# Золото

Алёна Корс

Перекрёсток – таинственное и загадочное место во Вселенной, где сходятся обрывки миров. Здесь живет и странствует молодая перевозчик Мег, которая 10 лет назад при странных обстоятельствах потеряла отца. Она единственная, кто верит, что он жив, поэтому при любом удобном случае исследует все места, где был её папа.

Доставляя очередной груз, перевозчик сталкивается с уникальным металлом – золотом, которое способно исполнять желания. Правда, ценой собственной жизни…

Магду на каждом шагу преследуют неприятности – иногда мелкие, типа озверевших монстров, а иногда крупные – наёмные убийцы, которые преследуют свои собственные цели.

Сможет ли девушка отстоять себя и свой груз, состоящий из человеческих жизней? Выживет ли сама в неравной борьбе с теми, кто решительно настроен против неё? И жив ли её отец? Об этом вы узнаете на страницах книги «Золото».

Не всё золото, что блестит.


Глава 1


Мег


Поезд издал натужный скрежет и, встряхнувшись, словно вшивый пёс, резко затормозил. По земле прокатилась лихорадочная дрожь. Кто-то испуганно взвизгнул, и я, вычленив из этих звуков суть, выплыла из короткого, но чуткого сна.

А так хорошо было…

Потянулась, прогоняя ломоту в мышцах, и поправила сползшую шляпу. Привычный головной убор придавал мне весьма мрачный, потрёпанный временем и слегка таинственный глазу обывателей, образ. В моём случае облик помогает предугадывать некоторые неудобства, заранее предупреждая – не подходи. И ко мне не лезли. Все счастливы.

Звук усилился. Теперь ещё где-то заплакал ребёнок. Я не стала ждать дальше и вышла из купе – проверить, что произошло. Соседи на противоположной полке испуганно сжались, когда я тихо прошла мимо, но остались лежать, провожая взглядами.

Резкий шум навалился удушливым одеялом, и я поморщилась. Мелькнула трусливая мысль вернуться назад, но зачем концентрироваться на этой мелочи? Прикрыла за собой дверь и отправилась подальше от соблазна неведения поближе к неприятностям.

На меня никто не обращал внимания. Занятые слетевшими с полок вещами, лишь несколько человек боязливо отодвинули ноги, когда двери, ведущие в соседнее купе, со скрипом отползли в сторону.

Да, этот поезд обладал специфически оборудованными проходами. Наверное, дизайнеру виднее, но, как по мне, всё это сделано с учётом экономии пространства и череды бесконечных ремонтов, без которых, увы, такие поезда не обходятся. На каждом маршруте существует опасность повстречать не только неожиданно выползшую или увеличившуюся растительность, но и столкнуться с животными, а то и с потопом в появившемся из ниоткуда озере, оказаться в зонах с резкими перепадами температуры, давлением и влажностью – всего и не учесть. Сам поезд, конечно, оборудован таким образом, чтобы не допускать травм пассажиров, но он не в силах справиться со сломанными путями или колёсами, на которые постоянно воздействовал окружающий мир.

Я шла, тёмным ледоколом рассекая пространство, и подмечала энергию, что царила вокруг. Пока что всё было нормально. Ребёнок уже не плакал.

Увернулась от чужой пятки и скривилась. Запах был ужасен.

Путешествовать поездом было менее затратно в плане безопасности и комплектации, поэтому такие *перевозчики, как я, нередко им пользовались, имея бонусом ещё и значительную скидку. Стоимость, конечно, варьировалась в зависимости от груза. Чаще всего это были люди, реже – животные или вещи. С другими видами транспорта мы тоже работали и значительно чаще, но порой там, где мог пройти поезд, они не могли, и приходилось их менять. Особенно опасным, непредсказуемым и весьма многоплановым местом был перекрёсток.

Но он мне нравился.


Перевозчик – человек или схожее с человеком существо, способное чувствовать грань, проходить через неё и проводить за собой других существ. Он чувствует толщину грани в разных местах, то, как она себя чувствует, и помогает Перекрёстку исцеляться благодаря внутренней настройке на грани. Перевозчиками становятся после длительной подготовки и посвящения, но в результате выживают не все.

Постепенно обычный шум вокруг затихал, сменяясь человеческими голосами, и я с сожалением подумала о прерванном сне. С прошлого заказа прошло буквально пару часов, прежде чем меня резко вызвали, сообщив, что готова следующая группа. На вопрос не сошли ли они часом, с ума, чтобы так дёргать работников, ответили, что, на месте специалистов достаточного уровня нет, а потому отказаться я не могу. Попыталась, было, надавить на сроки, срочность – всё равно ничего не вышло. Смирилась. Но обиду затаила.

Судя по всему, ситуация, возникшая сейчас, была некритичной, хоть и весьма предсказуемой. С самого начала я заметила несоответствия в заявленной комплектации поезда, но была слишком уставшей для того, чтобы ругаться. Чуть нахмурилась, обдумывая возникшую ситуацию.

Как говорится, задержка в пути, особенно для Перевозчика, ни к чему хорошему не приводит.

По сути, мы проехали всего ничего, и теперь стоило решить – оставаться здесь или выдвигаться пешком. Некоторые пассажиры, как и я, решили перейти ближе, к голове поезда, остальные выглядывали из дверей и даже окон, не рискуя выходить наружу и обеспокоено перешёптываясь.

Бегло сосчитала в вагоне двадцать шесть человек. Мало. С интересом заглянула в пустующие купе и удивлённо присвистнула. Судя по всему, кто-то из руководства либо активно уменьшает вес самого вагона, либо же попросту наживается на мебели. В купе отсутствовали даже минимальные удобства, такие, как сидения или даже стол. А это хороший такой звоночек для тех, кто слишком надеется на безопасность.

Покачала головой. Если бы не жизненная необходимость перемещаться между городами, минуя затопленные или непроходимые участки, я бы предпочла пройтись пешком или, на крайний случай, проехать на лошадях. В некоторых зонах Перекрёстка попадались даже ездовые ящеры, но разводить их было крайне сложно.

Чтобы перейти в другой вагон, мне понадобилось приложить чуточку больше сил – петли слегка заедали, и я с трудом, но всё же открыла металлическую дверь.

Во втором вагоне царила такая же атмосфера, только здесь было многолюдно. Бросила взгляд на своих подопечных и осталась довольна увиденным. Сидят, ждут, немного паникуют. Всё в пределах нормы. Незамеченной никем из них, прошла мимо, зашла в пустующую комнату и выглянула в удачно приоткрытое кем-то окно.

Хм. За окном редкие островки зелени и песок. Тёплый воздух пощекотал прядями шею, заставляя поёжиться, и я вернулась обратно. Похоже стоял весь поезд, а значит, дело не в отдельных вагонах.

– Кто-нибудь знает, что случилось? – обеспокоенные голоса доносились даже сюда.

Значит, и звукоизоляция местами повреждена.

Прислонилась к стене и закурила. В пачке осталось ещё две самокрутки, и я с сожалением убрала её в сумку. Не успела пополнить. Мягкая и обволакивающая сладость табака, разработанная лично мной, в сочетании с определённой комбинацией трав заполнила лёгкие. Насладившись, выпустила тонкую струйку дыма и покатала оставшуюся лёгкую горечь на языке. То, что надо. На запах потянулись любопытствующие, но, наткнувшись на мой мрачный взгляд из-под полей шляпы, поспешили убраться обратно. Травки слегка приглушили мою злость и раздражение. И тут же меня потянуло ко сну, что намекало на недостаточный отдых.

Но расслабляться было нельзя. Потёрла руками лицо, попрыгала на месте. Остановка затягивалась и, выждав критические десять минут, затушила окурок и направилась к своей курирующей группе.

На меня посмотрели, как на дьявола и спасителя одновременно, однако я лишь молча указала на выход. Лица некоторых вытянулись, но спорить они побоялись. Только выйдя в общий тамбур, у меня тихо спросили.

– Куда?

– В город, – сухо ответила я. – Или в ближайший населённый пункт.

Несколько раз ударила сапогом по заевшему блокатору, который автоматически срабатывал при непредвиденных ситуациях, и поняла, что сейчас его необходимо было разблокировать вручную. Старая железяка…

– А вы уверены, что стоит покидать вагон? – с сомнением потянул один из мужчин, на что я молча сдвинула непослушный рычаг с места.

– Мы что, пойдём пешком вместо того, чтобы подождать? Я слышала, что поезд скоро починят и он тронется.

Ага, конечно. Ждать темноты, чтобы потом найти горстку обглоданных костей? Но говорить про это, в слух, разумеется, я не стала.

– Темноты ждать небезопасно.

Зафиксировала рычаг и с силой надавила на дверь. Она скрипнула, и в тамбур сразу потянуло теплом. За нами никто не последовал, и я усмехнулась. «Было бы неприятно раздавать тумаки истерящим», – подумала я и спрыгнула на перрон. Под ногами взметнулась, но сразу осела пыль. Значит, зона со слегка повышенным давлением и тяжестью. Пережить можно. Оглянулась. Время удачное – в радиусе километра никого крупнее белки не видно.

За мной последовали всего пять, нет, семь человек. Я не была уверена, что за нами не пойдут остальные, но даже если и так, то присматривать за ними, так же, как за своими, я бы не стала. Чем нас меньше, тем проще.

Подтянула лямки рюкзака, шнурки у своих подопечных и кивнула. Время в каждой локации любило играть с гостями дурную шутку, часто подкрадываясь резкой и неожиданной темнотой. Ночи здесь не так безопасны, как могло показаться на первый взгляд, а назвать вагон оборудованным в достаточной мере я бы поостереглась.

Такой небольшой группой мы оставили наш транспорт и направились в сторону города, виднеющегося даже отсюда.

Что-то упорно, но мягко сверлило мне затылок, пока я оглядывалась по сторонам и прикидывала маршрут. Двигались мы уверенно, группа не показывала усталости, но на нашем пути до сих пор не попалось ни одного источника воды. Мне нужно было обдумать, где бы мы могли добыть воду и как можно скорее. В здешнем участке было довольно тепло. Хорошо хоть солнце было прикрыто пеленой и не жарило в полную силу, так пить хотелось реже. Незаметно для других я переместилась в конец группы и, как только за спиной раздался новый шорох, остановилась и обернулась. На меня, сжавшись от страха и неожиданности, словно не думая, что их заметят, смотрели испуганные, упрямые и просящие глаза. Понимаю. Оказаться неизвестно где и с кем – удовольствие явно не из приятных. Но, проследовав за нами, вы сами решились на этот шаг. Гости молчали.

Шаги моей группы немного отдалились и затихли. Даже не оборачиваясь, я почувствовала их любопытство и опаску.

– Что? – наконец бросила я, чтобы избавиться от этих раздражающе зудящих взглядов.

Девушка, оказавшаяся ближе всех, шагнула, ко мне, сжимая кулаки.

– Вы… Не оставите, не бросите нас здесь? – под конец она стушевалась, но продолжала испытующе смотреть.

Бросить… Покатала слова на языке, рассматривая новеньких. Заманчиво и весьма… Три лба. Не думаю, что у них с собой достаточное количество воды и припасов. Отвернулась и краем глаза заметила, как вперёд выдвинулась крупная тётка.

– Мы платили за проход! За сопровождение, – словно обухом прозвучало за спиной, но почти сразу её голос дал петуха, когда рядом раздался резкий звук.

Пришлось остановиться. Бездна. С одной стороны, вот кем-кем, а спасительницей я никогда не была. Это даже звучало до слащавого нереально. Насмотрелась я на таких псевдо-спасателей. Не впечатлило.

А с другой… Судя по всему, их сопровождающий отказался продолжать путь, и теперь мне, как свободному перевозчику в обозреваемом пространстве, нужно решить эту задачу. Например, сдать их на одной из ближайших баз, подать заявление и забрать частичную оплату за чужих мне людей. Нас, перевозчиков, было немного – довольно специфическая профессия, связанная с риском для жизни, где доверие – весьма ёмкая часть нашего промысла. Я бралась за заказы и честно выполняла их, иногда с небольшими временными *сдвигами, но и только.

Мысль полетела дальше, заставляя меня немного злиться. Да, новенькие будут тормозить всех, но ведь никто не был застрахован от того, что эта поездка окажется несколько более рисковой, нежели обычно, в рамках совмещения территорий. И хотя я пока не знала всей протяжённости маршрута, сложности входили в стандартный контракт.

Ещё раз посмотрела на троицу. Девушка, почти подросток; тётка, вцепившаяся, в котомку за своими плечами и мужчина, не привлекающий внимание, но явно несущий с собой свой тёмный секрет. В отличие от своего женского батальона он молчал, совершенно не проявляя особого волнения. Чудесно. Внутри всколыхнулось раздражение и на саму ситуацию в целом, и на себя. Я сделала резкий вдох, качнулась с носка на пятку и бросила, как выплюнула:

– Как хотите.

Через пару секунд приободрённые новички нас догнали, отчего я ещё больше нахохлилась.

Могли бы и отказаться. Ради приличия.

Мы шли. Шли и шли, и постепенно замечали детали, которые сразу не бросились в глаза. Поезд, так легко выбросивший мелких букашек на разделочную доску для монстриков, обитающих во всех уголках Перекрёстка, остановился в заброшенном, хотя, скорее, в полуразрушенном небольшом городке. Под ногами тихо перекатывались и шелестели камешки.

Редкие разговоры постепенно стихли, и теперь по улицам разносился лишь шелест одежды и редкий хруст под ногами. Повезло, что чисто интуитивно все смогли приобрести более-менее нужную одежду для перехода.

До Перезагрузки было слишком много времени, а стык*, способный перебросить нас, был гораздо дальше желаемого. Мы прошли уже половину города, но никого живого, кроме нас, не встретили. Шла с комфортом. Песок мягко пружинил под ногами, а вокруг меня была зона, которую никто не стремился пересечь, хотя я прямо кожей чувствовала ряд вопросов, вертевшихся у них на языке. Меня всё устраивало. Поправила платок под шляпой, жалея лишь о том, что более лёгкая ткань осталась в Гнезде, и поморщилась, ощущая некоторую духоту. Хотя что-то я преуменьшила свои ощущения. Под плотной тканью кожа невыносимо чесалась, что не доставляло мне приятных минут.

Мысли плавно перенесли меня домой, в Гнездо. Место, ставшее мне домом.

Мы, словно птенцы, изредка собирались вместе, решали проблемы, вопросы и помогали друг другу. Каждому из выбравших этот путь гнездо подарило свой угол, семью и ту уверенность, которую мы теряли в попытках найти себя и своё предназначение. В это место я попала ещё ребёнком, постепенно набравшись опыта, благодаря которому и смогла стать весьма востребованным и желанным Перевозчиком.

Под ногами зашуршали обломки асфальта, и я вернулась из своих мыслей в настоящее. Остатки дороги в этой части города хорошо сохранились, но мне не понравилась энергия, которой было пропитано это место. Она была тяжёлой и сильно отличалась от общего городского фона. Помимо прочего, нам пришлось обойти несколько подозрительных тёмных пятен под ногами, словно в прошлом здесь что-то взорвалось, силой раскидывая ошмётки по кругу. Мысленно сделала пометку и прикинула, какого размера могли быть существа. Выводы мне не понравились. Хотела ли я знать, что же здесь произошло? Не очень. Только если в качестве мер предосторожности.


*Сдвиг – перезагрузка времени. В каждом участке она имеет свой временной диапазон.

*Стык – граница между локациями.

Начинало темнеть. Сдвиг во времени произошёл скачкообразно и, как всегда, неожиданно. С того момента, как мы выдвинулись, прошло полтора часа, и, если изменение времени происходит каждые полтора-два часа, то времени до темноты у нас было примерно на два хода.

Прищурилась и внимательно осмотрела свою группу. Пыльные, силы пока есть. Пожалуй, пройдут спокойно ещё столько же, но безопасное место пора присматривать уже сейчас. Хотя бы вот это целое и прикрытое здание, нежели те, что попадались нам по пути.

На дом, оказавшийся куда лучше других, мы наткнулись неожиданно. Свернули за угол, чтобы избежать очередного тёмного участка территории, и вышли на небольшой пустырь, уткнувшись в остатки колодца. Как и ожидалось, воды здесь не было, а вокруг него с избытком располагались частные дома, от которых остались лишь пара остовов, открывающие прекрасный вид на окрестности.

Стоит ли идти в пустырь? Или продолжить путь по городу? Но группа выглядела слишком жалко, и я дала отмашку на привал.

Спутники с нескрываемым вздохом облегчения присели на потрескавшийся фундамент в тени покосившейся стены и принялись жадно пить. Я проследила, чтобы расход воды был не больше нормы, а после… С разбега ухватилась рукой за крупную балку сверху и ловко вскарабкалась, аккуратно опираясь о рассыпающийся под давлением настил. Огляделась.

Я не смогла подобрать слов, потому что вокруг… Было красиво. Небо, всё ещё светлое, постепенно окрашивалось в более мягкие оттенки, отчего освещение становилось по-домашнему уютным.

Не знаю почему, но сердце на миг кольнуло тоской о жизни среди тех, кто не беспокоится ни о чём, живёт спокойно, размеренно и может позволить себе больше других. По мне ли такая жизнь? Не знаю. С самого своего детства я то и дело сталкивалась с изнанкой этого мира, с его непривлекательной частью и, пожалуй, сейчас, эта изнанка уже меня так просто не отпустит. Да и цель, ради которой я живу далека от мирной и простой жизни.

Совсем рядом послышался хруст, кряхтение и над крышей показалась макушка. Один из мужчин группы внимательно и серьёзно взглянул на меня и вопросительно замер, но я промолчала, позволяя ему самому решать, забираться наверх или оставаться внизу. Голова исчезла, а спустя пару секунд кряхтение усилилось и, с силой оттолкнувшись, рядом показался он сам. Со спортом мужчина явно дружит. Забросив ногу, он перекатился и уместился на крыше, насколько это позволяло пространство и, с любопытством, огляделся.

– Куда дальше?

А дальше… Только сейчас, оторвавшись от пейзажа и своих мыслей, я посмотрела на серые камни, с избытком разбросанные по земле. Что-то тянет меня, словно завлекает в свои мысли, и это мне совсем не нравилось. Не хотелось, чтобы из-за растерянности или усталости кто-то пострадал.

Взгляд побежал дальше. Да, как я и думала, это была зона, углублённая в город, но достаточно просторная, чтобы обломков было гораздо меньше. Судя по протяжённости, таким темпом путь за город займёт от силы часа два, и это – если по пути нам не попадётся никаких сюрпризов…

– Смотрите! – взбудоражено вскрикнул сосед и ткнул вправо.

Я проследила за рукой и заметила то, на что не обратила внимание. За ближайшими остатками домов, выглядывая уголком, стоял весьма большой уцелевший дом, способный вместить всех. Кивнула, благодаря за помощь, и довольно прищурилась. То, что надо.

– Отлично. Значит, выдвигаемся.

– Кирилл.

Я посмотрела на протянутую ладонь и, подумав, пожала её.

– Магда. Благодарю за помощь.

Он улыбнулся, но я уже исчезла внизу. Мы спустились и, подгоняемые оживлённой группой, двинулись дальше.


До дома мы шли примерно полчаса. Расстояние сыграло с нами шутку, но меня это устраивало. Будет время для подготовки на случай нападения. Вблизи я заметила, что время пощадило здание значительно больше, чем всё вокруг, и это немного настораживало, несмотря на то, что здесь не веяло никакой чужеродной энергией, а следы вокруг дома были едва уловимы, словно сюда не любили захаживать.

В дом зашла первой, не особо доверяя чутью, и успокоилась только после того, как осмотрела внутренние помещения на наличие ловушек и посторонних. Но, как и во всём городе, в доме царила пустота. За нами никто не шёл, гостей мы не ожидали, и я приказала всем располагаться.

– Не забывайте следить за окружением и подавать сигналы в любой непонятной ситуации. Вас слишком много, поэтому без самодеятельности.

Помимо крепких стен, полумрак и прохлада помещения стала ещё одним приятным бонусом. Опять кольнуло некое несоответствие, между пространством снаружи и внутри дома, но ответа на этот вопрос пока не было. Чуйка наконец начала просыпаться, но ничего толкового не сообщила.

Необычное расположение комнат мы отметили сразу. Посреди помещения находилась странная архитектурная задумка – небольшая круглая колонна. От более детального анализа меня отвлекли бытовые мелочи – сортировка вещей и обсуждение, в каком порядке будет разделена вахта между нами. Так что на время я оставила в покое ещё один из вопросов.

– Нас десять, и я предлагаю разделиться по двое, чтобы было безопаснее и легче охранять.

– Но нас одиннадцать! – поднял руку парень.

– Представься, пожалуйста.

Решила, что знакомство не только не помешает, но и поможет сотрудничеству.

– Л-лимп.

– Приятно познакомиться, Лимп. Ты совершенно прав, – постаралась максимально смягчить тон, чтобы напряжение вокруг немного спало, а после продолжила: – На себя я возьму одиночную вахту, чтобы не разбивать рабочие двойки. Один бдит, второй страхует. Ещё вопросы есть?

Больше вопросов не было и, казалось, что ко мне и моей манере разговоров начинают привыкать. Помимо прочего, дала каждому по небольшой питательной капсуле для перекуса, покатала оставшиеся между пальцами и сложила обратно в сумку – хватит ещё на один раз. После прошлого рейда не успела прикупить, а сейчас было уже поздно сожалеть.

Сама же перебилась галетами и сухим мясом, после чего отправилась вглубь здания. Вопрос воды по-прежнему стоял остро.

Вход в подвал я нашла случайно. Такое чувство, что его пытались загородить и замаскировать от непрошенных гостей, но со временем древесина иссохла и слегка отступила от стены. С треском доломав оставшуюся, потянула её на себя, где и обнаружила небольшую дверь. Толкнула, и та поддалась. В лицо полетела пыль, но воздух оказался не таким затхлым, как ожидалось, он скорее был даже прохладным…

Чувствуя небольшой азарт, я расширила проход, протиснулась внутрь.

Здесь было довольно светло. Сквозь трещины в потолке подвал освещался в достаточной мере, чтобы увидеть всю ту же колонну по центру, винтовую лестницу, идущую по стенам, и какие-то ящики, стоящие внизу.

Секрет свежего воздуха оказался раскрыт. Здесь было прохладнее, чем наверху. Сквозь щели его поступало достаточно, но стоило мне начать спуск, к общему помятому виду добавились разводы от пыли, что скопилась здесь за всё время. Для устойчивости мне пришлось крепко ухватиться за перила – лестница местами была слишком хрупкой. Шла, в основном, при помощи чутья, понимая, что такой путь вниз смогу преодолеть только я одна.

Внутри меня разгорались любопытство и азарт. Нечасто я при своей работе находила заброшенные, но всё ещё достаточно целые места, в которых скрывалась какая-то тайна. Да и если отремонтировать лестницу, то можно будет организовать достаточно комфортную базу и спрятаться внизу, если наверху станет жарко или душно.

Пыль взметалась в воздух при любом движении, от этого стало сложнее дышать, и я чихнула несколько раз.

– Будь здорова. Спасибо, – пожелала сама себе и обошла колонну.

Цепочка следов тянулась и вывела меня к практически незаметному пятну в углу, где находилось углубление в полу, похожее на водосток. Неужели я нашла то, что искала?

Кран заржавел, и мне, чтобы сдвинуть его с места, пришлось несколько раз ударить рукояткой от ножа. Вентиль со скрипом провернулся, и я замерла, прислушиваясь к утихающему звону. Больше всего я переживала, что на звук потянутся любопытствующие, но, к счастью, спутники были вымотаны, отчего расспросов получилось избежать. А в награду мне после небольшого шума из крана тонкой струйкой потекла вода. Грязной струйкой, но вода была, и мне стало спокойнее.

Дождусь, пока сольётся муть, и наберу с собой, сколько вместится.

От нечего делать обошла по кругу комнату и вернулась к лестнице. Странное место. Помимо ящиков и крана с лестницей, здесь ничего не было. Место недостаточно широкое, чтобы здесь что-то хранить, так для чего же сделали этот подвал?

Нет, я благодарна, что из-за такой архитектурной задумки вопрос с водой закрыт, но что-то не давало мне просто насладиться достигнутым. Осторожность, любознательность или тревога? Чтобы понять, какие мысли в голове преобладают, начала новый виток хождения вокруг комнаты, положив руку на колонну. Гладкая, равномерная. Пальцы прочертили линию, стирая пыль, и под ней оказались небольшие узоры. Ради интереса обвела несколько особо закрученных, как вдруг кожу что-то кольнуло.

Резко убрала руку, сжимая пальцы, с удивлением наблюдая, как прямо на моих глазах узоры посветлели до цвета самой стены, а после, с тихим шуршанием, часть стены отошла вбок.

– Твою периную душу! – вырвалось от неожиданности.

Не зная, что и думать, осторожно подошла ближе, но больше ничего не происходило. Я, комната и неожиданно открывшаяся колонна.

– Если это и ловушка, то слишком сложная и слишком старая… – успокоила сама себя и выдохнула.

Осторожно сделала небольшой шаг вперёд, на секунду оглянувшись. Вода по-прежнему стекала в раковину, уже чуть чище, чем в самом начале, а наверху было тихо. Перехватила нож удобнее и заглянула внутрь.

Свет, проникающий откуда-то сверху, теперь освещал комнату в лёгком розоватом цвете. С удивлением отметила, что колонна оказалась довольно узкой комнатой, одна половина которой была разделена горизонтальной тонкой поверхностью, на которой что-то лежало. Пару раз тыкнула ножом в стены внутри помещения. Хмыкнула. Руки так и чесались взять то, что лежало нетронутым множество лет.

Поэтому, не теряя времени, набравшись смелости, шагнула внутрь и ткнула в непонятное нечто лезвием. Лезвие прошуршало и отозвалось лёгким звоном. Под слоем пыли оказалась ткань, точнее мешок, внутри которого лежало что-то твёрдое. Любопытно.

Не знаю, чем я думала в тот момент, скорее, безалаберно откинула безопасность и осторожность, раз решительно потянулась рукой к мешочку и дёрнула за хвостик завязки. Он словно только этого и ждал – слегка покосился, а в ослабленной горловине сверкающей струйкой замелькали монеты. Золотые.

Дыхание на мгновение прервалось. Я слишком давно не видела *золото, чтобы сразу осознать, почему блестящие жёлтые кругляшки вызвали столько противоречивых мыслей.


Золото – чистое (нейтральное) и чужеродный организм (паразит), только притворяющийся настоящим золотом. Чистое золото наделяет существо возможностью исцелять, фальшивое же поглощает носителя, помогая исполнять мечты. Чем больше оно используется, тем быстрее погибает носитель, а сам паразит вырастает в размерах. Убрать его может только чистое золото, которого осталось немного.

Всё дело в том, что уже несколько десятков лет золото здесь, на Перекрёстке, находится под запретом и, судя по гуляющим неутихающим слухам, иногда находятся смельчаки, что приносят этот драгоценный металл, однако сейчас это скорее редкие истории, чем действительно реальные события. Запрет произошёл то ли из-за болезни…

Нахмурилась, пытаясь вспомнить. Не думаю, что золото действительно опасно, а слухи пошли, чтобы отбить у желающих пользоваться этой валютой. Стоит ли золото того, чтобы проверять или опровергать услышанное?

Не зная, что предпринять, оглянулась на заманчивый выход.

Я могла выйти, забыв про эту комнату, странный мешок и золото, или принять приглашение, рискуя проверить на себе, действительно ли металл настолько опасен. Большую часть, конечно, придётся отдать Гнезду, но остальное уже будет моим. Я смогу позволить себе оплатить долги, приобрести участок на одной из спокойных, стабильных граней для нас с отцом… Внутри стало так заманчиво и даже жарко, что я облизнула зубы и мечтательно улыбнулась. Можно было бы… Стоп-стоп. Помотала головой, приходя в себя. Золотая лихорадка? Смешок вырвался сам собой.

Не об этом ли меня предупреждали? И, ко всему прочему, не стоит забывать о тех, кто захочет отнять у меня слишком лакомый куш, в особенности, если я буду слишком неосторожна. Несмотря на то, что золото было запрещено, его по-прежнему жаждали получить.

Мысль поскакала дальше, пока я рассматривала узоры, а, если точнее, в них угадывались незнакомые мне руны, нарисованные на внутренней стене колонны. И, даже если представить, что мешок оставил кто-то целенаправленно, то это было довольно давно и… Забыли? Вряд ли. Присела и внимательно осмотрела стыки между полом и уходящим довольно высоко потолком. Свет стал ещё более красочным, и я осознала, что нахожусь здесь уже довольно много времени и стоило бы вернуться. Комната же полностью герметична и, если бы я случайно не потревожила её, то монеты по-прежнему спокойно лежали бы внутри. Значит, их спрятали для безопасности.

Ещё раз посмотрела на выход. Почему-то даже захотелось отсюда уйти, и я сделала шаг. Только пальцы, словно по своей собственной воле, потянулись к столу и, секунду спустя, я уже задумчиво покачивала в руке мешочек, заботливо перевязанный лентой. Думаю, стоит их забрать. Мешочек уютно улёгся за пазухой.

Только вышла за порог, как дверь неторопливо захлопнулась, а затем, прямо на моих глазах, срослась со стеной, став единым целым. Будто выполнила свою миссию.

Вода к этому времени текла максимально чистой струйкой, потому быстренько попила и доверху наполнила бурдюк. Не перекрывая воду, поднялась в несколько ходок, перетащила бутыли других и тем же способом пополнила запасы воды. К этому времени струйка стала тоньше и я, испытывая лёгкое сожаление, перекрыла её, опасаясь, что живительная влага совсем перестанет течь.

Вышла в общий зал.

– Здесь довольно безопасно и есть вода. Переночуем день, два, а после пойдём дальше.


Глава 2


В углу было довольно уютно. Со стороны остальных до меня не доносилось ни шороха, только тихое сопение. Усмехнулась – утомились птенчики.

Сейчас, когда никто не следил за мной, я могла подробнее рассмотреть монеты и перекатывала одну из них в пальцах. На одной стороне изображён чей-то профиль, а обратная сторона гладкая и ровная, словно кто-то решил ничего не изображать. Необычно и странно создавать такие монеты, не желая увековечить герб или любой другой именной знак.

Со стороны спящих раздался тихий шорох, и монета незаметно вернулась в мешочек. Прислушалась, но было тихо. Спрятать золото, куда бы то ни было ещё, я не рискнула, потому хранила при себе. Не думаю, что кто-то осмелится обыскивать меня. Обыскивать Перевозчика было бы знатной глупостью. Нельзя было предугадать, что он носит с собой, какие особенности мог приобрести, проходя через границы. В моём случае это была чуйка на стыки между локациями, улучшенная регенерация и ещё многое по мелочам…

Отдежурив оставшиеся два часа, я разбудила следующих и отправилась на боковую. На краю сна в голову пришла мысль: как жаль, что питательных капсул осталось так мало, ещё бы несколько упаковок… И я уснула.

Спала достаточно, чтобы отдохнуть, хотя пробуждение вышло не самым комфортным.

Рано утром оказалось, что кто-то забыл в поезде лекарства, жизненно необходимые ребёнку, и, что логично, началась свара, которая меня и потревожила. Но стоило мне подняться, как участники спора затихли, лишь беззлобно шипя друг на друга. Мне было всё равно.

Потянулась к рюкзаку. Слегка кудрявые волосы, доставшиеся мне от природы, периодически требовалось прочёсывать. Не знаю, почему до сих пор их и не состригла… Так, а что это?

На дне моего рюкзака я обнаружила несколько неучтённых упаковок с капсулами. Откуда? Не помню, чтобы брала с собой в дорогу запас.

Огляделась. На меня никто не смотрел.

– Кто-то лазил в мой рюкзак?

Вопрос прозвучал вроде бы спокойно, а от меня отстранились на несколько шагов, отрицательно мотая головой.

– Ладно, забейте.

Хмуро развернулась к сумке и размяла шею. Несмотря на загадочное появление капсул, настроение было поганым. Эта ночь, на удивление, прошла спокойно, хоть я и ожидала всего. Редкие следы животных показали, что мы здесь не одни. И мне по-прежнему не нравился этот дом и свои… Так, а это что?

Встала и быстро подошла к приоткрытой двери. Замерла, рассматривая песок под ногами.

– Ночью кто-то выходил наружу? – резко спросила я.

Разговоры за спиной совсем затихли, и до меня донеслось озадаченное: «Н-нет».

Обернулась, словив парочку настороженных и озабоченных взглядов в мою сторону. Видимо, спутники уже сомневались, а того ли они Перевозчика решили нанять и всё ли у меня в порядке с головой.

– Тогда что это?

Я отошла в сторону и указала рукой наружу, предварительно толкнув дверь, чтобы она распахнулась шире.

Ко мне неохотно поплелись две женщины, насколько я помнила, они были, в последней второй двойке, и замерли в дверях. И было от чего. За границей дома, на расстоянии всего в несколько шагов лежала огромная туша животного.

– Это… – хрипло указала я на труп.

– Что это? – голосок дрогнул и женщина попятилась.

– Вот и я хотела бы знать, – оскалилась и пробежала я злыми глазами по бледным лицам. Частично вина была и на мне, но я настолько утомилась, что спала слишком крепко, что больше всего и злило.

Взгляд пробежал дальше: по запыленным ботинкам, криво заправленной куртке. И остановился на лице второй. Бледная женщина взглянула на меня и отвела взгляд.

– Понятно, – по моим губам зазмеилась ядовитая улыбка. Я сделала рывок и оказалась вплотную к ней: – Кто-то решил пренебречь безопасностью всех нас и хорошенько выспаться?

