Молния и птица
Арлен Лорт

© Арлен Лорт, 2025

ISBN 978-5-0068-2132-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все персонажи, организации, религиозные культы и события данного произведения являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми, организациями или религиозными практиками случайны и непреднамеренны.

Глава 1
Начало зимы

– Зериколь аэп Морра!

– Твою ж мать! – стул под ногами опасно качнулся, заставив девушку крепче ухватиться за книжные полки.

– Зери! – по дому захлопали двери.

Зери прикусила от усердия губу и активнее задвигала книги, разыскивая ту самую. Отец явно не обрадуется, если застанет ее в своем кабинете, но другого шанса может и не быть.

– Зери! – отцовский рык прозвучал уже совсем близко.

Да где же эта чертова книга?! Зериколь была готова зарычать от разочарования. Не то, снова не то. Где же?!

Следующие события произошли почти единовременно. В цепкие девичьи пальчики все-таки попался искомый корешок, и Зери тут же сунула добычу под толстовку. Вот только хлипкий стул, не выдержав резких пируэтов, печально скрипнул, теряя одну из ножек. Громко хлопнула дверь кабинета, как раз вовремя, чтобы падающую девушку подхватили сильные мужские руки.

– И какого черта?!

Зери отвела взгляд, малодушно отказываясь смотреть в глаза рассерженному отцу.

– Прости.

– И за что, по-твоему, ты сейчас извиняешься?

Вопрос застал ее врасплох. Признаться в воровстве книги? Нет, отец явно разозлился на что-то другое, еще до того, как поймать ее в кабинете. Только на что? Зери задумалась.

– Серьезно?! Ты и правда не знаешь?! – Зери бесцеремонно сбросили на пол. – Краска, Зери! Ты опять потратила мои запасы краски! Неужели так сложно хотя бы предупреждать, если берешь?!

– А… – Зериколь виновато покосилась на синюю прядь своих волос, а затем на отцовскую шевелюру точно такого же цвета, но более темного оттенка, правда, с седыми корнями.

– Да ты и так огонь! Не волнуйся, Мирабелла не заметит разницы!

У мужчины дернулся глаз, он уже набрал воздуха на новую злую тираду, когда в глубине дома хлопнула дверь и жизнерадостный голос позвал:

– Амрод! Зери! Вы дома?

– Дядюшка Микаэль! – Зери ловко вскочила на ноги, пролетела под рукой отца, стремясь сбежать подальше от праведного гнева.

Одна комната, вторая, третья… Иногда люди спрашивали, откуда у детектива небольшой конторки огромный дом в хорошем районе. Честно говоря, Зериколь и сама порой задавалась этим вопросом, но отец всегда лишь отмалчивался, а его лучший друг и по совместительству начальник – Микаэль Диентос – в ответ мило улыбался, трепал Зери волосы и бездарно шутил. Тоже мне, развели тайны мадридского двора!

– Дядюшка Микаэль! – ворованная книга еще по пути была ловко закинута в нужную комнату под подушку, а потому Зери с чистой совестью повисла на шее у мужчины.

Он знал ее еще с детства, приходил каждые выходные, а иногда и на неделе, позволяя маленькой Зери заплетать черно-белые волосы «доброго дядюшки» в длинные косички. Микаэль сидел с ней долгими вечерами, когда отец пропадал на работе, «расследуя особо важное преступление», Микаэль заменил Зери всех подружек еще в то время, когда они с отцом постоянно переезжали, Микаэль хранил все ее наивные детские тайны, которые ни в коем случае нельзя было доверить папе.

– Ты опять что-то натворила, полынька? – серое пальто пахло снегом и железом метро, а от пушистого светлого свитера веяло теплом и конфетами. Микаэль всегда состоял из противоречий, будь то запах, одежда или поведение. Черное и белое, доброта и жесткость. Но за всю жизнь Зери лишь раз видела иную сторону доброго дядюшки. Это было еще три переезда назад, какой-то не слишком умной соседке не понравилось, что тогда еще маленькая Зери играла в снежки с ее сыном и нечаянно попала ему снежком в лоб. Мальчишка расплакался, а его мать-наседка вылетела из дома с криками, понося Зери на чем свет стоит.

Это было даже страшно, пока на плечи девочки не легли теплые руки, а ставший незнакомым голос не произнес:

– Заткнись.

Вместо привычной теплоты в янтарных глазах Микаэля отражался лишь арктический холод и обещание скорой смерти. Лишь спустя много лет Зери подумала о том, что очень многого не знает о своем добром дядюшке.

– Я потратила всю папину краску для волос, – прошептала она, потихоньку переползая за спину Микаэлю.

– Ну, это явно заслуживает кары, – в голосе дядюшки звучал смех.

– Вот я так же считаю, – в коридор вышел Амрод, недовольно кривя губы. – Ты рано, Мишель.

– Как чуял, что нужен, – Михаэль приподнял хрустящий пакет, восхитительно пахнущий свежим хлебом и ягодами. – Как тебе такая компенсация?

– А?! – Зери выглянула из-за надежной спины.

– А ты не получишь, пока не купишь своему несчастному отцу новую краску.

– Справедливо, – Зериколь тяжело вздохнула. – Бать, дай ключи.

– Больше тебе ничего не дать? – Амрод сложил руки на груди.

– Ну па-а-ап! Я просто так права получала? – Зери скорчила несчастную мину. – За твоей краской через весь город ехать! Пешком я точно до прихода Миры не успею!

У Амрода снова дернулся глаз. И как оставаться спокойным с такой дочерью? В лицо Зери полетели ключи от байка.

– Если через неделю мне придут штрафы – оплачивать будешь из своих карманных денег!

– Пап, ты лучший! – на лице Зери расцвела зловещая улыбка.

Амрод закатил глаза. Зериколь выскочила из дома, прихватив куртку и шлем. В этих краях зимы были теплыми, не сравнить с теми, к которым привыкла их маленькая семья. С далекого океана ветер приносил приморскую влажность с едва ощутимым запахом соли. Тонкий слой первого снега укрывал крыши домов, причудливо сочетающих в себе и западный, и восточный стили. С вишен с изогнутыми стволами, что встречались на узких улочках то тут, то там, еще не облетели листья. Конугон – небольшой город у самой границы Нипона и Объединенных Земель, достаточно большой, чтобы даже иметь свой университет, но и в подметки не годящийся гигантам-мегаполисам. Пару веков назад эти земли принадлежали Нипонской Империи, но многочисленные войны сильно изменили политическую географию. Последняя война с Нипоном закончилась всего двадцать лет назад, оставив Нипону болезненное поражение и тысячи прерванных жизней, а Объединенным землям победу с неприятным привкусом горечи.

Но какое ей дело до мировой политики во времена шальной юности?

Зери с силой дернула на себя засыпанный снегом брезент, освобождая от снежного плена укрытый байк.

Ну какой же красавец! О, как же долго Зери ждала своих восемнадцати, чтобы наконец получить права и оседлать этого хромированного черного монстра. Да, отец был крайне недоволен. Трясся каждый раз, пуская Зери в седло своего любимца. Пожалуй, если бы не убедительность Микаэля, Зери никогда бы не исполнила свое страстное желание.

Мотоцикл глухо взревел. Автоматические ворота медленно открылись, выпуская хозяйку. Зери выжала газ, со снежным вихрем вырываясь на дорогу. Еще один час восхитительной свободы с адреналином в крови!

Ну, так она считала, пока через пятнадцать минут не встала в первую же пробку на занесенной дороге…

В доме было до отвращения тепло, пахло ягодным пирогом и какао. Зери судорожно захлопнула двери и встряхнулась, сбрасывая с куртки и шлема целый сугроб. На улице мело, не прекращая, уменьшая видимость почти до нуля.

– Замерзла? – из кухни выглянул Микаэль с полотенцем в руках. – Сделать тебе горячего какао?

Зери неловко кивнула, судорожно снимая шлем и куртку.

– Пожалуй, лучше кофе с коньяком, – печально резюмировал Микаэль, разглядывая побелевшее несчастное лицо девушки.

– Лучше, – согласилась Зери, шмыгая носом.

На кухне было еще отвратительнее: остывал на большой тарелке пирог, чем-то аппетитным пахло из духовки, на столе, заваленном рабочими бумагами, дымились две большие кружки. Амрод довольно зевал, развалившись в кресле в любимой старой футболке и почесывая лоб покусанной ручкой.

– О, вернулась! – отец громко клацнул зубами, давя очередной зевок. – Как погодка?

Зери молча кинула в него ключи и две пачки краски.

– Чего так мало? Взяла бы сразу на месяц! Опять мне ехать придется.

– У меня почти не осталось на карманные расходы.

– Опять потратила все на волшебную лабуду? Я тебе столько раз говорил, что ничего дельного этот обманщик не продает.

Зери надулась, выцепила у Микаэля чашку кофе и уползла греться в свою комнату.

Нет, в чем-то отец был прав. Лавка мастера Ириса на окраине их района и впрямь выглядела сомнительно, не говоря уже о самом мастере Ирисе – сверхулыбчивом тощем пареньке с бегающими глазами. Как он вообще мастером стал? Но Зери все не оставляла надежду, что в ворохе бреда и макулатуры найдет свою жемчужину.

Ведь в этом мире и правда жила магия.

Магия всегда была спонтанным явлением, почти никогда не передающимся по наследству. Одна из причин, почему Зери прекрасно знала, что приемная. Но не суть. Большая часть населения вообще не знала о существовании магии как таковой. Да и не похожа была эта магия на впечатляющее махание волшебной палочкой. Нет, сила была скорее проблемой, чем даром для своего носителя. Впервые она проявлялась в возрасте двенадцати-пятнадцати лет, но могла и куда раньше, особенно от сильных эмоциональных потрясений. Для каждого его сила была уникальна. Микаэль говорил, что в мире нет двух магов с одинаковой силой. И это так проблемно… Здорово, если твоя сила проявлялась как создание ароматов или разговор с животными. Но что если тебе досталась аура ужаса или взрыв? Ведь вместе с раскрытием силы юный маг не получал умение эту самую силу контролировать.

А потому первыми, с кем встречались пробудившиеся, были алые инквизиторы. Не все переживали эту встречу. Откровенно опасных убивали на месте, остальным давали шанс. Отчего-то сама Зери избежала этой участи. Ее сила пробудилась довольно рано, но долгое время не приносила никаких проблем. Может, ее просто не заметили? Или не нашли из-за частых переездов? Зери порой беспокоил этот вопрос. Вдруг о ней вовсе не знают, и однажды на пороге появится хладнокровная четверка инквизиторов в алой форме и приставит к ее голове дуло пистолета. Зери немало слышала об ужасе, что следовал за слугами церкви.

Небезнадежных детей отправляли на специальные курсы. В крупных городах всегда была своя школа со своим мастером-магом, конечно же, одобренным церковью солнца и алыми инквизиторами. Детям давали ровно три года, чтобы «стать безопасными для общества», научиться подавлять, сдерживать свои способности, проще говоря. Три года до новой встречи с инквизицией, которая неминуемо произойдет, если юный маг не справится со своей силой.

Ей осталось чуть больше полугода. Ее время истекало в июне. И Зери не верила, что о ней снова забудут.

– А если я не хочу сдерживать? Не хочу всю жизнь прятать свою магию от людей, каждый раз опасаясь, что за мной придут?

Зери вытащила из-под вещей украденную книгу. Амрод был магом. Зери так до конца и не поняла, что именно у него за сила. Ему явно подчинялись тени, Зери замечала порой, как тот будто проваливается в темноту, появляясь в другом месте. Да, Амрод упорно скрывал от дочери свою магию, отрицая всякое ее использование. Но Зери видела! Его способности были развиты куда сильнее, чем простое «научился сдерживаться». Нет, отец явно не занимался такой ерундой, он пользовался своей магией на полную катушку. Но как ему удалось развить ее так сильно? А ведь, сумев развить магию, наверняка можно и получить над ней контроль, обманув церковь. Зери поморщилась. Амрод молчал, и ответы приходилось искать самой, в частности, в его кабинете.

Что за способности были у Микаэля, Зери могла лишь догадываться. Дядюшка явно ими пользовался, но Зери никак не могла уловить сам момент использования. Просто чай в его руках вдруг сам собой становился горячим, снег исчезал на дорожке, мешавшие кусты разлетались в клочья. То ли Микаэль был слишком слаб, то ли талантливо скрывал от любознательной девушки свою настоящую силу.

Бесит.

Зери раскрыла ладонь, не давая алым искрам пожечь себе пальцы. Ей достались молнии. Яркие алые молнии, непослушные, часто калечили свою же хозяйку. Как же бесит! За все время посещения этих дурацкий курсов Зери научилась лишь пробивать этими молниями здоровенные дыры в бетонной стене и разносить в щепки манекены. Обычно курс длился около года, максимум двух для сложных случаев. Зери торчала там уже два с половиной без видимого прогресса.

Ну не были ей близки эти тупые догматы – «блаженство и спокойствие, почувствую себя простым человеком!» Время же стремительно заканчивалось. Бесит!!!

По челке пробежались маленькие молнии. Что Зери, что Амрод были сущим воплощением хаоса, по словам Микаэля. Не будь с ними этого святого на земле, их дом давно бы погряз в вечной войне и хаосе. Но Микаэль всегда был рядом, привносил порядок с упорством истинного перфекциониста. Идеально выглаженные рубашки, идеально белые свитера, идеально ровные пироги с вишней, идеально вымытая посуда, идеально спокойный тон и «никаких дыр от молний и теней, пока я в вашем доме!». Наверное, поэтому дядюшка старался приходить почаще. Не верил, что неугомонное семейство выживет без него.

Зериколь лениво завалилась на кровать, укрытую цветастым пледом. До ее комнаты дядюшке никогда не добраться! Этот филиал ада на земле порой боялся посещать даже отец. Начать с того, что именно в этой комнате было больше всего черных прожженных дыр от молний. Зери даже могла рассказать историю о появлении каждой из них. Давно бы стоило хотя бы переклеить обои, но Амрод не видел в этом смысла до того момента, пока Зери не научится себя контролировать. Дыры немного разбавляли цветные плакаты с мотоциклами, собаками и рок-группами, на почетном же месте висела треснувшая рамочка с цитатами о спокойствии, подаренная дядюшкой. Пыльный стол сплошь завален бесполезными книгами по магии, на стуле гора одежды, а из шкафа торчит плечо спортивного лука.

У нормальных людей должно еще где-то висеть семейное фото. Но в их семье оно было лишь одно. Хранилось у отца в столе. Зери нашла его случайно. На той фотографии ей было пять, она смеялась, держа за одну руку отца, а за другую дядюшку. Странное фото. Зери совсем не помнила ни это черное платье на ней, ни само место, где было сделано фото. Может, это было еще до того, как они начали переезжать? Иногда новые соседи спрашивали ее, еще ребенка – а где твоя мама? Зериколь всегда впадала в ступор от этого вопроса. Почему у нее должна быть какая-то мама? Кто это вообще? У нее уже есть отец и дядюшка. Зачем нужен кто-то еще?

