Снеталия Морозова
Альвена

1. Я в новом теле и в незнакомом месте

Я открыла глаза, осмотрелась, стала трогать себя, шевелить руками и ногами.

«Господи, спасибо, живая! Ничего не болит даже».

На мне длинная сорочка, наглухо завязанная на шее, я ослабила ткань у горла, порвав веревки, вдохнула. Повернулась, чтобы встать с кровати и увидела черные длинные волосы, что тяжелым ворохом упали мне на руки. Я взяла пряди, потрогала: красивые черные густые гладкие волосы. Меня сковал страх неизвестности и любопытства. Взялась за подол и оголила ноги – не мои, абсолютно белая кожа, нежная, порвала сильнее сорочку, заглянула в ворот на тело, грудь девичья красивая молочно – белая, тело стройное.

«Что происходит?»

Я легла опять, уставилась в потолок, вспоминая по деталям последние часы своей жизни до этого момента.

Так, я Альбина Станиславовна Штрих, онколог-уролог, практикующий хирург, стаж пятнадцать лет, мне 39 лет, не замужем, детей нет, мы с Жориком, анестезиологом, Ниной Васильевной, акушером – гинекологом, Виктором Палычем, терапевтом и педиатром и Смолкиным Игорем, хирургом от Бога, – участвуем в нацпроекте «Здравоохранение», оказываем медицинскую помощь в труднодоступных регионах нашей многострадальной страны. Вчера мы на вертолете летели в Ямало-Ненецкий АО в поселок Харп, где проживают около пяти тысяч человек, получив оттуда заявку. Помню крик Нины Васильевны, шумно работающие лопасти несущего винта вертолета, мат Смолкина. Мы разбились. Я похоже переселилась куда-то, может и мои коллеги все также в кого-то попали. Так-так, думай, Аля.

Я встала, помещение было затемненное, подошла к окну, открыла шторы.

– Ёбтваю ты …

Я крепка на словцо, и то, что я увидела, меня поразило очень сильно. Я была в доме, этаж примерно второй, окна выходили во двор, на котором я увидела пожилую женщину, одетую как крестьянка века XVIII, она тащила огромную корзину с белым бельем. Рядом виднелся густой лес, во дворе был еще крестьянин или слуга, он распрягал лощадь. Я попала в прошлое, может, в тело моей пра-прабабушки какой-нибудь.

Прачка подняла взгляд на мои окна, я резко отстранилась от окна, спряталась. Комната, где я очнулась, была чистой, из мебели: кровать, трюмо с зеркалом и шкаф. Увидела две двери, потихоньку подошла, открыла одну – коридор длинный и широкий, закрыла, за второй была ванная, приличная, но средневековая какая-то.

Собралась с духом и пошла к зеркалу.

На меня смотрела не я, это я уже предполагала, но я увидела там какую-то няшную Белоснежку. На меня смотрела красивая кукла: белая кожа, черные длинные волосы, губки бантиком, синие большие миндалевидные глаза, красивые брови дугой, я задрала балахон, тело молодое, красивое, меленькие кудряшки черных волосиков на лобке.

Я попала в тело юной красавицы. Так, чтобы это значило, не, это не мои бабули. Все в моем роду, как и я, были маленькими пухленькими коренастыми женщинами.

Я услышала шаги.

«Ну, начинается!»

В комнату зашла та прачка, что я видела во дворе.

– Живая, ну и слава Богам, сейчас скажу господину.

Женщина ушла.

«Так, господин мне кто, отец, и почему "живая", я что умереть должна была?»

Я села на кровать, на столе стояла чашка с какой-то жидкостью, в горле першило, было сухо во рту, я поднесла посудину к носу, понюхала, пахло какими-то травами, не стала рисковать, отставила.

В комнату вошел мужчина. Высокий красивый породистый альфач, по-другому не скажешь: черные короткие волосы, строгий взгляд серых глаз, лет тридцати пяти, светлая рубаха, черные брюки, высокие сапоги, поверх рубахи темно-синий сюртук или пиджак. Он уставился на меня, молчал, я тоже смотрела на него и молчала. Его взгляд прошелся по моему телу, остановился на щиколотках и ступнях, стал их разглядывать. Я непроизвольно поджала пальцы на ногах, он поднял на меня взгляд.

«Хорош, зараза, кто ты этой девочке?»

– Завтра отвезу тебя в храм, как ты и мечтала, будешь монашкой, – сказал этот господин низким грудным голосом и ушел.

«Что, бля, я – монашка? Так, надо валить отсюда, состригут еще красоту такую, обратят, оттуда я хрен убегу!».

Я легла в кровать. Мысли опять вернулись в вертолет, вспомнила, летчик сказал, что груз с медицинским оборудованием тяжелый очень и перевозить надо всегда его очень осторожно. Вспомнила, как мы садились, про груз смеялись, расспрашивая, кто сколько весит и кого мы первым выкинем, если что. Смолкин ржал, доставая из набитого рюкзака детские рисунки дочерей, огромный контейнер с фаршированными блинами, приготовленные его новой женой, пакет с какими-то пирогами. Мы всё с удовольствием умяли. Мне почему-то именно Смолкина жалко больше всего. Я вспомнила, что поделилась с ним своим намерением взять девочку – сироту из организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, пока её в детский дом не определили. Моя подруга, Светлана, психотерапевт, занимающаяся реабилитацией пациентов после военных действий, аварий, несчастных случаев, сказала, что одна семья попала в страшную аварию, погибли все, осталась чудом малышка, три годика, Любаша. Есть бабушка, но она с тяжелейшей депрессией, на антидепрессантах и с кучей соматических заболеваний. Я вспомнила, как несколько недель назад Смолкина попросила заключить фиктивный брак со мной, если надо будет для удочерения, пока он был свободен, а Игорек мне предложил заделать ребенка проверенным и приятным способом, так как жениться не сможет, потому что он уже женился третий раз и как всегда по любви. Мы хохотали тогда в ординаторской. Смолкин – Смолкин, хирург талантливый, как говорится от Бога, взялся за нацпроект, как и я. У него уже пять детей было от предыдущих браков, а новая супруга в положении была. Вот что Смолкин еще делал хорошо, кроме хирургии своей – это детей, все были как на подбор, красивые и здоровые. Я вспомнила, как он признался, что слаб на женщин, сказал, что с мужиками надо дела иметь, а с женщинами и поговорить приятно, и посидеть рядышком, а полежать, так вообще, приятно вдвойне.

Я всегда была несимпатичной, вернее сказать, очень обычной, невысокая, крепкая, с маленькой грудью, плоским задом, зато умная, упёртая, добрая, хваткая. Я не комплексовала, реализовалась в профессии, меня уважали, был секс иногда, всегда на каких-нибудь гулянках. Я веселая, меня мужики любили, но не как женщину, а как коллегу, подругу. Мне даже в ВУЗе, я была одна девушка в группе хирургов – урологов, кличку парни придумали – «ШП» – Швой парень.

Я попала в тело очень красивой девушки, очень, прям из мультфильма про Белоснежку, смоляные волосы, синие глаза и белая кожа. Как это быть в таком теле, теле красавицы, мне даже стало интересно. Я подумала: одной смерти не миновать, двум не бывать, значит для чего-то меня сюда пихнул Всевышний. Я вздохнула над задачкой, вспомнила Любашу, девочку пристроят в хорошую семью, я за это попрошу у Бога, или бабуля возьмётся за себя, оклемается. Значит, мне дается вторая жизнь, второй шанс и в теле такой красотки. А, что? Это же круто! Я попала в тело юной красавицы, а не какой-нибудь злой горгоны!

Я подошла к зеркалу снова.

– Кто ты? Подскажи хоть немного, милая, дай мне память свою, а, пожалуйста, девочка.

2. Теперь я Альвена

Всматриваясь в отражение, я словно тонула в глазах этой Белоснежки, и вдруг в грудь что-то вошло, будто в солнечное сплетение попал огонь. Я аж зарычала, оскалив зубы, посмотрела на себя в отражение.

Я вспомнила, вернее, мне стала доступна память девушки, в тело которой я попала.

Я в теле Альвены. Альвене восемнадцать лет, жила с отцом, с детства ничего, кроме книг о Боге не читала, мечтала стать монашкой. В моей голове стали всплывать молитвы одна за одной, я их отодвинула на время, сортируя воспоминания. Так, неделю назад Альвена вышла замуж за князя Варгара Лимбери. Надо узнать про этот титул, и про земли, девочка не знает. Князь привез Альвену в свой дом, пришел к ней в спальню после церемонии, не заставлял, не трогал насильно, наоборот, был нежен, но она заплакала, он ушел. Так, не мерзавец, уже хорошо. О! Дилва, ха, вот стерва, и она с князем. Дилва дала чай девушке, сказав, что соитие с мужчиной – это ад и боль, и она может умереть, и чтобы не чувствовать боль, надо выпить весь отвар, показала девочке 18 –летней свой секс с конюхом и орала там как еб…ая. О-ба, Альвена видела, как муженёк трахал любовницу в кабинете. Девушка зашла к нему поговорить, он ей нравился, она поверила своему мужу, он был ее первым мужчиной, с кем она говорила, кроме отца, и увидела, как он задрал юбки любовницы, а та лежала на столе животом и стонала, а князь долбил её своим тазом, активно работая бёдрами. Девушка испугалась, думая, что Дилве больно. Ах, Альвена специально выпила весь чай, она боялась так соития, боли.

Я поняла, Альвена отравилась. Девочка прожила почти взаперти все свои восемнадцать лет, отец её был нелюдимым, они жили на окраине города, а последние пять лет отец болел, дочь ухаживала за ним, была глубоко верующая, много времени проводила в саду, разговаривала там с цветами, выращивала красивые розы. Альвена очень любила молиться, пение при храме, огоньки лампадок и свечей, старинные образа – все это западало ей в душу, грело. Дома она напевала мотивы тропарей, а поход с отцом в храм всегда был для неё как праздник, как что-то таинственное и необыкновенное. Так что она с детства знала, что хочет служить Богам, с ровесниками ей было неинтересно.

«Зачем ты женился, князь? Я со своими матюгами, атеистка до мозга костей и попала в тело такой чистой девочки. Милая, я в храм пока не хочу, хочу пожить в мире страстей, чувств. Так, надо валить отсюда».

Интересно, больше из воспоминаний мне ничего не всплыло, жизнь у девочки была в набожных книгах, вере в Бога и мечте о монашестве. С отцом они говорили мало.

Я полезла в шкаф, нашла там платье, строгое, закрытое.

– О, а это что за развратный наряд?

В самом углу шкафа лежала белая красивая шелковая сорочка и пеньюар.

Вспомнила, этот комплект Альвене отдал отец, сказав, что это ее матери. Мать свою девушка не помнила. Альвена была настолько замкнута, скромна и набожна, что даже постеснялась примерить это белье.

В комнату вошла опять та пожилая женщина с подносом, на котором была тарелка с едой и кружка.

– Я ем тут одна, а где остальные принимают пищу?

Женщина округла глаза и сказала:

– Так в столовой, просто ты всегда тут тихо сидела и не хотела выходить, молилась всё.

– Я захотела, проводите, пожалуйста.

Женщина осталась стоять, я стала снимать сорочку.

– Давай, дитя, я помогу.

Как она мне собиралась помочь, снимать сорочку что ли?

– Спасибо, я сама.

Я надела платье, закрытое до горла, простое, серое и туфельки, что стояли под кроватью, волосы заплела в косу, посмотрела в зеркало.

«Какая я хорошенькая!»

Подмигнула себе и вышла из комнаты, за мной пошла служанка. Я жутко хотела есть, шла на голоса, спустилась по лестнице, оказалась в столовой, там сидел Варгар и Дилва, они ели, их обслуживал молодой мужчина, лет двадцати пяти, тоже высокий и красивый. «Здесь все как на подбор, высокие красивые статные, кто вы, люди?» Слуга, увидев меня, выронил поднос, видимо, растерялся от неожиданности. Я подошла к нему и стала помогать убирать тарелки, что упали, затронула его рукой и сказала:

– Извини, что напугала тебя.

Он присел со мной, поднял на меня глаза, сжимая осколок в руке.

– Тшш, осторожно, порежешься.

Я аккуратно разжала его кулак, взяла пальцами осколок из его руки.

От тряхнул головой, буто опомнился и вышел из зала.

На меня уставились эти двое.

– А ты говоришь у нас, оказывается, – произнесла любовница моего мужа и скрестила руки на груди.

Князь сморщил нос, то ли от её слов, то ли от того, что пришла я.

Мне хотелось ей ответить пару ласковых, но надо было присмотреться.

Мой муж был красивым мужчиной, высоким, крепким, как в любовных романах описывают: здоров, красив, брутален, мужественен – рукава рубахи по локоть закатаны, руки жилистые мускулистые, легкая небритость на лице.

