлах, ставя их на тротуар. Как бы местные жители не решили, что на обычно мирных улочках ведет расследование полиция.

Нам повезло: преступность в Элиан-Холлоу низкая, разве что украдут что-нибудь в магазине по мелочи или стянут кошелек. До Портленда достаточно далеко, чтобы мы были избавлены от большинства проблем крупного города, хотя я подозреваю, что скоро они нас настигнут. Во время коронавирусной пандемии народу здесь прибавилось: те, кого перевели на удаленную работу, переехали в место поспокойнее. Часть из них решили не возвращаться, благо что можно без проблем добраться до Портленда, в окрестностях которого находятся известные обувные фабрики и несколько огромных технологических компаний. Тем не менее пока Элиан-Холлоу остается милым и безмятежным. Понимаю, приятно поселиться в таком тихом, но не слишком оторванном от мира уголке. Мне и самой это нравится. Только вот парадокс: проблемы большого города, от которых люди бегут сюда, переезжают вместе с ними.

Водитель подошел ко мне. Он был высокий, под два метра, с седыми волосами, забранными в хвост.

– Я Билл из «Угробленных упырей».

– Бэйли, хозяйка книжного магазина.

Мы пожали друг другу руки.

– Это моя жена, Джилл. – Он махнул женщине, которая укладывала на тротуаре кофры. – Остальные будут попозже, а мы пока установим камеры и настроим звук.

В магазине они тут же принялись возиться с аппаратурой. Мы с Дэнби наблюдали за ними из-за прилавка.

– Бэйли, хочешь, я посижу тут вместо тебя? У меня даже домашка с собой, есть чем заняться. – Дэнби приподняла рюкзак.

– Если ты отстанешь в учебе, придется изменить твой график, – ответила я, хотя у меня упало сердце при мысли о том, чтобы лишиться ее помощи.

– Я не отстаю – наоборот, сделаю побольше про запас, чтобы освободить выходные, – сказала Дэнби. – Напишу реферат по истории сейчас, а на следующей неделе спокойно его проверю и подправлю. А ты мне еще и заплатишь за это время – типа, премия за учебу.

В глубине души я подозревала: она говорит то, что должно мне понравиться, – но почувствовала, что уступаю.

– Ты уверена? Магазин-то мой.

– Ну понянчусь с телевизионщиками. Что может пойти не так? – спросила Дэнби. – Иди. Я справлюсь. Отдохни, потому что на выходных не выйдет.

– Может, сначала поешь?

– Давай так: я быстренько выскочу в сырную лавку, а потом буду готова.

Она побежала в магазинчик родителей, поэтому можно не сомневаться: ей выдадут и вкусный ужин, и гору закусок на ночь.

Ланс и Тейлор вошли так, будто они тут хозяева. Джек замер рядом со мной, не сводя с них глаз.

– Да, отлично подойдет, – сказал Ланс. – Здесь так же провинциально, как и в моем детстве, разве что украшения на Хэллоуин новые. Поверить не могу, что вы до сих пор работаете. Я думал, книжные магазины давно вымерли, как динозавры.

Мне захотелось запустить в него плюшевым привидением. Может, и хорошо, что Дэнби вызвалась меня подменить.

– Можем обыграть это так, будто они украсили зал, чтобы умилостивить местных призраков.

Я громко фыркнула.

Они оба посмотрели на меня.

– Что с вами? – спросила Тейлор.

– У меня тут нет призраков, но удачной вам охоты. Повеселитесь от души.

Дэнби вернулась от родителей с большим пакетом.

– Девушка, вы разве не видите, что магазин закрыт? – холодно произнесла администратор.

– Это моя сотрудница, Дэнби. Она будет вам помогать, и у нее есть полное право принимать решения, касающиеся магазина.

Я говорила очень твердо. Пусть даже не думают со мной спорить.

– Мы обойдемся без помощи, – сказала Тейлор.

Дэнби подтолкнула меня к двери.

– Иди, я с ними разберусь.

– Помните: делайте все, как скажет Дэнби, – напомнила я на прощание.

Мы с Джеком пошли домой, но меня подмывало вернуться и сделать так, чтобы они исчезли.

Как динозавры.


В четверг в пять утра запищал телефон. На экране высветилось сообщение от Дэнби:

Ты нужна в книжном.

Я быстро оделась, хотя Джек упирался всеми четырьмя лапами, пока я повязывала ему на шею красно-черную клетчатую бандану. Я почти уверена, что он неодобрительно косился на меня – еще бы, тащиться в центр города в такую рань. И все-таки он послушно бежал рядом, не сбавляя темпа, и настоял только на одной технической остановке у любимого дерева. Все собаки района обожают это место.