Казалось, моим тоном можно было смело нарезать масло для бутербродов. Где-то справа раздался резкий вдох. Женщина сглотнула, по-прежнему бледная, и, смотря на меня, как кролик на удава, всё равно дерзко вскинула голову.

– Не было такого!

– А твой партнёр по вахте? – развернулась и остро посмотрела на вторую, что испуганно перебегала взглядом с меня на женщину: – Тоже, похоже, не прочь вздремнуть… на том свете!

В конце я громыхнула, отчего девушка вздрогнула и испуганно затараторила.

– Я лишь прилегла ненадолго, голова разболелась, – казалось, что она сейчас свалится в обморок, – Святка сказала, что присмотрит. Клянусь! Никого не было… Я не слышала… – всхлипывала тараторка.

Святка стушевалась, но продолжила стоять, не отводя взгляда. На миг я даже восхитилась такой смелости, особенно вкупе с невероятной глупостью, стоившей всем нам жизни. За это я и не любила большие группы людей. В одиночку я могла поберечься, присмотреть за одним-двумя спутниками, но в случае, когда нас было больше, шанс нарваться на неприятности был значительно выше.

– За глупость нужно платить.

Подняла руку, резко выбрасывая вперёд и, пока Святка недоумевала, схватила её за косу и потащила на улицу. Женщина взвизгнула и вынуждено посеменила следом.

– Что ты себе!.. Ты хоть знаешь, кто я, и что мой папка с тобой сделает?! – истерично завизжала барышня. – Я не подписывалась делать твою работу! Не смей меня трогать!

Под визги и обеспокоенные шепотки от других, я дошла до тушки и бросила эту идиотку рядом с ней. Женщина затряслась, практически утыкаясь в бок животного. До меня донёсся запах мокрой псины.

– Каждый из вас подписывал договор и знал о возможных опасностях. Особенно о том, что следует делать в случае, если дежурство разделено на вахты, – я посмотрела вниз и равнодушно, спокойно и весьма монотонно, словно гипнотизируя, произнесла: – Из-за тебя мог пострадать кто-то другой.

А из дома всё выходили и выходили оставшиеся, благоразумно оставаясь под защитой дома. Усиливая эффект, присела на корточки и вкрадчиво добавила, заботливо поправив выбившуюся прядку женщине за ухо:

– Сейчас у тебя есть два выхода. Либо ты уходишь одна, если считаешь себя умнее других. Либо оттаскиваешь эту тушу, как можно дальше. Лучше тебе успеть до темноты, прежде чем её товарки придут к нам в гости, – и пошла в дом.

Я не могла закрыть глаза на происходящее, но надеялась, что это послужит всем уроком. Передо мной расступились. По сравнению с пеклом на улице, в доме было прохладно, и это позволило злости немного поутихнуть. Глупцы. Дети.

Пнула ногой скомканный лежак. По Перекрёстку отправились… Как же. Лежак отлетел в сторону, сминаясь, и я зажмурилась, переживая вспышку злости. На миг захотелось кого-то ударить или чтобы пальцы коснулись жетона отца, пробежали по ребристой поверхности, как раньше, вспоминая все трещинки и выбоинки, приводя в спокойствие разум и чувства.

Словно наяву я ощутила знакомую прохладу и шершавость под пальцами. Задумчиво подняла руку, не понимая, почему это ощущение настолько явное, а потом уже наблюдала, как из ослабевших пальцев выпадает слегка примятый кругляш. Знакомый. Слишком знакомый.

Он отскочил от пола, прокатился по кругу и замер, уткнувшись в мой сапог.

Как это?

Что?

Внутри стало пусто и вместе с тем горячо.

Сколько я так стояла и смотрела себе под ноги, не знаю. Отмерла лишь тогда, когда моего плеча коснулась тёплая ладонь.

Обернулась и молча взглянула на женщину, что ранее каялась в том, что заснула. Она поёжилась, втягивая голову в плечи.

– Святка пошла тянуть тушу, – провинившаяся вздрогнула и продолжила. – Я понимаю, почему вы так поступили, мы не так… Не настолько оказались готовы, но мы научимся, честно.

Мне стало смешно от такой непосредственности и, вместе с тем, немного легче. Потому просто кивнула и поправила шляпу.

– Тебя как зовут?

Стоило познакомиться со всеми. Каждый раз забываю о том, что это делает жизнь чуточку легче.

– Маниша, – хлопнула та несколько раз ресницами.

– Зачем, Маниша, ты отправилась так далеко? Зачем рискуешь?

Она скомкала юбку и тихо произнесла:

– К брату иду. Он один остался.

К брату значит.

– Поняла.

Отвернулась, переживая вспышку тоски и наклонилась, поднимая жетон и пряча его в кулаке. Он казался нереальным и зыбким, как и моё состояние сейчас. Единственное, что я смогла произнести, это была команда:

– Через несколько часов будет завтрак.

Маниша кивнула и выскочила за дверь. Помогать Святке или нет, думаю, они разберутся сами. Остальные должны решить, как относиться к случившемуся.

Долгожданный завтрак прошёл хоть и в тишине, но сейчас она была не такой тяжёлой, как поначалу. Святке всё же помогли оттащить тушу, поэтому и управились всего за час. Я скрытно и лично проследила, как далеко отнесли звериное тело, и сейчас наблюдала за тем, как женщина прятала глаза в чашку, но мысли мои были слишком далеки от того, что происходило в реальности.

Жетон, притаившийся рядом с мешочком обжигал грудь, но я не могла его вытащить. Не могла. Сейчас, по прошествии стольких лет, осознать, что я так просто и неожиданно продвинулась в своих поисках, было слишком невероятно.

Откуда жетон моего отца появился у меня в руке? Возможно ли это? Или это сон, навеянный этим местом?

Я опустила голову, уткнувшись губами в чашку, и зажмурилась. Прижала ладонь к груди и почти сразу ощутила твёрдый металл.

Нет. Это действительно и по-настоящему.

– Ты хочешь сказать, что твой дядька в одиночку прошёл половину Перекрёстка?

– Не хочешь, не верь, – фыркнул кто-то из подопечных, – да только вернулся покалеченный, хоть и живой, и сразу слёг с горячкой.

– А откуда мне знать, что его не в драке кабацкой помяли?

– А от того, что дядька мой много понарассказывал, пока бредил. И про дымки болотные, и про гуляющие степи, и про золото…

– Золото? – послышался обидный смешок. – Скажешь ещё мне.

Невольно я начала прислушиваться.

– Да кто поверит, что у дядьки твоего золото есть? – Лимп упрямо встряхнул чёлкой. – Тогда бы вас всех того… – он демонстративно провёл большим пальцем по горлу.

– Да нет у нас золота, знаю я про запрет. Он говорил про того, кто им владеет. Мол, был один, мог желания исполнять…

– С золотом? Поди, денежками разбрасывался и байку на ветер пустил…

Откуда-то сбоку раздался насмешливый гогот. Мужчина побагровел.

– В кабаке, – и Лимп захохотал.

– Ах ты!

За хохочущим Лимпом, спотыкаясь, рванул рассказчик. Запустил кружку, но та была уже пуста и лишь просвистела мимо пригнувшегося весельчака.

Желания. Золото. Всё это напоминало сказку. Если бы не…

– Я бы хотела…

Слегка вздрогнула, когда совсем рядом со мной раздался тихий голос, но это позволило мне вынырнуть из своих мыслей, отлипая от дверного косяка. Снаружи не было ничего интересного, и я перевела взгляд на Святку. От былой дерзости у той не осталось ни следа, и теперь это была просто бледная и испуганная женщина.

– Простите. Я.. – было видно, как трудно ей дались эти слова, – не подумала, что всё так обернётся, я не…

И женщина тихо заплакала, отчего меня кольнула жалость. Где-то очень глубоко. Я отвернулась, допивая напиток, не стала мешать. Постепенно плач затих. Только тогда сказала то, о чём подумала, когда ко мне, переступив гордость, подошла Святка.

– Каждый может допустить ошибку, главное её понять. Иди к остальным. Завтра мы отсюда уходим, пусть будут готовы.

Женщина тихо утёрлась, кивнула и ушла, но на душе у неё стало значительно легче.

Опять посмотрела на улицу. О произошедшем ранее напоминали лишь следы на песке, настораживающие, чужеродные, но вместе с тем являющиеся доказательством того, что следующая ночь может не оказаться такой же спокойной. После этого пошла внутрь, направляясь к подвалу, проходя мимо расслабляющихся путешественников. Мне сейчас предстояло другое.

Сперва решила проверить теорию и понять, как и на что воздействует золото, если верить, что оно выполняет желания. На секунду прижала карман к груди, и мне стало спокойнее от знакомой твёрдости. Жетон не исчезал, он был материален, как и капсулы, которые я осмотрела ранее. Пока не стала их употреблять, заменив перекус тем, что было у нас из общих припасов, но понимала, что вскоре и они пойдут в пищу.

В качестве варианта пропитания стоило рассмотреть существо, что издохло возле дома, но к тому времени оно уже значительно пованивало, и я не стала дразнить желудки особенно нежных особ. Думаю, завтра с утра припасы почти наверняка пополнятся свежим мясом. На Перекрёстке обитало значительное многообразие существ, среди которых, правда, попадались и ядовитые, но настолько редко, что о неудаче я даже не допускала мыслей.

Покивала и вытащила мешочек. Пора заняться исследованиями.

Я достала одну из монет, отложив остальные в сторону, и сконцентрировалась.

Что я о них знаю? Теоретически желания, которые становятся материальными силой мысли.

Значит надо что-то представить. Я не думаю, что материализация происходит при каждом желании. Два раза, свидетелем которых я стала, происходили тогда, когда я действительно этого желала. И каждый раз ведущая эмоция была разной. Голод и тоска. А из этого следует, что эмоция не важна, важнее само сформулированное желание.

Неожиданно, в этот момент, я представила перед собой конфеты, самые простые, в обычной прозрачной обёртке. Наверное, лишь потому, что именно они стали одной из связующих нитей с моим отцом, о котором я вспоминала уже как несколько часов. На секунду мне показалось, что монета слегка нагрелась, но после она стала привычно прохладной. Получилось?

С каким-то детским ожиданием открыла глаза и улыбнулась. Передо мной лежало три конфеты, точь-в-точь, как в детстве. Взяла одну, развернула обёртку и положила в рот. Деловито покатала на языке.

Материализация продуктов. Хорошо. А животных? Положив карамель за щеку, я закрыла глаза и представила стрекозу, желая ощутить прохладу от её крыльев. Вся надежда была на то, что желанная прохлада и станет катализатором образа. Монета опять нагрелась, а рука ощутила желанную награду, неужели?.. Но когда я открыла глаза, вокруг было пусто, лишь на руке лежала небольшая, хоть и искусно сделанная брошь.

– Значит, нет… – с сожалением подумала я, – без материализации живого.

Взгляд заскользил по комнате, ища что-то стоящее, пока пальцы задумчиво водили пальцами по броши. В голову ничего не приходило. Неужели я могу только создавать что-то вещественное или перемещать из других мест? Чтобы не зацикливаться на одном, сменила объект внимания, и теперь с лёгким внутренним трепетом и нежностью смотрела на медальон. Папа. Где же ты?

Может, с помощью золота, я смогу почувствовать, где он? С надеждой зажмурилась, сжимая медальон вместе с золотом. Пусть я смогу найти путь, пусть… На миг золото нагрелось, а после кольнуло холодом.

– Ай! – выпустила его из руки и подула на место укола.

Странно и вместе с тем непонятно. Отчего золото похолодело? Сначала оно, как и обычно нагрелось, но затем… Поднялась, цепляя монету и пытаясь словить скользкую, словно угорь, мысль, но она так же быстро исчезла. Да, результат я не получила, но отсутствие видимого результата не есть истина. Он нагрелся, значит, шёл по следу, и я смогу его найти, хоть и не с помощью волшебства.

Сделала несколько шагов по помещению, и за мной опять поднялось пылевое облако. Отмахнулась, разгоняя пыль, совсем забыв о золоте в руке, и неожиданно ощутила лёгкий жар. Пыль, что светилась в лучах пробивающегося сквозь крышу солнца, неожиданно словно смело в стороны, и вокруг меня появился пятачок чистого пространства. Я так и замерла, не донеся ногу до земли. Что за?

Внутренний исследователь выглянул наружу и довольно зажмурился. А если так?

Следующие минут сорок, если не ошибаюсь, время летело сквозь пальцы, как песок. Я формировала вокруг себя воронку, смерч, песочные насыпи и смогла воссоздать что-то вроде тонкого песчаного барьера, слегка гасящего удары. Однако, чем больше я держала подобный эффект, тем сложнее приходилось держать концентрацию. Под конец единственное, что я чувствовала, была усталость.

Прохлада металла сменилась небольшим, но стабильным жжением, и я догадалась, что обратная сторона того, что золото практически из воздуха формирует в пространстве материальные объекты и создаёт физические воздействия, – это реакция самого металла. Но вот насколько она продолжительна, понять пока не смогла. Подула на металл, тепло не уходило. Перегрелось от желаний, видимо.

Напоследок мне захотелось сделать что-то помимо еды или же смерча, и я замахнулась на большее, мысленно вспомнив расположение комнат на первом этаже. И на волне энтузиазма начала вносить изменения, но так, чтобы ребята не оказались свидетелями чуда. Сейчас дом представлял собой огромную гостиную с выходом на улицу, с двумя стенами по обе стороны, за которыми мы соорудили спальное и отхожее место. Я же захотела сделать так, чтобы, помимо этих двух закутков за стеной, образовалось ещё несколько, но только закрытых комнат, куда можно будет спрятать самых слабых и, по необходимости, организовать госпиталь.

Для большей уверенности села, прислоняясь к стене, и сжала в кулаке две монеты. Заметила, что та монета, на которой я проводила испытания, как будто немного уменьшилась. После мысленно расчертила две обычные коробки и двери, как продолжение дома, но не стала их полностью открывать. Если бы на улице кто-то находился, думаю, что дом, увеличивающийся на его глазах, стал бы слишком большим потрясением. Я и сама до сих пор не могла в это поверить.

Это задание оказалось посложнее предыдущих и не только в плане визуализации. На секунду мне стало тяжело дышать, словно я поднимала что-то невыносимо тяжёлое, в ушах зазвенело, а затем резко отпустило. Неужели прошло?

Пошевелилась, отчего голова чуть закружилась, но через пару минут всё пришло в норму. Только рука с зажатыми в ней монетами продолжала гореть. Надеюсь, всё получилось, испытать подобное ещё раз, как мне кажется, было бы слишком рискованно.

То, что я ощущала, в эти долгие минуты, мне не понравилось, но по-другому не могла. Не тогда, когда только от чуда зависела безопасность всех нас.


Глава 3


Думаю, на сегодня экскурс в практику с чудесами можно считать закрытым. С трудом подняла руку и, кривясь при каждом движении, осторожно разжала пальцы. Ладонь изнутри покраснела, представив моему взору чуть уменьшившиеся в толщине кругляшки, а на ладони, повторяя контур монет, остались золотые следы. Словно под кожу впитались маленькие частички золота. Трение от золотого следа не избавило, а вот покраснение постепенно спало.

Приподнялась и размяла занемевшее тело. Золотой налёт… Возможно, он возник из-за того, что частицы металла сильно взаимодействовали с кожей. Я использовала две монетки и теперь рассматривала то, что осталось от прежде новеньких золотых. Странно… Всё, что я могла предположить, это то, что материя, видоизменяясь, истончает само золото. Задумчиво покачала головой и бросила их в мешочек к остальным.

Подъём по лестнице был тяжёлым. Ноги, словно набитые камнями, сопротивлялись командам мозга. Когда я, всё же, поднялась наверх, солнце ещё не до конца опустилось к земле. Успела. У меня оставалось ориентировочно два сдвига до сумерек, а потому следовало поторопиться.

Оживление, царившее в доме днём за сборами, спало, а лица людей стали намного серьёзнее. Каждый за это время упаковал свои сумки и был готов к завтрашнему пути. Думаю, на этот раз все будут настороже, а я присмотрю за всеми по возможности.

Прошла мимо и подошла к стене, где воссоздала новую комнату и внимательно осмотрела стену. На первый взгляд, как и на второй, ничего не изменилось.

– Что ты ищешь? – раздался заинтересованный голос.

Не оглядываясь, пробежала пальцами по стене и усмехнулась. Какой любопытный мальчик. Но тем не менее ответила.

– Проверяю теорию, есть ли здесь ещё комнаты. Дом довольно большой. – деловито ощупываю швы и стыки, замечая, что в одном месте стена чуть прохладнее остальной.

– Не думаю, что здесь что-то есть. Мы всё провери…

Раздался тихий щелчок и дверь, ранее незаметная, тихо отошла от двери. За спиной повисло удивлённое молчание, а я, не дожидаясь дальнейших вопросов, распахнула двери, заглянула внутрь и чуть улыбнулась:

– Думаю, здесь стоит устроить госпиталь.

Следующую дверь нашла уже привычным способом, а после прошла в зал. За мной, словно заворожённый, двинулся Лимп. Взяла в руки рюкзак, бегло осмотрела его недра на наличие забытых вещей и остановилась у двери, поправляя замятую куртку. У нас оставалось не так много времени – я слишком долго была внизу. Посмотрела на людей, словив несколько любопытных и настороженных взглядов.

– Мне нужно двое мужчин, чтобы обойти места вокруг и найти всё ценное для защиты дома.

Тон мой был довольно сух, но никто не стал возмущаться. Было, Лимп сунулся ближе, но наткнулся на мой предостерегающий взгляд и вернулся на место, обиженно хмуря брови. Спустя несколько долгих секунд мне на встречу шагнули двое крепких мужчин: тот, кто пришёл в новой тройке, и один из моих.

Бросила на новенького вопросительный взгляд.

– Гунк, – кивнул тот и опустил глаза.

Голос его, под стать владельцу, был чуть суховатым и тихим. Кирилла я знала, а потому молча кивнула обоим. Мы покинули дом, и, внимательно осматривая насыпи и камни вокруг, пошли чуть правее от того места, откуда мы вышли ранее. Насколько я помнила, с той стороны, откуда мы пришли, нам не попалось ничего полезного. С другой же стороны, издалека, были заметны тёмно-зелёные участки.

Кирилл подошёл совсем близко, несмотря на мой отстранённый вид. Осмотрел неизменно пустынный пейзаж, вздохнул и, наконец, спросил:

– Что именно мы ищем?

Искоса на него посмотрела, а после опять занялась контролем прилегающей территории:

– Думаю ночью к нам могут пожаловать гости, а дом недостаточно укреплён.

Кирилл согласно кивнул, тряхнув тёмной чёлкой. Гунк тихо шёл следом, так же внимательно бросая взгляды по сторонам. Почему именно он пошёл с нами?

– И ещё я хотела бы посмотреть, что из зелени произрастает в этом месте. Нам предстоит долгое путешествие, хотелось бы найти дополнительный источник пищи.

Шли уже минут десять, и Кирилл явно заскучал, пиная попадавшиеся по пути камни. Это было недальновидно. Судя по всему, среди нас он был самым неопытным и любопытным. Учла на будущее, что стоит за ним присмотреть, но пока не видела смысла его останавливать. Живых поблизости нет, опасность нам не грозила.

Остановилась, рассматривая следы на земле.

– Что здесь произошло? – с грустью прозвучало за спиной.

Проигнорировала вопрос, опускаясь вплотную к земле. Совсем недавно здесь кто-то был и разрывал землю. Потянула носом, но постороннего запаха, кроме обычной пыли, не было. Здесь, на удалённом от города участке, асфальта и дорог не было, всё занесло странными песчинками, которые лениво шевелил ветер. Внешне они были похожи на песок, но намного легче. Больше ничего интересного не было, я махнула ребятам, и мы пошли дальше.

Подлесок, к которому мы приблизились спустя всего пол часа, оказался довольно скудным, но сами листья были кладезем полезных элементов. Достала из сумки небольшой кусок ткани, пока парни переминались с ноги на ногу, не зная, чем себя занять.

Значит раздадим команды.

– Рассредоточьтесь по периметру, если найдёте что-то полезное, берите.

– Зачем тебе нужны эти листья?

Практически под руку сунулся Кирилл, сверкая зелёными глазами, и я ненадолго отвлеклась от расчётов.

– В них есть что-то полезное?

Я не совсем понимала причину такого его поведения, а потому чуть нахмурилась.

– Помимо прочего, в них полезный источник витамина С, позволит заменить на некоторое время фрукты.

– Тебе помочь?

Подступил ещё ближе, и я резко отстранилась.

– Нет. Лучше займись делом, – буркнула и отошла, от него, на несколько шагов.

Мужчина чуть разочарованно отступил, осмотрелся и пошёл в сторону скопления камней. Раньше здесь, по-видимому, было что-то вроде сторожки.

Пока я собирала листья, вернулся Гунк, коротко отчитался, что в пределах территории ничего стоящего нет, только если попробовать отрезать или отломать более крупные ветви с деревьев, но я отказалась, решив, что поступить мы так сможем и на обратном пути, если ничего не найдём. Аккуратно сложила добычу в сумку, оставив на ветвях некоторое количество листьев, чтобы совсем не иссушать местную флору, и направилась в ту сторону, куда ушёл Кирилл. Его не было слишком долго.

Гунк чётко и осторожно шёл следом, оставив свой пост, и я невольно начла задаваться вопросами. В его движениях, жестах и некоторых моментах явно прослеживалось, что он занимался военной деятельностью. Служил?

– У тебя хорошая подготовка, – аккуратно начала я, стараясь не показать излишней заинтересованности.

Долго играть в молчанку он не стал и, спустя секунд двадцать, а я считала, ответил:

– Я… Немного служил.

Немного. Хорошо.

– А сейчас куда направляешься, Гунк? Если, конечно, это твоё настоящее имя.

Не знаю почему я решила так резко переключиться, но это сработало. Мужчина ненадолго замер, а после опять пошёл рядом. Он молчал, но на большее я и не надеялась:

– Не хочу вникать в твои тайны, но хочу понять, кто в моём отряде.

Мужчина коротко кивнул. Его настороженность чуть уменьшилась, но теперь в его взгляде появилась некоторая задумчивость.

Думаю, мы друг друга поняли, к тому же сожалеть о заданном вопросе я не стала, лишь показала свою наблюдательность. Гунк знает, что я догадываюсь о его подготовке, и знает, что я буду держать эту информацию в секрете. Будет присматриваться, конечно, как и я, но это намного лучше неопределённости.

– Эй!

Резкий возглас впереди прервал мысли, и я присмотрелась. Впереди стоял Кирилл, махая нам рукой.

– Посмотрите, что нашёл! – и исчез за камнями.

Ускорилась. За большой грудой камней оказалась небольшая впадина и сейчас мужчина что-то активно вытаскивал из-под обломков, рассыпая вокруг себя землю.

– Помогите мне… – он пыхтел и вытаскивал что-то заметно тяжёлое.

В его руках я увидела часть чего-то большого. Похожее на… древесину? Так как в прошлом её засыпало песком и камнями, она осталась более-менее целая, и Кирилл, каким-то немыслимым чудом, найдя её под завалом, теперь вытаскивал наружу. Гунк поспешил на помощь, перехватил дерево, помогая Кириллу немного передохнуть, мышцы его напряглись, чётко очерчивая контур спортивного тела, и спустя несколько рывков перед моими ногами легла крупная балка.

Мужчины довольно отряхивались, пока я крепко обматывала находку верёвкой.

– Отлично поработали, – кивнула, завязывая узел покрепче. – Думаю, на этом, можно закончить.

– К сожалению, больше ничего не нашёл, – пожал плечами Кирилл и подошёл ко мне: – Дай помогу.

Передала верёвку ему в руки и отступила. Сейчас требовалась грубая мужская сила, чтобы перетащить бревно поближе. Поначалу идти было сложно, оно цеплялось за булыжники, но затем ребята вошли во вкус и бодро тянули его по песку. Я помогала по мере сил – убирала с дороги мелкие камни, но основная моя задача была в маскировке следа от бревна на песке и в разведке местности. Парни в работе смотрелись на удивление органично и даже красиво: темноволосый и зеленоглазый Кирилл и платиноволосый с серыми глазами Гунк.

Иногда мы делали остановки, примерно раз в пять-десять минут, и ребята меняли руки. На миг я посетовала, что не додумалась создать бревно сама и поближе, но мы уже тащили своё и бросать его было бы глупо.

Как интересно, порой, переплетаются судьбы. Работа была лёгкая, и я с наслаждением чуть расстегнула верхние пуговицы, вдыхая лёгкий прохладный ветерок. Сейчас в моём отряде было поровну девушек и мужчин, не считая, конечно, ребёнка, и все они разные не только по характеру, но и по цели, с которой согласились нанять Перевозчика.

Для простоты дала всем позывные, чтобы легче было анализировать. Наёмник, торгаш, средние обыватели, нянька, богатая фифа и прибившаяся к ней деревенская девчонка, молодёжь. При этом опыт в путешествиях, хоть и минимальный, имеют все из них. Это то и удивляет. Например, Святка явно не готова к новым для неё жёстким правилам, но тем не менее не ноет, а продолжает путь. Какая у неё цель? Или, например, Лиззи, присоединившаяся к нам в новой группе. Она явно имеет какое-то отношение к наёмнику, однако сейчас он со мной, а она там с остальными. Почему? Не логично оставлять объект, если он нанят для её охраны.

А предположить можно только это. Иначе зачем мужчина крутится постоянно рядом с девушкой, но при этом не проявляет ни единого романтичного жеста.

В Лимпе, скорее всего, играет простое любопытство и драйв, однако у таких весельчаков часто скрываются весьма неожиданные стороны и тёмные секреты, так что стоит за ним присмотреть. Торгаш явно охраняет что-то ценное, так как почти никогда не расстаётся со своим грузом, таская его повсюду за собой. Нянька же, та женщина, что настаивала присоединении к моему отряду, готовилась давно и сейчас чувствовала себя наравне с остальными, хотя на первый взгляд этого и не скажешь. Некоторые привычки показывали, что ей комфортнее в домашней уютной обстановке. Для этого она сблизилась с девочкой, помогая отцу немного облегчить их быт. И за это я была ей благодарна. Никогда не имела дел с детьми.

Мы почти пришли, о чём я незамедлительно сообщила. Ребята немного запыхались, но выглядели довольными. Как и я.

Небо всё больше и больше темнело.

Заканчивался второй день, и я была очень заинтересована в том, чтобы встретить третий. Да, нам повезло, что мы наткнулись на дом, как и в том, что прошлой ночью мы не заинтересовали местную живность, но везение не бывает бесконечным. И, уж подавно, на Перекрёстке.

Мужчины бодро прогремели ботинками по крыльцу, подтаскивая к двери найденный огромный деревянный брус. Остальные сразу же кинулись им помогать, оперативно подвязывая края верёвки к верхней балке, чтобы легко опустить дерево.

Установили всё без моей помощи и так, что частично подпёрли изнутри двери во избежание проникновения. Теперь мы могли легко сдвинуть бревно, блокируя вход. Всем руководил Кирилл, а Гунк, исполнив свой долг, тенью проследовал к девушке и о чём-то её спросил.

Мельком оглядела всех. За время нашего отсутствия освободили общую комнату и заделали окна найденными досками. Хлипкая, но и такая защита давала немало преимуществ. Так же все переместились ближе к задней стене, устроив там небольшую баррикаду из тюков и остатков мебели. Святка по-прежнему немного бледная была рядом с Манишей, та ей что-то активно объясняла, и Святка периодически улыбалась. Вскоре к ним подошёл Кирилл, и они пошли внутрь госпиталя, где зашуршали тканью.

Судя по звукам, вторую комнату занял отец с ребёнком, и теперь девочка активно выражала восторг по поводу нового места. Нянька была там же.

Торговец зарылся в бумаги, рядом с ним лежал небольшой пистоль. Заметив мой интерес, он развёл руками, я же уважительно кивнула и вышла на улицу. Необходимо было сделать парочку ловушек.

Как и ожидалось, с закатом на улицу вышли монстры. Но обо всём по порядку.

Первоначально, когда закончился сдвиг и наступил полумрак, мы напряглись: контраст между рассеянным светом и темнотой оказался слишком резким. Но вскоре мы смогли привыкнуть к окружающему нас освещению. Это были довольно плотные сумерки, тем не менее многое можно было рассмотреть. В сумрачной тишине ничего не происходило, и постепенно ребята разошлись по помещению, лишь изредка выглядывая наружу через окна и приоткрытую дверь. Я же настороженно замерла у входа, придерживая в руке мушкет, и, не переставая, наблюдала за границей дома и первой заметила гостей, жестом приказав соблюдать тишину.

Но это оказались совсем не монстры.

Чужаки.

Мужчины, семеро. Они вышли к дому уверенным шагом, рассредоточиваясь полукругом. Все довольно мощного телосложения, закутанные в какие-то меховые жилеты с металлическими вставками, но я не могла сказать, есть ли у них оружие и к какой конкретно зоне те относились. Часто у проживающих на определённой территории проявлялись отличительные для них признаки. Мы считали, что таким образом Перекрёсток подстраивает людей под свои тональности. Один из перевозчиков рассказал, что различает границы по звуку, и этот момент меня очень заинтересовал. Лично у меня отличительным признаком было небольшое давление на барабанные перепонки, но звука я не слышала.

За этими мыслями я отвлеклась, и, когда один из чужаков обернулся в нашу сторону, задержалась на долю секунды, прежде чем скрыться в темноте дома. Сделала это быстро, но, по-видимому, один из них сумел что-то заметить.

Мужчина замер. Указал ладонью на дом, и все осторожно, но целенаправленно пошли в нашу сторону. Очевидно, не одних нас привлекло крепкое строение, находящееся на пустыре.

Невольно восхитилась: какое же у них всё-таки острое зрение. Мне же, чтобы увидеть все детали, приходилось значительно напрягаться, хоть и меньше, чем простым людям. В доме, где я спряталась, было достаточно темно, для нас это было большим плюсом. Жаль, что чужаки появились так поздно, будь вокруг посветлее, мы были бы заранее готовы.

Мужчины подошли ближе и остановились, не дойдя метров десять до цели. Дверь заманчиво темнела проёмом, но они словно предчувствовали ловушку и не сунулись ближе.

– Кто бы ни прятался в доме! Выходите! Это место теперь наше, – громыхнули снаружи, и я бросила беглый взгляд на людей рядом с собой.

Услышав раскатистый бас, некоторых затрясло, но, к моему уважению, никто не сдвинулся с места. Только дышать стали потише. Как мышки при виде большой кошки. Облизнулась. С каждой минутой становилось всё увлекательнее. Несмотря на то, что процент опасности возрос, я находила, во всём ту часть азарта и наслаждения, которое и подкупило меня раньше в моей профессии.

Снаружи чем-то тихо звякнули, и глаза сразу же зафиксировали металлический отблеск у них на поясе. Всё-таки у них было оружие, что-то вроде тесаков, и, не думаю, что это всё, что у них припасено. Шкуры животных – теперь я поняла, из чего были сшиты жилеты, – висели по низу и не давали чёткого обзора. Не знаю, кто они такие и откуда, но доверия у обоих сторон не было ни на грош.

По ощущениям оставалось минут пятнадцать-двадцать до того, как окончательно стемнеет, и мне необходимо было принять решение, как поступить в этом случае. Молчать и дальше было слишком глупо, потому кивнула Кириллу и тот насмешливо пробасил.

– Это вы уходите! Нам и здесь хорошо!

– Когда махну рукой, запирайте дверь, – тихо сказала своим.

Чужаки стушевались. Если бы им ответила я, женщина, то, у них мог появиться значительный стимул для того, чтобы проникнуть внутрь, а теперь же они задумались.

Повисла пауза.

Мужчины немного потоптались, отошли чуть в сторону, принялись о чём-то совещаться. Вскоре от них потянуло тонким дымком. Курение, между прочим, опасно для жизни – мелькнула ленивая мысль, и я облизнулась, мечтая о самокрутке. Осталось ещё минут десять.

– А где Лимп? – тонкий голосок раздался весьма неожиданно, и я замерла.

Кто-то остался снаружи? Медленно закипая оглянулась и, действительно, одного не досчиталась. Ну, конечно же, кто мог оказаться за порогом до темноты? Закрыла глаза, медленно дыша. Только неугомонный Лимп, явно жаждущий остаться снаружи на всю ночь. Может исполнить его желание?

– Ну и как он там оказался? – тон моего голоса сказал всё об отношении к происходящему, но, разумеется, проводнику никто не ответил, так как все почти сразу вспомнили утреннее происшествие. Они могли только предполагать, какое наказание я придумаю уже для него.

Я не запрещала редкие вылазки по территории, которые по очереди совершали некоторые из мужчин, но все они знали о той опасности, что царила вокруг. И главной из них – до темноты следовало быть в защищённом месте. И дело было не только в забывчивости или потерянных часах. У тех, кто менял зоны, а мы пересекали несколько, когда проезжали поездом, почти сразу с наступлением ночи формировался внутренний таймер, как защитный внутренний механизм, похожий на гонг и предвещающий конец безопасного промежутка времени.

– Убью.

Стоящий рядом Остар сглотнул, а Лиззи шагнула ближе к Гунку, на что тот отреагировал моментально – отправил девушку в дальнюю комнату, оставляя рядом только тех, кто мог держать оружие. Здесь осталось пятеро, не считая боевой Ходры, стоящей на страже дальних комнат.

Девушка тихо возмутилась, но послушно исчезла.

– Думаю, стоит немного подождать. Он говорил что-то про когти… – осторожно заметил Джейсон, отец девочки.

Не знаю, зачем мальчишке понадобились именно когти, и я догадалась, куда он решил наведаться и что он придумал, но теперь в моём чётком плане повисла худая и веснушчатая задница, просящая ремня.