Зери уныло бросила взгляд за окно, где все так же метель упорно силилась перекрасить весь мир в белый. Стоит сказать, у нее неплохо получалось. И как теперь завтра ползти по этим сугробам на курсы, а потом в колледж?

Может, Мирабелла сжалится и подвезет ее? Зери вредно хихикнула. Статная высоченная красотка с белой гривой и выдающейся способностью свернуть в бараний рог кого угодно стала для Амрода сущим проклятием. Мира говорила то, что думала, делала то, что хотела, и с первого же знакомства сумела стать кумиром Зери. Амрод покупал дорогое вино, доставал дочь вопросами о своем внешнем виде и слишком активно радовался каждому приходу «коллеги по работе», напрочь забывая, что у них с Зери вообще-то смежная стена в спальнях. Зери молча уходила ночевать в гостевую комнату. Мира слишком ей нравилась, чтобы осуждать отца. В конце концов он тоже человек.

Снег все падал и падал громоздкими хлопьями. Зери устроилась у окна, уткнулась подбородком в подоконник, задумчиво рассматривая черно-белый пейзаж. В такие моменты ей казалось, что там, в небе, тоже живет волшебник, и, когда ему становится грустно, он посылает на землю снег, чтобы напомнить людям о своем существовании.

Глава 2
Трикстер

Утро началось с затекшей шеи и женского смеха в коридоре. Зери с трудом приподняла голову с отпечатавшейся на щеке страницей. Угораздило же уснуть прямо на книге. К своей великой досаде она и тут не нашла ни слова о развитии своей магии. В книге вообще была какая-то невнятная нудная хроника о магах Венши и то ли легенда, то ли чья-то фантазия о городе магов. И зачем отец вообще ее прятал?

Зери раздраженно сунула книгу под подушку и выползла из комнаты. Первое, что попалось ей на глаза – женская грудь в рубашке отца, следующей была толстенная белая коса, перекинутая через плечо.

– Привет, Мира, – Зери сочла бесполезным поднимать взгляд выше, и так все ясно.

– Полынька! – и Зери тут же утонула в рассмотренной груди. И откуда у отца фетиш на высоких? Хотя, стоит признать, Мирабелла была эффектна. Зери поражал не столько ее рост, сколько сила, сокрытая в женских руках с красивыми рельефными мышцами. Как-то Мира в одиночку подняла диван, когда Зери искала под ним улетевшую резинку для волос. Просто подняла здоровенный диван в гостиной, кажется, даже особо не напрягаясь! Зери тогда так растерялась, что не сразу бросилась на поиски, пару мгновений некрасиво попялившись на Миру с открытым ртом под ее громкий смех. Чудо, а не женщина.

– Я просил не называть так мою дочь.

А вот и недовольный папочка. И чем он, интересно, недоволен с утра пораньше, если Мира опять ночевала здесь?

– Ой, прости, Зери, – ее тут же отодвинули назад.

Зериколь вяло кивнула. Оживать тотально не хотелось. Еще и ползти сейчас по сугробам… К слову!

– Отвезешь меня на курсы?

– Ну конечно, полынька!

– Мира!

И чего он бесится? «Полынька» и «полынька», иногда «полынь». Микаэль и Мира иногда называли ее так, точно намекая на что-то, понятное лишь им одним, Зери забавляло это прозвище, но отец всегда крайне злился. Вот странный.

– Твои курсы в девять, верно? – Мирабелла чуть наклонилась, и Зери наконец посмотрела ей в лицо, в красивое, свежее лицо с живыми синими глазами, будто и не не спала полночи. Черные круги под глазами у Амрода вон говорят об обратном.

– В девять, – Зери грустно кивнула. Может, это тоже какая-то магия? Магия неуставаемости и свежести.

– Тогда у меня еще есть двадцать минут на кофе.

«А сколько радости-то. Очнись, Мира, это чертово утро понедельника!»

– Жду тебя на кухне!

И белый вихрь исчез, оставив в коридоре заспанную семью аэп Морра перед дверью в единственную ванную. Зная Миру, она не будет долго ждать, и опоздавший пойдет на работу или курсы пешком по сугробам.

– Хочешь поехать на байке? – Амрод многообещающе ухмыльнулся.

– За дуру меня держишь? Сам езжай!

– Еще чего! – Амрод потянулся к дверной ручке, однако Зери оказалась быстрее, приперев дверь спиной.

– Ты можешь умыться и на кухне!

– Мне нужно в душ.

– Мне тоже!

– Наглая девчонка, – Амрод раздраженно сдул со лба свежеокрашенную иссиня-черную прядь. – Бери байк и вали отсюда.

– В гробу я видела морозить на нем зад с утра пораньше!

– А зачем тогда права выпрашивала? – Амрод дернул дверь на себя.

– Чтобы в нормальную погоду ездить! – Зери уперлась в дверь, отказываясь проигрывать эту битву.

– Ладно, так мы ничего не добьемся, – Амрод вытянул вперед кулак.

Зери ухмыльнулась.

– Камень-ножницы-бумага!

– Возьмешь ключи на полке, – и дверь ванной захлопнулась под обреченный вой Зери.

– Чтоб ты там утоп!

Зато теперь есть еще пятнадцать минут, чтобы доспать. Можно подумать, это чем-то поможет.

К началу занятия она, конечно же, опоздала: пока мокла в душе, приходя в себя, потом чистила от снега брезент и байк, пыталась его завести и стояла в бесконечной пробке. Где-то в последней начал надрываться телефон. Наверное, ответственная Эльва опять ее потеряла. По итогу в одинокий полуподземный корпус Зериколь зашла с опозданием на полчаса, замерзшая, в облепленной снегом мотоциклетной куртке, с шлемом под мышкой и нежеланием жить дальше.

Плевать. Мастер Льюис сейчас опять будет сотню лет распинаться о самоконтроле и опасности магии, потом все дружно изобразят в подвальном тренировочном зале ничего и пойдут по домам. Надо просто пережить этот чертов день.

– Здрасьте, – Зери пнула дверь класса и, опустив голову, заторопилась к последней парте.

Вряд ли этот высушенный сморчок с дрожащими руками вообще заметил ее отсутствие. На последней парте отчего-то округлила глаза Эльва и опасно замахала рукой.

– Зериколь аэп Морра, – раздался от кафедры незнакомый мужской голос. – Не помню, чтобы так звали кого-то из королевской династии или великих магов. Хотя даже им я бы не позволил так нагло опаздывать на свои занятия.

Зери медленно обернулась. Так, а где сморчок?

За кафедрой стоял высокий молодой мужчина, судя по черным волосам и раскосым чертам – полукровка-нипонец. Здесь, на границе, после войны таких было много. По нипонцам сложно определить возраст, мастеру за кафедрой могло быть как двадцать, так и за сорок. Лицо весьма запоминающееся, похоже, от обоих родителей он взял лучшие черты. А вот черные глаза крайне неприятные, такого океана презрения Зери давно не видела. Вдобавок ко всем красным флагам мастер был одет в самую настоящую мантию, правда современного кроя. Вот уж бред…

– Извините. После снегопада в городе сплошные пробки.

– Ты меня не поняла, – мастер неприятно улыбнулся. – Пошла вон.

Чего? Зери заторможенно задумалась.

– Сама выйдешь или тебя выкинуть?

Прям выкинуть? И как это будет выглядеть?

– Как хочешь, – лениво протянул мастер и щелкнул пальцами. Нет, правда, просто щелкнул пальцами, без всяких бесполезных медитаций, настраиваний и прочего бреда. Зери вынесло из класса воздушным потоком, больно приложив лбом о закрытую дверь, и выбросило в коридор. Дверь за ее спиной громко захлопнулась.

– Офигеть, – Зери медленно села, потирая ушиб. – Это правда была магия?

Не те сопливые недофокусы, что со страданием показывал мастер Льюис, не вспышки чего-то, что обычно получались у учеников. Нет, это была самая настоящая магия, развитая и отточенная до совершенства, магия, подобная теням отца, только куда сильнее.

Невероятно.

Это что, чудо?

Зери захлопала себя по карманам в поисках мобильника. Вспыхнувший экран показал пять пропущенных от Эльвы и короткую СМС от ее брата, гласившую «Тебе капец». Спасибо, Тенгуми, краткость – сестра таланта.

«Это что за черт?» – тут же полетело в ответ. Эльве писать бесполезно, а вот ее братец-близнец не такой правильный.

«Почему он колдует, как треклятый Мерлин?! И где сморчок?!»

Сообщения остались непрочитанными. То ли Тенгуми специально ее игнорировал, то ли новый мастер и впрямь был таким строгим, что доставать при нем телефон было сродни подписанию себе приговора. Зери раздраженно фыркнула. Домой, что ли, поехать? Так она хотела остаться на вечер у Эльвы, а проделывать двойную дорогу на ледяном коне не очень-то улыбалось.

Как же упорно ей не везет. Зери снова подобрала шлем и направилась вниз по лестнице. Тренировочный зал всегда был открыт. Мастер Льюис настаивал, чтобы они всегда приходили туда, когда совсем же было невозможно сдержаться. Пожалуй, стоит наконец воспользоваться его добродушием.

Тусклые желтые лампы мигнули и зажглись, освещая потрепанный подвал, заполненный старыми матами и битыми жизнью манекенами. Когда-то во времена войны тут был бункер: стены здесь вдвое, а то и втрое толще обычных, впрочем, после тренировок Зери во многих местах зияли солидные сколы и дыры.

Где там этот несчастный? Зери вытащила из общей кучи самый убитый, почерневший от скверной жизни манекен и поставила к стене, где, по ее мнению, не хватало художественных дыр.

Эльва как-то сказала, что своими стараниями Зери однажды превратит подвал в кусок дырявого сыра. Было в этом что-то заманчивое. Зери отошла обратно к дверям и подняла руки.

Ба-бах!

Ярко-алая молния сорвалась с пальцев, правда, в манекен не попала, зато выбила из стены порцию каменной крошки.

Ба-бах! Ба-бах!

Манекен разорвало на части, с грохотом разлетевшиеся по всему залу. Как же Зери обожала эти моменты: ощущение силы, срывающейся с кончиков пальцев, было непередаваемым.

За время торчания на курсах Зери сменила три группы, и лишь в последней нашлись двое, не боящиеся этой силы. Но, черт возьми, Зери нравилось, когда ее боялись, нравились шепотки за спиной и боязливые взгляды. Ей нравилось быть чудовищем в глазах сверстников. Раз боятся – значит слабаки и никчемные придурки!

Ба-бах! Ба-бах!

Со стены снова посыпалась крошка.

– И это все?

Чего?! Зери резко обернулась. В дверях стоял тот самый надменный мастер, за его спиной на лестнице толпилась вся группа. Это что, он так быстро закончил промывать им мозг? Да даже часа еще не прошло.

– Я, кажется, уже выгнал тебя с занятий. Мне переместить тебя на этот раз на улицу? – мастер сложил руки на груди.

– Права не имеете, – Зери зеркально скопировала его позу. – По правилам курсов ученики могут посещать зал в любое время по личной необходимости. А я считаю необходимостью свое сейчас здесь присутствие.

– Вообще она права, – прозвучал из толпы голос Эльвы. – В правилах действительно есть такой пункт.

– Ладно, – мастер равнодушно махнул рукой. – Сдвинься с середины зала, если не собираешься калечить своих одногруппников.

Зери равнодушно фыркнула. Там вся группа-то, кроме нее, еще пять человек. При желании они перекрикиваться через этот зал могут.

– Поздравляю, ты нажила себе смертельного врага.

Кто бы сомневался, что Тенгуми с Эльвой выберут именно ее угол зала.

– Так что это за черт? – раздраженно повторила свой вопрос Зери, наблюдая, как мастер расставляет учеников по залу в одном ему известном порядке.

– Мастер Риден, – Эльва мрачно проследила, как Селену отодвинули подальше ото всех. – Сказал, что Льюис ушел на пенсию, и теперь он будет нас пытать.

– Ты хотела сказать «воспитывать»?

– Нет, – лицо Эльвы осталось непроницаемым.

– Жаль, ты не слышала, он тут целый спич выдал о величии магии и ее возможностях, – Тенгуми поморщился, – можно подумать, законы не для него написаны.

Законы, точно. Зери тоже скривилась.

Целый список, нарушение любого из пунктов которого каралось все тем же явлением алой инквизиции и смертью. Любая провинность – смерть, любой шаг в сторону – смерть. Будто маги – прокаженные, зараза, которую церковь солнца стремится поскорее выжечь. Один из первых законов гласил – магию запрещено улучшать. Никаких новых заклятий, никакого развития силы. Выпускай свою силу лишь в самом темном углу, где никто не видит, и молись, чтобы за твоей спиной уже не стояли инквизиторы. Ведь солнце всеведуще.

– Чего встали? – за спинами учеников карающей тенью возник мастер.

Эльва с Тенгуми одновременно поморщились, как от зубной боли. Такие разные и одновременно одинаковые. Тенгуми родился на две минуты раньше сестры и почти полностью унаследовал черты матери-нипонки. Эльва пошла в отца, о смешении крови в ней говорили лишь слегка раскосые глаза и брат, что никогда не отходил от нее дальше, чем на метр. Зери как-то даже шутила про разделенных сиамских близнецов, за что получила лишь два осуждающих ярко-голубых взгляда.

Ничего удивительного в том, что и магия одного в этой паре зависела от магии другого. Мастер Льюис в свое время назвал это магическим дуализмом.

Близнецы соединили ладони. От их рук лучом продлился огромный сияющий меч, разрубивший манекен ровно на две половинки. Может, все дело в том, что их двое, но Эльва и Тенгуми были единственными из всей группы, кто всегда идеально контролировал свою силу.

Мастер равнодушно проследил, как падают на пол разрубленные части.

– Оба можете быть свободны. От курса тоже.

– Но мы не отучились год, – Эльва непонимающе нахмурилась.

– Если у тебя есть лишнее время, потрать его на что-то более полезное, – мастер даже не повернулся. – Даже мастер Льюис уже давно подписал вам все бумажки. Не вижу никакого смысла держать вас тут.

– Эльва, пойдем, – Тенгуми потянул сестру за рукав. – Нам еще в церковь за удостоверением идти. Пойдем!

Эльва явно хотела сказать что-то еще, но все же промолчала, поддавшись брату.

В углу зала остались лишь двое. Зери ухмыльнулась и щелкнула пальцами. Думаешь, ты один такой сильный? Невидимая молния просвистела мимо уха мастера, с грохотом выбив из стены перед ним целый кирпич. Мастер Риден даже не обернулся.