Хорошо, что я уже отменила нашу с Колби велопрогулку, на которую мы отправлялись каждый четверг. Я ведь собиралась сама провести всю ночь в «Ленивых костях», а не оставлять его на Дэнби.

На пороге магазина у меня перехватило дыхание.

Там был полный кавардак.

Два стеллажа опрокинуты, еще несколько – сдвинуты. Пол перед кассой усеян битым стеклом.

Вывеска «Брать со страхом» с моим нарисованным от руки Фредди Крюгером разорвана пополам.

Дэнби, ломая руки, подняла на меня взгляд.

– Мне так жаль, – сказала она. – Я задремала в кабинете и проснулась от грохота. Выбежала и увидела весь этот ужас.

– Но как это произошло? Даже от землетрясения урон был бы меньше.

– Это еще не всё, – тон у Дэнби был странный.

Что может быть хуже того, что я уже увидела?

Она показала на коробку за прилавком, в которой лежала груда костей.

Стэнли. Наш скелет.

Он всегда сидел на стуле у прилавка, и в самые людные дни я выдавала любимую шутку: «Если вы думаете, что долго стоите в очереди…»

Руки-ноги у него были целы. И позвоночник тоже цел!

Я повернулась к Лансу и Тейлор, которые стояли у двери в подсобку, глядя на экран планшета.

– Вы разнесли мой магазин и сломали моего Стэнли?

– Да ничего страшного. Мы вам все возместим, купите себе новый скелет, – отмахнулась Тейлор.

– Ничего страшного? В выходные у нас пик сезона! Люди придут за книгами. Посмотрите, в каком состоянии зал. Думаете, появятся книжные эльфы и чудесным образом все приведут в порядок?

Тейлор предупредительно подняла руку.

– Но это же обычный ширпотреб.

– Давайте не будем драматизировать, – сказал Ланс.

– Да? А откуда взялась куча осколков?

Я огляделась в поисках «ширпотреба». Вообще-то это были подсвечники работы местного стеклодува.

– Просто успокойтесь… – начала Тейлор.

– Вон отсюда! – взревела я, указывая на дверь.

– Ой, вот только не надо нагнетать, – заявил Ланс.

– Вы оба – вон!

Под тихое рычание Джека я выставила их наружу, причем они не переставали препираться.

– Чтобы ноги вашей больше здесь не было!

– Да выдохните уже, – ответила Тейлор.

– Если кто-то из вас еще раз заявится в магазин, я вызову полицию, чтобы вас привлекли за несанкционированное проникновение, – теперь я говорила тихо. Никто не упрекнул бы меня в склочности, хотя я подозревала, что мне бы немного полегчало, если бы я продолжила орать.

Ланс коснулся моей руки, но я тут же ее отдернула и огрызнулась:

– Не смейте меня трогать!

– Вы слишком остро реагируете.

– Держитесь подальше от меня и моего магазина, не то пожалеете, – сказала я и вернулась в магазин.

Там оператор паковал последнее барахло в черные чехлы. Его жена сначала помогла моей практикантке подвинуть книжный стеллаж, а потом начала подбирать книги и расставлять их на полках. Тем временем Дэнби сметала битое стекло в кучку. Женщина отступила на шаг, освобождая место, и протянула ей совок.

Оператор обернулся ко мне. Кажется, его зовут Билл. Ну да, точно, а его жена – Джилл.

Я едва не велела им убираться, но Джилл по-прежнему помогала Дэнби с уборкой. Джек прошлепал к своей лежанке и улегся, время от времени поглядывая на меня.

Я посмотрела на его лапы. Похоже, он не ходил по битому стеклу, но потом надо обязательно проверить как следует.

– Нам так жаль, – сказал Билл. – Это неприемлемо, и я не буду винить вас, если вы решите выгнать и нас с Джилл. Но если позволите, я чуть позже заеду к вам с инструментами и попробую починить ваш скелет. Увидим, что можно сделать. Если ничего не получится – прослежу, чтобы продюсеры полностью компенсировали ущерб. И передам вам видео, на котором Тейлор сносит стеллажи и крушит все подряд.

# Notes

1

Цитата из романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение» (пер. А. Грызуновой). Здесь и далее прим. ред.

2

Торта ахогада – традиционное мексиканское блюдо, сэндвич с мясной начинкой, который подается «плавающим» в остром соусе.

3

Карнитас – тушеная свинина, приправленная апельсином, лаймом и пряностями.

4

«Впусти меня» (швед. Låt den rätte komma in, 2004) – роман шведского писателя Йона Линдквиста о дружбе застенчивого мальчика Оскара и девочки-вампира Эли.