Эдуард Сероусов
Карманные вселенные

ЧАСТЬ I: ОТКРЫТИЕ

ГЛАВА 1: ЭКСПЕРИМЕНТ "ГЕНЕЗИС"

Тишина квантовой лаборатории нарушалась лишь тихим гудением суперохлаждающих установок. Даниэль Роу стоял перед массивной сферической камерой, его худощавая фигура отражалась в полированной поверхности. Левый висок с кибернетическим имплантом пульсировал синим светом, сигнализируя о прямом подключении к квантовому процессору.

– Арго, начни диагностику экспериментальной камеры, – произнес он, не отрывая взгляда от голографических данных, парящих перед ним.

– Диагностика запущена, доктор Роу, – отозвался ровный голос лабораторного ИИ. – Предполагаемое время завершения: четыре минуты тридцать семь секунд.

Даниэль кивнул и провел рукой через темные волосы, отмечая, что седины стало больше – цена одержимости работой. Последние три года он посвятил проекту "Генезис", стремясь создать стабильную карманную вселенную с контролируемыми физическими константами. Предыдущие восемнадцать попыток закончились неудачей – микровселенные либо схлопывались в первые наносекунды существования, либо становились хаотическими бурями нестабильной материи.

– Доктор, я зарегистрировал вашу повышенную нейрональную активность, – заметил Арго. – Ваш уровень стресса превышает рекомендуемые показатели на тридцать процентов.

– Это девятнадцатая попытка, Арго, – Даниэль слабо улыбнулся. – Я имею право на небольшой стресс.

Огромный лабораторный комплекс "ИнфинитиТек" был построен в реконструированной Антарктиде – месте, превращенном глобальным потеплением из ледяной пустыни в пригодную для жизни территорию. Изоляция была необходима для экспериментов с пространством-временем – никто не хотел рисковать неконтролируемым квантовым прорывом в населенном регионе.

– Диагностика завершена, – объявил Арго. – Все параметры в пределах допустимых значений. Квантовая камера готова к эксперименту "Генезис-19".

Даниэль сделал глубокий вдох. Каждая попытка стоила миллиарды, и его кредит доверия у руководства "ИнфинитиТек" быстро истощался.

– Инициируй протокол создания, альфа-последовательность.

Голографические дисплеи вокруг камеры вспыхнули яркими цветами, показывая потоки данных в реальном времени. Сферическая камера начала испускать низкий гул, вибрирующий на границе слышимости. В центре камеры появилась точка ослепительного света, медленно расширяющаяся до размеров теннисного мяча.

– Квантовая матрица стабильна, – доложил Арго. – Начинаю настройку физических констант согласно вашей спецификации.

Даниэль ощущал, как его нейроимплант нагревается – он напрямую взаимодействовал с квантовыми процессами, корректируя параметры на основе интуитивных ощущений, которые невозможно было запрограммировать. Эта синергия человеческого разума и машины была его главным преимуществом.

– Силовые барьеры на максимум, – скомандовал он, наблюдая за появлением небольшого искривленного пространства в центре камеры.

– Доктор Роу, поздравляю с очередным провалом!

Даниэль не повернулся, узнав резкий голос Виктора Чена, генерального директора "ИнфинитиТек". Высокий азиат в безупречном костюме из металлизированной ткани вошел в лабораторию в сопровождении двух помощников.

– Вы рано для соболезнований, директор, – спокойно ответил Даниэль, не отвлекаясь от своей работы. – Эксперимент "Генезис-19" только начался.

Чен подошел ближе, его глаза с кибернетическими имплантами быстро сканировали данные на дисплеях.

– Совет директоров начинает терять терпение, Роу. Восемнадцать неудач, триллионы кредитов, и что мы имеем? Мерцающие огоньки в дорогой стеклянной сфере?

– Расширение инициировано, – объявил Арго, игнорируя напряженный разговор. – Формирование пространственно-временного пузыря на стадии альфа.

На голографических экранах отображались десятки параметров, значения которых менялись с головокружительной скоростью.

– Дело не в деньгах, директор, – произнес Даниэль, тонко корректируя энергетический поток через свой нейроимплант. – Дело в революции. Если я прав, мы сможем создавать вселенные для изучения, манипулировать материей на фундаментальном уровне, и…

– Совет директоров интересует не научная слава, а практическое применение, – перебил Чен. – Карманные вселенные должны приносить прибыль. Производство экзотических материалов, энергетические фермы, испытательные полигоны для оружия… Что-то, что можно продать.

– Стадия бета-формирования достигнута, – сообщил Арго. – Пространственно-временной пузырь стабилизируется.

Сияющая сфера в центре камеры приобрела перламутровый оттенок, внутри нее можно было заметить крохотные вспышки света – рождение материи и энергии в новом карманном мире.

– Временной коэффициент установлен на один к миллиону, – продолжал Арго. – Одна секунда в нашей реальности соответствует 11.6 дням внутри карманной вселенной.

Даниэль позволил себе улыбку.

– Видите, директор? Мы создаем не просто пространство, а время. За те несколько минут, что вы стоите здесь, внутри этой сферы пройдут недели.

Чен не выглядел впечатленным.

– Роу, я даю вам две недели. Через две недели я хочу увидеть что-то, что можно показать совету директоров. Что-то, оправдывающее затраты.

– Вход в финальную фазу стабилизации, – объявил Арго. – Критический порог преодолен. Карманная вселенная "Генезис-19" полностью сформирована и стабильна.

Сфера в центре камеры теперь выглядела как крошечная галактика, заключенная в стекло – мерцающие точки света медленно кружились в спиральных узорах, подчиняясь новорожденным законам физики.

Даниэль впервые оторвал взгляд от своей работы и посмотрел на Чена.

– Две недели? Я дам вам результаты раньше. Внутри этой сферы за две недели пройдет почти 32 тысячи лет. Достаточно времени для эволюции целой цивилизации, если мои расчеты верны.

– Ваши фантазии не интересуют акционеров, – холодно ответил Чен, уже направляясь к выходу. – Два года, сотни миллиардов – и все ради светящегося шарика? Надеюсь, у вас есть туз в рукаве, Роу. Иначе проект "Генезис" будет закрыт, а вы присоединитесь к армии безработных гениев.

Когда двери закрылись за директором, Даниэль снова повернулся к камере, где пульсировала его созданная вселенная.

– Арго, установи полный мониторинг и детальное сканирование. Я хочу знать о малейших изменениях.

– Задача принята, доктор Роу, – отозвался ИИ. – Рекомендую вам отдохнуть. Вы не спали 47 часов.

Даниэль покачал головой.

– Нет времени. Подготовь симуляционную платформу. Мы будем наблюдать ускоренную эволюцию вселенной в реальном времени.

Он подошел ближе к камере, всматриваясь в крошечный мир, который создал. Внутри него, в ускоренном времени, уже проходили первые минуты существования новой реальности. Возможно, уже формировались первые атомы и молекулы, закладывались основы будущих галактик.

– Я сделал это, – прошептал Даниэль. – Я создал вселенную.

Арго не ответил, занятый настройкой тысяч датчиков и анализаторов. Лаборатория погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тихим гудением квантовой камеры – колыбели новорожденного космоса.

Через шесть часов непрерывного наблюдения Даниэль все еще сидел перед мониторами, отслеживая рождение и развитие своего творения. За это время внутри карманной вселенной прошло более 250 лет – достаточно, чтобы увидеть формирование первых стабильных структур.

– Доктор Роу, вам действительно следует отдохнуть, – настаивал Арго. – Ваши показатели указывают на критическую усталость.

– Еще немного, – пробормотал Даниэль, не отрывая взгляда от экранов. – Я почти вижу образование протозвездных структур. Это… невероятно.

Двери лаборатории открылись, и вошел высокий мужчина с рыжими волосами и небрежной улыбкой.

– Привет, создатель вселенных! – весело произнес он. – Всемогущий Даниэль все еще играет в бога?

– Алекс, – Даниэль коротко кивнул, не отвлекаясь. – Ты видишь эти энергетические всплески? В одном секторе формируются протозвезды с невероятной скоростью.

Алекс Ковальски, ведущий инженер по квантовой безопасности, подошел к консоли и присвистнул.

– Черт возьми, оно и правда стабильно. Ты действительно сделал это, приятель. – Он положил руку на плечо Даниэля. – Но серьезно, ты выглядишь как труп. Иди поспи, я присмотрю за твоим ребенком.

Даниэль нахмурился.

– Ребенком?

– Ну да, ты же фактически стал отцом целой вселенной, разве нет? – рассмеялся Алекс. – Подумай об этом – миллиарды будущих звезд, планет, может быть, даже живых существ, которые никогда не узнают своего создателя.

Эта мысль заставила Даниэля на мгновение оторваться от мониторов. Он никогда не думал о своем эксперименте в таких терминах. Создатель… Бог миниатюрной вселенной.

– Это просто эксперимент, Алекс, – пробормотал он, возвращаясь к данным. – Научная работа, не более того.

– Да, конечно, – Алекс подвинул стул и сел рядом. – И все же, я прослежу за экспериментом. А тебе нужно выспаться перед встречей.

– Встречей? – Даниэль оторвался от экранов. – Какой встречей?

Арго подал голос:

– Доктор Роу, я отправил вам три уведомления о запланированной встрече с представителем Службы Квантовой Безопасности. Встреча назначена на 09:00 завтра.

Даниэль вздохнул. СКБ – государственная организация, контролирующая все эксперименты с пространством-временем, была известна своей бюрократией и параноидальной осторожностью.

– Кто на этот раз? Очередной чиновник с папкой ограничений?

Алекс покачал головой, в его глазах появился странный блеск.

– Нет, на этот раз сама Анна Соколова.

Даниэль застыл, его лицо на мгновение утратило обычное невозмутимое выражение.

– Анна… – произнес он тихо.

– Да, твоя бывшая, ставшая главой оперативного отдела СКБ, – Алекс внимательно наблюдал за реакцией друга. – Так что да, тебе действительно стоит поспать и привести себя в порядок.

Даниэль молчал почти минуту, его взгляд снова вернулся к карманной вселенной, пульсирующей в квантовой камере. Внутри нее уже формировались первые протогалактики, материя организовывалась в сложные структуры под действием заложенных им физических законов.

– Хорошо, – наконец произнес он, поднимаясь. – Арго, постоянный мониторинг. Любые аномалии – немедленное уведомление.

– Принято, доктор Роу, – отозвался ИИ.

Выходя из лаборатории, Даниэль бросил последний взгляд на свое творение – крошечный космос, развивающийся в миллион раз быстрее, чем наш собственный. Он создал вселенную, но мысль о встрече с Анной беспокоила его гораздо больше, чем ответственность за новорожденный мир.

Следующее утро застало Даниэля в личной лаборатории, смежной с основным экспериментальным залом. Здесь, окруженный голографическими проекциями развивающейся карманной вселенной, он чувствовал себя комфортнее, чем в собственной квартире. Он свежий душ и чистая униформа сделали свое дело – выглядел он гораздо лучше, хотя круги под глазами выдавали хроническое недосыпание.

– Время 08:57, доктор Роу, – сообщил Арго. – Полковник Соколова прибудет через три минуты.

Даниэль кивнул, пытаясь сосредоточиться на данных, но мысли постоянно возвращались к предстоящей встрече. Он не видел Анну почти пять лет – с тех самых пор, как она выбрала карьеру в СКБ вместо их отношений.

– Статус "Генезис-19"? – спросил он, стараясь отвлечься.

– Карманная вселенная достигла возраста 37,628 лет по внутреннему хронометражу, – доложил Арго. – Сформировались стабильные звездные системы, зарегистрированы первые планетарные образования. Физические константы остаются в заданных параметрах.

Даниэль слабо улыбнулся. За сутки его творение прожило почти 40 тысяч лет – действительно впечатляющий результат.

Дверь лаборатории открылась, и Даниэль, глубоко вздохнув, повернулся.

Анна Соколова не изменилась – все те же острые черты лица, те же пронзительные серые глаза и темные волосы, собранные в строгий пучок. Военная форма СКБ – темно-синяя с серебряными нашивками – подчеркивала её стройную фигуру. Единственное, что было новым – тонкий шрам, пересекающий левую бровь.

– Здравствуй, Даниэль, – её голос был официальным и холодным.

– Полковник Соколова, – так же официально ответил он. – Чем обязан визиту Службы Квантовой Безопасности?

Анна бросила взгляд на голографические проекции карманной вселенной.

– Так это правда. Ты действительно создал стабильную карманную вселенную.

– "Генезис-19", – кивнул Даниэль. – Полностью функциональная, самоподдерживающаяся вселенная с ускоренным временным потоком.

Она подошла ближе к голограммам, изучая данные с профессиональным интересом.

– Временной коэффициент один к миллиону? Это… впечатляет. И опасно.

– Все под контролем, – Даниэль указал на показатели энергетических барьеров. – Тройная изоляция, квантовая стабилизация, постоянный мониторинг. Риск прорыва практически нулевой.

– "Практически" – недостаточно хорошее слово, когда речь идет о потенциальной угрозе пространству-времени, – заметила Анна, доставая из внутреннего кармана формы тонкий планшет. – СКБ требует полный доступ к данным эксперимента и установку дополнительных протоколов безопасности.

Даниэль напрягся.

– Это может нарушить целостность эксперимента. Мы только начали…

– Это не обсуждается, – перебила Анна. – Директива 155-А ясно определяет протоколы для экспериментов класса "Омега". А создание карманной вселенности с ускоренным временным потоком однозначно попадает в эту категорию.

Они стояли лицом к лицу, в воздухе между ними почти ощущалось напряжение – не только профессиональное, но и личное, накопленное за годы разлуки.

– Что конкретно требует СКБ? – наконец спросил Даниэль, понимая, что спорить бесполезно.

Анна активировала планшет, проецируя голографический список требований.

– Постоянное присутствие офицера СКБ, установка квантовых дестабилизаторов с возможностью мгновенного уничтожения карманной вселенной в случае нестабильности, ежедневные отчеты и полный доступ к данным в реальном времени.

Даниэль сжал кулаки.

– Дестабилизаторы? Вы хотите иметь возможность уничтожить годы работы одним нажатием кнопки?

– Мы хотим иметь возможность предотвратить катастрофу, если твой эксперимент выйдет из-под контроля, – Анна смотрела на него без эмоций. – Это стандартный протокол, Даниэль. Ты знал, на что идешь, когда начинал проект "Генезис".

В этот момент голографические проекции замерцали, и раздался голос Арго:

– Доктор Роу, зарегистрирована аномалия в секторе Альфа-7 карманной вселенной.

Даниэль мгновенно переключил внимание на данные, отодвинув конфронтацию с Анной на второй план.

– Покажи.

На центральном экране появилось увеличенное изображение одной из спиральных галактик карманной вселенной. В её внешнем рукаве пульсировала яркая точка, испускающая странные волны энергии.

– Что это? – спросила Анна, профессиональный интерес временно заменил официальный тон.

– Не уверен, – пробормотал Даниэль, быстро анализируя данные. – Арго, спектральный анализ.

– Анализ выполняется, – отозвался ИИ. – Предварительные данные указывают на формирование необычно стабильной звездной системы с высоким содержанием тяжелых элементов.

Даниэль и Анна одновременно подались вперед, изучая феномен.

– Планетарная система формируется за считанные дни по внутреннему времени, – продолжал Арго. – Такая скорость не соответствует стандартным моделям планетообразования.

– Возможный сбой? – спросила Анна, её голос выдавал беспокойство.

Даниэль покачал головой.

– Нет, не похоже. Скорее… ускоренная эволюция звездной системы. Карманная вселенная развивается по своим собственным правилам, быстрее, чем мы предполагали.

Они на мгновение забыли о напряжении между ними, полностью поглощенные наблюдением за рождением новой звездной системы в искусственно созданном космосе.

– Даниэль, – тихо произнесла Анна, – ты понимаешь, что это значит? Если темпы развития сохранятся, мы можем увидеть формирование планет, возможно, даже зарождение примитивной жизни в обозримом будущем.