– Мастер Льюис потратил на тебя почти три года, – Зери дернулась, услышав равнодушный голос. – А ты даже спонтанные выбросы силы контролировать не научилась. Ведь не научилась же? – он обернулся с неприятной улыбочкой.

Зери подавила желание всадить следующую молнию мастеру в лицо. Вот черт! Признаться в том, что хотела напугать учителя, или в том, что совершенно бездарна?

– Ладно, аэп Морра, дам тебе шанс искупить вину, – мастер неторопливо отошел на противоположный край зала, брезгливо пнул в сторону уничтоженный манекен, занимая его место. – Заденешь меня хоть раз, прощу пропущенное занятие, если сумеешь удивить меня в процессе, так и быть, дерзость тоже прощу.

– А иначе?.. – Зери зло ухмыльнулась, разминая кисти.

– Вылетишь отсюда, – мастер не улыбнулся.

Была бы здесь Эльва, схватилась бы за голову, зло шипя о том, сколько законов Зери сейчас нарушит, нападая на другого мага. Но Эльвы здесь не было, а ученики в другой части зала не обращали на них внимания.

Бах! Бах! Бах!

Три алые молнии полетели в цель, но все, как одна, разбились о мерцающий голубой щит, вдруг возникший перед мастером. Проблемная недоучка, да? Может, и так, может, Зери и не научилась подавлять силу, зато так просто получалось ее менять! Молнии становились быстрее и злее, молнии били с разных сторон, становились невидимыми, стоило только Зери как следует разозлиться. Будто сама ее сила яростно бунтовала против сокрытия.

– Это все? – он откровенно смеялся ей в лицо.

Гад!

Следующие три молнии полетели не прямо, а отрикошетили от стен, стараясь достать свою жертву со спины или сбоку. Увы, щит просто увеличился, волшебным пузырем закрывая мастера со всех сторон. Или не со всех?..

Зери на пробу покидала еще молний, принципиально не делая их невидимыми. Конечно же, все они не добрались дальше щита.

– Какое разочарование, – мастер наигранно вздохнул. – Впрочем, чего еще ждать от мага, что третий год не может закончить элементарный курс.

– Да пошел ты! – Зери раздраженно сложила руки на груди, изображая поражение.

– Как я и думал, – купол щита спал. – Ты ни на что не…

Пучок невидимых молний вылетел из пола, прошивая насквозь эту отвратительную мантию. Мастер удивленно поднял рукав, разглядывая решето вместо ткани.

– Кажется, я победила, – Зери ухмыльнулась.

– Твое счастье, что в моих планах не было атаковать тебя в ответ, – мастер раздраженно скинул испорченную мантию, под ней оказался непримечательный свитер и, о боже, совсем не пафосные и не магические черные джинсы.

– Ты изменила свою магию. Инквизиция сжигает за такое на месте, – он неторопливо пересек зал, понизив голос, чтобы не создавать лишнего эха.

– Тогда вместе гореть будем, мастер Риден, – Зери подняла голову, с вызовом глядя в черные глаза.

– Как думаешь, кому наши друзья в алом поверят больше: проблемной недоучке или заслуженному мастеру?

– Думаю, у заслуженного мастера куда выше шанс создать заклинания, чем у недоучки, не контролирующей свою силу.

Между взглядами пробежала молния, на этот раз не магическая, но весьма неприятная, порождающая в Зери будоражащее чувство опасности. Как бы она ни храбрилась, а Риден прав, инквизиторы поверят скорее ему, чем ей.

– Ладно, аэп Морра.

– Зериколь.

– Еще скажи, по имени к тебе обращаться, – мастер закатил глаза.

– Было бы неплохо, Риден.

Нехорошая улыбка пробежала по лицу мастера. Он медленно наклонился, так что Зери почувствовала горячее дыхание на своем ухе.

– Раз уж мы заговорили про опасные заклинания, позволь покажу тебе, что на самом деле представляет из себя моя сила.

Он ничего не сделал, вообще ничего, просто на ближайшей стене вдруг появился разрез, идеальный разрез, как от удара катаной, если бы, конечно, катана могла пробить бетонную стену линией в три метра и еще где-то на полметра вглубь. Зери сглотнула.

– Еще раз проявишь ко мне неуважение, я разрублю так тебя, – вкрадчивый шепот заставил нервно вздрогнуть.

И мастер тут же отстранился, довольный произведенным эффектом.

– Немногие маги обладают силой такой мощи, как твоя, – лениво заговорил он, – и лишь единицам хватает таланта и бесстрашия изменять свою магию. Я могу научить тебя большему, куда большему, чем сумеешь создать ты сама. Если ты, конечно, захочешь.

– А потом мы вместе пойдем гореть на костер? – Зери нервно хмыкнула, в душе уже принимая решение.

– Нет, Зериколь, – мастер нежно улыбнулся, – ты сгоришь одна.

Глава 3
Падает снег

Кофе отдавал приятной горечью, день перестал быть таким уж противным. Валяться в углу на матах, укрывшись дырявой мантией мастера, было куда приятнее, чем два часа изображать из себя контроль и смирение. Вдобавок из угла было прекрасно видно страдающих одногруппников. Кажется, про пытки Эльва не пошутила.

Мастер Льюис обычно снисходительно относился как к ученикам, так и к их неудачам. Мастер Риден, казалось, готов был убить взглядом за малейшую оплошность. У Селены вон уже глаза на мокром месте, после того как учитель ледяным тоном отчитал ее два раза. Селене вообще крайне не повезло с ее магией. Милая миниатюрная блондинка с большими зелеными глазами и тихим голосом. Она тоже страдала на курсах уже второй год и очень-очень хотела завести друзей. Но такое благое и доброе желание делила на ноль ее магия – аура настоящего ужаса, возникающая абсолютно спонтанно. И все желанные друзья разбегались после первой же вспышки, вновь оставляя Селену в одиночестве. Зери порой становилось даже жаль ее. Она немного знала о Селене, кажется, у той была строгая старшая семья, а родители и вовсе церковники. То еще везение.

Одиночество Селены разрушили все те же двое – Эльва и Тенгуми. Зери еще тогда решила, что близнецы или ушибленные на голову, или у них дома творится еще больший ад, раз они выбрали себе в друзья ее и Селену. Ни стремные молнии, ни аура ужаса не повлияли на их поистине святое спокойствие.

Но сейчас ни Эльвы, ни Тенгуми рядом не было, и Селена психовала и дрожала, заставляя остальных одногруппников шарахаться от нее на другую сторону зала. Зериколь прищурилась. Забавно, но мастер игнорировал ауру. Любопытно, у него нервы стальные или тоже какое-то заклинание?

Риден вообще имел своеобразный стиль преподавания. Ему плевать было на душевное равновесие, сдержанность и прочие излюбленные догматы Льюиса. Мастер Риден требовал беспрекословного подчинения его указаниям, требовал применять магию, а не пытаться удержать внутри, требовал, чтобы каждая вспышка силы была осознанной, а не спонтанной. Сложная задача для подростков, впрочем, куда более простая, чем поддержание душевного спокойствия.

Так за бдительным наблюдением Зери сама не заметила, как задремала. Теплая мантия вместо вымокшей куртки приятно согревала, маты манили прилечь, а дешевый растворимый кофе никак не способствовал бодрости.

Ей почему-то снилось солнце, яркое-яркое, отчего-то кажущееся таким родным и близким. Зери грелась в его лучах, пока вдруг солнце не накрыла густая тень. Весь светлый мир погрузился во тьму, Зери блуждала в этой тьме, спотыкаясь, точно слепой котенок. А тьма, казалось, становилась все гуще, все холоднее, кусала за руки и ноги ледяным ознобом. Зери заметалась в этой тьме, забарахталась, закричала, не в силах выбраться.

Со звонкой оплеухой все вдруг закончилось. Зери резко села, дрожа всем телом и обливаясь потом. Первое, что она увидела, был мастер, снова окутанный голубоватым щитом, смотрящий на нее с подозрением.

– Кажется, я начинаю понимать, почему Льюис никак не хотел выгонять тебя отсюда. Странно, что до сих пор донос инквизиторам на тебя не накатал, – Риден медленно опустил руку, развеивая щит. – Как ты только семью свою не покалечила?

– Папа – сильный маг, – Зери зябко повела плечами, с грустью замечая изрядное количество новых дыр в стенах и потолке. – Его сложно чем-то зацепить. А больше с нами постоянно никто не живет.

– Ты потомственный маг? – мастер заинтересованно вскинул бровь.

– Понятия не имею, – Зери с трудом встала. – Я приемная.

Риден неопределенно хмыкнул. Зери с удивлением заметила, что в зале они остались одни. Интересно, который час? В подвале окон нет, а телефон остался где-то в куртке.

– Советую поторопиться, я закрываю классы.

– Разве ты не собирался меня учить?

Мастер остановился, едва взявшись за ручку двери.

– Неужели ты согласна? Я ведь предупредил, чем это может для тебя закончиться.

– Я знаю, – Зери потерла плечи. – Но лучше рискнуть и обжечься, чем жалеть всю жизнь, что испугался.

– И чем же обоснована такая позиция? – Риден все же обернулся.

– Тем, что я маг, – Зериколь сжала губы. – Магия – мое право по рождению, и никакая церковь солнца не сможет отнять у меня это право. Никто не заставит меня отказаться от своей магии, не заставит сдерживать силу, не запретит познавать и развивать магию. Потому как магия – часть меня, я без нее не я. Так лучше я умру, познав себя, чем буду жить в неведении.

– Твои бы речи да каждому одаренному в этом мире, – мастер улыбнулся, впервые улыбнулся без насмешки или угрозы, просто грустно. – Ладно, птичка, ты меня убедила.

Птичка? Откуда он знает? Или всего лишь совпадение? Зери удивленно приподняла бровь. «Маленькая птичка, что поет даже в самый лютый мороз» – это означало ее имя. Зери не знала, из какого оно языка и почему отец назвал ее именно так, но ей безумно нравилась эта поэтичность значения.

– Но сегодня я и так устал от твоих бестолочей-одноклассников, а ты еще своими стараниями лишила меня теплой одежды, – мастер показательно встряхнул дырявую мантию. – Не сегодня.

– Я могу компенсировать! – Зери заторопилась вслед за учителем.

– Да неужели?

– Могу подбросить вас до дома. Или тут недалеко есть кофейня с хорошим кофе.

– Ты, если уж решила наглеть, то до конца наглей, без внезапных уважительных переходов.

– Так подбросить тебя до дома, Риден?

– Мастер, – черные глаза опасно полыхнули. – Можешь не выкать, но для тебя я мастер или учитель, если так угодно.

Зери нервно сглотнула, прижимая к груди высохшую куртку и шлем.

– Конечно, мастер.

На улице уже смеркалось, зимой в этих краях дни были совсем короткими. Снова шел снег, колючий и сухой. Завидев, что случилось с непокрытым байком, Зери обреченно застонала, хватаясь за голову.

– Знаешь, если ты хотела самоубиться, то могла выбрать менее извращенный способ, – мастер насмешливо осмотрел заметенный мотоцикл. – И давно ученикам разрешают водить?

– Я нормально вожу! – Зери вытащила из седельной сумки щетку. – Нужно же мне на чем-то добираться через весь город.

– И что на это говорит твой отец?

– Обычно говорит, что ключи на полке, – Зери заработала щеткой, уже заранее угрюмо осознавая, что в метель она даже выехать отсюда не сможет.

За спиной раздался раздраженный вздох. Легкий щелчок, неразличимый среди хруста снега. Мотоцикл накрыло щитом, очень похожим на тот, что мастер вешал на себя, но куда плотнее и больше. За щитом было куда теплее, не дул ветер, а снег не попадал, а тот, что был, быстро таял, стекая на землю лужицами.

– Ничего себе, – Зериколь опустила щетку, с раскрытым ртом пялясь на щит.

– Идем за твоим кофе, – мастер раздраженно повел плечами. – Если ты разобьешься в метель на своей колымаге, я не смогу больше издеваться над тобой.

– А щит? – удивленная Зери даже проигнорировала вторую часть тирады.

– Пока я поддерживаю его, никуда не денется. Мотоцикл, кстати, тоже не сможешь из-под него вытащить.

– Правда? – Зери не была бы собой, если б не проверила. И правда, мотоцикл врезался в стену купола, будто в обычную бетонную, и тут же отскочил.

– То есть на слово ты мне не поверила?

– Никогда не видела такой магии!

– Ты никогда не видела девяносто процентов существующей магии, так что, если однажды полезешь проверять на достоверность солнечные копья, даже останавливать не буду. Говорят, идиоты попадают в рай без очереди.

Зери смутилась, молча подхватила шлем и вышла из купола.

– Тут недалеко, – она даже не обернулась, чтобы посмотреть, следует ли мастер за ней. Щеки жгло смущением, а в душе поднималась волна какого-то наивного детского восторга. Ни то, ни другое мастер явно не оценит, а нарываться на новые едкие шуточки совсем не хотелось.

Кофейня и впрямь располагалась всего через два дома. Зери иногда заходила сюда вместе с Эльвой за ее любимыми пирожными и латте. Зери вообще считала, что понять, что за человек перед тобой, можно по его выбору кофе. Эльва вот всегда пила латте, ее брат извращался на американо с огромным количеством сахара, Селена любила раф с сиропом и сливками, а сама Зери выбирала обыкновенный капучино.

Мастер взял обычный черный чай.

Извращенец. Зери смотрела на эту чашку чая с непередаваемым выражением разочарования и отвращения, пока мастер нейтрально не произнес:

– Кофе влияет на твою магию, ты знала?

– Что? – она удивленно покосилась на густую молочную пену в своей чашке.

– Кофе, острый перец, незнакомые пряности, алкоголь, – чайная ложечка неторопливо задвигалась, помешивая заваривающийся чай. – На самом деле там солидный перечень, не считая еще индивидуальных составов. Все это влияет на твою нервную систему и ослабляет магию.

– Как физиология вообще может быть связана с магией? – Зери скривилась.

Они заняли самый дальний столик у окна, так что можно было говорить открыто, не боясь быть услышанными.

– А чем, по-твоему, ты колдуешь? Призраком дядюшки?

– Душой?

Мастер хмыкнул.

– У местных монахов существует теория о бесконечном перерождении душ. Если магию порождает душа, значит ли это, что в мире всегда существует ровно одно и то же количество магов?

Зери задумалась.

– Это в том случае, если теория верна.

– Она верна. Как верно и то, что, как бы алые ни старались, не сумеют полностью уничтожить магов, так как наше количество всегда постоянно. Именно поэтому святоши взялись за качество.

– Откуда ты это знаешь?

