Анна Мишина
Здравствуй, папа, я твой сын

Аннотация:

– Пливет, – улыбается незваный гость, сложив руки на груди. Подмышкой зажат плюшевый заяц ядовито-зеленого цвета.

– Ты плод моего больного воображения?

Так, срочно нужны очки. Все расплывается. Разворачиваюсь к комоду, тут должны быть запасные.

– Нет, я плод вашей с мамой любви, – заявляет мальчик.

Я зависаю.

– Что? – наконец, натягиваю на нос очки и теперь вижу пацана достаточно отчетливо.

Реальный, значит.

– То, – деловито заявляет. – Здлавствуй, папа, я твой сын.

Глава 1

Тимур

– Дорогой, – слышу женский голос, стоит только принять входящий. – Не забудь, сегодня у нас запланирована встреча с моими родителями.

– Я помню, – отвечаю, не отрывая взгляда от экрана макбука.

Мельком бросаю взгляд на наручные часы.

Без четверти пять. Рабочий день подходит к концу.

Все распланировано. Я люблю, когда все дела в порядке, и придерживаюсь этого самого порядка. Во всем. Начиная со стерильности в своей квартире и заканчивая своими отношениями. Со времен студенческой скамьи я выстроил свой план успеха и долго к этому шел. Сейчас же я только ставлю галочки напротив ранее задуманного и счастлив.

Выстроенный мной бизнес приносит прекрасный доход. Невеста-красавица. Планируется свадьба. Что еще нужно? Мне? Больше ничего. Работа – отдых – кайф.

– Во сколько будешь? – я уже и забыл, что Наташа еще на проводе.

– Через час, – и отбиваю звонок.

Закрываю мак и, закинув руки за голову, потягиваюсь с ощутимым хрустом в шее. Да, как говорит моя бабуля, до добра моя сидячая работа не доведет, а до инвалидного кресла запросто. Юморок, надо сказать, специфический. Но эта женщина меня воспитала, ей я благодарен. И с юмором я смирился уже давно, скучать с бабулей не получается. Наверное, поэтому я до сих пор не познакомил ее со своей невестой. Несколько моих девушек просто испарились после знакомства с дорогой родственницей. А Наталья мне нужна. С ней мои жизненные принципы схожи.

А сегодня веский повод для встречи с родителями моей девушки. Я собираюсь просить ее руки.

– Лена, – лениво тянусь к кнопке селектора и, нажав, зову секретаршу. – Зайди.

Леночка в считанные секунды оказывается на пороге кабинета.

– Ты сделала, что я просил? – сканирую взглядом девушку, в который раз подмечая аппетитные формы.

– Конечно. Размер семнадцатый, бриллиант в три с половиной карата, – подходит к столу и ставит передо мной бархатную коробочку с помолвочным кольцом.

– Три с половиной? Не маловато? – подхватываю пальцами коробочку и кручу на свету, подмечая, как переливаются грани камня.

– Будет красиво сидеть, не вычурно, – говорит Лена.

– Отлично, – захлопываю коробочку, убирая во внутренний карман.

Собственно, я готов. Все по плану. Свадьба, медовый месяц в жарких странах… планы у меня большие. Приступим же к их исполнению.

С довольной улыбкой на губах покидаю стены своего офиса.

Но я попадаю в пробку. Часа так на два и раньше отсюда не выскрестись, как бы ни пытался. Затор крепкий, как засор в сливной трубе.

– Тимур! – возмущенно в трубке.

– Я в пробке.

– Не дождалась тебя и выехала в ресторан. Там через пятнадцать минут должны приехать родители, – возмущается Ната.

– Я пытаюсь, черт возьми, – мое терпение лопается, и я сбрасываю звонок. Черт-те что!

Да, пятница. Да, не подрассчитал, что могу угодить в пробку. Но от этого-то ничего уже не изменится.

Спокойно.

Как и предполагал, через почти два часа я все же попадаю в ресторан. Оставляю машину на парковке и мчусь ко входу. Меня провожают к столику, где в одиночестве сидит Наташа, крутя в руке бокал шампанского.

– А где? – непонимающе оглядываюсь в поисках будущих тестя с тещей.

– Уехали, Тим. Не дождались. Спасибо, мы поужинали, – с шумом отодвигает стул, поднимаясь.

– Погоди, ты куда? – возмутился.

– А что мне делать, по-твоему? Мы сколько с тобой вместе?

– Три года.

– Вот. Три года. Я для тебя в каком статусе? Девушки? Невесты? Ты даже не потрудился не опоздать на ужин. Я думала, ты сделаешь мне предложение. Ведь ужин был твоей идеей, – зло говорит.

– Да, я хотел, – тут же залезаю во внутренний карман, но не нахожу там ту самую коробочку. – Так, – хлопаю себя по карманам пиджака и брюк.

– О, Воронцов, только не говори, что ты потерял кольцо. А лучше не ври, скорее всего, его и не было, – откидывает назад прядь, что выбилась из ее идеальной прически и, вздернув нос, гордо зашагала мимо меня на выход. – И да, расплатись за ужин.

Подзываю официанта, отирающегося неподалеку, явно наблюдающего за нашей перепалкой.

– Счет.

Тут же в мои руки попадает чек на приличную сумму. Да, дорогие родственники ни в чем себе не отказывали. Ну да ладно.

Стоит только показать карту, как под нос суют уже терминал для оплаты. Шустрые. Мда. Как только прозвучал заветный “пилик”, срываюсь с места и чуть ли не бегу за Наташей, все еще прикидываю, куда могло подеваться это чертово кольцо.

– Наташ, – выхожу на улицу как раз в тот момент, когда рядом с девушкой тормозит такси. – Я подвезу куда скажешь, не дури.

– Да пошел ты!

– Ну куда, твою же… Я исправлюсь. Ну, накосячил, разве это смертельно?

– Я с подругами в клуб, отмечать предстоящую помолвку, слышишь, Воронцов? Предстоящую! По всем правилам. Ресторан, гости, подарки, поздравления! У тебя на все про все неделя, – и махнув, скрывается в темном салоне автомобиля, закрывая за собой дверь.

Зашибись. С подругами в клуб тусить. А я лох, значит, пошел прочь. Как будто провинился.

Да вот ни черта!

Достаю мобильник из кармана и набираю номер приятеля.

– Тимур, какие люди! – быстро отвечает Леха. – Какими судьбами?

– Желаю оторваться в последний раз, к черту ждать мальчишник, – говорю серьезно.

– Неужто собрался хоронить свою свободу?

– Ее самую. Причем добровольно. Почти, – добавляю последнее тише. Но дружбан расслышал и присвистнул.

– Чтобы ты и под каблук пристроился? Не та баба тебе попалась, – подводит итог. – Но это мы поправим. Куда подъезжать?

Вот обычно с этих слов и начинается всякая фигня, о которой потом долго не можешь вспомнить, а она всплывает в самый неожиданный момент и начинает портить жизнь.

***

Я ненавижу утро. Именно сегодня. Да, я по жизни долбанутый жаворонок. Хотя нет. Кто та птица, что ложится спать поздно и встает рано? Вот и я не знаю. Но сегодня я не хочу вставать с постели. Игнорирую телефон, который трезвонит где-то в глубине квартиры.

– Пошли все в лес! – пробормотал себе под нос и снова закрыл глаза.

Это первый раз, когда я позволяю себе прогулять работу.

Начальник ругаться будет? П-ф-ф, я сам себе начальник, директор, руководитель… Имею право.

Мне удается закрыть глаза и снова погрузиться в блаженную темноту. Но ровно до того, как начинает трезвонить домофон.

Игнор? Да! Встать бы и вырубить звук на крякалке, да только мне жутко лень выползать из-под одеяла.

Но звон продолжается. Настойчиво так. Будто там специально давят на кнопку, желая ее сломать и свести с ума хозяина квартиры, то есть меня.

– Да кого же там черти принесли? – терпение лопается.

Стаскиваю свое тело с кровати и плетусь в прихожую. Задерживаюсь у огромного зеркала в пол и ужасаюсь своему виду. М-да, на пользу вчерашний загул не пошел. Вид жуткий. Волосы всклочены, под глазами синяки. Рожа мятая. А мне ведь всего тридцать четыре. Рано мне стареть.

Из дум вырывает возобновившаяся трель домофона. А я уж было и забыл.

Включаю камеру и что я вижу?

Именно! Ничего! Абсолютно ничего! Но тем не менее звон продолжается.

– Что за чертовщина? – открываю входную дверь, выглядываю на площадку и никого не вижу.

У меня галлюцинации?

Закрываю дверь и стоит мне только отойти на пару шагов, как снова раздается трель на всю квартиру!

– Да вашу бабушку! – рычу от бессилия и открываю дверь.

Но снова никого не вижу. Подхожу к перилам, чуть свешиваюсь – никого. Поднимаюсь на пару ступеней вверх – и там тишина. Игра воображения или идиотские шутки.

Возвращаюсь в квартиру и закрываю дверь, предварительно отключаю звук домофона. Хватит с меня.

Разворачиваюсь на пятках, желая вернуться в спальню…

– Мать! – вздрогнул, подпрыгнув на месте, увидев пацана. – Мать моя женщина, ты кто такой и как тут оказался? – оглядываюсь, будто пытаюсь понять, откуда взялся мальчуган.

– Пливет, – улыбается незваный гость, сложив руки на груди, зажав подмышкой плюшевого зайца ядовито-зеленого цвета.

На мальчишке горчичного цвета штаны, белая футболка, такого же цвета кеды. Очки. Копна светлых вьющихся волос.

– Ты плод моего больного воображения? – так, нужно срочно найти очки, все расплывается. Разворачиваюсь к комоду, тут должны быть запасные очки.

– Нет, я плод вашей с мамой любви, – заявляет мальчик, а я давлюсь слюной!

– Что? – наконец, натягиваю на нос очки и теперь я вижу пацана достаточно отчетливо.

Реальный, значит.

– То, – деловито заявляет. – Здлавствуй папа, я твой сын.

Бред!

– У меня нет детей, – говорю, стараясь отделаться от странного чувства. – Нет и не будет.

– Тебе повезло, потому что есть я. И думаю, ты поймешь, что иметь детей не так уж и плохо.

– Мне все равно. Ты не мой ребенок. Этого просто не может быть априори.

– Апли… что? – сводит на переносице светлые брови.

Уперли руки в бока и разглядываем друг друга. Я и он.

– С чего ты взял, что я твой папа? – спрашиваю мелкого, пытаясь хоть как-то собрать все мысли в кучу. В адекватную, мыслящую кучу.

Согласитесь, с утра после хорошей вечеринки хочется выспаться, а не впустить в свой дом чужого мальчишку со словами:

“Здлавствуй папа, я твой сын”.

Отрезвляет, хочу вам сказать!

– Я знаю, – звучит как само собой разумеющееся.

Пожимает плечами, поправляет очки на переносице указательным пальцем, и я делаю тоже самое.

Мальчишка ухмыляется.

– Но ты даже не похож на меня, – возмущаюсь. – У тебя волосы кудрявые и светлые.

– Волосы мне достались от мамы.

– А нос? Нос явно не мой!

– С носом мне повезло больше, – улыбается, но взгляд все еще прищуренный.

– Нет, это никуда не годится. Говори, кто твоя мама и где ты живешь. Пора заканчивать этот беспредел, – хватаю телефон со стола и замираю, пытаясь понять, что вообще делают в подобных ситуациях?

– И куда ты будешь звонить? – отвлекает от мыслей голос мальчишки. – Сдашь меня в полицию?

Я удивленно уставляюсь на мелкого. И откуда такие познания?

– Сколько тебе, говоришь, лет?

– А я не говолил, – картавит мальчуган, деловито складывая руки на груди.

– Ну так скажи.

– Почти шесть, – звучит гордо.

– А зовут-то как?

– Меня зовут Тим-Тим, – задирает нос.

– Что за дурацкое имя?

– И не дулацкое оно вовсе, – надувает губы.

– Ну должны же бабушки-дедушки тебя звать как-то по нормальному? Что это такое – Тим-Тим? – возмущаюсь. – У твоей мамы не было выбора?

– Выбол есть у каждого, – снова звучит по-взрослому. – Тимофей Тимулович я. Поэтому и Тим-Тим. Тебя же мама звала Тимом, лазве ты не помнишь? – этим вопросом пацан вгоняет меня в тупик. Я для многих раньше был просто Тим. А сейчас…

Но вопрос все равно остается открытым. Откуда взялся этот пацан и что мне с ним делать?