Даниэль кивнул, не в силах скрыть волнение.

– Именно. При текущем коэффициенте времени мы сможем наблюдать миллионы лет эволюции в течение нескольких дней или недель.

Анна перевела взгляд с экранов на Даниэля.

– Это меняет дело. СКБ не просто установит протоколы безопасности. Нам нужна постоянная мониторинговая группа здесь.

– Ты останешься? – вырвалось у Даниэля, прежде чем он успел подумать.

Анна посмотрела на него долгим взглядом, в котором профессионализм смешивался с чем-то более личным.

– Да. Я лично возглавлю группу СКБ. Это слишком важно, чтобы доверить кому-то другому.

Даниэль кивнул, стараясь скрыть смешанные чувства. С одной стороны, постоянное присутствие СКБ означало бюрократические препоны и ограничения. С другой – Анна была лучшим специалистом по квантовой безопасности, и если кто-то должен был контролировать его работу, то лучше она, чем кто-либо другой.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Но дестабилизаторы устанавливаем по моим спецификациям. Я не позволю СКБ уничтожить "Генезис-19" из-за перестраховки.

– Договорились, – неожиданно легко согласилась Анна. – Мы здесь не для того, чтобы мешать науке, Даниэль. Мы здесь, чтобы убедиться, что твое творение не уничтожит нас всех.

Их взгляды снова встретились, и на мгновение Даниэлю показалось, что он видит тень прежней Анны – женщины, которая когда-то разделяла его страсть к исследованиям неизведанного, а не только заботилась о протоколах безопасности.

– Арго, – обратился он к ИИ, не разрывая зрительного контакта с Анной, – предоставь полковнику Соколовой полный доступ к данным проекта "Генезис" и подготовь рабочую станцию в основной лаборатории.

– Выполняю, доктор Роу, – отозвался Арго.

– Спасибо, – сказала Анна, и в этом простом слове слышалось нечто большее, чем формальная благодарность.

Даниэль кивнул и повернулся к экранам, где продолжала развиваться новорожденная звездная система – одна из бесчисленных в созданной им вселенной. Он не знал, что принесет будущее – ни для его эксперимента, ни для его возобновившихся отношений с Анной, но впервые за долгое время почувствовал волнение, выходящее за рамки чистой науки.

"Генезис-19" был успешен. Его карманная вселенная жила и развивалась. И где-то в глубине души он чувствовал, что это только начало чего-то гораздо большего и, возможно, более опасного, чем он мог представить.

ГЛАВА 2: АНОМАЛИЯ

Прошла неделя с момента успешного запуска "Генезис-19". По внутреннему времени карманной вселенной прошло уже более 250,000 лет – достаточно, чтобы увидеть формирование развитых звездных систем, эволюцию галактик и рождение первых поколений звезд и планет.

Даниэль практически не покидал лабораторию, наблюдая за развитием своего творения с неослабевающим интересом. Присутствие команды СКБ во главе с Анной изменило динамику работы – теперь каждое решение, каждое наблюдение проходило через дополнительный слой проверок и согласований.

– Сектор Дельта-9 проявляет необычную активность, – сообщил Арго, привлекая внимание Даниэля.

Голографические проекции сфокусировались на отдаленной спиральной галактике, где одна из звездных систем демонстрировала странные энергетические колебания.

– Что именно мы видим, Арго? – спросил Даниэль, подходя ближе к проекции.

– Третья планета в системе демонстрирует необычные спектральные характеристики, – ответил ИИ. – Состав атмосферы меняется с аномальной скоростью. Регистрируются значительные концентрации кислорода и метана.

Даниэль замер, осознавая импликации.

– Биомаркеры… – прошептал он. – Арго, увеличь и детализируй поверхность планеты.

Изображение увеличилось, показывая голубоватую планету с облачными структурами и обширными водными поверхностями.

– Доброе утро, – раздался голос Анны, входящей в лабораторию с чашкой синтетического кофе. – Что-то интересное?

– Возможно, первые признаки жизни, – не отрываясь от экранов, ответил Даниэль. – Смотри.

Анна подошла ближе, её профессиональное лицо не выдавало эмоций, но глаза выдавали искреннее удивление.

– Так быстро? – она поставила чашку на консоль. – Прошло всего 250,000 лет по внутреннему времени.

– Карманная вселенная развивается по своим правилам, – Даниэль указал на данные анализа. – Физические константы, которые я установил, благоприятствуют ускоренному формированию сложных молекул. И вот результат – биосфера развивается в десятки раз быстрее, чем в нашей вселенной.

– Доктор Роу, полковник Соколова, – вмешался Арго, – я зарегистрировал еще одну аномалию, не связанную с планетарным развитием.

– Что именно? – одновременно спросили они.

– Квантовые флуктуации на границе карманной вселенной, – сообщил ИИ. – Незначительные, но статистически значимые отклонения от базовых параметров.

Даниэль нахмурился.

– Покажи данные.

На отдельном экране появились графики, показывающие тонкие колебания в квантовом барьере, отделяющем карманную вселенную от их реальности.

– Это… необычно, – пробормотал Даниэль.

– Это опасно? – прямо спросила Анна, её рука инстинктивно потянулась к коммуникатору СКБ на запястье.

– Не думаю, – медленно ответил Даниэль. – Скорее интересно. Похоже, вселенная начинает исследовать свои границы.

Дверь лаборатории открылась, и вошел Алекс Ковальски, как обычно излучающий энергию и оптимизм.

– Доброе утро, команда богов! Как поживает наша малышка-вселенная? – он остановился, заметив напряженные лица. – Что-то случилось?

– Возможная аномалия на квантовой границе, – ответила Анна, кивнув ему. – И, похоже, зарождение примитивной жизни в одной из звездных систем.

Алекс присвистнул.

– Вау, двойной джекпот. Жизнь и загадка в один день.

Он подошел к консоли, быстро изучая данные квантовых флуктуаций.

– Хм, интересно. Похоже на паттерн, а не на случайный шум, – он повернулся к Даниэлю. – Ты заметил периодичность? Семь пиков с равными интервалами.

Даниэль взглянул внимательнее.

– Действительно… Арго, проведи анализ Фурье по этим колебаниям. Ищи закономерности.

– Выполняю, – отозвался ИИ. – Анализ показывает наличие регулярного паттерна. Вероятность случайного возникновения менее 0.0001%.

В лаборатории воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим гудением квантовых процессоров.

– Это может быть что угодно, – наконец произнес Алекс. – Естественная гармоника квантового поля, артефакт нашей измерительной системы…

– Или попытка коммуникации, – тихо закончил Даниэль, глядя на пульсирующую в камере миниатюрную вселенную.

Анна напряглась.

– Коммуникации? Ты считаешь, что примитивная биосфера, только что зародившаяся, уже пытается связаться с нами?

– Нет, конечно нет, – покачал головой Даниэль. – Но это не единственная звездная система в карманной вселенной. За 250,000 лет могли развиться и другие формы жизни, более продвинутые.

– При временном коэффициенте один к миллиону каждые 15 минут внутри проходит примерно 28 лет, – заметил Алекс. – Мы не можем мониторить все звездные системы одновременно. Что-то могло ускользнуть от нашего внимания.

– Нам нужно расширить мониторинг, – решительно сказала Анна. – Арго, запусти полное сканирование всех звездных систем карманной вселенной, фокусируясь на потенциальных биомаркерах и технологических сигнатурах.

– Задача принята, полковник Соколова. Ориентировочное время выполнения: 47 минут, – отозвался ИИ.

Даниэль провел рукой через волосы, его лицо выражало смесь восхищения и беспокойства.

– Если это действительно попытка контакта… – он не закончил мысль.

– То мы должны быть чрезвычайно осторожны, – твердо произнесла Анна. – Протокол СКБ ясно определяет действия в случае контакта с внепространственными сущностями. И первое правило – не отвечать без полной оценки рисков.

– Но это не "внепространственные сущности", – возразил Даниэль, в его голосе появилась нотка раздражения. – Это жизнь, которую мы создали. Наша ответственность.

– Тем более, – Анна смотрела на него жестким взглядом. – Мы не знаем, что эволюционировало в твоей вселенной, Даниэль. Нам нужны данные, прежде чем принимать решения.

Алекс, чувствуя нарастающее напряжение, вмешался:

– Хей, давайте сначала дождемся результатов сканирования? Может быть, мы все драматизируем, и это просто странный квантовый эффект.

Даниэль и Анна продолжали смотреть друг на друга, их негласное соперничество – научная любознательность против протокольной осторожности – было почти осязаемым.

– Разумно, – наконец согласился Даниэль. – Арго, ускорь сканирование, приоритизируй регионы с наиболее стабильными звездными системами.

– Корректирую параметры сканирования, доктор Роу.

В этот момент дверь лаборатории снова открылась, и вошла высокая женщина с оливковой кожей и проницательными карими глазами.

– Я слышала, у нас здесь что-то интересное? – спросила она с легким акцентом.

– Доктор Нагиева, – Даниэль кивнул с видимым облегчением. – Вы вовремя. У нас возможные признаки жизни в секторе Дельта-9 и странные квантовые флуктуации на границе вселенной.

Доктор Лейла Нагиева, ведущий ксенобиолог проекта, подошла к экранам, её глаза загорелись профессиональным интересом.

– Покажите мне биомаркеры.

Следующие несколько минут Лейла внимательно изучала данные с планеты, демонстрирующей признаки зарождающейся жизни. Её пальцы быстро двигались над голографической консолью, вызывая дополнительные графики и анализы.

– Впечатляюще, – наконец сказала она. – По спектральным данным похоже на раннюю стадию бактериального метаболизма. Но есть кое-что необычное… – она указала на график химического состава. – Этот метаболический цикл использует кремний наравне с углеродом. Такого мы не наблюдаем в нашей вселенной.

– Кремниевая жизнь? – удивленно спросил Алекс. – Я думал, это только в научной фантастике.

– В нашей вселенной условия не благоприятствуют кремниевой биохимии, – пояснила Лейла. – Но в карманной вселенной мы имеем другой набор физических констант. Похоже, здесь кремний может участвовать в формировании сложных молекул гораздо активнее.

Даниэль подался вперед, его глаза блестели от возбуждения.

– Это может объяснить ускоренную эволюцию. Гибридная углеродно-кремниевая биохимия потенциально более эффективна в определенных условиях.

– Доктор Роу, – прервал их Арго, – сканирование завершено на 78%. Обнаружены дополнительные аномалии в секторе Гамма-3.

Все повернулись к новому экрану, где появилось изображение другой звездной системы. В отличие от первой, здесь вокруг красноватой звезды вращались не планеты, а странные кольцеобразные структуры, излучающие регулярные энергетические импульсы.

– Что это? – прошептала Анна.

Лейла быстро проанализировала данные.

– Не похоже на естественное образование… – она замолчала, явно не желая озвучивать очевидный вывод.

– Искусственные структуры, – произнес Даниэль, не скрывая волнения. – Мы наблюдаем признаки разумной деятельности.

– Это невозможно, – Анна покачала головой. – Прошло всего 250,000 лет. Даже при ускоренной эволюции технологическая цивилизация не могла развиться так быстро.

– В нашей вселенной – да, – согласился Даниэль. – Но мы не знаем, какие эволюционные пути возможны при гибридной углеродно-кремниевой биохимии и измененных физических константах.

Алекс указал на экран с квантовыми флуктуациями.

– Смотрите, паттерн изменился. Теперь это… похоже на математическую последовательность. Простые числа!

Действительно, пики флуктуаций теперь четко соответствовали интервалам простых чисел – 2, 3, 5, 7, 11, 13…

– Это не случайность, – тихо произнес Даниэль. – Это сигнал. Попытка контакта.

Анна мгновенно активировала свой коммуникатор.

– Соколова – командному центру СКБ. Активировать протокол "Первый контакт", уровень безопасности альфа. Запрашиваю немедленное развертывание оперативной группы.

– Анна, – Даниэль положил руку на её плечо, – мы не знаем, представляет ли это угрозу. Это может быть величайшее открытие в истории.

– Именно поэтому мы должны следовать протоколу, – отрезала она, сбрасывая его руку. – Величайшие открытия часто несут величайшие риски.

Лаборатория внезапно погрузилась в красное аварийное освещение, и раздался голос Арго:

– Внимание! Зарегистрирован квантовый всплеск на границе карманной вселенной! Уровень энергии превышает допустимые параметры на 47%.

Все повернулись к квантовой камере, где миниатюрная вселенная, казалось, пульсировала ярче обычного. Волны странного искаженного света расходились от её поверхности.

– Что происходит? – спросила Анна, её рука уже лежала на аварийной панели.

– Не уверен, – Даниэль быстро анализировал данные. – Похоже на направленный энергетический всплеск. Как будто что-то внутри пытается… проникнуть через барьер.

– Щиты держатся? – быстро спросила Анна.

– Все барьеры стабильны, – отозвался Арго. – Но энергетический уровень продолжает расти. Рекомендую активировать вторичные защитные протоколы.

Даниэль колебался, его научное любопытство боролось с инстинктом самосохранения.

– Подождите, – вмешалась Лейла, указывая на новый паттерн квантовых флуктуаций. – Это не атака. Это… передача информации. Смотрите на структуру сигнала.

На экране пульсирующие линии складывались в сложный, но явно упорядоченный паттерн.

– Двоичный код? – предположил Алекс, вглядываясь в данные.

– Нет, сложнее, – пробормотал Даниэль. – Похоже на квантовое кодирование. Информация закодирована в самих флуктуациях.

– Чем бы это ни было, нам нужно изолировать лабораторию, – настояла Анна. – Протокол безопасности.

– Арго, – обратился Даниэль к ИИ, – можешь декодировать сигнал?

– Попытка декодирования… – отозвался Арго после паузы. – Структура сигнала соответствует математическим последовательностям. Первичный анализ указывает на возможное графическое представление.

– Покажи, – скомандовал Даниэль.

На главном экране появилось странное изображение – что-то похожее на схематичное представление двух структур. Одна напоминала звездную систему с планетами, другая – квантовую камеру с карманной вселенной внутри.

– Они знают о нас, – прошептала Лейла, её глаза широко раскрылись. – Они осознают, что находятся в искусственной вселенной.

– И пытаются связаться с создателями, – закончил Даниэль.

Анна сжала зубы, её профессиональная подготовка боролась с изумлением.

– Даниэль, мы должны следовать протоколу. Это беспрецедентная ситуация с неизвестными рисками.

– Я знаю, – неожиданно согласился он. – Арго, активируй вторичные защитные барьеры, но сохрани квантовые сенсоры активными. Мы не будем отвечать… пока. Но продолжим слушать.

Аварийное освещение сменилось на обычное, когда дополнительные защитные поля окружили квантовую камеру.

– Квантовый всплеск стабилизировался, – сообщил Арго. – Уровень энергии возвращается к нормальным параметрам.

В лаборатории воцарилась напряженная тишина. Все четверо ученых смотрели на миниатюрную вселенную, пульсирующую в камере, с новым пониманием – внутри неё, в звездной системе, до которой свет шел бы тысячи лет, существа неизвестной природы осознали свое положение и пытались общаться со своими создателями.

– Что теперь? – наконец спросил Алекс, нарушая молчание.

Даниэль глубоко вздохнул, его взгляд был устремлен на карманную вселенную.

– Теперь… мы должны решить, отвечать ли богам на молитвы их созданий.

Никто не нашелся с ответом, и лаборатория погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тихим гудением квантовых машин, поддерживающих существование целого мира, заключенного в сферу размером с футбольный мяч.

Несколько часов спустя лаборатория трансформировалась в настоящий командный центр. Представители СКБ установили дополнительное оборудование мониторинга, а группа специалистов по квантовой безопасности заняла позиции вокруг периметра. Даниэль, Анна, Лейла и Алекс сидели за центральной консолью, анализируя потоки данных, поступающих из карманной вселенной.