Прошло ещё пара минут, и все начинали паниковать. Я мысленно четвертовала Лимпа в десятый раз, отсчитывая минуты. Гунк вытащил кинжал и теперь что-то выколупывал из-под ногтей, а стоящие за стеной мужчины и не думали уходить, испытывая наше терпение. Они даже как-то по-домашнему расположились неподалёку. Не боятся ночных тварей?

Сильные или глупые?

– Вон он! Я его вижу! – радостно пискнула Лиззи. Как девушка оказалась у окна, не заметил никто.

И вправду. Бегущий так, словно его укусили за хвост, Лимп удивлённо округлил глаза при виде гостей напротив нашего домика, но, не сбавляя скорости, пробежал мимо.

Те от такой наглости даже дымные палочки выронили, провожая смертника взглядами.

– Быстрее! Быстрее закрывайте!

Лимп, тяжело дыша, ворвался внутрь, проскользнув под балкой и опёрся ладонями о колени. Ребята подступили ближе к двери и остановились: я не давала команды, и они заволновались, чуть нервно поглядывая на меня. Остальные замерли в ожидании, что же будет, но я продолжала смотреть на улицу, внутри слегка расслабившись.

Оставалось примерно пять минут.

За стенкой тихо захныкала Маргарет.

– Эй, ты чего? – шёпотом донеслось до меня.

Слышно было, как та горько шмыгнула носом.

– Почему они не уходят? Они совсем не боятся мишек?

На секунду все замерли, обдумывая сказанное, я непонимающе нахмурилась, а затем сообразила, что издали тот монстр и вправду чем-то напоминал медведя.

Девочке никто не ответил, и вскоре она затихла, но, если даже ребёнок обратил на это внимание, значит, странность заметили все. Тут было два варианта. Либо их оружие способно уничтожить монстров, либо монстры станут для них сюрпризом. Как бы то ни было, скоро мы об этом узнаем.

Мы молчали, мужчины затушили сигареты и словно застыли, настолько неподвижными они были. Никто не делал шагов на встречу, а время уплывало. Сдвиг произошёл неожиданно, навалился оглушающей тишиной и почти сразу вокруг зашуршал песок. Всё. Настало их время.


Глава 4


Монстры были очень похожи на заросших белых медведей и лишь отдалённо напоминали самих людей, передвигаясь на задних лапах, но звуки, которые они тихо издавали, исправляли опасное заблуждение. Словно призрачные тени, те возникли просто из-под песка, и я прищурилась, оценивая произошедшее. Значит, у нас будут лишь сутки на то, чтобы убраться отсюда подальше и хорошо, что небольшая ошибка нас задержала на месте.

Первыми, на возникших словно из ниоткуда чудовищ, отреагировали гости. Они как-то заторможено заозирались, словно не могли понять, откуда те взялись, всё смотря и смотря на приближающихся монстров. Секундное промедление, и прозвучали первые выстрелы. Стрелял торговец, но меня настолько заворожило то, что происходило снаружи, что я вздрогнула от неожиданности.

Остар стрелял спокойно и уверенно, меняя патроны по мере надобности. Неужели торговля настолько опасная профессия?

Злой рык растревоженного чудовища прозвучал неожиданно рядом, и появившийся из-под земли монстр ударом одной лапы отшвырнул одного из мужчин. Его практически сразу, ещё в полёте нагнал другой, припечатал лапой, и стал поглощать. Зрелище было не только невероятно завораживающим, но и отталкивающим до невозможности. Добычу словно засасывали внутрь пасти, не оставляя после себя никаких следов. Кого-то затошнило.

Мужчины сбросили наваждение и начали перестраиваться для отражения атаки, но я понимала, что драгоценные секунды были потеряны. Насколько я поняла из увиденного, они с такими монстрами до этого не сталкивались, а потому попросту не знали, как от них защищаться. Им необходимо время. И я его им дам.

Быстро бросаюсь к двери. Хотя делать это сама же и запретила.

Меня почти сразу попытались остановить, перегородив проём, успели, кстати, в последний момент. Как Кирилл понял, куда я собралась, не знаю, но такая забота начала раздражать.

– Отойди.

Холодный голос практически вымораживал пространство. Как и блеск моих глаз.

– Я тоже не могу смотреть на то, как их убивают, но выйти наружу чистое самоубийство! – упрямо и глупо.

Жёстко улыбнулась:

– Смотря для кого.

Он беспомощно обернулся к Гунку, но тот смотрел по-прежнему спокойно, ни грамма не изменив своё положение после начала бойни. Очередной рык снаружи и хруст.

– Но они сами хотели нас убить! – прозвучало почти беспомощно, и я похлопала Кирилла по плечу.

Судя по тому, что при появлении чужаков в голове тоненько зазвенел колокольчик, который реагировал на иную тональность этого мира, это были не простые жители. Но как объяснить это тем, кто не ощущает того же, что и я?

– Резонно. Но ты не заметил одну маленькую деталь. Думаешь, если бы они знали о грозящей опасности снаружи, решились бы выгнать кого-то в ночь? И, к тому же, их поведение отличается от обычного, и моё чутьё всячески намекает мне на весьма невероятный момент из всех. Как думаешь, какой? Неожиданное появление, странная территория, отсутствие у них проводника…

Повисла тишина. Каждый, кто услышал меня, раздумывал над словами. Я надеялась на то, что интуиции и догадливости мужчины хватит на то, чтобы понять, к чему я клоню. Наконец, в глазах Кирилла промелькнула вспышка понимания.

– Они…

– Новички.

Это стало решающим. На Перекрёстке для всех есть одно железное правило – всегда оказывать помощь тем, кто переместился сюда впервые, несмотря ни на что: их вид, внешность или привычки не должны иметь никакого значения. Это правило даже распространялось на случаи, если новенькие стремились тебя убить. Потому никто не мешал мне, когда я выскочила наружу, уворачиваясь от одного из здоровяков, что отмахивался от твари, подобравшейся слишком близко к жилищу, и закричала.

– Быстро в дом! Так просто вы с ними не справитесь!

На секунду я даже решила, что в пылу драки меня не услышали, так долго молчали чужаки, продолжая двигаться в том же темпе что и раньше.

За это время мужчины чуть укрепили оборону, пытаясь отбиться, но чудовищ было намного больше. Но вот я заметила, как один из них бросил на меня взгляд. Тень прикрывала мои глаза, но показалось, что тот посмотрел прямо в них и подал какой-то знак выжившим. Постепенно, один за другим, они перемещались в мою сторону. От здоровяков веяло не только запахом разгорячённых тел и кровью, но и силой, сквозившей в каждом движении. Я всё ещё не могла понять, откуда они, а мне пришлось перевидать различных жителей, но чувствовала, что просто не будет. Не с ними.

Когда последний мужчина заскочил внутрь, я попятилась, выпуская несколько пуль в ближайшие тени, насчитывая на земле три тела, которыми с упоением питались. Скривилась от отвращения и рванула внутрь. Пули не сильно помогли, оставалась надежда на время и укрытие. Не зря же дом был в таком хорошем состоянии. Что-то не пускало монстров сюда, и я очень надеялась, что защита на доме всё ещё есть.

Сердце на секунду совершило кульбит, когда я почувствовала, что за спиной вырастает что-то большое и злое. Даже не оборачиваясь и ощущая опасность каждой клеточкой тела, максимально пригнулась, но всё равно словила отдачу самым краем когтистой лапы. Раздались крики. Над головой что-то просвистело, и я, чудом не задев балку, вкатилась внутрь, словно в замедленной съёмке, наблюдая искажённые лица своих и мрачные чужаков. Воздух, подтолкнувший меня в спину, внёс и песок, забираясь песчинками за воротник.

– Сейчас!

Ребята бросились к двери, наконец получив команду, и дёрнули за петлю, отпуская балку. Та толкнула дверь, ударив по носу очередную тварь, и плотно захлопнулась. Снаружи разочарованно взревели, им вторила ещё пара десятков криков травмированных тварей, но это почти не помогло. Поставив себе целью поесть нашего мяска, существа активно пытались пробить дверь насквозь и, судя по звуку, им оставалось недолго. Дверь держалась, ребята давили на неё со всей силы.

Спустя пару минут звуковое сопровождение от тварей снаружи утихло. Значит, эффект сошёл на нет. Быстро. Ещё днём я установила ловушку, которая помогла нам немного выгадать время.

Но сейчас следовало позаботиться о себе. При падении слегка ударилась головой, потому не сразу справилась с головокружением, чувствуя себя, как после кружки хмельного.

Когда же сумела с большего прийти в себя, резко вскинулась на громкий звук треснувшей древесины. Проломав оконную раму огромной лапой, один из «медведей» старательно стремился попасть в дом, и понемногу у него это получалось. Если присмотреться, то вокруг его лапы можно было увидеть дрожащий воздух. Значит какая-то защита на доме есть, но сможет ли она сдержать такой яростный напор? Протискиваясь внутрь, животное становилось всё больше и ближе, прорвав оборону из редких выстрелов, но тут включились чужаки. Я заметила лишь тени, промелькнувшие мимо. Несколько ударов лезвий – и комнату огласил рык боли, однако визитёр лезть внутрь не прекратил, даже, казалось, усилил напор.

Долго, слишком долго…

Глупая.

И почему я не достала несколько золотых заранее? Злость и раздражение на себя всколыхнулись и отступили под контролем профессиональной части моего сознания. Мешочек был совсем рядом, но, чтобы достать монеты, нужно было время, которого у меня почти не было.

Несколько мужчин на удивление спорно задержали зверя, отрубая любопытные конечности на корню, от чего тот обиженно ревел. И, на удивление, это помогало. Удары стали не такими сильными, и понемногу к обороне смогли присоединиться все. Не раздумывая больше ни секунды, расстёгиваю ворот, пальцами нащупываю завязки и тяну на себя.

В следующий раз обязательно положу несколько монет себе в карман. Обязательно.

Запускаю пальцы в мешок и, стоило только коснуться холодного металла, как на всю комнату раздаётся хлопок, вспышка, и медведь, словно пробка из бутылки, вылетает наружу, оставляя после себя раскуроченную раму.

Как в замедленной съёмке вижу разлетающихся с его пути сородичей, что сгрудились за ним, прикрывающих глаза людей, упавших на пол, и тяжело дышу от отката. Успела. Контакт с живой материей оказался намного сложнее, чем на тренировках, и я порадовалась, что всё ещё сидела на полу. В ушах повис неутихающий звон. Дышим. Спокойно. Всё вокруг кажется театром абсурда. Немного заныла спина, и я потянулась, чтобы проверить, не задели ли меня при ударе.

Неожиданно меня хватают за грудки и вскидывают в воздух. Перед глазами всё замелькало. Непонимающе моргаю. Неужели внутрь проник кто-то ещё? Но это были не монстры. Почти сразу утыкаюсь взглядом в злые хищные глаза. Этот мужчина был намного крупнее остальных своих собратьев и, по-видимому, в данный момент, оказался слишком близок к моему смертоубийству. Хотя я и не могла сообразить, что же его спровоцировало.

Однако зная, насколько по-разному реагируют новенькие, появившись здесь, приготовилась к любому варианту событий. Увы, чтобы попробовать напугать, мушкет остался на полу, и тогда я осторожно потянулась к сапогу за ножом.

Всё ещё шокированные вспышкой, мои только-только начали приходить в себя, пока меня трясли с рычанием, достойным любого монстра. Судя по всему, всё происходящее оказалось для новичков ударом. В шуме разбираю крик.

– Кто это такие?! Отвечай! Кто ответит за моих людей?!

И всё в таком роде. От тряски слегка замутило, но, подвластно регенерации, с каждой секундой мне становилось всё лучше. Да что же это такое? При очередном рывке пришлось ухватиться за чужие руки, в попытке их убрать, но ничего не вышло. Под натиском чужой силы одежда уже практически трещала. Я бы оценила стать и силу данного индивида, если бы не стоимость пошива.

Бесит.

Ударила резко и хлёстко. Уши здоровяка были намного чувствительнее коленей или бронированного торса. Мужчина поморщился, чуть ослабляя пальцы, как того и хотела. Когда я уже предчувствовала свободу, то с ужасом почувствовала, как кошель, до этого лежащий за пазухой, начал соскальзывать вниз. Очередной рывок, и он ласточкой выскальзывает через приоткрытую куртку.

По комнате разносится звон монет. Мужчина замирает, тяжело дыша, а затем медленно переводит взгляд на лежащее у моих ног золото. Упс.

Руки здоровяка чуть вздрагивают, и он смотрит опять на меня. Мне показалось, или холод в его глазах достиг невероятных высот? Или глубинной впадины, если учесть, что и там, и там достаточно прохладно.

– Золото? – угрожающе смертоносно.

Хотя куда уже угрожающе? Это я погорячилась. С каждым словом меня едва ли не мороз пробирал.

– У вас есть золото?!

И такая гамма чувств пробежала в глазах мужчины, что я с неожиданным содроганием поняла, почему же мешочек так заботливо хранился в той комнате. Хранился так долго, что вокруг осела пыль. Меня ещё раз встряхнули и отпустили. С трудом удержалась на ногах.

Казалось, факт появления драгоценного металла, вызвал в нём нешуточную борьбу, сдвинув приоритеты, и теперь мужчина пытался найти почву под ногами. Чужак едва ли не шатался, пока я аккуратно отступила на один короткий шаг.

Несмотря на всю ситуацию, не могла не подметить один факт. В тот момент, когда чужак осознал, что же упало к моим ногам, в его глазах промелькнуло слишком многое, чтобы понять, что мужчина знает о золоте гораздо больше, чем рядовой искатель. Он словно на миг… Испугался?

– Откуда? А, не важно…

Мужчина, словно пытаясь обуздать свой внутренний голос, повернулся и начал склоняться к мешочку.

В попытке избежать чего-то поистине ужасного, чувствуя всеми клеточками тела, что, если потеряю его, то лишусь шанса найти отца, бросаюсь на пол, закрывая своим телом сокровище и зажмуриваюсь.

– Моё.

Тихо и жёстко. Всё, что успела сказать я, прежде чем загадала ещё несколько желаний. Золото, как раз касалось моих рук и словно было готово к такому.

Раз – и маленькая комната в подвале становится невидимой, скрываясь от них. И два. Вижу всё словно со стороны. Монеты, прижатые к моему телу, начинают плавно перетекать, меняя форму, и, постепенно перетекая по руке, окутывают предплечье, пока наконец не становятся браслетом, охватывающим мою руку. Само золото, при этом, нагрелось, и я чувствовала, как жар от произошедшей метаморфозы, обжигает мою кожу…

Было больно. Сильнее, чем когда-либо. Но я знала, что не могу отдать его им. Для меня моя цель стала важнее моей собственной жизни, и сейчас словно что-то подсказывало мне изнутри поступить именно так. Так надо. Подавила новую вспышку боли. Последняя частичка, с тихим щелчком, встала на место, и я ощутила, как меня с силой отрывают от пола.

Воздух от такого грубого обращения и ещё не отошедший от обжигающего беззвучного крика с хрипом ворвался в грудь, и я забарахталась в огромных лапищах. Так много произошло… С трудом держа сознание на поверхности задумалась над тем, а не совершила ли я ошибку, впустив сюда этих новеньких?

Да, я знала, что, рано или поздно наступит крайний день моей жизни, но неужели он наступит прямо сейчас? Меня убьют? Равнодушная мысль пробежала мимо и зажглась жаром. Ну уж нет. Я так просто не отступлю. Ведь силы понемногу возвращались.

– Откуда у неё золото?..

Тихий шёпот, кого-то из своих, прервал мои панические мысли.

Открыла глаза. Меня поднял всё тот же великан. Он как-то странно рассматривал пол, словно пытаясь осознать действительность и понять, куда делось то, чего он так жаждал. После я почувствовала, как тело парит в невесомости, словно на миг моё тело стало лёгким, как пёрышко. Да, мать его за ногу! За что?! Меня, словно игрушку запустили в воздух, откидывая, будто ненужный мусор.

Такая сила… Удивительно, почему они, такие мощные и жестокие, не смогли справиться с монстрами. Все мужчины, что сейчас рассредоточились по залу, были большими, и словно вибрировали в пространстве.

Я не успела завершить мысль, когда ощутила, как спина ударяется о что-то тяжёлое. Вспышка боли и темнота.


Глава 5


– Где оно?! Куда оно подевалось?!

Гулкий рык, словно рядом кто-то бесновался, но понимание приходило с трудом.

Где я?

Пошевелила пальцами и глубоко вдохнула прохладный и сухой воздух. Я лежала на полу, лицом вниз. А, точно, я на любимой работе и сейчас нахожусь посреди заброшенной локации с монстрами.

Удар, словно что-то прилетело об стену и разбилось. Неужели у нас есть что бить? Не знала, но тоже бы запустила чем-нибудь в парочку личностей. Сознание понемногу возвращалась, а звуки становились всё ярче и насыщеннее.

– Где оно??!

Поморщилась от силы звука. Ну что ж вы такие нервные?! Валерьянка вам в помощь.

Несколько глухих ударов по чему-то твёрдому и я, наконец, полностью прихожу в сознание. Несмотря на мою улучшенную регенерацию, меня до сих пор мутило. Три удара на одну маленькую меня – это, пожалуй, слишком. Приоткрываю глаза, медленно переворачиваюсь, держась за голову, и сажусь, опираясь о половицы.

Шляпа осталась где-то на полу, а вокруг лица рассыпались рыжие локоны, скрывая обзор. В глазах закружился рой маленьких мушек, и я зажмурилась, удерживая ком из тошноты, подкативший к горлу. Не самое красиво зрелище. Хихикнула, от шока, наверное. Думаю, лицо моё сейчас по цвету сравнялось с медведями.

– Где?!!

Да что он заладил. Где-где… В Караганде. Точнее у меня на руке. Даже не глядя ощущала, как прохладный металл приятно обволакивает кожу.

Царивший шум ненадолго прекратился, и я ощутила… Приближающиеся неприятности. Насколько смогла подняла голову, убирая волосы, и поняла, что сделала это вовремя. На меня, с явной угрозой надвигалась знакомая гора. В руке у мужчины я разглядела знакомый мешочек, точнее, там болтался хвостик и несколько клочков. Но я сразу поняла, что это.

Пробежала глазами по чужаку, окружающему меня пространству и незаметно вытащила нож. Мои люди уже очнулись и, судя по всему, были недовольны новыми гостями, отступив к стене и сверкая оружием. Я была где-то между двумя группами рядом со стеной и добраться к своим не смогла бы при всём положении. Ребята заметили, что их проводник очнулся, и чуть расслабились.

Мужчина, с явно читающейся угрозой, шёл в мою сторону, а я поняла, что не хочу. Не хочу ещё раз получать шишки. Получать новые удары, скажу вам – весьма неприятная процедура. Да и до этого слишком много им позволила и не хочу, чтобы кто-то ко мне приближался.

Внутри скопилось слишком много зла для того, чтобы действовать мягко и, когда до меня оставалось пара метров, вокруг словно побежала волна, в которую мужчина уткнулся и замер, недоумённо моргая. Осмотрелась и поняла, что вокруг меня образовалось радужное поле. Сферический щит. Откуда? Но сразу сообразила. Золото. Оно теперь было со мной и отреагировало на опасность, исполняя скрытое желание защититься.

Мозг работал чётко, как часы, собирая разбегающиеся мысли и приводя их в порядок. Привстала, поддерживая себя, за стену и прислушиваясь к самочувствию. Встала. Немного пошаталась, восстанавливая равновесие. Посмотрела на такого большого, злого, страшного и одновременно с тем беззащитного перед странной силой мужчину, и улыбнулась. Тепло и легко. Опять от шока, наверное. Со стороны ребят повисла тишина, и я вернула привычную, язвительную.

Здоровяк посмотрел на мою улыбку, словно в попытке угадать, о чём же я думаю, а после успокоился.

Я всего ожидала. Новой вспышки гнева, крика, даже возможной попытки пробить щит, но точно не этого. И, наконец, смогла рассмотреть мужчину получше. Всю правую сторону его лица пересекал старый шрам, делая внешность ещё более угрюмой, а вся кожа, как и у других гостей, была расписана коричнево-бордовой краской. Так ж, у мужчин отсутствовали волосы на голове, но зато в качестве компенсации у чужаков обильно росла борода и усы. Тонко очерченный нос говорил о жёстком характере стоящего передо мной, но я и без того уже поняла его привычки.

Жаль, что золото не влияло на живую плоть. А то давно бы уже восстановила себя и выкинула бы за дверь этих нахалов. Чтобы немного подумали над тем, что делают. Животинки то в самый раз для новеньких. Нет тела – нет дела. Наклонилась и подняла шляпу, стряхивая песок и пыль с её поверхности. Ладно. Раз я держусь на ногах, стоит, пожалуй, заявить о своих правилах.

– Я всего, конечно, ожидала, но явно не того, что на помощь вы отреагируете силой и угрозами, – ленно потянула, надевая головной убор.

Перебрала в голове события этого дня и вычислила главное.

– Вы не отсюда? – просто для уточнения спросила я.

В доме повисла полная тишина. А затем я услышала хриплый голос, показывающий, что его обладатель слегка успокоился.

– Да, – неохотно, словно через силу ответил мне хрип и добавил: – Насколько я понял, вы знаете, где мы.

Кивнула, внимательно рассматривая гостей. Такое ощущение, что купол вокруг меня их даже успокоил. Больше никто не бросался на меня и ничего не требовал. Даже отвечать стали. Удивительно. Ко мне всё больше и больше возвращалась уверенность в своих силах.

Только сейчас обратила внимание на то, что за стеной наступила подозрительная тишина, а вокруг немного посветлело.

– Как долго я была в отключке?

Ответил мне Гунк. Чудеса сегодняшней ночи продолжаются.

– Минут двадцать, – и пояснил, заметив моё удивление: – Мы почти два сдвига держали оборону.

А во время боя мне показалось, что прошло от силы минут двадцать. Очевидно, не рассчитала время, и моим птенчикам пришлось за себя постоять.

Покосилась на дальние комнаты, но там было тихо. Отлично. Двое мужчин стояли возле окна, один сместился вглубь помещения, рядом был только этот тип.

– Ты главный? – мой острый взгляд схлестнулся с угрюмым, и мужчина отступил.

– Да.

– Ты находишься на чужой территории, а потому обязан подчиняться нашим правилам.

– С чего бы? – чужак придвинулся чуть ближе и будто увеличился в размерах.

– А с того, – с шипением подступила ближе, вынуждая гору отступить и оскалилась, – что за кровь у нас платят кровью.

Снова схлестнулись взглядами, но правда была на моей стороне. Мужское эго вступило в бой с женским и совершило тактический отход.

– А теперь отошли к другой стене и замерли.

Развернулась к своим и остановилась. Как в стену упёрлась и было, от чего.

– Не так быстро.

Голос был хриплым. Схватив за шею Лиззи и Манишу, явно сопротивляющихся подобному обращению, в нашу сторону шёл третий, что стоял чуть дальше. По-видимому, когда я отвлеклась на одного, второй решил пройти вглубь комнаты и нашёл свою добычу. Дети извивались, но вскоре начали задыхаться, так как громила не соизмерял силу. Гунк и Кирилл напряглись и потянулись к поясу.

Всё стремительно выходило из-под контроля.

Оскалилась, оставаясь на месте. Раздражение вспыхнуло, как спичка.

– Поставь. Детей. На место, – я боялась причинить вред детям, а потому выплески силы из меня были не такими сильными как раньше, лишь слегка доставляя дискомфорт смертнику. – Если жить хочешь…

Казалось, что злость разорвёт меня на части. Я относилась к своему заданию достаточно равнодушно, но ситуации, грозящие людям прямо на моих глазах, были тем, что провоцировало меня на убийство. Если не с помощью силы, так руками. Удавлю.

Сделала шаг, другой, смотря так, что здоровяк чуть побледнел, но руки не разжал. Оскалилась.

– Оставь, – прозвучало за моей спиной неожиданно, резко и твёрдо.

Рядом, словно призрак, вырос главный, практически касаясь купола. Даже с такого расстояния я ощутила волны силы, исходящие от него. Ещё там было что-то похожее на…

Но мысль сбилась, когда детей отпустили, и Лиззи, явно желая навалять обидчику, развернулась и со всем силы врезала ему по коленке. Попала и довольная рванула за спину Гунку. Маниша быстро отползла и скрылась в комнате, к ним отступил Джейсон и Остар.

Убить или помиловать?

Злость, собравшаяся внутри, начала испаряться, что немного успокоило и помогло принять верное решение. Развернулась. Но не к чужакам, а к своим ребятам, так как доверия к ним было значительно больше.

– Как давно на улице тихо?

– После того, как неожиданно посветлело, монстры все ушли, – Кирилл подступил ближе к окну и выглянул наружу: – Больше никого не появлялось.

Прекрасно.

– Раз так, – обернулась в сторону командира и смерила его взглядом с ног до головы, – то вам стоит решить, готовы ли вы дождаться утра в связанном виде. Судя по вашему поведению, мирно договориться точно не получится. Вы слишком импульсивно-агрессивные особи, особенно после того, как вы вмазали меня в стену, а второй громила пытал детей.

Стоящий неподалёку мужчина сжал кулаки и чуть дёрнулся, но замер, словив взгляд главного.

– Или уходите сейчас. Вам здесь не рады.

Если я правильно подсчитала, то монстры выходят на охоту при самых тёмных сдвигах. Сейчас же они ушли, и гости могут самостоятельно выжить. Находиться рядом с новичками не было никакого желания.

– Так что вы решили?

– Мы уйдём, – главный среди новичков развернулся и пошёл по направлению к двери.

Следом двинулась выжившая троица, и я закатила глаза. Мужчины.

– Вы новички и многого не знаете, – командир замер, молча развернулся и смерил меня тяжёлым, предупреждающим взглядом из-под бровей, но мне было всё равно, я проводила короткий инструктаж. – Мы находимся на Перекрёстке, на одной из локаций этого места. Вам необходимо пересечь эту местность и выйти к жилым местам. Там вы сможете узнать больше, разжиться вещами. Устроитесь наёмниками и сможете заработать. В каждом городе есть администрация, которая ведёт подсчёт новеньких и поможет вам на первое время.

Достала из сумки бутыль с водой и высыпала на ладонь восемь капсул. На первое время хватит.

– Вот.

Купол снимать не стала, всё так же сияя радужными переливами, сложила всё в ткань и перебросила её здоровяку.

– Питательные капсулы и вода. Хватит на первое время.

Мужчина по-прежнему смотрел на меня мрачно, но теперь в его глазах появилась какая-то усталость, заинтересованность и ещё много чего. Его люди вышли, оставляя его одного в доме.

– Что-то ещё? – вопросительно и жёстко посмотрела.

– Грэм.

И вышел на улицу.


– Ты готов?

– Может, не стоит? – с сомнением.

– Ты мужчина или нет? Раздвигаешь и втыкаешь. Дальше уже сам знаешь.

Повисло молчание и раздался первый чпок.

– Ну как вы там?

Из дверей выглянула Ходра, утирая руки полотенцем.

– Почти. Лимп трусит, – сразу же сдал мальчишку Кирилл.

– Конечно. Она же большая и страшная… – разводы крови по лицу делали из него какого-то демона.

Кирилл, несмотря на то, что сделал большую часть работы, был чистым, что вызывало значительный прилив зависти у мальчика. Лимп пнул тушу животного и опасливо покосился на стоящую в отдалении меня.

– Давай, не ленись.

Лимп согнулся, потирая пятую точку и начал кромсать ногу.

Как только ушли чужаки, мы вышли следом, но только для того, чтобы оттащить ближайшие туши подальше, а из самых цельных нарезать побольше мяса. Возможно, стоило дать его и новеньким, но к этому времени их уже не было видно. Часть животных поглотили ночью, питаясь павшими сородичами, однако и того, что осталось, хватило с лихвой.

Подковырнула ногой поверхность, но никакого особого отличия от вчерашнего настила не обнаружила. Песок был, как и раньше цельным, без ям, и совсем не походил на жилище, скрывающее сюрпризы. На Перекрёстке часто появлялись новые существа или менялось само пространство. Но границы были неизменными.

К слову, новая информация про этот участок позволит немного заработать и облегчить путь другим.

Туши тащить было тяжело, навалилась усталость от боя, но нельзя было позволять хищникам найти убежище, даже если в нём никого не будет. Ребята покряхтели, но подчинились. Дети, что постарше, таскали мелкие части, а более крупные потащили мужчины. Всего нам удалось насчитать туш тридцать. Я видела, как Лимп старательно выдёргивает из некоторых когти, но расспрашивать не стала, хотя и было любопытно, для чего они ему. Несколько раз он взвизгивал, когда туша чуть шевелилась, трусил, но всё равно лез под неё.

Ещё я, наконец, занялась своей спиной и поняла, почему мне было так плохо. Меня успели задеть, хоть и чуть-чуть, но их когти занесли под кожу заразу, которая и путала сознание. Повезло, что остальных не задело. А чужаки, даже если и были оцарапаны, то по-видимому, обладали хорошей регенерацией, благодаря которой держались на ногах. Сейчас спина уже была в порядке, я с большего укрепила куртку, отметив, что по приезду зайду в мастерскую, и дала всем по капсуле.

Мы всё успели сделать за один сдвиг и теперь хотели только спать. Однако, каждый хотел убраться отсюда как можно скорее и не сопротивлялся быстрым сборам. Набрала воду, запаковала вместе с Хондрой мясо и закрыла дверь, подпирая её бревном вплотную. Надеюсь этот дом станет убежищем и другим путешественникам вроде нас.

А, и да, я осуществила желание, которое испытал каждый.

– Ещё! Раз! Подведёшь! Группу! Так! Просто! Не! Отделаешься! – я нещадно порола повизгивающего пацана и мне никто не мешал.

Лишь мрачно стояли рядом и кивали, поддерживая каждое сказанное мной слово, с молчаливым укором смотря, как я воспитываю паршивца.

Ударив в заключительный раз развернулась и, сматывая плеть, пошла в дом.

Самокрутки, которые я создала – дар богов. Вдыхая дым, смаковала каждый момент. Долгая ночь, а затем такое же длинное утро и теперь я могу, наконец, ощутить этот славный миг… Может и меня считать богом, создателем, в этом случае?

– Мег!

Неугомонный Лимп врезался в спину, отчего я поперхнулась дымом и закашлялась.

– Мне говорят, что я не могу отлучиться от всех в сторону. Почему? Я могу за себя постоять!

Стряхнула пепел с рукава и не оборачиваясь пошла дальше, делая ещё затяжку. Только чуть ускорилась.

– Ну Мег…

Зверски посмотрела на мальца, но тот, будто приобрёл иммунитет к моим взглядам.

– Дай отойду. Я ненадолго. Всего на чуть-чуть. Вот за тот дом. Пожааалуйста… – Лимп умоляюще на меня посмотрел, однако я не ответила, по-прежнему его игнорируя.

– Я уже извинился за тот случай… – пробурчал он. – Просто потерялся во времени, а когда стемнело, немного заблудился.

Лимп чуть сник, пиная камни, как до этого делал Кирилл. Засмотрелась, в попытке уловить мысль.. Они не родственники часом? Ладно… Что он там просит?

– Разрешу, если ответишь на один вопрос.

Лимп просиял и подпрыгнул от избытка чувств.

– Отвечу! На любой отвечу!

– Зачем тебе нужны когти?

Лимп мигом закрыл рот. Пару секунд смотрела на умолкшего мальчика, не желающего раскрывать свой секрет, а после пожала плечами. Как хочешь.

На смену приятной прохлады пришла жара. Отряд шёл уже два сдвига и наступало время, когда передвигаться в открытую было бы опасно для самочувствия. Дымка, что висела на небе два дня, практически исчезла, и теперь все мы обливались потом. Сделала глоток воды и осмотрелась. Противный песок практически скрипел на зубах, а девочку по очереди несли мужчины. Выглядело, всё это, довольно печально.

– Привал.

Небольшой оазис в развалинах подвернулся как раз. Мы шли правее того направления, которое выбрали для поиска дерева, а потому с тенью у нас были значительные проблемы. Ещё в прошлый раз я просканировала и выбрала наиболее оптимальный путь для прохождения данной локации.

– Ты заметила?

Ко мне, прилёгшей в тени небольшого дерева, подсел Кирилл. Натянула шляпу на самые глаза. Молча. Но Кирилл явно сговорился с Лимпом, подсаживаясь рядом.

– Чужаков. Они идут за нами.

Приоткрыла шляпу и поделилась своей мыслью.

– Ну а что им ещё остаётся? Они могут самостоятельно ходить здесь месяцами, но даже подготовленному отряду без проводника и знаний сделать это будет очень непросто, потому выбрали самый безопасный вариант. Пойти за теми, кто точно знает, куда идёт.

А командир не глуп. Грэм, кажется. Так он назвался.

– И всё равно. Не доверяю я им. – мужчина нахмурился.

Казалось Кирилл и не собирается уходить с моего места. Только меня совсем не устраивало такое наглое соседство.

– Никто не доверяет, но не стоит забирать у тех, кто в беде, последний шанс выбраться отсюда в живых.

Мужчина покивал, соглашаясь, но продолжил сидеть.

– Если это всё, то я хотела бы отдохнуть, – сказала более прямо. – Через один сдвиг мы идём дальше.

Под моим строгим взглядом мужчина издал недовольный вздох и, наконец, ушёл.

Вот не понимаю я, что он от меня хочет. При любом удобном случае оказывается рядом и пытается помочь, хоть я об этом и не прошу. Лезет с вопросами, советами. Полуденная жара была неприятной, но организм, ослабленный последними часами, затягивало в сон. Сторожить вызвался Гунк, за что была ему благодарна. Браслет никак не показывал себя, и я, наконец, расслабилась.