Глава 2

Тимур

Откладываю телефон в сторону. Почему? Потому что не понимаю, с кем мне проконсультироваться.

– Так, может, все же скажешь, как зовут твою маму? – пытаюсь разузнать имя женщины, которая бросила ребенка. Ну ведь бросила? Или не углядела? Как вообще возможно, что ребенок гуляет сам по себе? По огромному городу!

– Маму зовут Оля.

Оля… м-да, не редкое имя, которое бы запомнилось. Сколько таких Оль было? Да не помню, чтобы вообще было. Вот в чем вся загвоздочка. Загвоздка. Загвоздище! Черт возьми.

– А фамилия? – сердце нервно задергалось в грудине в предвкушении, что вот-вот это безумство завершится.

– А с фамилией каждый может, а ты без, – и пацан закатывается смехом, таким заливистым, что у меня мозги того и гляди разнесут черепную коробку, в ушах зазвенело.

Хватаюсь руками за голову.

– Тихо, – прошу я, но на парня это не действует. – Тихо! – рычу так, что мальчишка тут же затыкается.

– А не надо на меня олать, нелвы белигите, – заявляет серьезно.

Я стараюсь удержаться от комментариев относительно развязности его языка, не по-детски причем, и направляюсь в кухонную зону. Нужно что-то выпить.

Открываю бар, достаю бутылку виски…

– Не стоит утло начинать с этого, – тут же доносится голос пацана. – Минздлав пледуплеждает, что алкоголь вледен для здоловья.

Оглядываюсь. Сорванец забрался на барный стул и серьезно на меня смотрит сквозь стекла своих очков.

– Тебя забыл спросить, – буркнул себе под нос, но бутылку убрал и нажал на кнопку кофемашины.

– Я буду чай.

– Может, тебе еще и каши сварить? – огрызаюсь.

– Кашу я не люблю. Хотя она полезная, в чем я сомневаюсь, но мама говолит именно так.

– Умная у тебя мама, – включаю чайник.

– Угу. А еще она как-то сказала, что я весь в отца. То есть в тебя.

Хорошее такое умозаключение.

– Так, все, стоп. Тебя слишком много, – возвращаюсь к зеркалу, снова беру телефон.

Больше ничего лучше не придумываю, как набрать Леху. Ну а кого? Не Наташу же.

В трубке слышатся гудки. Но между тем в квартире раздается незнакомая трель чьего-то телефона.

– Ты звонишь сам себе? – умничает пацан.

А я ни черта не помню, чем закончился вчерашний загул. Помню, как позвонил другу, как встретились и все.

– Это, кажется, за той двелью иглает, – мальчишка слез со стула и, пройдя по комнате, остановился у двери, которая вела в гардеробную.

Я открываю дверь.

– Леха? – удивленно уставляюсь на друга, ползающего в ворохе вещей.

– Не могу найти этот телефон, – бубнит мужик, ползая на карачках по полу. – Какой дурак звонит в такую рань?

– Этот дурак я. Эй, алле, ты чего здесь забыл? – пытаюсь докричаться до товарища.

Он, наконец, замирает и поднимает взгляд на меня.

– О-па, я думал, этот голос звучит у меня в голове, – усмехается. – А ты что у меня дома делаешь?

Приехали. Это что же нам в баре наливали-то?

– Вообще-то ты находишься у него дома, – встревает малой.

– А это кто? – непонимающе хлопает глазами Леха. – Ты когда успел ребенка родить, Тим? – ошалелый взгляд друга был очень красноречивым.

– По-моему, ты еще не протрезвел. Выходи, кофе налью, – возвращаюсь к кофемашине.

Сидим за столом. Мы с чашками кофе, а малой с чашкой чая и уплетая завалявшиеся в шкафу пару конфет.

Повисает тишина, лишь слышно, как шуршит фантик от конфеты.

– Ты как оказался в гардеробной? – первым нарушаю тишину.

– Видимо, когда открыл дверь, мозг просто решил, что я уже дома, – ржет Леха.

– Тоже мне, – усмехаюсь, – открыватель дверей в волшебную Нарнию.

– А этот? – кивает на пацана.

– Меня зовут Тим-Тим, – протягивает мужику руку как большой.

– Алексей, – отвечает тот, пожимая ладошку ребенка.

– Очень плиятно, – с деловым видом констатирует.

– А что с твоей буквой “Р”? – вид Лехи серьезнее не придумаешь.

– Да не дается она мне, – в сердцах заявляет пацан, хлопая ладонью по столу. – Я уже несколько лет с ней воюю. Но эффекта нет.

– О, – усмехается Леха. – Ты посмотри, как вывернулся, чтобы в словах не было этой буквы.

– Заметил? – довольно переспрашивает малой. – Я пытаюсь ее избегать, – поправляет сползающие очки.

– Вы тут комплиментами собрались раскидываться? – меня злит невозмутимость друга. Конечно, это не его в папы к себе записывает какой-то левый малец. – Что мне с ним делать? – тыкаю пальцем в сторону псевдосына. Фу, даже думать не хочу об этом.

– Как что? Позвонить его матери, – уверенно и без сомнений говорит Алексей.

– Ты меня поражаешь своей сообразительностью, – заключаю я, понимая, что дельного совета от собрата по детсадовскому горшку не получить. – Как, по-твоему, мне это сделать? Не имея ее телефона?

Смотрим друг на друга с Лехой, потом одновременно поворачиваем головы на малого.

– Что? – словно не понимает, о чем речь, удивленно таращится на нас.

– У тебя есть телефон? – спрашиваю.

– Э-э, нет, – качает головой.

– У тебя рюкзак, выворачивай его, – командую.

– С какой стати? Там мои личные вещи!

– Если ты этого не сделаешь сам, сделаю я, – уже привстаю, чтобы выполнить задуманное.

– Это насилие, – закатывает глаза Тим-Тим. – На, – кидает на стол увесистый плюшевый рюкзак в форме машины.

– Можешь это считать принудительными мерами воспитательного характера, – открываю рюкзак и вытряхиваю все на стол.

Вещи. Пара футболок, штаны. Шапка.

– Шапка? – беру в руки вещь. – Летом?

– Конец августа. Погода непледсказуемая, – снова этот вид умника.

– Ну что там? – подает голос Леха.

– Нет телефона, – все просмотрел, прощупал рюкзак, но ничего. И даже документов на пацана нет. Как вообще такое возможно?

– Не мать, а кукушка какая-то, – пробубнил Леха.

– Сам ты кукушка, – огрызнулся малой. – Она сама меня пливела. Так что… никто меня не блосал. Так что у тебя, папа, – выделяет это жуткое слово, – есть влемя, чтобы побыть со мной и узнать меня получше, пока мамуля занята.

– А меня спросить не хотите, нужно ли оно мне?

Пожимает плечами.

– Мне нужны доказательства, что ты мой ребенок. А для начала неплохо было бы поговорить с твоей матерью. Больше чем уверен, это огромная ошибка, которую нужно исправлять. Только почему это должен делать я? – меня переполняет возмущение.

– Не кипятись, – встревает Леха.

Мои метания прерывает звонок мобильного. Наташа. Ар-р-р, как же вовремя.

– Да, любимая, – отвечаю, а у пацанчика брови взлетают домиком. – Жив-здоров.

– Леша, пойдем покажешь мне квалтилу, – не вовремя заговаривает мальчик.

– Это что там у тебя за детский сад? – тут же выдает Наташа.

Я прикрываю динамик и плетусь на лоджию. Леха взял мальчика за руку и повел вглубь квартиры.

– Это с улицы, дети гуляют, а я на лоджии, – вру.

– Ты еще дома? Обычно в это время ты уже на работе.

– Собираюсь, – а у самого мысли крутятся относительно чужого мальчика.

– Хорошо. Тогда вечером у тебя как обычно?

И тут я вспоминаю, что вечер субботы и каждое воскресенье мы проводим вместе. Выбираемся в люди. Но шанс, что я сегодня смогу вернуть мальчика его нерадивой мамаше, крайне невелик.

– Тимур, ты еще здесь? – раздается голос девушки. – Сегодня что-то со связью.

– Здесь. Слушай, давай к концу рабочего дня созвонимся и там все решим, много работы, – и отключаю связь.

Так, если о Тим… как его там, узнает Наташа – это будет скандал. А если информация просочится в прессу? Мне не нужны такие слухи.

Нужно что-то срочно делать.

Думай, Тим, думай!

Отложив телефон в сторону, я снова обдумываю свои дальнейшие действия. В комнату возвращается Леха с довольным мальчуганом.

– А у тебя большая квалтила, – говорит он.

– Угу, слушай, давай, иди включи телек, найди мультики. Взрослым дядям нужно поговорить, – отправляю пацана к огромной плазме и дивану.

Леху зову к барной стойке.

– Чего?

– Чего думаешь? – интересуюсь мнением друга.

– На тебя все-таки похож, – на полном серьезе заявляет он.

– Ты какую смерть предпочитаешь? Быструю или мучительно-долгую?

– Да что я такого сказал? – воскликнул товарищ.

Мальчишка тут же на нас оглянулся. Леха ему улыбнулся и тот, подмигнув ему, продолжил щелкать пультом.

– А то, – зашипел я, сбавив громкость, – это не мой ребенок. Мне не нужны дети, и вообще, эта ситуация кажется мне трындец какой-то липовой.

Леша сводит брови на переносице и задумывается.

– Надо искать его мать, – подходит к кофемашине и нажимает на кнопку. – Башка все еще трещит, – жалуется. – Аспиринчик есть у тебя?

– Верхний шкаф, слева.

Мужик, пыхтя, находит волшебную пилюлю, запивает ее водой. И садится за стол с чашкой кофе. Какой по счету уже?

– Ты правда не помнишь, с кем мог бы заделать его? – кивает в сторону пацана.

– Ты думаешь, я отслеживаю каждого сперматозоида? Не досчитался одного и тут же начинаю отсчет в девять месяцев? Нет, ума не приложу. Мы с Наташкой уже три года вместе. Кто был до нее, я не помню. И это, блин, нормально!

– Ладно-ладно, чего ты завелся? – недоумевает друг.

– Я просто все еще не приду в себя.

– А зачем выходил? – рядом оказывается мальчик.

– Что?

А Лехе кажется это смешным, вон как ржет. Гад.

– А я тебе говорил, Тимур, что идеально гладкой жизнь не бывает. А ты все: “У меня все идеально”, – передразнивает меня. – Чертов перфекционист. Получи и распишись.

– Издевайся-издевайся, – цежу.

Пацан снова теряет к нам интерес, обнимая своего лопоухого зайца, пялится в телек.

– Может, в полицию заявить или как там его, в органы опеки, – предположил я, но тут же пожалел о своих словах, увидев реакцию друга.

– Если ты хочешь сохранить нашу многолетнюю дружбу, то забудешь наименование этой организации, – чуть склонившись в мою сторону, рычит Леха.

– Черт, прости, – спохватываюсь.

Леху забрали у родителей, когда ему было два. В три его усыновили. Хорошие люди. И мужика хорошего воспитали. Но свой год, проведенный в приюте, он запомнил очень хорошо, несмотря на маленький возраст. А еще он любит детей. И в мыслях он грезит о большой семье. У меня же все с точностью до наоборот. Но тем не менее мы столько лет дружим.

– Никакой опеки. И полиции. Его же заберут, – Леша чуть успокоился. – Пусть живет пока у тебя. Будем искать родителей.

– У меня? Может, к себе заберешь? – я предпринял еще одну попытку избавиться от общества мальчика.

– Мне? Ты чего? – усмехается Леша. – Папой он тебя назвал, – разводит руками.

– Пап, – этот монстр тут же оказывается рядом.

– Я тебе не папа…

– Сейчас у тебя стадия отлицания, – снисходительно звучит его голос. – Ничего, я не обижаюсь.

Леха снова ржет как сивый конь.

– Так, все, мне пора в офис и так задержался. Леха, раз уж ты тут, посиди с малым. Я пока дам распоряжение службе безопасности компании порыскать в поисках мамаши.

– Э нет, мы так не договаривались, – возмутился он, но я не собирался его слушать, и уже направился в сторону гардеробной, одеваться.

Глава 3

Тимур

Из дома убегал. Собрался быстро, сумку с маком в руки, ноги в ботинки и пиджак на плечо.

Леха с малым стоят молча, убрав руки в карманы брюк. И сверлят недовольными взглядами.

– Ну что вы на меня так пялитесь? Словно я враг народа! Работу никто не отменял, – будто отчитываюсь как провинившийся за что-то.

Молчат.