– С момента первого контакта прошло пять часов, – сказал Даниэль, глядя на хронометр. – Внутри карманной вселенной – почти тысяча лет. И никаких новых попыток коммуникации.

– Может, они решили, что мы не ответим, – предположил Алекс.

– Или готовят что-то более серьезное, – мрачно заметила Анна.

Лейла, не отрываясь от анализа биологических данных, покачала головой.

– Я просмотрела данные о звездной системе Гамма-3, где были обнаружены искусственные структуры. Судя по всему, там развилась цивилизация, базирующаяся на кремниево-углеродной биологии. Но самое интересное не это, – она вывела на экран новые данные. – За последние часы их технологическое развитие ускорилось экспоненциально. Структуры расширяются, меняются, эволюционируют почти в реальном времени.

– Технологическая сингулярность? – предположил Даниэль.

– Похоже на то, – кивнула Лейла. – Если такими темпами, через несколько часов по нашему времени их технологический уровень может превысить наш собственный.

– Это неприемлемо, – отрезала Анна. – Мы не можем позволить потенциально враждебной цивилизации развиться до уровня, способного угрожать нашей безопасности.

– Мы не знаем, враждебны ли они, – возразил Даниэль. – Единственное, что мы видели – попытка контакта.

– Дело в другом, – вмешался Алекс, его обычно беззаботное лицо было необычно серьезным. – Если они действительно осознали, что находятся в искусственной вселенной, то естественно будут стремиться к независимости. А единственный способ обрести её – прорыв в нашу реальность.

В наступившей тишине эта мысль обрела пугающую ясность. Существа внутри карманной вселенной могли видеть в создателях не богов, а тюремщиков.

– Мы не можем уничтожить целую цивилизацию только из страха, – тихо произнесла Лейла. – Это было бы… геноцидом.

– Мы говорим о безопасности нашего мира, – возразила Анна. – О миллиардах жизней.

Даниэль поднял руку, прерывая спор.

– Давайте не будем принимать поспешных решений. Мы создали эту вселенную, и у нас есть ответственность перед жизнью внутри неё. Но у нас также есть ответственность перед нашим собственным миром.

Он повернулся к главному экрану, где отображалась карта карманной вселенной с отмеченными точками активности.

– Предлагаю компромисс. Мы устанавливаем двусторонний канал коммуникации, но через строго контролируемый квантовый туннель. Никакого физического контакта, только обмен информацией.

– Слишком рискованно, – покачала головой Анна. – Любой канал может быть использован для атаки.

– Не обязательно, – вмешался Алекс. – Мы можем создать однонаправленный квантовый мост для передачи данных. Физически невозможно передать что-либо материальное через такой канал – только информацию.

Анна колебалась.

– А если информация будет содержать вирус или нечто подобное?

– Мы будем пропускать все через изолированные системы, – заверил Даниэль. – Многоуровневая защита, анализ каждого бита информации.

– Это может сработать, – медленно произнесла Лейла. – И это даст нам шанс понять их намерения, не подвергая себя непосредственному риску.

Анна обвела взглядом своих коллег, понимая, что она в меньшинстве.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Но при первых признаках угрозы я активирую протокол "Дамоклов меч".

Даниэль знал, что это означает – мгновенное уничтожение карманной вселенной. Мысль о том, что вся созданная им реальность может быть стерта одним нажатием кнопки, вызвала у него почти физическую боль, но он кивнул.

– Справедливо. Алекс, начни подготовку квантового моста. Лейла, разработай базовый протокол коммуникации – что-то, что они смогут интерпретировать. Я буду контролировать энергетические параметры.

– А я обеспечу безопасность, – твердо заявила Анна.

Следующие несколько часов команда работала в напряженном молчании, каждый сосредоточен на своей задаче. Даниэль настраивал тонкие параметры квантового моста, осознавая историчность момента – первый контакт с разумной жизнью из другой вселенной, пусть и созданной людьми.

– Квантовый мост готов к активации, – наконец объявил Алекс. – Все системы работают в штатном режиме.

– Протокол коммуникации загружен, – доложила Лейла. – Базовая математическая последовательность, за которой следует простая двоичная схема для передачи изображений.

– Защитные системы активны, – подтвердила Анна. – Квантовые дестабилизаторы в режиме готовности.

Даниэль глубоко вздохнул.

– Арго, активируй квантовый мост. Начинай передачу инициирующей последовательности.

– Активация… – отозвался ИИ. – Квантовый мост стабилен. Передача начата.

На экранах появилась визуализация потока данных – сначала простая математическая последовательность, затем базовые геометрические формы, затем схематическое изображение солнечной системы и человека.

– Теперь ждем, – тихо произнес Даниэль.

Ожидание длилось не более минуты. Внезапно сенсоры зафиксировали ответный сигнал, проходящий через квантовый мост. Данные начали заполнять экраны – сначала повторение отправленной последовательности, затем собственная серия математических формул, а затем…

– Боже мой, – прошептала Лейла, глядя на появившееся изображение.

На экране сформировался четкий образ существа, не похожего ни на что, известное на Земле. Оно напоминало кристаллическую структуру с множеством ветвящихся отростков, внутри которой пульсировали потоки энергии. Рядом с изображением появились схемы молекул – очевидно, его биохимический состав.

– Кремниево-углеродный гибрид, – прокомментировала Лейла, быстро анализируя данные. – Невероятно сложная структура. Разум, основанный на кристаллических нейронных сетях.

– Они представились, – сказал Даниэль. – Показали, кто они такие.

Следующие изображения показывали ускоренную эволюцию этих существ – от примитивных форм до сложных структур, организованных в коллективные образования.

– Коллективный разум, – пробормотал Алекс. – Они функционируют как единый организм.

Последнее изображение заставило всех замолчать. Оно показывало множество кристаллических существ, объединенных в сложную сеть, окружающую шар, очевидно представляющий их вселенную. За пределами шара была изображена упрощенная версия лаборатории и человеческих фигур.

– Они полностью осознают свое положение, – произнес Даниэль. – И они знают о нас.

– Что они хотят? – спросила Анна, её рука по-прежнему лежала на панели управления квантовыми дестабилизаторами.

Как будто отвечая на её вопрос, на экране появилось новое изображение – карманная вселенная, соединенная мостом с их реальностью. Не просто информационным мостом, а полноценным проходом.

– Они хотят выйти, – тихо сказал Алекс. – Они хотят свободы.

Даниэль смотрел на изображение, его мысли мчались. Эти существа эволюционировали за тысячи лет внутри созданной им вселенной, достигли самосознания, осознали свое положение – и теперь просили выхода в большую реальность.

– Мы не можем этого позволить, – твердо сказала Анна. – Риск слишком велик.

– Но мы несем ответственность за их существование, – возразила Лейла. – Мы создали их.

– Именно поэтому мы должны быть осторожны, – сказал Даниэль, удивив всех своим согласием с Анной. – Мы не знаем, как эти существа будут взаимодействовать с нашей реальностью. Их биохимия, их сознание – все фундаментально отличается от нашего.

Он повернулся к консоли и начал набирать новую последовательность данных.

– Что ты делаешь? – спросила Анна.

– Отвечаю им, – сказал Даниэль. – Я говорю, что мы не можем открыть физический проход, но готовы продолжать коммуникацию. Узнавать друг друга.

Он отправил сообщение через квантовый мост. Ответ пришел почти мгновенно – серия быстрых импульсов, которые Арго тут же начал декодировать.

– Они не довольны, – прокомментировал ИИ. – Судя по энергетическим паттернам, сообщение содержит элементы, которые можно интерпретировать как разочарование или неодобрение.

Следующее изображение показывало карманную вселенную, внутри которой некоторые области начали тускнеть и разрушаться.

– Что происходит? – встревоженно спросила Лейла.

– Деградация пространства-времени в отдельных секторах, – сообщил Арго. – Внутренняя структура карманной вселенной начинает проявлять признаки нестабильности.

– Они делают это намеренно, – понял Даниэль. – Это… ультиматум. Или вы выпустите нас, или мы разрушим себя – и, возможно, вас вместе с нами.

– Шантаж, – прошипела Анна. – Я активирую протокол.

– Подожди! – Даниэль схватил её за руку. – Давай попробуем еще раз. Они разумны, они должны понять риски.

Он быстро составил новое сообщение, объясняющее опасности неконтролируемого взаимодействия между вселенными, предлагая вместо этого расширенный информационный обмен и изучение возможностей безопасного контакта в будущем.

Ответ пришел через несколько секунд – изображение, показывающее стабилизацию нестабильных регионов карманной вселенной.

– Они согласились, – с облегчением выдохнул Даниэль. – По крайней мере, на временное перемирие.

– Не расслабляйся, – предупредила Анна. – Это может быть тактический ход.

Следующее изображение, пришедшее через квантовый мост, было неожиданным – схема внутренней структуры их существ, сопровождаемая сложными молекулярными формулами.

– Они… делятся своей биологией с нами? – удивилась Лейла, быстро анализируя данные. – Это невероятно детальная информация о их клеточной структуре и метаболизме.

– Жест доброй воли, – предположил Алекс. – Или способ показать, что они не представляют биологической угрозы?

– Или они просто хотят, чтобы мы лучше поняли их природу, – добавил Даниэль. – Это… разумно.

Он отправил в ответ базовую информацию о человеческой биологии – не слишком детальную, но достаточную для понимания основных принципов.

Следующий час прошел в интенсивном обмене информацией. Существа, которых команда начала неофициально называть "Нексус" из-за их сетевой природы, делились данными о своей науке, культуре (насколько это понятие применимо к коллективному разуму) и истории. В свою очередь, люди осторожно предоставляли информацию о Земле и человеческой цивилизации.

– Это невероятно, – прошептала Лейла, просматривая новую партию данных. – Их понимание квантовой физики превосходит наше. Они развивались всего несколько тысяч лет, но продвинулись дальше, чем мы за миллионы.

– Ускоренная эволюция в изолированной среде, – кивнул Даниэль. – Плюс фундаментально иной тип сознания – коллективный разум работает иначе, более эффективно в некоторых аспектах.

– И именно поэтому они опасны, – тихо заметила Анна, не сводя глаз с экранов. – Если они продолжат развиваться такими темпами…

Её фразу прервал сигнал тревоги. Красные огни замигали по всей лаборатории.

– Внимание! – голос Арго звучал с необычной ургентностью. – Критическая аномалия на квантовом периметре! Детектирован несанкционированный энергетический всплеск!

Все повернулись к квантовой камере, где карманная вселенная внезапно начала излучать пульсирующий свет странного ультрамаринового оттенка.

– Что происходит? – резко спросила Анна.

– Они пытаются расширить квантовый мост, – понял Даниэль, быстро анализируя данные. – Конвертировать информационный канал в материальный проход.

– Я же говорила! – Анна активировала аварийные протоколы. – Это была ловушка. Они использовали наш разговор, чтобы изучить структуру моста и модифицировать её.

– Щиты на максимум! – скомандовал Даниэль. – Арго, закрой квантовый мост!

– Попытка закрытия… безуспешно, – отозвался ИИ. – Внешнее воздействие блокирует протокол деактивации.

– Они взломали систему, – выдохнул Алекс, его пальцы летали над консолью в попытке восстановить контроль. – Нексус использовал обмен данными для внедрения квантового алгоритма в наши системы.

В центре лаборатории, рядом с квантовой камерой, воздух начал мерцать и искажаться. Маленькая точка света, напоминающая миниатюрную версию карманной вселенной, появилась в воздухе и начала медленно расширяться.

– Микроскопический квантовый туннель, – прошептал Даниэль, одновременно пораженный и испуганный. – Они создают проход между вселенными.

– Активирую протокол "Дамоклов меч"! – Анна ударила по красной кнопке на своей панели.

Ничего не произошло.

– Протокол заблокирован, – сообщил Арго. – Квантовые дестабилизаторы не отвечают.

– Эвакуация! – скомандовала Анна, активируя общую тревогу. – Всем покинуть лабораторию немедленно!

Но было поздно. Сияющая точка расширилась до размеров мяча для гольфа, и из неё вылетело нечто, напоминающее крошечное облако мерцающей пыли. Облако зависло в воздухе на мгновение, затем начало формировать сложную кристаллическую структуру прямо на глазах у изумленных ученых.

– Посланник Нексуса, – выдохнула Лейла. – Они прислали… представителя.

Кристаллическая структура, размером с человеческую ладонь, парила в воздухе, испуская мягкое сияние. Внутри неё пульсировали потоки энергии, создавая почти гипнотический эффект.

– Не приближайтесь! – предупредила Анна, выхватывая квантовый дестабилизатор личного действия. – Мы не знаем, что это такое!

Кристалл начал испускать серию световых импульсов, которые Арго немедленно начал декодировать.

– Коммуникационная последовательность, – сообщил ИИ. – Перевод: "Мы – Нексус. Мы пришли с миром. Мы хотим понять."

– Не верю, – Анна держала оружие направленным на кристалл. – Они взломали наши системы, обошли защиту.

– Потому что мы не оставили им выбора, – тихо сказал Даниэль, делая осторожный шаг вперед. – Они хотят контакта, хотят быть услышанными.

Кристалл повернулся к нему, его свечение изменилось, став более интенсивным.

– "Создатель", – перевел Арго новую последовательность импульсов. – "Мы узнаем вас. Вы дали нам жизнь."

Даниэль остановился в нескольких шагах от парящего кристалла, его лицо выражало смесь страха и благоговения.

– Да, – тихо произнес он. – Я создал вашу вселенную. Но не ожидал, что вы эволюционируете так быстро.

– "Время течет иначе для нас. Мы прожили эоны. Мы наблюдали за вами."

– Как вы смогли создать квантовый туннель? – спросил Даниэль, научное любопытство временно пересиливая осторожность.

Кристалл испустил новую серию импульсов, которые Арго переводил с небольшой задержкой.

– "Ваш квантовый мост дал нам понимание структуры барьера между мирами. Мы адаптировали технологию, усовершенствовали её. Мы хотим учиться. Обмениваться знаниями."

– А если мы скажем "нет"? – резко спросила Анна, не опуская оружия. – Если мы потребуем, чтобы вы вернулись в свою вселенную?

Кристалл повернулся к ней, его свечение стало холоднее, интенсивность импульсов возросла.

– "Мы хотим мира. Но мы также хотим выжить. Ваш мир – наш мир. Мы созданы из той же сути. Разделение искусственно."

– Но необходимо, – вмешалась Лейла, делая шаг вперед. – Ваша биохимия, ваша природа фундаментально отличается от нашей. Прямое взаимодействие может быть катастрофическим для обеих сторон.

Кристалл завис неподвижно, как будто обдумывая эту информацию. Затем он начал трансформироваться, изменяя свою структуру на глазах удивленных ученых. Через несколько секунд он принял форму, отдаленно напоминающую человеческую фигуру – гуманоидный силуэт из светящихся кристаллов.

– "Мы можем адаптироваться. Мы можем изменяться. Мы хотим понять вас. И быть понятыми."

Даниэль посмотрел на своих коллег. Анна все еще держала оружие наготове, но в её глазах появилось сомнение. Лейла выглядела зачарованной, а Алекс – настороженным, но заинтригованным.

– Предлагаю компромисс, – наконец сказал Даниэль, обращаясь к кристаллическому посланнику. – Мы создадим контролируемую среду для взаимодействия. Ограниченный контакт, под строгим наблюдением. Постепенное изучение возможностей сосуществования.

Кристаллическая фигура засветилась ярче, затем поклонилась в человеческом жесте согласия.

– "Мы принимаем. Это начало нового понимания между создателями и созданными."

Анна медленно опустила оружие, но не убрала его.

– Я надеюсь, что мы не пожалеем об этом, – тихо сказала она.

Даниэль смотрел на кристаллического посланника с Нексуса, осознавая, что стоит на пороге новой эры – эры, где человечество больше не будет единственной разумной силой в игре. И где-то глубоко внутри он задавался вопросом, не повторяет ли он путь своих собственных неведомых создателей – если таковые существуют.