Я села за свободный стул, взяла пустую тарелку и стала накладывать все, что видела. Положив в тарелку мясо, овощи, я приступила к трапезе. В помещение вошел снова тот слуга, принес мне приборы, я кивнула ему, так как был забит рот, поела, все происходило в полном молчании, встала:

– Спасибо этому дому, пойду к себе.

Зайдя к себе в комнату, я приняла решение – ночью надо убегать из этого дома, у мужа любовница, которая живет в доме с женой, а это не жизнь и не семья, и меня хотят завтра в храм уволочь. Так, я умею лечить, как-нибудь освоюсь в здешних краях, еще бы знать, где я. Так, Альвена-Альвена, имена-то у нас похожи, девочка, подкинь мне в память, у нас есть какие-нибудь сбережения?

Я закрыла глаза, и тут руки сами залезли под матрас, доставая оттуда мешочек с серебром. Вспомнила, папаня сунул после церемонии, еще вспомнила, что хотела Альвена его отдать служителям храма для нуждающихся.

3. Варгар. Князь земель оборотней

Я альфа, князь Варгар, хозяин земель оборотней, и я проклят черной ведьмой за то, что загрыз могущественного мага. Нисколько не жалею о своем поступке, он убил моего отца, за отцом ушла мама, в аду убийце место, еще бы и черную туда же. Шаманка предсказала мне, что можно волка моего вернуть, снять проклятие, и вернет мне его моя истинная, волчица, что придет в мир и подарит нам свободу. Вот только свободных волчиц я не видел уже лет сто, все в стаях, помечены, оборотней мало, нас единицы. Маги захватили мир, черные ведьмы помогают им, в мире страх, грусть. Мы живем среди магов, не показываем своих навыков, черные ведьмы научились управлять нашей ипостасью, будто с самим дьяволом заключили сделку, лишь светлая и сильная луна, по преданиям, вернет в наш мир счастье и радость. Оборотни живут сейчас тихо, мы слились с магами, правда, сторожилы знают и могут нас отличать от всех живущих. Живем мы долго, можем тысячу лет прожить и дольше, можем жить и в стае, и по одиночке, ждать свою пару, луну. Мужчины – оборотни намного крупнее, чем маги, а женщины – волчицы – это отдельная история, их берегут как зеницу ока. Волчицу не купить ни за какие сокровища, она сама себе выбирает партнера, ищет надёжности, искренности, верности и любви, а когда находит, отвечает тем же. Волчица лишь с тем мужчиной, кому доверяет, а если он не способен заслужить доверие, она просто уходит. Волчицы преданные, за любимого и за детей отдадут жизнь, не задумываясь ни на миг, для них самое важное – это искренность, любовь и преданность. Волчицы – самые красивые женщины, у них лучше, чем у волков развита интуиция, они ценят свободу и не боятся быть одной, они умеют о себе позаботиться. Волчицы – самые страстные женщины, не боятся проявлять свою чувственность, отдаются своей сути, любят природу, чувствуя глубокую связь с ней, находя утешение и вдохновение в лесу, у воды, в горах. Я взрослый оборотень, князь земель, в моем владении весь огромный лес и горы за ним, но я до сих пор как юнец мечтаю встретить свою луну.

Обоняние, зрение, слух у меня остались от зверя, но я не оборачиваюсь, не слышу зверя своего, чую запахи, запоминаю ароматы, с которыми сталкивался, и способен узнать их даже спустя длительный промежуток времени, четко вижу, мне свойственна бинокулярность, то есть стереоскопическое восприятие двумя глазами, это позволяет различать мельчайшие детали на огромном расстоянии, и слух у меня в разы лучше, я спокойно слышу шепот человеческий даже за закрытыми дверями.

Две недели назад случайно в таверне услышал разговор двух магов. Один из них предлагал продать свою дочь в орчьи земли, так как задолжал кому-то, дочь через неделю станет совершеннолетней.

«Что творится с миром?»

Помню, я подошел к магам, предложил сумму, продавец тут же согласился, даже не спросил, зачем мне его ребенок. Хорошо, что мой волк спит, я бы загрыз такого отца тут же, не удержал бы зверя.

Я решил дать свободу его дочери или работу предложить в доме, но, когда я приехал к магу, то увидел необыкновенной красоты девушку и передумал с ней расставаться. Она вышла из своей комнаты, подняла на меня свой взгляд, и я пропал. Сердце на миг задержалось, а потом глухо забилось в груди, она была как ночь и день, небо и луна. Черные волосы, как самая темная и страстная ночь, синие глаза, как самое спокойное небо, белая кожа, как самый ясный день, и вся она была как луна, загадочная, красивая, притягательная. Она была похожа на волчицу, такую магессу я видел впервые. Она смиренно сидела за столом, взгляд её был опущен в тарелку, спустя несколько минут, она подняла голову, посмотрела на меня, кивнула и ушла к себе.

Я решил жениться на ней в один миг. Вот только красота внешняя – это одно, душа – другое. Альвена была настолько набожна, что свое будущее видела лишь в служении Богу, хотела жить в монастыре и просила только об одном, чтобы её не отдавали замуж. Я пообещал, если ей не понравится у меня, то через неделю я отвезу ее в храм, расторгну брак. Дилва, когда узнала, что я женюсь, меня поняла, я ей изначально давал понять, что между нами лишь интим за деньги, её это устраивало. А когда узнала, что моя невеста очень набожная и готовится на постриг, она упросила меня познакомить ее с Альвеной и помочь ей: поговорить с девушкой, рассказать о близости, я согласился, разрешил ей приехать к нам с братом в особняк на несколько дней.

После трагической смерти родителей, мы жили с братом, нам готовила и следила за домом оборотница, старушка Зои, что уже не оборачивалась много лет. Она была с нами, когда мы с братом были ещё детьми. За двором следил маг Рубин, работал исправно.

Альвена была кротка, как мышь, забита и тиха, в ней соединилось манкая красота и набожность – и это меня обескураживало. В первую брачную ночь она так тряслась и плакала, что я просто ушел из ее комнаты, Дилва вела с ней беседы, но Альвена была непреклонна. Лишь раз мы поговорили с ней, и весь разговор был сведен к её просьбе, она мечтала быть монахиней и просила помочь осуществить свою мечту.

Когда Зои сообщила, что Альвена выпила много успокаивающего настоя и спала почти сутки, я решил не тянуть и отвезти свою молодую жену в монастырь. Когда я зашел в её комнату, увидел её в сорочке, её длинные распущенные волосы, эту синеву глаз, маленькие пальчики на ногах, я хотел закричать, схватить ее, растрясти, чтобы она передумала, но пообещал, что отвезу ее завтра в монастырь и вышел.

У меня не было настроения, всё валилось из рук, мне не хотелось прощаться с Альвеной, хотелось просто смотреть на неё, глядя на нее, у меня появлялась внутренняя улыбка.

Мы ужинали с Дилвой, мой младший брат Дирегар решил помочь Зои, расставлял посуду с едой, пока волчица обслуживала Альвену, так как жена отказалась есть со всеми, ей одной было комфортнее. Брат терпеть не мог Дилву, я его уверил, что через пару дней отвезу магессу в дом, что ей купил за те услуги, что она мне оказывала. Дир чувствовал фальшь, мне всегда говорил, что Дилва коварна и зла, я не замечал за ней такого, да и мне было честно сказать не до этого, она давала тело, брала в рот по требованию, правда никогда не испытывала удовольствия, имитировала восторг, я снимал напряжение, хорошо платил, она брала деньги и уходила.

Мой брат оборачивался, его волк был красивым черным зверем, мы иногда гуляли с ним ночью, чтобы никто нас не видел. Когда Дирегар увидел Альвену, сказал, что судьба злая и коварная – дать красивой луне такую мечту, я согласился.

За ужином Дир поставил перед нами блюда и хотел присоединиться к столу, и тут в столовую вошла Альвена. У меня ком встал в горле, у Дира упал поднос, все тарелки и столовые приборы разлетелись. Альвена подбежала, опустилась на корточки и стала собирать посуду, брат присел тоже и таращился на нее.

– Извини, что напугала тебя, – сказала моя жена и затронула Дира.

Он сидел, как вкопанный, а когда она своими нежными пальчиками разжала его пальцы, что сжимали осколок и взяла его в руки, Дир не справился с собой и быстро вышел.

Альвена села за стол, на стул брата, Дилва вела себя как хозяйка, чем вызывала у меня раздражение, моя жена подняла на меня взгляд, я словно увидел в нем осуждение. Она поела, поблагодарила и ушла к себе. Мне показались во взгляде дерзость, ум, упрёк, или мне так хотелось это увидеть.

Ужин прошел в тишине, я решил поговорить с Альвеной еще раз, Дир к нам так и не присоединился.

4. Побег

Так, ночью выйду из дома, дойду до ближайшего населенного пункта, устроюсь в таверну или сиделкой к кому-нибудь, сейчас главное подальше от этого места. Может, поговорить с Варгаром, сознаться, сказать, что его любовница запугала девочку, Альвена выпила успокоительное, что оказалось большой и смертельной дозой снотворного, сказать, что я в ее теле, попросить развод, узнать про этот край. Нет, еще в дурдом пристроит, нормальный мужик не притащил бы любовницу домой вместе с молодой женой. Может, здесь так принято?

Ладно, Аля, что гадать? – Надо шмотки собирать.

Я в наволочку сложила пару платьев, белье, гребень для волос, мешочек с монетами пока убрала под матрас, перед выходом возьму. Села на кровать в ожидании ночи. Так я просидела примерно час, в голове крутились мои воспоминания детства, юности, трудовой деятельности, даже некоторых пациентов вспомнила, потом я сознательно стала эти воспоминания задвигать на второй план, сейчас мне надо здесь устроиться.

Я услышала шаги. Шаги были в самом начале длинного коридора. Что? Я так хорошо слышу? Альвена так не слышала, такого в памяти не было. Идут ко мне, поступь тяжелая, мужская.

Наволочку, набитую вещами, пнула под кровать, юркнула в постель, одеялом накрылась до подбородка, отвернулась к стене, притворилась спящей.

Сначала мужчина постучался, немного подождал и зашел. Это был мой муж, Варгар, я поняла это по запаху, он стоял несколько минут за моей спиной, тяжело дышал, потом подошел, погладил по голове, потрогал мои волосы и вышел.

Я выдохнула, сердце мое колотилось, его шаги удалялись.

Я просидела еще час, проверила еще раз вещи, мешочек с монетами, посмотрела в окно, рядом был лес, меня почему-то это не пугало, хотя в прошлой жизни я была стопроцентным городским жителем. Альвена тоже по лесам не любительница была ходить, интересно! Я встала у зеркала, рассматривая себя. Удивительно то, что в новом теле я стала ощущать себя по-другому, даже ходить начала иначе, женственней, плавнее. Все же внешность дает отпечаток на характер, на манеру поведения, у меня в прошлой жизни и стрижка была короткая, она мне подходила, я двигалась более резко, а в новом теле, с такими волосами, глазами, кожей, фигурой я становилась изящней, в походке чувствовалась мягкость. Ох, как интересно! Я решила волосы спрятать, чтобы такая копна не мешала, заплела тугую косу, завязала её узлом, нашла платок в шкафу, обернула его вокруг головы, перекрутила один раз сзади, спрятав волосы, закрепила под волосами, получилась, как шапочка.

Руки сами потянулись за белым шедевром, который лежал в самом углу шкафа, я и в прошлой жизни такое не носила, мне очень захотелось примерить. Сняв удобные хлопковые трусы и бюст, надела красивую белую комбинацию. Я очень красивая, грудь полная, упругая, ореолы сосков цвета молочного шоколада просвечивались под тканью, бедра широкие, талия узкая, сглотнула, я сплошной соблазн, вспомнила Смолкина, поняла его, потрогала грудь, она была мягкой и упругой одновременно. У меня аж в горле пересохло.

Так, надо бы воды с собой взять, накинула пеньюар, выглянула в коридор. В доме было тихо, мне надо спуститься в столовую, взять бутыль с водой. Я, осторожно ступая, босиком прошлась по коридору, было темно, но удивительно – я видела, спустилась на кухню, нашла то, что мне нужно, прихватив еще краюшку хлеба, и побежала к себе в комнату.

В коридоре меня поймали в капкан крепких мужских рук. Это был Варгар. Я не успела отреагировать, спиной лишь ощутила крепость мужского тела и сильные руки, что держали меня под грудью.

– Поймал!