– Я серьезно, – но поняв, что ничего дельного в ответ не услышу, а точнее, ответа вообще не дождусь, беру ключи от машины и, открыв входную дверь, выхожу.

В офисе первым делом вызываю начальника службы безопасности.

– Тимур Максимович, вызывали? – в кабинет входит мужчина.

– Вызывал, проходи, – приглашая присесть за стол.

– Слушаю.

– У меня к тебе просьба личного характера.

Останавливаюсь, смотрю на реакцию безопасника.

Кивает, готов слушать.

– Но обращаюсь именно к тебе, зная, что информация не выйдет за пределы нашей договоренности.

– Не сомневайтесь.

– Ко мне сегодня прибился мальчик шести лет. Мне нужно знать, кто его привел. Просмотри камеры видеонаблюдения в доме, на улице. Может, была какая-то машина. В общем, делай все то, что поможет скорее найти его мать.

– А полиция, опека? – мужик вскидывает брови.

– Нет, исключено. И не спрашивай, – отвечаю на немой вопрос.

– Хорошо. Разрешите идти?

– Да, спасибо, – наконец, опускаюсь в свое кресло. – Сообщай мне о любой информации, которую узнаешь.

– Я понял, – и выходит, оставив меня одного.

Ну что ж. Надеюсь, это произойдет как можно быстрее. У меня невеста, жизнь кипит, а тут пацан.

Погружаюсь в работу. Это здорово отвлекает от неожиданно свалившейся на меня проблемы. Лишь звонки ведущих специалистов выдергивают из мыслительного процесса, которые так же, как и я, работают в субботу. Кто-то может сказать, что я ужасный работодатель, но я не соглашусь. У меня не работает ленивый. Здесь собрались мои единомышленники и каждый знает, за что он находится на своем месте и выполняет свою работу. Поэтому нет, меня совесть не мучает.

Спустя пару часов звонит Ната.

– Милый, – ее голос сегодня мягок, не то что вчера. – У меня к тебе предложение.

– Какое? – отодвигаю планшет с планом работы на неделю.

– Родители зовут к себе в целях восстановить события, несостоявшиеся вчера.

Ах вот оно что. Что-то вчера обо мне никто не обеспокоился.

– Наташ, – начинаю говорить, строя в голове отмазку.

Хотя почему отмазку? Я не хочу никуда ехать. Субботний вечер я уж точно не хочу провести с ее родителями. Тем более после вчерашнего.

– Только не говори, что ты не можешь, – зазвенел голос девушки.

– Нет, не скажу этого. Я просто скажу, что не хочу.

– Что? – возмущенно выдохнула.

– То, Наташ. Я вчера летел с работы в ресторан, а не с гулянки, опоздал. Это не смертельно. Раз ты догадалась, зачем я все это устроил, то какого черта вчера было?

Девушка замолчала. И я молчу.

– Тогда, – начинает она неуверенно, – тогда приезжай ко мне. Закажем из ресторана наш любимый ужин и…

Я готов был согласиться. Но тут же мозг подкидывает образ мальчика. Леха, уверен, мне не простит, что я его кинул, оставив с пацаном. Но на ночь заставить сидеть друга с чужим ребенком у меня рука не поднимется. Хотя сам слабо представляю, как проведу эту ночь. Может, все же в полицию?

Качаю с сожалением головой. Не могу. Обещал другу. А Леха для меня важный человек.

– Слушай, я от вчерашнего еще не отошел, ночь почти не спал. Сейчас доделаю намеченное и домой завалюсь спать. Прости, – я зажмурился, сказав это. Сейчас Ната все выскажет. Господи, ненавижу бабские скандалы, недовольства. Поэтому во всем стараюсь ей угодить.

“– Ты подкаблучник, – заявил вчера Леха. – На хрена тебе жениться, если ты не хочешь?

– Почему не хочу? – уже слегка одурманенный выпитым бокалом, не сильно понимаю, о чем он сейчас.

– Вот и я думаю, почему ты не хочешь? Я хочу, но не нашел еще ту самую. И ты не нашел.

– Не, Наташка она самая та, понимаешь?

– Она тебя не дождалась сегодня – это раз. Ты сам сказал, что она и предложения от тебя не получила, а уже решила, что ты собрался делать ей его, это два.

– Угу, – поправляю очки на переносице.

– Ну и с чего ты взял, что она та самая?

Резонный вопрос. Я задумался и стал приводить ему аргументы в пользу выбранной мной девушки.

– Она целеустремленная, – загибаю палец.

– Целеустремленно она хочет тебя женить на себе, – уточняет Леха.

– Она не хочет детей, так же, как и я, – загибаю второй.

– Дурак ты, такое качество явно не в плюс, а в минус. И кстати, почему не хочешь детей? Это что за фигня такая? – удивленно на меня уставился.

– Спиногрызы мне не нужны. У меня все стерильно. Чисто. Идеально. Дофигища планов на жизнь. Я перспективный, понимаешь?

– Идиот ты, перспективный, – вздыхает Леха, опрокидывая в себя остатки содержимого пивного бокала”.

В памяти неожиданно всплыл наш с Лехой вчерашний разговор. Вот те на. Сглазил, зараза такая. Утром как по мановению волшебной палочки у меня в квартире оказывается пацан.

Откидываюсь на спинку кресла. Зажмуриваю глаза. Нет, злая шутка это, не более того.

Снова раздается звонок мобильного.

– Да, – отвечаю резко, так как подозреваю, что Наташа не успокоилась так быстро и решила меня добить чем-нибудь в ее стиле.

– В рифму бы тебе ответил, да Тимоха рядом, – пробасил из динамика голос Лехи.

– Какой Тимоха?

– Пацан твой.

– Не мой он, – заявляю в свою защиту.

– Конечно, не немой, очень даже говорливый. Ты там что, собрался ночевать? Решил меня кинуть? Давай, обе шпалы свои в руки и домой.

– Леха, ты себя слышал? На бабулю мою смахиваешь, – неожиданно для себя смеюсь. Видимо, нервное это.

– Я серьезно. Не могу же у тебя я поселиться. Завтра отсыпаться и в понедельник на работу.

– А я?

– А ты разбирайся в своих связях и раскапывай залежи своей памяти. Мне все равно, что ты будешь делать и как искать его маму, да, Тим, скоро приедет, – отвлекается на пацана, – он, кстати, тебя ждет. Поболтать хочет. Между прочим, мальчишка очень смышленый, не по годам.

– Да я это уже на себе испытал. Языком чешет что надо.

– Так что давай, закругляйся, Тим, и домой. А еще доставку закажи, у тебя тут шаром покати в холодильнике … в общем, ты понял меня, – и оборвал связь.

Раскомандовался. А я впервые за последнее время, да и, наверное, с самого момента приобретения своей квартиры, не хочу возвращаться домой. Нет, я не трус. И не избегаю, и не прячусь от проблем. Но ребенок! Я просто не понимаю, что с ним делать и как себя с ним вести. Я единственный в семье. Никогда не находил общего языка с сопливыми чудовищами и вообще, я не готов.

Конечно, не готов, потому что этот мелкий не может быть моим ребенком. Не может! И точка!

Отставляя на задний план поднимающуюся тревогу и страх, открываю приложение и начинаю тыкать в экран, ставя галочки напротив тех продуктов, что собираюсь заказать.

Овощи, мясо, рыба, фрукты…

Я обычно предпочитаю уже готовую еду. Мне практически не удается выкроить время на готовку. Да и не мастер я готовить. И Ната никогда не рвется у меня к плите. А зачем? Когда все просто. Заказал и доставили все то, что душе угодно. Сейчас, наверное, даже и черта в маринаде можно найти. Могу себе позволить, не зря же я столько времени посвящаю своему делу.

***

Домой все же возвращаться нужно. Глупо, в конце концов, бегать от возникшей проблемы. Тем более, что это все временно. Справлюсь.

– Пливет, пап, – открываю дверь ключами и застываю, увидев в коридоре пацана.

– Не называй меня так, – закрываю дверь и стягиваю ботинки.

– Леша-а-а, – кричит малец и убегает. – Папка плиехал, – доносится до меня, аж до зубного скрежета противно.

– Папка это хорошо, – слышится бас Лехи. – Ну что, горе родитель, я поехал. Спасибо за доставку, умудрился вам даже жратву сварганить, – щелкает по носу мальчика и оттесняет меня в сторону, а сам начинает одеваться. – Кстати, за то, что я пропал у тебя почти на сутки, перед моей мамой будешь отчитываться сам.

– Что это?

– А не поверила она мне, что я у тебя готовлю жрать и сижу с ребенком, – бухтит друг.

– Я тебя переименую, – усмехаюсь. – Няня Леша.

– Посмейся мне еще. Все, я поехал, – протягивает руку пацану. – Приятно было познакомиться, Тимофей.

– Взаимно, Алексей, – эти два болвана с умным видом жмут друг другу руки.

– А тебе чтобы скучно не было, – смотрит на меня и, развернувшись на пятках, выходит из квартиры, захлопнув дверь.

Проклял, не меньше.

– Я хочу есть, – доносится голос ребенка.

– И я, – снимаю пиджак. – Чего там наш Леха наготовил? – плетусь устало в кухонную зону, а мальчишка за мной хвостиком.

– Ты луки не помыл, – забирается на стул, упирает локти в стол.

На замечание ответить нечего. Подхожу к раковине и принимаюсь намыливать руки.

– Леша плиготовил тушеные овощи с мясом. А еще свалил лис.

– Лис? Где он их взял? – знаю, поступаю нечестно и над детьми вроде как издеваться нельзя, но не смог удержаться.

Мальчишка запыхтел недовольно. Энтузиазм-то поубавился. Вот и славно, пусть помолчит.

Раскладываю по тарелкам наготовленное другом, надо сказать, все так ароматно пахнет, что мой желудок тут же отозвался.

Ставлю тарелку под нос пацану, и сам усаживаюсь напротив него.

– Хлеб нужен. Бабуля говолит, хлеб всему голова. Без хлеба не еда, – снова он заговорил.

– Я не люблю хлеб.

– Плохо, – звучит с укором.

Пипец! Я когда-нибудь перестану чувствовать себя младше этого ребенка?

– Какой старый сморчок в тебя вселился?

– Почему? – вилка зависла в воздухе, а взгляд на мне.

– Ты как бабка старая, сам слышишь, что говоришь?

– А ты? Я говолю что знаю. А вот ты? Знаешь, что говолишь?

Откидываю с шумом вилку в сторону. Она прокатывается по поверхности стола и падает на пол, со звоном ударяясь о пол.

– Надо наступить и пелеклестить, а то плидет женщина, – снова-здорова.

Я тяжело вздыхаю, опустив голову на руки.

Я не выживу, не смогу. Я умру от общения с этим засранцем. За что мне это все?

– А я считаю, что ничего стлашного не случилось. Нам плосто нужно познакомиться поближе. Увелен, я тебе понлавлюсь. Ты еще будешь мной голдиться, – так серьезно добавляет Тимофей, что мне становится не по себе.

Тимофей. Я запомнил его имя. Прогресс, Тимур, браво!

– С чего ты взял, что ты мой сын? Как ты меня нашел? Кто тебя привел? Ты сам откуда? – из меня повалили вопросы.

– Ну не все так слазу, – на лице Тима появляется улыбка.

– Так давай по порядку.

– Сначала ужин. За едой лазговаливать вледно.

Все, баста, карапузики. Я сдулся морально и эмоционально.

– Плиятного аппетита. Кстати, а ты готовить умеешь? Я умею жалить яичницу. Люблю яйца, особенно если желток остается жидким. В него макать хлебушком вкусно, – мечтательно закатывает глаза.

Карие? Светло-карие. У меня темные.

Вот, уже ищу в нем похожие черты. Нет, пора заканчивать.

– Молча едим, сам сказал. Или ты за свои слова не отвечаешь? – получается строго, и мальчик тут же перестает улыбаться.

Кивает и принимается за еду.

А Леха готовить умеет, однако!

В полной тишине прикончив ужин, ставлю посуду в посудомойку. Так, что дальше. Время восемь. Незаметно, но вечер пролетает. Мальчишка садится на диван и включает себе мультики. Уже хорошо.

Я с тревогой поглядываю на телефон. Тишина. Никто не звонит. Ни безопасник, хотя я понимаю, что все не быстро. Но я уже сейчас хочу знать, откуда этот болтун. А еще я боюсь, что позвонит Ната. Или еще лучше, приедет. Тогда будет полный звездец. Дальше даже не хочу представлять варианты развития своей жизни на ближайшие пару дней. Сладко не будет. А я не привык, что мои желания теснят в угоду чьей-то прихоти. На данный момент прихоти мальчика обзавестись папой. Странно, что он выбрал меня. Я ну никак не похожу на крутого родителя.

