Возвращение в параллельный мир
Инна Цурикова

© Инна Цурикова, 2025

ISBN 978-5-0068-1723-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Я вернулась из командировки.

Было, как всегда, странно. Странная комната, странный шеф за странным столом. Я села в кресло, за окном был свет, непонятные предметы наполняли мир. Ещё шумело в ушах.

Шеф унылым взором окинул меня и сказал:

– Сейчас.

Немного понятнее. Сейчас будет чай с сахаром. Я всегда пью его в кабинете шефа после командировки. И хлеб за шестнадцать копеек. Это то, что мне нужно, чтобы немного прийти в себя и ощутить себя… просто – ощутить себя.

Я возвращалась уже не в первый раз, и не в десятый. Мои командировки начались еще в прошлом тысячелетии, и тогда не было компьютеров, и отчет о командировке я писала перьевой ручкой, макая перо в чернильницу. С тех пор после каждой командировки я писала отчеты новым способом. Шариковой ручкой. Потом печатала на грохочущей электрической печатающей машинке. Потом вводила в память ЭВМ с выносного пульта. Потом диктовала на диктофон. Потом… да, начались компьютеры. Клавиатуры менялись и изощрялись. И даже в прошлый раз мне подсунули что-то вроде бумаги и карандаша, чтоб я писала, а компьютер все прочитает и расшифрует. Даже то, о чем я не напишу. Графология… или как её… криптомания… В общем, по почерку можно понять дополнительную информацию. Например: врешь ты или нет. Я с опаской смотрела на стол – что на этот раз? Шеф уныло улыбнулся и поинтересовался:

– Ну, как там?

Сложный вопрос, если относиться к нему серьезно. Но можно ведь сказать просто:

– Нормально. Там все стабильно. Все как всегда.

Шеф кивнул. Его унылый вид тоже был стабилен, все как всегда. Спонсоры проникались к нему доверием. Если б горел энтузиазмом – наверное, не находил бы столько дураков.

Чай закипел. Передо мной возник стакан в подстаканнике – казенная роскошь прошлого века. В стакане был чай, а сахар лежал в пакетике с надписью «Министерство аннигиляции». Чушь какая-то. Я взяла пакетик, посмотрела поближе. Не «аннигиляции», а… слово пропало. Потом появилось: антимиграции. Помигало и снова изменилось: аллигатерации. Я бросила сахар в чай, сердито смяла бумажку и стала смотреть, куда её выбросить. Впрочем, бумажка растаяла, слегка подымившись.

– Там нет новинок. Там каждый раз тот же мир, но обитатели совсем другие.

– А как пути сообщения? Сувениры есть?

Ха. Сувениры. Что там у меня? Главное – возвращение каждый раз происходит внезапно. Вот и предъявляй сувениры.

– Ну… вот. Это может помочь преодолеть притяжение земли. Например, на некоторое время зависнуть в воздухе. – Я сняла с пальца кольцо, подула в него и поднялась над полом. Шеф уныло вздыхал и посматривал на часы. Считал секунды. Мне надоело висеть рядом с люстрой, я спрыгнула на пол и надела кольцо.

– Ты того… колечко отдай. Приложи к отчету. Что там ещё?

– Ах, что можно вот так, внезапно… Ну да, вот же бусинка оттуда. Это… Сюда можно влететь, и там… я не знаю конкретно, может быть разное… Это вроде кино, но погибнуть можно по-настоящему.

Шеф оживился.

– Не вздумай куда-нибудь ещё улететь. Давай отчёт пиши. Спонсор ждёт.

Ага, спонсор. Какой-нибудь элегантный разбойник желает вложить деньги. Чтоб не пропали. Это у них головная боль.

– Сколько стоит сейчас этот хлеб, по шестнадцать копеек?

– Восемьдесят глобусов.

Глобусов? Что-то новое.

– Глобальная денежная единица.

Я попробовала вспомнить, что было до отъезда. Пока не получалось

Чай был неплохой. Индийский. Крепкий. Знакомый аромат прояснял мысли. Я возвращалась. Я вспомнила последовательность событий, узнала дерево за окном, картину на стене, лампу на столе. Шеф поддерживал здесь знакомый мне порядок, чтобы моя адаптация шла быстро.