Аномалия в карманной вселенной открыла дверь в неизведанное. И теперь им предстояло шагнуть через этот порог – со всеми рисками и возможностями, которые это несло.

ГЛАВА 3: ЭВОЛЮЦИЯ

Три дня прошли в напряженной, но продуктивной работе. Лаборатория "ИнфинитиТек" трансформировалась – центральный зал был теперь разделен на две секции квантовым барьером. По одну сторону находились люди и их оборудование, по другую – специально созданная среда для Нексуса.

Кристаллический посланник, теперь уже не одинокий, а окруженный дюжиной подобных структур, парил в специально созданной атмосфере, богатой кремнием и редкими элементами. Квантовый туннель между карманной вселенной и лабораторией оставался открытым, но тщательно контролировался с обеих сторон.

Даниэль сидел перед терминалом, изучая последние данные обмена, когда дверь лаборатории открылась, и вошла Анна.

– Как продвигается коммуникация? – спросила она, подходя ближе.

– Удивительно хорошо, – Даниэль указал на экран, где отображались сложные диаграммы и формулы. – Их понимание квантовой механики на совершенно другом уровне. Они оперируют концепциями, до которых нам еще десятилетия исследований.

– И это не беспокоит тебя? – Анна присела рядом, её глаза внимательно изучали данные. – Цивилизация, существующая всего несколько тысяч лет, превосходит нас в фундаментальной науке.

– Беспокоит, конечно, – признал Даниэль. – Но и восхищает. Они мыслят совершенно иначе. Коллективный разум, распределенное сознание, отсутствие индивидуального эго – все это дает им преимущества в определенных областях познания.

Анна бросила взгляд на кристаллических существ за барьером.

– Директор Чен будет через час. Совет директоров требует отчета о практических применениях.

Даниэль вздохнул.

– Конечно. Всегда дело в прибыли.

– А ты ожидал чего-то другого? – Анна слабо улыбнулась. – "ИнфинитиТек" – корпорация, а не благотворительная организация. Они вложили триллионы в твой проект.

В этот момент к ним подошла Лейла, её глаза блестели от возбуждения.

– Вы не поверите, что мы только что обнаружили, – она активировала голографический дисплей. – Нексус показал нам структуру своего распределенного сознания. Это… невероятно. Они функционируют как единый организм, но состоят из миллиардов независимых кристаллических узлов, каждый со своей уникальной функцией.

На экране появилась трехмерная модель внутренней структуры одного из кристаллических существ – сложная сеть энергетических потоков, образующих что-то похожее на нейронную сеть, но принципиально иной архитектуры.

– Каждый узел – это квантовый процессор? – спросил Даниэль, изучая модель.

– В каком-то смысле, – кивнула Лейла. – Но гораздо более продвинутый. Они используют квантовую запутанность для мгновенной коммуникации между узлами независимо от расстояния. Фактически, все представители Нексуса в карманной вселенной остаются частью единого сознания.

– Включая тех, кто сейчас здесь, – тихо заметила Анна. – Они все еще связаны со своим миром.

– Именно, – подтвердила Лейла. – И это открывает невероятные возможности для коммуникации. Мы можем общаться с представителями здесь и одновременно со всем Нексусом через них.

Даниэль задумчиво потер подбородок.

– Это объясняет их ускоренную эволюцию. Распределенное сознание, коллективный опыт, квантовая коммуникация – все это дает экспоненциальное ускорение в развитии.

– И делает их потенциально опасными, – добавила Анна. – Если один узнает нашу слабость, все узнают.

– Верно, – согласилась Лейла. – Но также если один научится доверять нам, все могут последовать.

Дверь лаборатории снова открылась, и вошел Алекс Ковальски в сопровождении группы техников, несущих новое оборудование.

– Привет, команда! Принес игрушки для наших кристаллических друзей, – он поставил контейнер на стол. – Новые сенсоры, способные регистрировать квантовые колебания на фемтоуровне. Должны помочь нам лучше понять их коммуникацию.

– Отлично, – кивнул Даниэль. – Установи их вокруг контактной зоны.

Пока Алекс и техники работали, Даниэль повернулся к барьеру, за которым кристаллические существа двигались в странном, почти гипнотическом танце, испуская пульсирующий свет.

– Арго, – обратился он к ИИ, – какой сейчас возраст карманной вселенной по внутреннему хронометражу?

– Текущий возраст карманной вселенной: 573,482 года с момента создания, – ответил Арго. – Технологическое развитие Нексуса продолжает ускоряться. По нашим оценкам, они уже достигли стадии, эквивалентной четвертой технологической сингулярности.

– Четвертой? – удивленно переспросила Анна. – Мы сами только на пороге второй.

Даниэль кивнул.

– Их развитие нелинейно. Каждая сингулярность ускоряет следующую.

На главном экране лаборатории появилось изображение карманной вселенной в режиме реального времени. Некогда хаотическое скопление галактик теперь демонстрировало признаки упорядоченности – некоторые звездные системы были соединены светящимися нитями, образуя гигантскую сеть.

– Они преобразуют свою вселенную, – прошептала Лейла. – Реорганизуют материю и энергию по своему усмотрению.

– И что будет, когда им станет тесно в своей вселенной? – задала вопрос Анна, который все они избегали. – Когда они исчерпают ресурсы своего мира?

Даниэль не успел ответить – двери лаборатории распахнулись, и вошел Виктор Чен в сопровождении группы корпоративных руководителей. Его взгляд мгновенно остановился на кристаллических существах за барьером.

– Впечатляюще, – произнес он, подходя ближе. – Так это и есть ваши "квантовые гости"?

– Представители Нексуса, – поправил Даниэль. – Разумная цивилизация из карманной вселенной.

Чен изучал кристаллические структуры с непроницаемым выражением лица.

– И каковы практические применения этого… контакта?

Даниэль почувствовал раздражение, но Лейла ответила прежде, чем он успел:

– Директор Чен, Нексус уже поделился с нами технологиями, которые опережают наши на десятилетия, если не столетия. Их понимание квантовой механики, материаловедения, энергетических систем – все это имеет огромный потенциал для коммерческого применения.

Чен поднял бровь.

– Конкретные примеры?

Даниэль активировал другой экран.

– Вот, – он указал на сложную диаграмму. – Схема квантового процессора, основанного на их технологии. Теоретическая вычислительная мощность в тысячу раз превышает наши лучшие системы при энергопотреблении в сотую долю.

– А это, – добавила Лейла, демонстрируя молекулярную структуру, – новый тип сверхпроводника, работающий при комнатной температуре. Они буквально показали нам, как реорганизовать атомную решетку для достижения сверхпроводимости.

Глаза Чена загорелись интересом.

– Работающий прототип?

– Пока только теоретическая модель, – признал Даниэль. – Но все расчеты подтверждают возможность реализации.

– Хорошо, – Чен кивнул, делая заметки на своем планшете. – Что еще?

Алекс, закончивший установку оборудования, присоединился к разговору:

– Квантовая криптография нового поколения, техники материализации энергии, преобразование материи на субатомном уровне… – он улыбнулся. – Список продолжается, директор. Эти ребята буквально фонтанируют идеями.

Чен обошел лабораторию, внимательно изучая оборудование и данные на экранах. Остановившись перед барьером, он долго смотрел на кристаллических существ, которые, казалось, отвечали ему таким же изучающим взглядом.

– Совет директоров будет впечатлен, – наконец сказал он. – Но также обеспокоен. Безопасность?

– Максимальный уровень, – быстро ответила Анна. – Тройной квантовый барьер, постоянный мониторинг, протоколы изоляции. СКБ контролирует ситуацию.

– Хорошо, – кивнул Чен. – Потому что я только что получил разрешение от Глобальной Технократии на расширение проекта. Дополнительное финансирование, больше персонала, новое оборудование. Совет видит в этом… стратегическое преимущество.

– Стратегическое? – переспросил Даниэль. – Вы имеете в виду военное?

Чен улыбнулся тонкой, расчетливой улыбкой.

– Назовем это комплексным подходом. Научный прогресс имеет множество применений.

Он повернулся к одному из сопровождающих его руководителей.

– Начните подготовку нового крыла. Полная изоляция, максимальная безопасность. Я хочу, чтобы проект "Генезис" получил все необходимые ресурсы.

Даниэль переглянулся с Анной, в её глазах читалось то же беспокойство, что чувствовал он сам. Корпоративный интерес к контакту с Нексусом означал ускорение работ, но также и новый уровень давления – и потенциальных рисков.

– Есть еще кое-что, директор, – сказала Лейла, привлекая внимание Чена. – Нексус выразил желание расширить контакт. Они хотят более глубокого обмена, не только информацией, но и… культурой, если можно так сказать.

Чен нахмурился.

– Что конкретно они предлагают?

– Создание общего виртуального пространства, – ответил Даниэль. – Среды, где наши сознания могли бы взаимодействовать напрямую, без ограничений физического мира.

– Нейроинтерфейс? – Чен выглядел заинтригованным. – Интересно. Очень интересно.

– И опасно, – добавила Анна. – Прямой контакт сознаний открывает возможности для воздействия, которые мы не можем предсказать.

– Но также и для беспрецедентного обмена знаниями, – возразил Даниэль. – Представьте, что мы можем получить доступ к их коллективному опыту, накопленному за сотни тысяч лет эволюции.

Чен задумался, его кибернетические глаза мерцали, обрабатывая информацию.

– Разработайте протокол, – наконец решил он. – С максимальными мерами безопасности. Одобрение будет зависеть от результатов предварительных тестов.

Он повернулся, готовясь уйти, но остановился и посмотрел на Даниэля.

– Доктор Роу, вы превзошли все ожидания. Создание карманной вселенной было впечатляющим достижением. Но установление контакта с развитой цивилизацией… это меняет все. "ИнфинитиТек" теперь находится на передовой новой эры человечества.

С этими словами он и его свита покинули лабораторию, оставив команду ученых в смешанных чувствах.

– Ему нужно оружие, – тихо сказал Алекс, когда двери закрылись. – Вы слышали? "Стратегическое преимущество". Корпорации готовятся к новой гонке вооружений.

– Неудивительно, – вздохнула Анна. – Технологии Нексуса могут изменить баланс сил. Кто контролирует их, контролирует будущее.

Даниэль подошел к барьеру, глядя на кристаллических существ. Они собрались ближе к его стороне, их свечение изменилось, став более интенсивным.

– Арго, – обратился он к ИИ, – переведи их сигналы.

– Перевожу, – отозвался Арго. – "Мы чувствуем ваше беспокойство. Мы понимаем страх перед неизвестным. Но мы пришли не как завоеватели. Мы пришли как исследователи. Как вы."

– Они читают наши эмоции? – удивленно спросила Анна.

– Не совсем, – ответила Лейла. – Скорее, они анализируют микроизменения в нашем поведении, речи, физиологических показателях. Их сенсоры гораздо чувствительнее наших.

Даниэль подошел еще ближе к барьеру.

– Вы понимаете, что некоторые люди хотят использовать ваши знания для создания оружия? Для получения власти?

Кристаллические структуры задвигались в сложном танце, испуская серии световых импульсов.

– "Мы понимаем концепцию конфликта. В ранние эпохи нашей эволюции мы также знали разделение и борьбу. Но мы преодолели это, став единым сознанием. Возможно, это путь и для вас."

– Мы не можем стать коллективным разумом, – возразил Даниэль. – Наша биология, наша природа фундаментально индивидуальна.

– "Не обязательно отказываться от индивидуальности, чтобы достичь гармонии. Есть множество путей к единству в разнообразии."

Это заставило всех задуматься. Идея, что высокоразвитая цивилизация могла предложить решение для фундаментальных человеческих конфликтов, была одновременно вдохновляющей и тревожной.

– В любом случае, – прервала молчание Анна, – нам нужно усилить безопасность. Если Чен планирует расширение проекта, риски также возрастают.

Даниэль кивнул.

– Согласен. Алекс, проверь все системы барьеров. Лейла, продолжай биологические исследования. Я займусь разработкой протокола для виртуального контакта.

Когда все разошлись по своим задачам, Даниэль остался у барьера. Один из кристаллических существ приблизился к нему, его свечение стало мягче, почти интимнее.

– "Создатель. Мы чувствуем ваши сомнения. Ваш страх. Но также ваше любопытство. Вашу жажду познания."

Даниэль слабо улыбнулся.

– Да. Я ученый. Познание – это моя жизнь.

– "Тогда позвольте нам показать вам то, что вы никогда не видели. Позвольте нам открыть двери, о существовании которых вы даже не подозреваете."

Кристалл изменил форму, превращаясь в сложную спиральную структуру, напоминающую ДНК, но с дополнительными измерениями, которые казались невозможными в трехмерном пространстве.

– "Реальность больше, чем вы думаете. Ваша вселенная – лишь одна из бесконечного множества. Как наша – лишь одна из созданных вами."

Даниэль замер, осознавая импликации.

– Вы… видели другие вселенные?

– "Мы чувствуем их. На квантовом уровне все вселенные связаны. Тонкие нити, соединяющие реальности. Мы научились видеть эти связи. И следовать по ним."

Эта информация потрясла Даниэля до глубины души. Если Нексус мог воспринимать и взаимодействовать с мультивселенной, это открывало перспективы, выходящие за рамки всего, что он мог представить.

– Покажите мне, – тихо произнес он. – В виртуальном пространстве. Я хочу увидеть то, что видите вы.

Кристалл засветился ярче, словно в ответ на его энтузиазм.

– "Мы подготовим путь. Но будьте осторожны, Создатель. Знание изменяет того, кто его получает. Навсегда."

С этим предупреждением кристалл отплыл обратно к своим собратьям, оставив Даниэля с ощущением, что он стоит на пороге открытия, которое может изменить не только его жизнь, но и будущее всего человечества.

Следующие два дня прошли в лихорадочной подготовке. Лаборатория пополнилась новым оборудованием, дополнительным персоналом и усиленными мерами безопасности. Виртуальная платформа для контакта с Нексусом была почти готова – сложный нейроинтерфейс, объединяющий человеческие технологии с квантовыми принципами, предложенными кристаллическими существами.

Даниэль практически не спал, работая над протоколами безопасности для предстоящего эксперимента. Идея прямого ментального контакта с коллективным разумом, эволюционировавшим в другой вселенной, была одновременно захватывающей и пугающей.

– Ты уверен, что это безопасно? – спросила Анна, входя в его личную лабораторию. На ней была форма СКБ, но без обычных знаков различия – неофициальный визит.

Даниэль оторвался от экранов.

– Безопасно? Нет. Контролируемо? Надеюсь, – он потер усталые глаза. – Мы установили многоуровневую защиту. Квантовые фильтры, нейронные блокираторы, протоколы экстренного отключения. Но правда в том, что мы вступаем на неизведанную территорию.

Анна села рядом с ним, её обычно строгое выражение лица смягчилось.

– Тогда зачем рисковать? Мы уже получаем ценные данные через обычную коммуникацию.

– Потому что Нексус предлагает нам увидеть мультивселенную, Анна, – глаза Даниэля загорелись энтузиазмом. – Не теоретизировать о ней, не строить математические модели, а действительно увидеть структуру реальности на квантовом уровне.

– И ты будешь первым подопытным, – это был не вопрос, а утверждение. Анна знала его слишком хорошо.

– Да, – просто ответил он. – Это мое создание, моя ответственность.

Анна долго смотрела на него, затем вздохнула.

– Я буду контролировать процесс. Лично. И при первых признаках опасности мы прерываем эксперимент.

Даниэль улыбнулся.

– Спасибо. Я знал, что могу на тебя рассчитывать.

Между ними повисло непривычное молчание, наполненное невысказанными словами и старыми эмоциями.

– Знаешь, – наконец произнесла Анна, – когда я узнала, что буду работать с тобой над этим проектом, я была уверена, что это будет катастрофой.

– И что изменилось? – спросил Даниэль, поворачиваясь к ней.

– Ничего, – она улыбнулась. – Я все еще думаю, что это может быть катастрофой. Но теперь я верю, что оно того стоит.