– В девять я обычно ложусь спать, – снова из размышлений вырывает голос Тима. – Где я буду спать?

– Тут, – пожимаю плечами. – Сейчас найду постельное белье и постелю тебе.

Тот одобрительно кивает. А я, расстегивая на ходу рубашку, иду в гардеробную, там хранится все постельное.

Через минут десять у нас застелена простынь, подушка в наволочке, а вот пододеяльник и одеяло не даются.

Тимоха ржет так заливисто, а я злюсь от того, что не получается. Серьезно, как с этим справляются люди? Это передается по генам?

– Дай я, – выдергивает из рук пододеяльник и одеяло.

– Да как ты справишься?

– Я внутль залезу. А ты запихаешь все одеяло ко мне, а я ласплавлю углы, – звучит интересно.

Так и поступаем. И, вуаля, все получилось.

Плюхаюсь на пол рядом с запыхавшимся мальчиком. Пожимаем друг другу руки.

– Холошая совместная лабота, – заявляет он.

– У тебя шикарный словарный запас. Где нахватался? – удивляюсь.

Не знаю, дети в его возрасте так много знают слов?

– Я люблю читать и смотлеть научные фильмы. Особенно пло плилоду и животных. Мой любимый канал Би-би-си.

Если это мой сын, то он явно мозгами в меня. Я в детстве тоже обожал этот канал, о чем ему и говорю.

– О, – восхищается. – А ты животным помогаешь?

– Как?

– На улице поколмить бездомную животинку. Или из плиюта заблать животное к себе домой.

– Э нет, никаких животных. У меня аллергия на шерсть, – тут же предостерегаю.

– Сельезно? А это обидно, – хмурится. – Как же жить без длуга?

– У меня есть Леха.

– Да, с Лехой тебе повезло. Но его не погладишь, не выгуляешь, даже спать с собой не уложишь.

Я рассмеялся, в голосину. Не знаю, напугал ли Тимоху, но остановиться было сложно. Если бы парень знал, что все это у нас с Лехой было. С детства вместе, чего только не было. И спали, да, особенно с гулянки. Гулять тут сразу все понятно. Гуляем мы обычно вместе и кто кого выгуливает, не всегда ясно даже нам. И погладить, угу, особенно если изливать друг другу душу. Но этого мальчику знать не обязательно.

– Так, давай умываться и спать. У меня был непростой день благодаря тебе, так что я хочу добрести до постели и отключиться.

– Холошо, – поднимается на ноги. – Пойдем, я умоюсь.

– А я тебе зачем?

– Я не дотягиваюсь до клана. А если обожгусь? А еще мне нужно полотенце и щетка зубная.

Поднимаю руки вверх, сдаюсь. Слишком много аргументов у этого живого существа.

– Пойдем.

Собственно, что Тимоха не достает до крана, преувеличено. Достает, вставая на носочки. Ему явно нужна подставка. Но не смертельно в целом.

Мальчишка снимает очки, убрав в сторону.

Зубную щетку выделил, но взрослую, думаю, тут тоже проблем быть не должно. Паста не детская? Тим ничего не говорит. Молча принял, что дали, и наяривает щеткой.

Стою, облокотившись спиной о стену, и наблюдаю. Екает? Нет. Ребенок совершенно чужеродно смотрится в моей ванной, квартире, в жизни.

– Я все, – протягивает руки ко мне, глаза зажмурены.

– Что?

– Полотенце, я умылся, вода попала в глаза.

Снимаю с вешалки чистое полотенце и подаю ему.

– Вот тепель я готов спать, – возвращает мне полотенце, натягивает на нос очки и берет меня за руку, тянет за собой.

Мальчишка переодевается, сняв с себя штаны, футболку. Натягивает чистую, взяв ее из рюкзака, и сложив аккуратно свои вещи, положил их на кресло рядом, на столик кладет свои очки. А сам забирается под одеяло.

Тянусь к пульту, чтобы выключить.

– Оставь, я под него засну быстлее, – говорит тихим голосом.

– Хорошо, – чуть убавляю звук и еще раз взглянул на парня, сомневаясь в том, что правильно делаю, оставляя у себя дома.

– Спокойный ночи, пап.

– Спокойной, – и направляюсь к себе в спальню.

Сам ложусь, переодевшись в домашние брюки. Чувствую себя не как дома, а как в гостях. Уставляюсь в потолок и пытаюсь понять, если он действительно мой сын, ну вот предположу на пару минут, что это так, то кто его мать? Кто та, которая от меня забеременела и не сказала?

Как это вообще, родить, не поставив в известность мужика?

Я долго не могу уснуть с этой мыслью в голове. Выдавая предположения почему. Либо мужик говно. Либо… либо не любила и родила для себя. Либо? Либо я не знаю, хоть спрашивай кого. Бабушку, например. Интересно, что она ответит.

Сам прекрасно понимаю, задай ей такой вопрос, она тут же что-нибудь заподозрит. Но если…

Идея вихрем закрутилась в голове, что хоть вскакивай и звони, но из последних сил себя сдерживаю. Не то, чтобы не встать с постели, а хотя бы не брать телефон. Но раз уж встал, пойду посмотрю как там мелкий.

Тихо болтает телевизор, излучая голубой свет. Мальчишка спит, свесив ногу и раскрывшись. Жарко, видимо.

Нахожу пульт и вырубаю плазму. Накрываю малого и замираю. Мой или не мой? Вот в чем вопрос. И я чувствую, что сожру себя с потрохами, пока не пойму что к чему. Чья это злая шутка. Да и какая цель. Вообще, может, это игра конкурентов, чтобы выбить меня из рабочего состояния? Я сейчас ничему не удивлюсь. Но пускать в ход ребенка это по меньшей мере негуманно, бесчеловечно.

Ой, да давно ли меня волнуют такие нюансы?

Прошел за водой и вернулся в спальню. В этот раз стоило только коснуться головой подушки, сразу вырубился.

“…Свадьба. Суета. Я стою у алтаря в ожидании невесты. На мне… не смокинг. Нет. А какой-то костюм клоуна.

– Эй, что происходит? – кручу головой по сторонам, пытаясь понять, где гости и что это за цирк такой.

– Ожидайте невесту, – откуда-то звучит голос.

– Какая невеста? Я не хочу!

Я реально не хочу. Все нутро отвергает происходящее. Но почему клоунский костюм?

И вот двери открываются и в помещение входит девушка в белом платье с ужасным тюлем на голове. Она ускоряет шаг. Встает рядом. Но я не вижу кто там.

Голос произносит речь. Что-то там про брак и прочую ерунду. Начинает играть музыка и звучат слова – можете поцеловать невесту.

Я словно марионетка подхожу к невесте, откидывая тюль, и….

Мать вашу. Заяц. Салатового цвета.

– А-а-а-а…

– Уже утло! – говорит ушастый. – Пола вставать, – картавит огромная игрушка, все больше вгоняя меня в неописуемый страх”.

– Не трогай меня, фу, убери руки, – вскочил с кровати как полоумный и уставился на мальчишку, который сидел на краю постели и с удивлением на меня смотрел.

– Я тебя напугал?

Только сейчас замечаю в его руках того самого зайца.

– Откуда у тебя эта страшная игрушка? – тычу пальцем в плюшевого.

– Дед Молоз подалил. Я увелен, что это от тебя. Спасибо, он мне нлавится.

– Почему это от меня?

– Потому что я загадал желание. Подалок от папы.

– М-да, – больше не нахожу что сказать.

Сажусь на постель и беру в руки телефон.

– Девять утла.

– И чего ты не спишь?

– Я лано встаю. В сад обычно.

– А мама?

– Мама на лаботу.

– Кем она работает?

Мальчишка тут же прищурил глаза, смотря на меня. А потом на губах расцветает улыбка.

– Мама занимается сельезной лаботой.

– Интересно, что это за работа такая, – подталкиваю его к ответу.

Но парень непрост. Лишь лыбится своей улыбкой и не отвечает.

– В кого ты такой хитрый?

– В тебя, – и заливается хохотом.

Самому тоже смешно стало.

– С тобой каши не сваришь.

– Я не люблю кашу, говолил же. Пойдем пить чай с бутелблодами, – вскакивает. – Но сначала умыться, – и выбегает из комнаты, сверкая пятками.

Докатился.

Я и дети вещи несовместимые. Но этот же вьет из меня веревки. Почему я поддаюсь?

Сутки, только сутки как он ворвался в мою жизнь, а я уже ведусь у него. Беспредел.

Но вставать надо.

После водных процедур и приготовлении бутербродов, мы садимся завтракать. Пока не представляю, что буду делать с ним сегодня. Но мысли разбавляет телефонный звонок.

– Я плинесу, – подскочил Тим и убежал на звук телефона в спальню и тут же вернулся. – На, – протягивает мне.

А это удобно.

– Спасибо, – благодарю и мальчишка одаривает в ответ меня улыбкой.

Приятно.

– Алло.

– Живы? – тут же слышится голос Лехи.

– А почему должны быть не живы?

– Ну или ты, или парень тебя. Одно из двух. Криков не слышу. Ты пацана не выкинул на улицу? – обеспокоенно говорит друг.

– Почему я его должен выкинуть на улицу?

– Ты сам говорил об этом.

– Чего ты там несешь? Ты пьяный, что ли?

– Крепче кофе ничего не пил. Тогда включай видеосвязь, – требует Леха.

– Зачем?

– Я должен убедиться, что с пацаном все хорошо. И твое спокойствие меня настораживает. Давай, Тимур, включай, а то я вышлю на твой адрес наряд.

– Хорошо, – включаю видео. – Вот, смотри. Жив твой парень. Трескает бутеры, – показываю уплетающего за обе щеки завтрак Тимоху.

– Пливет, – машет рукой мальчик. – Все супел, – показывает большой палец. – Ты плавильно сказал, что Тимул холоший мужик.

– Что? Леха, ты так и сказал?

– Да, а чего? Правда же?

– Плавда. Сейчас мы позавтлакаем и пойдем гулять, да, пап?

Я вдыхаю поглубже, стараясь не начать нервничать.

Терпения мне, огромного терпения. Я же не должен развлекать чужого ребенка. Не должен. Но все складывается совершенно наоборот и это мне не нравится!

– Тим? Реально пойдете гулять? – недоверчиво переспрашивает Леха.

– Да, – говорю то, чего не сказал бы никогда. – Да, пойдем гулять. Подтягивайся, дружбан, – и отключаю связь. – А ты сильно не радуйся, – говорю мелкому.

Глава 4

Тимур

Я иду гулять с ребенком. Чужим ребенком, непонятно как прибившимся ко мне. И почему именно ко мне?

– И куда мы пойдем? – снова голос мальчика.

– У дома есть парк, если ты не заметил, когда пришел ко мне, – отвечаю.

– Не заметил, – подтверждает. – Я был взволнован нашей пледстоящей встлечей, – говорит Тим.

Больше ни слова. Мы молча доходим до парка. Качели привлекают пацана.

– О, я пойду покатаюсь, – довольно звучит голос Тимофея и он срывается в сторону качелей.

Я сажусь на лавочку рядом.

Телефон вибрирует и появляется сообщение от Лехи:

“Где гуляете?”

Печатаю сообщение с нашим местом нахождения и уже через пару минут вижу приближающегося Алексея.

– Не думал, что ты сегодня решишь нас навестить, – усмехаюсь и протягиваю руку другу.

– Не смог усидеть на месте. Хоть убей, переживаю за пацаненка как за своего.

– Так забирай, чтобы не переживать, – заявляю присевшему рядом другу.

Леха обернулся в сторону качелей и помахал своей огромной ладонью мальцу.

– А он не щенок или котенок уличный, чтобы его туда-сюда пихать, пока не надоест, – поворачивается ко мне. – Он пришел к тебе. Значит, у него есть какие-то основания, чтобы считать тебя папой. Согласись, мало на улице детей, которые ни с того ни с сего к тебе подбегают с криками “Папа!”.

Резонно. Но мне от этого не легче. От слова совсем.

– И что ты думаешь делать? – снова спрашивает Леха.

– Жду ответа от безопасника. Должен прошерстить камеры в доме, на улице. В общем, найти, кто его привел.

– Уже хорошо, – соглашается. – Если бы у меня был такой сын…

– Леха, не беси меня.

– Да не заводись ты, – хмыкает.