Потом я посмотрела ему в лицо более внимательно. Что-то не то. Словно не могу навести резкость – лицо… но что-то неясно.

– Это правда ты? Это не маскарад?

Шеф немного смутился.

– Не бери в голову. Я, конечно, постарел немного.. и того… изменился, конечно. Но, честное слово, сейчас это я.

Странный ответ. Но мой мир каждый раз удивляет странностью. К нему нужно привыкать. Привыкнешь – и кажется, что всё нормально. К тому же замечательная унылость моего шефа носит яркий индивидуальный оттенок. Поверю ему. Пока.

Я ищу глазами зеркало. Как я выгляжу?

– Куда зеркало дел?

Шеф опять отводит глаза и думает, что бы соврать.

– Ладно, не придумывай, говори как есть.

– Разбилось.

– Я хочу посмотреть в зеркало.

– Красивая, не беспокойся. Сперва отчёт.

– Чем писать?

– Гляди.

Шеф даёт мне большой автомобильный руль. Ну он не то чтобы автомобильный, но так его легче представить. В пространстве над его столом появляется лёгкое свечение.

– Рассказывай, а рулём корректируй. Ну там усилить, ослабить, больше, меньше, и так далее.

– Сейчас потренируюсь.

Я говорю: «Солнце – это светящийся шар». И над столом возникает светящийся шар. Я верчу руль туда-сюда, говорю: «Ярче, ярче». Шар светится вовсю. Становится жарко. Я говорю: «Земля меньше Солнца и летает вокруг по эллипсу». Над столом шефа действует модель Солнечной системы. Я говорю: «Земля ещё меньше. Меньше…» Кручу руль. Так. Ну, ясно. Вроде телевизора для тех, кто не умеет читать. Но как изобразить сложные понятия? Я концентрирую внимание, и вместо астрономии над столом возникает лохматое дерево, ветки которого плавно волнообразно колышутся в разные стороны. Ветки скорее похожи на волосы, а колышет их не ветер, а внутренний ритм. И ствол – вовсе не ствол, а жгут перевитых и спутанных волокон, которые отходят от него, как ветви. Я стараюсь, ловлю рулём нужные пропорции. С непривычки очень утомительно.

Шеф смотрит без выражения на лице. Дерево уменьшается, отодвигаясь, рядом с ним колышутся другие странные деревья, облепившие остров… нет, скорее астероид…. Висящий в пространстве… Голубом воздушном пространстве, в отдалении другой астероид…

– Я устала. И потом, вот картинка, довольно похожая, но понял бы ты без объяснений?

– Я-то понял. Ты раньше мне рассказывала. Это неинтересно. Что нового по путям сообщения?

– Ты ждёшь, что нам откроют двери? Ты хочешь наладить туристическое бюро?

– Ну… может и не туристическое. Есть желающие эмигрировать.

– Они всегда есть. Тебе удается морочить людям голову.

– Бизнес, дорогая. Нужно иногда быть более оптимистом, чем на самом деле.

Оптимизм – это круто. Длинный нос и бесцветные глаза шефа, вооруженные очками в дубовой оправе, уместны в похоронном бюро. Тоже своего рода эмиграционная служба.

– Нет путей сообщений. Есть точка перехода, которую они контролируют. Мы туда попадаем, как объекты исследования. Ну, сами, конечно, тоже что-то себе осмысливаем, но это похоже на аквариум: рыбы тоже что-то осмысливают, глядя из него.

– Но ведь ты туда… ммм… перемещаешься по нашей инициативе?

– Вроде карася, который хватает крючок по своей инициативе.

– Хм. Тебе не нравится?

– Мне нравится. Я в восторге. Но я понимаю, что мы морочим голову людям.

– Спонсорам.

– Ну да. Они тоже люди.

– Что ты понимаешь? Кстати, сейчас приедет новый спонсор. Нужно с ним побеседовать.

– А кто из наших ещё перемещался?

– А ты там не встречала? Олег летал.

– Я никого не видела. Ни разу. А Олег вернулся?

– Не совсем.

– Это как?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.