Мастер ухмыльнулся.

– Снова не веришь мне на слово?

– Ты не даешь фактов.

– Записи в церковных архивах являются для тебя фактами?

– Откуда?..

– Кстати об архивах, – Риден сделал глоток и отставил чашку на стол. – Я не учу никого бесплатно. И нет, я не о пустых бумажках сейчас говорю.

– А о чем? – что-то в этом деловом тоне Зери уже не нравилось.

– Достанешь для меня книгу из архива главного собора солнца.

Зери поперхнулась.

– Ты шутишь?!

– А похоже? – мастер равнодушно вскинул бровь. – Эти солнцедвинутые крысы забрали мой гримуар, я всего лишь хочу вернуть свое. Но, как понимаешь, меня они точно сразу узнают и даже на порог не пустят, а вот ты – другое дело.

– Да ты спятил! Я не стану воровать у церкви!

– Станешь, – Риден оставался абсолютно спокоен. – Не ты ли полчаса назад убеждала меня в том, что лучше умрешь, чем будешь жить в неведении? Вот он – твой шанс доказать, что умеешь работать не только языком.

Зериколь длинно выдохнула.

– Хватит трястись, как больной кролик, – мастер равнодушно уставился на ошарашенную девушку. – Сначала я обучу тебя. Какой смысл отправлять сразу? Тебя тогда поймают, а я снова останусь без книги.

– Резонно, – Зери чуть успокоилась.

– Соплячка, – мастер неторопливо потягивал чай, насмешливо рассматривая сидящую напротив ученицу.

Зериколь сразу выделялась среди сверстников. Во-первых, она была ощутимо старше, даже не по возрасту, скорее психологически. Похоже, жизнь воспитала ее куда быстрее. Ярко-синие волосы, непривычные открытые черты и большие янтарные глаза, их цвет чем-то напоминал хороший виски. Пожалуй, чересчур худовата, не хватало приятных глазу женских плавных линий и округлостей. Зериколь же вся была острой, точно лезвие заточенного ножа, поджарой, как хорошо натренированная гончая. Особенно сильно это читалось во взгляде – пытливом, голодном до добычи и знаний. Таким людям только дай цель – они полетят за ней, ломая любые стены на своем пути. А все эти наносные эмоции не могли скрыть истинной натуры.

Пожалуй, заняв пост наставника в этом унылом пограничном городе, Риден случайно для себя нашел алмаз в горе плевел. Осталось лишь огранить этот алмаз под себя, подогнать под нужный размер, отшлифовать и продать повыгоднее, если придется. Но сейчас почему бы не воспользоваться таким удачным собеседником. В конце концов в этом мире больше не было никого, с кем бы Риден мог поделиться хотя бы частью своих идей.

Вечер медленно опускался на город. Метель все не прекращалась, запирая людей в домах, а кого-то в полупустой кофейне на окраине города.

В какой-то момент Зери устало положила голову на руки, грустно вглядываясь в снег за окном.

– Кто такая Тень?

– Такой. Это мой пес, – Зери не подняла голову. – Огромный черный волкодав почти с меня размером, очень добрый. Мы всегда были вместе, сколько себя помню.

– Ты звала его во сне.

– Да, – Зери вздохнула. – Тень всегда защищал меня от кошмаров.

– И что с ним случилось?

– Умер три года назад. Машина сбила, – Зериколь сморгнула навязчивые слезы. – Я перестала контролировать свою магию с тех пор. Пришлось даже на курсы идти. Будто вместе с Тенью умерла и часть меня.

За столом воцарилось молчание. Каждый думал о чем-то своем, наблюдая за бесконечным потоком снега в оседающих сумерках.

Заорал мощным роком телефон. Зери страдальчески захлопала себя по карманам.

– Чего надо?

– Неугробленный байк, – отозвалась трубка голосом Амрода. – Мишель интересуется, не нужно ли тебя забрать. Явно сама сегодня не доедешь.

– А мотоцикл я где оставлю?

– Где сможешь, там и оставишь. Что, в школе негде?

Зери вспомнила узкий коридорчик, ведущий в класс, и печально признала, что да, негде. Не просить же мастера подержать щит пару дней.

– Негде.

Амрод страдальчески вздохнул.

– Поищу эвакуатор, – ей послышалось, или в голосе отца отчетливо прозвучала вина?

– Не надо, я к Эльве доеду, как видимость чуть лучше нуля станет.

– Она же вроде рядом совсем живет? Пусть так. Напиши мне, как доберешься.

– Напишу, если решу заночевать в сугробе. Конечно, доберусь.

– Зери, не зли меня. А то и в ясную погоду ключи не получишь.

– Ладно, ладно! – знает ведь, чем пригрозить. – Я напишу.

Вызов сбросился. Зериколь немного удивленно увидела сообщения, пришедшие еще несколько часов назад.

Эльва: «Мы забрали бумаги и можем вернуться».

Эльва: «У тебя все хорошо?»

Эльва: «Этот черт тебя не обижает?»

Эльва: «Езжай сегодня к нам, через весь город на мотоцикле не доедешь».

Эльва: «Селена говорит, что ты там уснула. Не оставайся с этим стремным придурком!»

Эльва: «Плевать, что он мастер, вали от него!»

Эльва: «Мы с Тенгуми можем тебя встретить».

Эльва: «Зери, ты где?»

Тенгуми: «Если надумаешь прибить психа – скажи».

Как обычно, краткость – сестра таланта. Зери бросила взгляд за окно. Метель понемногу стихала, упорно не желая заканчиваться совсем. Стоит поехать сейчас, пока Эльва и впрямь не начала операцию по ее спасению.

– Спасибо за помощь и компанию, – она неловко улыбнулась. – Мне стоит выехать сейчас.

– Не убейся, – мастер лениво щелкнул пальцами.

Вероятно, щит спал. Зери заторопилась, пока мотоцикл снова не засыпало снегом. Мимоходом в голову закралась мысль о том, что держать столько времени заклинания активными совсем непросто. Однако за все время их беседы мастер не проявил ни малейшего признака усталости. Что это – талант или опыт? А может, и то и другое?

Дорога опасно скользила. Снег летел из-под колес, ехать приходилось в два раза медленнее. В этом регионе снег обычно бывает раза три за зиму. Так что на этот раз за напасть?

Стоило Зери подъехать к дому Эльвы, как ворота во двор, а затем и в гараж приветственно открылись, пропуская замерзшую девушку в тепло.

– О, смотри-ка, живая, – Тенгуми лениво опустил за ней ворота гаража. – А я говорил, что тварь вроде тебя от какого-то психа не помрет.

– Ну спасибо, – Зери закинула на ближайшую полку шлем. – Всегда знала, что ты мастер комплиментов.

– Всегда пожалуйста.

– Зери! – а вот Эльва ее явно уже похоронила. – Где тебя черти носят?!

– Всего лишь пережидала метель в кофейне.

– На сообщения почему не отвечаешь?!

– Да не видела я!

– Псих занял все мое внимание!

– Тенгуми! – парень довольно заржал под двумя уничижительными взглядами и скрылся в доме.

– Риден не псих, – тихо пробормотала Зери, уныло шагая в дом следом за Эльвой.

– Риден? Ты знаешь его меньше суток. Уже влюбиться успела?

– Я что, похожа на идиотку?

Судя по красноречивому взгляду Эльвы – да, похожа. Зери обречено вздохнула, строча отцу короткое сообщение.

– Надеюсь, разборки у вас сегодня не предвидятся?

– Отец опять в командировке, – Эльва потянула подругу на второй этаж. – А мама вчера поругалась с Тенгуми, и теперь они друг друга игнорируют.

– Даже спрашивать не буду, из-за чего они поругались.

– Из-за соевого соуса, – с непроницаемым лицом произнесла Эльва.

Семейство Эльвы можно было назвать уникальным во всех смыслах. Для начала стоит уточнить, что ее отец Дзирдаэль Дриус принимал непосредственное участие в прошедшей войне в звании тогда еще капитана. А мать была нипонкой – представительницей коренного населения охваченной войной страны. Зериколь не знала все подробности их знакомства, но точно знала, что Арико Рикуда вышла замуж по любви, и дом в Конугоне был их общим с Дзирдаэлем домом. Собственно, на этом красивая история любви заканчивалась и начиналась повседневность. Арико отказалась брать фамилию мужа, аргументируя это тем, что ее древний род не должен прерваться. По этой же причине Тенгуми и Эльва носили разные фамилии и имена разных народов. Зери даже думать не хотела, что бы случилось в этой семье, родись у них один, а не два ребенка. Арико обладала крайне эмоциональным и вспыльчивым характером, а так как и ее муж, и дети имели схожие черты, в семье гремели скандалы на пустом месте, а потом бурные примирения. Самым странным было то, что всех это, кажется, устраивало.

Зери вот с трудом могла представить, как это ссориться с отцом по два раза в неделю, а потом полдня играть в молчанку. Нет, они могли привычно пошипеть друг на друга из-за какой-то мелочи, но полноценные ссоры в их семье случались лишь дважды, и оба раза запомнились Зери как самые черные дни ее жизни.

– Сходи погрейся, – Эльва сунула в руки подруге знакомое полотенце и свою домашнюю одежду. – С обеда рамен остался. Тебе принести?

– Спрашиваешь.

Немногие могут похвастаться таким домом. Солидное двухэтажное строение с гаражом и верандой, и внутри, и снаружи в исключительно нипонском стиле, с укрытыми татами полами и бумажными дверьми. Дзирдаэль в своем «путешествии» преисполнился бусидо и еще каких-то странных, не особо понятных Зери, верований, и наставлял по ним детей. Хотя бы в этом они с Арико были солидарны.

Теплая одежда дарила ощущение уюта, рамен пах так вкусно, что в животе голодно заурчало. Зери даже вспомнила, что вообще-то с самого утра ничего не ела.

– И что случилось после того, как мы ушли? – Эльва села напротив, точно заботливая мамочка, следя, как Зери поглощает ужин.

– Ничего. Он же отстранил меня от занятия, вот я и уснула.

Врать Эльве было неприятно. Все-таки она была первой подругой за всю жизнь Зери. Тень и дядюшка не в счет, все-таки они не могли в полной мере называться «подругой». Вот только Эльва имела существенный минус, как, впрочем, и ее брат – патологическую честность. У Эльвы к ней добавлялась еще и крайняя правильность и добропорядочность, что в комбинации ну вот совсем кошмар. Нет, та же Селена, например, была в восторге, считая эти качества в подруге одними из лучших. Но Селена никогда особо ничего не скрывала. А вот у Зериколь хватало скелетов в шкафу.

– Уснула, укрытая его мантией.

– А что такого? Мне было холодно, а она тут рядом лежит.

– Тенгуми видел вас вдвоем в кофейне.

И когда это он туда приходил? А купол над мотоциклом тоже видел?

– Мы просто пережидали метель.

– Зери, кому ты врешь? – Эльва осуждающе склонила голову. – Ты не хуже моего знаешь, что этот человек заслуживает суда солнцем, а не твоего доверия. Думаю, мы с Тенгуми даже напишем жалобу.

– Не надо.

– Надо, Зери, – Эльва терпеливо повторила, точно объясняя маленькой девочке. – Такие, как он, нарушают закон. И ты не хуже меня знаешь историю, и что случается, когда маги начинают развивать свои способности. Или тебе нравится идея нового апокалипсиса?

Зериколь промолчала.

– В прошлый раз только церковь верой в солнце и алые инквизиторы сумели остановить магов. Но сколько людей умерло в этом противостоянии? Сколько невинных? Я не хочу возвращения тех времен. Мне жалко простых людей, мне жалко магов. Никто не хочет снова ощутить на себе молот ведьм, лишиться спокойной жизни.

Зериколь продолжала молчать, опустив голову.

– А Риден и ему подобные раскачивают лодку. Ты не слышала его речь в начале. Это чистой воды богохульство! Лучше бы он просто оскорбил солнце, чем нес такую ересь.

– И каждый, кто решит понять суть магии – еретик? – Зери подняла взгляд на подругу.

– Да! – немедля отозвалась Эльва.

– А если я решу, что хочу понять свою магию, хочу научиться изменять ее, совершенствовать, хочу сделать ее частью своей жизни? Если я скажу, что закон несправедлив? Если скажу, что церковь лжет нам? Ты осудишь меня?

– Да!

– И сдашь алой инквизиции?

Эльва открыла было рот, но тут же закрыла обратно.

– О, смотри, ты уже сомневаешься.

– Я знаю, что ты никогда так не поступишь. Зачем тебе становиться врагом всех магов?

– Магов или церкви солнца? Мы не одно и то же. Ты не думала о том, что историю пишут победители? Что в этой поучительной сказке о злых магах и добрых солнечных церковниках зло могло быть совсем иным?

– Прекрати.

– Магия способна не только причинять вред. Тогда зачем утверждать, что она лишь опасна? Зачем превращать в глазах детей их дар в проклятие? Разве не оттого, что куда проще контролировать слабых, боящихся самих себя раболепных овец?

– Зери, заткнись! – Эльва хлопнула по столу ладонью. – Прекрати. Это мастер тебя надоумил? Я же сказала, что от таких, как он, не бывает ничего хорошего!

– А если ты судишь книгу по обложке?

– Скажешь, я не права насчет него?

– Ты не права, – послушно повторила Зери. – У Ридена специфические методы, не похожие на то, чему нас учил Льюис, но в одном он точно прав – чтобы контролировать свою магию, нужно овладеть ею. Ведь вы с Тенгуми именно так прошли курс, следуя советам отца и вашему кодексу чести, тренируясь в поте лица, а не тратя время на бесполезные медитации.

Эльва замолчала, на это ей возразить было нечего.

– Не спеши судить человека лишь по первому впечатлению. Что если своей «ересью» он поможет Селене наконец научиться контролировать свою ауру? Что если избавит меня от кошмаров? Я знаю, тебе-то уже без разницы, но у меня осталось меньше года, чтобы закончить курс, а успехов никаких. Эльва, я не хочу окончить свою жизнь на костре или расстрелянной, как бешеная псина!

– Прости, – она опустила голову, – с такой стороны я не подумала.

– Все хорошо. Я же знаю, что ты всегда хочешь, как лучше, – Зери потянулась к подруге, обнимая ее за плечи.

– Если хочешь, мы с Тенгуми можем тебя потренировать.

– О нет! Ни за что! Ваш долбанутый кодекс точно не для меня!

Уже ночью, лежа на жесткой кровати, Зери думала о том, как много в мире вещей, которые она хотела бы изменить, и как мало может изменить на самом деле.

«Я бы хотела, чтобы Тень был жив.

Чтобы маги больше не скрывались.

Чтобы магии учили в настоящих школах.

Чтобы маги не боялись своей силы.

Чтобы не было церковных законов.