– Ну! Чего расселась? Пошла отсюда!

Какая-то замызганная улочка и сырость, постоянная и вымораживающая. Тонкая куртка совсем не грела, хоть я старательно в неё куталась. Здесь почему-то было постоянно холодно. И ещё очень хотелось есть. До боли.

Над головой то и дело раздавались вспышки смеха, грохот двери, а ещё изредка до меня долетал запах жареного мяса. Сглотнула, сдерживая позывы желудка и сжалась, настороженно смотря на грубую обувь. Мужчина вразвалку двинулся в мою сторону, а я мысленно сжалась и приготовилась. Убегать или бить, пока не решила.

– Чего сидишь, говорю? Здесь не ночлежка!

Он несколько раз довольно-таки невежливо толкнул меня сапогом, всем своим видом демонстрируя своё презрение, и я не выдержала, подняла голову и через спутанные грязные волосы посмотрела на него. Молча, обещающе, с вызовом и вместе с тем спокойно. И именно спокойствие сумело мне помочь.

– Чего вылупилась? – в голосе мужчины вдруг послышался испуг. – Ишь ты, рыжая, глаза как у кошки бешеной. Ну что ты смотришь?

Я молчала.

Молчала и смотрела.

Убегать или бить?

– Да пошла ты…

Мужчина сплюнул под ноги, нанёс перед собой священный знак и пошёл прочь.

Проводила его взглядом и сглотнула. Хотелось есть.


Резко вынырнула из сна, втягивая воздух сквозь сжатые зубы, и огляделась. Рядом прошёл Лимп, что-то бурча себе под нос. Неподалёку суетились Ходра с Манишей, готовили. Всё, как обычно. Подняла глаза к небу. Судя по всему, заканчивались положенные два часа и остальные ещё досыпали.

Приснится же. Потёрла ладонями лицо. Картинка из сна постепенно отступала, оставляя после себя горькое послевкусие и злость. Потянулась к сумке, доставая потёртый портсигар. Открытая крышка явила мне последнюю самокрутку, и я тоскливо захлопнула крышку, всё ещё ощущая заманчивый аромат. Позже.

Мне достался один бутерброд и немного засушенных овощей.

– Когда пройдём этот стык, то попадём в зелёную зону, – так мы называли места, условно безопасные, где было достаточно комфортные условия для проживания. – Там можно будет развести костёр и пожарить мясо.

Ходра понимающе кивнула и пошла будить остальных. Отдалённо я заметила небольшую тёмную точку и догадалась, что за нами присматривали новички. В отличии от нас, там было открытое пространство и сейчас, в своих бронированных шкурах те приобретали незабываемый опыт. Если бы моей способностью была невидимость, а не регенерация, то я бы, несомненно, наведалась к ним в гости, чтобы узнать побольше информации, однако увы, увы…

Но. Остановилась на месте, прокручивая в голове возникшую идею. Возможно ли с помощью золота создать вокруг себя щит, способный стать моим зеркалом и превратить меня в этакого хамелеона? Руки так и зачесались проверить идею, но сейчас я была не одна, а потому оставила эту мысль на потом. Временные соседи не подходят к нам и хорошо. Спокойнее всем.

Дорога, дорога и ещё раз дорога.

Прошло ещё два сдвига, когда я ощутила, что мы скоро будем на месте. Можно было не торопиться, и я разрешила сделать небольшой привал, о чём всем и сообщила.

Привал приняли на ура. Каждый по горло был сыт местным однообразным пейзажем. А у меня была другая задача. Отошла на некоторое расстояние от своих и присела на песок. Я всё ещё хотела испытать свою идею.

Сосредоточилась на руках, но постоянно мешали шорохи вокруг. Казалось, вокруг меня кто-то ходит, однако, сколько бы я не пыталась просканировать пространство, никого вокруг не наблюдала. Это слегка раздражало, но я постаралась успокоиться и не обращать на них внимание. Не сразу, но у меня получилось. Я представила золото, что скрывалось под одеждой. Теперь мне не надо было касаться его каждый раз, и это упростило мне работу. Я стала визуализировать, как мельчайшие сияющие частички окутывают мои ладони и становятся светопроводимыми. Не зная весь принцип работы свойств хамелеона, я лишь надеялась, что моя задумка станет реальной. Ладони стали нагреваться и я, понадеявшись на результат, открыла глаза и чуть вздрогнула. Кожа и впрямь стала светопроводимой в отличие от сосудов, но при этом стала совершенно прозрачной. Убрала последствия эксперимента, пока никто не заметил.

Не вышло. Разочаровано нахмурилась. Попробую в другой раз.

Отряхнулась и пошла обратно. Я всё ещё ощущала взгляд, сверлящий мне спину. Однако рядом, по-прежнему, никого не было.

Приближались сумерки, время сдвига, способное предупредить всех о грозившей опасности, но мы успевали вовремя.

Замерла, рассматривая всё внутренним взором и немного, совсем чуточку, жалела, что никто не видел того, что видела я. Радужная пелена передо мной. Прекрасная и волшебная. Она не была однородной, всё время меняясь, разрисованная переливами и лёгкой дрожью. Стоящие рядом не видели её, продолжая смотреть на бесконечную дорогу впереди и пугливо озираясь по сторонам, так как помнили про животных.

– Почему ты остановилась? – прозвучало логично, но я решила сделать сюрприз.

Одной из работ Перевозчика и, пожалуй, наиболее важной, было ощущать границу, видеть её. Да, каждый делал это по-разному, но каждый из нас всегда приводил к выходу из зоны. Сама граница была неоднородна. Встречались более плотные участки и участки, способные пропустить человека-двух, но нам нужно было место, способное пропустить уже десять человек. Это был уровень повыше, которым я прекрасно владела.

Этот участок я и ощутила, когда совершала прошлую вылазку. Мы сместились ближе к этому краю и слегка на периферии чувств, наконец, словила нужный зов.

И сейчас он меня звал.

Уши заложило, когда я переступила границу.


Глава 6


Здесь царила самая настоящая ночь. Такая, знаете, успокаивающая, словно завершающая твой день. Тихо стрекотали сверчки, а вокруг пахло свежей зеленью и водой. С удовольствием вдохнула воздух и улыбнулась. Территория этого участка по форме напоминала вытянутую кость, но нам повезло: необходимо лишь пройти её поперёк, и мы сразу попадём к трём областям, соприкасающимся с данной зоной. Поезд проезжал её намного правее, однако мы шли пешком и вынуждены были идти наиболее короткими путями.

Усмехнулась. За мной пока никто не прошёл. Сейчас я не могла слышать возгласов по ту сторону, но догадывалась, какая там сейчас царит паника. Однако вскоре пелена натянулась, и показался Остар, осмотрелся, укоризненно покачал головой, а после за ним быстро проследовали и остальные. Не все были довольными, как Лимп или Маргарет, но только Гунк был на удивление спокоен, словно знал, что нас ждёт. Хотя, о чём это я? Думаю, он не раз и не два совершал подобные переходы. Он, кстати, шёл последним.

– Ух ты! Только там были и раз, уже здесь и никакого песка… – Лимп восторженно делился впечатлениями, мелькая то тут, то там.

Мы отошли немного дальше, и я велела ждать. Спустя несколько минут сюда переместилась знакомая четвёрка, осмотрелась и неторопливо двинулась в сторону города.

Прекрасно. С этим тоже разобрались.

Ребята начали разбредаться по лесу, и я всех сразу предупредила:

– Так. Здесь относительно спокойная местность, но не расслабляемся, неподалёку находится город, и туда мы не пойдём, – добавила я для вскинувшейся Святки и Лимпа. – Это место не отмечено на маршруте, там нет баз, способных принять нашу добавочную тройку, потому заночуем в лесу.

Упомянутая троица посмотрела на меня и переглянулась, судя по всему, они о чём-то договорились и, уверена, что скоро я об этом узнаю. Упомянутая интуиция Перевозчика мне сразу на это намекнула.

– Опять на улице ночуем…

– Вот тебе и комфортная поездка… – подключилась Святка.

На стоны разочарования ответила чёткими командами и скоро на небольшом очищенном участке появился костёр и лежащие полукругом лежаки.

Мясо, которое достала Ходра, я порекомендовала порезать небольшими кусками, обложить листьями, обмазывая грязью, в избытке находящейся совсем рядом, и таким образом выпекать.

Ниже протекала река. Холодная, но мы смогли умыться и прополоскать свою одежду. Всем осточертела заброшенная и пустынная местность, и сейчас ребята даже без удобств ловили настоящий кайф. Я мыться поостереглась, лишь немного обтёрла зону декольте и руки. Кстати, да. Хватит тащиться пешком, стоит подумать над тем, чтобы раздобыть транспорт. Задумчиво отжала платок и повесила к себе на плечо.

Несмотря на мои слова о том, что в город мы не идём, попасть мне туда всё же было необходимо. Пойти решила одна. Когда мясо приготовилось, и по поляне начали разноситься аппетитные ароматы, перекусила и поблагодарила девушек за готовку – получилось не хуже, чем у меня. Листья выделяли чуть кисловатый сок, добавив сочности, и стали тем ингредиентом, что улучшил рецептуру знакомого по путешествиям блюда.

Первыми дежурили Кирилл с Лимпом, и я была спокойна. Кирилл прекрасно присмотрит за Лимпом и за его энергией, Джейсона брать с собой было плохой идеей, он потащил бы с собой дочь, чего бы я не хотела. Брать девушек было тем более опасно. Оставался Гунк, но он лучше смотрелся в отряде, в качестве подстраховки.

Но основное было в том, что здесь было безопасно. Я огородила место защитным куполом, о чём заранее всех предупредила. Однако Гунк, в случае возможного нападения, сможет, если не отбить его полностью, то хотя бы задержать их до моего прихода.

Подсела к нему поближе и перебросила маячок на случай чего. Он поймал, покрутил в пальцах небольшой камень и положил к себе в карман. Теперь я была спокойна, буду знать, если что-то случится. Парная часть от него лежала у меня.

– Меня не будет стык, возможно два.

Гунк кивнул. В темноте его глаза слегка сияли серебром. Чья же кровь отметилась в его венах?

Время здесь текло чуть быстрее, и один стык был равен полтора часам. До города, при быстром беге, было примерно пол часа. Расспрашивать меня дальше он не стал, сам прекрасно понимая роль каждого. Не стала задерживаться и быстро скрылась за деревьями.


Первый километр дался нелегко. Ноги отвыкли от быстрого бега, но вскоре организм справился, и всего за тридцать четыре минуты я оказалась у стен города. На входе мне порекомендовали сдать оружие, но я проигнорировала данное пожелание, обещав использовать его только в крайнем случае. Обычному человеку такое не сошло бы с рук, но у Перевозчиков были другие права, потому неохотно, но меня пропустили.

Сам город разросся из небольшой бандитской деревушки в небольшой курортный городок. Сюда часто съезжались различные группировки, чтобы хорошо провести время и отдохнуть. Опасной живности здесь почему-то не водилось, а животные на корм плодились и росли, как на дрожжах. Подозреваю, что это одно из изменений самого Перекрёстка.

Несмотря на позднее время, на улицах было довольно оживлённо. Скорее всего мой приход совпал с приездом кого-то из главных. На моё оружие косились, но молчали и отходили с дороги.

Совсем рядом промелькнула темноволосая макушка с небольшим хвостиком, за который я и потянула. Парень резко затормозил и заканючил.

– Милая леди, пустите-пустите меня, дел много, спешу… Дядька отругает, – ещё и слезу пустил, мелкий…

Талант. Думая, как сбежать, схватился рукой за хвост, но я держала крепко.

– Дядька говоришь? И какой такой дядька посылает ночью своих племянников по улицам шастать?

– Самых талантливых и любимых, – малец кивнул с самым серьёзным видом, хитро поблёскивая глазами, но видя, что я не поддаюсь приуныл и со вздохом предложил: – Может, вам помочь чего?

Отпустила и парень сразу расслабился, ловя монетку. Такие посыльные и разносчики почти всегда были в курсе всего происходящего. Здесь, насколько я помнила, самых талантливых и «любимых», а скорее шустрых, отмечали серебристыми хвостиками, как знак расположенности глав города.

– Скажи-ка мне, кто приехал на этот раз? Какой клан? – вторая монетка быстро мелькала в пальцах.

– Из Либерии, Тёмники. Прибыли как раз к ночи, только успели принять.

Тёмники, значит. Отличный клан наёмников, с которым я иногда работала.

– В последнее время происходило ли что-то необычное, слухи, выдумки?..

Я хотела побольше разузнать не только о золоте, но и о всём, что происходило в последнее время. Тёмники редко выбирались на отдых, и обычно это было связано с каким-то конкретным делом. Я подозревала, что малец может быть не в курсе, но попытка не пытка.

Он замялся, с каким-то сомнением смотря на меня. Как ни странно, он меня не боялся – жизнь на улице учит смотреть на других с иначе. Я не била, не ругала, говорила спокойно, заплатила, потому он меня не считал опасной, как, впрочем, и было.

– Обычные истории вам, думаю, не интересно будет слушать, госпожа Перевозчик…

Посмотрела чуть удивлённо, а он хитро улыбнулся.

– Я не просто так заслужил хвостик. Но скажу, что Тёмники привезли с собой большой груз и пробудут здесь дней десять. Так я слышал.

За десять дней они способны начать и завершить небольшую войну, тем более с «грузом». Местные разборки?

– А ты не слышал случайно, в какую сторону они двинутся дальше?

Малец сделал вид, что не услышал и к нему полетела монетка, которую он живо схватил и с готовностью затараторил. На него покосилась остальная ребятня, но тот сделал вид, что никого, из них не видел.

– Как же, слышал. Поедут в Котбус.

Кивнула. Хвостик с поклонами попятился и почти исчез в толпе, когда я задала последний вопрос.

– А четверо здоровяков здесь случайно не проходили?

Не останавливаясь крикнул.

– Были! Хмурые такие, нарвались на Тёмников, и те их куда-то увели.

Секунда, мальца и след простыл, а я, хмыкнув, пошла дальше. Хотелось выпить, и подходящее по случаю место было через два квартала отсюда, там в основном собирались такие, как я, и именно там я могла раздобыть ещё одну часть информации.

– Пиво. Тёмное.

На столешницу полетела монетка. Местные на мою нахохлившуюся фигуру посматривали, но ничего не говорили и не лезли. Здесь каждый знал, если Перевозчик не в духе, то его трогать не стоит. Через минуту передо мной стоял полный стакан. Сделала первый глоток и, когда подавальщик оказался близко, приподняла медальон отца повыше, привлекая его внимание.

Бармен оторвался от стойки, и сделал шаг ближе.

– Видел его раньше?

Мужчина бросил взгляд на кусочек металла. Запустила в него мелкой монеткой. Такими темпами я здесь разорюсь.

– Нет, – отрицательно покачал головой, – старый… Жетон перевозчика?

– Да. Товус. Может слышал о таком?

Полотенце сменилось мелкими стопками, и он разлил по ним ликёр, добавляя в каждую по льдине.

– Товус… Товус… Кажись, был такой лет десять-двенадцать назад, когда сын родился, но точнее не скажу, больше его не видел.

Подавальщица призывно улыбнулась и забрала заказ. Стопки оказались у дальнего стола, где веселилась какая-то компания.

– Ясно, – ответ был привычный, потому почти не расстроилась. – Если будет информация, передай Мег.

Оставила ещё пару монет и облокотилась на спинку стула, прячась за полями шляпы.

В таверне всё прибавлялись и прибавлялись люди, становилось шумнее, но уходить не хотелось. На небольшую драку, что началась за спиной, не обращала внимания, тоскливо потягивая пиво. Кругляш медальона сделал несколько оборотов по стойке и скрылся за пазухой. Навалилась хандра. Захотелось совершить что-то печальное, написать балладу, например, и я бы занялась этим, если бы умела. Точно. У меня же есть ещё самокрутка.

Внутри от предвкушения вспыхнуло удовольствие, и на языке скопилась слюна. Словно великое сокровище, достала портсигар и вынула последнюю драгоценность, предвкушая её вкус. Обожгла край о зажигательный камень, заворожено смотря, как осторожно разгорается начинка и под потолок взвивается дымок. Поднесла к лицу…

Какой-то придурок резко толкнул меня под локоть и самокрутка, как, в замедленном времени, сделала кульбит в воздухе, прежде чем приземлиться на пол, где моментально оказалась под чужим сапогом.

– Моя… – как-то заторможено посмотрела на растерзанные остатки. – Последняя. Ах ты…

Вспышка ярости не оставила никому шансов. Первыми пали соседи, когда я запустила в них табуреткой, а после в ход пошли и остальные подручные средства.

Трактирщик профессионально спрятался под стойкой. Он не понаслышке знал, как отдыхают Наёмники и Перевозчики.


– Три серебряных.

И не думая сопротивляться, достала кошель, отсчитав требуемую сумму.

Из моих рук деньги приняли, чуть дрожа от страха, однако я не расстроилась, этот служака был из новеньких и сегодня, похоже, впервые, стал свидетелем того, как развлекаются усталые искатели.

– В-ванна будет через пять минут.

Молча кивнула, наблюдая, как парень пятится и отступает в глубь коридора. Я решила ненадолго задержаться, пусть это и будет наглостью, но я могла себе это позволить. Принять ванну и слегка перекусить. Самое то.

– Пять стульев, тридцать кувшинов… Сорок семь кружек, тарелки…

Закрыла дверь, устав слушать вопли и стоны горести, что доносились снизу. Такое чувство, что само мироздание восстало против бедного трактирщика. Какая я нехорошая, ай-яй-яй… Покачала головой и усмехнулась. На кровать полетела куртка, шляпа и перевязь с мушкетом.

Комната была средней паршивости, но мне было без разницы. Тепло, сухо, скоро будет ванна, значит, место стоит того.

Разумеется, не только я одна постаралась внизу, разнеся в щепки половину из существующей мебели, но именно моя персона задала настроение последующей бойни, втянув в неё остальных.

В сумке грустно звякнул портсигар, когда я со стоном облегчения упала на постель. Нужно будет пополнить травы. Слишком долго без курева не протяну. Нет, я могла использовать изделия местных травников, но они были такого дрянного качества, что того не стоили.

За всеми этими мыслями почувствовала, как веки медленно, но верно тянет ко сну, но это не входило в мои планы.

Сползла с такой заманчивой кровати и слегка почёсываясь, села у окна. Открытая форточка дала приток свежему воздуху. С улицы доносились вспышки смеха, но я уже была занята. Нужно было успеть разослать парочку писем, прежде чем отсюда уйду.

Когда в комнату внесли воду, я уже запечатывала послания и заказы. Договорившись доставить их в кратчайшие сроки, выпроводила слуг, отказавшись от настойчивого предложения помять спинку и всё остальное, заперла дверь, развязала платок, наскоро его прополоскав, и опустилась в воду.

Пар поднимался в воздух и, добавив парочку капель для запаха в воду, комната наполнилась ароматом хвои. Мыло мягко пенилось в пальцах и я, с наслаждением, водила им по коже.

Опустила голову и посмотрела туда, где была ещё одна моя тайна. Пожалуй, впервые, за долгое время смогла рассмотреть руку и браслет на ней.

Он был простым и напоминал по форме мышцы руки, без узоров и каких-то особенностей. Однако золото настолько плотно прилегало к коже, что, как я ни водила пальцами, не могла нащупать застёжку или хотя бы поднырнуть под саму пластину. Мне не нравилось чувствовать свою уязвимость и беспомощность в подобном вопросе, однако в подобном деле всё равно постаралась действовать разумно. Прежде всего стоило узнать о странном металле побольше. Скоро я буду в Дессау, там находится малая библиотека, в которой можно было покопаться. Сейчас я не хотела думать о волшебстве и прочем мистическом, необъяснимом – устала.

Одновременно с мыслями я намыливала кожу, смывая недельную грязь.

Вода немного пролилась за край бадьи, но для меня это приносило эстетическое удовольствие. Такие небольшие мелочи были чем-то настоящим, живым, вынуждая ловить эти моменты. Кто знает, как скоро я окажусь в цивилизации в следующий раз…

Путь, по которому я шла, очертили следы ног, стоило только вылезти из воды и босиком пройти через комнату.

За время отдыха зеркало слегка запотело, потому стёрла мелкие капли и потрогала лицо. На меня в отражении смотрела чуть угрюмая медноволосая девушка с тонкими поджатыми губами. Под глазом, переходя на скулу, наливался синяк, но я была довольна. К утру от него ничего не останется, а удовольствие своё я получила, немного сняв стресс.

Чтобы не искушать любопытствующих, вернула на лоб повязку, пряча скрытое веко и заострённые кончики ушей. Постаралась улыбнуться, но губы задрожали, и я прекратила попытки. Эта незнакомка в отражении давно уже не напоминала ту маленькую испуганную девочку с пухлыми щёчками. Теперь я стала жёстче и преследовала свою цель. В комнате немного похолодало, и я поспешила одеться.

Чувствуя себя самым счастливым человеком на Перекрёстке потянулась, натягивая новую, чистую рубашку и застегнула пояс с перевязью. Смысла задерживаться в городе не было и, так до конца не просушившись, освободила комнату и спустившись вниз.

– Ваши оладьи со сгущёнкой.

Передо мной поставили тарелку восхитительно прожаренных лепёшек и поклонились. Сейчас в таверне было лишь несколько ночных гостей и никто из них не напоминал тех, кого я ждала.

Оладушки исчезли непозволительно быстро, и я была вынуждена уйти. Видимо, сегодня никто не придёт. Забрала заказанные покупки и вышла на улицу.

Возможно, я поступала глупо, но решила предостеречься и приобретать всё честным путём, полагаясь на золото лишь в сложных ситуациях. Это было моим козырем и светить им направо и налево я не собиралась.

Только перед самим лагерем сообразила, что так и не спросила о свободном транспорте. Но, догадывалась, что в нашем случае это бы не очень помогло. Сейчас, когда Тёмники затеяли что-то серьёзное, они будут использовать все доступные средства для достижения своей цели.

Даже если вдруг из-под чьей-то задницы и исчезнет авто, то с меня взятки гладки.

Хм… А это идея.

Замерла и мысленно представила перед собой крупную повозку, самодвижущуюся и способную вместить десяток человек. Золото на моём плече нагрелось, кольнув меня иглой в плечо, а после остыло. Стоило только моргнуть, как, передо мной стояла небольшая повозка. Пусть и не самая новая с открытым кузовом и покоцанными бортиками, но все же транспорт.

Запахло дымком. Судя по всему, я вытянула её из гущи боя, и раньше, чем от неё остались лишь воспоминания. Протестировала транспорт на местности, и он успешно преодолел ближайшие метров семьсот, дальше я ехать не решилась. Шум мог разбудить моих. Поэтому оставила добычу в лесу, слегка прикрыв ветками, и остальную дорогу проделала пешком. За это время запах гари выветрится, и следов преступления не останется.

Когда вышла из леса, то Гунк, неподвижно сидящий у костра, осмотрел меня, особенно уделив внимание синяку, кивнул и быстро улёгся на лежак. Волосы, высохшие за время бега, слегка растрепались и стали виться, отчего щекотали шею, я постаралась убрать их, но вскоре махнула рукой. У них, как и у их хозяйки, были свои предпочтения.

Капсула с кофеином придала мне сил, и я села за карту, чтобы составить наилучший маршрут и отчёт, который планировала сдать на ближайшей базе. Света от дрожащего огня было немного, но это не помешало мне записать все данные и особенности на изменённой территории. Такие изменения случались слишком редко и играли огромную роль в жизни Перекрёстка. Смена одной локации цепляла изменения во всей системе. Так же я указала на халатное отношение к технике безопасности транспортного кольца.

Когда закончила наступило утро. Я временно не чувствовала усталости, потому бодро кивнула своим, разливая суп по чашкам. Точно! Нужно сообщить о маршруте остальным.

– После завтрака мы направляемся в Гранч, а затем в Манак. Это ближайший город на нашем маршруте.

Маниша кивнула, допивая остатки завтрака.

– Ночью в городе я узнала, что самый короткий и безопасный путь сейчас перекрыт. Небольшая клановая перестановка, потому мы вынуждены идти чуть более сложным маршрутом. Чтобы быть готовыми сообщаю всем, что за Гранчем идут горы.

– А по времени? – нахмурился Остар.

– По времени это увеличит наш путь на одни сутки, если тебя беспокоит, успеем ли мы вложиться в сроки то да, мы идём в рамках допустимого. Я приобрела нам несколько перевязей, перчатки и лекарство для Маргарет.

Джейсон вскинулся, услышав от меня такое, и чудом не выронил брошенную ему упаковку. Тот спор в доме… Я запомнила название и восполнила потерю. Мужчина благодарно улыбнулся, но я на него не смотрела, тщательно изучая карту, прежде чем положить её в сумку.

Сделав последнюю пометку, убрала её в сумку и посмотрела на небо. Пора было выдвигаться.

– На этом всё. Если у вас есть вопросы…

Спросила просто так, но вопрос прозвучал. Да какой…

– У тебя было золото?

Казалось, слова ощутимо повисли в воздухе. Я знала, что мужчина ждёт ответ и я дала его.

– Вам настолько хотелось увидеть мифическое золото, что вы приняли за него обычные фигурки для счёта?

Да, изредка для веса использовали специальные заговорённые дощечки, и они у меня были. Они лишь отдалённо напоминали само золото, но ситуация, что случилась тогда, была достаточной маскировкой для этого. Темнота, боль, хаос, головокружение, горячка боя.

Под моим взглядом спросивший стушевался и покосился на Остара. Слишком большая цена за такую мелочь, и я не могла рисковать.

Лагерь мы собрали быстро. Ходра с Манишей помыли тарелки в речке, разлив кипячёную воду по бутылям, пока остальные разбирали приобретённое мной оборудование.

Приятно и расслабляюще щебетали птицы. Люблю их слушать, но редко случается. Когда мы вышли за пределы лагеря, почти никого не смутило, что мы свернули в сторону города. Наверное, они решили, что прежде мы пройдём через город. Святка и Лиззи ускорились и были первыми, кто нашёл мою добычу.

– Что это? Что за развалюха? – так мою детку ещё никто не называл.

Остальные подоспели вовремя, и Кирилл довольно постучал ботинком по колесу.

– А что? Вполне ничего такая, я разъезжал на подобных по… – он чуть стушевался и широко улыбнулся. – Но это долгая история.

– Садитесь. Чем быстрее мы выедем, тем быстрее достигнем места.

Дверь скрипнула, когда я захлопывала её за собой, немного напугав остальных. Святка всё ещё кривилась, брезгливо приподнимая подол юбки, но, получив хлопок по ягодицам быстро заскочила внутрь и села в угол. Тихо захихикал Лимп. Обернулась. Святка сверкала глазами в сторону Остара, на что торговец довольно улыбался. Хм. Завела авто, и мы поехали, оставляя позади примятую траву и брошенные ветви.

Машина дребезжала, ловя каждую кочку, но она ехала, и это главное. Ребята вцепились обеими руками в бортики и подпрыгивали каждый раз, когда машина делала рывок. Судя по всему, она пострадала гораздо больше, чем мне вчера показалось.

Джейсон с дочерью сидели рядом, здесь было намного удобнее, чем позади.

По пути деревьев становилось всё меньше, пока они совсем не исчезли. Небольшое каменное плато позволило чуть ускорить ход машины, и мы спустя лишь один сдвиг оказались возле очередной границы.

Когда я остановилась и спустилась вниз, никто меня не останавливал. Я пересекла границу, осмотрелась и быстро вернулась обратно. На этот раз нам повезло: по ту сторону лежала дорога как раз по пути в Гранч. Иногда, как это периодически бывало на Перекрёстке, пространство могло немного гулять и смещаться, как и время, и могло получиться так, что дорога, на которую я понадеялась, могла оказаться гораздо дальше, чем хотелось.

Запустила мотор и медленно подъехала к границе.

– Сядьте кучнее, желательно ближе ко мне. Поле здесь немного нестабильное, и всех может слегка потрясти.

За спиной зашуршали, пару раз постучали по кабине, и я двинулась вперёд.


Глава 7


Как и предвидела, переход оказался сложным. Маргарет побледнела, а Святку, похоже, мутило – я, то и дело, слышала позывы её желудка.

Но сделать остановку сейчас не могла, потому ехала дальше. Машина по-прежнему тряслась, здесь тоже было каменное плато, только более холмистое, и мне иногда приходилось объезжать, казалось бы, ровную дорогу, но только я видела, что за ней скрывается выстроенная территорией иллюзия, и не могла доверить эту работу никому. На самом деле Гранч не просто носил такое название. Этот участок появился в результате стыка двух границ, появившихся одновременно двух локаций, отчего потоки их переплелись таким образом, что не каждый соглашался сюда лезть. Если ты не обладал определённой формой способности, схожей с самими границами, то ты запросто мог угодить в ловушку.

Мы ехали по тому пласту, который был наиболее схож с привычными, второй же был гораздо ниже этого уровня и напоминал собой потоки жидкого камня. Я не раз и не два была здесь, однако каждый раз такое зрелище завораживало.

Перекрёсток… В нём собрано слишком много пугающего и необычного.

– А почему мы съехали с этой дороги и сейчас крадёмся по склону?

Любопытный Лимп возник над плечом, но я не могла отвлекаться, и тут на помощь мне пришли мои новые способности. Я щёлкнула его по носу, на несколько секунд позволив взглянуть на мир моими глазами. Ощутила небольшую вспышку боли в плече и резко свернула чуть левее. Мне не понравился участок склона под нами.

– Ух ты… – Лимп восторженно заморгал, оглядываясь по сторонам обновлённым зрением.

При очередной кочке он чуть не выпал за борт, но это не уменьшило восторгов мальчишки. Положенные секунды завершились, и Лимп ненадолго затих.

Участок дороги выровнялся, и я слегка расслабила пальцы. Повезло. Слишком давно не управляла таким транспортом, и это оказалось намного сложнее. Встряхнула руками, разгоняя кровь. Самое сложное уже позади.

Соседи слегка пошевелились, и я оглянулась. Девочка уткнулась в бок своему отцу и устало вздохнула, тот обнял её, устраивая поудобнее. Ещё там, в доме я заметила, что они держатся немного особняком от остальных, словно такая компания рядом доставляла им дискомфорт. Чаще всего рядом с ними была Ходра. Это, конечно, было не моим делом, но…

– И стоило тащить ребёнка в такую даль? Судя по всему, ей не путешествовать нужно, а дома лежать, в кровати, – постаралась смягчить голос, но это оказалось сложнее, чем я предполагала.

Услышав мой голос, девочка испуганно подняла глаза и закопалась поглубже. Джейсон погладил её по волосам и обернулся ко мне.

– Знаю. Возможно, со стороны это и покажется халатным для её здоровья… Выдержать такую дорогу сумеет не каждый, – он грустно улыбнулся.

Тем не менее…

– А её мать?

Неужели и она не против такой поездки?

– Она умерла несколько лет назад от той же болезни.

Кивнула, молчаливо извиняясь за свой вопрос, но мужчина понимающе улыбнулся, продолжив говорить.

– И сейчас нам сможет помочь только побережье.

– Пномпель? Разве их воды обладают лечебным эффектом? – нахмурилась, перебирая известные факты в голове. – Никогда не слышала ни о чём подобном.

– Я химик, занимаюсь химическим анализом воды и почвы, и недавно ко мне попали несколько проб из Пномпеля. Закрытые участки, которые только недавно показались из-под воды. Среди элементов, присутствующих в них, я обнаружил новые и, благодаря череде экспериментов, заметил, что они благотворно влияют на самочувствие некоторых заболевших, – глаза Джейсона загорелись, было видно, что мужчина любит свою работу. – Многие посчитали это глупым, мои мечты, стремления, надежды… Но ради Маргарет я рискну.

Изменения… Возможно, это одно из них?

– Вы забрались так далеко ради мимолётной мечты?

А как далеко забралась я ради своей? Не так ли далеко? Перестав общаться с теми, кто меня не поддерживал, и ища мимолётный образ отца в любой истории…

Услышав от меня эти слова Джейсон, казалось, потух, смотря пустым взором впереди себя. Стоило ли так говорить? Поджала губы, но извиняться не стала, делая вид, что увлеклась дорогой.

Девочка за время разговора свернулась калачиком и сладко посапывала. Мне нечасто приходилось утешать других, скорее никогда, но это поездка затронула внутри меня то, чего я давно не касалась, и я положила свою руку ему на ладонь. Молча.

Мы ехали в тишине. Я, ищущая отца и Отец, в поисках лекарства для своего ребёнка.


– А как у тебя это получилось?

Мы ехали уже несколько сдвигов. Здесь темнело довольно быстро, но благодаря машине мы преодолевали всё намного безопаснее и быстрее.

– Что именно? – пришлось ответить, иначе, боюсь, мальчишка не отстанет.

– Смотреть сквозь иллюзию. Ведь это была она, я так понимаю?

Лимп дышал мне в затылок, и от этого по позвоночнику поднимались мурашки. Не люблю, когда подкрадываются ко мне со спины.

– Отодвинься.

Лимп отсел чуть подальше, но расспросы не прекратил. Все утомлённо молчали, изредка перебрасываясь фразами, и отвлечь парня никто не мог.

– Ну так что? Это иллюзия? Ей можно научиться?

– Иллюзия. И я не владею иллюзиями, это работа Перекрёстка, я могу лишь видеть сквозь неё.

– Круто! – восхищённо присвистнул, чуть не разбудив Маргарет. – А я могу научится видеть сквозь них?

– Сможешь.

Парень моментально загорелся, опять придвинулся вплотную, и мне опять пришлось напомнить ему о личном пространстве.

– Но только если станешь Перевозчиком и дойдёшь до высшего уровня.