Его голос вошел в мое тело, я не испытывала ничего подобного никогда. Тело моё стало плавиться как воск, его тяжелое хриплое дыхание выдавало сильное желание мужчины и посылало мурашки по моей коже. Меня стало затапливать от возбуждения, я не могла сопротивляться, не хотела, наоборот, желала, чтобы он меня потрогал. А когда он взял мою грудь, крепко ее сжал, я выгнулась в спине, он захрипел и стал лизать мою шею. Лизать! Горячим мокрым языком по мочке уха, утыкаясь в шею, нюхая меня, урча и постанывая, словно меня любит. Я откинула голову, тело – предатель стало дрожать, Варгар громко простонал, порвал сорочку, оголив моё плечо, целуя и вылизывая его. Он трясущимися руками от желания и возбуждения, с рычанием поднял мне одежду, накрыл ладонью лобок. Я затряслась от возбуждения, Варгар провел пяльцами по половым губам, углубил их немного внутрь.

– Течешь как! ООО!

Мужчина нагнул меня и резко вошел, крупный большой пенис словно разорвал меня. Резкая боль, слезы брызнули из глаз, я закричала, он зажал мне рот рукой, замер, тяжело и отрывисто дыша мне в ухо, а потом стал двигаться. Что это? Что со мной? Меня стало уносить в рай, по телу побежали миллионы иголочек, что были болезненно и невыносимо приятными. Мое тело расплавилось, по нему потекло пекло удовольствия, сконцентрировалось в промежности, я хотела кричать, это было невыносимо хорошо, так хорошо, что во мне это не могло держаться, я сжала зубами его пальцы, он стал стонать и хрипеть, произнося:

– Не может быть, оооо!

А когда он ухватился зубами мне в плечо, я потерялась в экстазе, меня начало колотить, промежность пульсировала, отправляя меня в блаженство. Я содрогалась и содрогалась, слыша хрип и такие же конвульсии за спиной моего мужа. Он держал меня, отходя от своего оргазма и давая мне прийти в себя, я разжала зубы, чувствуя его кровь во рту. Вкусную, какую же вкусную!

– Спасибо, Дилва. Я подготовлю документы на развод, мы поженимся.

Я окаменела от этих слов, меня как водой окатили, ледяной, отрезвляющей, житейской такой. «Вот козлина!»

Я распуталась из его рук и побежала к себе. За мной он не пошел.

Забежала в ванную, скинула этот блядский наряд, увидела кровь на сорочке, включила воду, этой же сорочкой вытерла между ног. Умылась, стала быстро одеваться. В трусы положила кусочек материи, хотя ничего не болело, видно на адреналине ничего не чувствую, взяла деньги, наволочку с вещами, открыла дверь и понеслась на выход.

Я выбежала во двор, была глубокая ночь. Почему я вижу ночью? Куда бежать? Я увидела коня, он смотрел прямо на меня, был в стойле, не привязан. Я никогда за свою жизнь прошлую не каталась на этих животных, и у Альвены тоже не было навыка катания на лошадях. Тем не менее, я открыла ворота конюшни, подошла к лошади.

– Коняшка, милая, отвези меня куда-нибудь, и подальше отсюда, пожалуйста, как на тебя залезть, почему ты такая высокая?

Мне стало страшно.

– Пожалуйста, – я заплакала.

Что? Я плачу?

Конь на меня смотрел умными и даже сочувственными глазами, а потом согнул ноги. Я залезла на животное, ухватилась за него всеми конечностями, и мы поскакали.

5. Варгар. Я поставил метку

После ужина я хотел поговорить с братом и со своей женой, за неделю пребывания в доме, я впервые услышал речь Альвены, кроме той просьбы со слезами о своей мечте – быть при Храме, и её голос, обращенный к моему брату, такой нежный, добрый, я приревновал даже к Диру.

Дирегара не застал, он после ужина ушел куда-то, не предупредив, скорее всего убежал в свое лесное убежище, которое он построил в глуши нашего леса, там он давал волю своему волку, тренировался.

Направился к жене, но тут появился Рубин, сообщил, что пришли просители. Раз в неделю я выслушивал прошения от жителей, в основном от магов, кому считал нужным – помогал, устраивал на работу в таверны, магазинные лавки, владельцами которых мы с братом являлись. Деньги давал нуждающимся редко, а работой старался обеспечить всех, кто просил. Иногда приходили девицы, магессы, предлагали свои услуги, мы с братом обладали выразительной внешностью оборотней и женщинам нравились, еще были и очень богаты – это была, скорее всего для них, главная наша привлекательность. Дир от магесс вообще воротил нос, не любил их, а мне, по причине своего положения, приходилось выслушивать их, улыбаться и мило выпроваживать. Сегодня явились две молодые особы, просились на любые должности, лишь бы я их взял на работу, я отказал, сказал на всякий случай, что женат, так они в открытую напомнили мне про брата.

Принял душ, подбирая слова для своей Альвены. Эта девушка вошла мне в сердце своей красотой, синими глазами, думал о ней постоянно. Я направился в комнату к жене, подойдя, выдохнул, волновался как мальчишка, постучал – тишина, я открыл дверь и вошел. Альвена спала. Мой нежный ангел, моя фантазия, я смотрел на её девичий стан, слышал её дыхание, подошел ближе, погладил ее по голове, прощаясь, завтра она будет там, где ей хорошо, где, по её словам, поёт её душа. Я взял прядь волос Альвены, пропустил между пальцев, зажал, потрогал их, нежные, как щелк, закрыл глаза и быстро вышел, направляясь к себе, надо Дилву выпроводить, смотреть даже на неё не хотелось.

С того дня, как я увидел Альвену, я не мог заниматься любовью с Дилвой, и магесса стала особо навязчивой, видно чувствовала холод к себе. Я закрылся в кабинете, достал бутылку крепкой настойки и, глядя в лес, цедил хмельное зелье, что горячей лавой струилось по горлу, попадая в желудок. Я пил и не хмелел, а хотелось забыться, я закрывал глаза и представлял свою Альвену горячей, страстной, дерзкой, открытой, чувственной, смеющейся девушкой, своей женой, любящей меня.

Опустошив бутылку, пошел к брату. На первом этаже дома у нас была кухня, большая столовая, комната Зои, на втором были спальни и кабинеты, мой и брата. Дом был большой, и комнаты располагались на приличном расстоянии друг от друга.

Я направлялся к комнате брата и увидел видение. Девушка в красивых белых одеждах быстрым легким шагом поднималась на второй этаж, я пошел за ней. Мне даже показалась, что это Альвена, её рост, но я отогнал эту фантазию, мой ангел спит, да и такую одежду не надела бы, я вспомнил её в ночной сорочке. Это Дилва решила меня навестить, красивый наряд она подобрала, я стал возбуждаться, так резко и сильно, что не понял, как оказался за спиной у магессы. Я схватил её за талию и попал в рай: она пахла моей мечтой, дикой сладкой ягодой. Где она взяла этот аромат? Пусть всегда им пользуется, или я настолько пьян, что чувствую себя словно в райских кущах. Возбуждение прострелило в конечности, в спину, в затылок, я сжал ее грудь, и она задрожала так, как никогда, я стал как сумасшедший вдыхать её аромат, вылизывать как свою самку, мне на миг показалось, что я услышал своего волка. Возбуждение пробрало меня, я хотел её безумно, будто сошел с ума. Этот аромат, это отзывчивое тело, даже, если она что-то выпила, приняла для возбуждения – пусть, мне уже все равно. А когда я стал её вылизывать, сам от себя не ожидая такого, она затрепетала в моих руках, и у меня отключился разум, оголяя инстинкты. Я разорвал ее одежду, как одержимый стал вылизывать место для метки, меня затопило похотью, дикой страстью, член просился в женщину. Я ладонью накрыл лобок, почувствовал обильную влагу, Дилва впервые так текла. Она всегда использовала масла, а тут вязкая вкусная течная, я утопил пальцы в смазке, и меня прострелило в хребет, волк мой зашевелился, я потерял контроль, достал член и резко вошел. Было так тесно, словно я был с девственницей, Дилва закричала, я зажал ей рот, чтобы не разбудить никого, закрыл глаза, замер на мгновение, ощущая горячую крепкость, что обхватила мой орган, стал двигаться: туго, горячо, мокро. Она от агонии и страсти укусила мои пальцы, от чего я потерял окончательно человека, отдался волку, я его услышал, он высунул клыки, и в оголенное плечо вонзил зубы, ставя метку принадлежности. Я был в раю, отходил от соития, держа в руках свою пару. Пришел в себя: «Если она будет так пахнуть – можно и жить с ней, а разговаривать и не обязательно».

– Спасибо, Дилва, – поблагодарил магессу за самую лучшую близость в моей жизни, и пообещал ей заключить союз.

Она замерла в руках и резко убежала.

«Пусть радуется» – подумал я и пошел к брату.

Волка я опять не чувствовал. Что это было? Я поставил метку? Я не настолько пьян, чтобы не соображать! Может Дилва приняла какую-то траву привораживающую, надо поговорить с ней, если что, придушу магессу. Я стал трезветь. Брата не было дома ещё, пошел в Дилве.

6. Что происходит?

– Милый, я так рада, ну наконец-то, а то всё вокруг своей монашки крутишься, оставь уже девочку в покое, отвези в храм, пусть будет счастливой там.

Дилва переоделась в ярко-красную комбинацию, свои светлые волосы распустила, я подошел ближе, уткнулся в шею и меня чуть не вытошнило. Где тот аромат, та ягода, сладкая, дикая, вкусная?

– Тот аромат, что был на тебе, нанеси, пожалуйста, Дилва.

– Какой из?

Магесса стала доставать тюбики из коробки для женских прелестей, выставляя их в линейку на столешнице трюмо. Я подошел к ней со спины, обнял, как полчаса назад, – не то, что-то не то, я оголил плечо – чисто. У меня затряслись руки, сдавило сердце, я несколько секунд стоял и смотрел на плечо, вспоминая, это был сон или я сошел с ума?

– Дилва, где ты была полчаса назад?

– Здесь, тебя ждала, вот ты и пришел.

– Здесь и будь, не выходи.

Я вышел из комнаты, открыл рот в безмолвном крике. Кто это была? Дир в дом не приводил женщин вообще. Остается Альвена. У меня руки заходили ходуном, а если это была она? Я побежал в ее комнату, не стучась, открыл дверь. Кровать пустая, моё сердце грохнулось о ребра. Зашел в ванную, на полу увидел белое одеяние. Я рухнул на колени, взял в руки белый щелк и вдохнул запах. Она! Открыл глаза, увидел кровь, трясущимися руками развязал веревку у своих штанов, приспустил их, увидел мазки крови на своём белье. Я лишил ее девственности, вот так в коридоре, она укусила меня, она кончала в моих руках, на моём члене, как волчица, я поставил метку Альвене, она моя пара, я слышал волка. Я встал посреди ванной, уткнулся носом в её одежды и заревел в бельё. Как я мог её не узнать, как?

Я назвал её Дилвой, ой, кретин! До меня стало доходить все произошедшее в коридоре, я не мог поверить, но был так счастлив, что это Альвена. Почему она так пахнет? Я не чувствовал до этого запах такой! Она меня укусила, она такая страстная, она моя! Девочка моя, ты где?

Я выбежал из дома, внюхиваясь, волк мой стал просыпаться, я стал его чувствовать, стал ощущать наконец-то силу и мощь в теле. Альвена – моя истинная, она разбудила волка, почему сейчас, спустя шесть дней? Где ты, Альвена? В конюшне не было моего коня! Что? Юраш где? Что происходит? Мой конь всегда был без привязи, он ни за кем не пойдет, он мой верный друг и помощник, он со мной и в печали, и в радости, он всё понимает и мыслит, как человек, лишь не говорит. Я купил его жеребенком у ведьмака, лично вырастил его, в лесу шаманка провела магический ритуал по привязке, мы с Юрашем едины. Юраш – сильный магический конь, в критической ситуации, если мне или ему будет грозить беда, может летать, плавать, изменять свой размер и форму.

Я встал посередине двора и заревел как зверь, я был в полном неведении и отчаянии, я облажался, в моем доме что-то происходило, со мной что-то происходит.

Во двор выбежала Дилва.

– Вещи собирай, завтра покажу тебе твой дом, ты уезжаешь, – рычал я на любовницу.

– Что? Останешься с монашкой? Она же боится тебя, она же снотворное выпила, чтобы с тобой не спать.

– Откуда ты это знаешь? – я подошел к ней, взял её за горло.

Выбежал Рубин, стал защищать Дилву, хватаясь за мои руки.

Я оторопел.

– Вы вместе? Отвечай маг.

– Да, я люблю Дилву.

Я схватился за голову, сжал челюсти, до меня стало доходить: холодность магессы, потому что она любит другого, я ей нужен был как денежный кошелёк, они под моим носом, в моём доме, а я ей позволил говорить с Альвеной, что могла наплести ей эта лгунья. Одна за другой догадки стали приходить в мой разум, я был готов их придушить.