Мы замолкаем. Я залезаю в телефон, Леха пошел к парню. Ну и пусть развлекает, если ему все это в кайф.

– Тимурчик, – неожиданно раздается рядом знакомый голос.

Сглатываю, не понимая, как выкручиваться из сложившейся ситуации.

– Бабуля, – поднимаю взгляд. – А ты как тут оказалась? Ты же на даче была.

– Была, да вот решила проведать своего любимого внучка, – присаживается рядом. – Вот иду к тебе, хотела сделать сюрприз. А тут ты. В парке. Утром. Неожиданно, – смеется она.

– Да мы тут с Лехой, – начинаю я.

– Даже не удивил. Сомневаюсь, что гулял бы в парке с девушкой. Те, что у тебя были, сюда не вписались бы.

– Баб, – отмахиваюсь. И как вот ее знакомить с Наташей? Эти две упрямицы не найдут общего языка.

– Что баб? Где твой дружок-пирожок? – оглядывается по сторонам.

Бабуля Леху всегда пирожком называет. Хотя парень подкачан. Он просто большой, а не толстый. И Леху это подбешивает.

– А что это за пирожочек рядом с ним? – бабуля прищурилась, пытаясь разглядеть пацана.

– Это… – начинаю я, придумав отмазку, но бабушка не может усидеть на месте и срывается к сладкой парочке.

– Лешенька, здравствуй, – заголосила бабуля.

– Екатерина Степановна, здравствуйте, – отвечает Леша, а сам округляет глаза и смотрит в мою сторону, мол и что мне делать?

– А кто этот прелестный малыш? Не знала, что у тебя есть ребенок, Леша, – укоризненно звучит.

– А это не мой ребенок, – заявляет друг и у меня встают волосы на голове, стоило представить, как он сейчас выложит правду бабушке.

– Да, баб, это не его ребенок. Леху знакомые попросили посидеть с мальчиком. Вот он и согласился. Да, Лех? – подмигиваю мужику.

– Да, – подтверждает он.

Тим за нами наблюдает, хитро улыбается и выдает:

– Пливет, меня зовут Тим-Тим, – представляется мальчишка бабушке.

Мое сердце остановилось.

– Привет, пирожочек, – на губах бабули растянулась улыбка. – Какой прелестный малыш, – подводит итог бабушка. – Вам вот давно пора своих заводить, а не с чужими нянчиться. Ну что, пойдемте чай попьем. Тимурчик, приглашай гостей. Сейчас в кондитерскую ребят отправим, они нам купят вкуснейший шоколадный пирог, да? – смотрит на нас с Лехой, беря за руку пацана.

– Угу, – кивает тот, а я строю грозные рожи мальчику, чтобы он понял, что ни одного лишнего слова. Иначе ему каюк. Как, еще не придумал, но устрашения, думаю, будет достаточно, чтобы малой не начал нести свою ахинею.

– А я думаю, этот пончик может и с нами пойти, да? – подзываю к себе Тимофея, но тот качает головой.

– Идите вперед, мы пока вас догоним, вы уже купите пирог. Идите, не обижу мальчонку, – отправляет нас в магазин бабушка, но что делать. Если начать сопротивляться, то она что-нибудь да заподозрит.

Ускорили шаг. Молчим. Леха явно о чем-то думает. Да и у меня уже мозг плавится. Чуть ли не забегаем в кондитерскую. И тут моего друга бомбануло:

– Ты идиот, Тимур, самый настоящий, – в сердцах заявляет Леша. – Ты слабак.

– Поосторожнее с заявлениями, – отвечаю на его тираду и иду к витрине с пирогами.

– А куда осторожнее? Тимур? Ты ведешь себя хуже ребенка! – возмущается друг.

– Так, – торможу, – ты чего?

– А того! Веди себя уже как настоящий мужик. Заделал ребенка – принимай его, – сверлит взглядом.

– Так в том-то и дело, что я не знаю, от кого этот ребенок, – шикнул на товарища. – И давай уже купим этот чертов пирог и вернемся к бабуле, пока этот засранец ничего лишнего ей не наговорил.

Получаю в ответ красноречивый испепеляющий взгляд Лехи.

В молчании покупаем заказанный бабушкой пирог и возвращаемся к подъезду, где они нас уже ждут.

– Ну вот и прекрасно, – улыбается моя любимая родная женщина.

Значит, жить я пока буду.

***

Дружно входим в квартиру.

Я снимаю ботинки вперед всех и бегом иду в гостиную, чтобы свернуть постель мальчишки. Черт, как ни крути, а сделать видимость, что его у меня не было, будет нелегко.

Бабушка с пацаном уходят в ванную мыть руки. Леха маячит у чайника. А я собираю шмотки мальца.

Подстава.

Ну, бабуля, ну, любительница подловить меня на горяченьком. Точно же ехала с целью застукать меня с девушкой. Ох как она не любит моих пассий. Ну ничего, еще немного и я ее познакомлю с Натой. Ей придется смириться с моим выбором.

– А вот и мы, – выходят из ванной. – Садись за стол, малыш, будем пить чай. Вот Алексей уже за нами ухаживает, не то что мой внук. Тимурчик, – зовет меня бабуля. А это ее “Тимурчик” меня убивает.

– Иду, ба, – ничего не остается только как смириться.

Запихал белье в диван и под пристальным взглядом бабули сел за стол. Леха молча разрезал пирог и расставил блюдца.

Плюхнулся рядом.

Повисает тишина. Бабуля поглядывает на мальчика, потом на Леху, а затем на меня.

– Ну что вы как на поминках? – усмехается. – Не рады видеть бабу Катю? М? – поджимает губы, деланно обижаясь, а глазки-то блестят. Чувствую же, что-то задумала.

– Ну что вы, Екатерина Степановна, очень рады вас видеть, – лыбится Леха.

Подлизун, блин.

– Вот, Тимурчик, учись, как надо себя вести, – укоризненно смотрит на меня. – Внук, единственный, и ни во что не ставит свою бабку.

– Вот только не надо начинать свою песню, – возмутился. – Леха всегда любил тебе угодить.

– А я слушаюсь свою бабулю, – вставляет свое слово пацан и мы втроем на него уставляемся.

– Умничка, – тут же расцветает улыбка на лице бабули. – Мы – бабушки, готовы на все ради своих любимых внучат, – треплет мальчугана по его кудряшкам. – Боже, какая шевелюра, – умиляется. – У тебя есть бабуля?

– Есть, – улыбается пацан, – и она клевая, как вы.

Еще один подхалим. Утыкаюсь лицом в ладони.

– Какой же ты прелестный ребенок, твоей бабуле очень повезло. Я бы тоже хотела такого же внука, – вздыхает.

И я чувствую ее взгляд на мне.

– Нет, – даже не смотрю на нее, но все понимаю. – И нет, и нет, и миллион раз нет, баб, – убираю руки и сверлю ее взглядом.

– Ничего, – отмахивается. – Он еще не понимает, какое это счастье – иметь деток, да, пирожочек? – треплет за щеку Тимофея.

– Угу, – довольно кивает и зыркает в мою сторону.

Ну, хитрец.

В полной тишине продолжаем пить чай.

– Баб, а ты надолго? – задаю вопрос и ловлю хмурый взгляд Лехи.

– А моя бабуля говолит, что бабушка лучший длуг человека, – заявляет Тимофей.

– Вот, учись, внучок, у Тимоши, – заявляет она. – И вообще, я, может, к тебе погостить приехала.

Я замер. Погостить? Серьезно? Никогда раньше не гостила, заезжая на пару часов, а тут решила? Очень вовремя.

– Но вижу, ты не рад, – сощурила глаза.

– Он лад, плавда? – еще один туда же, подставщик.

– Конечно, рад. Но…

– Оставайтесь, конечно, Тимул будет лад, он же сказал, – меня инфаркт тяпнет, не дожить мне до пенсии.

– Ой, что ты, малыш, я шучу, – выдает ба. – Меня в квартире цветочки ждут. А Тимурчик мальчик уже большой, чтобы бабуля у него с ночевкой оставалась, я же шучу.

Шутит она, я реально чуть не обделался.

Утро плавно перетекло в обед. Бабушка засобиралась. Леха тоже зашевелился, стреляя в меня своим грозным взглядом.

“Мне пора, так что выкручивайся дальше сам” – прилетает от него сообщение.

“Сейчас бабуля уйдет и ты свободен” – отвечаю.

“У меня встреча, между прочим, в пять часов” и грозный смайл.

“Ты хочешь моей смерти? Давай, друг, вали, бросай меня на растерзание…”

“На растерзание милой бабули? Умора. Все, я пошел”.

“И Тимоху с собой забирай. Я к вечеру за ним заеду. Так и быть”.

“Тимур, я вызываю такси и еду к тебе” – прилетает от Наташи.

Да твою же бабушку! Думал, что вот-вот решится одна проблема, а тут вырисовывается еще одна!

“Я вижу, ты в сети. Ты все еще на меня дуешься?” – снова прилетает от Наташи.

Ну и что мне делать? М?

“Ната ко мне собирается приехать” – отправляю сообщение Лехе.

“И? Я тут при чем? Тимыч, ты взрослый дядя, разбирайся сам” – строчит в ответ друг.

Я замер. Оторвал взгляд от телефона. На нас смотрит бабушка.

– Вы решили поговорить по мессенджеру? – да, бабуля у меня продвинутый одуван.

– Нет, просто…

– Так, все, мне пора, – заявляет Леха и поднимается со стула.

Катастрофа!

– Да и мне пора, – проговорила бабушка и пошла следом за другом.

– Эй, Леха, кажется, ты кое-кого забыл, – подхватываю пацанчика под руку и веду в прихожую.

– Да? – смотрит на меня. – Точно. Собирайся, Тим-Тим.

– Тимурчик, вызови мне такси, – командует бабуля. – Может, вы со мной?

– Э-э, – замешкался Леша.

– Да, Лех, соглашайся, – встревает Тимоша.

Вот так малец. Что даже, кажется, у Лехи челюсть ударилась о пол и клацнула зубами.

– Отличная идея, парни. Баб Кать, прошу, – открывает дверь и выпускает моих гостей. – А тебя я еще четвертую, как вернусь.

– Угу, только не забудь, – отмахнулся я и закрыл дверь за троицей.

Тишина и благодать. Но ненадолго. Телефон начинает издавать звуки входящих сообщений.

Первое от Наташи:

“Тимур! Ну извини меня!”

Следом:

“Мне приходится врать твоей прекрасной бабушке! Что она обо мне подумает, когда узнает правду?” – от Лехи.

“Надеюсь, она никогда не узнает правду и ты будешь молчать” – отправляю сообщение.

А потом понимаю кому… Наташе!

Твою бабулю!

Сердце запрыгало в груди. Я тут же захожу в нашу с ней переписку и хочу удалить сообщение, но галочки окрашиваются в синий цвет, что означает: сообщение прочитано. И вот сейчас, кажется, рванет бомба, потому что телефон безжалостно начинает вибрировать в моей вспотевшей ладони.

Я не отвечаю. Я просто не понимаю, что говорить. Телефон затихает, но тут же возобновляется звон снова.

– Да, – стараюсь держаться как ни в чем не бывало.

– Это что сейчас такое было? – взвизгивает Ната, а мне приходится отвести аппарат от уха, чтобы не оглохнуть.

Из динамика доносится жуткая ругань. А когда чуть затихает, я таки решаюсь снова возобновить разговор.

– Ты о чем?

– Сообщение твое. Ты явно не мне его хотел отправить! Что я не должна узнать? – вопит девушка.

Прислоняюсь к стене, ударяясь затылком пару раз. Специально, чтобы привести мысли в порядок.

– Я Лехе писал, Нат.

– Так я и думала. Погуляли хорошо? Почудили? Ты мне изменил? – прилетает от нее.

– Ты там совсем? – рявкнул на Нату. – Чего напридумывала?

– А что? Очень в твоем стиле, – заявляют мне. – Нашлялся неизвестно где, потом пропадаешь на выходные, встречаться не хочешь, – возмущается девушка.

– Остановись, – пытаюсь усмирить ее пыл. – Ты меня за кого принимаешь?

– За…

Я не собираюсь выслушивать безосновательные оскорбления, поэтому вырубаю телефон. К черту.

Мир сошел с ума. Или это я?

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем в квартире раздается звонок. Не глядя в камеру, открываю.

– Я выглядел в глазах таксиста полным идиотом, – в квартиру зашел Леха с мальчиком.

– Почему? – не понял.