Я бы хотела, чтобы таких, как Риден, не считали сумасшедшими изгоями.

Чтобы Эльва не судила о людях так категорично.

И чтобы отец с Мирой не мешали мне спать по ночам».

Зери вздохнула.

«Надо заставит батю поставить в своей комнате звукоизоляцию».

Глава 4
Темные времена

Унылые будни потянулись один за другим: колледж, дом, переписки с Эльвой, ужин с Мирой или Микаэлем, сон. Проклятый снег растаял на второй же день, не оставив и напоминания о зловредной метели. Даже немного жаль. Снег напоминал ей о странном понедельнике и долгом разговоре. Во вторник она еще помнила его ясно, как вчера. В четверг начала сомневаться. В субботу он показался ей сном. В воскресенье Зери снова снился Тень. Сны с ним каждый раз были больными и смутными. В этих снах она видела огромного черного пса, что улыбался ей, она пыталась дотянуться, погладить жесткую шерсть, но с каждой попыткой пес отстранялся все дальше и дальше. Зери все звала его, кричала, но никак не могла догнать.

Она проснулась в слезах и с дикой головной болью. Какой же ад! Зери еще какое-то время куталась в одеяло, сжимая руками виски в надежде на возвращение сна, но нет. За головной болью следовала закрытая на два часа дверь ванной. Видимо, Мира опять намывала свои волосы. Затем обнаружился пустой холодильник, вместо нормальной еды предлагающий пожухлую морковку и кусок старого сыра. Может, доехать в какую-нибудь кафешку? Или за продуктами. Зери почесала немытые волосы и с отвращением вспомнила, что отец вчера отвез мотоцикл на техосмотр и вернет лишь сегодня вечером. Нужно все еще ждать Миру из душа.

И в чем вообще проблема самому купить машину? Зери скрипнула зубами. В коридоре раздались шаги.

– Детка, ты там? – на кухню вошел заспанный отец в одних трусах. – У нас есть еще пара часов, пока Зери не встала.

– Нет, нету, – Зери мрачно ткнула в кнопку кофемашины. Та заворчала, чтобы через секунду сообщить о том, что зерна кончились, и, разумеется, запаса не было.

– Какого демона ты вскочила в такую рань? – Амрод раздраженно плюхнулся на стул. Как приятно, когда не только твой день испорчен. – Обычно дрыхнешь до обеда, а тут подорвалась.

– Захотела и встала, – Зери приподняла крышку отсека для зерен, мрачно понимая, что кофе сегодня не получится вообще никак. – Ты бы хоть оделся.

– Сейчас в душ схожу и оденусь.

– В очередь, – Зери показала отцу язык. – Или Миру поторопи.

– Смысл ее торопить? Она пока полбанки шампуня на свои волосы не потратит – не выйдет, – Амрод махнул рукой и повторил ошибку Зери, заинтересованно открыв холодильник. – Ты чего не следишь за продуктами?

– Так ты же дома. Боже, даже хлопья закончились!

– Действительно, – отец скис.

«Съехать от них, что ли?» – Зери уныло налила в стакан воды, спасибо, хоть в ней дефицита не было.

– Мишель вчера просил тебе передать, что сегодня не сможет прийти.

Что ж, кино с дядюшкой тоже отменяется. Зери философски пожала плечами. Сегодня просто паршивый день. Ничего больше. Эльва как-то объясняла, что в их семейном кодексе, или что у них там, говорилось о том, что мир стремится поддерживать баланс, а значит, чем больше неприятностей на тебя сыплется сейчас, тем большая удача ждет в будущем. Зериколь находила такую идеологию забавной – все-таки жизнь довольно хаотичная штука, и пытаться загнать ее в такие законы – лишь утешать себя.

Телефон тихо тренькнул. А вот и Эльва, легка на помине. Однако на экране высветилось сообщение с незнакомого номера. Странное сообщение. Это была точка геолокации и короткая подпись: «Через час жду на этом месте, если ты, конечно, не передумала. Не советую опаздывать».

Зери потребовалась пара минут, прежде чем в голове щелкнуло. У мастера курса ведь были номера всех учеников.

Можно было предупредить и заранее.

Она ткнула на точку геолокации. Не так уж и далеко. Зери нахмурилась. Она знала, где это. Небольшой лесок на окраине города, а сама точка стояла в одном из недостроенных домов. Там таких было в избытке. Один из масштабных проектов, в ходе которого застройщик обанкротился. Отец как-то говорил, что теперь там идеальное место для маньяков. Что ж, один уже завелся.

Дверь ванной хлопнула о стену. Зери тут же подскочила с места. Выданного часа ей может и не хватить.

Третий дом, четвертый. Зери чертыхнулась, снова подворачивая ногу на мягкой лесной почве. Среди мокрых черных веток голые остовы смотрелись довольно жутко. Но ей нужно было дальше, к самым дальним, почти достроенным домам.

И как она вообще узнает нужный? Оказалось, довольно просто.

– Ты опоздала, – у самого дальнего недостроя обнаружился мастер.

Он сидел на паллете с кирпичами у входа и неторопливо курил, будто НПС из игры, ожидающий героя в месте выдачи квеста. Он снова был одет в теплую мантию, правда, эта была старой, битой жизнью и временем.

– Выкинуть бы тебя в сугроб, да снега нет, – Риден щелкнул пальцами и поднялся на ноги. Остатки сигареты рассыпались в прах в его руке.

– Можно было предупредить меня пораньше.

– Еще скажи, что я обязан подстраиваться под твое расписание, – мастер фыркнул. – Давай-ка поясню, птичка. Ты приходишь туда, куда я скажу, тогда, когда я скажу. Бежишь по первому же требованию, как верная собачка, побросав все свои важные дела. Или я не потрачу ни минуты на твое обучение. Ты поняла?

– Не тупая, – Зери поморщилась.

– Вот и ладушки, – Риден снова улыбнулся, неприятненько так. – Идем на крышу.

– Почему мы вообще здесь, а не в зале? – Зери послушно потопала по пыльной лестнице вслед за учителем.

– Тебе охота ехать через весь город? Мне не очень.

– Ты тоже живешь где-то неподалеку?

Мастер не ответил.

Кажется, это был недостроенный третий этаж, а не крыша. Зери не стала уточнять, признав, что, как место для швыряния магией, оно более чем подойдет. Потолка не было, зато были довольно высокие стены, скрывающие присутствующих от случайных наблюдателей, недостроенная лестница на следующий этаж, был лес и заброшенная стройка вокруг, куда не особо любили забредать гуляющие.

– Что ж, начнем с основ, – Риден отошел на другую сторону крыши, махнул рукой. На каменном полу перед Зери появился прямой разрез. – Шаг вперед. Отлично. Перейдешь черту за своей спиной – наше занятие закончится.

Зериколь нахмурилась. Что за странные условия?

– Тебе нужно создать защиту, – мастера показательно окутал голубоватый купол. – Раз уж ты уже умеешь изменять свои молнии, то для тебя это не станет сложной задачей. Измени свою магию так, чтобы она защищала твое тело. Не пытайся сразу закрыть все, вполне подойдет точечная защита.

– Я уже пыталась сама создать щит, – Зери поморщилась. – Ничего не получилось.

– Не волнуйся, – Риден опасно усмехнулся, – я тебя сейчас замотивирую.

Он коротко повел рукой. Зери ойкнула, почувствовав, как плечо будто полоснули ножом. Нет, порез был совсем крошечным, но от этого не менее неприятным.

– Защищайся, – мастер будто издевался над ней.

Зери сжала зубы, прикрыла глаза, попытавшись сосредоточиться. Новый порез, оставшийся на бедре, сбил ее с мыслей.

– Не думай, делай! – Риден снова махнул рукой. – Просто выпусти свою магию, позволь ей защитить тебя.

– А как же контроль?!

Еще один порез остался на втором плече. Зери снова сосредоточилась, пытаясь призвать силу. Щеку обожгло болью. По лицу?! Серьезно?!

– Ты спятил?! – она зло махнула рукой. С пальцев слетели сразу три алых молнии, сорвавшихся в разные стороны. Из стены брызнула каменная крошка.

– Слабо, – Риден ухмыльнулся.

Следующий порез остался четко на груди, второй же почти сразу поставил симметричный крест на том же месте. Зери раздраженно зарычала.

– Ты вообще собираешься что-то делать? – Риден поднял руку, на его пальцах закрутилось сразу три сияющих лезвия, похожих на крохотные сюрикены. Увы, даже когда они, светясь, точно лампочки, полетели в Зери, та опять не сумела ничего сделать.

– Я не могу!

– Делать свои молнии невидимыми ты можешь, а создать элементарную защиту – нет? – лезвия опять зажглись в руке мастера. – С этим даже ребенок справится.

– Твою мать! – Зери сжалась, получив очередную порцию порезов. – Да кто так учит?!

– Хватит сдерживаться, – и снова лезвия показательно светятся. – Ты сама позволяешь причинять тебе боль.

До чего же отвратительный день. Зери зашипела от боли. Бесит! Бесит! Бесит!

– Долго будешь заниматься мазохизмом? – Риден опять поднял руку. – Мне становится скучно. Бесполезно учить тебя хоть чему-то, пока ты даже своей магии не доверяешь.

Одно из лезвий влетело уже в имеющийся порез. По коже пробежалась злая молния. Зериколь тихо застонала.

– Выключи голову и включи магию! Здесь не надо думать! – опять порезало щеку.

Зери качнулась, едва не переступая черту. Риден замолчал, просто сосредоточенно продолжал запускать в нее лезвия одно за одним, всегда с одним и тем же интервалом, всегда ярко светящиеся синевой.

По телу Зери то и дело пробегали молнии, ее потряхивало то ли от зудящей боли, то ли от злости. Несдержанная магия то и дело вырывалась, срывалась с пальцев, оставляя черные подпалины на стенах. Она пыталась прикрыть лицо руками, силясь защититься. Получалось не очень.

– Хватит, – Риден мрачно опустил руку. – Это бесполезно.

Зери медленно убрала от лица руки. Все тело адски болело. Кажется, на ней не осталось ни одного места, куда бы не прилетело магическое лезвие. Даже спина вся оказалась исполосованной. Зери меланхолично покосилась на залитые кровью руки. Фантастика просто.

– Сюда иди.

Она подошла, особо не следя за происходящим. Щеки коснулись прохладные пальцы. Зери вздрогнула, чувствуя, как перестает болеть один-единственный порез. Риден обхватил ее руки своими. Не было никакого живительного света или чего-то подобного. Просто порезы на глазах затягивались, заживали, превращаясь обратно в гладкую кожу без следа шрамов.

– Дальше не могу. Одежда мешает, – мастер развел руками. – Если очень хочешь уйти отсюда здоровой – раздевайся.

Зери молча потянула за край кофты. Риден удивленно вскинул бровь.

– Большинство девушек предпочли бы страдать, чем раздеться перед чужим мужчиной.

– У тебя пуританские представления о девушках, – Зери поежилась от холода. – Лично я не хочу мучиться, пока порезы заживают.

– Так не давала бы себя ранить, – прохладные руки заскользили по плечам и груди.

Зери отвернулась, усиленно рассматривая стены и игнорируя пылающие щеки. Все-таки это было несколько смущающе. И Зери бы, наверное, сгорела со стыда, если бы не была так зла сейчас. Откажись Риден убирать все следы своего издевательства, она бы, наверное, всадила ему молнию в лицо.

– Ты знаешь, как птенцы учатся летать?

– Что? – Зери выпала из задумчивости.

– Выпрыгивают из гнезда, – чужие руки легли на живот. – Штаны сними.

Зери покраснела гуще, правда мастеру ее смущение, похоже, было до лампочки.

– Для большинства птиц летать естественно, если ты, конечно, не курица, – Риден присел на корточки, продолжая свою целительскую работу. – Но ты ведь не курица, Зери?

– Не уловила твою гениальную мысль. Ай! – шлепок по бедру стал для Зери полной неожиданностью.

– Смотри-ка, такое на тебя работает куда действеннее угроз, – Риден довольно оскалился. – Перелетая забор, курица не думает о том, как правильно махать крыльями и насколько высок забор. Она думает о том, чтобы свалить от лисицы. Маши своими куриными крыльями и лети, Зери! Магия – твои крылья, часть тебя, куда большая, чем ты думаешь.

– Твои метафоры мне не очень помогают.

Риден тяжело вздохнул и наконец поднялся на ноги, заканчивая унизительную процедуру.

– Я бы не использовал метафоры, понимай ты обычную речь. Что ты представляешь, делая свои молнии невидимыми?

– Ничего не представляю, – Зери поторопилась натянуть обратно порванную одежду. – Просто хочу, чтобы они стали такими.

– Ты хочешь или они хотят?

– Что за бред?

Мастер отчетливо скрипнул зубами.

– Сделай сейчас такую молнию и ответь на мой вопрос.

Зери со вздохом швырнула через всю комнату молнию, как и было велено, невидимую. Ощущения были настолько привычными, что она давно уже не задумывалась над тем, как это делает. Молнии просто послушно слетали с пальцев, даже если в голове было абсолютно пусто.

Но сейчас, как и было велено, Зери попыталась прислушаться к своим ощущениям. Мастер Льюис всегда говорил, что маги контролируют свою силу, что они обязаны это делать. Но что если он был неправ? Если подумать, Зери не контролировала изменения своей магии. Смена цвета, невидимость, количество – она не задавала эти параметры, как и не выбирала молнии проявлением своей силы. Она просто чувствовала желание раздолбать что-нибудь да посильнее, яростное желание попасть, несмотря ни на что, азартное желание удивить. Это молнии выбирали, какими именно хотят быть, они выбирали, как и откуда бить.

– А теперь подумай, что именно ты пыталась сделать, когда я атаковал тебя, – Риден усмехнулся, прочитав ответ на ее лице.

– Представить такой же щит и создать его.

– Неверно, – мастер уселся на одну из ступенек ведущей выше лестницы, не обращая внимания на пыль вокруг. – Для каждого магия уникальна. Ты никогда не сможешь создать такой же щит, как у меня, потому что твоя магия другая. Ты должна не думать о щите, ты должна хотеть защититься. Ты ведь видишь, куда прилетит удар, так пожелай, чтобы он не достиг цели.

– Кажется, я поняла, – Зери уверенно отошла обратно к линии. – Бей.

– Второй раз лечить не буду, – Риден азартно усмехнулся. Лезвия снова зажглись в его руке и тут же сорвались в ее сторону.

Время будто замедлилось. Острое нежелание ощущать новую боль всколыхнулось в душе. Зери не думала ни о защите, ни о магии, она вообще ни о чем не думала, она просто не хотела, чтобы снова стало больно. Лезвия летели томительно долго, будто разрезая кисель вместо воздуха. И Зери просто шагнула в сторону, уходя с линии атаки.