Лимп задумчиво поджал губы, судя по всему, моё предложение оказалось сложнее, чем он ожидал.

– Получается, здесь всё покрыто иллюзией? – рядом с Лимпом возник Кирилл, который, как оказалось, не спал.

Ответила слегка неохотно, кофе прекращал действовать, курева не было, и настроение стремительно катилось в пропасть.

– Здесь поле, совмещённое между двумя плоскостями и я, благодаря своим способностям, могу видеть через плёнку, защищающую верхний пласт. Мы проехали через самый опасный участок и сейчас под нами лишь редкие провалы.

– А я могу увидеть то же, что и Лимп?

Теперь мне в спину дышало двое, и я недовольно встряхнула плечами, давая понять, что не всё коту масленица.

– По-видимому, нет, – Кирилл немного разочарованно отстранился, размялся и посмотрел по сторонам. – Тебе, Лимп, сильно повезло увидеть, что здесь скрыто, теперь наша Мег не в настроении, и мы больше не увидим чудес.

Лимп грустно вздохнул, давя на жалость, но я была непреклонна. Тогда Кирилл подался ближе к мальчику и до меня донеслось:

– Расскажешь, что же ты смог увидеть, пока была возможность?

– Конечно! Представляешь… Помнишь те бугры, по которым мы проезжали, съезжая почти к самому низу, так вот под ними глубоко внизу движется огромная серая река…


Окружающее пространство понемногу выцветало. Ночь здесь была не такой чёрной как обычно, скорее, само место словно поглощало краски и становилось практически плоским и серым. В такое время легко можно было пропустить нужную развилку, и я решила найти место для остановки. Разомнём ноги, перекусим и поспим. Я могла продержаться без сна несколько суток, однако организму всё это было не по душе, потому при любом удобном случае стоит доспать.

Машину встряхнуло, когда свернула на безопасное расстояние от дороги, и позади мигом раздалось несколько возгласов.

– Что это?

– Там город?

Не отвечая, проехала ещё несколько метров, остановила машину и заглушила мотор.

– Привал.

Дверь громко хлопнула, спугнув ящериц. Проследила за хвостами. Многовато… Слева от нас вдалеке можно было различить крыши и силуэты стен. Они казались нереальными, словно очерченными на панно.

– Мы не идём в город? – рядом возник Джейсон, аккуратно придерживая спящего ребёнка.

– Нет. И соваться туда для любого будет опасно для жизни.

Сама, не доверяя остальным эту работу, собрала хворост и добавила искры в кострище. Цвет самого костра различался еле-еле, и это было самым большим признаком того, что время почти закончилось. Мы натянули брезент на борт, оставив внутри несколько лежаков для девушек, остальные расположились снаружи. Села, получив свою порцию чая и продолжила:

– Если кто не знает, здесь, в Гранче, несмотря на то, что локация появилась вместе с городом, никому не удавалось находиться в городе дольше, чем пару недель. Каждый день пропадало всё больше людей, пока руководство не сочло территорию опасной, и теперь сюда суются только искатели и Перевозчики. И военные.

Сидящие вокруг меня поёжились.

– Никого не нашли? Разве так бывает?..

– Никого. Лишь несколько тел.

– Я слышал, – тихо продолжил за меня Остар, – что здесь водятся призраки, и часто можно увидеть то, чего на самом деле не существует.

Немного удивилась, но кивнула, подтверждая.

– Совершенно верно. И я настоятельно рекомендую не отходить от лагеря далеко, хорошо выспаться, через несколько сдвигов мы двинемся дальше.

Я не стала говорить о своих догадках по поводу городских иллюзий. Подозреваю, что многие угодили в ловушки потому, что они отображали то, что за *гранью, из тех частей, которые сюда не переместились. Сама я никогда не бывала в городе, но услышала достаточно, чтобы не рваться внутрь.

Ребята разочарованно разошлись по местам. Им хотелось послушать ещё, но я считаю, что отдых важнее сказок. Первыми сторожить рвались Лимп и Кирилл, и я не стала спорить, согласившись на смену с самого утра.

Когда меня разбудили, серая хмарь почти отступила, и у нас оставалось на всё про всё пара часов. Зевнула и отложила шляпу в сторону, так как волосы немного запутались.

Вокруг раздавалось тихое сопение спящих. Встала, немного размялась, стараясь взбодриться. Здесь сон был крепким, но не сильно восстанавливающим. Нужно поскорее отсюда убраться, но пока остальные спят, сделать этого не выйдет.

С места, где я находилась, было слышно, как где-то внизу тихо шуршали камни. Спустя пару минут вышла за пределы лагеря, обходя его по кругу и рассматривая контур. Никого постороннего рядом не было, только несколько раз его тревожили свои, по-видимому, шли в туалет. Четверо… Задумчиво прикусила губу, осматривая их внимательнее. Одни следы показались странными и вели… прямиком в город.

Интуиция взвыла тревогой, и я быстро вернулась назад, осматривая всех и каждого. Спальное место Лимпа оказалось пустым, а постель холодной. Явно он ушёл достаточно давно. Потратив несколько минут на то, чтобы забраться повыше, я осмотрела путь в город. Сейчас, в предрассветных сумерках, он выглядел достаточно нарядным, на его вершинах зажглись небольшие огоньки, похожие на гирлянды, но я понимала, что это не к добру.

Спустилась, разбудила Гунка, Кирилла и Ходру, кратко ввела в курс дела, смотря на заспанные лица.

– Думаю, стоит оставить здесь Ходру, а мы втроём пойдём в город.

– Остальных будить? – Ходра подкинула несколько поленьев в костёр и посмотрела на остальных.

– Не стоит, – покачала головой. – Разбудишь их через несколько часов. Думаю, к этому времени, мы вернёмся обратно. С тем, что останется от Лимпа…

– Не стоит отчаиваться, мне кажется, что Лимп достаточно удачлив, чтобы погибать так скоро, – жизнерадостность Кирилла была весьма противной приправой сегодняшнего утра.

– А разве я сказала, что им пообедают местные призраки? – оскалилась.

Кирилл замолк и грустно вздохнул, заранее сочувствуя парню.

– Можно вопрос?

Кивнула, смотря на дорогу. На этом участке приходилось часто вилять.

– Ты сказала, что здесь не могут жить дольше недели, – Кирилл тщательно подбирал слова, – так почему мы едем в город, расположенный в такой зоне? Разве для нас это будет безопасным?

Интересный вопрос.


* Грань – пелена, окружающая каждую из территорий на Перекрёстке. Через неё могут проходить те, кто подсоединён к грани. Она живая, имеет радужный оттенок, её видят Перевозчики и Сприи. Имеет разную толщину и особенности, может передвигаться в районе своей территории.

– Единственное, чего вам стоит опасаться – это выйти за пределы самого города. Я говорила, что территория неоднородна? – те кивнули. – Так вот второй город возник на уверенно стабильном участке, и сейчас на нём проживает около пятисот человек.

Мои слова вызвали странный ажиотаж у Кирилла. Я не я, если он что-то не придумал.

– Как они могут здесь жить? – он как никогда напоминал Лимпа в этот момент. Так же сиял любопытством и азартом.

– Легко. В основном здесь расположились учёные и несколько тренировочных полигонов для военных, им не требуется часто покидать огороженную зону, хватает того, что есть.

– А еда?..

– Продукты им доставляют.

Шли мы быстро. Гунк обследовал дорогу впереди, Кирилл пристроился сзади, зажав меня таким образом в кольцо. Дорога к городу была в плачевном состоянии, потому нам часто приходилось перепрыгивать с камня на камень, но здесь совсем не было провалов, и моя помощь с иллюзиями была не нужна.

Показались слегка покосившиеся ворота, и мы замедлились. Вокруг было по-прежнему тихо, пропали даже ящерицы, которые с избытком здесь обитали. Лимпа нигде не было видно. Если он вышел больше часа назад, то сейчас мог оказаться и в центре города, если же он пропал раньше, то встретить его могли где угодно.

Обернулась к мужчинам.

– Будьте внимательны. Если что-то покажется вам странным или нелогичным, говорите – это могут оказаться другие иллюзии.

Гунк кивнул и разумно пропустил меня вперёд.

Двор перед первыми домами оказался просторным и почти чистым, казалось, люди покинули город не так давно. На земле были ровные плиты, и только благодаря этому я разглядела одиночные следы. Молча указала на них мужчинам, и мы пошли по следу.

Эхо шагов и шелест одежды разносились довольно далеко, но кроме нас никого не было рядом. Я опасалась лишь того, что не знала, на что реагировали и проявлялись призраки с иллюзиями, обитавшие в самом городе.

Первым тихие слова и топот ног услышал Гунк. Он замер и закрутился на месте, так как здесь следы ненадолго прерывались, словно от порыва ветра. Мы оказались на небольшой улочке с несколькими переходами, Гунк остановился, подумал и вошёл в центральный.

Он шёл, ведомый внутренним чутьём, и скоро мы оказались на довольно широкой улице. По её центру целенаправленно шёл Линп, то и дело подавая руку кому-то невидимому. Он не видел нас, но продолжал к кому-то обращаться. Иллюзия. Мы переглянулись и поспешили следом.

– Мама ты… Давай не будем. Я не хочу сейчас играть. Я уже большой.

Рядом с Лимпом никого не было. Даже приблизившись мы ничего не разглядели, а сам мальчик ушёл уже достаточно далеко, и нам следовало поторопиться, кто знает, что с ним будет, задержись ребёнок здесь. Осторожно подошла ближе, и положила ладонь на плечо мальчику. Лимп развернулся, смотря на меня затянутыми поволокой голубыми глазами. Но даже так казалось, что его глаза видят всё, будучи такими спокойными и счастливыми, как никогда до этого.

– А, Мег… – узнал меня мальчик. – Представляешь, а я маму встретил…

Прижала ладонь к его губам, гася дальнейшие слова. Лимп под воздействием, себя не контролирует, а вокруг, словно отвечая на моё вмешательство, начало происходить что-то непонятное. Заметив происходящее, мужчины стали полукругом, защищая меня с двух сторон.

Земля под ногами дрогнула, а по ушам ударил тихий звон, как от лопнувшей струны. Перед глазами появилась противная рябь и, чтобы стало полегче, всем пришлось проморгаться. Когда волны и цветовая рябь перестали мелькать, перед нами раскинулся город. Но какой! Сияющие фонарями улочки, люди, спешащие то в одну, то в другую сторону, дети, бегущие в сторону магазина сладостей – всё это демонстрировало реальную жизнь обычного города.

Если бы я не видела одновременно с яркой картинкой пустые забытые улицы, то, несомненно, поверила бы во всё это. Из того, что было в настоящем, были лишь стены и огни, парящие прямо в воздухе, именно они освещали всё и тут, и там.

Неподалёку от нас стояла женщина и перебирала в руках платок.

Всё это я рассмотрела за несколько секунд, готовясь дать отпор, но ничего не происходило, никто не стремился на нас напасть. Казалось, мы попали в обычный жилой район, даже ощутили приятный запах выпечки из пекарни неподалёку. Где-то весело зазвонил колокольчик, и мимо пронеслась запряжённая лошадьми карета.

Проследила за ними взглядом. Изредка я встречала такие, их имели значительно обеспеченные граждане. Всё вокруг напомнило мне Бернис, но лишь самую малость.

В какой-то момент я отпустила руку Лимпа, и он моментально оказался за несколько шагов от меня. Ближе к женщине, словно не чувствовал от неё никакой опасности. Незнакомка была одета в небольшой полушубок, будто пыталась согреться и часто щурилась. Лимп взмахнул руками от избытка чувств.

– Мам, знакомься, это мои… – парень растерянно нахмурился, но почти сразу нашёл подходящие слова, – друзья.

– О, мы всегда рады гостям и друзьям моего сына, – иллюзия посмотрела на нас и улыбнулась: – Пригласишь их к нам на ужин?

Женщина казалась настолько реальной, что только усилием воли я сохраняла прежнюю настороженность.

– Конечно, – Лимп с готовностью кивнул и, подскочив к Кириллу, ухватил мужчину за ладонь. – Пойдёмте, здесь недалеко, моя мама замечательно готовит, и она не против, чтобы вы пошли с нами.

Кирилл, увлеченный счастливо улыбавшимся Лимпом, послушно сделал несколько шагов, нахмурился и остановился. Лимп обиженно дёрнул его за рукав.

– Думаю, лучше всего накрыть стол в беседке, я часто устраиваю чаепития, и мы будем рады гостям.

Женщина не шла нам на встречу, продолжая всё так же стоять и улыбаться.

Посмотрела на Гунка. Он стоял и, казалось бы, равнодушно смотрел на всё вокруг, только вот руки у него были сжаты, и это с головой выдавало его волнение. Каждый из нас оказался под атмосферой данного места и сейчас пытался справиться с наваждением.

– Пойдём! – Лимп дёрнул Кирилла посильнее. – Я хочу познакомить тебя с сестрой.

Не дождавшись от нас каких-либо телодвижений, Лимп настойчиво принялся рассказывать о своей семье, словно они и вправду давно здесь жили. Словно это было то, что происходило с ним долгое и долгое время, пока что?..

От возникшей догадки стало зябко, и я поёжилась. Несколько лет назад в Бернисе случилось наводнение, и многие районы затопило, город стал похож на забор с пересекающими его потоками воды, возникающими из ниоткуда. Явление странное, но не невозможное для Перекрёстка.

Нас ненадолго увлёк диалог и живое общение, так что я было пропустила момент, когда вокруг, словно из-под земли, начал подниматься туман. Именно поэтому я и ощутила дрожь. Он, как живой, обволакивал улицы, и мне это не понравилось.

– Ребята… – произнесла тихо только для своих спутников. – У нас мало времени. Вокруг начинает собираться туман.

Мой острый взгляд осматривал окружающих нас людей, и я заметила, как те задвигались чуть медленнее, словно прислушивались к тому, о чём мы говорили.

Услышали? Парни оглянулись, но видели лишь спокойный вечер и лёгкую суету фигурок.

– Здесь всё такое настоящее… – Кирилл прикоснулся к плющу, что обвивал стену.

Отступила от особенно плотного клуба тумана и выдала свою догадку.

– Я думаю, мы попали в иллюзию самого Лимпа, в его желания, мечты, и именно его стоит…

Резко, пока Лимп не понял и не насторожил существо, притворяющееся его матерью, придвинулась к мальчику и щёлкнула того по носу, воздействуя энергией этого мира.

Глаза мальчика почти сразу стали живыми, ушла пелена, окутавшая его, но вместо того, чтобы броситься к нам на помощь, Лимп попятился, развернулся к женщине и сделал несколько неуверенных шагов.

– Мама, – в его голосе была затаённая надежда, – это действительно ты? – на последнем слове мальчик захрипел, словно слова были слишком тяжёлыми.

– Да, глупыш, почему ты сомневаешься?

Женщина мягко и тепло улыбнулась сыну и подняла руку.

– Пойдём домой. Сегодня на ужин нас ждут оладьи с вареньем.

– Всё как я люблю… – Лимп сделал ещё несколько шагов к ней навстречу и по щекам его полились первые слезинки.

– Да, как ты любишь.

– Домой…

Лимп осмотрелся, бросил какой-то виноватый взгляд на нас и неожиданно я поняла, что он хочет сделать. Не дав ему совершить огромную глупость, задействовала золото и вырастила сферический щит перед самым его носом.

Лимп бросился бежать, только сразу упёрся в него. Ударил раз, другой и завыл белугой. Казалось, он выцарапает себе проход с кровью. Быстро поняв, что таким образом ничего не добьётся мальчик развернулся и бросился ко мне. Словно понял, чьих рук был барьер.

– Ты! Открой! Там мама! – крик проникал в самое сердце, но нельзя…

Ловко перехватила Лимпа за плечи и остановила, вглядываясь в его глаза. Глаза, полные боли, надежды, страха и скрытого понимания…

– Это не твоя мать.

Существо, по ту сторону, как-то растерянно и грустно посмотрело на Лимпа и сделало шаг в нашу сторону. Оно словно не видело щит. Удерживая Лимпа, мне никто не мешал рассмотреть тот момент, когда сущность и поверхность сферы соприкоснулись.

Словно не сразу почувствовав это, оно продолжало идти, я видела, как натягивалась пелена с нашей стороны. Затем существо замерло, нахмурилось. Секунды текли тяжёлыми каплями. И тогда оно закричало.

Крик перерос в вой, лицо женщины исказилось и стало нечеловеческим. По ней пробежала рябь, искажая картинку, и на смену человека начал проявляться второй облик. На месте женщины оказалось то, что под ней скрывалось – существо, состоящее из мелких частичек песка и камней, как та река, что протекала под нами. Тело неизвестной сущности так же перетекало из одного состояния в другое, лишь усилием воли удерживая человекоподобную фигуру.

– Оно явно разозлилось… – Кирилл нервно хохотнул, отмирая.

– Не смей! Лгунья! – получила я удар от Лимпа. – Она там! – и ещё один удар. – Не смей мешать мне, ты никто, ты… – рыдая, Лимп рвался из моих рук и колотил по груди со всей силы.

Всё, что мне оставалось, – сдерживать его удары. Мальчик словно ослеп и оглох. Он не видел ничего, кроме своей боли, наконец, нашедшей выход впервые за долгие годы.

С усилием обняла ребёнка, сотрясаясь от дрожи, у меня болела рука, но эта боль была несравнима с его. Лимп понемногу уставал и под конец молча всхлипывал, но я не могла быть уверенной в том, что, выпустив мальчика, он не бросится обратно в самую гущу. Умоляюще посмотрела на парней.

Судя по их бледным лицам, они тоже, наконец, осознали, кого же Лимп принял за свою мать, и сейчас отходили от шока. Кирилл и Гунк сделали шаг ко мне, но первым успел Гунк, оглушив парня. Придержала обмякшее тело, и Кирилл забрал его, забросив себе на плечо.

Мы быстро покинули улочку. Я по-прежнему держала щит и испытывала давление на него извне, от чего по телу распространялись волны боли. Волшебный металл не жалел меня, помогая нам спастись и принося неутихающую боль. Но без него покинуть это место не представлялось возможным.

Да, чем больше проходило времени, тем больше я начинала жалеть о том, что нашла его, оставила у себя, но также я понимала, что ради своей цели я готова погибнуть, лишь бы не упустить то, что сдвинуло с места мои долгие поиски. Десять лет. Даже не признаваясь себе в этом, я постепенно теряла надежду, кусочек за кусочком. До этих дней.

Потому лишь стиснула зубы, смотря на то, как фигура и ещё несколько, что оказались неподалёку, стекают вниз серыми кляксами и двигаются следом.

На других улицах туман был таким же плотным, но сама иллюзия постепенно отступала, растворялась, благодаря чему парни уже без моих подсказок могли найти отсюда выход.

Для пробы я выстрелила один раз в ближайшую фигуру, но, и как в случае с монстрами до этого, это не принесло никакой пользы. Покачала мушкет в руке и убрала за пояс. Начинаю разочаровываться в своём оружии. Возможно стоит поискать вариант ему на смену?

Лимп тряпочкой висел на плече у Кирилла, когда мы быстро покидали город. Туман остался на границе города, изредка выстреливая наружу небольшие щупы и возвращая их обратно. За спиной всё ещё были слышны стоны и вопли каменных фигур.

– Как ты догадалась?

На меня устремилось две пары любопытных глаз. Только сейчас нашу группу накрыла горячка боя, но никто не замедлил темп, опасаясь, что существа могут до сих пор нас преследовать. Грустно усмехнулась.

– Раз иллюзия приняла облик матери Лимпа, то каким-то образом считывала образы в его голове. Я не могла и думать, что иллюзия – это только побочный эффект от основного противника…

Предположила, что стоит мальчику прийти в себя, как иллюзия развеется, но оказалась неправа. Даже после того, как наваждение развеялось, иллюзия продолжала существовать. И причинять боль. Даже более сильную, чем до этого. Понять и принять Лимпу это будет сложно. Голова мальчика шаталась каждый раз, когда нам приходилось перепрыгивать с камня на камень.

– Невероятно… Хоу. Но кто они такие? – Кириллу было тяжело нести увесистого парня, и я переняла эстафету, приноравливаясь к изменившемуся весу.

Кто? Хотелось бы знать.

– Я точно не уверен… Для этого потребуются годы и годы исследований, сейчас мы увидели их впервые, ни в одном из источников не было указало, что одними из жителей были существа с той стороны… Думаю, каким-то образом, они оказались связаны всё той же аномалией с жителями этой стороны. Это позволило им принимать их облик и, ощущая желания других, исполнять их взамен на их жизни. – даже голос не сбился и, пожалуй, это была самая длинная речь от Гунка за всё время.

Прозвучало логично. Этот мужчина заглянул в самую суть, затронув и мои глубинные чувства. Тогда, когда мы уже уходили из города, на мгновение мне почудилось, что среди них я увидела и своего отца.


Глава 8


В голове крутился ворох из вопросов, мыслей и сомнений. Я шла, смотря под ноги и молчала. Молчали и мужчины, но мысли, терзавшие их, были совершенно другими.

Чтобы не отвлекаться от дороги, поставила себя на автоматический режим, сама же углубилась внутрь и начала разбрасывать по стопочкам на важное и не очень. По порядку.

Видела ли я там отца? – Да.

Был ли это он на самом деле? – Нет.

Мог ли он оказаться здесь в прошлом? – Вполне.

Он исследовал весь Перекрёсток за свои сорок лет вдоль и поперёк. Правда, про этот город он мне ничего не рассказывал…

Я не была до этого момента в городе с подобными свойствами и понимала, что стоит заглянуть и в другие места, такие же сложные и непроходимые, как Гранч.

Почему он был там?

Почему среди этих стен остался его слепок?

Я принесла его?

Могли ли существа влезть мою голову?

На эти вопросы чёткого ответа не было, я лишь могла предполагать, что всё возможно. Да, я не почувствовала ни малейшего вмешательства, воздействия или запутанности сознания. И в этом вопросе точно не могла положиться ни на свой опыт, ни на свои ощущения, так как не знала природу и все возможности тех существ. Оставалось лишь догадываться и предполагать.

Был небольшой шанс того, что моё желание его увидеть было слишком сильным и могло фонить в пространстве… Пнула камень, и он улетел куда-то вниз.

Я была уверена в том, что сомнения, скрытые глубоко внутри меня, если я с ними не разберусь, начнут поглощать меня быстрее чем когда-либо… И я не собиралась соглашаться с тем, что отец мог по глупости погибнуть именно здесь. Не он. Ни с его опытом. Он скорее разобрал бы этот город по кирпичику, чем позволил себе навредить.

– Вы нашли его?

Гунк кивнул обеспокоенной Ходре, которая всплеснула руками, увидев наш внешний вид. Только сейчас я заметила, что выглядим мы под стать тем существам. Такие же грязно-серые и тихие. В лагере никто не спал, все встревоженно переговаривались, даже и не думая упаковывать вещи.

– Нашли.

Кирилл аккуратно опустил Лимпа, кладя на лежак рядом с костром. Даже в спящем состоянии лицо его было напряжённым и бледным.

– Что с Лимпом? Он в порядке?

Рядом с мальчиком, осторожно поправляя подушку, опустилась Маниша. Ходра принесла тряпку, и Маниша аккуратно стёрла подтёки на его лице. В городе Лимп сильно вымазался в пыль и слёзы, текущие по его щекам, оставили чистые полосы. Мальчик всхлипнул, но не пошевелился.

Поджала губы и отвернулась, потирая глаза, они странно чесались и горели.

– Просто спит. Нам пришлось не сладко, пришлось его вырубить, чтобы он не наделал глупостей.

– Но почему он ушёл из лагеря?

Мы переглянулись.

– Лимп был под воздействием, когда мы его нашли, то он даже не осознавал, где находится. Мальчик сам расскажет, когда придёт в себя. Если захочет.

Думаю, даже малая часть рассказанного будет лучше, чем молчание.

– Захочет? О чём вы?

Лимпа обтёрли, и теперь о произошедшем с ним напоминал лишь только бледный вид мальчика и чумазые мы.

– Когда Лимп проснётся, ему потребуется время на то, чтобы прийти в себя, – осторожно сказал Гунк. – Постарайтесь не оставлять его одного, будьте рядом.

– Хорошо, – Ходра погладила спящего мальчика по волосам, смотря на него с материнской заботой. Она была бы ему прекрасной матерью.

Я что, собираюсь плакать? Глаза жгло всё сильнее, и я отошла в сторону, чтобы понять, что со мной такое. Было не похоже, что я собираюсь расплакаться. Сколько себя помню, слёзы не приходили ко мне, хотя грустных ситуаций вокруг меня хватало с избытком. В висок стрельнуло иголкой, и я поморщилась.

– Ты куда?

– Отойду ненадолго. Хочу осмотреться.

Отойдя шагов на двадцать от лагеря, я присела у камня и, щурясь на свет вокруг, достала из рюкзака бутыль. Мокрые ладони немного уменьшили жжение, но не убрали до конца. Что за хмарь?!

Пальцы ощупали веки, но ничего не изменилось. Неожиданно жжение, сошло на нет, оставив после себя приятную прохладу. Поморгала, теперь мне ничего не мешало.

– Я решил, что тебе стоит умыться…

Из-за камня появился Кирилл и меня в очередной раз начала раздражать его манера преследования.

– Чего тебе? – отвернулась.

– Ты плакала?

– Нет, – раздражённо ответила я. – Пыль в глаза попала.

– Хм… – судя по тону мне не поверили. – Держи.

Я приняла протянутую ткань и намочила. Когда убрала её от лица, рядом уже никого не было, а полотно стало очень грязным.

В лагере царила суматоха. Спальники активно убирали в кузов. Придержала Лимпа, когда его уложили в кузов, постелив на пол несколько одеял.

Сначала я не обращала внимание на Маргарет, как-то заинтересованно рассматривающую меня, но потом такое внимание начало мне надоедать.

– Что? – буркнула, ожидая испуганного писка, но это словно её не задело.

Она по-прежнему продолжала на меня смотреть с каким-то восторгом. Не знаю почему, но девочка перестала меня бояться.

– Ты красивая…

Красивая? Озадаченно замерла, и тут к малышке подошёл Джейсон.

– Милая, ты выпила лекарства?

– Нет, – она отрицательно покачала головой, не отводя от меня взгляда.

Может это последствия болезни? Что, если ей стало хуже?

– Тогда пойдём, мы скоро уезжаем, и в дороге сделать это будет сложнее, – он поправил на ней курточку, застёгивая оставшиеся пуговицы.

– А Мег пойдёт со мной?

Джейсон удивлённо обернулся в мою сторону. Я продолжала озадаченно смотреть на девочку.

– Мег? – смятенно спросил отец девочки. – Ты хочешь, чтобы она пошла с тобой?

– Да. Она красивая, а ещё добрая.

Поперхнулась воздухом. Так, это уже слишком. Я добрая? Красивая?

– С девочкой всё в порядке? – не то, чтобы мне было интересно, но решила уточнить.

– С утра было да, – и уже оборачиваясь к Маргарет: – Как ты себя чувствуешь? Голова не болит?

Девочка отрицательно покачала головой, а я нахмурилась:

– Думаю, нам стоит поскорее выезжать. Я не знаю, как это место может воздействовать на ребёнка.

– Думаете, ей станет хуже? – обеспокоенно.

– Не уверена, но проверять мне бы это не хотелось.

Джейсон кивнул и неожиданно подошёл поближе, что-то высматривая в моих глазах. И то, как он сосредоточенно это делал, напомнило мне одну рептилию из подвидов ящериц. Те тоже любили тщательно осмотреть свою добычу, прежде чем её сожрать.

– Странно… А я и не замечал, какие синие у вас глаза.

О чём это он? Синие? Скорее, серые. Мне казалось, что я попала в театр абсурда. На лице Джейсона появилось какое-то трогательно щенячье выражение, и я отошла от него на шаг.

– Помогите Маргарет принять лекарства, мы скоро выезжаем.

– А, да… – он встряхнул головой, словно избавляясь от наваждения и повернулся к девочке, уводя её в сторону погасшего кострища.

Уходя, всё время спиной чувствовала её взгляд. Это место странно на всех воздействует. Не хватало, чтобы нам пришлось лечить ещё двоих.

– Всё собрали?

Последние продукты упаковали в сумку и теперь запрыгивали в машину. Стоит пополнить припасы.

– Да, – громко прозвучало из уст моих подопечных.

Мег и Джейсон забрались внутрь, и я завела мотор, разогревая машину. Она чихнула раз, другой, разбрасывая клубы дыма, но послушно завелась.

– Готовы? Присматривайте там за Лимпом. До цивилизации нам ехать всего два с половиной сдвига.

Позади раздалось несколько восторженных восклицаний. Машина мягко поехала, оставляя позади мёртвый город.


Думала, что ехать будет сложнее – разговоры, расспросы… Но все молчали, и постепенно я перестала обращать внимание на ребёнка.

Вскоре из-за поворота показались тёмные стены Гранча, и машина немного ускорилась. Осталось совсем немного. Нас заметили, судя по копошению на стене, но встречать не вышли. Даже в будке, стоящей перед самой стеной, было темно.

Обычно гостей встречают не так. Нужно было проверить, что случилось.

– Посидите здесь.

Мне угугукнули, и я, не заглушая мотор, открыла дверь.

– Осторожно.

Джейсон заботливо придержал меня за локоть, когда я спускалась на землю. Смерила его неопределённым взглядом и направилась к воротам. Мне почему-то стало страшно, даже страшнее, чем в городе. Надо быстрее валить из этого места.

Несколько ударов по сторожевой будке, и в открытом окне показались заспанное, но чисто выбритое лицо. Дисциплина.

– Кто?

– Перевозчик. Доставляю груз, – достала из-за пазухи жетон, поворачивая его лицевой стороной вверх.

Сторожевой сверился с чем-то в журнале и недовольно заворчал.

– Почему груз такой дорогой? Новичок? Сколько единиц груза?

Не смотря на недовольство, мужчина бросил любопытный взгляд на машину.

– В Котбусе зашевелились Тёмники, пришлось идти в обход. Нет. Десять, не считая меня, – ответила по порядку.

Мужчина уважительно присвистнул, заморгал, осмысливая информацию, и потянулся куда-то вниз. Тихо щёлкнул замок и ворота стали отъезжать вбок, освобождая дорогу.

– Благодарю.

Вернулась в машину, где на меня смотрели двое влюбленно-щенячьих взгляда, и выдохнула сквозь зубы. Следующими здесь поедут Святка и Лиззи.


Глава 9


– Какая встреча… – на встречу, как только мы остановились, проехав к пункту приёма новых граждан, широко раскинув руки, шагнул довольно крупный мужчина. – Когда я услышал, что к нам пожаловала сама Мег, то я не поверил своим ушам.

На подошедшего смотрели с любопытством, особенно старались девушки, так как несмотря на значительный возраст, тот имел довольно симпатичную внешность. Этакий эталон мужественности.

– И тебе привет Тайрос, – захлопнула дверь и пожала ему руку. – Я тут ненадолго, доставляю груз, пришлось заскочить, – кивком головы указала на своих ребят. К этому времени почти все спустились и теперь мяли в руках личные вещи.

Им было явно неуютно от такого количества военных вокруг.

– Не вопрос, – он кивнул гостям. – Располагайтесь. Думаю, против шикарного ужина и ванной никто не будет против.

Девушки счастливо переглянулись и посторонились, пропуская мимо отряд новобранцев. Если бы не форма, то я приняла бы их за…

– Новое пополнение?

– Скорее, небольшие перестановки.

Интригующе. Гунк спрыгнул с кузова, неся на руках Лимпа. Тайрос пробежался оценивающим взглядом по нему и мальчишке и склонил к плечу голову. Он явно оценил то, как двигался Гунк, хотя, по сравнению с ним, внешность его была совсем невзрачная, но на то и опыт преподавания, чтобы сходу замечать основное.

– Интересный экземпляр… Что с мальчишкой?

Лимп не приходил в себя, но теперь вернул привычный цвет лица, осталось дождаться пробуждения и выдержать бурю эмоций. Ходра нетерпеливо стояла рядом с Гунком и держала вещи мальчика.

– Попал на иллюзию, пришлось вытаскивать, – не вдаваясь в детали, пояснила я. – На базе имеется доктор?

– Устроим, – кивнул и оглянулся.

Тайрус махнул рукой, и к нам поспешили двое. Остановились в нескольких шагах и вытянулись в струнку. Судя по нашивкам, они из обеспечения.

– Отведите… – бросил взгляд в сторону стоящего мужчины.

– Гунк, – он смотрел так же серьёзно, как и Тайрос. Они поладят.

– Гунка в госпиталь, а остальных в гостевые.

– Принято.

– Ты решила показать им Гранч? – казалось, Тайрос был действительно удивлён.

– Не совсем. В Котбусе ожидается перестановка, зашевелились Тёмники, пришлось идти в обход. И мне кажется, вам стоит ожидать и других гостей помимо нас. Судя по той подготовке, всё затянется недели на две, если не больше.

Тайрос кивнул, что-то усиленно обдумывая. Прошли буквально пара минут, а вокруг никого не осталось. Машину оттянули подальше и, на что я очень надеялась, скоро её слегка подлатают. На последнем километре внутри начало что-то гулко греметь, о чём я и сообщила ремонтникам, словив их недовольные взгляды. Они не знали меня, но то, что я получила допуск, оказалось решающим, и они закопались в машину, что-то рассматривая в кристалле.

Тайрос стоял у входа и ожидал, пока я решу свою проблему. Мы прошли в административный корпус и поднялись на второй этаж. Здесь людей было поменьше, чем на улице, прошли через длинный коридор и подошли к одной из многочисленных безликих дверей. Рядом висела какая-то картина по мотивам Шефрана. Увлекается кто-то из администрации?