– Вон пошли, даю вам пять минут, иначе я вас убью, и мне плевать на закон.

Любовники зашевелились, Рубин подошел ко мне вплотную:

– Я ненавижу тебя, я был с Дилвой в твоем кабинете и в твоем сюртуке, когда к тебе приходила твоя женушка, она видела нас.

Я увидел глаза и лицо мага, полные злобы. Кто ты? Почему?

Я схватил его за грудки и начал молотить по лицу кулаком, не помня себя от злости и отчаяния. Успокоился лишь тогда, когда меня крепкие руки брата уволокли к стойлу.

7. Альвена в доме Файгара

Конь так уверенно и быстро бежал, будто знал цель, и я доверилась, крепко держась за гриву большого животного. Мы скакали долго, лес словно был бесконечным. Конь стал замедляться, и я осмотрелась, крутя головой по сторонам, лес был густой, высокие деревья с могучими ветвями завораживали своей красотой и таинственностью, пахло свежестью и земляникой. Была летняя пора. Конь привез меня к дому, большому деревянному и добротному, что был единственным в чаще. Мы остановились, мой спаситель согнул ноги, я сползла с его спины, чувствуя боль в промежности и ягодицах. Встав рядом с животным, я осознала, насколько он огромен.

– Спасибо тебе, – я посмотрела в его умные и добрые глаза.

Конь наклонил голову, и я крепко обняла его за шею.

– Юраш?

Я повернула голову на голос. Из дома вышел мужчина и направился к нам, лет пятидесяти, высокий, крепкий, красивый, статный, волосы черные с проседью, был одет в простую светлую рубаху, такие же простые широкие темные брюки, без обуви, босой. Кого-то он мне напоминал?

– Юраш, ты кого это ко мне привел?

Мужчина открыто и счастливо улыбался, разглядывая меня, конь дал ему себя погладить по гриве.

– Один, без хозяина, ну, красавчик, умница, хороший мальчик!

– Здравствуйте, вам работники нужны, я могу лечить, готовить, убираться?

Мужчина подошел ко мне и обнял меня крепко так, что я уткнулась ему носом в грудь, ничего не понимая.

«Неожиданно, но приятно, что мне рады! Может, он знает Альвену?»

– Получилось! А ты красивая! Очень красивая! Как зовут тебя, дитя?

И тут меня прорвало, я сама не ожидала от себя такого. Его добрый участливый взгляд и голос растопили строгую и уверенную в себе Альбину Станиславовну и тихую кроткую Альвену. Я стала хлюпать носом и заплакала: погибла, попала в другое тело, надо учиться заново жить, словом, навалилось все, еще из головы не выходил секс с Варгаром.

– Тшш, моя хорошая, все позади, ты дома, спасибо, Юраш, скачи домой, а то, – мужчина замолчал, и продолжил, – скачи.

– Я не дома, я не Альвена, я тут чужая, всё тут не мое, даже тело не мое.

– Ты самая своя, девочка, самая своя, пошли в дом, все расскажешь, мы тебя ждали.

– Не меня, – я ревела.

– Тебя, милая, тебя.

Меня завели в дом, усадили на диван, сунули в руки кружку с каким-то теплым напитком. Я хлебнула, по вкусу травяной чай, и тут у меня зажгло плечо в области укуса, я покрутила им и рыкнула, подняв верхнюю губу. Я так не делала никогда, думаю и тихоня Альвена так не рычала.

Мужчина рассмеялся, так по-доброму, по-отечески, образуя морщинки в уголках глаз, глядя на меня, как на маленького и любимого ребенка.

– Дитя, меня зовут Файгар.

«Варгар, Файгар, созвучные имена в этом крае».

Он смотрел на меня и ждал моего имени, и я решила все рассказать, врать не хотелось ему, будь, что будет.

– Файгар, я вам доверюсь, надеюсь, вы мне поверите. Моё имя Альбина, я умерла, мы с коллегами летели на вертолете помогать людям, я врач, и разбились, я почему-то попала в тело Альвены, которая умерла в вашем крае, мире, я не знаю, куда я попала, в прошлое или может в какой-нибудь параллельный мир. Вчера очнулась в этом теле, оказалось, что я замужем, утром меня муж должен был отвести в монастырь, потому что хозяйка этого тела хотела быть служителем Храма, а я не хочу, вот и убежала от мужа. Он меня не любит, живет с любовницей! Зачем женился, козел?

Мужчина захохотал над последним словом, потом поднял руку, словно извинился, что перебил.

– Во дворе дома, где жила неделю Альвена, стоял Юраш, я его попросила мне помочь, вот он к вам привез. Ну, вот и все. Уважаемый Файгар, я могу вам помогать по хозяйству, или помогите мне, пожалуйста, снять жилье, у меня есть сбережения. Скажите, пожалуйста, куда я попала? И прошу не отдавать меня моему мужу, он хотел развестись со мной и жениться на своей любовнице, я сама это слышала, пожалуйста.

Мужчина нахмурился, свел брови и кивнул.

– Я тебе все расскажу! И не отдам твоему мужу, если только сама не захочешь к нему. Так Альвена или Альбина?

– Альвена! Начну все с чистого листа!

Я опять вспомнила себя прежнюю, я ставила точку в своем прошлом, в своей прежней жизни, ком опять встал в горле, слезы подступали. Укус снова загорел, и я затронула плечо, морщась.

– Позволь, я посмотрю?

Мужчина поднялся.

Я отодвинула ворот платья, оголив плечо.

– Это укус, ничего страшного, заражения нет, пройдет, – сказала я.

– Кто это сделал? – тихо и с придыханием спросил Файгар.

– Мой муженёк и сделал, козлина, извините за выражения, он обознался, принял меня за свою любовницу, а я словно под гипнозом была, дурочка.

Мужчина закрыл руками глаза и стал хохотать.

– Ничего смешного, Файгар.

– Прости, Альвена! Прости, дочка! Да, заражения нет. Альвена, твоя душа попала в тело обычной магессы, но очень красивой, а вот твоя душа необычная, светлая, добрая, мы тебя ждали, ты теперь не простая магесса, дочка. Давай, ты искупаешься, в купальне есть паровая баня, просто подлей воду на камни, отдохни, я приготовлю ужин и все тебе расскажу, историю долгую тебе предстоит услышать.

– Хорошо!

Файгар меня проводил в огромную купальню.

«Мужичок-то зажиточный», – по тому, что я увидела, сделала такой вывод. Купальня – это целый спа-кабинет. В центре помещения, примерно восемнадцать квадратных метров, стояла огромная круглая ванная из деревянных планок, украшенных резьбой, из одного борта выступали два крана для подачи воды. У одной стены были каменные скамьи без спинок, между этими скамейками огромный чан с камнями, это мне напомнило хамам. Я взяла ковш, что стоял рядом с чаном, набрала воды из крана, плеснула на камни, пошел пар.

– Блаженство!

Помещение стал заполнять теплый пар, я сняла всю одежду, платок, распустила волосы, села на скамейку, откинулась спиной на стену и заплакала, жалея себя. Вот она моя жизнь пробежала, так быстро, разве так бывает, миг – и всё, суетилась, училась, работала, хорошо, что детей не родила, сиротами бы остались, я вздохнула, укус этот опять стал гореть. Интересно, он начинал о себе напоминать жжением, когда я плакала.

– Варгар, чокнутый ты мужик, так укусить!

И вдруг я услышала в голове голос: «Мой!»

Я замерла, было ощущение, что я с кем-то еще в помещении.

– Ну все, диссоциативное расстройство идентичности, привет, психиатрия, пятый курс.

Я выдохнула, прислушалась, голосов не было и решила расслабиться. Хватит себя жалеть, надо жить, тело у меня соблазнительное, я красавица, найду себе мужа хорошего, буду людей и тут лечить. Закрыла глаза, и сразу в воспоминаниях коридор, как попала в руки Варгара, как меня пробрало возбуждение, как я впервые получила такой сильный яркий оргазм. Я вспоминала его дыхание тяжелое и хриплое, его сильные руки, что меня держали, как он сжал мою грудь, сжал, как надо, как он лизал мне шею, так хищно, по-звериному, дико, страстно, как укусил. Я стала возбуждаться.

– Так, Альвена, пусть он со своей Дилвой – Дурвой живет, забыли, – сказала я себе, а память так и подкидывала воспоминания о его горячих прикосновениях и посылала телу волнительный трепет.

8. Дирегар

Мой старший брат Варгар загрыз черного могущественного мага Норбака Берроу, прославившегося жестокостью, коварством, применением пыток и ментальной магии. Норбак Берроу манипулировал, изменял и контролировал мысли, умонастроения, лишал сознание разумных, подавлял, получая от этих пыток удовольствие и власть. Норбак хотел стать могущественным повелителем всех земель Дарии. В Дарии проживали испокон веков оборотни и ведьмы, жили в мире и созидании, триста лет назад маги стали захватывать земли оборотней, переселяясь из маленьких и бедных населенных пунктов, применяя запрещенные ритуалы. Оборотни защищали земли, многие ведьмы из светлых стали черными, поддерживая магов за хорошие вознаграждения. Наш отец Беригар Лимбери был повелителем земель Дарии, хозяином леса и гор, городов с его мануфактурами, владыкой, королем – всем, настоящим и могущественным альфой. Мама, его истинная пара, волчица Эвени, была ему луной, верной и любящей женой. Маги стали вмешиваться в уклад оборотней, ставить условия, требовать титулы, земли. Отец старался переговорами разрулить все проблемы, что возникали между расами, не доводить до войны.

Сто лет назад Норбак вызвал альфу, владыку и короля Дарии Беригара на бой. Отец был самым сильным волком в мире оборотней – волков, все были уверены в исходе – его победе. Норбак убил отца, применив проклятие на внутреннего зверя, используя черную запрещенную магию высасывания сил и энергии. Бой был нечестный. Когда отец и Норбак бились, мы были в доме. Я, брат, мама и Зои. Варгару тогда было всего двадцать лет, мне пятнадцать. Он услышал рев отца, не послушался и выбежал из дома, увидев, как из глаз, носа, ушей, горла волка выходит туманная субстанция. Варгар понял, что это не бой, это черное колдовство, волк отца медленно опускался на землю, склоняя голову, не сопротивляясь противнику. Оценив обстановку, Вар с рыком запрыгнул Норбаку на спину, перегрыз магу шею. Бой судили маги и оборотни, все однозначно подтвердили, что Норбак применил запрещенную магию, но брата приговорили к суду за незаконное вмешательство в поединок. Оборотни выступали только за то, чтобы Варгар отдал часть земель магам, взял правление, встав на место альфы, но маги были не согласны с таким решением. Черная ведьма, что была любовницей Норбака, не предупреждая, исподтишка, прямо на суде стала насылать свои зловредные чары.

Ведьмы знают, что проклятие обладает "зеркальным эффектом", то есть возвращается к проклинающему. Ведьма никогда не будет проклинать "направо и налево", а эта сумасшедшая сотворила такое, не боясь за последствия. Уже целый век у моего брата спит волк, она усыпила его зверя. Часть земель отдали магам, брат стал не владыкой и королем Дарии, а князем земель оборотней, его почитают, слушают волки. У нас с магами холодная война, мы соседствуем, не воюем, но до поры до времени.

Мама ушла за отцом, пережив его три дня. Если оборотень теряет истинную пару, это грозит ему сумасшествием или смертью. Мама тихо ушла в лес, легла на место, где погиб отец и умерла, мы лишь слышали, как скулила её волчица, сидели с братом и Зои и плакали. С тех пор я не переношу магов на дух, за власть, деньги, славу убивать – это не укладывается у меня в сердце и в голове. Я до сих пор помню плач маминой волчицы. Подростком я остался на плечах Варгара, можно сказать, он меня вырастил.

С женщинами у меня не ладилось, снять сексуальное напряжение я мог, побегав в лесу, пару раз был в борделе, и волк мой всегда воротил нос от запаха женщин, он ждал свою. Я много тренировался в лесу, в моём подчинении были сеть магазинных лавок разных товаров: оружие, броня, щиты и другие предметы, связанные с военными делами и защитой; книги, пергамент, чернила, перья и другие предметы, связанные с письменностью, образованием и культурой; роскошные украшения, золотые и серебряные изделия, драгоценные камни. Я был дельцом, сотрудничал с такими же купцами из драконьих земель, орками, Варгар был политиком, главой. Нас с братом побаивались, уважали, мы были богаты, сильны.