Время снова ускорилось. За спиной на стене остались три новых царапины.

– Да! – Риден вскочил на ноги. – Наконец-то!

Зери удивленно моргнула.

– А теперь еще раз! – он воодушевленно хлопнул в ладоши. Десять лезвий ореолом зажглись вокруг него и тут же одно за другим сорвались в цель.

Воспоминание о боли пронзило душу. Лезвия еще не врезались в плоть, но Зери уже чувствовала боль от них. И время снова замедлилось. Яркие молнии пробежали по всему ее телу, и лишь они двигались все с той же скоростью. Зери шагнула в сторону, пригнулась, пропуская лезвия одно за другим.

Так-то лучше. Стена за спиной осыпалась крошкой, но ни одной новой раны не появилось на ее теле.

– Аллилуйя! До тебя все-таки дошло! – Риден улыбался так довольно, будто это он только что открыл новое заклинание.

– Я не очень понимаю, что именно я делаю, – Зери озадаченно почесала нос. – Но хотя бы не больно.

– Твоя магия лучше тебя знает, что тебе нужно, – мастер снова уселся на ступени, кивнув на место рядом. – Что, по-твоему, вообще представляет из себя твоя магия?

– Мою душу?.. – Зери замешкалась, затем, решив, что порванной одежде хуже уже точно не будет, села рядом. – Мы уже начинали этот разговор.

– Верно, – Риден улыбнулся. – Помнишь, я говорил о том, что количество магов в мире всегда одинаково? Это одна из причин. Магическая душа может быть не только у людей, точнее в меньшей степени у людей. Большая часть магов – это источники.

– Что за источники?

– Это сложный вопрос. За все время моих исследований мне так и не удалось до конца понять, что они из себя представляют. Пока что запомни, что источники магии – одна из главных опасностей и усилителей для магов.

Понятнее не стало, Зери поморщилась.

Риден вздохнул:

– Это места, наполненные магией, по сути, огромные неразумные души, раздающие свою силу всем и каждому. Если у тебя хватит стойкости, сумеешь использовать их силу в своих целях, не хватит – они используют тебя. Все просто.

Зериколь послушно закивала.

– Так на чем я остановился? Ах, да. Душа, – Риден потер лицо. – Твоя душа – твой источник. Изначально он абсолютно нейтрален и после каждого перерождения снова становится нейтральным. Его нельзя ни усилить, ни ослабить. Сам по себе твой источник ни на что не способен, однако в симбиозе с разумом все меняется. Источнику нельзя отдать команду, это не собака, он просто тебя не поймет. Но источник ощущает каждую твою эмоцию, и чем ярче эмоция – тем сильнее отклик. Все куда проще и сложнее одновременно. Чтобы использовать раз за разом какое-то определенное заклинание, маг должен научиться вызывать в себе необходимую эмоцию. Без эмоции не будет магии. Чтобы создать новое заклинание, тебе нужно познать новые эмоции. И, как ты можешь понять, повседневные переживания тут не годятся, – Риден зажег в руке лезвие. – Для полноценного заклинания нужны сильные эмоции – боль, ужас, страх смерти, ярость, ненависть, отчаяние, даже любовь или удовольствие. Если ты сумеешь воспользоваться своими чувствами – ты идеальный маг.

– Так поэтому на курсах сморчок так упорно пытался заставить нас контролировать все свои эмоции, – Зери сжала зубы. – Полное спокойствие, как же!

– Разумеется. Церкви солнца ведь не нужно, чтобы магия развивалась.

– Это нечестно!

– Честность? – Риден хохотнул. – Это реальность, птичка, в ней ни справедливости, ни честности. Но наше будущее только в наших руках. Теперь ты знаешь правду о своем даре, и только тебе решать, что с ним делать.

– А что я могу сделать? – Зери раздраженно махнула рукой.

– Ты знаешь, что в этом мире магов больше, чем простых людей?

– Что? – она непонимающе нахмурилась.

– Большая часть магов – не люди. Однако колесу перерождения плевать, кем станет после смерти букашка – снова букашкой или человеком, так же, как плевать станет человек человеком или букашкой. И, даже не имея возможности напрямую влиять на колесо, можно просто увеличивать количество вариантов, пока людей-магов не станет больше, чем, ну для начала, чем церковников.

– Это… – Зери замялась.

– Звучит как геноцид, ты хотела сказать, – Риден хмыкнул. – Но ты ведь не убиваешь душу, более того, ты совершаешь благо, позволяя этой душе стать разумной в следующей жизни.

– Все равно это… аморально. Уничтожать все живое ради возможного перерождения.

– Не все живое, а лишь магов, пока они не станут людьми, – мастер лишь отмахнулся. – Впрочем, я не заставляю тебя принимать мою идеологию. Я лишь отвечаю на твой вопрос. А о том, что делать со своей силой, ты подумаешь, когда я закончу твое обучение.

Риден вдруг жестко ухватил Зери за подбородок, разворачивая лицом к себе. В черных глазах вспыхнуло что-то жуткое, пугающее до мурашек.

– И поверь, – вкрадчиво прошептал он, проводя большим пальцем по ее губам, – ты еще пожалеешь, что вообще рискнула попросить меня об этом.

Глава 5
Месть

Домой Зери пробиралась с осторожностью заправского шпиона. Вся одежда насквозь пропиталась кровью и потом, к тому же напоминала решето, весьма грязное решето. Увидь ее в таком виде отец, его удар хватит. А потому Зери тихо кралась вдоль забора в свой же дом, чутко прислушиваясь к происходящему внутри. Машины Миры перед домом уже не было, мотоцикла еще тоже. Может, они уехали вместе?

Зери зазвенела ключами. Неужели ей наконец повезло?!

Дом и правда был пуст. Зери устало вздохнула и пошлепала в ванную, на ходу сдирая с себя вещи. Хорошо хоть не стала надевать новую куртку, подаренную Микаэлем. Ее точно было бы жалко. Видимо, стоит сразу выработать привычку носить на занятия с Риденом запасную одежду.

Горячая вода дарила блаженство, расслабляла перенапряженные мышцы, давала время все тщательно обдумать.

Зери всегда считала себя довольно скрытным человеком, не склонным к доверию в принципе. Все ее тайны знал разве что Тень, и то лишь потому, что не сумел бы никому разболтать. Риден же… Они были знакомы меньше недели, и он уже знал о ней больше, чем семья или Эльва. Отчего-то Зериколь подсознательно верила ему. Может, от того, что Риден не пытался казаться лучше, чем есть, честно выдавая всю свою садистскую натуру гениального психопата с манией величия. Да, пожалуй, это наиболее точное описание.

Зери подставила лицо под воду.

Будет враньем сказать, что мастер не нравился ей, пока что Зери привлекала необычная внешность и знания. Отец ведь говорил выбирать умных мальчиков. Зери хихикнула. О каких же глупостях она думает.

Она выключила воду, лениво замоталась в полотенце, твердо решая, что никуда больше сегодня ее выползет. Убирая с лица волосы, Зери удивленно заметила зажившую царапину на щеке, совсем небольшую. Она бы даже не обратила на нее внимания, если бы не увидела.

Что это? Напоминание? Но ведь Зериколь сама эту царапину не видит. Тогда зачем?

М-да. Она все еще не особо понимала, что творится в голове у Ридена.

Ночью ей снова снился Тень. На этот раз пес никуда не уходил, он сидел и смотрел на нее большими грустными глазами, но Зери все равно не могла коснуться его, как бы ни хотела. Зери снова проснулась в слезах, опустошенная и расстроенная. А ведь того чертова водителя так и не нашли. Зери хорошо запомнила его машину, даже разглядела человека за рулем, но номер в ее голове не отложился, а камер в том районе не было. Тяжело ли ему живется с этой кровью на руках, мучает ли совесть? Вряд ли.

Зери со вздохом поднялась на ноги. Очередной кошмар выбил ее из колеи с самого утра. Не было желания ни двигаться, ни что-либо делать, хотелось завернуться в одеяло, обнимая ошейник Тени, и подепрессировать так пару часов. Жаль, у этого мира были другие планы.

– Зери, что за машина стоит у нашего дома? – Мирабелла поймала ее на выходе из ванной. – Если это кто-то знакомый, то ты бы поторопилась, а то твой отец уже ушел разбираться.

– Какая еще машина? – Зери удивленно нахмурилась.

На оставленном в комнате телефоне значилось ровно одно новое сообщение:

«Поживее».

Еще один любитель коротких сообщений. Что вообще происходит? Зери заметалась по комнате, пытаясь одновременно одеться, высушить волосы и не грохнуться в процессе.

Когда она наконец выскочила из дома, на ходу накидывая куртку, то обнаружила странную картину. На подъездной дорожке действительно стояла незнакомая черная машина. Зери не особо разбиралась в марках, но вроде даже не из дешевых. Перед машиной, прислонившись к двери, неторопливо курил Риден в своей привычной черной мантии. У него их целый гардероб, что ли? Напротив, точно в такой же позе, но прислонившись к забору, курил отец, хотя Зери точно знала, что тот вообще не курит. Оба участника действа хранили молчание, не спуская друг с друга пристального взгляда. На лице мастера читалась откровенная насмешка, Амрод же все больше темнел, глядя на оппонента с неприязнью. Появление Зери отвлекло их друг от друга.

– Зери, как это понимать? – отец тут же развернулся в ее сторону, недокуренная сигарета полетела в снег.

Риден театрально поднял руку, глядя на часы.

– Это наш новый мастер. С курсов, – какого ответа он вообще ждет? – Льюис ушел на пенсию.

– Да неужели? – Амрод изобразил удивление. – Помнится, ему до пенсии еще шесть лет работать было.

– Ушел раньше по состоянию здоровья. Почки отказывать начали, – Риден пугающе улыбнулся. – Ты едешь, или дальше будем разводить балаган?

– А почему?.. – Зери замешкалась, не зная, как нормально задать вопрос, не спровоцировав лишних от отца и не вызвав гнев мастера.

– Сегодня снова обещали снег, – Риден поднял голову к небу, с которого уже начали падать первые влажные хлопья. – У меня нет никакого желания опять четыре часа после занятия прятать твой мотоцикл от метели, ожидая, когда ты наконец уберешься.

Резонно.

Амрод тихо кашлянул, отводя взгляд. Да, бать, камень в твой огород. Зери молча направилась к пассажирскому месту.

– Спасибо, что заботитесь о моей дочери, – услышала она за спиной.

– Я о своем времени забочусь, – хлопнула в ответ дверь.

Риден завел машину, тут же трогаясь с места на приличной скорости.

– Так я была права, и ты живешь где-то рядом. Откуда ты вообще узнал мой адрес?

Он смерил ее раздраженным взглядом. Зери послушно закрыла рот.

– Умница, – прокомментировал мастер, – а то я уже начал задумываться о всяком разном.

Весь путь они проделали в полной тишине. Лишь раз, встав в затор на светофоре, Риден позволил себе вздохнуть и устало откинуться в кресле, прикрыв на пару мгновений глаза. Кажется, у него понедельник тоже не задался.

На занятие они опоздали оба. Мастер даже комментировать это не стал, лишь одарил Зери уничижительным взглядом и поторопился в класс. Надо же, все уже на месте. Под удивленными взглядами однокурсников Зери шмыгнула на свое место. Парта перед ней печально пустела – Эльва и Тенгуми свой курс окончили.

– К черту ваши лекции, – Мастер устало облокотился на кафедру. Что с ним в самом деле? Неужели вчера так вымотался? – Надо придумать вам относительно бесполезное занятие, – он пощелкал пальцами, будто собираясь с мыслями. – Ах, да. Достаньте бумагу или что-нибудь такое. От каждого по сочинению на тему «Чего я достиг в магии за свою бессмысленную жизнь?». У кого литературный кретинизм, можно списком, но минимум на страницу. Как допишете – выметайтесь. Аэп Морра, – он снова щелкнул пальцами. – За мной.

Что вообще происходит? Этот вопрос читался в глазах всех учеников. Зери же послушно поторопилась следом.

– Ты шить умеешь? – прилетел вопрос, едва за ее спиной закрылась дверь класса.

– Умею, – Зери настороженно покосилась на Ридена. В полумраке коридора он казался бледнее обычного.

– В багажнике пакет со спиртом и нитками, – он сунул ей в руки ключи. – Тащи в зал.

Какой еще спирт?!

– Может, лучше скорую?

– Живо!

Вбежав в зал, она нашла его сидящим на одном из матов, прислонившись спиной к стене. Риден действительно сильно побледнел, на лице проступила испарина, дыхание вырывалось из горла с хрипами.

– Шов разошелся, – он приподнял одежду, обнажая живот.

Зери сглотнула. Как ты вообще еще дышишь?! От бедра до самых ребер шла рваная глубокая рана, терпко пахнущая железом. Она почти не кровоточила, наскоро зашитая кривыми широкими стежками. На боку нитки действительно порвались, раскрывая вид на сплошное месиво из почерневшей крови и рваных мышц.

– Ты как вообще на ногах держишься?! – Зери с ужасом поняла, что у нее дрожат руки.

– Я маг, если ты забыла, – на бескровных губах его улыбка выглядела жутко. – Я почти все залечил, но она снова разошлась. Придется по новой латать.

– Стоит вызвать скорую, – Зери нервно сжала в руках пакет.

– Ага, и объяснять потом им, кто пытался меня убить и как я выжил, – мастер устало прикрыл глаза. – Просто зашей уже и дай мне восстановиться.

Зери шумно выдохнула. Не готова она была играть сегодня с утра в кройку и шитье человека, но выбора-то особо ей никто не дал. Она плюхнулась на колени рядом, торопливо зашуршала пакетом. Спирт, нитки, медицинские иглы. Даже спрашивать не стоит, почему Риден возит с собой именно такую аптечку.

– Только сознание не теряй, ладно? Я не умею это делать!

– Угу, – он даже глаза не открыл.

Зери обильно полила руки, нитку с иглой спиртом и зависла. Страшно. Очень страшно. Наконец, собравшись, они осторожно всадила иглу в кожу чуть дальше предыдущего шва. Она как-то зашивала себе дыру на джинсах. Наверное, стоит просто сделать так же. Просто представить, что это джинсы, а не человек!

Она заработала иглой, стараясь сделать все быстро и аккуратно. Наверняка не слишком правильно, но, черт, кроме нее здесь никто больше это не сделает. Рана понемногу стягивалась.

– Я почти закончила, – Зери облизала искусанные губы. – Эй, ты меня слышишь?!

Риден не ответил. Его лицо осунулось и посерело, превращаясь в гротескную маску. Может, просто потерял сознание от боли? Черт, черт, черт! Зери быстрее заработала руками. Еще шов, еще… Закончила! Вот только рана не начала заживать по велению магии, скорее наоборот, даже зашитая, она кровила и пугала.