Дверь беззвучно распахнулась, и я усмехнулась. За мной наблюдало множество глаз. Наверное, девушки здесь бывают нечасто.

– Проходи. Нам скоро принесут обед.

В комнате царил идеальный порядок, в нише напротив стола появилось несколько новых камней, которые он собирал, но в целом ничего не изменилось. Обошла кабинет по кругу, позволяя себе секундную вольность, и подошла к столу. Поодаль от основного стола был расположен длинный рабочий, за которым проводились совещания не только высшего руководства, но и при участии отличившихся новичков. Среди них часто была и я.

– Сколько я тебя не видел – год, два? – он отодвинул в сторону бумаги, сложил ладони под подбородком и принялся меня рассматривать. Да, мой вид тот ещё.

– Почти полтора.

Взгляд скользнул дальше и зацепился за стол Тайроса. Судя по всему, до моего прихода мужчина читал какой-то отчёт. Раздался короткий стук, и в комнату вошли двое парней. В руках они несли накрытые крышками подносы. Поставили один на его стол, второй на рабочий и подняли крышки – по комнате распространился прекрасный аромат тушёных овощей и мяса.

Присела, не ожидая подсказок, облизнулась, но за блюдо не взялась, заметив, что Тайрос так и не притронулся к своему. Он продолжал смотреть, особенно уделив вниманию моё лицо.

– У тебя точно всё в порядке? Выглядишь потрёпанной.

Так, придётся ждать, пока еда остынет. Желудок был категорически против и обижено буркнул, хорошо, что тихо. Не показывая это, сняла шляпу, повесив её на бортик и облокотилась на спинку, рассматривая Тайроса так же внимательно, ведь не понаслышке знала, что таким образом мой бывший преподаватель по боёвке даёт понять, что у него есть просьба. Весьма важная, на которую стоит обратить моё внимание. Он не изменился. Обычно Тайрос не замечает потёртости в одежде и усталый вид подчинённых, это не в его стиле.

– С чем мне нужно помочь? – живот предательски буркнул ещё раз.

– Шустрая, – Тайрос улыбнулся и потянулся к вилке, накалывая кусочек. – Для начала стоит поесть.

– Так ты говоришь, что новая локация слишком опасна?

– Особенно в ночное время. Моё оружие против них практически бесполезно.

Выложила на стол мушкет. Тайрос почесал бороду. В комнате повисла пауза. Наконец, мужчина задумчиво произнёс:

– Думаю, я могу тебе с этим помочь. Местные умельцы недавно вывели новый тип металла, мы, насколько смогли, его протестировали, но сама понимаешь – здесь не так много возможностей и объектов, чтобы полностью понять, что же они учудили. Думаю, тебе, как Перевозчику высшего ранга, будет намного проще. Только отчёт по свойствам не забудь предоставить…

– По поводу местной живности, – мне нелегко было об этом говорить, но пришлось: – Как давно вы были в закрытом городе?

Мужчина смерил меня заинтересованным взглядом и прищурился.

– Бываем, раз в неделю, две…

– И ничего нового не заметили? – покатала в пальцах ненужный более патрон и убрала мушкет обратно в кобуру.

– Нет. Есть то, что мне необходимо знать? Тот парниша… – он догадливо приподнял брови.

– Мы столкнулись там с существами, связанными со вторым планом.

Прозвучало как разряд грома. Так тихо стало после моих слов.

– Новый вид? – Тайрос хищно придвинулся.

– Да, но мне необходимо время, чтобы полнее составить отчёт.

Мужчина взбудоражено хлопнул по столешнице и опять окинул меня взглядом.

– Прекрасно… Твой приход принёс приятные вести.

Неосведомлённому такая радость показалась бы непонятной, но всё дело в том, что база, на которой мы сейчас располагались, работала совместно с учёными, тренируя новобранцев, Перевозчиков и тех, кому было необходимо пройти подготовку. Здесь, в Гранче было довольно мало интересного, предоставляя шикарный шанс для подготовки новых кадров без лишних глаз, и каждое новое место с неизученными существами расхватывалось как горячие пирожки. Благодаря поступившим новым данным можно было полноценно обучить людей, протестировать то, что годами копится в лаборатории, и лучше изучить Перекрёсток.

Время утекало сквозь пальцы, и я напомнила о том, что Тайрос хотел от меня получить.

– Я хотела бы узнать, о какой просьбе ты говорил, – я внимательно рассматривала лицо мужчины, и от меня не скрылось, как тот спрятал в уголках глаз искры азарта.

– О, просьба… Самую малость, – Тайрос улыбнулся, но настолько коварно, что у меня засосало под ложечкой. – Провести несколько занятий для новых Перевозчиков и некоторых из отличившихся юнцов. Думаю, с твоим опытом это будет проще простого.

Всё бы ничего, но дело в том, что я ненавидела работать в команде. Та работа в команде с Хикусом… Показала мне предел моего терпения.

– Ни за что!


– Вот же…

Пнула кровать, от чего та жалобно хрустнула. После разговора я прошла в приготовленную для меня комнату и теперь задумчиво по ней ходила.

– Проблемы?

В комнату заглянул Кирилл, и внутреннее раздражение вспыхнуло с новой силой, но я постаралась взять себя в руки. Мои проблемы – это лишь мои проблемы. Глубокий вдох.

– Нет, небольшие дела с местным руководством.

Нам разрешили задержаться на любой по длительности срок, но я понимала, что чем дольше мы будем здесь находиться, тем активнее меня начнут прессовать.

– Все хорошо устроились? – обернулась к своему гостю, желая понять, насколько всех всё устроило.

– Да. Мне передать что-нибудь остальным?

До конца дня мы были предоставлены сами себе и выдвигаться планировали утром, потому я лишь покачала головой и сказала, чтобы все хорошо отдохнули.

– А, и пригласи ко мне через пол часа Гунка, Лиззи и Ходру.

Кирилл кивнул и вышел, но, как ни странно, его приход смягчил мой гнев и я, еле слышно насвистывая, отправилась в душ. Сейчас у меня появился даже отдельный санузел. До этого здесь у меня не было такой роскоши, и я хотела ощутить местные удобства. После отчёта, конечно.

По итогу нашего разговора я согласилась на предложение Тайроса, настояв всё же на своих условиях, главным из которых было то, что мне необходимо время на завершение своих дел. Сам срок я не оговаривала, посчитав, что простая неявка сюда затянется на долгие-долгие годы, желательно до моей смерти…

Только дописала отчёт по ситуации и исключительным моментам в Рагарсе и принялась за Гранч, как в дверь постучали.

– Войдите.

Отложила бланк и повернулась к вошедшим. В комнату робко заглянула Лиззи, за ней чуть хмурая Ходра. Гунк прикрыл дверь и переместился к окну, посматривая на улицу. Лиззи присела недалеко от меня на кровать и сейчас нетерпеливо ёрзала. Судя по их виду, они недавно приняли душ.

– Вы хотели о чём-то поговорить? – начала Ходра, и я перевела взгляд на неё.

Её явно что-то расстроило, она была более хмурой, чем обычно. Но дело не моё, потому я подняла тему, которая давно напрашивалась:

– Хотела. Насколько все мы знаем, контракт по вашей перевозке заключён с другим Перевозчиком, и у меня нет никаких прав сопровождать вас. Тот путь, что мы прошли, до этого места был в рамках вашей безопасности и был допустим. Сейчас мы находимся в городе, где находится одна из баз Перевозчиков, на которую я должна сопроводить вас и сдать, где вы получите дальнейшие инструкции.

После моих слов взгляд Гунка совсем не изменился, тогда как Лиззи и Ходра заметно напряглись и переглянулись. Не стала их и дальше мучить.

– Но, насколько я поняла, вы хотели со мной что-то обсудить? – вопросительно приподняла бровь.

Ответят или продолжат играть, в молчанку?

– Да, хотели… Мы… – неуверенно начала женщина, но её перебила девушка.

– Нас вполне устраиваешь и ты в качестве Перевозчика. Мы ведь можем заключить контракт с тобой? – Лиззи вскинула голову и требовательно на меня посмотрела.

Мало похоже на просьбу. Покачала ногой и посмотрела на Гунка.

– Вы можете заключить контракт с любым из Перевозчиком, здесь они часто бывают. У вас не возникнет проблем.

– Но любой не вы! – выпалила Лиззи и стушевалась.

Я продолжала смотреть на Гунка и, впервые за всё время он посмотрел на меня в ответ.

– Сейчас у меня в приоритете основной контракт, и я не могу быть уверена, что он закончится скоро. Вы согласны ждать своей очереди? – я хотела получить ответ и оценить риски.

– Мы понимаем, что сейчас не в приоритете, и согласны на такие условия.

– Моя ставка немного выше… – продолжила прощупывать чужое решение.

– Не вопрос. С деньгами у нас не возникнет сложностей.

Принято, и последний вопрос.

– Будут ли у меня проблемы, если я возьму вас на себя?

Гунк пару секунд смотрел на меня и с небольшой заминкой ответил.

– Никаких.

– Хорошо, – кивнула, запомнила этот момент, задумчиво перебирая пальцами. В любом случае я смогу отказаться, если информации станет недостаточно или же она окажется излишне опасной для жизни моих подопечных. – Только мне необходимо более полно узнать информацию о том, куда вас следует отвезти. Судя по тому, что я поняла, ваше направление до этого времени было схоже с нашим.

Первой начала Ходра. Лиззи слегка сместилась в мою сторону, на её щеках появился небольшой румянец, но я списала это на смущение за своё поведение.

– Мне необходимо попасть в Линц.

Кивнула, эта часть Перекрёстка прекрасно вписывалась в мой маршрутный лист, и потому проблем быть не должно.

– Гримма.

А вот это уже посложнее. Но если поразмыслить… Прошлась по комнате и кивнула.

– Поняла. Думаю, с Линцем мы решим быстро, а вот Гримма находится значительно в стороне, и вам придётся либо идти с нами, либо подождать в Дессау.

Гунк кивнул, принимая такой ответ, и опять посмотрел в окно. Судя по всему, там происходило что-то намного интересное. Потёрла руку, она немного разнылась. Кажется, всё обсудили… Кровать скрипнула, когда Лиззи подсела совсем близко, безотрывно смотря в мои глаза и почти не моргая. Она облизнула губы и, с неким придыханием, выдохнула.

– Вы такая…

Неожиданно я поняла, к чему всё движется, быстро встала, прервав её на полуслове, и подошла к выходу, открывая дверь. С этим стоит разобраться побыстрее.

– С вашего согласия я подам запрос, и уже завтра вы присоединитесь ко мне.

Гунк кивнул и потянул сопротивляющуюся девушку в коридор. Ходра вышла следом, и я закрыла дверь. В коридоре ещё минуту был слышен шорох и возмущённые возгласы, но потом всё стихло. А у меня добавилось писанины…

Когда я закончила, за окном уже вечерело. Потянулась и впервые за долгое время облегчённо выдохнула. Я по праву считала это место своим вторым домом, а потому ощущала себя здесь уютно.

Тёплая вода с лёгкостью отогнала усталость. Замоталась в полотенце и задумчиво пробежалась по руке. Кожа вокруг металла слегка побледнела, а сам браслет визуально увеличился, теперь он охватывал вместо пяти сантиметров семь-восемь. Это произошло из-за использования силы? Я вспомнила, в какие моменты ощущала боль, и постаралась подцепить золото, чтобы снять его, но смогла лишь оставить небольшую царапину, почти сразу выровнявшуюся. Вернула нож на место и подошла к зеркалу.

Невероятно, но мои глаза и вправду стали синими. Это результат воздействия золота или?.. Провела ладонью по лбу. Возможно ли что кровь, текущая по моим жилам, решила проснуться?

Либо все дружно сошли с ума, либо я чего-то не знаю. Возможно, ответ всегда был рядом? То, после чего окружающие меня люди совершали неожиданные поступки. То жжение…

Каждый раз я была рядом с кем-то, и быстрее всех реагировали дети.

Значит, стоит избегать людей сильнее, чем раньше…

Зарылась пальцами в волосы, оттягивая их от корней и причиняя небольшую боль.

Я с детства ненавидела ту часть меня, которая передалась от *Сприй.

То, что сделало меня такой, какая я есть.

Помимо всеобщей ненависти ко мне от людей, я значительно отличалась и от Сприй – по характеру, внешности, убеждениям. Я никогда не видела рыжих Сприй, и тогда, в прошлом, меня это спасло… Я мало знала о них – эта раса правила на Перекрёстке с незапамятных времён и не открывала своих секретов никому чужому. Они редко покидали Хоф, были весьма высокомерны и не щадили никого, кто попадался им на пути, мешая им в достижении их целей.

Чужая и здесь, и там.

Смутно, но я помнила ту ненависть, что горела в глазах Сприй, окруживших меня, когда я была совсем маленькой. Была ночь, огни… Какой-то грохот, боль. Кажется… Меня хотели убить. Встряхнула волосами и выпрямилась. Пока скрывала свою принадлежность к Сприям под повязкой, я была в безопасности.


Глава 10


Заполненные отчёты приняли с благодарностью и почти сразу закопались в записи, даже забыв меня выпроводить. Тайрос дал указания разобраться со всем как можно быстрее. Так что ушла сама, на выходе оставив подпись на контракте с новенькими: здесь бюрократические проволочки были длиннее. Но за что я люблю бухгалтерию у Перевозчиков, так это за то, что система здесь более продуманная и на всё требуется гораздо меньше времени. Главное, отчёты составляй вовремя и правильно…

По дороге в мастерскую и оружейную я пыталась тестировать свои новые способности, ловя глаза случайных людей, но то ли я делала что-то не так, то ли не всё было так просто, как я предполагала. Постучала в дверь и зашла. Здесь было тихо и пахло чем-то мятным на пару с машинным маслом.

– Есть здесь кто?

Мне никто не ответил. Горел приглушённый свет, и я от нечего делать подошла ближе к столу. На нём лежала небольшая по размеру прямоугольная коробка с узорами по краям, а изнутри старательно пробивался жёлтый свет. Желая понять, для чего же нужна эта коробка, склонилась к ней вплотную. Материал ближе к пластику, ручка, неужели в этой коробке планируется что-то переносить? Рядом лежали некоторые инструменты для пайки.

– Вам что-то нужно?

Выпрямилась и обернулась. За мной стоял низкорослый мужчина с узкими глазами, именно он задал вопрос и сейчас заинтересованно меня рассматривал.

– Я от Тайроса. Он сообщил, что мне могут заменить оружие на что-то более мощное.


Сприй и сприя – раса Властителей. Опасные существа, которых боятся и которыми часто пугают детей, мол, придут ночью к непослушному и поглотят. У них во лбу красный камень (третье веко) и внешность отличается от обычных. Чаще это мужчины, женщин намного меньше. Могут подпитываться и подчинять людей своей воле. Тёмноволосые с голубыми глазами и лентами голубого цвета. Чем старше становятся, тем бледнее их цвет.

Мужчина кивнул, подтверждая, что ознакомлен, и подошёл к столу, вытирая руки о тряпку. Только сейчас я увидела скрытую дверь, что вела в его мастерскую. Продолжая заинтересованно за ним наблюдать, увидела, как он подходит и открывает коробку, закапываясь внутрь, при этом свет загорелся ярче, но постепенно начал гаснуть. Что-то защёлкнув внутри, он поднялся и, заметив мой интерес, пояснил.

– Аккумулятор нового типа, на этот раз вышло с перегрузом системы, собираюсь перебирать заново…

Понятно. Среди вариантов оружия иногда к нам попадали такие, которыми можно было пользоваться только после специальной подготовки, оно выстреливало лучами или вспышками. Мощно, длительно, но неудобно заряжалось, приходилось сутки-двое после держать его на батарее.

Коробка закрылась, и свет внутри начал опять разгораться. Оружейник махнул рукой и опустил коробку куда-то вниз, а затем повернулся ко мне.

– Вы рассматриваете совершенно новый тип оружия? – деловито начал, постепенно разгоняясь. – У нас есть редкие экземпляры плазморене.

– Нет, – перебила, доставая мою личную малышку. – У меня мушкет. Хотелось бы сохранить его вид по возможности.

– Хорошо, – он пожевал губами и положил моё оружие на поднос. – Как много у меня есть времени?

– Мы выдвигаемся завтра с утра.

Ему это не очень понравилось, но спорить не стал, быстро удалившись за дверь.

Без личного оружия я чувствовала себя немного неуютно, но успокаивала себя тем, что времени это особо не займёт, а пользы принесёт много.

Когда вышла за порог, вспомнила, что совсем рядом находится отдел по снабжению. Мне захотелось заглянуть туда просто так, как в старые времена. По дороге я никого не встретила, лишь обратила внимание на то, что в коридорах кое-где были расположены новые датчики. Задумалась. Если мне не изменяет память, такие устанавливают в хранилищах, но никак не на простой военной базе. Я о чём-то не знаю?

Знакомые стены навевали воспоминания, и я им поддалась. Вот здесь, в этой части коридора, а я запомнила это место по огромной вмятине от стеллажа, однажды столкнулась со старшекурсниками и устроила им знатную взбучку, после чего на меня и старшекурсников составили наш первый выговор. Кажется, это были наёмники…

А если пройти чуть дальше, там был хороший угол обзора на преподавательский корпус. Я часто пряталась там, чтобы повторить перед занятиями лекции и не попасть впросак. Здесь меня не любили, но уважали, ведь я практически ни с кем не общалась, только с теми, кто мог принести мне знания и пользу. Поэтому мне пытались всячески помешать.

Не знаю, отчего так получилось… Возможно, во всём был виноват сложный характер, но мне кажется, что большую роль сыграло именно исчезновение отца. Я тогда совсем сорвалась от тревоги, добиваясь возможности уйти, но до выпуска отпускать учеников запрещалось. На тот момент уже год обучалась на Перевозчика, и мне пришлось хорошо постараться, чтобы появилась открытая возможность самостоятельно покинуть Гранч и заняться поисками.

Дорога пролегала мимо тренировочного поля, и я его едва не прошла, когда услышала знакомые голоса.

– Объясни.

– Так проще увести удар и вернуться в устойчивое положение.

– Покажи.

Гунк и Кирилл. У них получилось добыть разрешение на тренировку на базе? Каким таким образом? Я и не пыталась скрыть изумление. Ребята слегка запыхались, но не сбавляли темп. Остановилась, наблюдая за боем. Как и тогда, в Рагарсе они хорошо смотрелись рядом друг с другом. Если в Гунке я могла заподозрить такие таланты, то Кирилл меня сильно удивил…

– Хорошее пополнение, будет кого оставлять на границах, – голос был старый, хриплый и ворчливый, но в душе я улыбнулась, продолжая рассматривать парней.

Они не видели случайного свидетеля, занятые обсуждением одного из приёмов рукопашного боя. И даже хотели включить сальто в упражнение… Не пойму.

– Хорошее предложение, только я не думаю, что моё сопровождение согласится изменить свои планы и задержаться здесь на несколько лет.

За спиной повисла пауза и раздалось неуверенное.

– Магдалина?

– Старина Хунк, – обернулась, и на его лице пробежала гамма тёплых морщинок.

– Как вы здесь? – поинтересовалась и принялась рассматривать комнату.

– Живу, – как-то неловко пожал плечами старик, – иногда беспокоят суставы, но работа здесь не пыльная, потому не жалуюсь. К тому же мне предоставили несколько шустрых помощников, вот они и помогают.

Кивнула. Двух я увидела перед входом, они что-то пересыпали в один из мешков.

В комнате, куда мы пришли, было уютно и тепло. Было видно, что Хунк заботится о своём доме. Старый добрый Хунк за всё время, что мы с ним были знакомы, показался мне хоть и ворчливым, но заботливым человеком. Иногда он заменял лектора на занятиях по истории, и тогда мы увлечённо слушали его рассказы.

– Сколько мы с тобой не виделись? – он устало присел на табурет, доставая мне второй из под стола.

– Лет семь, – села, стараясь сильно не шевелиться.

Этот табурет кто-то сделал совсем недавно, и теперь я ощущала, как в ноги упирались неровные выступы.

– Да, долго…

Очень долго, казалось, прошла целая жизнь. Мне, когда выпустилась, толком так и не удалось попрощаться. Хунк в те годы часто куда-то уезжал и к этому времени ещё не вернулся. Я закончила обучение раньше потока и вряд ли об этом знал. Старик был старым другом отца и частенько помогал мне при обучении.

И пока я рассматривала жилище, он рассматривал меня.

– Ты совсем не изменилась, всё такая же красивая.

На миг я решила, что в этих словах виноваты мои способности, и он оказался под их влиянием, даже чуть отстранилась. Но, когда взглянула в его глаза, поняла, что его слова были искренними. Я не изменилась?

– Изменилась.

Слишком сильно. Сейчас я совсем не напоминала себя прежнюю. За эти десять лет произошло слишком многое, чтобы я осталась такой, как раньше, вполне возможно, что я стала даже невыносимее и злее. Рука потянулась к вороту, и я достала из-за пазухи жетон отца. Хунк посмотрел на медальон.

– А, жетон Товуса, – он подслеповато сощурился, – помню, помню. Хранишь?

– Не совсем, – покачала жетон перед собой и убрала обратно. – Нашла, когда путешествовала.

Решила не говорить, как у меня это получилось. Этот секрет мог вызвать слишком много проблем, а мне бы этого не хотелось.

Мы замолчали. Вопрос, который толкнул меня прогуляться по корпусу. Смогу ли я получить ответ на него? Ещё и тот слепок в закрытом городе.

– Я хочу у вас кое-что спросить.

– Спрашивай, ты всегда задавала интересные вопросы, – он усмехнулся в усы.

– Тогда, раньше, возможно ли, что он был здесь? В Гранче? – мне почему-то стало страшно услышать отказ, что его не было здесь, что во всём виновато лишь моё воображение.

– Знаешь, я бы и не вспомнил, но твой жетон напомнил мне кое о чём. Правда я не знаю, важно ли это…

– Когда это было? – повернулась к нему, я требовательно посмотрела в глаза.

– Примерно десять лет назад…

Десять лет. Опять это число. Мне захотелось очень сильно что-то сломать, чтобы выяснить всё и сразу, но вместо этого я получала по капле. По телу Хунка пробежала странная дрожь и, не отрывая от меня глаз, он чуть хрипло продолжил.

– Тогда я был в небольшой инспекции и вынужден был задержаться по дороге сюда, где случайно встретил Товуса, и мы немного разговорились.

– Он был в Гранче? – странно, но мне об этом никто не говорил.

– Да, между Старым городом и Котбусом. Мы тогда ещё поспорили, я хотел, чтобы он написал докладную на одного из Перевозчиков, тот слишком часто доставлял ему проблемы. Но Товус отказывался. Ты же знаешь, что он был слишком правильным, не хотел доставлять своему корпусу сложностей.

Да, он именно такой… Совершает порой поступки, на которые другие способны не были.

– Вы помните, как звали того Перевозчика? – внутри поднялась волна гнева.

– Нет, – отрицательно покачал головой, а я сжала кулаки. – Давно это было, да и не выглядел он излишне обеспокоенным.

Жаль. Было ли его исчезновение связано с кем-то из коллег? Что он делал здесь, в Гранче?

– В какую сторону Товус пошёл после?

Хунк опёрся рукой о стол и слегка запрокинул голову, что-то обдумывая, продолжая неотрывно смотреть на меня, словно я не отпускала его, держа на поводу. Могла ли я заставлять его отвечать? Не знаю, но сейчас меня это не волновало. Я даже была немного рада такому повороту событий, так как хотела бы узнать всё, что только можно. Хунка встряхнуло, и глаза его слегка затуманились.

– Так… справа был город, он прошёл со мной в сторону Гранча и свернул налево.

Получается, по направлению к Мелфорту.

– Больше ничего не припомню. Прости. Что-то мне нехорошо… – старик пошатнулся, и только сейчас я осознала, что тот слегка побледнел и на лбу его выступила испарина.

Пора заканчивать. Ответ меня порадовал и встревожил одновременно. Чувствуя некоторую вину за то, что, каким-то способом воздействовала на Хунка, помогла ему встать и прилечь на кровать. Внутри меня горела жажда действий, но я всеми силами сдерживалась, чтобы не испугать старика ещё больше.

– Вызвать лекаря? – возможно, я спросила излишне резко, но хозяин этого места не обиделся.

– Не стоит, – глаза стали ясными, он смотрел на меня как-то испытывающе и при этом слишком обеспокоенно, словно понял что-то и теперь пытался окончательно осознать.

– Я всё же сообщу, – отрицательно покачала головой и похлопала по одеялу. – Спасибо, что сообщили мне о том, что встретили моего отца.

Глаза Хунка начали закрываться, тот засыпал. Встала, собираясь уйти и дать ему поспать, когда тот неожиданно сильно схватил меня за руку, останавливая.

– Кровь сильна, но верь лишь себе, не позволяй ей всё разрушить… – старик замолк, грудь его тихо вздымалась.

Вышла, тихо прикрыв за собой дверь. Про какую кровь он говорил? Про Товуса?

На поиски нужного человека потратила всего несколько минут. Выловив одного из его помощников и удостоверившись в том, что за Хунком присмотрят, я оказалась предоставлена сама себе.

С документами разобралась, оружие я получу утром, есть новая информация по отцу, но я и без того помнила, что в то время в письмах он говорил о некоторых подводных камнях, сложностях. Теперь я понимаю, что он говорил о ком-то из Перевозчиков. Но о ком?

Задумчиво идя вперёд, очнулась лишь тогда, когда ноги слегка провалились в песок. Рабочее подсознание вынесло меня на тренировочную площадку. На поле уже никого не было, ребята ушли. Песок местами был примят, словно кого-то уронили на него несколько раз, но я знала, что скоро под воздействиями плит, скрытых внизу, песок выровняется. К утру от него и следов не останется.

Внутри я горела от жажды выпустить пар, мне хотелось выдохнуть с криком, но я понимала, что сейчас он мне не поможет. Мне требовалась более серьёзная работа. И тогда я побежала.

На тридцатом круге проснулось второе дыхание, а на пятидесятом на поле вышли некоторые из учеников – у них ожидалась вечерняя тренировка.

Они остановились неподалёку и что-то тихо обсуждали, держа в руках тренировочные палки-чакри. Остановилась, почувствовав, что ноги горят, и кивнула одному из них. Тот с азартом принял моё приглашение и шагнул ближе, перекатываясь с пятки на носок. Его товарищ одолжил мне свою палку-чакри, и я несколько раз подкинула ту в воздух, привыкая к весу.

Все они немного отличались по свойствам и часто хранили внутри небольшие сюрпризы. Здесь были спрятаны металлические шарики, так как при замахе она становилась слегка тяжелее.

Мы встали друг напротив друга, и я хищно улыбнулась.


– Лимп очнулся!

Вспотевшая после тренировки, последовала за Манишей, на ходу застёгивая пуговицы. Я только пришла и собиралась принять душ, как в дверь постучали с новостью и попросили помочь. Согласилась, к тому же лично хотела убедиться в том, что с ним всё в порядке.

Когда мы зашли в госпиталь, оказалось, что здесь собрались абсолютно все, не хватало только Джейсона и Маргарет, было уже поздно и, скорее всего, они спали. Не давая пройти остальным, путь к палатам впереди перегораживал врач, что-то втолковывая Кириллу и Ходре. Я подошла поближе.

– Вы не можете так просто врываться. Пациент только пришёл в себя и ему нужен покой, – судя по тону доктора, этот бой длится уже продолжительное время.

– Неужели с ним всё настолько плохо? – охнула и всплеснула руками Ходра.

– Моральное истощение, сильный стресс и откат от гипнотического воздействия, – по порядку и с укором перечислил доктор.

– Всё настолько плохо? Я еду с ним и, думаю, он будет не против увидеть меня, – Кирилл уверенно кивнул, но опять получил отказ.

– Пациент сам не хочет никого видеть.

Всё гораздо хуже, чем могло бы быть. Видя, как вскинулась Лиззи и Кирилл, положила руки им на плечи и встала перед доктором.

– Как его Перевозчик, я должна лично убедиться, что с ним в порядке и узнать, сможет ли он продолжать путь.

Доктор чуть нахмурился, но кивнул, пропуская.

– Можете пройти, но только вы, – он опять остановил Кирилла, и я кивнула ему, после чего он с остальными недовольно отошёл подальше.

Это был участок, огороженный непроницаемой ширмой. Меня подвели к ней, нажали на скрытую кнопку и часть её ушла в сторону, освобождая вход.

– У вас есть десять минут. Мальчику необходим покой.

Кивнула и прошла внутрь.

Лимп полулежал на кровати и смотрел в окно, казалось, он даже не услышал, как двери открылись и в палату кто-то вошёл. За спиной с тихим шелестом закрылись двери, и я подошла к кровати. Мальчик был бледен, он как-то опустошённо вперил взгляд в пространство и тихо дышал.

– Рада, что ты очнулся.

Голос прозвучал слишком громко и растревожил царившую здесь тишину. Взмах ресниц, и у Лимпа чуть дрогнули пальцы, лежащие поверх одеяла. Он был одет в больничную одежду. Подозреваю, что это потребовалось для того, чтобы обеспечить достойный уход и чистоту. Рядом с ним на тумбочке стоял стакан с водой и нетронутый ужин. Укоризненно покачала головой, но говорить ничего не стала.

Дети на Перекрёстке слишком рано взрослеют. Особенно оставшись одни. А судя по тому, что мальчик идёт самостоятельно, без доверенного, в купе с картинкой из иллюзии, Лимп остался совершенно один.

Сложно… сложно быть ребёнком в этом мире. И если я начну с ним слишком любезничать, указывать на его слабость или возраст, мальчик воспримет это неправильно. У таких, как он, переживших потерю, особое понимание этого мира.

Поэтому…

– С тобой хотели увидеться и остальные, но мне сказали, что ты себя плохо чувствуешь, – общаясь, как со взрослым, присела на край кровати и провела пальцами по шее, дёргая себя за прядь волос.

Я попросту не знала, что сказать, чтобы вернуть прежнего Лимпа, но так просто всё оставить не могла. Парень мне нравился, из таких получаются отличные Перевозчики, но та боль, которую он испытал, могла надломить его суть.

Следовало ли давить? Нет.

Сейчас важнее было извиниться. И неважно за что. И за то, что он был вынужден пережить, и за то, что ему пришлось пережить. Сейчас необходимо было дать ему ощущение того, что он может злиться, может плакать и это вполне нормально.

Я помнила, как в своё время мне это было нужно.

– Прости, – тихо сказала в пространство, отводя взгляд.

Здесь, в комнате, где лежал мальчик, были кипельно-белые стены, что напомнило мне о снегах – тот момент перед штормом, когда тихо, умиротворённо и вместе с тем тревожно.

– Прости, что пришлось с тобой так поступить, твоя боль… Я понимаю её. И знаю, как она тебя потрепала.

Он по-прежнему молчал, но, казалось, вздрогнул на последних словах. Вздохнула и встала, поправляя примятое одеяло.

– Я знаю, что никто тебе, лишь тётка, которая ведёт тебя через Перекрёсток. Но ты должен решить, пойдёшь ли дальше туда, куда так стремишься, или же останешься…

Да. Так будет лучше всего, и именно сам Лимп должен понять, как он будет жить дальше.

– В таком случае я напишу письмо хорошим людям, которые помогут тебе устроиться либо здесь, либо в другом месте. Здесь хорошие врачи. А когда у тебя появятся силы, ты можешь двинуться дальше. Или вернуться. По желанию. Мне, увы, нужно идти дальше, но, если попросишь, я могу попросить предоставить тебе другого Проводника.

Всё, слова сказаны.

Больше не смотря на мальчика, который продолжил неподвижно сидеть, развернулась и уже у самой двери сказала:

– Мы выдвигаемся завтра утром.


Серая хмарь неохотно отступила, заставляя ёжиться. На этом участке локации стремительно холодало, сигнализируя о смене погоды, и я порадовалась, что мы скоро отсюда уберёмся. Не люблю холод. Нас никто не провожал, когда я пошла на выход, собирая остальных.

У машины уже стоял Лимп. Бегло осмотрела его с ног до головы и, наткнувшись на упрямое выражение лица, кивнула, принимая его решение. Остальные ребята радостно встрепенулись, увидев мальчика, и тихо расположились в машине. Рядом с собой я посадила Святку и Ходру, решив, что таким способом смогу немного уменьшить степень воздействия. Лимп был непривычно тихим, но тот шаг, на который он решился, продолжив путь, заслуживал уважения.

За поясом у меня находился обновлённый мушкет, прибавивший в весе. Как мне объяснили, мастер не стал полностью изменять его, лишь добавил внутрь начинку и усовершенствовал ствол. Отдача теперь будет сильнее, но пули в процессе выстрела будут обладать большей бронебойностью за счёт силы выстрела и того, что будет обволакивать каждую из них. Состава хватит на несколько лет при разумном использовании, и теперь у меня в запасе было несколько десятков картриджей. Весили немного.

Машина тихо завелась и зашуршала по дороге. При передаче машины мне сказали, что транспорт подлатали по возможности, но она прослужит лишь дня два-три, после чего её опять придётся ремонтировать. Но это не было проблемой. До гор нам ехать примерно сутки.

На воротах нам дали зелёный свет, и мы успешно выехали за базу, до границы было всего ничего.

Шины шуршали, унося нашу группу, а я думала над тем, как много людей меняют свою жизнь, подвластные тем, что они не контролируют.

В итоге, так ни к чему не пришла.

Когда до остановки оставался примерно один сдвиг, Святка, сидевшая ближе ко мне, начала как-то странно елозить. Словно ей было неудобно сидеть. Я бы не обратила на это внимание, если бы следила за поведением окружающих.