Неделю назад Варгар сказал, что женится. Отец девушки был болен подагрой, лечился у какой-то магессы, что выкачивала из него деньги, обещая, что с каждой новой микстурой он поправится, маг решил продать дочь, чтобы оплатить своё лечение и отдать долги. На церемонии благословения союза был я и отец Альвены, наш дед не пришел. Дед всегда говорил, что уж лучше одному, чем быть с чужой женщиной, говорил, что заключать союз надо только с истинной парой, он обжегся, взяв в жены магессу, она родила сына, нашего отца и ушла к богатому магу, оставив волчонка родителю-волку. Дед воспитал сильного альфу, владыку Дарии. Варгар как с ума сошел по этой девушке, принял решение жениться за один вечер. Его невеста за всю церемонию не подняла глаз, смотрела в пол, что-то всё время шептала. Нас даже не представили, я видел, что она очень красива, могла бы разбить не одно мужское сердце, но выбрала путь богослужения.

Но сегодня Альвена вышла из своей комнаты, спустилась в столовую. А когда она заговорила, обратилась ко мне, затронула меня, разжала мою ладонь, доставая осколок, я услышал голос своего зверя. Он расправил мышцы, ударяясь мне в грудь, включаясь в охоту, вопя внутри меня: «МОЯ!» Я смотрел в глаза Альвены, понимая, что она – моя пара! Альвена – моя истинная пара! Шесть лун волк был равнодушен к ней, что-то не сходилось. Я пулей выскочил из столовой, отдышался, осмысливая случившееся, снова зашел к ним, волк мой был готов к обороту. Её запах заполнял мои легкие, зверь требовал её, я убежал к шаманке.

Когда я рассказал шаманке всё, она стала меня трясти от радости, произнося:

– Получилось! Неужели получилось!!!! Мне надо её увидеть! Слава Луне!!! Дирегар, вези меня в ваш дом.

– Веледа, ты можешь сказать, это она, да?

– Ой, глупый, волку не поверил, конечно, она!

– Почему спустя шесть лун я её услышал?

– Потому что в теле Альвены другая душа, мы с Файгаром провели обряд – призыв серебряной волчицы, получилось, я надеюсь – получилось, мне надо поговорить с девочкой.

Я стоял как будто меня пришили к земле. Другая душа? Перенос? Обряд?

– Веледа, ну вы даёте, бежим.

Волк внутри разрывал мою грудь, я удерживал его силой. Обернувшись, он, не чувствуя на спине ноши, помчался домой, к своей паре.

Когда я забежал в ворота дома, увидел, как Варгар колотит Рубина, разбивая его лицо в кровь, нанося один за другим удары кулаком, рядом орёт Дилва. Я силой уволок брата к стойлу, удивившись, что в нём не было Юраша.

9. Иномирная душа Альвены

Я молотил мага, испытывая раздражение, что он не сопротивляется, не даёт мне сдачи, висит как плеть, принимая удары. Дилва орала какие-то проклятия в мой адрес, показывая всю свою суть, краем глаза я видел на крыльце старушку Зои, она стояла и плакала. В какой-то момент сильные руки меня оттащили. Наконец-то Дир дома. Я поднял взгляд на мага и магессу.

Как я мог так довериться? Друг мой, просыпайся, я же тебя слышал:

– Пошли отсюда, как зловонная дрянь прилипли, в дом проникли, свалили с глаз долой!

Дилва обняла Рубина за талию, маг повис на ней, магесса взяла какой-то мешок, когда-то успела сложить тряпки свои, и они пошли, покидая дом.

– Вар, где Юраш?

– Не знаю, Дир, не знаю! Здравствуй, Веледа, какими судьбами?

– Я к Альвене, – сказал Дирегар и пошел в дом.

– Зачем тебе моя жена? – я прорычал на брата.

– Она моя пара, Вар, Альвена – моя истинная! – сказал уверенно Дир и пошел в дом.

Зои поднесла ладони к лицу, округлив глаза. Я подбежал к Диру, крутанул на себя брата.

– Что сказал? Повтори?

– Альвена – моя пара, и я не допущу, чтобы ты её запер в монастыре, мне поговорить с ней надо, руки убери, Вар.

– Моя жена – твоя пара?

Я запрокинул голову и завыл, обрастая частично шерстью, потом упал на колени, полного оборота пока не получилось, но я почувствовал волка. Он проснулся, ощетинился, вынюхивая свою самку, он искал свою пару.

– Она убежала, Альвены нет в доме, ООО! – я выл на всю округу.

Зои подбежала к нам:

– Мальчики, пойдемте в дом, я кое-что тоже узнала, Веледа, приветствую.

Шаманка кивнула и направилась в дом, мы с братом пошли за женщинами, и тут в ворота забежал Юраш.

Я ринулся к своему напарнику, верному коню, чуя от него запах Альвены.

Посмотрел ему в глаза, умный, преданный и верный мой Юраш.

– Ты её увез?

Юраш кивнул.

– Показывай, где она?

Я уже готов был запрыгнуть на него, но конь отошел от меня и отрицательно помотал головой.

– Что? Юраш!

– Варгар, Юраш – магический конь, он признал Альвену, он теперь и ей служит. Вот так девочка! Настоящая волчица! – сказала Веледа.

– Какая волчица? Она магесса! Веледа, что происходит? Что? Клянусь силой, я сейчас разнесу здесь всё, Веледа!!! Почему я сейчас стал слышать волка?

Я чувствовал клыки, они стали удлиняться, одежда на мне болталась, так как при частичном обороте я стал больше, острые когти выступили.

– Варгар! Твой волк! Брат! Он проснулся! Слава луне! Ты встретил истинную, кто она? Когда?

Меня обнимал Дирегар, крепко, любя, по-братски.

Мы прошли в дом.

– Варгар, до меня дошли слухи, что маги хотят усыпить зверей у всех оборотней, захватить власть в Дарии, оборотней сделать рабами.

– Они всегда об этом мечтали, твари, – я прорычал.

– Сейчас они осмелели, что-то у них есть, магия какая-то мощная. Драконы нам не союзники, они сами боятся за своих внутренних зверей. В Большой книге Тайных знаний, что передаётся от шаманки к шаманке, есть писание Гулды -Бэрри, главной шаманки, что жила в первой стае оборотней.

Веледа закрыла глаза и стала произносить заученные фразы спокойно и уверенно:

– Когда мир будет трещать, когда звери оборотней начнут засыпать от черной злой магии, луна заплачет и призовёт в мир оборотней спасение – серебряную волчицу, что прогонит с земель оборотней черноту и вернёт радость, мир, свободу и любовь.

Она открыла глаза и продолжила:

– Мы с Файгаром нашли в этой же книге заклинание – призыв светлой доброй души в наш мир. Похоже в тело Альвены вселилась душа иномирная, она и стала вашей истинной, альфы.

Мы с братом посмотрели друг на друга.

– А душа Альвены куда делась? – спросил, не веря в услышанное.

– Она умерла, – тихо сказала Зои.

– Как? Почему? – я был убит услышанным.

– Я зашла в комнату девочки, когда она спустилась в столовую, поменять постель, она спала сутки, убраться у неё хотела, увидела кружку, а я её не приносила, я ей только успокоительные травы давала, потому что она плакала много. Кружка была от Дилвы, по запаху – сильные снотворные травы. Дитя выпила всё сама и уснула навечно.

Я запустил руки в волосы, понимая, что я допустил убийство тихой и смиренной души.

– Не вини себя, Варгар, девочка сама хотела на небеса, ближе к Богам, она будет там молиться за всех нас, так значит суждено. Сейчас надо найти Альвену. В теле магессы иномирная душа, волчица, ей надо помочь. Я к Файгару схожу, обрадую его, а вы живёте обычной жизнью, никто и догадаться ни о чем не должен.

Я вспомнил податливое вкусное тело Альвены, моей Альвены, не той пугливой девочки, а страстной, горячей, моей!

– Я поставил ей метку!

– Что? – произнесли все и уставились на меня.

– Я облажался, я её принял за Дилву.

– Как можно их перепутать? – Дир зарычал.

– Веледа, истинная может отказаться от пары? – я был в отчаянии.

Шаманка улыбнулась.

– Волчица может всё, если волк её не ценит, она уходит. Ну, у неё есть Дирегар, – Веледа рассмеялась.

Я зарычал и хлопнул по столу кулаком:

– Я пойду с тобой к деду!

– Не сегодня, нам надо побыть наедине, придешь завтра.

Веледа встала, встряхнула своей рыжей копной волос и исчезла.

Веледа была светлой ведьмой, сильной шаманкой, а еще истинной парой Файгару, но она предпочитала жить отдельно, трепала, по словам деда, ему нервы.

Я стал чувствовать зверя, это то же самое, как задышать полной грудью, волк просился в лес.

– Дир, пошли в лес, а потом поговорим.

Брат кивнул, мы пошли в свои владения.

Я обернулся, впервые за век встал на лапы. Я стоял на земле, ощущая по-другому траву, запахи, звуки, поднял морду и завыл.

Мой волк был сильным, черным огромным зверем, альфой, он рванул в лес. Быстрота, ловкость, регенерация, выносливость – все я это ощутил, я снова тот, кто я есть. Я князь Варгар Лимбери, альфа, и я верну оборотням Дарию, которая их по праву, я верну свою истинную пару, свою Альвену. Мой волк бежал и бежал, и я понимал, он несется к деду. Дирегар бежал за мной.

10. Я волчица

Я долго сидела на каменных скамьях, распарилась, чувствуя приятную усталость и негу, потом наполнила ванную, она была огромной, как небольшой бассейн, полежала в воде, вспоминая снова свою прежнюю жизнь, часы в новом теле. Вода остыла, я стала замерзать. Подлила еще горячей воды и начала разглядывать свое стройное юное тело, подняла ноги над водой – молочная бархатная кожа, изящные щиколотки, ступни миниатюрные, сделала ножками своими "ножницы", потом выгнулась, из воды показалась грудь, соски от воздуха сжались, образуя пики, я свела полушария вместе, полная грудь в ладони мои не помещалась. Вновь вспомнила Варгара, если он всегда так страстно любит свою Дурву, то ей очень повезло. Я вздохнула, помылась, вытерлась, надела своё платье, волосы оставила распушенными и направилась к Файгару. Я пробыла много времени в купальне, надеюсь хозяин дома не примет это за злоупотребление его гостеприимством.

Услышав женский смех, пошла на него, в углу комнаты Файгар зажимал рыжеволосую женщину, бесстыже, властно и уверенно рукой сминал её ягодицы, утыкаясь носом в шею красавицы.

– Кхм – кхм, – я деликатно кашлянула.

Взрослые мужчина и женщина отпрыгнули друг от друга, как подростки, Файгар скрестил вытянутые руки, прикрывая ширинку. У них был такой растерянный вид, что я рассмеялась.

– Извините, не хотела мешать, простите.

Женщина тоже стала смеяться, Файгар улыбался. Мне они нравились, красивые взрослые добрые люди меня приютили, были открыты и гостеприимны. Они устремили на меня свои взгляды, восхищенно рассматривая.

– Альвена, ты – настоящая луна, красивая, твоим муженькам повезло, – сказала рыжая красавица.

– Я замужем, но лишь по документам, мы с мужем скоро разведемся, у нас нет чувств.

– Ну – да, ну – да, разведетесь, Альвена, нам надо поговорить, меня зовут Веледа, я ведьма этих земель, ведаю и вижу суть, лечу, чувствую ложь, скверну, болезнь, и я же шаманка, то есть я посредник между миром живущих и миром духов. Присядь, дитя из другого мира, история долгая.

Я тихо села напротив этой яркой и харизматичной парочки.

– Файгар, дорогой, там пришли к тебе гости, прогони этих непослушных сорванцов.

– Не отдавайте меня мужу, пожалуйста, я вас не буду беспокоить, могу уйти хоть сейчас, я не пойду в монастырь, я против нашего брака, я не Альвена.

Я выдавала информацию со скоростью света, шаманка кивала головой, прикусив губу. Файгар вышел из дома.

– Альвена, мы с Файгаром провели обряд по призыву светлой и сильной души в наш мир. Ты попала в тело умирающей девушки, твое тело значит в твоем мире тоже угасло. Наш мир называется Тоши, в нем живут разные расы, ты в землях Дарии, здесь живут оборотни, маги и ведьмы. Дария – земля оборотней и ведьм, нас выгоняют маги, хотят истребить, незаконно, коварно, лишив внутренних зверей. Сейчас оборотни живут в лесу, в стаях, но с каждым годом страх всё больше сковывает души, оборотни сильные и в честном бою одержали бы победу, но маги действуют, применяя колдовство, сильное, я даже не знаю, что это такое. Ты призвана, чтобы спасти нас, Альвена.

– Я? – я показала на себя пальцем.

– Ты.

Я хлопала глазами, рассматривая Веледу, красивую статную женщину, лет тридцати пяти по земным меркам.

– И кто я?

– Ты волчица.

– Нормально.

– Скоро ты услышишь голос внутри себя.