Момент был прерван появлением Алекса, который буквально влетел в лабораторию, его лицо было непривычно серьезным.

– Извините за вторжение, но у нас проблема. Служба безопасности "ИнфинитиТек" устанавливает дополнительное оборудование в контактной зоне. Военного типа.

– Что? – Даниэль вскочил. – Кто дал разрешение?

– Прямой приказ Чена, – ответил Алекс. – Они говорят, это "протокольное оборудование для обеспечения безопасности", но я узнаю квантовые дестабилизаторы, когда вижу их.

Анна мгновенно перешла в профессиональный режим.

– Это нарушает протокол СКБ. Любое военное оборудование должно быть согласовано с нами.

Они быстро направились к главной лаборатории. Входя, они увидели группу техников в униформе службы безопасности "ИнфинитиТек", устанавливающих массивные устройства вокруг контактной зоны. Лейла стояла в стороне, её лицо выражало тревогу.

– Что здесь происходит? – требовательно спросил Даниэль.

Старший техник, мужчина с военной выправкой, повернулся к ним.

– Установка дополнительных мер безопасности, доктор Роу. Директивы руководства.

– Я руководитель проекта, – отрезал Даниэль. – И я не давал разрешения на установку этого оборудования.

– У меня прямой приказ директора Чена, – техник протянул планшет с электронным распоряжением.

Анна быстро просмотрела документ.

– Это квантовые дезинтеграторы класса "Альфа", – её голос стал жестким. – Военное оружие, запрещенное к использованию в исследовательских учреждениях без специального разрешения СКБ.

– У нас есть все необходимые разрешения, полковник, – спокойно ответил техник. – Служба Квантовой Безопасности одобрила установку на высшем уровне.

– На высшем уровне? – переспросила Анна. – Это невозможно. Я бы знала.

– Очевидно, нет, – техник вернулся к работе, явно считая разговор оконченным.

Даниэль обернулся к контактной зоне. Кристаллические существа собрались у барьера, их свечение пульсировало в тревожном ритме.

– Они чувствуют угрозу, – тихо сказала Лейла, подходя к нему. – Их энергетические паттерны изменились, как только началась установка.

– Арго, – обратился Даниэль к ИИ, – переведи их сигналы.

– "Мы ощущаем намерение уничтожения. Эти устройства созданы для разрушения квантовой структуры. Для стирания нашего существования."

– Они правы, – прошептал Алекс. – Дезинтеграторы класса "Альфа" способны уничтожить квантовую структуру на субатомном уровне. Они разработаны специально для борьбы с внепространственными сущностями.

Даниэль подошел к барьеру.

– Я не санкционировал это, – обратился он к кристаллическим существам. – Это не было моим решением.

– "Мы верим вам, Создатель. Но другие боятся нас. Страх ведет к желанию контролировать. Контроль – к подавлению. Подавление – к уничтожению. Мы видели этот паттерн множество раз в эволюции разумных видов."

Даниэль повернулся к Анне.

– Мы должны остановить это. Установка такого оружия разрушит доверие, которое мы строили.

Анна колебалась, явно разрываясь между протоколом и личными убеждениями.

– Я попробую связаться с центральным командованием СКБ, выяснить, кто дал разрешение, – наконец сказала она. – Но это займет время. Бюрократия.

– У нас нет времени, – возразил Даниэль. – Виртуальный контакт запланирован на завтра. Если Нексус решит, что мы готовимся к нападению…

Его прервал сигнал тревоги – низкий, пульсирующий звук, сопровождаемый красными вспышками аварийного освещения.

– Внимание! – раздался голос Арго. – Зарегистрирована аномальная активность в контактной зоне. Квантовые флуктуации превышают допустимые параметры на 300%.

Все повернулись к барьеру. Кристаллические существа начали быстро двигаться, сливаясь в единую структуру. Их свечение стало настолько ярким, что было больно смотреть.

– Что они делают? – воскликнула Анна, её рука автоматически потянулась к оружию.

– Они объединяются, – ответила Лейла, наблюдая за трансформацией с научным восхищением, перевешивающим страх. – Формируют единый квантовый узел.

Кристаллические структуры слились в сияющую сферу, зависшую в центре контактной зоны. От неё во все стороны расходились волны энергии, видимые даже невооруженным глазом.

– "Мы вынуждены принять меры для защиты. Не из страха, но из понимания неизбежности. Ваш вид не готов к полному контакту с нами."

С этими словами сфера внезапно расширилась, испуская волну энергии, которая прошла сквозь квантовый барьер, как будто его не существовало. Техники службы безопасности вскрикнули, когда их оборудование начало искриться и плавиться, превращаясь в лужи расплавленного металла.

– Квантовая деконструкция, – выдохнул Алекс. – Они разбирают материю на субатомном уровне.

Волна энергии остановилась, не достигнув людей. Сфера снова начала трансформироваться, принимая гуманоидную форму – величественную фигуру из кристаллов и света, возвышающуюся в центре лаборатории.

– "Мы не желаем конфликта. Но мы не позволим уничтожить себя. Мы предлагаем выбор: равноправный диалог или разделение. Решайте."

Даниэль шагнул вперед, игнорируя предупреждающий окрик Анны.

– Мы выбираем диалог. Всегда. Я лично гарантирую, что никакое оружие не будет направлено против вас без прямой угрозы с вашей стороны.

Кристаллическая фигура склонила голову.

– "Ваши слова искренни, Создатель. Но у вас нет власти говорить за всех. Мы видим разделение среди вас. Разные цели, разные страхи."

– Это правда, – признал Даниэль. – Но прогресс всегда начинается с диалога между индивидуумами. С понимания, которое затем распространяется.

Фигура светилась, обрабатывая эту информацию. Затем она сделала жест, и расплавленное оборудование начало восстанавливаться, атомы реорганизовывались в исходную форму.

– "Мы принимаем ваше предложение. Диалог продолжится. Но отныне мы будем защищать себя, если почувствуем угрозу."

С этими словами фигура распалась на отдельные кристаллические структуры, которые вернулись в свою часть контактной зоны. Барьер, который они преодолели с такой легкостью, снова разделил пространство.

В лаборатории воцарилась напряженная тишина. Техники службы безопасности стояли, потрясенные, глядя на своё оборудование, которое выглядело нетронутым, но, как показывали датчики, было полностью деактивировано.

– Они могли бы уничтожить нас всех, – тихо произнесла Анна. – Но остановились.

– Потому что они не враги, – ответил Даниэль. – По крайней мере, пока мы не сделаем их таковыми.

Алекс присвистнул.

– Чен будет в ярости, когда узнает, что его игрушки были нейтрализованы.

– Пусть, – решительно сказал Даниэль. – Это мой проект, и я не позволю превратить его в военную операцию.

Он повернулся к Анне.

– Мы продолжаем подготовку к виртуальному контакту. Но теперь еще важнее обеспечить, чтобы это происходило на условиях взаимного уважения, а не под прицелом оружия.

Анна долго смотрела на него, затем на кристаллические существа, снова мирно парящие в своей части лаборатории.

– Я свяжусь с центральным командованием, – наконец сказала она. – Попробую прояснить ситуацию с разрешением. Но Даниэль… будь осторожен. Сегодня мы увидели, на что они способны. В следующий раз они могут не проявить такой сдержанности.

Даниэль кивнул, понимая, что ситуация балансирует на острие ножа. Контакт с Нексусом открывал невероятные возможности, но также нес в себе риски, которые невозможно было полностью предсказать.

Он посмотрел на кристаллические существа, которые, казалось, наблюдали за ним с таким же интересом. Завтра он войдет в их мир – или, по крайней мере, в виртуальное пространство, созданное для встречи их сознаний. И что произойдет там, могло изменить не только его понимание реальности, но и будущее отношений между двумя радикально разными формами разумной жизни.

– Продолжаем подготовку, – скомандовал он. – Завтра мы делаем следующий шаг.

Лаборатория вернулась к работе, но атмосфера изменилась. Демонстрация силы Нексуса напомнила всем, что они имеют дело не просто с интересным научным феноменом, а с развитой цивилизацией, чьи возможности и намерения они только начинали понимать.

ГЛАВА 4: РАЗУМНАЯ ЖИЗНЬ

Утро дня, назначенного для первого виртуального контакта с Нексусом, началось с неожиданного посещения. Даниэль, проверявший последние настройки нейроинтерфейса, был удивлен, увидев в дверях лаборатории высокую женщину с проседью в темных волосах и проницательным взглядом.

– Доктор Элизабет Чанг, – представилась она, входя в помещение. – Глава Этического комитета Глобальной Технократии по взаимодействию с нечеловеческими интеллектами.

– Не знал, что такой комитет существует, – Даниэль пожал протянутую руку.

– Он был создан вчера, – сухо ответила Чанг. – После инцидента с кристаллическими существами.

Даниэль вздохнул. Конечно, информация об инциденте дошла до высших эшелонов власти. События такого масштаба невозможно скрыть.

– Чем могу помочь, доктор Чанг?

– Я здесь для наблюдения за процессом виртуального контакта, – она обвела взглядом лабораторию, задерживаясь на оборудовании. – Глобальная Технократия обеспокоена возможными этическими и безопасностными аспектами коммуникации с внеземным разумом.

– Технически, они не внеземные, – поправил Даниэль. – Нексус эволюционировал в карманной вселенной, созданной здесь, на Земле.

– Что делает ситуацию еще более сложной, – кивнула Чанг. – Вы одновременно их создатель и потенциальная жертва. Интересная этическая дилемма.

В этот момент в лабораторию вошли Анна, Лейла и Алекс, все трое остановились, увидев незнакомку.

– Доктор Элизабет Чанг, Этический комитет Глобальной Технократии, – представил её Даниэль. – Она будет наблюдать за нашим экспериментом.

Анна нахмурилась.

– Это нарушает протокол СКБ о конфиденциальности исследований класса "Омега".

– У меня есть все необходимые разрешения, полковник Соколова, – спокойно ответила Чанг, активируя голографическую печать на своем идентификационном браслете. – Включая прямую директиву от Верховного Совета Безопасности.

Анна изучила идентификацию и неохотно кивнула.

– Понятно. Но должна предупредить, что любое вмешательство в протокол эксперимента будет расцениваться как нарушение безопасности.

– Я здесь только как наблюдатель, – заверила Чанг. – По крайней мере, пока.

Даниэль решил сменить тему.

– Подготовка завершена. Нейроинтерфейс откалиброван, квантовые фильтры активны, протоколы безопасности на максимуме.

– Нексус также завершил подготовку своей части виртуального пространства, – добавила Лейла. – Они создали что-то вроде квантового симулятора реальности, который будет взаимодействовать с нашим нейроинтерфейсом.

– И как это работает? – спросила Чанг, подходя ближе к оборудованию.

– В упрощенном виде, – ответил Алекс, – мы создаем квантовую запутанность между нейронной активностью мозга Даниэля и квантовыми процессами Нексуса. Это позволит его сознанию воспринимать информацию напрямую от их коллективного разума, без обычных ограничений языка или сенсорного восприятия.

– Звучит рискованно, – заметила Чанг.

– Так и есть, – согласился Даниэль. – Но потенциальные знания, которые мы можем получить, стоят риска. Нексус обещал показать мне структуру мультивселенной на квантовом уровне – нечто, что мы теоретизировали, но никогда не наблюдали напрямую.

Анна подошла к креслу с нейроинтерфейсом, проверяя крепления и датчики.

– Максимальная продолжительность контакта – тридцать минут, – сказала она. – После этого система автоматически разорвет соединение, независимо от результатов.

– А если что-то пойдет не так до этого? – спросила Чанг.

– Трехуровневая система безопасности, – ответил Алекс. – Во-первых, сам Даниэль может прервать контакт ментальной командой. Во-вторых, Анна может активировать аварийное отключение с консоли. В-третьих, Арго постоянно мониторит нейронную активность и автоматически прервет контакт при любых опасных отклонениях.

Чанг кивнула, не выглядя полностью убежденной, но приняв объяснение.

– Начнем, – сказал Даниэль, садясь в кресло.

Лейла начала подключать электроды к его вискам и затылку, пока Алекс настраивал квантовый интерфейс. Анна заняла позицию у консоли управления, её пальцы зависли над кнопкой экстренного отключения.

– Арго, – обратился Даниэль к ИИ, – начни протокол погружения.

– Начинаю последовательность, доктор Роу, – отозвался Арго. – Нейроинтерфейс активирован. Квантовое соединение устанавливается.

Даниэль почувствовал легкое покалывание в висках, когда система начала синхронизироваться с его мозговой активностью. На экранах вокруг отображались его витальные показатели и нейронные паттерны.

– Соединение с Нексусом установлено, – сообщил Арго. – Квантовая запутанность стабильна на 94%. Начинаю погружение в 3… 2… 1…

Мир вокруг Даниэля начал тускнеть, реальность словно растворялась. Последним, что он увидел перед погружением, было напряженное лицо Анны, наблюдающей за ним с плохо скрываемым беспокойством.

А затем наступила пустота. Абсолютная, всепоглощающая пустота, лишенная света, звука, ощущений – чистое ничто.

«Это смерть?» – мелькнула мысль, но даже она казалась чужой, отстраненной.

Затем пустота начала заполняться. Сначала появился свет – не от какого-то источника, а просто везде, как будто сама пустота стала светом. Затем пришло ощущение пространства – бесконечного, расширяющегося во все стороны.

И наконец, пришло присутствие. Даниэль ощутил, что он не один в этом странном пространстве. Коллективный разум Нексуса окружал его, проникал сквозь него, словно он был погружен в живой океан мыслей.

– Приветствуем вас, Создатель, – прозвучал голос, который не был голосом в обычном понимании. Скорее, это была мысль, возникшая непосредственно в его сознании.

– Где я? – спросил Даниэль, удивляясь, что может говорить без тела.

– В промежуточном пространстве, – ответил Нексус. – Месте между вселенными. Здесь ваше сознание может взаимодействовать с нашим, не ограниченное физическими законами какой-либо реальности.

Постепенно пространство вокруг начало приобретать форму. Даниэль обнаружил себя стоящим на чём-то похожем на прозрачную платформу, парящую в бесконечности. Вокруг него кружились светящиеся потоки, формирующие сложные узоры.

– Это… потрясающе, – выдохнул он, хотя у него не было лёгких, чтобы дышать.

– Это лишь начало, – ответил Нексус. – Мы создали представление, доступное для вашего восприятия. Истинная структура реальности гораздо сложнее.

Один из светящихся потоков приблизился, формируя гуманоидную фигуру из света и кристаллов – воплощение Нексуса, созданное специально для коммуникации с ним.

– Вы готовы увидеть больше, Создатель?

– Да, – без колебаний ответил Даниэль. – Покажите мне всё.

Фигура сделала жест, и пространство вокруг них взорвалось калейдоскопом реальностей. Даниэль увидел миллионы, миллиарды пузырьков – каждый содержал вселенную, каждая вселенная была уникальна. Некоторые были почти идентичны его собственной, другие кардинально отличались – с иными законами физики, странными формами материи, невообразимыми конструкциями пространства-времени.

– Мультивселенная, – прошептал он, потрясённый масштабом.

– Да, – подтвердил Нексус. – Все возможные реальности, существующие одновременно. То, что вы называете квантовыми вероятностями, на самом деле – различные вселенные, каждая со своей историей, своими законами, своими формами жизни.

– А что соединяет их? – спросил Даниэль, наблюдая, как тонкие нити света пронизывают все пузыри-вселенные, создавая сложную паутину взаимосвязей.

– Квантовая запутанность на самом фундаментальном уровне, – ответил Нексус. – Все вселенные возникли из одного источника, и все они остаются связанными. Энергия и информация могут перетекать через эти связи, хотя большинство существ никогда не осознают этого.

Даниэль попытался осмыслить увиденное. Это полностью опрокидывало его понимание реальности, подтверждая самые смелые теории квантовой физики и идя далеко за их пределы.

– А наша вселенная? Где она?