Она несколько раз оборачивалась ко мне, приоткрывала рот, словно собираясь что-то сказать, затем сжималась, испуганно перебегая глазами по дороге впереди. И так раз за разом.

Стоит кое-что попробовать… Искоса посмотрела на девушку и, словив её очередной взгляд, постаралась её мысленно успокоить, мне немного надоело, что она постоянно задевала меня своим плечом. Она как-то забавно округлила глаза, чуть пошатнулась и почти сразу успокоилась, помолчала, смотря на меня, а затем всхлипнула.

Только не…

– Вы знаете, я не сразу поверила, когда мне сказали ехать в Дессау. Эта ссылка, он несправедлива, безжалостна и уничтожила весь мой мир! – вырвалось изо рта девушки. – Да, ссылка! Я не хотела никому говорить, ведь я считаю постыдным то, что происходит сейчас, непонятно где, не имея возможности принять ванную, сменить одежду. Я не знаю, что сейчас с моей матушкой, они схватили её и куда-то увели, моя гувернантка оказалась за порогом, а меня обязали в кратчайшие строки явиться в пансион. Я и в пансион! Немыслимо! Я не хочу состариться там и умереть, я хочу жить, хочу свою собаку, прогулки, балы и своих друзей. О, мои любимые Жаклин и Роззи, как вы без меня… – и Святка разрыдалась, вцепившись в подол, смотрела, при этом на меня с каким-то неистовством, словно пыталась донести те чувства, что испытывала.

На этот раз побочным эффектом оказалась чужая история, которую приходилось слушать под охи и ахи Ходры, увлёкшейся её рассказом. Я же считала оставшиеся километры до остановки.

Кивнула, заметив, что девушка продолжает требовательно смотреть на меня, понимая теперь многое из того, с чем столкнулась по дороге, от чего Святка слегка просияла.

– Здесь всё такое пугающее… А вы… Вы поистине самый надёжный и понимающий Перевозчик. Правильно поступили, я тогда могла подвести все-е-е-ех… – под конец Святка разрыдалась, размазывая сопли и слёзы по щекам.

Ходра протянула ей платок и заботливо обняла за плечи. Соседка посчитала странным происходящее здесь, но решила, что Святка просто устала. Отчасти так и было, я оказалась той движущей силой, что помогла девушке вскрыть свои раны. Эта поездка обладает какой-то необычной тенденцией менять всех и даже меня. Я не говорю про новые способности, глаза или золото, нет. Лишь про то, что, проникаясь историями своих попутчиков, меняюсь сама. Не знаю, как это происходило незаметно, но сейчас я более широко смотрела на всё.

Постепенно плач Святки стих, и началась икота. Она шмыгнула носом, отстранилась от Ходры и на мгновение показалась маленькой растерянной девочкой, заблудившейся в лесу.

– Вы не подумайте ничего… – она утёрла лицо и стыдливо уткнулась в колени, у неё горели щёки и уши, но она словно посветлела изнутри. – Но я не смогла сдержаться, вы как посмотрели на меня, я сразу ощутила, что стоит рассказать это, никогда не встречала никого такого, как вы.

Рассказала, и раз пошла такая тема…

– Что именно ты ощутила?

Я смотрела на дорогу впереди, стараясь не пересекаться с девушкой глазами и от этого эффект ослабевал.

– Это как откровение свыше! – она вскинулась, восторженно хлопнув ладонями. – Словно свет осветил меня, синий такой, волшебный. Он тёплый, мудрый, понимающий и ласковый… – задумалась, подбирая эпитеты.

Ходра всё это время, переводила взгляд с меня на неё и пыталась понять, что происходит. Посмотрела на Святку, и взгляд её сразу заблестел ярче.

– И вот сейчас… я испытываю небывалое счастье и радость, словно я опять дома, и мы собираемся на бал…

Понятно. С этим разобрались. Во всём играли роль только её внутренние эмоции и побуждения, или же я сама оказала ряд воздействия на неё? Тогда, в Гранче мне не удавалось зацепить никого из живущих там, даже на тренировке, когда я активно спарринговалась с парнями. Они не меняли свой стиль и не светили обожанием. Под воздействием оказался только Хунк. Тогда я немного разозлилась и хотела как можно скорее узнать информацию. Неожиданно замерла от догадки. Я влияла не только глазами, но ещё и внутренним посылом? Желанием о чём-то попросить?

– Святка.

– Что? – она с готовностью повернулась ко мне, сверкая улыбкой.

– Посмотри в мои глаза.

Но она и без того с готовностью занырнула в мою синеву. Вместе с Ходрой.

В процессе разговора, когда Ходра стала немного вялой от нахлынувших на неё чувств, я выяснила про себя много нового и интересного. Оказалось, до момента озарения, Святка считала меня слишком высокомерной и требовательной, жёсткой и пугающей. Ходра смотрела с уклоном своих лет, но и она склонялась к чему-то похожему, правда, уже без страха.

В этот самый момент я играла с уровнем своих желаний, чувствами и стремлением понять то, на что оказалась способна, и постепенно начала чувствовать что-то похожее на волны, которые исходили из меня и связывали с окружающими. Интуитивно перешла на иное зрение и, наконец, заметила кое-что важное – тонкие-тонкие нити, исходящие от меня к окружающим. Попытка схватить их не увенчалась успехом, скорее всего, это можно было сделать только внутренним позывом. Если не знать, что я делаю, то со стороны никто не смог бы понять, с какими силами я играю. Так умеют все Сприи? Или их способности другие? Желание пересекаться с ними становилось всё более отрицательным.

Я и сама не знала, что кровь даёт мне. Новые открытия оказались каким-то резким откровением. Не могла же я подойти к Сприям и, рискуя своей жизнью, попросить их объяснить, что же со мной происходит. Нет, я приду ко всему сама.

Через полчаса в кабине стало так же тихо, как в начале, а Ходра и Святка сладко посапывали. Было немного нечестно использовать их в своих целях, но зато я разобралась в том, что мне преподнесла кровь Сприй.


Глава 11


Горы-горы-горы… И где-то наверху растёт моя трава.

– Вы скоро?

– Сейчас! – где-то внизу Кирилл помахал Лиззи и ненадолго пропал из виду.

Я шла впереди, разведывая дорогу. Она поднималась постепенно и по мере продвижения на ней появлялось всё больше камней. Насколько помню, в прошлый раз путь был более ровным. Был сход лавины? Землетрясение?

По бокам от дороги высоко-высоко поднимались горы, как два тёмных монумента. С самого нашего въезда они тяготили новеньких и будоражили меня. Периодически, когда работа забрасывала меня в горные места, я с удовольствием лазила по склонам, так как среди непролазных камней могла найти много полезного и интересного.

Через час после того, как мы проехали границу, дорога стала слишком узкой и пришлось спешиваться. Отогнала машину немного назад и припарковалась. Там, чуть в стороне от дороги было как раз подходящее место.

Спустя пару часов все вошли во вкус.

Новое обмундирование пришлось к месту, хотя все не сразу разобрались, как его надевать. С помощью Остара сумели закрепить на себе страховку и грамотно распределить вес вещей. Не знала, что тучный торговец уважает такой вид спорта. Я как раз наблюдала, как тот, уверенно расставив ноги для равновесия, подавал руку женской части нашего континента и заслуженно получал похвалу.

Так как подобный опыт был не у каждого, а дорога впереди была более сложной, мы решили распределиться цепочкой, оберегая тех, кто слабее. Шли по рекомендации Остара мы в таком порядке: Я, Маниша, Лиззи, Гунк, Ходра, Святка, Остар, Маргарет, Джейсон, Лимп и последним идти вызвался Кирилл. Такое построение себя оправдало с самого начала.

Остар присматривал за всеми в середине, Гунк и я были ближе к началу и могли, если не предупредить остальных о возможном обвале, так и уберечь девушек, те были весьма взбудоражены таким передвижением и неслись вперёд аки горные козы.

Кстати да, почти сразу заприметила нескольких козочек. Думаю, на привале, стоит добыть свежего мясца. Кирилл, Джейсон и Лимп завершали строй и составляли чисто мужскую тройку, не считая девочки, и периодически передавали её с рук на руки. С ними Лимп немного оттаял и понемногу начал улыбаться, но говорил всё ещё мало.

Пока позади образовалась небольшая остановка, достала карту и сверилась с нашим маршрутом. Если верить указателям, вскоре дорога будет немного вилять и важно было не пропустить нужный поворот – при таком длительном подъёме необходимо было устроить качественный привал.

За это время поохочусь, соберу нужные для себя материалы и, наконец, выдохну. Без моей лекарственной смеси я слишком часто чувствовала себя более усталой, раздражённой и импульсивной.

Ещё в прошлом отец заметил, что у меня периодически случались вспышки ярости, которые практически не удавалось контролировать и тогда Товус нашёл выход – он, для того, чтобы помочь мне преодолеть такую свою особенность, начал экспериментировать с различными травяными составами и постепенно подобрал подходящий для такой, как я, комплекс трав.

Конечно, когда я была маленькой, такой способ срабатывал, но со временем эффект стал слабее и в состав подключили чернозийский табак и парочку редких трав. По отдельности некоторые компоненты были весьма опасны, но при совместном использовании они превращались в гремучую и эффективную смесь, подавляя негативные компоненты и усиливая те, что мне были необходимы. Дым, что выделялся, окружающим не вредил, так как при вдохе всё быстро впитывалось, а наружу выходил лёгкий дым с ненавязчивым пряным ароматом.

Свой рецепт я никому не открывала, так как подозревала, что он сработает только на мне, а сами по себе вспышки ярости случались из-за моей крови.

Остальные, решив свои нюансы по восхождению, подошли ближе, и я положила карту обратно. Гунк вопросительно вскинул бровь, на что Джейсон пожал плечами.

– Маргарет уронила туфельку, пришлось спускаться обратно.

– Нашли? – из-за плеча Гунка выглянула любопытная Лиззи.

Кирилл поднял сияющую девочку, и та довольно покачала ножками. Замечательно. Давайте задерживаться по пустякам, терять обувь, к примеру… Ко мне придвинулась Лиззи, с явным намерением пообщаться, и я постаралась максимально успокоиться и избегать её взгляда.

– Я не понимаю, мы уже давно поднимаемся наверх, но в округе ничего не меняется. Кажется, что должен наступить день, но солнце замерло на одном месте, после того как мы сюда въехали. Почему так?

Подняла голову и прищурилась.

– Здесь временной сдвиг гораздо длиннее, чем в областях, что мы проходили ранее. Пожалуй, он почти самый длинный, конкуренцию ему составляет только Лорш, но от длительного света те привыкли прятаться под землю. Хочешь совет? – от того, что я предвкушала скорейшую остановку, я стала намного добрее и расщедрилась на небольшую подсказку.

– Хочу, – Лиззи вскинулась и чуть не навернулась с камня.

Придержала её за рукав, опередив Гунка. Он посмотрел, как я ставлю девушку на ровное место и пробежался взглядом по окрестностям в поисках возможной опасности. За это я точно не беспокоилась. Интуиция молчала, пребывая в странно негативно-приподнятом состоянии.

– Доверяй своим инстинктам, – на её лице проступала растерянность, – и наблюдай за такими маленькими синими цветочками у камней. По ним можно предсказать время в соседних регионах.

– Цветы? – девушка начала оглядываться по сторонам, почти моментально она заметила искомое и присела на корточки, чтобы поближе их рассмотреть.

– Небольшие ростки сюда занёс кто-то из Перевозчиков, они хорошо прижились и быстро распространились по территории.

– Цветочки немного закрылись, но совсем малость, – произнесла Лиззи, мигом смекнув их особенность.

– Когда они полностью закроются, наступит ночь. Сейчас же, судя по их расположению, наступило около часа-двух, – кивнула Гунку и махнула остальным: – Пошли, скоро будет остановка.

Теперь любопытная девушка была занята, рассматривая всё вокруг, а я острым взором приметила несколько полезных травок, которые споро отрезала и положила их в сумку.


– Хорошее место, – Остар довольно кивнул.

Девушки с визгами принялись умываться холодной горной водой, что стекала неподалёку, и вскоре к ним присоединился Джейсон. Он помогал набрать котёл, чтобы поставить воду на костёр. В результате девчачья команда со смехом обдала мужчину брызгами, и он был вынужден отступить, прячась за полным котелком.

Остальные брали хворост и бросали в костёр те небольшие ветки, что удалось собрать по дороге, отчего почти сразу повеяло сладковатым запахом горящей древесины. Довольно втянула носом дым, прошла по периметру, кивнув Гунку, и установила купол. Никто не мешал мне уйти из лагеря, что я и сделала. Дальше, думаю, они и без меня справятся. Сейчас в программе стояло мясо.

Отошла подальше, взобралась на один из высоких участков и осторожно выглянула. А вот и они. Несколько молодых козочек собирали траву чуть левее по склону. Вытащила мушкет, прицелилась и нажала на спуск.

Ствол чувствительно дрогнул в руке – изменилась сила отдачи, а затем с небольшой едва заметной вспышкой вылетела пуля. Секунда – и животное с силой отбросило к камню, дробя кости, а затем подстреленная коза проскользила вниз, оставив после себя прожжённый чёрный круг, видимый даже отсюда. Мощно.

С уважением покачала в руке обновлённое оружие и убрала за пояс. Её соплеменница пугливо исчезла вдали, но нам хватит и одной. Дело сделано.

Для того, чтобы достать тушу, пришлось немного повозиться – она скатилась слегка наискось и, когда я спустилась и обвязала тушу, то поняла: чтобы затащить её наверх, потребуется другое место. Огляделась. Где-то здесь, насколько помнила, была небольшая скрытая тропа.

Козочка хоть и была молодая, но весила она прилично. Пуля прошила её чётко по шее, перерубив позвоночник, входное отверстие оказалось тоже большим, как и след на камне, а запёкшие края не давали крови вытечь и привлечь хищников. Думаю, нужно будет предупредить, чтобы на всякий случай спутники старательно избегали этого участка в приготовлении. Кто знает, что именно намешали там химики.

Дело пошло веселее, когда я наткнулась на значительный зелёный участок. Козы выбрали действительно хорошее место с редкими и в большом количестве травами. Не заметила, как стала довольно насвистывать, заполняя приятно тяжелеющую сумку. Конечно, после сушки растительность станет легче, часть трав я так же планирую продать, но этот вес приятно давил на плечи.

Подпрыгнула, распределяя вес более равномерно и покрепче ухватилась за верёвки, которыми стянула копыта. Для подъёма пришлось преодолеть несколько сыпучих мест, прежде чем я забралась наверх.

Забросила тушу на тропку сверху и оглянулась, замирая.

Красиво.

Солнечные лучи очерчивали склоны и уходили в лёгкую дымку ближе к горизонту, под ногами расстилалась россыпь художественно разбросанных камней, а внутри наступало умиротворение от проделанной работы.

Под ногами заскользили мелкие камушки, собрав уже значительную кучку внизу. Посмотрела вниз, чтобы найти более устойчивую опору. Нашла. Для этого пришлось немного отступить влево. Казалось, что на этом месте можно было бы идти дальше, но я замерла. Что-то зацепилось за моё подсознание, не давая уйти. Камни, песок, всё как всегда, небольшое ущелье внизу. Камни-камни-камни… А это что?

Наконец, я усмотрела, под ними, что-то громоздкое, похожее на куртку. Ведомая дурным предчувствием, спустилась чуть пониже, долго присматриваясь и поняла.

Между камней лежало чьё-то тело.

Очевидно, труп лежал здесь достаточно давно, и его уже успели оплести мелкие синие цветочки. Они представляли собой какой-то полуразумный организм и хорошо маскировали запах мертвечины. Именно поэтому здесь было достаточно свежо и приятно пахло. Удобное место для Наёмников, благо, о таком свойстве растительности знали лишь несколько человек.

Что же здесь произошло?

Огляделась и быстро прикрепила страховочный трос к ближайшему камню. Несколько секунд, и я оказалась у тела. Мужчина, одет в жилет и потёртые брюки. Лица было не видно, и я, не знаю почему, отвела листочки в сторону, чтобы узнать хозяина. Подалась поближе и нахмурилась. Люк Торсон. Мы не были с ним хорошо знакомы, хотя периодически сталкивались, и он показался мне хорошим человеком с отличными спортивными навыками. Ещё один пропавший без вести.

Рука отвела в сторону остальные цветы, и я заметила, что шея у него неестественно вывернута. Случайность? Возможно, но я сомневалась, что в этом деле всё настолько просто. Переборов брезгливость, пробежалась по его карманам, но ничего интересного не обнаружила. Ни записки, ни чего-то необычного.

Ответы… Есть ли они? Протянула руку и сняла жетон. Нужно будет отнести его в главный офис и сообщить о том, что найден пропавший Перевозчик.

Встала. Для каждого из нас потеря коллег была весомой ношей. Перевозчиков было немного и каждый, зная это, рисковал своей жизнью. Была ли у Люка семья, подопечные? Не знаю, но теперь, я надеюсь, они смогут с ним проститься.

Оставлять тело просто лежащим в ущелье было бы неуважительно, потому я закрыла глаза и представила, как земля под ним распахивается, и тело постепенно погружается вниз. Руку немного сдавило, словно ошпарив кипятком, а затем окутало прохладой, но я не жалела о сделанном. Так погибший достойно завершит свой путь.

Открыла глаза и увидела, что на месте лежащего мужчины теперь была небольшая горочка, на которой всё ещё шевелились небольшие камни. Она была оголённой и словно открытой для чужих взоров, выдавала место, но я знала, что через некоторое время её покроют цветы, украсив последнее пристанище Люка по достоинству.

Достала парочку монет различного номинала, по одной штуке на каждый, и бросила сверху.

– Пусть путь твой будет безопасен, а стыки между этим миром и иным – мягкими.

Помолчала ещё пару минут, вспоминая всё то редкое и хорошее, что я про него помнила, и принялась карабкаться наверх. Нужно было дотащить тушу и покормить голодные рты.


Сидя у костра, тихо переговаривались мужчины. Что-то тихо запела Маниша, и ей начал подпевать Джейсон, вплетаясь, в общую мелодию. Маргарет восторженно открыла рот и заворожено слушала, как поёт отец. Для них этот момент был каким-то по-своему уютным, домашним… Ну а почему нет? Все сыты, расслаблены, влюблены в эту жизнь.

А я? Почему я не могу расслабиться и, как они, сесть у костра, затянуться самокруткой и просто отпустить всё? Отвела от них взгляд и завернула последний кулёк.

К этому времени я разобрала свою поклажу и успешно распределила цветы и травы по различным мешочкам. Для того, чтобы они высохли, растениям не требовалось какое-то специальное место или серьёзные приготовления – с собой я носила специальный порошок, который при взаимодействии с предметами помогал высушивать всё, вплоть до мяса, за считанные минуты. В моём случае с травами мне понадобится минут двадцать, чтобы всё стало пригодным для запаковки и раскуривания. Сам порошок был абсолютно безвреден, и я успешно его использовала в каждом из путешествий.

За левым плечом послышался шелест шагов.

– Я присяду?

Кивнула, и Остар тяжело выдохнул, устраиваясь рядом, утёр пот со лба, прислоняясь спиной к каменной плите. Посмотрела на него и усмехнулась, не удержавшись от шпильки.

– Мне казалось, что ты двужильный. Так резво скакать по горам может не каждый.

– Да что там резво, – не обидевшись отмахнулся мужчина, – так, немного прошёлся. Вот по молодости я в такие горные походы ходил, пока, конечно, не обзавёлся семьёй, да и торговля захватывала всё больше и больше времени. Вот и оставалось у меня редкое удовольствие иногда оказываться среди такой красоты, – в голосе Остара прозвучало такое довольство, что и позавидовать можно было.

Покивала, принимая такой ответ, и молча отрезала кусок от булки. Протянула торговцу, и тот не стал отказываться, сразу отрывая кусок и забрасывая его в желудок. На несколько секунд повисло молчание.

– Я вижу, что ты довольно часто отсаживаешься ото всех. Тебе неприятно наше общество?

Могла и не отвечать, но почему-то не стала. Мужчина интересовался не со зла, просто из интереса.

– Не вижу смысла дружить с теми, от кого скоро избавлюсь насовсем, – прозвучало излишне прямолинейно, но мне было всё равно.

Закрыла сумку и пододвинула тарелку к себе поближе. Мясо получилось немного недосоленным, но сочным.

– И зря… – Остар прикрыл глаза и умиротворённо сложил руки на животе.

Это был наш с ним первый диалог, и я была весьма заинтригована.

– Я живу уже много лет и понял одно – прожить одному можно достаточно долго, постоянно избегать людей, отгораживаться, но такое ли на самом деле это верное решение? Что, если есть и другой путь? Найти, например, близких по духу людей, чтобы облегчить свою собственную ношу, чтобы не сойти с ума, оставаясь наедине с самим собой. Найти сподвижника, даже ученика.

По наитию посмотрела на Лимпа, тот о чём-то спрашивал Святку. Она отмахивалась, пока не сдалась и не начала что-то объяснять, активно при этом жестикулируя.

– Я до сих пор ищу того, кто мог бы перенять мой опыт и помочь мне вести дела. Но мне пока попадаются то жадные, то глупые, то ленивые… Совсем измельчали люди, к сожалению.

К Святке присоединилась Маниша, и теперь они втроём принялись что-то тихо обсуждать. Мне стало интересно.

– Неужели это настолько сложно? – я никогда не задумывалась над этой частью жизни, моя как-то сама привела меня в эту профессию.

– Очень, – кивнул мужчина и открыл глаза: – Талантливые ученики, как драгоценный камень. Иногда, на первый взгляд, нельзя рассмотреть весь их потенциал, но, если сумел, стоит хвататься за такое сокровище обеими руками.

Задумавшись над чужими словами, достала листки сжатых водорослей, раскладывая их перед собой. Остар заинтересованно примолк, с интересом наблюдая, как я достаю из каждого кулька, по небольшой горсти травы и ссыпаю их в одну кучу.

Смесь пахла просто божественно, и мужчина повёл носом, придвигаясь поближе. Не отвлекаясь от процесса, рассыпала кучки на двадцать две порции – на большее не хватило листов, и ловко скрутила их в рулетики. Когда они были уже готовы, смочила каждый из небольшого флакончика и убрала в портсигар, оставляя перед собой лишь одну.

– Что это? – заинтересовано и с толикой торговой жадности.

– Смесь из трав и табака.

Поводила рукой, отыскивая затерявшийся огненный камень. Нашла дырку. Ага, завалился за подкладку. Встряхнула сумку и почти сразу достала искомое. Нужно будет зашить.

– Судя по запаху, в составе много интересного, что-то из успокаивающего и расслабляющего, – неожиданно покатал на языке послевкусие Остар и сглотнул набежавшую слюну. – Возможно, с помощью таких самодельных поделок я мог бы немного расшевелить рынок. Знаю нескольких постоянных покупателей.

Остар настойчиво ко мне придвинулся, почуяв возможную наживу:

– Мы можем заключить патент на производство и сбыт их по индивидуальной цене! – он безотрывно и чуточку жадно смотрел в мои глаза, и я просто сделала небольшую поправку в его дальнейшие планы.

Глупо тренироваться и не использовать то, чему научилась. Получится ли сделать всё так, чтобы мужчина потерял интерес? Не попробую – не узнаю.

– Тебе неинтересно то, что входит в состав, – твёрдо и убедительно смотрю в глаза торговца и наблюдаю, как их заволакивает дымкой.

– Мне неинтересно, – Остар равнодушно отвернулся к костру.

Дело не только в исключительной смеси, но и в том, что некоторые части можно было достать только нелегальным путём. Торговцы же подчинялись общим правилам и были обязаны доложить о том, что обнаружили. Верить в то, что сделка будет честной, я не могла, а потому поступила по-своему.

Мы посидели ещё с пол часа и начали собираться. К этому времени у меня было совершенно умиротворённое настроение, и я даже потрепала по голове Лимпа, который округлил глаза, не ожидая подобного.


Глава 12


Манак. Территория, на границе с которой был расположен Дессау. И, словно в контраст к прекрасно развитой инфраструктуре, с другой стороны от него находилась территория диких племён. Если в Дессау они сунуться боялись, постоянно получая по носу, то Манак постоянно подвергался жёстким набегам, отчего жители страдали, роптали, но поделать ничего не могли. И ведь нам так до сих пор и не было ясно, как они находят провалы между границами. У них не бывало Перевозчиков, они держали изоляцию. Я лишь знала, что у них есть шаманы, но вряд ли они были способны заменить нас на нашем поприще.

Но, несмотря на частые набеги, жизнь и торговля здесь постоянно процветала. Перекрёсток щедро одарил это место своей милостью, позволив получать несколько посевов за сезон.

Мы миновали невысокий подлесок и вышли к полю. Там, вдали, пасся домашний скот, за которым присматривала шустрая ребятня. Они заметили нас, засвистели и с радостными воплями погнали животных дальше в поле. На звуки из маленького домика выглянул пожилой мужчина. Он прищурился от света, поднял руку и начал нас внимательно рассматривать.

– Маниша.

– Что? – она с готовностью подошла и поправила платок.

– Где именно находится твой дом?

Я знаю, что здесь есть множество мелких поселений, в которых не очень любили селиться некоторые жители, предпочитая строить отдельные дома. Так они не могли хорошо защититься в случае нападения, да и в самом городе всё было значительно дороже.

– Дальше, – девушка махнула рукой. – Нужно идти дальше, наш дом находится у самого города.

Кивнула Манише и мужчине, что молча продолжал на нас смотреть, и пошла дальше по тропинке. Вскоре этот участок исчез из виду, и теперь впереди расстилались только бесконечные луга.

Идти было спокойно, мне даже захотелось ненадолго снять сапоги и пройтись босиком, ощущая песок под пальцами, но это было бы откровенным ребячеством. Посмотрела на спутников.

Кирилл о чём-то разговаривал с Остаром, рядом с ними пристроился Лимп и внимательно их слушал. Он, в отличие от меня, не стал сомневаться и уже во всю расхаживал без ботинок. К нему присоединилась и Маниша. Святка с любопытством посматривала на такие вопиющие в приличном обществе моменты и слегка хихикала, когда Лимп ойкал, наступая на небольшие камешки, но всё равно продолжал идти. Джейсон посадил Маргарет на плечи и показывал ей на поля, девочка выглядела чуть бледноватой, но улыбалась, ей здесь нравилось.

Самым мрачным, пожалуй, перещеголяв меня, выглядел Гунк. Лиззи, отчего-то притихшая, шла рядом с ним, о чём-то сильно задумавшись. Не знаю, что у них произошло, но это явно тяготило сразу двоих. Не думаю, что с моей стороны нужно было бы выяснять, что случилось, сейчас главное было дойти до города, и сдать на месте Манишу. Дальше предстоял Дессау и Пномпель. Мне не нравилось, как себя чувствует девочка и я хотела поторопиться, ведь как бы ни хотел отец для неё лучшего, дорога – это не то место, где она сможет поправиться. Сам путь выдался на удивление длинным и сложным, даже если учесть, что времени мы потратили в пределах нормы.

– Повозка! – заметил транспорт Остар.

Вижу. Спустя каких-то пять минут нас нагнала небольшая повозка, запряжённая флегматичной кобылкой. На бортах оставались клочки высушенной травы – возница возвращался с поля. Он притормозил, с любопытством рассматривая нас из-за кустистых бровей, и тихо хмыкнул. Приосанился и прочистил горло.

– Куда путь держите, господа хорошие?

Ребята посторонились, пропуская лошадь, но возница словно специально притормозил и теперь тащился нам в такт.

– В город, – Кирилл кивнул, осмотрел телегу и весело улыбнулся. – Не подбросите?

– Почему бы и не подбросить? – он погладил бороду, но сесть не предложил.

Потянулась к поясу и вытащила монетку, которую перебросила в мозолистые руки.

– Благодарствую, – возница положил монету в шляпу и натянул её пониже на лоб. – Пр-р-р… Стой, окаянная!

Мы быстро расположились внутри, чудом поместившись все вместе. Мне даже пришлось пересесть в самое начало под бок к вознице, от которого пахло конским потом и сеном. Мужичок стеганул лошадь хлыстом, и она неохотно тряхнула гривой, но поехала – ей явно не нравился увеличившийся вес телеги.

Повозка была не новой и тащилась медленно, но и такой вариант позволил попутчикам довольно разгрузить ноги. Я же постепенно начала раздражаться, хотя, казалось, для этого совсем не было причин.

– В город, значыцца… А к кому будете-то? – он периодически оглядывался и осматривал нас цепким взглядом, маскируя настороженность улыбкой.

Я молчала, и отвечать вызвалась Маниша, пододвинулась, облокотилась о бортики и вытянула соломинку, которую принялась жевать.

– К брату едем, может знаете Горна? Такой крепкий, у него пекарня в городе.

– Знамо-знамо… – он покивал, – сам еду к нему. Гостинцы прихватил, и покуль вечеря не застала до города.

– К нему едете? – Маниша растерянно заморгала. – Зачем?

– Так свадьба же, – легко произнёс он и пожал плечами.

Неожиданная новость выбила девушку из колеи. Судя по её виду, про такое она и не догадывалась.

– Я, как мимо Михася ехал, так и смекнул, что не просто гости к нам из-за границы едуць, значыцца, тож к Горну на застолье?

– Михась? – подала голос, расслышав основное.

– Он гаворыць, видал гасцей, но не таких, як дикие, мима шли, так я адразу пад вожжы и за вами. Так вы к брату, значыцца?

– Да.

– Хароша-хароша…

Значит Михась – это тот пожилой мужчина, что увидел нас в самом начале, помимо него мы точно никого не встречали. И то, как настороженно он к нам отнёсся, показывало, что сейчас в Манаке царит не самое спокойное время – с частыми набегами и грабежами. Необходимо быть предельно внимательной и осторожной. Судя по хмурому виду Гунка, он тоже это понял.

Останавливаться на празднование не входило в мои планы, но я предполагала, что в нашем случае остановка всё равно может затянуться. В таких городах, как Манак очень часто и с размахом устраивали празднования по любым случаям, особенно большим размах был тогда, когда это была свадьба. Толпа народа, гуляния, поздравления, даже ярмарка… Как бы мне не хотелось обойти сам город стороной, миновать его часть всё же придётся, а потому следует следить за всеми как можно внимательнее.

Лошадка проехала небольшую развилку, забралась на горку и облегчённо всхрапнула.

– Город…

Здесь дорога шла вниз под небольшой уклон, и мы поехали быстрее, буквально через пол часа оказавшись перед воротами. У самого города нас логично встретила небольшая, но чётко организованная толпа, с которой разбиралась местная стража. Привычные к большим обозам и торговым склокам, они быстро гасили конфликты и, за небольшую плату, пропускали внутрь всех, но только после осмотра телеги.

При виде нас стражники довольно потёрли руки, предвкушая большую добычу, но я показала жетон, и они увяли, недовольно пропуская всех внутрь, даже не проверив возницу. Мужичок довольно крякнул, с уважением покосился на меня.

– Благодарствую. Меня Савич зовут…

Я не ответила, рассматривая толчею, что собралась у самых ворот, и возница чуть приуныл. Похоже, здесь столкнулись несколько телег, и сейчас на всей прилегающей к территории площади царил затор. Дальше проехать было невозможно.

Прикинула и спрыгнула на землю, еле увернувшись о пролетающего мимо кувшина, уши заложило, и я поморщилась от истошного женского визга. В кувшине было масло, и сейчас оно растекалось по людям, стоящим позади меня.

– Да что ж ты, окаянный, делаешь-то?! – женщина пронеслась мимо, оттолкнула с дороги нескольких мужичков и схватила за грудки снайпера маслянистых дел, подняв бедолагу над головой. – Я как на гуляния-то пойду?!! В жирном платье?! – она несколько раз тряхнула мужчинку, и у того закатились глаза – то ли воздуха не хватало, то ли от избытка чувств.

К слову говоря, дама обладала изрядной комплекцией, и мужчины как-то быстро притихли, с ужасом и восторгом рассматривая такую бурю негодования. Так, здесь всё понятно.

С другой стороны телеги столпились все свои, с интересом и лёгкой опаской смотря на хаос вокруг. На площади валялись разбросанные вещи, черепки, фрукты, овощи. И всё это бесхозное пыталась забрать местная ребятня, за которыми с палкой гонялись хозяева раскинутых пожитков. Те удачливо прятались за повозками, чтобы спустя время вернуться обратно. Довольной выглядела только Маниша. Она с удовольствием втянула в себя воздух и покрепче схватилась за сумку.

– Пойдёмте.

Савичу уже было не до нас. Он активно переругивался с соседями, но ему по-прежнему не давали проехать.

В стороне, словно для нас, образовалось пустое пространство, где все и построились. Внимательно посмотрела на каждого и потуже затянула мешок с вещами у Святки, начиная раздавать команды по праву командира отряда.

– Мы не будем задерживаться в городе, проводим Манишу и всё. Держите свои личные вещи при себе, кошельки спрячьте поглубже и не зевайте.

Мне послушно не мешали, выполняя рекомендации, и мы одной дружной группой двинулись за Манишей, которая чисто на опыте развешивала тумаки мешающим пройти. Пострадавшие охали, возмущённо разворачивались, но натыкались на мою ухмылку, хмурого Гунка и боевую Ходру, откуда-то добывшую скалку, и тихо исчезали. На вопросительный взгляд женщина пожала плечами.

– Нашла.

Таким образом мы вышли к небольшому переулку, в котором Маниша завертелась волчком, что-то прикидывая.

– Я, конечно, давно здесь не была, но, насколько помню, если мы сейчас пройдём направо, то сразу выйдем на соседнюю с этой улицу и попадём на нужный перекрёсток. Так нам будет быстрее.