– О, уже слышала.

– Значит на днях будет оборот.

– Это еще что, превращусь в волка?

– Не превратишься, а обернешься. Да, тебя понравится!

– Откуда вы знаете, вы же ведьма?

Веледа засмеялась.

– Ты та, кто нам нужен, мы тебя ждали, волчица!

– И как я вас спасу от колдовства?

– Это я не знаю, ты сама поймешь.

– Нормально, я люблю трудные задачки и мир ещё не спасала, – я подняла брови, плохо понимая, где я и что надо делать.

И тут мы услышали вой, я округлила глаза, вытянулась, но ведьма-шаманка сидела спокойно.

– Что, уже начался апокалипсис, конец света, день страшного суда?

Веледа захохотала.

– Нет, это Файгар гостей выгоняет, не бойся.

– Веледа, мне было почти сорок лет в прошлой жизни, я была взрослой женщиной, я допускаю всё в этой жизни, я прагматик, так вышло, что я очутилась в теле юной красавицы, я помогу вам, чем смогу. Да, что же это такое?

У меня опять зажгло место укуса, да так сильно, я накрыла ладошкой рану.

Веледа поднялась, оголила плечо мое.

– Кстати, Альвена, это метка истинности.

– Так, и что это значит?

– А это значит, что волк Варгара, да, я его знаю, поставил тебе метку, его волк признал в тебе истинную пару, единственную любовь на всю жизнь. Обретя пару, зверь всегда будет искать её, чтобы быть вместе. Истинная пара связана сильней и крепче, они чувствуют друг друга на расстоянии, считывают эмоции и переживания. Хватает лишь взгляда, запаха или прикосновения, чтобы оборотни почувствовали свою истинную половинку. Твоя метка горит, это твой истинный напоминает о себе, просит принять его. А ещё волк Варгара чувствует твои эмоции, их разделяет, ты тоскуешь – его волк грустит, ты радуешься – его волк доволен.

– Гребаный екибастуз! Веледа, он не мне поставил эту метку, а своей Дурве, он обознался.

Веледа улыбалась.

– Ты настоящая волчица, свободолюбивая, честная, отважная, Альвена, волк никогда не ошибается. Никогда!

– Веледа, в личную жизнь, пожалуйста, ко мне лезть не надо. Волк – это волк, а мужчина – это мужчина, трахал в коридоре меня не волк, а мужик, который обещал, шепча мне на ухо, разорвать союз с женой и жениться на своей любовнице. Я слышала, как он признавался в чувствах другой женщине.

Веледа смотрела умными глазами, понимая, что перед ней не юная неопытная девочка, а женщина, знающая себе цену.

– Альвена, давай на ты?

– Давай, кем тебе приходится Варгар? – я напрямую решила спросить.

– Мы подружимся, уверена в этом. Варгар – хозяин леса и гор, он альфа оборотней, его волк спал сто лет, пока не встретил тебя. Сегодня он впервые обернулся за столько лет, и это случилось после того, как вы были наедине, когда волк почуял свою истинную. Его прокляла ведьма, за то, что он убил мага, а этот маг убил отца Варгара, короля Дарии, в нечестном бою, используя ментальную запрещенную черную магию. Файгар – дед Варгара и Дирегара.

– Варгару больше ста лет? Файгар его дед?

– Варгару – сто двадцать, Файгару – шестьсот, мне – четыреста, Дирегару – сто пятнадцать.

– Вау! А вы хорошо сохранились! Дирегар?

– Младший брат князя, вы еще познакомитесь. В личную жизнь, как ты попросила, я лезть не буду, волчица твоя и ты сами все решите. Ты поживи пока тут, Файгар внуков пускать не будет, мы поможем тебе освоиться, будем рядом при первом обороте.

– Хорошо, спасибо огромное!

– Пойдем, провожу в комнату, луна.

– Почему вы называете меня луной, ты и Файгар?

– Понимаешь, Луна и оборотни тесно связаны, неделимы, можно сказать. Луна – это как тайная кладовая знаний, помощница и защитница, в ней сила и мощь. Луна сама выбирает волка и сопровождает его всю жизнь, это избранные оборотни, помеченные луной, они либо очень красивые, либо обладают выдающимися способностями, силой. Оборотни зависят от лунных фаз. Например, в полнолуние, её ещё называют волчьей луной, у волка оголяются инстинкты, зверь может взять власть над человеком, в полнолуние самая лучшая охота, у самок обычно именно в полнолуние овуляция, а у самцов – гон, другими словами – лучшее время для спаривания, любви. По легенде сначала появилась луна, она прародительница первого оборотня – волка. Иногда волки воют на луну, стремясь в звуке слиться воедино, создавая в звучании ауру единения. Луна подсказывает волку, помогает, делится энергией, дает силы и знания, направляет. Ты поймешь, когда обратишься, избранным она своим теплом проникает и дарит знания и силу. Но это не всем, повторюсь, а лишь избранным, кого выберет луна. Первая волчица, которую выбрала луна, была похожа на тебя: кожа белая, как сама луна; волосы черные, как ночь; глаза синие, как небо. Альвена, слушай свою волчицу, это твоё сердце, твоя душа, иногда разум бывает глуп. Разум – это наш опыт, знания, а внутренний зверь – это чутьё, нюх, интуиция, чувства, твоя волчица мудрее, в ней опыт всех предыдущих поколений.

– Спасибо, Веледа, к сожалению, я всё хорошее, что было в моей жизни, осознала, когда отмокала в ванне у Файгара, всё некогда было остановиться, я поняла, что надо жить настоящим, отдаваться ему всецело, я не боюсь будущего, его пока нет, я хочу быть здесь, прожить эту жизнь по полной, коль Луна, или Бог, или ваш призыв мне дали такую возможность.

Веледа закрыла глаза, подняла голову в небо и одними губами произнесла: «Спасибо!»

11. Вкусная, дикая, моя

Я ощущал восторг в теле зверя, мой волк знал, где его пара, я ему доверял безоговорочно.

«У нас одна истинная, как тебе такой расклад?» – я, как в старые времена, спросил мысленно брата.

Мы – альфы, дети сильного альфы, у нас дар, мы с братом можем обмениваться мыслями в образе зверей.

«Я рад, раньше такие союзы были часто, может, с нашим союзом и нашей истинной вернется в мир счастье, уйдет грусть.»

Иногда мне кажется, что мой младший брат старше и мудрее меня. Я, узнав, что Дирегар – пара Альвены, приревновал, хотел оспаривать его истинность.

«Я тоже рад, Дир!»

Мы прибежали к дому деда, мой волк завыл, он звал свою пару, ко мне присоединился волк Дирегара. Через несколько минут к нам вышел дед.

– Ну и чего разорались? Разговаривать буду в облике человеческом.

Мы с братом обернулись.

Файгар, матерый волк, альфа, его побаивались и маги, и ведьмы, он был хитёр, как лис, умен, как сова, быстр и вынослив как лось. Его истинной была сама Веледа, такой подарок луна ему сделала. Сто лет назад, когда я перестал слышать волка, её привез дед из драконьих земель. Он искал сильную ведьму во всех краях нашего мира, чтобы снять моё проклятие, нашел у драконов, взял с собой, с тех пор она живет в лесу оборотней в Дарии.

Дед стоял, скрестив руки на груди:

– Слушаю.

– В дом не пригласишь, дед?

– Нет.

– У тебя моя жена!

– И?

– Мо-я же – на!

Дед подошел ко мне вплотную, такой же высокий и крепкий, как я, чуть ли не в лоб меня боднул и стал говорить, сверля своими глазами, хмуря брови.

– Всыпал бы тебе вдоль хребта, да вырос уже, щенок! Жена, говоришь? Объясни мне, как под одной крышей оказались в твоём доме жена и любовница? Как перепутать можно свою истинную и чужую женщину? Как, поставив метку, можно отпустить свою пару? Как? Я свою Веледу из-под венца украл, как только понял, что она моя! У дракона из-под венца! Что ты Альвене сейчас скажешь, а? Она видеть тебя не хочет, единственное её желание было – это не отдавать тебе! Я даже не знаю, что тебе сказать, ты – придурок, мой внук! И тебе надо вылезти из шкуры, чтобы Альвена тебя простила! И, Варгар, я рад, что ты обрел волка, очень рад, сынок!

Тут Файгар обнял меня крепко, я обнял деда в ответ.

– А ты чего выл? Брата поддерживал?

– Альвена – и моя истинная, – сказал Дир.

– Вот это поворот! Надо же! Дирегар, а ты почему позволил уйти своей паре?

– Я не поверил, ведь я на Альвену не реагировал до сегодняшнего ужина, только, когда она меня коснулась, заговорила со мной понял.

– Ну? Вы даёте! Зверю доверяйте всегда! Ладно, девочке надо оборот пережить первый, она будет тут, вы не знаю, где, в дом не пущу пока.

Файгар развернулся и пошел в дом.

Мы с братом остались стоять у ворот дома нашего деда, зная, что там наша любовь.

Я знал, что Альвена чувствует метку, а значит думает обо мне, вот только, что она думает?

«Луна, дай мне возможность ещё раз попытать счастье со своей женой, прошу, пожалуйста».

Мы с братом обернулись и волками улеглись на землю, звери наши хотели к своей паре, скулили внутри.

Глубокой ночью на крыльцо вышли дед, Веледа и Альвена.

– Альвена, я думаю, что ты не можешь уснуть, и у тебя горит метка, потому что два волка тут сами не спят и другим не дают, – ворчала Веледа.

– Дайте поспать! – рыкнул дед на нас с братом.

Мы не оборачивались, подошли к крыльцу в обликах зверей.

– Растудыть твою налево! Веледа! Файгар! – сказала Альвена, прячась за спину деда.

– Не бойся, дочка, щас возьму хворостину и отхожу их! – сказал дед.

Дед говорил это, изображая строгость, а я понимал и чувствовал его, он был рад за меня, счастлив за нас с братом.

– Я не боюсь, неожиданно просто! Ах у ели, ах у ели, ах у ели злые волки! – сказала Альвена.

Веледа и Файгар захохотали.

«Смеётся она над нами» – сказал я Диру.

«Да! Хороша! Вкусная! Дерзкая!» – восхищенно отвечал мне брат.

– Я не знаю, кто из вас Варгар, но сделай что-нибудь, чтобы метка не горела! – говорила Альвена и смотрела на меня.

Я медленно, не веря в свою удачу, стал подходить к ней, Веледа и дед отошли от девушки. Моя жена притихла, замерла, но стояла на месте, глядя мне в глаза. Я подошел к ней близко, морда моего волка была на одном уровне с её лицом, носом отодвинул материю и стал лизать свою метку, зализывая волчьей слюной, задыхаясь от блаженства. Мне не хватало воздуха, хотелось вдыхать её аромат ещё и ещё, она пахла дикой спелой ягодой, волк стал тарахтеть, как кот, от восторга и вожделения. Волк Дира тоже подошел, уткнулся носом ей в шею с другой стороны, вдыхая её запах, урча от восторга. Альвена стала тяжело дышать, я еле держал волка. Он хотел вылизать её всю, он хотел свою самку, а я хотел эту женщину, я хотел свою Альвену, именно эту, свою настоящую жену. Девушка присела, освобождаясь от нас, побежала в дом, крикнув:

– Всё, прошло!

Я увидел добрые глаза деда, он кивнул нам, обнял свою ведьму, и они скрылись в доме.

«Она пахнет ягодой, дикой клубникой!» – сказал мне Дир.

«Да, именно дикой, сладкой, спелой».

Мой волк хотел скулить, выть, броситься к дому, я еле удерживал его, обернулся. Дир последовал примеру, принял облик человека, так было проще удерживать зверей.

– Что будешь делать с Дилвой? – спросил меня Дир.

– Ещё подумаю, как узнал, что она давала снотворное девушке, думал убить, а сейчас хочу разузнать, кто такой Рубин и за что он меня ненавидит. Да, и выдавать Альвену нынешнюю нельзя.

– Согласен.

12. Первый оборот

Проснувшись от сильного жжения на месте метки, я поднялась, подошла к окну, меня манил лес, его темнота не пугала, а словно приглашала: таинственная, теплая, скрытная, волнующая. Я подняла взгляд, на небе сияла растущая луна: левая (восточная) сторона была тёмной, а правая – светлой.

– Ну, привет, красавица! Значит это ты меня пригласила! Спасибо!

Я открыла окно, смотрела в небо и разговаривала с небесным светилом. Скажи мне раньше, что я легко поверю в ведьм, оборотней, колдовство, драконов – я бы смеялась, сейчас же я разглядывала луну, честно и искренне к ней обращалась, видя в ней таинственную помощницу.

– Подскажи мне путь, красавица – луна, пожалуйста!