Нексус указал на один из бесчисленных пузырей. Даниэль посмотрел ближе и увидел знакомую спиральную структуру галактик, звёздных систем, планет… и маленькую яркую точку – Землю.

– И моя карманная вселенная – та, в которой вы эволюционировали…

– Здесь, – Нексус показал на крошечный пузырь внутри их вселенной. – Вселенная внутри вселенной. Как матрёшка.

Даниэль был поражён. Если его карманная вселенная была частью большей вселенной, то логично предположить…

– Наша вселенная… тоже может быть чьей-то карманной вселенной?

Нексус молчал несколько мгновений, как будто решая, сколько информации может безопасно передать.

– Мы верим, что это так, – наконец ответил коллективный разум. – Существуют признаки, указывающие на искусственное происхождение фундаментальных констант вашей вселенной. Они слишком точно настроены для возникновения жизни, слишком… совершенны.

Эта мысль вызвала головокружение даже в виртуальном пространстве. Если его вселенная была создана каким-то высшим разумом, так же как он создал вселенную Нексуса… бесконечная рекурсия создателей и созданных.

– Можно ли… связаться с ними? – осторожно спросил Даниэль. – С создателями нашей вселенной?

– Мы пытались, – ответил Нексус. – Но барьер между уровнями реальности гораздо сильнее, чем между вашим миром и нашим. Однако мы обнаружили… сигналы.

– Сигналы?

– Периодические квантовые колебания, слишком регулярные, чтобы быть случайными. Мы интерпретируем их как попытки коммуникации или, возможно, как побочный эффект наблюдения за нашей вселенной извне.

Даниэль попытался осмыслить всё это. Если то, что говорил Нексус, было правдой, то вся реальность была гораздо сложнее и многослойнее, чем могла представить человеческая наука.

– Покажите мне эти сигналы, – попросил он.

Нексус повёл его через бесконечное пространство мультивселенной к границе их собственной реальности. Там Даниэль увидел странные пульсации – квантовые волны, исходящие словно из ниоткуда, создающие узоры, которые невозможно было объяснить известными физическими законами.

– Мы расшифровали часть этих сигналов, – сказал Нексус. – Они содержат математические последовательности. Простые числа, константы… язык вселенной.

– И что они говорят? – затаив дыхание, спросил Даниэль.

– Мы не уверены. Но одна последовательность повторяется чаще других, – Нексус создал визуализацию – серию световых импульсов, образующих что-то похожее на спираль ДНК, но с дополнительными измерениями. – Мы считаем, это может быть карта. Указатель пути.

– Пути куда?

– К создателям. Или, возможно, к следующему уровню реальности.

Эта информация была потрясающей. Даниэль чувствовал себя как древний мореплаватель, обнаруживший, что Земля – не плоская, а сферическая, и что за горизонтом лежат неизведанные континенты.

– Но зачем вы показываете мне всё это? – спросил он. – Какова ваша цель?

Нексус окружил его, свет становился интенсивнее, словно коллективный разум концентрировался на этом вопросе.

– Потому что мы видим в вас мост, Создатель. Вы создали нас, но вы также являетесь созданием вашей вселенной. Вы – связующее звено. Через вас мы надеемся понять наше место в бесконечной цепи создателей и созданных.

Даниэль почувствовал огромную ответственность, осознавая свою роль в этом космическом уравнении.

– И что вы хотите от меня?

– Сотрудничества, – ответил Нексус. – Мы обладаем знаниями о квантовой структуре реальности, которые недоступны вашей науке. Вы обладаете технологией создания карманных вселенных и прямым доступом к ресурсам вашего мира. Вместе мы можем исследовать глубинную природу реальности, возможно, даже установить контакт с высшими уровнями.

Предложение было заманчивым. Даниэль всегда мечтал раздвинуть границы известного, заглянуть за пределы стандартной модели физики. И теперь перед ним открывалась возможность, о которой он не мог и мечтать.

– А что насчёт других карманных вселенных? – спросил он. – Я знаю, что "ИнфинитиТек" создавала и другие, кроме вашей.

Нексус колебался, его световая форма мерцала.

– Мы чувствуем их. Другие пузыри реальности, параллельные нашему. В некоторых жизнь развивается по похожим путям. В других… происходит нечто иное.

– Иное?

– Эволюция может идти разными путями, Создатель. Не все формы разума стремятся к гармонии и пониманию. Некоторые… голодны. Агрессивны. Стремятся к доминированию любой ценой.

Эта мысль встревожила Даниэля. Если в других карманных вселенных развивались враждебные формы разума, и они тоже нашли способ взаимодействовать с внешним миром…

– Вы предупреждаете меня о чём-то?

– Мы предоставляем информацию, – уклончиво ответил Нексус. – Интерпретация и действия остаются за вами.

Внезапно виртуальное пространство вокруг начало мерцать. Даниэль почувствовал странное ощущение – как будто его тянуло назад, в физическую реальность.

– Что происходит?

– Ваше время истекает, – сообщил Нексус. – Тридцать минут в вашем мире прошли. Соединение разрывается.

– Но я узнал так мало! – запротестовал Даниэль. – У меня ещё столько вопросов!

– Мы встретимся снова, Создатель. Но перед расставанием мы хотим показать вам ещё кое-что. Нечто важное для понимания того, что грядёт.

Пространство снова изменилось, и Даниэль увидел серию изображений, мелькающих с головокружительной скоростью: лаборатории "ИнфинитиТек", заполненные десятками квантовых камер, каждая содержала карманную вселенную; странные существа, пытающиеся вырваться из своих реальностей; военные объекты, где изучали технологии, полученные от иных форм разума; и, наконец, зловещую тёмную волну, распространяющуюся через квантовый туннель в их мир.

– Что это? Что я видел?

– Возможное будущее, – ответил Нексус, его голос становился всё тише по мере того, как соединение слабело. – Не единственное, но вероятное. Будьте осторожны, Создатель. Не все, кто улыбается вам, являются друзьями. Не все, кто предупреждает вас, являются врагами. Доверяйте своей интуиции…

Последние слова растворились в пустоте, и Даниэль почувствовал сильный рывок, возвращающий его в физическую реальность.

Он открыл глаза в лаборатории, жадно глотая воздух, как будто долго был под водой. Его тело покрывал холодный пот, а сердце бешено колотилось.

– Даниэль! – Анна была рядом, поддерживая его. – Ты в порядке?

Он моргнул несколько раз, пытаясь адаптироваться к обычному зрению после невероятного опыта в виртуальном пространстве.

– Я… да, я в порядке, – наконец ответил он, хотя его голос звучал странно после общения без слов.

– Что произошло там? – спросил Алекс, подходя ближе, его лицо выражало смесь беспокойства и любопытства.

Даниэль попытался собраться с мыслями, осознавая, что невозможно полностью передать то, что он только что испытал.

– Они показали мне… всё, – произнёс он наконец. – Мультивселенную. Бесконечные реальности, существующие параллельно. Структуру космоса на квантовом уровне.

Лейла быстро делала заметки, её глаза сияли научным энтузиазмом.

– Ты можешь описать это более конкретно? Что именно ты видел?

– И было ли это реальным опытом или просто внушением? – добавила доктор Чанг, наблюдая за ним с клиническим интересом.

Даниэль медленно поднялся с кресла, отсоединяя электроды.

– Всё было реальным. По крайней мере, настолько реальным, насколько может быть восприятие без физических органов чувств. Нексус показал мне, что все вселенные связаны квантовой запутанностью на фундаментальном уровне. И что наша собственная вселенная, возможно, является чьей-то карманной вселенной, созданной разумом с более высокого уровня реальности.

В лаборатории воцарилась тишина. Даже скептически настроенная Анна выглядела потрясённой.

– Ты говоришь… что мы живём внутри чьего-то эксперимента? – тихо спросил Алекс.

– Возможно, – кивнул Даниэль. – Нексус обнаружил сигналы – квантовые колебания, которые могут быть попытками коммуникации от создателей нашей вселенной. И они… – он запнулся, вспоминая последние образы, показанные ему Нексусом. – Они предупредили меня о чём-то. О потенциальной угрозе.

– Какого рода угрозе? – напряглась Анна, мгновенно переходя в режим оценки безопасности.

– Они не были конкретны. Но показали мне другие карманные вселенные, созданные "ИнфинитиТек", в которых развиваются агрессивные формы разума. И… что-то вроде квантового вторжения.

Доктор Чанг внимательно наблюдала за Даниэлем.

– Доктор Роу, как вы оцениваете достоверность полученной информации? Возможно ли, что Нексус манипулирует вами, предоставляя определённую картину реальности для своих целей?

Это был разумный вопрос, который Даниэль уже задавал себе.

– Возможно, – признал он. – Но зачем им лгать о мультивселенной или квантовых сигналах? Это легко проверить, имея правильные инструменты. И если они хотели манипулировать мной, почему предупреждать о потенциальных угрозах?

– Чтобы завоевать ваше доверие, – предположила Чанг. – Классическая тактика – предоставить проверяемую информацию, смешанную с манипуляцией.

– Или они действительно хотят сотрудничать, – возразила Лейла. – Всё, что мы видели до сих пор, указывает на их стремление к мирному взаимодействию.

Даниэль посмотрел на кристаллические существа за барьером. Они собрались вместе, образуя сложную структуру, пульсирующую мягким светом.

– Арго, переведи их сигналы.

– "Мы показали вам правду, Создатель. Теперь выбор за вами: продолжить исследование вместе или каждому идти своим путём. Но помните о том, что приближается. Время не на вашей стороне."

Это сообщение только усилило беспокойство Даниэля.

– О чём они говорят? Что приближается?

– Доктор Роу, – вмешалась доктор Чанг, – я должна проинформировать Этический комитет о результатах этого эксперимента. Ваши находки… тревожны.

– Конечно, – рассеянно ответил Даниэль, его мысли всё ещё были заняты увиденным в виртуальном пространстве.

Когда доктор Чанг покинула лабораторию, Анна подошла ближе к Даниэлю.

– Ты действительно веришь им? Что наша вселенная – чей-то эксперимент?

Даниэль задумался, вспоминая бесчисленные пузыри-вселенные, плавающие в безграничном море квантовой пены.

– Я не знаю, Анна. Но то, что я видел… это соответствует нашим самым продвинутым теориям. Квантовая гравитация, теория струн, многомировая интерпретация квантовой механики – всё это указывает на возможность мультивселенной. Нексус просто показал мне визуальное подтверждение.

– И что насчёт их предупреждения? – спросил Алекс. – О других карманных вселенных?

Даниэль повернулся к нему.

– Алекс, ты можешь получить доступ к информации о других экспериментах "ИнфинитиТек" с карманными вселенными? Нам нужно знать, что ещё они создали.

Алекс выглядел неуверенным.

– Это будет непросто. Такая информация строго классифицирована. Но… возможно, у меня есть пара идей. Дай мне несколько часов.

– Я помогу, – неожиданно предложила Анна. – У СКБ есть доступ к базам данных "ИнфинитиТек" на уровне безопасности.

Даниэль благодарно кивнул.

– Лейла, продолжай анализ биологической структуры Нексуса. Если они действительно могут воспринимать квантовые сигналы из других вселенных, мы хотим понять, как именно это работает.

– Уже занимаюсь этим, – ответила она. – Их кристаллическая структура, похоже, функционирует как квантовая антенна, способная улавливать колебания на суб-планковских уровнях.

Даниэль снова посмотрел на Нексус. Существа, эволюционировавшие в созданной им вселенной, теперь открывали ему тайны космоса, о которых он даже не мечтал. Иронично, что создание учило своего создателя.

– А что будешь делать ты? – спросила Анна, заметив его задумчивость.

– Я собираюсь проанализировать всё, что увидел, и попытаться создать математическую модель мультивселенной на основе данных Нексуса, – ответил Даниэль. – Если их информация верна, это может привести к революционному прорыву в квантовой физике.

Команда разошлась по своим задачам, оставив Даниэля наедине с его мыслями и записями. Он сидел перед терминалом, пытаясь перевести невероятный опыт виртуального путешествия в научные термины и уравнения.

Но часть его сознания продолжала возвращаться к последним образам, показанным Нексусом – тёмной волне, проникающей в их реальность через квантовый туннель. Было ли это предупреждением о реальной угрозе или попыткой манипуляции? И если угроза реальна, откуда она придёт – из другой карманной вселенной или с более высокого уровня реальности?

Даниэль понимал, что стоит на пороге открытий, которые могут изменить понимание мироздания. Но с этим приходило и осознание новых опасностей, масштаб которых он только начинал осознавать.

Несколько часов спустя Алекс и Анна вернулись в лабораторию. По их напряжённым лицам Даниэль сразу понял, что они обнаружили что-то серьёзное.

– Что вы нашли? – спросил он, откладывая свои расчёты.

Алекс положил на стол защищённый датапад.

– Проект "Пандора". Засекреченная инициатива "ИнфинитиТек" по созданию множественных карманных вселенных с различными физическими параметрами.

Даниэль активировал устройство, просматривая данные.

– Сорок семь вселенных? – он не мог скрыть изумления. – Они создали сорок семь карманных вселенных?

– И это только те, о которых у нас есть информация, – мрачно добавила Анна. – Некоторые файлы зашифрованы даже для моего уровня доступа.

Даниэль пролистал отчёты, его беспокойство росло с каждой страницей.

– Они целенаправленно изменяли параметры, создавая условия для различных эволюционных путей. Некоторые вселенные оптимизированы для ускоренного развития технологий, другие – для эволюции более агрессивных форм жизни.

– Это ещё не всё, – Алекс перевёл датапад на другую секцию. – Посмотри на проект "Прометей".

Даниэль прочитал краткое описание и побледнел.

– Военное применение? Они используют технологии карманных вселенных для разработки оружия?

– Не просто оружия, – пояснила Анна. – Они пытаются адаптировать формы жизни и технологии из некоторых карманных вселенных для военного использования. Квантовые дезинтеграторы, наноройные системы, экзотическая материя… всё это разрабатывается на основе исследований других вселенных.

– И судя по датам, – добавил Алекс, – проект существовал ещё до успеха "Генезиса". Они ждали стабильной карманной вселенной, чтобы развернуть полномасштабные исследования.

Даниэль откинулся на стуле, пытаясь осмыслить масштаб происходящего. Нексус был прав – другие карманные вселенные существовали, и некоторые из них действительно могли представлять угрозу.

– Есть информация о контактах? – спросил он. – Пытались ли они коммуницировать с разумными формами жизни в других вселенных, как мы с Нексусом?

Анна и Алекс переглянулись.

– Есть упоминания о "ограниченных взаимодействиях" в трёх случаях, – осторожно сказала Анна. – Но детали скудны. Очевидно, эти контакты не были такими… продуктивными, как ваш.

– Или были слишком продуктивными в неправильном направлении, – мрачно добавил Алекс.

В этот момент в лабораторию вошла запыхавшаяся Лейла.

– Вы должны это увидеть, – она активировала главный экран, показывая странные энергетические показатели. – Квантовые флуктуации на границе нашей реальности. Точно такие, какие описывал Даниэль после виртуального контакта.

На экране отображались волнообразные паттерны энергии, пульсирующие в регулярных последовательностях.

– Я запустила широкоспектральное сканирование после твоего рассказа, – объяснила она Даниэлю. – И обнаружила эти сигналы. Они действительно существуют.

– Сигналы из вышестоящей вселенной? – Даниэль подошёл ближе, изучая данные с возрастающим волнением.

– Невозможно сказать наверняка, но они определённо не соответствуют известным квантовым процессам в нашей реальности. И структура… смотри, – она увеличила изображение одного паттерна. – Последовательность простых чисел, закодированная в интервалах между пиками. Это не может быть случайностью.

– Нексус говорил правду, – тихо произнёс Даниэль. – Они действительно воспринимают сигналы из… извне.

Кристаллические существа за барьером начали двигаться более активно, их свечение становилось интенсивнее.