– Потому что по нужному адресу доставили твою драгоценную бабулю, а потом вернулись обратно. А у меня своя тачка припаркована у тебя во дворе. Никогда не чувствовал себя таким лошарой, – бубнит мужик.

– Это плохое слово, – ну куда же без этого умника? – Ты холоший, Леша.

– Спасибо, – на лице приятеля расцветает улыбка. – Все, Тимыч, я поехал. Спасибо за приключения, но я пока пас. Завтра на работу, так что… удачи, – махнул рукой и вышел, оставив нас один на один.

Прелестно.

– И что будем делать? – заговаривает Тим.

– Что будешь делать ты – не знаю, а вот я… – а в голове полный штиль. – Попробую поработать, пока ищут твою мамашу, – последнее я проговорил уже тише.

Прохожу вглубь квартиры и захожу в свой кабинет. Небольшой, с массивным рабочим столом и кожаным креслом. Пара шкафов с макулатурой по работе и да, моя маленькая слабость – мини-гольф.

– Ух ты-ы-ы, – не замечаю, как в кабинет за мной прошмыгнул Тим. – Это что?

– Тебе здесь не место, – пригрозил.

– Да я уйду, – восклицает. – Только объясни мне, что это такое? – тычет пальцем в установку.

– Мини-гольф. Слышал о таком?

– Не-а, – качает головой.

– А про гольф вообще? Вид спорта такой.

– Я не интелесуюсь сполтом, – с умным видом поправляет очки на носу. – Но готов сделать исключение. Что за сполт такой? Тут маловато места для движения, – оглядывает кабинет.

– Между прочим, это олимпийский вид спорта, – уточняю.

– М-м-м, – как то недоверчиво тянет мальчик.

И я принимаюсь рассказывать про гольф, а в данном случае про кабинетный мини-гольф.

Но меня прерывает звонок в дверь.

– Кто это? – спрашивает Тим.

– Не знаю, – пожимаю плечами и выхожу из кабинета, чтобы открыть дверь.

Проворачиваю ключ и…

– Где она? – в квартиру влетает Ната.

Фурия! Светлые волосы всклочены, глаза красные.

– Где она? – вскрикивает девушка, проходясь по гостиной в туфлях.

Скрежещу зубами. Даже я, хозяин квартиры, не позволяю себе рассхаживать в уличной обуви.

– Кто?

– Дрянь, с которой ты мне изменил, – взвилась тут же.

– Ты с ума сошла?

– Это ты с ума сошел, решившись мне изменять, – уставилась злым взглядом на меня.

– Бред сивой кобылы, – пробубнил я.

Ну а что? Моя нервная система начинает трещать по швам.

– Что? – перешла на фальцет девушка. – Кобыла? Я? Да ты умом тронулся, Воронцов, – топнула ногой.

– Так, все, иди подумай, – подхватываю ее под локоть и тяну в сторону входной двери.

– Здласти, – доносится голос пацана. – А чего вы тут олете? – мы с Натой оборачиваемся.

Я, уже знающий, что увижу, девушка же с точностью до наоборот.

– Тимур! Это кто? – снова заголосила Ната.

– Я – сын, – все, аплодисменты и занавес.

– Что? – не понимающе переводит взгляд то на меня, то обратно на Тима.

– Я сын Тимула, – я уже понимаю, что что-либо говорить бесполезно.

– Что? – заладила Ната, все больше округляя глазища.

– Что-что? Тетя, вы оглохли? – кажется, не только у меня лопнуло терпение.

– Не понимаю, – качает головой Наташа.

– Я сын Тимула, Тимул мой папа. Что тут непонятного?

Действительно.

Я, не в силах сдержать улыбку, усмехаюсь.

– Ты издеваешься? – она смотрит на меня. – Кто этот мальчик? Откуда он здесь?

– Говорит, что мой сын, вчера утром пришел, – говорю правду, но, кажется, Наташе это не нравится.

– Ты прикалываешься, Воронцов? – так я и думал.

– Нет, – качаю головой. – Я правда не знаю чей он. И кто его мать, тоже не знаю.

– А позвонить? Его матери? А проверить его карманы, – при этих словах мальчишка складывает на груди руки и прищуривает взгляд. – А заявить в полицию? Может, его ищут родители?

– А это кто, пап? – вставляет свое слово мальчишка.

– Это я кто? – не дает мне ответить Наташа, поворачиваясь к Тиму. – Я его невеста. А вот кто ты? – возмутилась она, ткнув в его сторону пальцем.

– Пап, она нам не подходит, – не обращая внимания на слова и Наташу в целом, говорит мне Тимофей.

– Что? – боже, она других слов не знает?

– Она еще и глухая, – снова заявляет Тим. – Не подходит, – повторяет.

– Это уже не тебе решать, – как-то обреченно у меня выходит.

– Стланно, – продолжает мысль мальчик. – Она совсем непохожа на мою маму, ты плосто не мог ее выблать, – кивает в сторону Наты. – Не тот типаж.

– Эй! Я вообще-то еще здесь, – на лице Наташи, красном от гнева, застывает маска удивления.

– Вот это и стланно, – говорит Тим. – Вы меня извините, – серьезным тоном начинает говорить пацан, – я не хотел вас обидеть. Но вы нам не нужны.

У меня отвисает челюсть.

– Выкинь его! – заорала она. – Выкинь его из дома! Ты видишь, он меня оскорбляет? Кто он такой? Тимур? Я не понимаю, ты меня все это время обманывал? Говорил, что не любишь детей, а сам на стороне заделал ребенка? Или этот спектакль для того, чтобы со мной расстаться?

– Глупости не говори.

– Тимур, – Наташа подходит ко мне и подхватывает под локоть. – Ты хочешь расстаться?

– Нет, с чего ты взяла? – удивился.

– Это точно не твой ребенок?

– Да не знаю я.

– Тогда можно попробовать сделать тест ДНК, – заявляет она и смотрит на меня, ожидая реакции. – Только не говори, что ты об этом не подумал?

– Нет.

– Понятно.

Наталья достает из сумки телефон и начинает там что-то искать.

– Я сейчас позвоню своей подруге. Она работает в медицинском центре. Они должны проводить анализы на установления отцовства.

Затем она действительно кому-то звонит, записывает на завтра нас и победно улыбается, словно уже знает заведомо нужный результат теста.

– Готово.

– Отлично, – выдыхаю чуть свободнее. – Я что-то даже не подумал об этом.

– Ничего, мы все решим, – подходит ко мне, обнимая.

– Погоди, – отстраняю ее от себя. – А где мальчишка? – кручу головой по сторонам.

– Да, может, в комнату пошел или в туалет, – предположила Наташа.

– Тим? Эй, – засуетился я. – Ты где? – решил обойти квартиру.

Но мальчишка как сквозь землю провалился. Только этого не хватало!

Глава 5

Стеша

– Меня приняли, – вбегаю в автосервис. – Привет, мальчики, – улыбаюсь ребятам и оглядываюсь по сторонам. – Где биг босс?

– У себя, с бумажками ковыряется, – подает голос Макс.

– Пасиб, – посылаю воздушный поцелуй и иду к кабинету брата.

Открыв дверь, заглядываю. Кир разговаривает с кем-то по телефону. Я захожу, тихонько закрывая за собой дверь. Кидаю на старенький потрепанный диванчик сумку и сажусь на стол, рядом с братом.

Кир сверлит меня недовольным взглядом и мне приходится переместиться на стул, стоящий рядом. Вскоре брат заканчивает разговор и откладывает телефон.

– Меня приняли, – начинаю я.

– Поздравляю, – одновременно поднимаемся и обнимаемся. – И? Что будешь делать дальше? – смотрит на меня серьезно.

– Поеду в столицу. Нужно найти комнатку или квартирку на окраине и заехать в школу, – перечисляю я.

– Черт, – отходит от меня.

Проходится по тесному кабинетику, ероша свои волосы.

– Что? – удивляюсь смене его настроения.

– Да как тебя, шмакодявку такую, отпустить? – снова на его лице появляется робкая улыбка. – Ну, ты же еще мелкая. А если кто обидит? Ты же едешь в Москву.

– Ну и что? Тут до Москвы около сорока километров. Я на колесах. Так что будет удобно. В любой момент прыг и я у вас с Машуней.

– Так-то оно так, – вздыхает брат.

– Кир, – подхожу ближе. – Я так этого хотела и у меня получилось. Они получили мои работы и им понравилось. Правда уже набрали группу, но для меня сделали исключение и примут. Я завтра должна уже быть там и привезти документы. А в сентябре уже начать учиться. Я как раз и работу подыщу. Так что ты не думай, на твоей шее я сидеть не буду.

– Стешка, да разве в этом дело? Деньги есть. На первое время тебе хватит. Так что и не переживай.

– Ты ж знаешь, что я тебя люблю, да? – снова вешаюсь ему на шею.

– Конечно, знаю. Это же взаимно, балда, – смеется, утыкаясь мне в волосы.

– Тогда я домой. Соберу вещи пока, чтобы утром рвать когти, – усмехаюсь.

– Вот и отлично. Дуй домой. Вечером все обсудим.

– Поки, – машу рукой и покидаю сервис.

У сервиса припаркована моя машинка. Салатовый маленький «Гетц». Моя палочка-выручалочка. Обожаю свою машину.

Нажимаю на брелок, пиликает сигналка и я прыгаю за руль. Самое время начинать строить свою жизнь. Мечты сбываются. Осталось ухватить эту птицу за хвост и лететь навстречу новому.

Полвечера мечусь по комнате. Собираю вещи. Беру все, что может пригодиться.

– Ты же в любой момент приехать сможешь, – стоит в дверях Маша, жена брата. – Не на Северный полюс же едешь.

– Так-то оно так, – продолжаю свой забег по комнате. Но взять-то хочется все.

Собственно, так и проходит мой вечер. Потом приезжает брат. С ним еще пару часов разговариваем и, поужинав, расходимся по спальням.

То, что я почти не спала, думаю, даже говорить не стоит. Уснула лишь под утро. А проснувшись в шесть, так и вовсе больше не смогла лежать на месте.

– Держи меня в курсе всего, слышишь? – провожает Кир.

– Слышу-слышу, – усмехаюсь.

Получаю кучу наказов от Маши и брата.

Кир помогает мне запихать чемодан в багажник.

– Все, иди, заяц, – стоять в обнимку с Киром очень уютно. Он напоминает мне отца.

– От зайца слышу, – чмокаю брата в гладко выбритую щеку и выбегаю.

Еще раз окидываю взглядом двор и родных мне людей. Сажусь в машину. Завожу своего «Гешу» и выезжаю на дорогу со двора.

Теперь только вперед. С такими мыслями под веселенькую музычку вдавливаю педаль газа в пол и лечу навстречу своей мечте.

Выезжая из города, я замечаю голосующую на остановке женщину. Я не люблю подвозить незнакомых людей. Но иногда словно мне кто-то подсказывает, что именно здесь нужна моя помощь, и я останавливаюсь, предлагая подвезти. И этот раз оказывается не исключением.

– Да, блин, – включаю поворотник и перестраиваюсь в крайний левый ряд, останавливаюсь. – Здравствуйте, – опускаю стекло и заговариваю с женщиной. На вид лет семидесяти. – Вам куда?

– До Москвы, там, где высадишь, буду благодарна, – улыбается приветливо она.

– Прыгайте, – убираю сумку с переднего сиденья, закидывая ее назад.

Женщина садится в машину и как только закрывает дверь, я выезжаю на полосу.

– Спасибо за помощь, – доносится ее голос.

– Да не за что, – кошусь на нее и снова смотрю на дорогу.

– Меня зовут Екатерина Степановна, – представляется женщина.

– Стеша, – отвечаю.

– Какое имя интересное. А полное?

– Стефания, – говорю, не смотря на нее.

– Красиво, – восхищенно произносит женщина. – Как хорошо, что вы согласились меня подвезти, – продолжает говорить она. – Автобус ушел раньше или я что-то напутала. А запланировала проведать внука.

– А он маленький? – усмехаюсь. – Или что-то случилось?

– Ага, маленький. Тридцать четыре годика мальчику, – махнула рукой и отвернулась к окну.

Ну я и не напрашиваюсь на продолжение разговора. Но Екатерина Степановна продолжает говорить.

– Дошли до меня слухи, что там у него невеста завелась, – усмехается. – Та еще прохиндейка.

– И вы решили…?

– Решила проведать его, а заодно проверить, один или с ней. Та еще “метелка”. Не торопится, засранец, меня с ней знакомить, – вздыхает. – Как чувствует, что не споемся с ней. А ты? Извини, что перехожу на “ты”, – улыбается. – В такую рань куда путь держишь?