Я завороженно смотрела на яркую царицу ночи. Лунный свет тонкой полоской пошел от луны прямо на меня. Я неосознанно расставила руки в стороны, будто приглашая, свет дошел до меня и окатил своим теплом от макушки до кончиков пальцев на ногах. Я почувствовала легкое приятное покалывание и тепло, что расстеклось по венам. Постояв так несколько минут, я ощутила в области груди шевеление и такой протяжный голос, будто кто-то просыпается: «Мммм». Свет исчез. Я прислушалась к себе – тишина.

Метка снова загорелась, я пошла в столовую, налила воду, села за стол. Через несколько минут вышли Файгар и Веледа.

– Я вас разбудила?

– Да не ты, а твои истинные, по-хорошему вам бы наедине остаться, звери просятся ваши, хотят друг к другу, – сказала Веледа.

– Какие истинные?

– Братья Варгар и Дирегар – твои истинные.

– Двое?

– Ага, хочешь посмотреть на своих красавцев, они тут караулят тебя? – Веледа, зевая, всё это говорила, как об обычном явлении, затягивая пояс халата, что был надет на обнаженное тело.

– Они ночью на улице? – я представляла мужчин.

– А что им будет шерстяным?

– Там волки?

– Пошли, полюбуешься, – Веледа взяла меня за руку, и мы пошли во двор.

Я увидела двух огромных черных зверей, они были волками, но огромными, сильными, со светящимися желтыми глазами.

«Мои!» – я услышала голос своей волчицы и почувствовала шевеление в груди.

От неожиданности я спряталась за Файгара. Страха не было, наоборот, мне захотелось подойти ближе, запустить пальцы в шерсть этих красавцев, и это было не желание, я потребность дикая, интерес, влечение. Значит, эти огромные красивые волки признали мою еще не родившуюся волчицу своей, единственной. Я вспомнила Варгара, его слова, обида снова прострелила в сердце, метка загорелась. Я постебалась немного над ними и попросила уменьшить боль, и тут один волк подошел ко мне, почему-то я знала, что это волк Варгара. Он стал меня лизать по метке, жжение мгновенно ушло, уступая место дикому вожделению, а когда холодный нос второго волка уткнулся мне в шею, я еле удержала руки, чтобы их не обнять. Я удрала от них, от себя, от своего нахлынувшего волнения, сердце колотилось, метка не болела, она пульсировала, я была возбужденной.

Я не боялась! Почему? Так доверилась Файгару и Веледе? Я в другом мире, в чужом теле и чувствую себя на удивление комфортно здесь.

Легла в кровать, тело горело, я захотела секса, мужчину, Варгара, я захотела секса со своим мужем, чтобы меня взял, отымел дико и страстно, я легла на бок, скрутила одеяло, обхватила его бедрами, сжимая промежность, словами – уговорами заглушая острую необходимость в разрядке, засыпая.

Проснулась я ранним утром, в доме ещё все спали, вышла во двор, осмотрелась – волков не увидела, пошла в лес. Я была в своем платье, вернее в скромном платье прежней Альвены и босиком, ощущая ступнями приятную влагу мягкой травы, я медленно ступала. В лесу было торжественно тихо, ночь только отпустила его из своих объятий, солнце уже касалось верхушек деревьев, слышался веселый перелив проснувшихся птиц, кругом царил невероятный покой. Мне захотелось пробежаться, именно не пройтись, наслаждаясь тишиной и видами, а почувствовать мышцы ног, ветер от бега, легкость, слиться в скорости с окружающей природой.

С телом стало что-то происходить, я почувствовала шевеление в груди, уже знакомое, зрение стало острым, я увидела воздух, он вокруг меня стал дрожать, суставы выворачивались, кожа стала лопаться, и из-под неё увидела густой белый мех, тазовые кости раздвигались. Я упала на четвереньки и заскулила. Я скулила! Как маленький щенок, которому прищемили хвост или лапу, смотрела на руки, которые были покрыты уже густой белой шерстью, на когти вместо ногтей и лапы вместо своих рук и скулила. От страха неизвестности я тихо стала просить о помощи, стоя на четвереньках и боясь пошевелиться: «Ёкарный балет! Что делать-то? Помогите! Помогите! Пожалуйста! Веледа! Файгар! Помогите!»

Подняла взгляд и увидела двух черных огромных волков, это были братья Лимбери, я опустилась пузом на траву, положив голову на руки-лапы, закрыла глаза и снова заскулила.

– Красавица! Серебряная волчица! Малышка, вставай на лапки, давай, моя любимая! – это говорил волк Варгара у меня в голове.

Я почувствовала два теплых языка, они лизали меня по лицу, наверное, правильнее сказать, по моей мордочке, я чихнула, волки затарахтели, а в голове я услышала смех.

– Малышка!

Я медленно поднялась на лапы, почувствовала силу в ногах, прогнулась в холке и побежала. Я бежала по лесу, хорошо видя все детали, предчувствуя дорогу за несколько секунд, в ноздри бил вкусный лесной воздух, чувствовала ноги сильные, поняла, что я ищу добычу, охочусь. Ускорившись, бежала на нюх зайца, увидела цель, стала преследовать, загоняя косого в ловушку. Поймала, прикусила в порыве за холку, чувствуя вкусную кровь, и тут услышала его гулкое частое сердцебиение и разжала пасть, села на пятую точку, глядя как прыгает от меня зайчишка. Живой, я облегченно выдохнула. Ко мне подошли черные волки и стали, урча и тарахтя, меня вылизывать: морду, холку, лапы – всю. Я услышала голос внутри меня: Мои! Да!

Дирегар поднял куропатку с земли и мне положил под лапы, придвигая своим черным носом ближе. Я с жадностью и удовольствием слопала птицу, чувствуя как перемалываю зубами мелкие косточки и хрящи, закрывая глаза от блаженства.

– Мы отведём тебя к деду, иди за нами, малышка, – сказал волк Варгара.

– Не малышка, Аля! – сказала моя волчица.

Мы с Варгаром говорили мысленно, а с его братом – нет.

А моя волчица тоже своенравная, как я. Поднявшись на лапы, фыркнула на волков:

– Сама дорогу найду!

И пошла, виляя пушистым белым задом, специально выкручивая восьмёрки перед самцами. Услышала урчание моих волков, их горячие языки на моей пятой точке, что несколько раз меня лизнули, порыкивая от восторга. Сопровождаемая двумя волками, я шла к дому Файгара. Шла уже без страха, чувствуя мышцы и силу в теле. Интересно, я была в своём человеческом сознании, но в теле волчицы, и я будто видела свою внутреннюю суть, а суть была таковой: я ощутила дом! Я поняла, что здесь хочу пустить корни, защищать это место, что-то делать хорошее и полезное именно здесь. Если ты в гостинице, даже супер комфортной, то у тебя же нет желания там что-то сделать, а дома – в тебе рождается потребность открыться, довериться, что-то создать. Я шла, осознавая в себе это, чувствуя прилив сил, радости и счастья, здесь пела моя душа и проснулась моя Аля. Мне в теле волчицы было комфортно, я мягко ступала лапами, шерсткой ощущала воздух, вдыхала запах своих волков, которые шли по бокам от меня. Мои черные сильные альфы. Я была в два раза меньше их, но ощущала себя такой большой, красивой, важной!

– Аля, ты красивая, девочка моя! – сказала я своей волчице мысленно.

– Ты тоже, моя хорошая, очень красивая, и это ты моя девочка, Альвена!

Я стала целой, жила до этого, словно не целая, было всегда ощущение, что что-то ускользает, я ничего не успеваю, не было покоя, а сейчас линия сомкнулась, ни убавить, ни отнять – круг! Я стала целой, кругом, я стала Луной! Остановилась, принимая это откровение, и завыла громко, призывно, страстно, поднимая морду в небо, слыша, как в унисон со мной воют мои телохранители.

13. Мне всё понравилось

Мы подходили к дому, ещё издалека я увидела Файгара и Веледу, они стояли на крыльце, как вкопанные, любуясь нашим трио. Своим острым зрением тут же разглядела морщинки в уголках глаз у оборотня, его расширенные зрачки, доброту и завораживающий восторг, что так и лились из его души, я мысленно улыбнулась ему. Веледа не могла сдержать восторга, как истинная женщина, она не стеснялась своих эмоций, отдавалась им всецело. Шаманка неслась ко мне, счастливо улыбаясь, я наклонила мордочку на бок.

– Красавица! Впервые такую волчицу вижу, шерсть белая, пушистая, какая же ты красивая! О, луна, спасибо!

Веледа гладила меня, запуская свои нежные пальцы в мою шерсть, прочесывая её, доставая ногтями до шкуры. Я замурлыкала, выгибаясь. Файгар смеялся от восторга, ходил вокруг меня, гладил, чесал за ушами, говорил комплементы. Мне захотелось поговорить с ними, рассказать, как всё прошло, поделиться.

– Аля, а как в тело Альвены мне вернуться? – спросила я у своей волчицы мысленно.

– Просто представь себя человеком и предупреди меня!

– Спасибо, Аля!

– И тебе спасибо, моя Альвена!

Я закрыла глаза, представила себя человеком и предстала перед Файгаром, Веледой и двумя волками Альвеной, но почему-то обнаженной.

– Едрид – Мадрит!

Я рванула в дом, сверкая пятками и голой попой.

– Сейчас всё разузнаю и вам скажу, спасибо, парни! Файгар, дай нам время? – сказала Веледа и пошла в дом.

– Конечно, сердце моё, воркуйте, а мы пробежимся, а то мальчики отойти не могут от счастья, языки развесили, – смеялся дед над внуками.

– Веледа, почему я голая? – спрашивала я шаманку, заворачиваясь в материю, наподобие пледа, которую стащила с дивана.

– А ты хотела быть при параде после оборота? – хохотала ведьма.

– Ну, вроде того.

– Рассказывай, Альвена, всё рассказывай.

Я вздохнула, улыбнулась.

– Веледа, мне всё понравилось.

– И всё?

– Ну, да!

Веледа начала ржать, откинув голову, тряся плечами.

– Альвена, выпить хочешь, у Файгара есть настойка крепкая, ну оооочень вкусная, развяжет язык?

– Хочу!

Я так и осталась замотанная в тряпку, Веледа полезла в шкаф, доставая с верхней полки красивую бутыль с витиеватым декором.

– Орки делают, они знают толк в крепких напитках, – говорила красивая рыжая женщина, разливая в кружки горячительное.

Я понимала, что они с Файгаром хотят помочь своему народу, видя во мне надежду.

– Веледа, я не знаю…

– Всё узнаешь, Альвена, не спеши, я понимаю твоё смятение, ты как несмышлёный новорожденный, от которого что-то хотят, время ещё есть, самое главное – ты с нами. Осмотрись, привыкни. Сейчас самое первостепенное для тебя – это наладить контакт со своими сужеными.

– Не хочу я с ними ничего налаживать, Дирегара я видеть не видела, Варгар пусть ко мне приходит только с бумагами на развод, я подпишу, он так этого жаждет.

Я отпила глоток, жидкость медленно потекла, обжигая горло, проходя тягучей горячей лавой, мгновенно ударяя в голову хмелем.

– Етит твою душу, сколько в ней градусов? – и отпила ещё парочку глотков.

Веледа улыбнулась, сама не пила, даже не пригубила, подливая мне в кружку этого зелья ещё, вкусного, кстати, напомнил вкус махито, сладко и мятно.

– Веледа, честно скажу, – я чувствовала, что опьянела, – волки хороши, вот с волками и буду тусить, а мужиков не надо, можно так?

– Был однажды такой союз, истинная пара в облике зверей была вместе, ладили звери, а вот мужчина с женщиной постоянно лаялись, ссорились, дрались даже, и порознь не могли, и вместе было невмоготу. Тяжело им было. Может, поговоришь с ними, с истинными своими?

– Мелкого не видела, может с ним и поговорю, его волк молчаливый и ласковый. Моя волчица волка Варгара слышит, почему?

– Ну, он же метку поставил, вот у вас и связь, Дир поставит, тоже будете общаться так.

– Ну их, с Варгаром разведусь, его Дурва ждёт, пусть к ней катится. Веледа, я вот что сказать хотела, – я отпила ещё и икнула, в голове приятно зашумело, – мне здесь нравится, здесь мой дом, душе моей тут хорошо.

Веледа улыбалась, глядя на меня с прищуром.

Я вытянула ноги на диване, взбила подушку и носом в неё рухнула, в голове закрутилась карусель, набирая обороты и скорость.

– Разгридрит твою перекись водорода, ненавижу карусели, Веледа, на какой хер ты меня напоила, подруга называется?!