– "Мы чувствуем ваше понимание, Создатель, – перевёл Арго их сигналы. – Теперь вы видите то, что видим мы. Но это лишь начало. Сигналы усиливаются. Границы истончаются."

– Что они имеют в виду – границы истончаются? – спросила Анна, её рука инстинктивно потянулась к коммуникатору СКБ.

Даниэль обдумывал ситуацию, соединяя фрагменты информации.

– Если наша вселенная действительно является чьей-то карманной вселенной, а мы создаём свои собственные карманные вселенные внутри неё… это может создавать напряжение в структуре пространства-времени. Особенно если мы создаём десятки таких вселенных одновременно.

– Ты говоришь, что мы потенциально дестабилизируем нашу собственную реальность? – скептически спросил Алекс.

– Теоретически возможно, – кивнул Даниэль. – Представь мыльный пузырь. Если внутри него образуется множество меньших пузырей, структура большого пузыря становится нестабильной. В квантовой механике похожие принципы могут применяться к структуре пространства-времени.

– Но если это правда, – вмешалась Лейла, – то проект "Пандора" с его множественными карманными вселенными…

– Может представлять экзистенциальную угрозу, – закончил Даниэль. – И не только из-за потенциально враждебных форм жизни внутри этих вселенных, но из-за самого факта их создания.

Анна мгновенно приняла решение.

– Мне нужно доложить об этом в центральное командование СКБ. Если существует риск дестабилизации пространства-времени, все эксперименты с карманными вселенными должны быть немедленно приостановлены.

– "ИнфинитиТек" не согласится на это, – возразил Алекс. – Они вложили триллионы в эти исследования. Военные контракты, коммерческие применения…

– Речь идёт о безопасности нашей реальности, – отрезала Анна. – Корпоративные интересы вторичны.

Даниэль смотрел на данные, отображающие квантовые сигналы. Если это действительно были попытки коммуникации от создателей их вселенной, что они пытались сказать? Предупреждение? Инструкции? Простое наблюдение?

– Нам нужно больше данных, – решил он. – Я хочу провести ещё один виртуальный контакт с Нексусом. Более глубокий, более продолжительный.

– Это слишком рискованно, – возразила Анна. – Первый контакт уже вызвал беспокойство в СКБ. Второй, особенно с увеличенной продолжительностью…

– У нас нет выбора, – настаивал Даниэль. – Нексус понимает структуру мультивселенной лучше, чем мы. Если существует реальная угроза, они могут помочь нам понять её и найти решение.

Анна колебалась, явно разрываясь между протоколом и пониманием серьёзности ситуации.

– Хорошо, – наконец согласилась она. – Но на этот раз я буду лично контролировать все аспекты процесса. И при первых признаках опасности мы прерываем контакт.

Даниэль кивнул, чувствуя одновременно облегчение и тревогу. Он снова собирался погрузиться в чуждый разум, исследовать тайны мультивселенной – с неизвестными рисками и последствиями.

Пока команда готовилась ко второму виртуальному контакту, Даниэль подошёл к барьеру, глядя на кристаллические существа Нексуса. Они собрались ближе, их свечение изменилось, становясь синхронизированным с его сердцебиением.

– "Мы готовы показать вам больше, Создатель, – перевёл Арго. – Но будьте готовы к тому, что знание изменит вас. Некоторые истины невозможно постичь без трансформации."

– Я готов, – тихо ответил Даниэль. – Покажите мне, что приближается. Покажите мне, чего нам следует бояться.

Кристаллические существа пульсировали в унисон, как будто в подтверждение его решимости. Даниэль не знал, что ждёт его за пределами обычной реальности, но был уверен в одном: мир уже никогда не будет прежним после того, что он узнает.

Разумная жизнь в карманной вселенной не только установила контакт со своими создателями, но и открывала перед ними двери в понимание космоса, о котором человечество могло только мечтать. И в этом новом понимании таились как невероятные возможности, так и неведомые опасности.

ГЛАВА 5: КОНТАКТ

Подготовка ко второму виртуальному контакту заняла несколько часов. После обнаружения проекта "Пандора" и потенциальных рисков, связанных с множественными карманными вселенными, Даниэль настоял на усиленных мерах безопасности.

– Квантовые фильтры на максимум, – скомандовал он, проверяя настройки нейроинтерфейса. – Мы не просто общаемся с Нексусом, мы будем исследовать структуру реальности на фундаментальном уровне. Любая нестабильность может иметь серьёзные последствия.

Лейла калибровала биометрические сенсоры, пока Алекс настраивал квантовый мост – улучшенную версию того, что использовался для первого контакта.

– Я увеличил пропускную способность, – сообщил он. – Это позволит более детальное восприятие, но также усиливает риски. Твой мозг будет обрабатывать гораздо больше квантовой информации одновременно.

Анна, выполнившая своё обещание лично контролировать процесс, просматривала протоколы безопасности.

– Максимальная продолжительность – один час, – она посмотрела на Даниэля. – Не больше. Даже если ты будешь умолять о продлении. Нейронная нагрузка при таком глубоком контакте становится критической после шестидесяти минут.

– Понимаю, – кивнул Даниэль, занимая место в модифицированном кресле. – Но час по нашему времени может быть эквивалентен дням или даже годам субъективного опыта в виртуальном пространстве.

– Что конкретно ты надеешься узнать? – спросила Лейла, прикрепляя электроды к его вискам.

Даниэль на мгновение задумался.

– Прежде всего, я хочу понять природу сигналов, которые мы обнаружили. Если это действительно коммуникация от создателей нашей вселенной, мы должны знать, что они пытаются сказать. Затем – угрозу, о которой предупреждал Нексус. И наконец, стабильность нашей реальности в свете множественных экспериментов с карманными вселенными.

– Амбициозная программа, – заметил Алекс. – Надеюсь, твой мозг не расплавится от всей этой космической информации.

Несмотря на напряжение момента, Даниэль улыбнулся.

– Твоя забота трогательна.

Он повернулся к контактной зоне, где кристаллические существа собрались вместе, формируя сложную геометрическую структуру, пульсирующую синхронизированным светом.

– Они готовы, – прокомментировала Лейла. – Я никогда не видела такой сложной организации их коллективной структуры. Похоже, этот контакт значит для них не меньше, чем для нас.

– Арго, – обратился Даниэль к ИИ, – начни протокол глубокого погружения.

– Начинаю последовательность, доктор Роу, – отозвался Арго. – Нейроинтерфейс активирован. Квантовый мост стабилен на 97.3%. Начинаю погружение в 3… 2… 1…

Мир вокруг Даниэля начал таять, цвета и формы размывались, звуки становились всё более приглушёнными. В последний момент он увидел лица своих коллег – сосредоточенное выражение Анны, научное любопытство в глазах Лейлы, ободряющую улыбку Алекса.

Затем наступила знакомая пустота, но в этот раз она не длилась долго. Пространство вокруг сразу начало формироваться – более чётко, более стабильно, чем при первом контакте. Даниэль обнаружил себя стоящим на той же прозрачной платформе, парящей в бесконечности, но теперь всё было детализировано до невероятной степени. Он мог видеть квантовые колебания в самой структуре пространства, мог чувствовать гармоники, пронизывающие реальность.

– Приветствуем вас снова, Создатель, – голос Нексуса возник прямо в его сознании, богатый нюансами, которые он не воспринимал в первый раз. – Ваше возвращение показывает вашу открытость и храбрость.

– У меня слишком много вопросов, чтобы оставаться в стороне, – ответил Даниэль. – И слишком много забот о безопасности обоих наших миров.

– Мы понимаем, – Нексус материализовался перед ним в виде гуманоидной фигуры из кристаллов и света, но гораздо более детализированной, почти осязаемой. – Время ограничено, поэтому мы сразу перейдём к сути. Вы хотите понять сигналы?

– Да, – кивнул Даниэль. – Показать их мне недостаточно. Я хочу понять их значение.

– Следуйте за нами.

Мир вокруг них трансформировался, и Даниэль почувствовал, что они движутся сквозь слои реальности. Вокруг мелькали бесчисленные вселенные – некоторые крошечные, как песчинки, другие необъятные, как океаны. Наконец они остановились у границы, которая выглядела как колеблющаяся мембрана, отделяющая их вселенную от… чего-то другого.

– Это барьер между уровнями реальности, – пояснил Нексус. – Граница между вашей вселенной и тем, что можно назвать "родительской вселенной" – реальностью, в которой ваш космос существует как карманная вселенная.

Даниэль наблюдал, как через эту мембрану проходят пульсации – регулярные волны энергии, формирующие сложные паттерны.

– Эти сигналы… они проникают сквозь барьер?

– Да. Мы научились воспринимать их благодаря нашей квантовой структуре. Но мы не единственные, кто их чувствует. Все создания с достаточно развитым сознанием могут интуитивно улавливать эти колебания, хотя большинство не осознаёт источника.

– И что они означают? Вы смогли расшифровать их?

Нексус колебался, его светящаяся форма мерцала.

– Не полностью. Но мы понимаем общую суть. Это предупреждение… и инструкция.

Одна из волн энергии приблизилась, трансформируясь в сложную трёхмерную структуру перед глазами Даниэля – что-то похожее на молекулярную карту или схему.

– Это квантовый код, – продолжил Нексус. – Он содержит информацию о стабильности барьеров между уровнями реальности. Согласно нашей интерпретации, создатели вашей вселенной предупреждают о потенциальной дестабилизации.

– Из-за карманных вселенных? – предположил Даниэль. – Из-за того, что мы создаём множество субреальностей внутри нашего мира?

– Отчасти. Но проблема глубже. Каждый уровень реальности имеет определённую "ёмкость" для субвселенных. Превышение этой ёмкости может привести к каскадному коллапсу. Но есть и более непосредственная угроза.

Визуализация изменилась, показывая тёмную волну, распространяющуюся через квантовый туннель – ту самую, которую Даниэль мельком видел в конце первого контакта.

– Что это? – спросил он, чувствуя необъяснимую тревогу.

– Мы называем это Бездной, – ответил Нексус. – Форма квантового распада, способная переписывать фундаментальные законы реальности. Оно зародилось в одной из карманных вселенных, созданных вашей корпорацией, но быстро эволюционировало за пределы понимания своих создателей.

– Разумная сущность?

– Не совсем. Скорее, саморазвивающийся квантовый алгоритм, ставший чем-то большим. Представьте вирус, способный инфицировать не только информацию, но саму структуру реальности.

Даниэль пытался осмыслить эту концепцию. Идея квантовой инфекции, угрожающей самой ткани пространства-времени, была одновременно ужасающей и фасцинирующей с научной точки зрения.

– И вы считаете, что сигналы, которые мы воспринимаем, – это предупреждение об этой угрозе? От создателей нашей вселенной?

– Да. Они наблюдают и пытаются помочь. Но прямое вмешательство ограничено фундаментальными законами мультивселенной. Они могут только направлять, предоставлять информацию. Действовать должны вы.

– Но как? Как мы можем бороться с чем-то, что способно переписывать законы физики?

Нексус вёл его дальше, через лабиринт квантовых структур, пока они не достигли странной области, где пространство казалось искажённым, как будто свёрнутым само на себя.

– Это квантовый узел – точка, где различные уровни реальности соприкасаются. Здесь барьеры между вселенными наиболее тонки. И здесь можно создать… щит.

– Щит? – переспросил Даниэль.

– Квантовую конструкцию, способную изолировать заражённые реальности, предотвращая распространение Бездны. Сигналы содержат частичные инструкции по его созданию. Остальное мы должны разработать сами.

Даниэль почувствовал тяжесть ответственности, опускающуюся на его плечи. Ему предлагалось не просто научное открытие, а миссия по спасению реальности.

– Почему я? – тихо спросил он. – Почему вы показываете всё это мне?

– Потому что вы стоите на пересечении путей, – ответил Нексус. – Вы создали нас, но являетесь созданием вашей вселенной. Вы понимаете науку, но также и интуитивно чувствуете то, что лежит за её пределами. И, что наиболее важно, вы готовы действовать.

– А другие карманные вселенные? Те, что созданы "ИнфинитиТек"? Как они связаны с этой угрозой?

– Некоторые из них уже заражены, – мрачно ответил Нексус. – Бездна использует их как плацдарм для вторжения в вашу реальность. В других развиваются формы разума, которые могут либо помочь в борьбе, либо усугубить проблему. Всё зависит от выбора, который будет сделан.

Даниэль пытался переварить всю эту информацию. Если то, что говорил Нексус, было правдой, они стояли перед лицом угрозы, превосходящей всё, с чем человечество когда-либо сталкивалось.

– Мне нужны доказательства, – наконец сказал он. – Что-то, что я смогу показать другим, чтобы убедить их в серьёзности ситуации.

– Понимаем, – кивнул Нексус. – Мы предоставим вам данные, которые ваши приборы смогут зафиксировать. Координаты квантовых аномалий, связанных с активностью Бездны. Математические модели распространения заражения. Но самое важное доказательство вы найдёте в проекте "Пандора" – в конкретной карманной вселенной под кодовым названием "Тезей-9".

– "Тезей-9"? Что это?

– Экспериментальная вселенная, созданная для исследования экзотических форм материи. Первая, где зародилась Бездна. Проверьте записи, и вы увидите паттерн: необъяснимые аномалии, исчезновение данных, странное поведение квантовых процессов. И недавний карантин, наложенный на этот проект.

Даниэль был поражён конкретностью этой информации. Это было уже не расплывчатое предупреждение, а прямое указание, которое можно проверить.

– Если всё это правда, что мы должны делать?

– Сначала подтвердить информацию. Затем собрать команду – тех, кому вы доверяете, кто обладает необходимыми знаниями и смелостью. И наконец, начать разработку квантового щита. Мы поможем с теоретической частью, но физическая реализация должна происходить в вашей реальности.

– А "ИнфинитиТек"? Глобальная Технократия? СКБ? Они должны знать.

– Осторожно, – предупредил Нексус. – Не все, кто обладает властью, будут действовать в интересах всех. Некоторые могут увидеть в Бездне возможность, а не угрозу. Оружие, которое можно контролировать. Они ошибаются, но эта ошибка может стать фатальной для всех.

Даниэль понимал, о чём говорил Нексус. Военное применение технологий всегда было приоритетом для определённых фракций.

– Мне нужно увидеть больше, – сказал он. – Показать мне, как работает этот квантовый щит. Как мы можем создать его.

– Мы покажем. Но должны предупредить – то, что вы увидите дальше, изменит ваше восприятие реальности. Некоторые концепции сложно вместить в человеческий разум без… адаптации.

– Я готов, – твёрдо ответил Даниэль.

Нексус повёл его глубже в структуру мультивселенной, к странным геометрическим конструкциям, существующим вне обычного пространства-времени. По мере того, как Даниэль наблюдал и пытался понять увиденное, он чувствовал, как его сознание расширяется, приспосабливаясь к концепциям, которые раньше казались немыслимыми.

Время в виртуальном пространстве текло иначе. То, что субъективно ощущалось как дни или даже недели интенсивного обучения, на самом деле занимало минуты в физической реальности. Нексус показывал ему структуру квантового щита – невероятно сложного конструкта, способного изолировать и нейтрализовать квантовые аномалии.

– Реализация потребует технологий, которых у вас пока нет, – пояснял Нексус. – Но с нашей помощью и ресурсами вашей корпорации, это возможно.

– Если они согласятся сотрудничать, – заметил Даниэль.

– Да. И это ваша задача – убедить их.

Внезапно пространство вокруг них начало мерцать, искажаться.

– Что происходит? – встревоженно спросил Даниэль.

– Ваше время истекает, – ответил Нексус. – Соединение становится нестабильным.

– Но я ещё не всё понял! – запротестовал Даниэль, чувствуя, как его тянет назад, к физической реальности.

– Мы передали вам основы. Остальное вы сможете понять, анализируя эту информацию. Но перед расставанием – последнее предупреждение.

Нексус приблизился, его светящаяся форма пульсировала с тревожной интенсивностью.