«Магия не заработает, пока он без сознания», – щелкнула в голове здравая мысль.

– Риден! – Зери захлопала его по щекам. – Очнись! Я закончила! Очнись!

Мастер не отреагировал. Зери показалось, что она перестала слышать его хриплое дыхание.

– Риден! – она потрясла его за плечи, снова не добившись никакой реакции. – Не смей умирать у меня на руках! Я не хочу, чтобы и ты приходил ко мне в кошмарах!

Зери почувствовала, как по ее щекам текут слезы. Стало так страшно, будто ее накрыло аурой ужаса Селены.

Что делать? Что делать? Что делать?!

Зери опустила голову, судорожно вцепившись в мужскую рубашку.

«Не хочу, чтобы он умирал. Только не так! Не здесь».

По ее пальцам пробежали молнии, крошечные, почти невидимые алые молнии. Все тело мастера резко дернуло, как от удара током. Риден резко открыл глаза.

– Добить меня решила? – тихо прохрипел он.

Зери вздрогнула и с облегчением разрыдалась, глядя, как жуткая рана зарастает прямо на глазах, а нитки просто падают с абсолютно чистой кожи.

– Хватит реветь. Я бы в любом случае не умер, – Риден потер виски. О его недавнем состоянии напоминала лишь пропитавшаяся кровью и спиртом рубашка, даже цвет лица вернулся в норму.

Зери зажала себе рот рукой, давясь слезами. Кое-как сдерживаемая ранее истерика накрыла ее с головой. Ее трясло будто от лихорадки, глаза покраснели от слез, а сердце колотилось так, будто хотело выскочить из груди.

– Я предупреждал, – Риден равнодушно поднялся на ноги. – Попробуй направить свою истерику в правильное русло и, возможно, создашь сегодня еще одно заклинание.

Зери не ответила. Она сжалась в дрожащий комок, пытаясь хоть немного успокоиться, но истерика лишь набирала обороты. Риден неторопливо опустился напротив. Знакомые прохладные пальцы жестко ухватили Зери за подбородок, отрывая ее лицо от колен.

Хлоп.

Зери замерла, перестав рыдать. Ей потребовалась пара секунд, чтобы осознать, что эта тяжелая пощечина и правда предназначалась ей. За все ее старания, за дрожащие руки, за переживания и сущий хаос в душе – пощечина?!

Да как ты посмел?!

Она даже не поняла, почувствовала, как ярость и обида накрывают ее с головой, и комната будто вспыхнула в один момент. Эти молнии были больше, злее, отсвечивали жутким багрянцем. Они вырывались из всего ее тела и били, били, кроша все вокруг, выпуская злость и боль своей хозяйки. Это длилось какие-то пару мгновений, а затем все вдруг закончилось.

– Как от катушки Теслы, – мастер медленно опустил щит. – Хана залу.

Зери моргнула, вдруг обнаружив себя на пепелище. От манекенов и матов остался лишь дымящийся пепел, и так битые жизнью стены почернели и обуглились. Шутка Эльвы о превращении зала в дырявый сыр исполнилась как нельзя реалистичнее. Весь пол был усыпан кирпичами разной степени целостности, многие были вовсе превращены в пыль. Во всем зале остался лишь небольшой целый пятачок – вокруг самой Зери, все остальное оказалось уничтожено.

– Не ожидал, что сработает так хорошо, – Риден поднялся на ноги, с восторгом рассматривая разрушения. – Ты превзошла сама себя.

– Ты ведь мог вылечить свою рану сразу, верно? – Зери опустошенно уставилась на свои руки, покрытые засохшей кровью и грязью.

– Тогда в чем цимес наставничества? – он улыбался до отвращения довольно.

Зери скривилась.

– Какой же ты больной ублю…

Мастер сжал руку. Горло сдавило невидимой удавкой. Зери захрипела, с ненавистью глядя в насмешливые черные глаза.

– Я твой учитель, – нежно пропел Риден, глядя на нее сверху вниз, удавка на шее продолжала сдавливать горло, – и мои методы обучения работают идеально.

Домой Зериколь уехала на автобусе. Она еще минут десять провалялась на грязном полу, пытаясь откашляться и избавиться от черных кругов перед глазами. Мастер же ушел почти сразу. Ему в принципе были безразличны последствия воспитательного удушения.

Автобус полз по городу точно сонная улитка. Зери прижалась к холодному окну, нервно потирала горло. Наверняка след остался. Хорошо хоть у водолазки высокий ворот. Но как же больно… Пожалуй, рано она начала проявлять симпатию к этому психу.

Автобус снова тряхнуло. Зери закашлялась.

Сегодня она спасла жизнь человеку, пусть даже он утверждает обратное.

Создала самое убойное заклинание из всех, что вообще видела.

Кажется, научилась магией запускать сердце, хотя это тоже спорно.

И буквально уничтожила тренировочный зал, лишив однокурсников места для пробы сил.

Н-да, на месте инквизиции она бы уже разжигала костер.

Глава 6
Колыбельная

Дом снова был пуст. Это уже становилось дурной приметой, особенно сейчас, когда Зери так нуждалась в чьем-то присутствии рядом. И где отца носит? Микаэль и вовсе не заглядывает вторую неделю, без него уже так тошно. Зери вяло закинула грязную одежду в машинку. Зеркало над раковиной подтвердило ее опасения – от удавки остался весьма заметный алый след. И что теперь, и дома ходить в водолазке или шарфе?

Впрочем, какая разница?

Тяжелые горячие струи снова били по плечам, смывая с тела грязь, боль и усталость. Зери безразлично пялилась в стену. Сколько она так простояла? Пять минут, час? В голове было абсолютно пусто. Она будто полностью выгорела, устала до полного безразличия ко всему, не было сил ни думать, ни двигаться. С трудом заставив себя вылезти из душа, Зери в одном полотенце добрела до своей комнаты и рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Руки как-то сами потянулись за телефоном и набрали знакомый номер.

– Ты можешь приехать? – из-за подушки голос Зери звучал глухо.

– У тебя что-то случилось? – от мобильника повеяло обеспокоенностью. – Зери, у тебя все хорошо?

– Просто приезжай, пожалуйста.

– Тенгуми не брать?

Но Зери уже сбросила, не найдя в себе сил объяснять что-то еще. Эльва не маленькая, сама решит. Лишь бы не слышать эту отвратительную тишину в доме.

Кажется, она задремала. Перед глазами снова стоял истекающий кровью Риден, его сердце не билось, она не чувствовала его биения под своими руками. Его лицо белело, заострялось, превращаясь в гротескную маску. Черты лица искажались, превращаясь в Микаэля, затем в отца, Миру, Эльву. Зери кричала от отчаяния, не в силах оторваться от страшной картины. Но магия молчала, не подчинялась ее мольбам. И это было страшнее всего.

– Зери! Зери! – кто-то затряс ее за плечи. – Эй, Зери, да проснись ты! Зериколь!

Она с трудом разлепила мокрые от слез глаза. У кровати сидела Эльва, не успевшая еще даже снять куртку. На лице подруги читалось крайнее беспокойство. В дверях комнаты с похожим, но более мрачным лицом застыл Тенгуми.

– Ты входную дверь не заперла, – Эльва чуть отстранилась, упорно не выпуская ее плечи. – Нельзя же быть такой беспечной.

– Да, прости, – Зериколь резко села, стремясь побыстрее сбросить остатки сна. – Кошмар приснился, – она решительно вытерла глаза.

– Опять Тень?

Зери покачала головой.

– Риден.

Эльва нахмурилась.

– Тенгуми, поставь чайник.

– Зеленый без сахара или сразу достать успокоительное, которое мы принесли?

Эльва смерила брата укоризненным взглядом. Тенгуми безобидно улыбнулся, разряжая обстановку, и скрылся в коридоре, оставляя сестру в качестве моральной поддержки.

– И давно наш новый мастер начал в кошмарах тебе сниться? – в глазах Эльвы не было ни капли смеха.

– Сегодня начал, – Зери забродила по комнате, хаотично одеваясь, стремясь не встречаться глазами с Эльвой.

Присутствие рядом друзей успокаивало. Эльва всегда умела поддержать, спасти от вспышек магии, от ссор с отцом и осенней хандры. Зери порой даже винила себя за то, что пользуется ее добротой, не в силах дать в ответ того же. Эльве никогда не требовалась такая же поддержка – у нее для этого был брат.

– Чай готов! – Эльва потянула подругу за собой.

Ее жесткая хватка четко говорила о том, что без расспросов ее сегодня не оставят. Чай пах жасмином и травами. Зери упорно пялилась в чашку, силясь рассмотреть смысл жизни в чаинках на дне.

– Что с шеей? – Тенгуми подсунул ей под нос тарелку с рисом и курицей. Даже поесть принесли. Отец и то не всегда о ней так заботился.

– Нахамила Ридену, – Зери потерла след от удавки. – Он не оценил.

Брат с сестрой переглянулись. Им даже говорить было не нужно, чтобы понять друг друга.

– Как думаешь, мастера для допуска к преподаванию проходят психиатра? – Тенгуми неторопливо помешивал чай в своей чашке.

– Если и да, то Риден явно купил свою справку.

Рис оказался безумно вкусным. А может, это лишь из-за того, что за день она вообще ничего не ела?

– Зери, что у вас там происходит? – Эльва явно злилась. – Селена сказала, что этот придурок заставил всю группу писать какой-то бессмысленный отчет, а тебя увел в зал.

– А что еще она сказала?

– Что в какой-то момент качнуло пол, будто в подвале бомба взорвалась, – Эльва смотрела на нее в упор.

– Это не бомба, это я, – Зери сосредоточенно поглощала ужин. – Сделала из зала кусок сыра.

Тенгуми тихо прыснул, прикрывшись чашкой.

– Какой еще сыр? – Эльва непонимающе покосилась на брата, что старательно прятал улыбку.

– Помнишь, ты все шутила, что когда-нибудь я своими молниями пробью в стенах столько дыр, что зал станет похож на дырявый кусок сыра? Ну вот, это когда-нибудь наступило.

– Зери!

– Да не специально я, – Зери снова уткнулась в тарелку. – Он меня выбесил.

– А можно услышать историю с начала? – Тенгуми мягко коснулся плеча сестры, прерывая ее так и не прозвучавшую гневную тираду.

– Да ничего серьезного! – Зери наигранно рассмеялась. – У Ридена в боку во-о-от такая дыра была, – она развела руки. – И он отчего-то решил, что именно я должна ее зашить. Можно подумать, у меня на лбу написано «Скорая помощь»! Нет, я пыталась его послать, но он вырубился раньше и чуть не умер у меня на руках… – Зери перешла на нервный шепот. – Я правда в какой-то момент не чувствовала, как сердце бьется, и дыхания не было. Совсем не было. И все в крови. Как тогда с Тенью…

Зери сжала в руках вилку, чувствуя, как дрожат руки.

– Глотни чаю, – Тенгуми мрачно хмурился.

Зери послушно сделала глоток. Наверное, это самовнушение, но дрожь и истерика понемногу отступали.

– Я его молнией ударила, – тихо прошептала она, – и сердце забилось. А Риден сказал, что я зря истерю, и вообще все с ним было нормально. Где-то после этого я его послала, он попытался меня придушить, а я сожгла зал. Перенервничала, – Зери снова глотнула чая.

Тенгуми молча наполнил ей чашку.

– И после этого ты продолжишь запрещать сдавать его алой инквизиции? – Эльва сжала губы. – Зери, да он же просто издевается над тобой!

– Если ты сдашь его инквизиции, придется сдать и меня, – Зери мрачно поковыряла кусок курицы. – Если так подумать, это я сегодня нарушила закон аж два раза, а не Риден.

– Она, к сожалению, права, – Тенгуми выглядел не довольнее сестры. – Нет в законах церкви солнца пункта, запрещающего придушивать учеников магией в воспитательных целях или просить их о помощи в лечении. Какой бы сволочью мастер ни был, в этой ситуации перед законом он чист.

Эльва тихо выругалась на нипонском.

– Я просто не могу выбросить из головы его бескровное лицо и остановившееся сердце, – Зери закрыла лицо руками. – Не хочу видеть это в кошмарах, как смерть Тени. А я будто еще одну смерть сегодня пережила.

– Но он ведь не умер, – Эльва протянула руку, ободряюще коснувшись плеча. – Напугал тебя, как последний… Но не умер.

– Хотя такому самое место на том свете.

– Тенгуми!

– Мне вот еще интересно, откуда у него такая рана? – Тенгуми проигнорировал гневный взгляд сестры. – Не на забор же напоролся.

– Она была похожа на рану от удара, – Зери прочертила по столу дугу. – Края рваные, и глубокая. Как от удара топором, только раза в три больше обычного.

Эльва и Тенгуми снова переглянулись. И читалось в их взглядах что-то решительно нехорошее.

– Это может быть след от стычки с алыми инквизиторами.

– Его явно ищут.

– Поэтому он спокойно ведет курсы под протекцией церкви солнца для малолетних магов, – Зери осуждающе посмотрела на друзей.

– Да, не сходится.

– Может, он оборотень?

Теперь осуждающего взгляда удосужился только Тенгуми.

– Тогда как ты объяснишь такую рану? – он сложил руки на груди. – Я видел, как Риден вышвырнул тебя из класса магией. Очень сомневаюсь, что обычные грабители или маньяки могли бы ему что-то сделать. Да и сама рана необычная.

– Среди алых инквизиторов тоже магов нет, – возразила Зери, – и, помнится, Селена рассказывала, что пользуются они огнестрелом.

– Может, это была стычка с другим магом? – Эльва задумчиво вытянула крекер из вазочки. – Только этот вариант наиболее логичен. Но тогда получается, что по нашему городу слоняется сверхсильный агрессивный маг?

– Или он уже мертв после встречи с мастером, – Тенгуми выхватил крекер из рук задумавшейся сестры.

– И что теперь, Ридена героем считать? – Эльва пофигистично пододвинула брату всю вазочку. – Я скорее поверю, что это он агрессивный сверхсильный маг, пусть даже и каким-то чудом одобренный церковью солнца, – Тенгуми захрустел крекерами.

– Почему именно ты, Зери? – Эльва печально вздохнула. – Из целой группы недоучек он выбрал в жертвы именно тебя.

– Так получилось, – неопределенно ответила Зери.

– Ты отцу не говорила?

– Он, похоже, опять в командировку уехал, – Зери пожала плечами. – И дяди давно нет. Наверное, что-то серьезное. Не знаю, когда вернутся.

– Может, пока у нас поживешь? – Эльва обеспокоенно хмурилась, теребя ручку чашки. – Не хотелось бы бросать тебя здесь одну.