– Подаю документы на учебу, – отвечаю.

– Умница какая. А на кого, если не секрет?

– Дизайнер интерьера.

– О, – удивляется она. – Модная профессия, – одобрительно кивает. – А есть где жить? Или будешь туда-сюда мотаться?

– Вот как раз после подачи документов собираюсь заняться поисками. Может, комнатку сниму. Сейчас даже думать об этом не хочу. В крайнем случае всегда можно остановиться в хостеле.

Повисает тишина. Я погружаюсь в свои мысли, моя попутчица, видимо, в свои.

– Мама-папа помогают с оплатой учебы? – вдруг врезается голос женщины в мои мысли.

– Э, – этим вопросом она застает меня врасплох. – Нет. Брат помогает. Мамы с папой давно нет.

– Ох, прости меня.

– Ничего. Я, конечно же, планирую найти работу. Сидеть на шее брата не собираюсь, – зачем-то оправдываюсь я.

– Работу, – продолжает рассуждать женщина. – Отвлекаясь на учебу. Помню я то время, когда сама училась и работала. Надо было помогать маме и братьям, – качает головой. – Спать по три-четыре часа, – задумывается. – Знаешь, у меня есть к тебе очень заманчивое предложение, – вдруг встрепенулась бабуля.

– Какое?

– Я хочу предложить тебе провернуть авантюру, – хитро улыбается. – А взамен у тебя будет комната, за которую не надо будет платить. Ну, может, изредка что-нибудь готовить да прибраться, – говорит загадочно.

– Давайте напрямую, что вы задумали? – кошусь на женщину с хитрой улыбкой на губах.

– Заселишься к моему внуку. Скажешь, что я сдала тебе комнату в его квартире, – говорит она так убедительно, что я теряю дар речи.

– П-погодите, так это же его квартира. Как вы мне сдадите в ней комнату? – удивленно переспрашиваю.

– Скажешь, что ты внучка моей близкой подруги. И то, что я тебе помогла таким образом. Он не сможет мне отказать. А заодно ты проследишь за тем, что там за невеста, и поможешь мне от нее избавиться, – победно улыбается, словно я на все согласилась.

– Не-е-е-т, – тяну я, качая головой. – Это какой-то бред.

– Да соглашайся, – продолжает улыбаться.

– Но вы меня не знаете, – возмущаюсь я.

– Мне достаточно того, что я услышала.

– Может, я мошенница, а вы меня самолично хотите заселить в квартиру к своему внуку, – продолжаю гнуть свое.

– Да ну брось, – усмехается она и смотрит как на глупенького ребенка. – Я научилась за свою жизнь видеть людей. Так что…

– Нет, – отказываюсь.

– Не глупи. Если все сложится и его невеста убежит, то я предоставлю тебе свою квартиру. Без оплаты за съем. В октябре-ноябре будем жить вдвоем. Это же экономия какая, – словно змий-искуситель уговаривает меня на совершение преступления.

– Я подумаю, хорошо? – не соглашаюсь, но уже и не отказываюсь.

– Вот и славненько, – победно улыбается, словно я уже согласилась.

Высадив Екатерину Степановну на одной из остановок, предварительно обменявшись номерами телефонов и получив бумажку с адресом ее внука, я отправилась в школу.

Из головы долго не выходил наш разговор, а точнее, ее странное предложение. Мне заселиться к какому-то тридцатичетырехлетнему мужику, чтобы что? Чтобы выяснить, есть ли у него девушка и если все-таки есть, то вытравить ее из его жизни.

Божечки-кошечки, Стеша, ну зачем тебе это надо?

Когда появилась в учебном заведении, меня отправили к директору. Состоялось собеседование и у меня приняли документы. Получила реквизиты для оплаты первого семестра и покинула здание школы.

Усевшись в «Гешу», я первым делом открыла приложение по поиску комнаты. Сделала пару звонков, и надо сказать, мой энтузиазм поубавился. Домой возвращаться категорически не хотелось. Хостел? Но я же могу одним глазком посмотреть, что там за внук и с чем мне предстоит столкнуться?

Забиваю в навигатор адрес и удивляюсь, что это совсем недалеко от этого места. Значит, и в школу добираться будет проще. Можно даже будет «Гешу» не трогать. Тут десять минут пешком. А на машине показывает путь аж в двадцать минут. Вот это да!

Ладно. Я только одним глазочком, да? Ничего же страшного не случится?

Поэтому завожу машину и выруливаю с парковки, направляясь по нужному мне адресу.

Добраться оказалось тем еще квестом, не успев выехать, я тут же попадаю в пробку. И протолкавшись не заявленных двадцать минут, трачу полчаса. И когда, наконец, нахожу нужный дом, понимаю, что территория закрыта шлагбаумом и мне просто не пробраться во двор. Шикарненько. Так, и где мне оставить машину?

Выбираю местечко для парковки. Подхватываю свою сумку и выхожу. Ставлю сигналку и вхожу во двор. Чисто, уютно. И это мне нравится. Явно недешевая недвижимость. Кем, интересно, работает внучок?

Нахожу нужный подъезд, из которого как раз выходил мужчина, и я успела заскочить внутрь. Делаю вид, что я вообще-то по адресу, и с гордо поднятой головой и уверенной походкой прохожу мимо консьержа и проскакиваю в лифт. Нажимаю на кнопку нужного этажа и уже через пару минут выхожу.

Так, квартира. Нахожу нужную, но не тороплюсь звонить. Сердце от волнения пляшет. Даже отступаю от двери и готова вызвать лифт, чтобы сбежать. Ну глупость же.

– Здласти, – вздрагиваю от неожиданно раздавшегося откуда-то со стороны детского голосочка. Оборачиваюсь.

На подоконнике большого окна сидит мальчишка. Миленький такой. С обалденной шевелюрой кудрявых волос. С забавными очками на носу. Делаю шаг к нему.

– Привет, – здороваюсь. – А ты чего тут сидишь? – подхожу к нему и сажусь рядом.

– Да жду, когда взлослые наговолятся, – заявляет серьезно.

– Ты тут живешь?

– Угу, у папы, – смотрит на меня своими глазенками и мило улыбается. – А ты?

– Я? – пожимаю плечами. – Да я, – даже не нахожу слов, что сказать. Что я здесь делаю? – По-моему, ошиблась адресом.

– Ты хотела позвонить вон в ту двель? – показывает пальцем на ту, возле которой буквально минуту назад меня одолевали сомнения в правильности решения.

– Угу, – киваю.

– Там я живу, – заявляет мне пацанчик.

– Ого, – мое лицо, наверное, вытянулось от удивления.

– Так ты к нам? – испытующе на меня смотрит.

– Э, – блин, да что ж это такое, что ответить-то. – Я… А ты почему тут, а не дома, с папой? – между прочим, бабулька мне ничего не сказала про мальчика. Это подстава!

– Там к папе плишла невеста, они лугаются, вот я и вышел, чтобы не слышать, – пожимает плечами.

– А папина невеста не твоя мама?

– Нет.

– Интересно-о-о, – к такому меня жизнь не готовила.

– Меня зовут Тим-Тим, а тебя? – тут же меняет тему мальчишка.

– Стеша, – отвечаю на автомате, все еще пытаясь понять, что мне делать дальше.

– Очень плиятно. Так ты зачем плишла к нам?

– Екатерина Степановна сказала, что тут нужно пожить, – ляпнула я, не подумав.

– Вау, – захлопал в ладоши мальчик. – Бабуля у Тимула классная, как моя. Тогда пошли, чего тут сидеть, – хватает меня за руку и тянет к двери.

Подпрыгивает, доставая до кнопки звонка. Я застываю, понимая, что бежать-то уже поздно.

Спустя буквально пару секунд, чуть меня не снеся с места, распахивается дверь. На пороге застыл мужчина с перепуганными глазами. Он хмурится, пока разглядывает меня, а потом опускает взгляд на держащего меня за руку мальчика.

– Твою же мать, ты как вышел? – возмутился мужчина.

Выглядит неплохо со слегка запущенной щетиной на щеках. На носу такие же забавные очки, как и у мальчика.

Мужчина присел на корточки, ощупал мальчика, словно действительно переживал.

– Не вылажайся, – заявляет мой новый друг.

– А вы кто? – наконец, мужчина переводит на меня свой взгляд, поднимаясь.

– А это Стеша и она будет с нами жить, – говорит Тим-Тим и, кажется, что-то где-то упало, потому что из квартиры послышался грохот.

Вот же подстава. Да правнук со своей бабулей те еще тролли.

Глава 6

Тимур

Я прошерстил всю квартиру. Всю! И его нигде нет.

– Ну что ты распереживался? – за мной по пятам ходит Ната. – Ну не мог же он провалиться сквозь землю? Не мог! Значит, где-то тут прячется.

– Не мог, – иду второй круг по квартире. – Не мог, но его нет!

Я начинал волноваться. Это что же? Потерять ребенка в четырех стенах? Это как вообще? И как быть? Куда звонить?

В моей голове начался такой кавардак, что я еще чуть-чуть и сошел бы с ума.

– Может, он ушел? – предположил я.

– Ага, и как, по-твоему, мог уйти мелкий? Без обуви? Да и вообще, чего ты так всполошился? Как появился, так и исчез, – на ее лице полное безразличие.

И мне отчего-то захотелось ее… Тряхнул головой, что за мысли. Да, были моменты, когда мне хотелось заткнуть ей рот, но чтобы ударить? Нет. Я никогда не поднимал руку на женщин. Но как можно быть такой спокойной, когда из дома пропал ребенок?

– Так, я пойду его искать и для начала надо позвонить, – хватаю телефон в руки, все еще пытаясь понять, что мне делать. Ситуация как минимум SOS.

Наташа скрылась из видимости, а я хочу набрать Леху. Ну кто мне еще подскажет, что делать?

Неожиданно раздается дверной звонок. Я даже не представляю, кто может заявиться, поэтому, не раздумывая, отпираю замок и распахиваю дверь.

Девушка. Я с пару секунд зависаю на ней. А потом перевожу взгляд на мальчишку, что держит ее за руку. Кажется, сердце мое вот-вот выпрыгнет.

– Твою мать, ты как вышел? – выругался я, не сдержавшись.

Присел, ощупывая его, не веря своим глазам, что вот он живой и целый.

– Не вылажайся, – картавит Тимоха, сжимая руку девушки.

– А вы кто? – поднимаюсь и обращаюсь к незнакомке.

– А это Стеша и она будет с нами жить, – говорит пацан и я слышу грохот, донесшийся из квартиры. Это звук моей упавшей челюсти?

– Погоди, что ты несешь? – переспрашиваю. – Так вы кто и к кому? – обращаюсь к девушке.

– Меня зовут Стеша. Екатерина Степановна сказала, что я смогу пожить здесь, пока не подберу себе жилье, – обескураживает меня эта самая Стеша.

– Пап, ну что мы стоим на пологе? Стеша, плоходи, – подталкивает, по-моему, не менее удивленную девушку в квартиру и закрывает входную дверь.

– Так, я вообще ничего не понимаю. Что, черт возьми, происходит? Во-первых, ты куда пропал и как оказался за дверью? – уставился на пацаненка.

– Вы с этой лугались. Я не пливык слушать лугань. Вышел. А двель захлопнулась. Сидел на подоконнике и ждал, когда вы наговолитесь. И плишла Стеша, – объясняет Тим.

– И ты решил, что незнакомого человека с улицы можно притащить в мой дом? – возмутился.

– Она не незнакомая. Ты же слышал? Ее зовут Стеша, плавда, класивое имя? – он все еще не отпускает руку девушки. – И ты знаешь, что ее плислала твоя бабуля. Значит, все плавильно. Где мы лазместим нашу гостью?

– О, нашелся, – появляется Наташа. – А это кто? – тычет пальцем в сторону девушки.

– Привет, меня зовут Стеша. Мне Екатерина Степановна сказала, что по этому адресу я смогу снять комнату, на время, – заговорила она.

– Кто такая Екатерина Степановна? – уставилась на меня Наташа.

– Моя бабушка.

– Мы с тобой столько времени, а ты меня не познакомил с ней? И с какого перепугу твоя бабуля распоряжается твоей квартирой? – Наталья закипает. Еще немного и замкнет.

– Сейчас я ей позвоню и все уточню. Это какая-то ошибка, – отвечаю я, хватаясь за телефон.