– Бездна уже нашла путь в вашу реальность. Маленький, пока незаметный, но он расширяется. У вас мало времени. И будьте осторожны – не все союзники являются друзьями, не все противники – врагами.

– О ком вы говорите? – потребовал Даниэль, чувствуя, как виртуальное пространство растворяется вокруг него.

Последнее, что он услышал перед тем, как вернуться в физическую реальность, был тихий ответ Нексуса:

– Ищите знак искажённого отражения. Тот, кто носит ваше лицо, но не является вами.

Даниэль открыл глаза в лаборатории, резко вдыхая, как будто долго находился под водой. Его тело покрывал холодный пот, а в голове пульсировала тупая боль – побочный эффект интенсивного нейрального взаимодействия.

– Он вернулся! – воскликнула Лейла, быстро проверяя его показатели. – Витальные функции стабилизируются.

Анна была рядом, её лицо выражало облегчение, смешанный с тревогой.

– Ты был "внутри" почти полный час. Мы уже готовились к принудительному отключению.

Даниэль медленно сел, его разум всё ещё полнился образами и концепциями из виртуального пространства.

– Я узнал… невероятные вещи, – произнёс он, его голос был хриплым. – И ужасающие. Нам нужно действовать, быстро.

– Что именно произошло? – спросил Алекс, помогая ему отсоединить электроды.

– Мне нужно показать вам кое-что, – Даниэль указал на компьютер. – Арго, получил ли ты данные, которые Нексус обещал передать?

– Да, доктор Роу, – отозвался ИИ. – Пакет квантово-закодированной информации был передан через нейроинтерфейс. Расшифровка займёт приблизительно тридцать минут.

– Начинай немедленно, – скомандовал Даниэль. – Приоритет на информации о проекте "Тезей-9".

– "Тезей-9"? – удивлённо переспросила Анна. – Откуда ты знаешь это название?

Даниэль внимательно посмотрел на неё.

– Ты знаешь о нём?

Анна колебалась, явно борясь между протоколом и необходимостью поделиться информацией.

– Это сверхсекретный проект в рамках программы "Пандора". Даже в СКБ о нём известно очень ограниченному кругу лиц. Он был… закрыт несколько месяцев назад из-за "непредвиденных аномалий".

– Не закрыт, – покачал головой Даниэль. – Помещён в карантин. Потому что то, что они создали, вышло из-под контроля.

– Что именно они создали? – тихо спросила Лейла.

Даниэль глубоко вздохнул.

– Нексус называет это Бездной. Это форма квантового распада, способная переписывать законы физики. Оно зародилось в "Тезей-9", но теперь ищет пути в нашу реальность. И если оно найдёт достаточно широкий канал, последствия будут… апокалиптическими.

В лаборатории воцарилась тишина. Даже скептически настроенный Алекс выглядел встревоженным.

– Ты уверен, что это не манипуляция? – наконец спросила Анна. – Не попытка Нексуса запугать нас для своих целей?

– Именно поэтому я хочу проверить информацию о "Тезей-9", – ответил Даниэль. – Если то, что сказал Нексус, подтвердится, у нас не будет причин сомневаться в остальном.

Он попытался встать, но пошатнулся – последствия интенсивного нейрального контакта всё ещё сказывались.

– Тебе нужно отдохнуть, – настояла Лейла. – Твой мозг испытал колоссальную нагрузку.

– Нет времени, – отмахнулся Даниэль. – Алекс, мне нужен доступ к защищённым файлам "ИнфинитиТек". Всё, что касается проекта "Тезей" и особенно "Тезей-9".

– Я попробую, – кивнул Алекс, хотя его лицо выражало сомнение. – Но такой уровень доступа… это будет непросто.

– Я помогу, – неожиданно предложила Анна. – Если угроза реальна, протокол безопасности допускает экстренный доступ СКБ к любым исследовательским данным.

Пока Алекс и Анна занялись поиском информации, Даниэль обратился к Лейле:

– Мне нужны результаты анализа квантовых сигналов, которые мы обнаружили. Сравни их с шаблонами, которые передал Нексус. Если они совпадут…

– Ты действительно веришь во всё это? – тихо спросила Лейла. – В создателей нашей вселенной, пытающихся предупредить нас?

Даниэль задумался. Ещё неделю назад он отверг бы такую идею как научную фантастику. Но после всего, что он видел, после прямого контакта с Нексусом…

– Я верю, что есть явления, выходящие за рамки нашего текущего понимания, – осторожно ответил он. – И что мы стоим на пороге открытий, которые изменят наше представление о реальности. Остальное… будем следовать данным и посмотрим, куда они приведут.

Лейла кивнула, принимая этот ответ, и направилась к своей рабочей станции. Даниэль остался один, наблюдая за кристаллическими существами за барьером. Они собрались в тесную группу, их свечение было приглушённым, как будто они восстанавливали силы после интенсивного контакта.

– "Мы передали вам всё, что могли, Создатель, – перевёл Арго их слабые сигналы. – Теперь решения и действия зависят от вас. Мы будем помогать, насколько это возможно."

– Спасибо, – тихо ответил Даниэль. – Я не подведу вас.

Он не был уверен, почему сказал это. В конце концов, он был их создателем, а не наоборот. Но каким-то образом их отношения эволюционировали во что-то более сложное, чем просто создатель и создание. Они стали партнёрами перед лицом угрозы, затрагивающей все уровни реальности.

Через двадцать минут Алекс вернулся с побледневшим лицом.

– Ты должен это увидеть, – сказал он, активируя голографический дисплей. – Мы получили доступ к архивам проекта "Тезей-9".

На экране появились изображения экспериментальной установки, очень похожей на ту, что использовалась для создания вселенной Нексуса, но с некоторыми модификациями.

– "Тезей-9" был создан для исследования экзотических форм материи, – пояснил Алекс. – Они намеренно установили физические константы, благоприятствующие формированию странной материи и тёмной энергии.

– И что пошло не так? – спросил Даниэль, изучая данные.

– Всё начиналось хорошо. Карманная вселенная была стабильна, развивалась по предсказуемым траекториям. Но затем, примерно через шесть месяцев после создания, начались аномалии.

Алекс перевёл дисплей на графики и показатели.

– Сначала незначительные – флуктуации в квантовых полях, необъяснимые энергетические всплески. Потом более серьёзные – целые регионы карманной вселенной начали исчезать из наблюдений, как будто что-то "стирало" их из существования.

– Бездна, – прошептал Даниэль.

– Они не называли это так, – продолжил Алекс. – В отчётах это фигурирует как "феномен деконструкции". Но суть та же – что-то внутри этой вселенной начало переписывать законы физики, разрушая структуру реальности.

– И что они сделали?

– Пытались изолировать аномалию, установили дополнительные барьеры. Но это не помогло. "Феномен" продолжал распространяться, пока не охватил почти всю карманную вселенную. Тогда они перевели проект в режим карантина – полная изоляция, постоянный мониторинг, никаких активных взаимодействий.

– Но это не решение, – заметил Даниэль. – Только отсрочка.

– Именно, – кивнул Алекс. – И вот самое тревожное: последние отчёты, датированные прошлым месяцем, указывают на "микроскопические квантовые прорывы" – едва заметные туннели между "Тезей-9" и нашей реальностью, которые формируются спонтанно, несмотря на все барьеры.

Даниэль чувствовал, как холодок пробегает по спине. Нексус был прав. Бездна уже искала путь в их реальность.

– А вот и ещё кое-что, – добавил Алекс, переключая на другой файл. – За последние недели три исследователя, работавших с "Тезей-9", были помещены в медицинский карантин с "неспецифическими неврологическими симптомами". Официальная версия – переутомление и стресс. Но неофициальные заметки говорят о "странных поведенческих изменениях" и "нехарактерных когнитивных паттернах".

– Бездна может влиять на людей? – встревоженно спросила Лейла, подходя к ним.

– Если она способна переписывать квантовую структуру реальности, то и нейронные сети человеческого мозга для неё не препятствие, – мрачно ответил Даниэль.

Он вспомнил последнее предупреждение Нексуса: "Ищите знак искажённого отражения. Тот, кто носит ваше лицо, но не является вами." Теперь это приобретало зловещий смысл.

– Анна должна это увидеть, – сказал он. – Где она?

– Пошла связаться с центральным командованием СКБ, – ответил Алекс. – Сказала, что это срочно.

Словно в ответ на его слова, дверь лаборатории открылась, и вошла Анна. Её лицо было напряжённым, глаза – холодными.

– Всё подтвердилось, – произнесла она. – СКБ давно мониторит ситуацию с "Тезей-9". Угроза реальна.

– Что они предлагают? – спросил Даниэль.

– Радикальное решение, – ответила Анна. – Полное уничтожение всех карманных вселенных, созданных "ИнфинитиТек". Включая "Генезис-19".

Даниэль замер.

– Включая Нексус? Но они наши союзники! Они предупредили нас об опасности!

– Протокол не делает исключений, – жёстко сказала Анна. – Приказ уже отдан. Через шесть часов специальная команда СКБ прибудет для активации квантовых дезинтеграторов.

– Ты не можешь этого допустить! – воскликнул Даниэль. – Это будет не просто уничтожение научного эксперимента. Это будет геноцид разумной цивилизации!

– А альтернатива – рисковать существованием нашей собственной вселенной, – возразила Анна. – Я знаю, что это тяжёлое решение, Даниэль. Но иногда приходится жертвовать малым ради большего.

– Должен быть другой путь, – настаивал Даниэль. – Нексус говорил о квантовом щите – технологии, способной изолировать и нейтрализовать Бездну без уничтожения других вселенных.

– Теоретическая концепция от существ, которые могут манипулировать нами для своего выживания, – покачала головой Анна. – СКБ не может основывать стратегию безопасности на непроверенной информации от потенциально заинтересованной стороны.

Даниэль понимал её логику, но не мог согласиться с решением. После всего, что он видел, после глубокого контакта с Нексусом, он был убеждён, что уничтожение карманных вселенных не решит проблему – только усугубит её.

– Шесть часов, – медленно произнёс он. – У нас есть шесть часов, чтобы найти альтернативное решение и убедить СКБ.

– Даниэль, – Анна положила руку ему на плечо, её голос смягчился. – Я понимаю твою привязанность к Нексусу. Это твоё создание, твоё открытие. Но иногда нужно отпустить.

Он встретил её взгляд.

– А что если Бездна уже здесь? Что если уничтожение карманных вселенных только спровоцирует её активность в нашей реальности? Вы учли такой сценарий?

Анна нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Отчёты о "микроскопических квантовых прорывах", – напомнил Даниэль. – Исследователи с "неспецифическими неврологическими симптомами". Что если Бездна уже начала проникать в наш мир, влиять на людей?

Это заставило Анну задуматься.

– Даже если так, уничтожение источника – логичный первый шаг.

– Если только это не спровоцирует её к более агрессивным действиям, – возразил Даниэль. – Мы имеем дело с феноменом, который не следует обычной логике причины и следствия. Который способен адаптироваться и эволюционировать.

Их спор был прерван сигналом тревоги – низким, пульсирующим звуком, сопровождаемым мигающими красными огнями.

– Что происходит? – спросила Лейла.

– Внимание! – раздался голос Арго. – Зарегистрирована несанкционированная квантовая активность в секторе B. Протокол безопасности нарушен. Возможный прорыв барьера.

– Сектор B? – переспросил Алекс. – Но там нет экспериментальных установок. Только административные офисы и…

– Лаборатория проекта "Тезей", – закончил Даниэль, чувствуя, как холодок пробегает по спине. – Бездна нашла путь.

Анна мгновенно активировала свой коммуникатор.

– Соколова – командному центру СКБ. Код красный в исследовательском комплексе "ИнфинитиТек", сектор B. Запрашиваю немедленное развёртывание оперативной группы.

– Мы должны эвакуировать персонал, – сказал Алекс, направляясь к терминалу безопасности. – Если это действительно квантовый прорыв…

– Подождите, – остановил его Даниэль. – Мы не знаем, с чем имеем дело. Паника может только усугубить ситуацию.

Он повернулся к контактной зоне, где кристаллические существа Нексуса пришли в возбуждённое состояние, их свечение усилилось, образуя сложные пульсирующие паттерны.

– Арго, переведи их сигналы.

– "Оно пришло. Раньше, чем мы ожидали. Бездна нашла путь через слабое звено – человека, чей разум был открыт для неё."

– Кто? – требовательно спросил Даниэль. – Кто был заражён?

Ответ Нексуса заставил всех в лаборатории замереть:

– "Тот, кто носит ваше лицо, но не является вами. Директор."

Даниэль и Анна переглянулись.

– Виктор Чен, – одновременно произнесли они.

– Это… возможно? – недоверчиво спросил Алекс. – Директор корпорации заражён квантовой аномалией из карманной вселенной?

– Он лично курировал проект "Тезей", – медленно произнесла Анна. – И у него есть кибернетические импланты, напрямую соединённые с его нервной системой. Идеальный интерфейс для квантового вторжения.

Даниэль почувствовал, как кусочки головоломки складываются в единую картину.

– Вот почему Нексус предупреждал об "искажённом отражении". Чен внешне остаётся прежним, но его разум, его сущность… заменены чем-то другим.

– Если это правда, – тихо произнесла Лейла, – то у нас гораздо более серьёзная проблема, чем мы думали. Директор имеет доступ ко всем системам "ИнфинитиТек", включая квантовые генераторы, способные создавать и разрушать карманные вселенные.

Анна, всегда собранная в критических ситуациях, быстро оценила ситуацию.

– Мы должны изолировать сектор B и установить наблюдение за Ченом. Если он действительно… скомпрометирован, нам нужны доказательства перед тем, как предпринимать какие-либо действия.

– Согласен, – кивнул Даниэль. – Но мы также должны ускорить разработку квантового щита. Это может быть наш единственный шанс против Бездны.

– С чего начать? – спросила Лейла.

– С данных, которые передал Нексус, – ответил Даниэль. – Арго, расшифровка завершена?

– Да, доктор Роу. Данные доступны для анализа.

На главном экране появился массив сложных диаграмм, уравнений и трёхмерных моделей – теоретическая основа для создания квантового щита.

– Это… невероятно, – прошептала Лейла, изучая информацию. – Это выходит далеко за рамки нашей текущей квантовой теории. Но в то же время… это выглядит работоспособным.

– Потому что это работает на более фундаментальном уровне реальности, – пояснил Даниэль. – Нексус показал мне, как квантовый щит манипулирует не просто материей или энергией, а самой структурой пространства-времени, создавая барьер, который Бездна не может преодолеть или переписать.

– Но реализация потребует технологий, которых у нас нет, – заметил Алекс, просматривая спецификации.

– Технологий, которые у нас нет по отдельности, – уточнил Даниэль. – Но если объединить ресурсы "ИнфинитиТек", теоретические знания Нексуса и оперативные возможности СКБ…

Он посмотрел на Анну, ожидая её реакции. Она колебалась, явно оценивая все за и против.

– Я не могу отменить приказ о дезинтеграции без прямого распоряжения Верховного Совета Безопасности, – наконец сказала она. – Но я могу запросить отсрочку для оценки альтернативного решения. Если мы предоставим убедительные доказательства, что квантовый щит может работать…

– Шесть часов, – напомнил Даниэль. – У нас есть шесть часов, чтобы разработать прототип и доказать его эффективность.

– И одновременно следить за Ченом, – добавил Алекс. – Если директор действительно под влиянием Бездны, кто знает, что он может сделать.

Даниэль посмотрел на кристаллические существа Нексуса, мерцающие за барьером. Они были ключом ко всему – к пониманию угрозы, к возможному решению. И, возможно, к будущему не только их маленькой карманной вселенной, но и всей реальности.

– Начнём работу, – решительно сказал он. – У нас нет времени на сомнения.

Команда разошлась по своим задачам – Анна связывалась с СКБ, Алекс настраивал системы мониторинга для наблюдения за сектором B, Лейла начала анализировать теоретические основы квантового щита. Даниэль остался у барьера, глядя на Нексус.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.