Комфорт и кошмары или спокойствие и временные неудобства? Привыкшая к одиночеству Зери с трудом переносила ночевки рядом с кем-то, выбирая этот вариант лишь в крайнем случае, как тогда, в метель. Является ли ее ситуация крайним случаем?

– Может, останетесь сегодня у меня на ночь? – наконец нашла компромисс с собой Зери. – Я знаю, где батя прячет коньяк.

– Зери!

– Не паленый?

– Тенгуми!

– Да шучу я!

– Мы останемся, если вы двое не будете напиваться, – Эльва перевела укоризненный взгляд с брата на подругу и обратно.

– Ну нет, мне точно нужно чем-то выключить голову, – Зери потерла виски. – Осталось неплохое вино, из тех бутылок, что приносил дядюшка.

Эльва обреченно махнула рукой.

– Отсюда тебя хотя бы не нужно тащить пьяной через полгорода.

– Меня тащить?! Это ты в прошлый раз пыталась поменяться с братом одеждой, заявляя, что ты – это он!

– Так вот почему я голый проснулся… – Тенгуми задумчиво почесал нос.

– Не было такого! – Эльва вспыхнула.

– Ты еще в его куртке пыталась девушек клеить, – Зери довольно прищурилась. – Одна даже согласилась, а потом вы в углу…

Эльва малодушно закрыла ей рот рукой.

– Погоди, я этой части еще не слышал! – Тенгуми вцепился в руку сестры.

– Может, Зери заодно расскажет и о твоих похождениях? – Эльва пугающе улыбнулась, посылая брату жуткие взгляды.

Тот тут же отцепился.

– Ладно-ладно! Не начинай!

Вино зашло на ура. Достаточно сладкое, чтобы приятно было пить, достаточно терпкое, чтобы не напиться. За одной бутылкой Зери отыскала еще две – все-таки отец обожал складировать у себя алкоголь до «необходимости». Зери посчитала, что ее случай попадает под эту самую «необходимость». За разговорами и распитием с кухни они переместились на диван в гостиной. Брат с сестрой, не сговариваясь, зажали Зери между собой, отвлекая от мрачных воспоминаний теплом и болтовней ни о чем. Зери улыбалась, Зери чувствовала себя куда лучше.

На экране телевизора доигрывал какой-то бестолковый фильм про ограбление. Тенгуми сладко посапывал, уронив голову на плечо Зериколь. Эльва теребила в руках ножку пустого бокала, невидящим взглядом уставившись в экран.

– Он в тебя влюблен, ты знаешь? – вдруг сказала она.

Зери сонно приоткрыла глаза, уже и сама почти погрузившись в сладкую дрему.

– Кто?

– Тенгуми.

Сон все-таки пришлось отогнать. Зери протерла глаза, озадаченно покосилась на черную макушку на своем плече и удивленно переспросила:

– Ты серьезно?

– Угу, – Эльва оставила бокал в покое и потянулась за бутылкой.

– Это хорошо или плохо?

– Ты мне скажи.

Зери задумалась. Тенгуми – хороший парень, надежный друг, с ним спокойно и комфортно. Даже отец бы одобрил. А что она сама? Она, во-первых, не видела в Тенгуми никого, кроме друга, а, во-вторых… Во-вторых, не нужны семье Эльвы неприятности в лице мага, пытающегося развить свою силу, и проблемы, что это развитие принесет.

Кажется, Эльва и сама об этом подумала.

– Знаешь, Зери, ты замечательная, – она улыбнулась. – Ты нравишься мне во многом, я доверяю тебе. Но иногда ты совершаешь такие вещи, что у меня волосы на голове встают дыбом. И я готова принять это как подруга, но не как сестра, – Эльва грустно посмотрела на Тенгуми. – Не хочу, чтобы мой брат нажил себе неприятностей, потакая тебе.

– Тебя сложно в этом упрекнуть, – Зери забрала из рук подруги бутылку и разлила остатки вина по опустевшим бокалам. – Да и не собиралась я ничего делать этим делать. Как влюбился, так и разлюбит со временем.

– Знала, что ты так ответишь, – Эльва снова улыбнулась, звонко чокнувшись бокалами. – За безответную любовь.

Зери рассмеялась, залпом опрокинув в себя вино. Какое-то время они снова сидели в молчании, пытаясь уловить смысл заканчивающегося фильма.

– Не доверяй Ридену. Он плохой человек, – воистину Эльва сегодня была мастером внезапных фактов.

– Я знаю, – Зери прикрыла глаза, откинулась на спинку дивана. – Я и не считаю его хорошим.

– Ты что-то недоговариваешь. Не пойму, что именно, но мне это не нравится, – Эльва нахмурилась. – Знаю, у всех свои секреты, и ты можешь хранить свои. Но, Зери, – она посмотрела на нее с мольбой, – не давай этому чокнутому магу играть с тобой. Это плохо кончится! А я не хочу, чтобы тебе было плохо!

«Я тоже не хочу», – Зери тихо вздохнула. Но разве остался выбор? Сейчас, даже если она пошлет Ридена куда подальше, никто больше не поможет ей обуздать собственную магию. А магов, что так и не обрели контроль над своей силой, ждет хреновый финал. Уж лучше чокнутый учитель, чем инквизиторская пуля во лбу.

– Я буду аккуратнее, – Зери ободряюще сжала руку подруги. – Правда, постараюсь ради тебя.

Глава 7
Дом-на-крови

Пожить у Эльвы Зери все-таки отказалась. Ни к чему приносить другим неприятности. К тому же алкоголь и друзья помогли пережить, переварить в себе потрясение, продолжить жить дальше, не вздрагивать, не оглядываться назад.

Что ж, осталось только дождаться возвращения дядюшки и пожаловаться ему на отца, на сложную жизнь и все-все-все. И если реакции отца на свои проблемы Зери боялась, то Микаэль поймет. Он единственный знал, что она пыталась развивать свою магию. Он единственный никогда не осуждал и не мешал. Отец вовсе не хотел ни видеть, ни слышать. Он даже не знал, как именно выглядит магия Зери. А все те разы, когда она, переполненная радостью, пыталась показать, Амрод всегда мрачнел, злился и отчитывал. Почему он так поступал с ней? Ведь сам не чурался порой использовать свои тени, но для Зери магия в доме была под строжайшим запретом.

Однажды, еще в то время, когда ее магия только начала проявляться, Зери подслушала странную ссору отца с дядюшкой.

– …даже не думай! Не смей потакать ей, Мишель!

– Ты пытаешься остановить неизбежное. Своим протестом ты сделаешь только хуже, Амрод.

– Это моя дочь! И я не позволю ей стать такой же, как я! Пусть у нее будет нормальная жизнь, а не тот ад, через который прошел я!

– Это не тот случай.

– Оставь ребенку детство! Не лезь к ней со своим бредом!

Такой злости в голосе отца она еще не слышала. Разговор явно шел о ней, но в чем его смысл, Зери так и не поняла. И даже у дядюшки спрашивать не стала, побоявшись, что он снова поссорится с отцом.

Зери включила на кухне воду, неторопливо взявшись за мытье посуды. Полусонная Эльва уползла в душ. Ее не менее сонный брат сейчас составлял Зери компанию, грустно вливая в себя второй стакан воды. Вот уж кому точно нельзя пить ни при каких условиях.

Вчера они так и уснули втроем на одном диване, переплетясь во сне конечностями. Зериколь даже не удивилась, обнаружив себя утром крепко зажатой между близнецами. В шею горячо дышал Тенгуми, крепко прижимая Зери к себе за талию. На груди же с удобством устроилась Эльва, примостив свои руки на пятой точке подруги. Зери подумала, что ей явно не все рассказали.

– Ты знаешь, что Эльва в тебя влюблена?

Да, кажется, именно этой части не хватало.

– Неужели? – Зери даже не обернулась.

– Да, – Тенгуми отставил пустой стакан. – И, если что, я не против ваших отношений, но, боюсь, наша мама не поймет. Она ярый фанат традиционных ценностей.

Что за балаган творится с этой семейкой?

– Так ты будешь с ней встречаться?

И откуда такая настойчивость?

– Ваша мама ведь против.

– Ей можно и не говорить.

– Не буду, – Зери засунула последний бокал в сушилку и выключила воду. – Сама Эльва мне ничего не предлагала, а у тебя в этом вопросе права голоса нет.

Тенгуми недовольно насупился.

– О чем вы тут сплетничаете? – в клубах пара на кухню вплыла Эльва. – Гадости обо мне рассказываешь?

– Делать мне нечего, – Тенгуми закатил глаза.

Засмотревшись на влажные темные волосы, тяжелым идеально гладким пологом спускающиеся до самой поясницы, Зери даже почти пожалела о своем отказе. Почти. Был в отношениях, что с Эльвой, что с Тенгуми, один существенный нюанс – второй из близнецов ведь не останется в стороне. И Зери, честно говоря, не знала, что делать в таком случае. Лучше уж пусть все останется, как есть.

Близнецы уехали через час, оставив Зери сложную тему для раздумий и тишину.

На телефоне значилось непрочитанное сообщение от отца, где он предупреждал, что их с Мирой не будет несколько дней. Ничего удивительного. От дядюшки сообщений не было. Даже те, что Зери отправила ему неделю назад, до сих пор оставались непрочитанными. Все ли с ним в порядке? Что у них там за сложное дело такое?

Риден тоже молчал. Может, даже не заметил, что она вчера сбежала?

Зери тряхнула головой. Нужно собраться в колледж. За делом время всегда идет быстрее.

Маги в этом мире ожидаемо не имели магических специальностей. Все они работали где-то и кем-то, являясь магами лишь во вторую очередь. Тенгуми с Эльвой учились на факультете восточной истории, Зери выбрала инженерный, а Селена страдала на медицинском. У них всех было откровенно мало шансов встретиться. Если бы не магия.

Если бы не магия…

Зери снова проверила телефон, лишь убедившись, что никто сегодня не собирается ей писать. Отчего-то стало грустно.

Дни полетели своей однообразной чередой, разбавляемые лишь учебой и редкими визитами друзей. Эльва и Тенгуми заходили еще дважды, на этот раз без странных предложений. Как-то после учебы Зери пересеклась в кафе с Селеной, даже оставшись вместе пообедать.

Ни от отца, ни от дядюшки, ни от Ридена вестей не было. Даже отец никогда не уезжал так надолго. Что там все-таки случилось? Приближался вечер субботы, Зери, издерганная неизвестностью, пыталась занять себя хоть чем-то, однако за что бы она ни схватилась, все валилось из рук.

И неизвестность услышала. Раздался дверной звонок. Зери бросилась открывать, позабыв обо всем на свете.

– Дядюшка!

На пороге стоял Микаэль в мокром пальто с влажными волосами и усталой улыбкой на губах. Зери повисла у него на шее, переполненная радостью.

– Может, хоть зайти позволишь? – Микаэль со смехом погладил ее по голове. – Нет, правда, Зери, здесь мокро.

Она с трудом отстранилась, позволяя ему зайти в дом. Все-таки хорошо, что он появился именно сейчас. След от магической удавки окончательно сошел только вчера, что не могло не радовать.

– Твой отец еще не вернулся? – Микаэль пристроил пальто на вешалку и привычно прошел на кухню.

Зери тут же поставила чайник.

– Его уже почти неделю нет. Хотела у тебя узнать, когда он вернется.

– Прости, не смогу тебе с этим помочь, – Микаэль печально развел руками. – Я ездил в столицу. У него же задание где-то недалеко.

– В столицу? Зачем?

– Не могу тебе этого сказать, – Микаэль улыбнулся. – Как твоя учеба?

– Зависит от того, про какую именно учебу ты спрашиваешь.

– Вряд ли у тебя могут возникнуть сложности с обычным образованием.

– А как же заваленные экзамены и «хвосты»? У меня, между прочим, сессия скоро! – Зери неторопливо разлила горячий чай по кружкам.

– Не смеши меня, – Микаэль обнял кружку руками, согреваясь. – У тебя отличная память.

– Ладно, ты прав. Проблема в другом, – Зери скопировала действия дядюшки. – Я взорвала тренировочный зал. Если об этом узнают алые…

Едва сделавший глоток Микаэль тяжело закашлялся.

– Что ты сделала?! – просипел он, пока Зери хлопала его по спине.

– Зал взорвала. Буквально. Там сплошные дыры в стенах и развалины. Хорошо, пол в классе не обвалился.

А ведь мог. Зери поморщилась. При всем таланте мастера восстановить такой ущерб он вряд ли сможет.

– Прогресса в контроле силы все так же нет? – Микаэль устало потер лицо.

– Он есть! – Зери снова села напротив. – Но меня разозлили. Сильно.

Микаэль тяжело вздохнул.

– Не волнуйся насчет инквизиторов. Но для занятий вашему мастеру придется искать новое место. Кстати, как Льюис вообще допустил такое?

– Мастер Льюис ушел на пенсию. К нам прислали нового.

– Правда? – в глазах Микаэля блеснул интерес. – И как он? Так же учит бессмысленным медитациям?

– Нет, – Зери подняла руку. Между ее пальцев забегали крошечные алые молнии. Это заклинание родилось совсем недавно, случайно, когда в тоске Зери захотела, чтобы рядом был хоть кто-то. – Эльва считает, что по Ридену инквизиция плачет. Но мне нравится то, что он делает.

Молнии собрались в клубок, и вдруг вспорхнули с ладони крошечной алой птичкой. Птичка закружилась, заносилась по комнате, заливаясь неслышимым щебетом, пока не уселась на плечо изумленного Микаэля.

– Здорово, правда? – произнесла Зери. Вот только ее голос прозвучал не из ее рта, а из клювика птички. – Случайно такое получилось.

– Удивительно, – он недоверчиво коснулся птичку пальцем и тут же отдернул, получив небольшой заряд тока. – Ты полностью ее контролируешь?

– Ну, не совсем, – Зери виновато улыбнулась, наблюдая, как птичка, совсем как живая, начищает электрические перышки. – Она, как хаотичный выброс магии, делает, что вздумается, но иногда прислушивается к моим желаниям.

– Отцу лучше не показывай, – Микаэль подул на птичку. Та сорвалась с места, заполошно заметалась, пока не врезалась в шкаф, тут же исчезнув во вспышке молний.

– Папа не поймет, – Зери уныло опустила голову. – Да и никто не поймет, закон ведь запрещает создавать заклинания, даже такие безобидные.

– Эту тайну я унесу с собой в могилу, – Микаэль ободряюще улыбнулся. – Тебе хочется быть собою, использовать то, что дано по праву рождения. Пусть это и запрещено, но это нормально, Зери.

– Ты так считаешь?

– Да. Открою тебе тайну, Зери, многие маги создают заклятия. Но пока они не используют их во зло, инквизиция не станет тратить на них время.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.