– Баб, привет. Слушай, тут какая-то девушка говорит про комнату, – начинаю я, но она мне не дает договорить и начинает рассказывать про какую-то подругу, про ее внучку. Что ей нужно пожить у меня. И что-то еще… – Баб, почему у меня? Что за ерунда? – и снова куча отговорок. – Так у тебя квартира пустует. Пусти ее к себе, – но тут выясняется, что ее затопили, пока она была на даче, и теперь надо что-то думать с ремонтом. Поэтому она на меня очень надеется и не сомневается, что я ее не подведу.

Шикарно! М?

Отбиваю звонок и готов удариться головой о стену, чтобы мозг хоть немного начал работать, потому что ну не складываются у меня эти пазлы. Что-то моя драгоценная бабуля удумала. Только вот пока не пойму что.

– Тимур? Что она говорит? – заговорила Ната.

– Стеша внучка ее подруги. И жить ей пока негде, – передаю слова.

– В Москве? Негде? Серьезно? – взвизгнула она.

Я замечаю, как девчонка морщит нос и Тим утыкается лбом в ее руку.

– Извините, я, наверное, пойду, – вдруг заговаривает гостья. – У вас тут и так весело, – усмехается она, словно надо мной. – Извини, Тим, было приятно с тобой познакомиться. Я пойду.

– Да-да, верное решение, – вставляет свои пять копеек Наташа.

– Нет, Стеша, – хватает ее за руку Тимоха. – Пап, ну лазве так можно? – смотрит на меня укоризненно.

– Да не папа он тебе, чего привязался? – снова влезает Наташа.

– Так, стоп, – пора заканчивать этот дурдом. – Стеша, извините, но вам придется остаться. Меня просила бабушка, а я не могу ей отказать, – говорю я и вижу, как расплывается улыбка на лице мальчишки. Даже как-то на душе становится теплее от этого.

– Что? Что ты несешь? Старая карга тебе девку подселяет, может, думает, ты один? Так немедленно нас знакомь. Пусть знает, что у тебя есть невеста! И быстрее думает, куда деть эту, – указывает пальцем на девушку.

– Я сам решу, когда и кого знакомить. И мне кажется, тебе пора. Спасибо, – говорю я, потому что устал от нее больше, чем от мальчишки. – Я тебе позвоню. Вечером.

– Ты меня выгоняешь?

– Нет. Пока просто прошу. Наташ, не усложняй все, пожалуйста! – говорю ей.

– Ну ты еще об этом пожалеешь, – прорычала невестушка и, схватив свою сумку, оттолкнув Стешу, выскочила из квартиры.

С хлопком двери, мне кажется, все мы выдохнули с облегчением.

– Ну и зануда она, – усмехается Тим. – Пап? Надо Стешу угостить чаем, – как ни в чем не бывало говорит мальчишка.

– Веди свою гостью к столу, – пожимаю плечами.

Бабуля попросила. А просьбы бабушки для меня закон. Тем более просит меня она очень редко. Я ей многим обязан. И приютить какую-то девушку у себя – да не проблема. Наверное…

Стеша

Ну и дамочка. Чуть не снесла меня со своего пути. Явно недовольна решением своего жениха. Жених же? Или я что-то путаю?

Скидываю кеды и прохожу в большую просторную гостиную. Меня за руку тянет за собой мальчишка.

– Сейчас помоем луки и сядем пить чай. Моя бабуля всегда говолит, что чаепитие плекласный повод успокоить нелвы и поговолить, – говорит Тим-Тим.

Это не ребенок, а кладезь полезных советов.

Мы идем в ванную. Моем руки. А после направляемся к столу в кухонной зоне, где уже суетится мужчина.

Забираюсь на высокий табурет. Чувствую себя неуютно. И какие черти меня дернули сюда явиться? И мальчишка этот уцепился за меня. Хорошенький. Смотрю на него и улыбаться хочется, чудо кудрявое. Похож на маленького купидончика.

Тим словно услышал мои мысли, повернулся ко мне и подмигнул. Я аж чуть не поперхнулась.

– Чай-кофе? – наконец, заговаривает мужчина.

– Оу, – уставляюсь на него. – Чай, если можно.

Он кивает будто сам себе, и через минуту передо мной появляется чашка с горячим чаем. Следом чашку ставит перед мальчиком и, поставив на стол вазочку с печеньем и конфетами, садится напротив.

– Мы так и не познакомились. Меня зовут Тимур, – говорит мужчина.

– Стеша, – представляюсь уже самостоятельно.

– А я Тим-Тим, – влезает мальчишка, вызывая улыбку.

– Бабушка сказала, что ты поступила учиться и тебе нужна комната. Запретила мне брать с тебя оплату, как только такое ей в голову пришло, – усмехается.

– Я готова помогать, – заявляю уверенно. – Я умею готовить, могу убираться. Без проблем. Тем более мне на учебу только через неделю. К тому времени я хотела подыскать работу, – говорю о своих планах.

Он кивает.

– А где Стеша будет спать? – подает голос мальчик.

– Эм… – зависает Тимур.

А он ничего, когда не злится. Ведь встретил нас на пороге квартиры явно взвинченный. И я еще не поняла, что значили слова его невесты о том, что Тим не сын Тимуру. Что это было? И вообще, почему о мальчике ни слова не сказала Екатерина Степановна? Странно все это.

– Я могу предложить свою спальню, – хмурится он.

– А вы где? Нет, мне ваша спальня не нужна, – замотала головой.

– Я уйду в кабинет, там накачаю матрас. Есть у меня как раз, – проговорил мужчина.

– А где спит Тим? – интересуюсь.

– Я сплю здесь, – отвечает мальчишка. – На диване.

– О, – тут же приходит идея. – Так можно мне матрас надувной и разместить меня здесь?

– Здолово, – смеется Тим. – Будем вместе смотлеть телик и лассказывать сказки, – потирает ладошки мальчишка.

– Ладно, подумаем. Если это вообще удобно, – бубнит мужчина, опуская взгляд в кружку.

– Я понимаю, что мое появление – это огромное неудобство для вас с невестой, – не могу не сказать. – Надеюсь, что у вас проблем из-за меня не будет.

– Откуда ты вообще взялась? – спрашивает так тихо, что я даже подумала, что мне показалось.

– Что?

– Откуда приехала? – снова смотрит на меня.

– Черт! – подскакиваю я со стула, опомнившись.

– Что? – уставились двое на меня.

– Я не смогла въехать во двор, у вас же шлагбаум, – кинулась в прихожую, надевать кеды. – Машина.

– Пошли, – идет следом мужчина. – Тим, идешь с нами. Больше ты без внимания не останешься, а то я инфаркт схлопочу.

Так втроем выходим из квартиры. Спускаемся на лифте. Тим снова держит меня за руку.

Дружно выходим из подъезда. Выходим со двора, и я не могу поверить своим глазам.

– Ну и где твоя тачка? – складывает на груди руки Тимур.

– Где «Геша»? – смотрю по сторонам.

– Кто такой Геша? – удивляется мальчишка.

– Машина моя. Я точно помню, что оставила его здесь, – паника, еще немного и я запаникую.

– Здесь? – усмехается Тимур.

– Угу, – киваю.

Он отходит чуть дальше по дороге и останавливается.

– Знак видела?

– Какой знак? – иду к нему.

– Вот такой. Синий круг с красными крест-накрест линиями.

Смотрю на него в упор и…

– Стоянка запрещена, – бубню себе под нос.

– Странно, что, зная этот знак, ты бросила тут машину.

– Я въезжала с той стороны, – показываю рукой. – И этого знака в упор не видела, – начинаю злиться. – Черт, и где мне теперь искать мою машину?

– Пап? Ну что ты стоишь? Надо искать Гешу, – обращается к мужчине мальчик. – Стеша, а какая у тебя машина? – спрашивает меня.

– Зеленый “Гетц”.

– Зеленый? – брови Тимура взлетают вверх. – Ненавижу зеленый, – достает телефон из кармана джинсов.

– А я люблю зеленый. У меня заяц зеленый, я тебе дома покажу, – в отличие от отца, довольно заявляет мальчишка.

– Номер диктуй, – говорит Тимур.

– Какой? – не понимаю.

– Машины, не телефона же, – раздражается.

И я диктую.

Он вбивает его куда-то и через пару минут уже говорит, на какой спецстоянке стоит мой «Геша» и куда ехать за протоколом.

– Первый день в Москве и уже штраф заработала, – бью себя ладонью по лбу.

Тимур снова что-то тыкает в телефоне.

– Что вы делаете?

– Вызываю такси. Машину-то твою надо вызволять, – бубнит он недовольно. – Покой мне только снится, – добавляет. – Ключи-то, надеюсь, при тебе?

Я округляю глаза, понимая, что моя сумка осталась в квартире мужчины.

– Твою бабушку, – ругается он, а Тим затыкает уши и забавно морщится.

Уладив все вопросы, мне, наконец, разрешают забрать машину. Выезжаю со стоянки, останавливаясь рядом с ожидающими меня Тимуром и Тимом.

– И это машина? Ужасный цвет, – помогает сесть сыну и следом забирается сам.

– Я думала, вы сядете тут, – показываю на соседнее пассажирское кресло.

– О нет, я не уверен в твоих водительских способностях, поэтому тут, я считаю, безопаснее, – хмыкает.

Вот же гад! Ну я тебе покажу, как я умею водить, жаль только мальчик с нами, а так прокатила бы с ветерком.

Я нервничала всю дорогу до дома Тимура. Соблюдала все правила дорожного движения. Даже умудрилась заглохнуть пару раз на светофоре. Это полный трындец. Позорище!

В общем, ехали мы часа два. Подъехав к шлагбауму, мужчина нажал на брелок и тот открылся.

– Поставишь свою черепаху в подземку на мое место. А то тут попросту негде, – говорит так, что каждое слово будто пропитано раздражением. – Кто тебе вообще только доверил управлять этим жутким транспортом? Водишь ты так себе, мягко говоря, – язвит он.

А я скриплю зубами.

– Нолмально Стеша уплавляет автомобилем, пап, – вступается за меня Тим. Как, кстати, его полное имя? Надо спросить.

Под руководством Тимура въезжаем в подземный паркинг и паркую машину на том месте, куда указал он.

Выбравшись из «Геши», Тимур со стоном потянулся.

Я открываю багажник и достаю свой чемодан.

– Пап, – дергает того за руку Тим, – помоги.

Тимуру ничего не остается, как взять его из моих рук и зашагать впереди нас. Тим же берет меня за руку.

– Классная машинка, мне понлавилась. И водишь ты холошо. Не облащай на папу внимания, ему плосто тяжело пливыкнуть к тому, что его жизнь клуто изменилась, – тараторит он.

– Как это?

– Плидем домой, я тебе ласскажу, – хитро улыбается затейник.

Глава 7

Тимур

Оставил чемодан девушки в гостиной и, сказав «Располагайтесь», свинтил в кабинет. Плюхнулся в кресло и откинулся на него спиной, закрыв глаза.

Это какой-то дурдом на колесах. Сначала этот пацан, возомнивший себя моим сыном, потом бабуля со своим сюрпризом и надо же как тактично промолчала про девчонку. Потом эта Стеша и ругань с невестой. И между делом пропажа Тима. Вообще какой-то бесконечный выездной день психдиспансера.

А завтра на работу. А у меня полный дом людей.

– Пап, – стучится мальчишка и входит. – Там Стеша хочет ужин готовить, можно? – смотрит на меня.

– Можно, – соглашаюсь.

Я сейчас, кажется, со всем на свете соглашусь, лишь бы меня оставили в покое.

Тим убегает. А я беру телефон и набираю Леху.

Он тут же отвечает.

– Ты словно ждал от меня звонка.

– Ага, прям скучаю сижу без тебя. Чего у тебя там? С Тимохой-то все в порядке? Вспомнил, кто может быть его мамой? – начал друг.

– Да мне совершенно не до воспоминаний, – вздохнул. – Не поверишь, не день, а какой-то треш.

– Что случилось?

И я ему рассказываю. На что он помолчал пару секунд, а потом спрашивает:

– Я правильно понял, что у тебя в квартире, кроме мальчишки, еще и девушка находится?

– Правильно.

– И ее прислала Екатерина Степановна? – снова спрашивает Леха.

– Да. А что?

– Не, ничего, – смеется. – Ну что могу сказать тебе, друг, – хохотнул. – Пользуйся случаем. Тебе есть с кем оставить завтра ребенка. Это раз. Также ты теперь на домашней готовке, это два и немаловажный плюс. Ну и… а она ничего? Симпатичная?

Леха как всегда в своем репертуаре.

– Обычная. Понял одно, плохо водит, – буркнул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.