Как и сказала Маниша, вскоре улица слегка расширилась, и мы уже не ютились вплотную. Здесь было намного тише, людей почти не было, и все постепенно расслабились. В Манаке я была всего несколько раз и лишь смутно знала такие скрытые улочки. На всякий случай придерживала поближе мушкет и осматривалась по сторонам. Гунк отошёл в конец группы, и я не волновалась за тех, кто шёл позади.

Одна улица, вторая, и мы оказались в небольшом крытом дворике. Маниша дёрнула за верёвку, подвешенную у крепкой двери, раздался тихий звон и почти сразу на крыльцо вышел парень, чуть старше самой девушки. Он как-то удивлённо осмотрел толпу у самого дома, вытирая руки расшитым полотенцем, было видно, что парень занимался готовкой, а затем рассмотрел улыбающуюся Манишу.

Удивлённо приподнятые брови и парень бросается к воротам.

– Сестра!

Двери перед нами распахиваются, и Маниша со слезами счастья влетает в родные объятия.

– Братик…


– Так ты женишься? А мне об этом ничего не рассказывал, – Маниша укоризненно сверлила взглядом брата, сидя за столом.

Перед нами стояла огромная супница и тарелка с горячими пирожками. Все с удовольствием набросились на угощение, уж больно восхитительно то пахло.

– Сам не ожидал, что так получится. После смерти родителей мне по хозяйству как-то постепенно начала помогать соседская племянница, вот мы и…

Мужчина смущённо покраснел.

– А как же теперь быть… И подарки нужны и гостинцы, а я с пустыми руками, – девушка горестно опустила голову на руки и вздохнула.

– За подарками дело не станет, у жёнушки моей столько родни, что ты и знать не знаешь.

– А сама-то она где сейчас? – вскинулась, явно прикидывая как выкрутиться из этой ситуации. – Если у меня есть время, то я могу сбегать на рынок, видела там выставленный на продажу хороший набор…

– Занята столами. Я как раз доделывал угощения, чтобы отнести, пока горячее.

Тихо звякнул черпак, опускаясь на дно кастрюли. Поблагодарила Ходру за протянутую тарелку, но набрасываться на еду не стала, неторопливо пережёвывая на пару с пирожком картошку. По большей мере я осматривалась: было любопытно, что за человек здесь живёт. Сразу поняла, что хорошее место здесь, было видно заботливую женскую руку, которая за всем присматривала. Для меня в том факте, что у них в семье готовкой занимался мужчина, не было ничего удивительного, но Святка и Лимп каждый раз удивлённо смотрели то на еду, то на хозяина.

Даже не спрашивая, было понятно, в чём причина их удивления.

– А как я теперь… – Маниша заметно погрустнела. – Я же ехала с вестью о том, что ты один и оставила всё там, чтобы помогать… Ты уже человек семейный, а дом двух хозяек не потерпит.

Было видно, что девушка одновременно и расстроена, и рада, что с братом всё хорошо.

Парень поднялся, взял её за руки и потянул за собой. Она послушно поднялась.

– Пойдём, я покажу тебе, как здесь мы живём. Ты моя единственная родная семья, и для меня большая радость, что теперь мы вместе. В комнате родителей теперь живу я, а ты поселишься в комнате, где жил я.

– А жена не будет против?

Он улыбнулся и заговорщически прищурился.

– Вы точно подружитесь.

Когда брат с сестрой скрылись за дверьми, я повернулась к остальным, заметив, что те уже доедают последние ложки похлёбки. Доела и я свою, отставляя тарелку.

– Если все поели, то выдвигаемся дальше, нужно успеть до темноты. В Дессау будет как раз ранее утро. – Здесь время держалось обычного часового сдвига, и мы как раз успевали покинуть Манак.

Судя по лицам сидящих за столом, не все были довольны моей командой, но послушно потянулись следом, складывая посуду в раковину. Подошла к дверям и выглянула наружу. Дверь тихонько скрипнула, встревожив от порыва ветра несколько травинок валявшихся на полу.

– Вы уже уходите? – в дверях появился брат Маниши, и я кивнула.

– Да, путь не близкий, мы проводили твою сестру и отправляемся дальше.

– Задержитесь, – он настойчиво заглянул в мои глаза. – Скоро здесь будут праздничные гуляния, думаю, Маниша будет счастлива, если вы проведёте время вместе.

Святка бросила на меня просящий взгляд, но я отрицательно покачала головой.

– Я не хочу идти потом через всю толпу.

Мы вышли на улицу, мужчина чуть грустно кивнул, согласившись со мной. Кивнула, поправив воротник.

– Ну всё, счастья вашему до…

За спиной счастливо звякнул колокольчик, и все обернулись на звонкий голос.

– Милый, у нас гости?

В открытых дверях замерла миловидная девушка в окружении нескольких человек. Они споро затащили во двор какой-то бочонок, заставив нас посторониться.

– Да, приехала Маниша, они помогли ей добраться, – хозяин развёл руками.

– О, твоя сестра приехала? – девушка счастливо взвизгнула и подскочила к своему мужу. – Так это же замечательно! Ты так хотел её увидеть, тосковал…

– Да, и я очень этому рад! – он обнял девушку, но та неожиданно вывернулась из его рук.

– Так, а чего вы здесь сидите? – обернулась к нам невеста и возмущённо нахмурилась, отчего я поняла, за что её полюбил брат Маниши. – Там застолье в самом разгаре!

Она взметнула чёлкой и подхватила подол платья, перескакивая через порог:

– Сейчас дядя Жван бочонок у тебя припрячет на какое-то время, и я всех проведу, – голос стих где-то в доме.

Нужно было уходить, но я зачем-то затормозила, пока соображала. Прошло ценное время, но причину отыскала. В процессе появления новых лиц куда-то запропастилась Лиззи, и теперь я оглядывалась, пытаясь её рассмотреть. Пропал и Гунк, к слову говоря.

– Пойдёмте, – рядом со мной остановилась невеста, держа в руках накрытый полотенцем поднос с пирожками.

Она потянула всех на улицу и, не слушая моего возмущения, все пошли весёлой гурьбой, гружёные другими горячими блюдами, которые им вручила довольная Маниша с братом. С шипением выдохнула сквозь зубы, спугнув стоящих рядом со мной людей, и потащилась следом. Поделать ничего не нельзя было, в добавок ко всему нужно было отыскать пропавших. И почему-то я догадывалась, где они находятся.


Глава 13


На площади было не протолкнуться, а толпа была такой, что в ней легко было потеряться, но все двигались настолько целеустремлённо, что спустя всего несколько минут мы оказались у столов, накрытых узорчатыми скатертями. Мастерицы, делавшие такую красоту, изрядно постарались. На входе у нас куда-то увели невесту, Маниша тоже запропастилась, скорее всего, что ушла за подарком, остальные стояли рядом и с любопытством за всем наблюдали. Здесь царил запах яблок, выпечки и мяса.

Лиззи и Гунка видно не было. Нужно их отыскать.

– Устраивайтесь поудобнее, я скоро буду.

Совсем рядом раздался взрыв смеха, под которые ребята расселись на лавках. Миновав танцоров, стоящих слева от столов, я сразу же оказалась в торговых рядах. В городе всё было настолько перекручено и переходило из одного места в другое, что оставалось загадкой, как здесь можно не потеряться. Сама я пропавшую двойку не найду, не в самый пик гуляний. Думаю, в этом случае я могу использовать тот козырь, что сейчас со мной. Золото.

Остановилась, закрыла глаза, не боясь воришек, знала, что золото защитит меня в любой момент и сконцентрировалась на образе Лиззи. Сумасбродной девчонки. Иначе понять, куда исчезли сразу двое, я не могла. Гунк не стал бы рисковать и отходить от нас далеко, особенно зная, что мы скоро уходим.

Перед глазами появилась небольшая точка, которая потянулась куда-то вперёд и, по мере её отдаления, на её месте шла линия, исходящая от моей груди. Открыла глаза и сделала пару шагов, но поняла, что мельтешение прохожих сбивает концентрацию, а потому закрыла глаза и словно увидела площадь, людей, но теперь я пожелала увидеть возможность, чтобы миновать её и не потерять след. Руку сильно сжало, но я сумела получить то, что хотела.

Наверное, я представляла собой весьма странное зрелище, когда с закрытыми глазами ринулась в самую толпу, но сейчас я её чувствовала, видела ритм, в котором она двигалась и миновала чисто, как нож сквозь масло. К этому времени лента, убежавшая далеко вперёд, несколько раз свернула, вынуждая продолжать путь, и замерла.

Открыла глаза, проморгалась – резанул непривычно яркий свет. Свет из груди погас, я осмотрелась. Буквально в паре шагов стояла искомая парочка. Они о чём-то переговаривались и, судя по их виду, никуда не торопились. Вспышка злости опалила внутренности кипятком, и я не стала себя сдерживать. Похоже, сработала моя кровь – так сильно меня прихватило, но поделать уже ничего не смогла, а потому поддалась. Когда моя рука легла на плечо девушки, Гунк лишь спокойно смерил меня взглядом.

Значит сразу заметил.

– О, Мег, ты тут… – девушка заискивающе улыбнулась, увидев моё выражение лица.

– Я-то здесь. А где должны быть вы? – хотелось встряхнуть её изо всей силы.

– Прости. Я хотела предупредить, но мне нужно было купить одну вещь, а там людей у вас набежало, я подумала, что всё надолго. Знаешь, здесь столько всего! Давай покажу…

Лиззи потянулась рукой к сумке, а я словила её взгляд своим, как на крючок. Если она не понимает простых слов, то стоит её научить этому языку. Волна силы поднялась изнутри, золото ещё не успело остыть после предыдущей вспышки и тоже почему-то решило мне помочь.

– Ты. Идёшь. Со…

Я ещё успела заметить, как глаза девушки заволокло пеленой, но в тот момент мои уши внезапно заложило, раздался едва различимый звон и какой-то шёпот – тяжёлый, тянущий… Я почувствовала, как пошатнулась, теряя концентрацию, но не могла сообразить, что со мной. Ноги стали ватными, закололи иголочками, сознание держалось на честном слове, и я почувствовала, как меня придержали за плечи, куда-то ведя.

Правую руку опалило жаром, она конвульсивно дёрнулась в попытке избежать прикосновения, и я слегка дёрнулась, но меня уже куда-то усадили и отпустили. Глаза почему-то почти не различали очертаний предметов, хоть и поняла, что здесь было намного темнее, чем на улице и пахло по-другому. На мгновение стало страшно, но я взяла себя в руки, сканируя пространство всеми спектрами чувств, что ещё работали.

Палатка торговцев? Кажется, у одной из них они как раз и стояли.

Звон понемногу отступал, унося за собой ярость, гнев и желание применять чужую силу. Постепенно всё вокруг вернуло чёткость, и я обнаружила себя сидящей на лавке в шатре. Вдохнула. Хорошо…

– Что с тобой? – на меня обеспокоенно смотрела Лиззи и сероглазый Гунк, на короткий период растерявший свою извечную невозмутимость и сверливший сейчас меня серьёзным, слегка встревоженным взглядом.

Так и захотелось огрызнуться – не волнуйся, я мастер своей работы и не подведу свой заказ. Только вот сил не было, потому промолчала. С каждым вздохом мне становилось лучше, а потому я лишь отмахнулась.

– Наверное, духота, мне уже лучше.

Возможно, я немного погорячилась с тем, что хотела заставить девушку идти за собой. Мысль пробежала дальше и выдала мировую для всех. Думаю, стоит дать всем шанс развлечься и просто приятно провести время, а мне отдохнуть. Чувствовала небольшую усталость, нижняя рубаха неприятно липла к мокрой спине, но сейчас я решила позволить себе побыть простым человеком. Хоть это и была небывалая щедрость для меня самой.

– Точно? Ты уверена?

Мне протянули руку, но я проигнорировала её и поднялась сама.

– Точно, – кивнула я.

Ноги уже не дрожали, крепко держа меня в вертикальном положении. Поправила на голове сбившийся платок и благодарно кивнула слегка перепуганному торговцу – очевидно, он не ждал вторжения в его лавку таким способом. В его сторону полетела мелкая монетка, и я не стала слушать благодарности хозяина, поворачиваясь к просвету между тканями. Вместе мы вышли наружу и спокойным шагом отправились обратно к своим.

На площади все уже расселись и что-то внимательно слушали от служителя, который стоял на небольшой возвышенности прямо перед всеми. Лавки теперь стояли немного полукругом и пришлось делать крюк, чтобы никого не задеть. Нас заметили и активно помахали, приглашая присоединиться.

Подошли ближе. Здесь для нас оставили свободное место, чудом устоявшее перед такой толпой. На опоздавших зашипели и бросили несколько косых взглядов, когда мы протискивались и размещались на лавках, но мне было всё равно – я равнодушно взирала на окружающих, под стать Гунку, вернувшему своё извечное спокойствие.

– Вы где так долго? Всё пропустите, – громким шёпотом укорил Кирилл, отчего на нас опять зашипели и все, наконец, примолкли, вслушиваясь в слова.

Сейчас на всей центральной площади, относящейся к свадебной церемонии, царило молчание и тишина, надо всеми разносился сильный голос служителя, отдалённые звуки окружающего дня всё ещё звучали, но, словно уважая таинство бракосочетания, не стремилось ворваться в сформированный круг.

– Пусть одарит семя земли брачующихся…

На площадь, направляясь к священнику с двух сторон, вышли жених и невеста. Обряженные в узорчатые подвенечные наряды, они смотрелись очень торжественно и гармонично. Я видела некоторые свадьбы, но каждая зона и территория по-своему проводила их, почитая то, что лежало в основе их жизни. Здесь был аграрный рай и, разумеется, почитали всё связанное с землёй и посевами. Одновременно с последними словами в пару полетели горсти семян, даже если они и чувствовали дискомфорт от острых зёрен, они всё равно с достоинством получали священные дары, пока не очутились в самом центре. Там брачующиеся замерли друг напротив друга и остановились, смотря друг другу в глаза.

– Соединяю жизни ваши вместе, как мужа и жены.

Мужчина достал алую ленту, которой аккуратно перемотал сомкнутые руки. От гостей раздалось несколько впечатлительных женских всхлипов, но никто не прервал тишину. Святка и Ходра сидели, заворожённо смотря на таинство. Маниша стояла неподалёку от священника и держала в руках поднос с чашей.

– Одари брачующихся своей благодатью, дай вкусить им крови земной…

Не знаю, о какой крови он говорил, но тут с места тронулась Маниша и шагнула к паре. Она взяла чашу и поднесла сначала к брату, затем к его жене. Они сделали несколько глотков и отстранились. Чаша полетела вниз, разбрасывая полукругом тёмные капли. До меня донёсся запах вина.

– Коль ваши помысли чисты, соедините уста и станьте единым целым.

Служитель поднял руки, и, подчиняясь его словам, пара соединилась в поцелуе под рукоплескания и крики поздравлений. Так же неожиданно, как пришла тишина, вернулся и шум, заполнивший площадь радостными возгласами.

– Здоровья молодым!

– Счастья!

– Большой семьи!

Поздравляющих было так много, что мы не сразу сумели прорваться к сияющей невесте и смущённому жениху. Их явно смущало такое внимание, но они с честью держали удар. Я не то, чтобы рвалась подходить, но меня уже потянули за руку, вынуждая подойти вместе со всеми.

– Поздравляем! – Ходра тепло обняла новую семью, остальные просто кивнули.

Секунда… Вторая… Мне говорить или…

– Гуляем!

Откуда-то раздался залихватский свист, и на площадь рванули циркачи и акробаты, заставляя меня облегчённо выдохнуть. Никогда не любила подобные собрания. В воздух, как по команде, взметнулись платки и небольшие мешочки с цветной пылью. Она была лёгкой, воздушной, различных оттенков и легко смывалась водой. Собирали её из цветов, сушили и использовали во всём Перекрёстке.

Вскоре все в округе были в цветных разводах, но это лишь добавило градус к веселью и вину, льющемуся рекой. Маниша залихватски танцевала на площади под руку с Кириллом, Остар пригласил Ходру, а я отсела немного в сторону, чтобы не мешать, но держать всех в поле зрения. По рядам понесли несколько тарелок и я, с неожиданно проснувшимся аппетитом, стала уплетать хрустящие лакомства за обе щёки. Сама не ожидала, что будет так вкусно.

– Вкусно? – облизала пальцы и подняла голову.

Кирилл возник рядом совершенно беззвучно, какой-то шальной, весёлый и запыхавшийся от танцев. Подумав, кивнула.

– Да, готовят здесь недурственно, – мужчина активно закивал, – не ожидал увидеть здесь некоторые из блюд моей родины.

Музыка, активно веселящая людей, стала немного спокойной, медленной и на танцпол, с которого убрали лавки, стали выходить пары. Кирилл слегка обернулся, прислушался к первым нотам мелодии и опять посмотрел на меня. Отставила пустую тарелку и пробежала пальцами по траве, под рукой не было тряпицы.

– Потанцуем? – протянул руку.

С сомнением осмотрела предложенную конечность. Предложение было весьма неожиданным, но не самым лучшим, потому я лишь нахмурилась и поджала губы. Кирилл расстроено вздохнул, улыбнулся и убрал руку обратно.

– Попытка не пытка, – прищёлкнул каблуками и метнулся в толпу неподалёку. Раздались испуганные и весёлые женские восклицания, и спустя пару секунд он вышел на площадь, ведя за собой молодую селяночку, мило краснеющую на каждый комплемент.

Это место было наполнено весельем, молодостью и чем-то таким, что вызывало внутри боль и отторжение. Замерла, прислушиваясь к ярким ощущениям внутри. Почему, в последнее время, я так остро и ярко реагирую на всё происходящее вокруг? Где моя обычная невозмутимость и отстранённость? Выполняю работу, с чистой душой собираю информацию и иду в новый контракт – так я поступала всегда и мои привычки не менялись все десять лет.

Но это место… и люди, которые меня окружают…

Я относилась к свадьбам довольно равнодушно, но почему-то сейчас, в этот самый день, в этом самом месте на меня навалилась какая-то навязчивая грусть и раздражение. Сжала губы и потянулась к сумке. Захотелось закурить.

Жизнь, судьба, привычки, осторожность – всё это привело меня к постоянной работе, дающей смысл, возможности, шанс продолжать поиски, и такой вариант, как свадьба или, упаси, семья попросту невозможен в той жизни, которая меня окружает. Да и человек, который постоянно рядом с тобой, тот, с которым ты вынуждена делить своё время, быть открытой, делиться тайнами, в моём случае крайне нежелателен. Каждый первый при любом удобном случае сдаст неучтённого странного Сприя или же постарается причинить вред.

Я не была глупой и прекрасно осознавала, что такая, как я – ошибка, которую стирают кровью. Мне повезло – встретила Товуса, который рассказал многое об этом мире, научил выживать, играть на ошибках и применять все свои навыки, которые прекрасно вписались в работу Перевозчика.

Именно там я могла списать все недомолвки, особенности и привычки спецификой работы, даже, если говорить простым языком, то стилем, образом жизни. Платок, шляпа, кафтан, обмундирование, скрывающее ото всех внешний вид и дающее личный оберег.

Открывать душу кому-то? Извольте.

Портсигар наконец отыскался, я привычным движением раскрыла его и вытряхнула на ладонь самокрутку. Поднесла к лицу, зажала губами и обожгла кончик огненным камнем. Он заалел, втянула приятный дымок, покатала на языке лёгкую горечь и зажмурилась. Вот так… Так намного лучше.

Постепенно мысли, что выплыли наружу, гонимые семейным торжеством вокруг, стали уходить, скрываться в уголках моей личности, припорошенной пеплом одиночества.

Второй вдох.

Третий.

А дальше мимо проносились какие-то отдельные фрагменты. Отрывки, не дающие единой картины и понимания всего происходящего.

Святка с Манишей, которые сидят на лавке и, обнявшись, горько плачут, уткнувшись друг в друга, словно закадычные подруги.

Мельтешение лиц, словно я танцую в хороводе. Огни пролетают мимо очень быстро и оставляют размытый след.

Какие-то недовольные лица акробатов где-то внизу.

Костёр почему-то под моими ногами и восторженные крики вокруг. Шляпа совсем сбилась, и я придерживаю её рукой, думая лишь о том, какие красивые искры от углей.

Зелёные глаза совсем рядом…


Вопрос. Что вчера было?

Это первая и единственная мысль, которая проклюнулась в моей голове, стоило только проснуться от луча солнца, пробившегося через ставню. Наступило утро. Тяжёлое.

Поднялась на подушке и осмотрелась. Голова слегка гудела, глаза слегка горели, но мыслила я чётко и ясно. Нахожусь в каком-то доме, очевидно, что мне здесь постелили небольшую кровать, в которой и спала, кожа чесалась – я не сняла одежду, лишь сбросила сапоги и расстегнула несколько верхних пуговиц, после чего отрубилась.

Подняла руку к голове и с облегчением нащупала платок. Шляпа же оказалась на полу. Потянулась, с лёгким вздохом отряхнула её от пыли и положила рядом, не став надевать.

Что же вчера произошло?

Зажмурилась и сжала виски пальцами. Редкие вспышки видений, люди, события, но всё как будто не со мной. Это из-за браслета? Прикоснулась к металлу на руке, но почти сразу отрицательно покачала головой. Нет, там всегда были другие ощущения. Меня отравили?

Язык вяло шевельнулся, царапнув пересохшие губы. Нужно попить, чтобы стало полегче… Рядом с тумбой стояла кружка. Пустая. Заглянула внутрь и с сожалением поставила обратно, понимая, что нужно идти на кухню. Зацепила пальцами сапоги и поднесла к самому лицу, оценивая их состояние – оплавленные по краям они, до сих пор, пахли гарью.

Задумчиво помяла подошву в пальцах, но она держалась. Значит прослужат. Натянула сапоги, понимая, что после танца на углях, если мне не изменяет память, и не такое случается. Такой танец требует большой концентрации и умения, и по обуви в конце можно судить о навыках. Очевидно, я справилась на отлично. Поднялась, пригладила помятую одежду, и вышла из комнаты. Было тихо, все ещё спали. Не знаю, на сколько затянулась свадьба, повезло, если не до утра, а это значит, что пробудка у всех будет не самой лёгкой.

– Проснулась?

На кухне, сидя у окна, сидел Кирилл и лениво что-то потягивал из кружки. Его присутствие, почему-то меня начало раздражать… Почему?

Задумчиво прошла в комнату, замечая, что здесь стоял стойкий запах трав. Бодрящий отвар? Молча прошла мимо мужчины, и тут вспышкой всплыло воспоминание, как Кирилл наклоняется всё ближе и ближе, как приближаются его глаза… Провал, темнота, дальше я ничего не помнила. Эм… Покосилась на своего соседа, наткнулась на смеющийся внимательный взгляд и быстро отвела глаза.

В кувшине на столе оказалось то, что нужно – освежающий морс из снежных ягод. Бока вспотели от прохладного напитка, и на стенках от моей руки остались небольшие следы. Взяла кружку и придвинула кувшин поближе, он стоял немного далеко, тянуться было неудобно. Спиной чувствовала, что Кирилл продолжает смотреть, его взгляд был весьма царапающим, и мне не нравилось то, что я ощущала. Будто он знал что-то такое, чего лично не помнила… И ведь знал. Опять посмотрела на него, и он прищурился.

– Гадаешь, было ли что-то между нами?

Поджала губы и промолчала. Если хочешь говорить – говори, а не тяни корову за вымя. Кирилл издал тихий смешок, и я чуть было не ушла из кухни с пустой кружкой вовсе, когда он, наконец, ответил.

– Нет. Ты просто развернулась и ушла в дом, слегка покачиваясь. При этом вмазала мне в живот с разворота и тихо что-то возмущённо пробормотала. Извини, мне не удалось понять, что конкретно. Что-то про стену, хмырей, шиш и сон.

Выдохнула. Ну, на меня похоже. То, что ушла спать, это очень хорошо, меньше допустила промахов и ошибок. Налила морс, даже не расплескав его по столу.

– Но, конечно, шоу ты устроила знатное… – с какой-то искрой и задором продолжил он, а я быстро засобиралась.

Ничего не хочу об этом знать. Взяла кружку, несколько лепёшек и вернулась обратно в комнату. Всё время, что шла, позади слышала всё те же смешки. Но, когда вернулась поняла, что настроение чудесным образом немного улучшилось.

Пока появилось время и силы, уселась за стол, вытряхивая всё из сумки на поверхность – нужно было проверить свою догадку. Пока слушала Кирилла, то поняла, что ела еду вместе со всеми, а значит, отравить меня было невозможно. И единственное, что я чётко помнила, так это то, что всё началось после того, как я раскурила свою самокрутку. На ум пришла единственная, довольно редкая и мелкая травка, которая часто скрывалась среди других. И именно она давала дурманящий эффект, схожий с тем, что я тогда ощущала.

Открыла один кулёк, затем другой, третий… и нашла. Незаметные тонкие травинки оказались зажатыми между листиками розарины, и я довольно усмехнулась.

Вот так козочки…

Думаю, то, что она была смешана с другими в довольно малом количестве, и не дало той концентрации, чтобы воздействовать на меня ещё сильнее. Если бы в самокрутке её оказалось больше, то человек, насколько я помнила, впал бы в неконтролируемую ярость и буйство, переставая испытывать боль и не видящий никого, кроме мишеней вокруг.

Такая травка широко ценилась на аренах или диких боях, когда проводились состязания или войны, и стоила она баснословно много.

Аккуратно отделила мелких поганцев от других травинок, переложила в отдельный мешочек, перевязала и заботливо сложила на дно рюкзака. После проверила остальные кульки и все подозрительные части трав вытряхнула в окно, остальное сложила обратно. Так же я, с сожалением, открыла портсигар и вытащила оставшиеся пять самокруток – именно столько у меня осталось, и каждая из них могла повторить мой приступ.

Безумно повезло, что это была первая сигарета среди всех, в которой попалась *аристида. Мне очень бы не хотелось, чтобы, закурив, меня резко накрыло в неподходящий момент, например, в разгар похода или в центре города. Шелуху от раструшенных остатков трав также вытряхнула вон и вздохнула.

Я опять осталась без курева.

Грустно.


Глава 14


Идя по улице, я чувствовала себя в центре внимания.

На меня глазели, оборачивались в след, о чём-то шептались, и всё это делали с каким-то огромным уважением и восторгом. Одна девочка даже подбежала и смело протянула мне пушистый цветок с мелкими лепестками, который, не иначе, как от растерянности, оказался у меня в руках. Я не помню чего-то ещё? Иначе с чего бы у всех была такая реакция?

Непроизвольно ускорила шаг. Может, всё же стоило узнать у Кирилла побольше о вчерашнем? Он явно был настроен на разговор.


*Аристида – трава, вызывающая эффект берсерка, её часто используют для усиления бойцов. В малых количествах оказывает дурманящие, рандомные, по своей сути, эффекты. Очень дорого ценится на рынке, так как её весьма сложно найти.

Шла я не просто так, а с целью. Вчера так и не успела заглянуть к городскому старосте и разузнать всю возможную информацию, способную помочь мне в поисках. В главном здании хранились те послания и письма, которые могли забрать путешественники, если те их ожидали. Я ждала. Ещё раньше разослала несколько посланий и надеялась получить на них чёткие ответы. Для того, чтобы не ездить каждый раз по всем городам, в своё время наладила собственную сеть среди некоторых торговцев, наёмников и перевозчиков, не считая остальной шушеры.

– Проходите.

Показала свой кулон Перевозчика и меня с почётом пропустили, проводив до самой двери. Здесь было довольно просторно и уютно, пахло деревом, словно недавно здесь делали перестройку или ремонт.

– Мне сказали, вы ко мне? – на встречу мне, из-за стола, поднялся невысокий мужичок и с уважением поклонился.

Склонила голову и присела в кресло напротив. Мне сразу же поднесли горячий чайник и несколько ёмкостей с напитками на любой вкус. Прежде, чем начать разговор, предложила сначала угоститься и достала из сумки коробочку с редкими сладостями.

– Слышала, что вы очень уважаете качественный шоколад.

У мужчины даже челюсть от удивления отвисла, когда он принял мой подарок. А здесь не часто бывают сладости из Берниса.

– О, премного благодарен! Вам, право, не стоило… – но, противореча своим же словам, он быстро закинул парочку плиток на язык и с удовольствием зажмурился.

Когда со всеми приветствиями было покончено, а мы довольно расслабились после горячего чая, достала из-за пазухи конверт и кулон. Конверт протянула старосте, кулон пока придержала в руке, чтобы не отвлекать получателя от прочтения.

Мужчина нахмурился и вчитался, отстранившись от бумаги спустя долгую минуту, чтобы внимательно посмотреть на меня.

– Всё верно, руководство недовольно тем, что вы задержали выплаты после вступления в должность, – улыбнулась, как можно более мягко, но, судя по его глазам, у меня ничего не получилось, а потому я оставила попытки, приняв обычное выражение лица – внимательное и осторожное.

– Приношу свои извинения, но так вышло, что в момент передачи поста ко мне участились набеги на наш город и почти все отложенные деньги пришлись на восстановление, – его явно испугало то, к каким последствиям могло прийти недовольство от верхушки.

– Неужели все? – скептически прищурилась.

– Практически… Но не могли же мы выслать лишь малую часть? Мы были уверены, что вы войдёте в наше положение, ведь договорённости соблюдались всегда, а мы информировали обо всём письмами… – мужчина явно заволновался и теперь пытался найти выход.

Так и быть, я не чувствовала в нём гнильцы, так, небольшая хитрость да и только, и потому решила немного помочь.

– Сколько писем вы высылали после последней передачи?

Нужно было сравнить то, что знаю я, и то, что известно лично старосте.

– П-пять.. Нет, шесть! При каждом изменении или нападении.

Постучала пальцами по подлокотнику и покачала ногой.

– А дошло только четыре из них.

Похоже, где-то завелась крыска. Пропажу одного письма, можно списать на неудачу при нападении, но два…

– Вы хотите сказать? – его глаза расширились и начали загораться праведным гневом.

Кивнула. По-видимому, мужчине не понравилось, что из-за чьих-то махинаций он вынужден унизительно оправдываться.

– Понял, – староста, на секунду, зажмурил глаза, успокаивая дыхание. – А на счёт остального…

– Передайте мне ту сумму, которую уже подготовили, на счёт остатка напишите доверенность и объяснительную. Я буду проезжать Дессау и передам в главный дом, – предложила самое лучшее решение в данном случае.

Спасённый благодарно кивнул и бросил любопытный взгляд на предмет у меня в руке. Не став томить его и дальше, протянула кругляшек старосте, и мужчина принялся его внимательно рассматривать.

– Вы или кто-то из вашего окружения встречал раньше этот кулон или его владельца?

Мужчина как-то надолго задумался, и с каждой проплывающей мимо секундой всё ярче загоралась потаённая надежда внутри меня. Если бы он сразу ответил отказом, то всё было бы понятно, но в глубине охристых глаз плескалась какая-то мысль…

Не заметила даже, как слегка приподнялась и теперь остро следила за ходом мыслей старосты.

– Как его звали? Это Перевозчик, насколько я понимаю? – теперь передо мной сидел уверенный и серьёзный человек, мало напоминающий того, робкого, в самом начале.

– Товус.

– Товус… – мужчина покатал имя на языке. – Не знаю, почему, но мне знакомо это имя, что именно вы бы хотели узнать?

– Он пропал десять лет назад, – в его глазах промелькнуло сочувствие, но я не поддалась на эмоции. – Сейчас сложно сказать наверняка, что тогда произошло, но я хотела бы узнать про то время как можно больше.

– Десять лет довольно долгий срок… – прозвучало весьма тактично, и я оценила старания. Не каждый бы сказал такое, узнав, что кто-то ищет призрака, в особенности – Перевозчика.

– Знаю. Но также, как мне недавно стало известно, в то время он шёл со стороны Котбуса мимо Гранча и вполне мог миновать Манак, – прекрасно понимала, что жду слишком многого, потому со вздохом добавила. – Если вы что-то узнаете, можете написать на имя Мег и доставить в Дессау?

– Я посмотрю, что смогу узнать, – он кивнул, и я поднялась. – Если вы не торопитесь, прогуляйтесь пока по зданию, мне нужно минут десять, чтобы подготовить посылку.

Десять минут, значит, десять. Лишь очень надеялась, что найду тот недостающий пазл, который так и не нашла в своих путешествиях. Я знала, откуда Товус вышел и куда шёл, с какой группой направился в путь и опросила каждого из них. Знала его конечную точку, а затем… он мелькал то там, то там, словно что-то искал. Но что?

Мне отдали небольшой мешочек, который сразу спрятала за пазуху, и пошла на выход. Среди писем была парочка интересных, и мне требовалось всё обдумать, прежде чем решать, как поступить. Однако здесь я всё закончила и теперь возвращалась обратно – к этому времени все должны были подняться, ведь прошло уже около двух часов.

На мгновение я задумалась над странным приступом, который был у меня, но почему он произошёл, не знала. Слишком мало информации, что означало – нужно больше времени.

Миновала два коридора, свернув через один для слуг, чтобы миновать небольшую толпу просителей, и оказалась в небольшой галерее. Ещё при прошлом правителе она пополнялась диковинками и картинами со всего Перекрёстка, но сейчас здесь была лишь пыль и редкие, не самые ценные экспонаты.

В очередной раз убедилась, что Манак переживает не самые лёгкие времена. Осталось пройти один поворот, и я выйду на нужный для меня, когда поняла, что уже не одна в комнате. Замедлилась, сделав шаги бесшумными и плавными. Голоса повторились, но уже значительно ближе. Не знаю, почему, но я замерла, так и не завернув за угол. За поворотом на повышенных тонах кто-то отчитывал собеседника.