Я улеглась, голова была как камень, тяжелая и непослушная. Через несколько мгновений почувствовала, как взлетела над диваном, веки при всех моих потугах не разлипались, словно склеились, крепкие руки меня прижали к чему-то горячему и вкусно пахнущему и понесли куда-то. Я плыла как на волнах. Носом уткнулась в мужскую голую грудь, втянула запах, промычала от вкусного мужского аромата, другого, не моего мужа, этот пах хвоей и свежестью, что бывает после дождя и грозы, не удержалась и лизнула, попала в ярёмную ямку, носом стала водить во мужской крепкой шее, вылизывая её языком, постанывая от возбуждения и кайфа. Грудь под моим языком глубоко и шумно дышала, я слышала гулкое громкое сердце того, кто меня так плавно нёс.

– Какой же ты вкусный! – я зубами прикусила венку на его шее, засасывая кожу губами, слыша глубокий протяжный мужской стон.

Руки крепче меня вдавили в горячее шумно дышащее тело, я так и плыла на сильных руках, вдыхая самый вкусный мужской запах, с причмокиванием разжала губы и язык, уронив голову на твердые мышцы груди.

– Отдыхай, моя красавица, моя единственная, моя любовь! – говорил приятный низкий мужской голос, укладывая меня на холодные простыни, накрывая одеялом.

Я почувствовала легкие поцелуи на веках, щеках, обхватила его шею руками и прошептала:

– Не уходи, ты такой…

– Никогда, никогда не уйду, Альвена!

Я провалилась в круговорот вертящейся карусели, как в воронку, засыпая.

14. Моя сладкая ягода

Оборот нашей истинной пары случился на наших с братом глазах, и это самое прекрасное, что я видел в своей жизни.

Когда Альвена ранним утром вышла из дома, она сначала осмотрелась, убедилась, что никого нет. Мы с братом притихли, затаились, любуясь своей девочкой. Она пошла в лес, мы последовали за ней, не привлекая к себе внимания. Альвена очень красивая, черные длинные волосы закрывали её спину, я видел её босые ноги и тонкие щиколотки, от вида которых мой зверь и я млели, нежно ступая по траве, она слушала птиц, поднимала лицо, разглядывая верхушки деревьев. Мы с Варгаром бесшумно ступали за ней, наслаждались и предвкушали, рисуя совсем не детские картины в голове, зверь мой шел на запах с поднятыми ушами и хвостом, готовый в любой момент уложить её на траву и поставить наконец-то метку. А когда она начала оборачиваться, скулить, как маленький волчонок, мы подошли. Я такую красивую волчицу видел впервые, слышал, лицезрел на картинках в книгах, читал о таких волчицах, знал, что бывают серебряные, а тут увидел собственными глазами, не веря, что она моя истинная. Миниатюрная самочка с белоснежной густой шерсткой, с черными глазами и носом, она была как видение, как сон – настолько красива. Мы её зализывали, облегчая боль от первого оборота, а когда она пошла, специально виляя своим белым пушистым задом, наши с Варом волки просто поплелись за ней, как заколдованные, уличая момент, чтобы лизнуть её под хвостом.

Варгар слышал её волчицу, нашу Алю, я тоже хотел быть к ней ближе, мечтал об этом. Когда наша красавица приняла облик Альвены, девушка застеснялась наготы и убежала в бом. Даже в облике зверя я разглядел её гибкий стан, круглые бедра и аппетитную попку.

Дед обернулся, мы пошли в лес, но далеко нам трудно было уходить даже физически, волки рвались к паре, тосковали. Мы обошли дом несколько раз туда и обратно, приняли человеческий облик и решили попытать счастья – поговорить с нашей парой, нас тянуло к ней.

Зайдя в дом, мы услышали, как Альвена говорила Веледе о разводе с Варгаром, отправляя его к Дурве, на что я хмыкнул, соглашаясь, что это имя магессе больше подходит, услышали, что нашей истинной нравится здесь, значит её душа и лес соединились.

Альвена опьянела от орчьей настойки и лежала на диване, смешно морща нос и губы, Варгар подошел к жене, разглядывая её, сглотнул ком, жмуря глаза, я знал брата, он страдал, винил себя и любил её.

Я взял её на руки.

– Которая комната её? А вообще, я сам найду, по нюху.

Нёс её и впервые за долгие сутки я наконец-то вдохнул её аромат так близко. Мы с волком тут же опьянели от сладости. Я держал Альвену, ощущая пальцами её нежную кожу. Она уткнулась мне в шею, я остановился на миг, наклонил голову, вдыхая волосы своей пары. А когда она высунула свой язычок, острый, нежный, который выходил из её влажных полных губ, я замер, наблюдая, что она будет делать дальше. Альвена лизнула меня, по моему телу пробежала дрожь, делая кожу гусиной, я крепко сжал девушку, чувствуя, что член натянул штаны, а, когда она начала тереться об меня носом, стал непроизвольно сжимать ягодицы, член пульсировал, желая её безумно и дико. Закрыл глаза, выдохнул и занес истинную в комнату, а когда она ухватилась зубами мне в шею, чувствуя её влажный горячий рот, её дыхание, я застонал, чуял, как меняется её запах, от возбуждения он становился ещё гуще и слаще, от этого можно голову потерять окончательно, во мне вожделение, похоть, желание сплавились в один комок, образуя дикий голод по этой девочке. Уложив Альвену на кровать, не удержался, стал покрывать её лицо легкими поцелуями, а она ухватилась крепко за мою шею, не желая отпускать, я втянул её запах, закрыл глаза, запустил руку в штаны, зажал головку члена в кулак и, сделав несколько резких и быстрых толчков, ощутил горячий густой и обильный поток спермы на ладони.

Альвена мгновенно уснула, я ещё постоял у изготовься, выравнивая дыхание, вытер руку о штанину и пошел на первый этаж.

На Варгаре не было лица, изматывая, обвиняя и злясь на себя, он делал себе только хуже. Я поймал ревнивый тяжелый взгляд Вара из-под бровей.

– Она спит, думаю, долго проспит, первый оборот, настойка, Веледа, зачем?

– Сама не ожидала, что она так быстро захмелеет, – улыбнулась хитрая шаманка.

Варгар резко встал, на его скулах играли желваки, он сжал кулаки и вышел во двор, тут же обернулся и убежал в лес, один.

– Всё наладится, сынок! Он сможет, Альвена – хорошая и умная девочка, – сказал дед, хлопая меня по плечу.

– В прошлой жизни она была взрослой женщиной, сильно не обольщайтесь, и она знает себе цену, волками вы ей очень нравитесь, а вот мужчин видеть не хочет, тебя она не знает, с Варом желает развестись, – говорила шаманка, прищурив глаза.

– Веледа, прошу, в личную жизнь к нам не лезь! – рыкнул я.

Ведьма засмеялась.

– О! Они стоят друг друга, ваша истинная такую же мне фразочку прорычала, слово в слово.

Я улыбнулся: «Умница моя, моя Альвена».

Мне нравилось произносить её имя, чувствовать, как язык упирается в нёбо, даже имя было сладким.

15. Первозданная волчица

Я проснулась поздним вечером, поняла это по закатному солнцу, что окрасило небо ярко-оранжевым цветом. Потянулась, вспоминая свой оборот, посмотрела на руки – никакой шерсти. Я лежала, прислушиваясь к себе, понимая, что мне здесь хорошо, не в доме конкретно, а в этом месте, в этом лесу, в душе ощущалось спокойствие и умиротворение, не было тревоги, суетных мыслей. В прошлой жизни думки ворохом клубились в моей голове постоянно, я всегда что-то или кого-то анализировала, разговаривала с собой или с кем-то.

«Аля!»

«Да, моя девочка!»

«Почему я – девочка, ты же только родилась?»

«Моей душе много столетий, Альвена, мы с тобой соединились, нас благословила луна на новую долгую жизнь. В прошлой жизни я потеряла своих истинных в тяжелые времена и ушла за ними, сейчас история повторяется, мы справимся. Наши волки горячи, мне они нравятся, они мои! Я не могу сопротивляться, хочу к ним, но слыша твои умозаключения о них, я подожду, когда ты согласишься со мной.»

«Мне очень жаль, что так вышло в прошлой жизни, Аль»

«Мне тоже жаль, что и твоя оборвалась, хочешь расскажу о нас?»

«Конечно!»

Я вытянулась на кровати, на небе уже появился диск яркой луны, не мигая, уставилась на него, затаив дыхание.

«Альвена – ты серебряная волчица, самая сильная из всех волчиц, но не физически, а душевно. Ты же обратила внимание, что ты миниатюрная?»

Я лежала, не шевелясь, слушая свою ипостась в голове, кивала головой, боясь пропустить важное.

Сокровище твоей души – твоя чуйка, интуиция, а не ум, твоё внутреннее зрение, слух, чутье и знание. Не ум, а знание! У истинной волчицы помысли спокойны, она как сама природа – любит, творит, верит, желает, рожает, проживает свой век, вянет, умирает и рождается снова, и она спокойна к этим циклам в природе, находя в каждом периоде жизни радость, гармонию и любовь, достойно переживая потери. Достойно – это сама, не винит, не осуждает, не жалуется, если нужно, спокойно просит о помощи и достойно принимает её, с благодарностью. Она искусственно не усложняет жизнь, а радуется новому дню, творит и любит, и именно в любви и творчестве ей приходят ответы на все жизненные вопросы. Если коротко, чувствуй вкус к жизни, моя девочка, моя красавица, моя Альвена, помнишь вкус первой куропатки? Он божественен, так вот, чувствуй так жизнь и научись ею любоваться. Любование в мелочах: это без анализа, мыслей – смотреть и любоваться, замечая красоту, быть в ней! Луной, каплей росы, розой, собой, мной, нашими мужчинами, да, без них нам нет жизни, Альвена, без них мы лишь полкруга, половинка луны, а с ними мы полная сильная яркая луна. Ты поймешь это, я знаю! Научись пока наслаждаться сама, а потом дарить наслаждение другим. И! Будь собой! Надо рычать – рычи, надо бить – бей, слушай себя, делая всё от сердца, от любви.»«Белая или серебряная волчица – это первозданная волчица, постараюсь тебе это доступно объяснить. Твоя сила в душевной мощи и красоте – это твоя вера, любовь, настойчивость, гибкость и адаптивность к изменчивым обстоятельствам, интуиция и принятие себя, это твоя доброта, твоя улыбка, твоя нежность, твоя страсть. Откопай в себе такую волчицу, Альвена, найди её настоящую, найди её в душе. Первозданная волчица – это быть естественной в своих позывах, в любви, получать радость от жизни, проживая её с достоинством и осознанностью, чувствуя свою интуицию и сердце, глубоко любить. Твоя сила не в монотонности, а в умении приспосабливаться к переменам, в изобретательности, в рыке, в яростном вое, в беге, зоркости, крепком слове – если к месту, ловкости, гибкости, в нюхе, научись появиться, потом рассеяться, как дым, и появиться снова, научись двигаться тихо, выслеживать то, что нужно, запутывать следы. Найди в себе волчицу страстную, отдающуюся любви, но свой рык показывать не всегда уместно, иногда следует быть паинькой, такую волчицу мужчины запоминают, она приходит им в снах, о такой волчице бредят мужчины, хотят её, потому что она настоящая сучка, что подразумевает под собой ненасытную страстную самку, самую обворожительную, сексуальную и желанную женщину, но принадлежащую только ему одному.

Я притихла, всё это были такие простые слова: любить, любоваться, но я поняла, что я этого не умела.

«Аля, ты в курсе, нам тут вроде, как мир спасти надо?»

«Луна подскажет, идёт ведьма!»

В комнату заглянула Веледа.

– Альвена, ты как?

– Жопой об косяк! Веледа, одно хочу сказать, голова не болит.

– Прости, не подумала, что тело твоё юной девочки, совсем не искушенной ничем, прости.

Я смотрела в лицо этой хитрой рыжей красотки, понимая, что она не со зла и искренна со мной.

– Веледа, а можно сейчас в спа Файгара?

– Куда? – округлила свои зеленые глаза ведьма, заходя в глубь комнаты.

– Ну, в ванную его, хорошо там.

– Пошли! Сама туда хочу.

Мы разделись, уселись на каменные лавки, подбавили парку, прикрыли глаза, и обе замычали от восторга. Я смотрела на свои ноги, поглаживая вспотевший живот:

– Веледа, в прошлой жизни я была не так красива, как сейчас, это тело прекрасно.

– Не это, а моё, так правильнее сказать, Альвена, простись уже с прошлой жизнью, поблагодари за опыт, друзей, что были рядом, за знания, ты переродилась, начался новый период, сейчас ты прекрасная волчица, красивая женщина, наслаждайся своим роскошным телом.

– Спасибо тебе, ведьма! Веледа, кто меня нёс до комнаты?

– Дирегар.

Я прикрыла глаза, вспоминая его вкусный волнующий запах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.